Влияние нашествия «народов моря» и «дорийского вторжения» на миграционные процессы в XIII-XII вв. до н.э. в Восточном Средиземноморье

   (0 отзывов)

Неметон

Во 2 пол. XIII в. до н.э. в Европе развернулись грандиозные этнические процессы, вызвавшие массовую миграцию жителей Балканского полуострова и бассейна Эгейского моря в Центральное Средиземноморье, на запад и юг Малой Азии, Кипр и в Африку, включая Египет. Около 1219 г. до н.э. при фараоне Мернептахе на западную границу дельты Нила обрушиваются ливийцы, вместе с которыми продвигаются т.н. «народы моря». В египетских источниках они фигурируют под именами «акайваша» (греки-ахейцы), «луку» (ликийцы Западной Азии) и «турша» (этрусков). Локализация племен «шардана» и «шакалуша» не установлена, хотя ряд исследователей определяют их, как жителей островов Сардиния и Сицилия. Вторая волна нашествия «народов моря» пришлась на период царствования фараона XX династии Рамсеса III (1198-1167 гг. до н.э.), которому в 1193 и 1190 годах до н.э. вновь пришлось отражать угрозу с востока и запада.

54a23f8d0e89c_1419919245.jpg.dc0e504fa17

Ранее, на рубеже XIII –XII вв. до н.э. на северо-западе Малой Азии происходило противостояние греков-ахейцев и политического образования с центром в г. Вилуса (гр. Илион), отразившаяся в греческом эпосе, как Троянская война. Гибель Вилусы в 1195 году до н.э. вызвала мощную волну миграции населения Западной Азии по южному побережью и Восточному Средиземноморью, которая и достигла Египта во времена Рамсеса III.

1445246095_11.dzhuzeppe-rava.jpg.3ef1d38

В текстах заупокойного храма фараона в Мединет Абу к западу от Фив, в числе «народов моря», о которых упоминал еще Мернептах, значатся «пелесет» (пеласги, возможно, изначально обитатели Балкан или Западной Малой Азии, которые позднее осели на побережье Южной Палестины, дав ей свое имя – филистимляне); «текер» (вероятно, тевкры, обитавшие в районе Вилусы; дануна (данайцы, т.е. ахейские греки) и некие «уашаши». Рамсесу III удалось справиться с угрозой ценой значительных усилий, чего не скажешь о Хеттской империи, рухнувшей под ударами варваров.

Hittites4.jpg.fe11cdcad77e99e76335dcb8be

Во 2 пол. XIII в. до н.э. в Балканско-Эгейском регионе начала нарастать нестабильность: балканские племена сдвигаются на юг, вторгаясь в Грецию и Малую Азию. Мощное нашествие ахейцев на запад Малой Азии в сер. XIIIв до н.э. с трудом отразил хеттский царь Тудхалия IV. В кон. XIII в до н.э был опустошен Пелопоннес. В нач. XIIвв. до н.э. Троянская война положила начало переселению народов с участием греков-ахейцев, населения разгромленной Вилусы и ее соседей.

По преданию, на исходе Троянской войны южнобалканские племена пеласгов, родственные грекам, и «мушки» (фрако-фригийские племена) устремились в Северо-Западную Малую Азию и столкнулись недалеко от Илиона, что вкупе с падением Трои повлекло за собой следующее:

- ахейцы, разгромив Илион (Троя VIIа), большей частью вернулись в Грецию, не закрепившись в Малой Азии

- племена «мушков» двинулись вглубь Анатолии, разграбили Хаттусу и коренные земли хеттов, истребив часть населения и ассимилировав оставшуюся

- на северо-западе Малой Азии сформировалась коалиция, в которую вошли ахейские отряды, не вернувшиеся в Грецию, жители Трои, пеласги, представители других балкано-эгейских народов, воинов и их семей (греческая традиция считает, что возглавили их ахейские вожди Калхант и Амфилох). Вся эта масса народов двинулась по западному и южному побережью Малой Азии, опустошая все на своем пути и оседая по дороге. «Народы моря» захватили Киликию, Кипр, разгромили Сирию, побережье Финикии и обрушились на Египет, но, остановленные Рамсесом III, осели на побережье у границ Египта в области, которая впоследствии получила имя Палестина, по названию народа «пелесет» (пеласги), именуемые в Библии «филистимляне». Численно среди новопоселенцев преобладала группа ахейцев с Крита, влившаяся в «народы моря», что отразилось в древнееврейском определении филистимлян, как «критян» в Ветхом Завете.

Последствия этого великого переселения проявились в следующем:

- Восточная Малая Азия была занята племенами мушков, захвативших ок. 1165 г. до н.э. бассейн Восточного Евфрата, после чего разделились на мушков, оставшихся в бассейне р. Галис и, собственно, восточноевфратских. Потомками первых стали каппадокийцы, вторых – армяне.

- «Народы моря» осели несколькими анклавами на разных отрезках своего пути:

1) ахейские греки в Памфилии, Кипре и Киликии образовали т.н. восточноахейский мир, удержавший микенскую культуру и письменность и, впоследствии, слившийся с общегреческим.

5851c708c2ac8_-.PNG.552bc90797d17b06f4f9

2) пеласги, критяне и тевкры в Палестине слились в общность «филистимлян» и усвоили местную западносемитскую культуру, привнеся в нее элементы микенской. На полосе побережья длиной 60 и шириной 20 километров они создали союз пяти самоуправлявшихся городов: Газы, Аскалона, Аккарона, Гата и Ашдода, установив свою гегемонию почти над всей Палестиной.

5851c711df5db_5.thumb.PNG.bdf1606f80dfb0

3) Новохеттская государственность погибла навсегда. Лишь Каркемишская ветвь хеттской династии смогла оправиться от ударов «народов моря» и даже распространить влияние на хеттские области Сирии и Тавра (ок. 1170г. до н.э). Новообразованные государства с центрами в Каркемише и Мелиде считались восстановленным Хеттским царством, но говорили и писали в них уже только по-лувийски. Вскоре они распались на ряд позднехеттских царств (Табал, Хилакку и т.д) и в VIII в. до н.э были аннексированы Ассирией.

Warriors.jpg.e4fc6d43d8d188a2ee1887c08cc

Вопрос о т.н. «дорийском нашествии» заслуживает отдельного рассмотрения в силу того, что некоторые исследователи считают его предтечей нашествия «народов моря», которое, собственно, и вызвало массовую миграцию. В конце XIII в. на микенскую Грецию обрушилась страшная катастрофа. Через всю страну с севера на юг прокатилась волна разрушений, оставившая на своем пути руины и следы пожарищ. Важнейшим жизненным центрам микенских государств был нанесен непоправимый ущерб. Погиб в огне пожара Пилос, Терапны неподалеку от позднейшей Спарты, была разрушена огромная цитадель Гла (Арне) в Беотии, серьезно пострадали главные микенские центры Арголиды: Микены и Тиринф. Зона разрушений охватывает также множество мелких неукрепленных поселений сельского типа на территории Беотии, Фокиды, Аттики, областей близ Истма, Арголиды, Лаконии и Мессении. О масштабах и последствиях катастрофы можно судить по следующим цифрам. Из 44 микенских поселений на территории Арголиды уцелело лишь 19, для Мессении аналогичное соотношение составляет 41 к 8, для Лаконии 30 к 7, для Беотии 28 к 53. Некоторые области средней и южной Греции, как явствует из этих данных, лишились большей части своего населения и почти совершенно обезлюдели. С другой стороны, в это же самое время наблюдается приток населения (очевидно, за счет беженцев из опустошенных районов) в места, не затронутые катастрофой. Такими «зонами убежища» становятся в первой половине XII в. Ахайя, Элида, восточная Аттика, Эвбея, острова Ионического архипелага. Вероятно, в непосредственной связи с этими же событиями возникают в этот период новые микенские поселения на Хиосе, Крите и Кипре, где могли найти приют другие группы беглецов из разоренного Пелопоннеса, Аттики, Беотии.

258513_original.thumb.png.d2b526ad7210e7

О причинах, вызвавших это ужасное бедствие, в настоящее время можно только гадать. Наиболее убедительное объяснение дает гипотеза «варварского вторжения», хотя существуют также и другие точки зрения на эту проблему (гипотеза «междоусобных войн», гипотеза «социального переворота», гипотеза «стихийного бедствия»). Тотальный характер катастрофы (массовое разрушение поселений, дворцов и крепостей одновременно на большом пространстве) позволяет предполагать, что в нашествии участвовало не одно какое-нибудь племя, а целая коалиция варварских народов наподобие той готско-скифско-сарматской орды, которая опустошила Грецию в 267 г. н. э. при императоре Галлиене. Только имея на своей стороне абсолютное численное превосходство над противостоявшими им ахейцами, пришельцы могли отважиться на штурм, а тем более на долговременную осаду таких практически неприступных твердынь, как Тиринф или Микены. Между тем в период, непосредственно следующий за катастрофой, численность населения на всей охваченной ею территории резко сокращается. Для столь парадоксальной ситуации может быть только одно объяснение: в силу каких-то неизвестных причин загадочный народ (или народы), нанесший микенской цивилизации удар, от которого она уже никогда не смогла оправиться, не захотел или, может быть, не смог остаться в опустошенной им стране и ушел в неизвестном направлении, не оставив после себя никаких следов своего пребывания, кроме развалин и пепла пожарищ. В археологической литературе уже отмечалось одно достаточно странное обстоятельство: как показывают данные раскопок, материальная культура областей, вошедших в зону разрушений, не претерпела в этот период сколько-нибудь заметных изменений, сохранив, несмотря на явные признаки вырождения и упадка, свой преимущественно местный микенский характер. «Нет ни одного наконечника стрелы, — пишет американская исследовательница Э. Вермел, — ни одного ножа или детали вооружения среди вещей, найденных в развалинах, которые не были бы предметами сугубо микенского происхождения». Все эти факты плохо вписываются в традиционную, унаследованную от античной историографии картину дорийского завоевания Пелопоннеса. Если верить традиции, представленной в сочинениях Геродота, Фукидида, Эфора и других греческих авторов, дорийцы, после своего вторжения на Пелопоннес прочно обосновались на захваченной ими территории, частью истребив, а частью вытеснив и поработив занимавших эти земли ахейцев. Согласно Фукидиду, все это произошло спустя 80 лет после Троянской войны, или, если следовать традиционной датировке этого последнего события (1184/1183 г. до н. э.), в самом конце XII в. Двадцатью годами раньше, как сообщает тот же историк, аналогичные события разыгрались в Беотии и Фессалии. Там также сменилось население в результате вторжения новой волны северных пришельцев. Если все обстояло действительно так, как об этом рассказывает Фукидид, то между приходом дорийцев на Пелопоннес и катастрофой, приведшей к гибели микенские государства, получается почти столетний хронологический разрыв. Не удивительно, что в новейшей научной литературе все чаще проскальзывает мысль о том, что дорийцы, в сущности не имеют никакого отношения к трагическим событиям рубежа XIII—XII вв., что они появились на исторической сцене много поздней — в конце XII или, что еще более вероятно, в XI в., когда судьба микенской культуры была уже решена, и им оставалось только заполнить вакуум, образовавшийся в Греции после ее крушения.

Совершенно очевидно, что теория «дорийского завоевания» в ее традиционном варианте нуждается в настоящее время в радикальном пересмотре. Не менее очевидно, однако, и другое: никакой сколько-нибудь приемлемой альтернативы для этой устаревшей концепции найти пока не удалось. Едва ли можно признать такой альтернативой весьма популярную сейчас гипотезу, устанавливавшую прямую связь между разрушителями микенских твердынь и загадочными «народами моря», фигурирующими в египетских хрониках XIII—XII вв. Не лучше обстоит дело и с другими бытующими сейчас в науке вариантами «теории вторжения». Почти все они основаны на весьма скудном фактическом материале и включают в себя множество произвольных, ничем не подтверждаемых допущений. Таким образом, вопрос о причинах катастрофы, положившей начало упадку, а затем и полному изживанию микенской цивилизации, приходится пока оставить открытым.

Важнейшим фактором, способствовавшим искоренению микенских культурных традиций, безусловно, должна считаться резко возросшая мобильность основной массы населения Греции, начавшаяся еще в первой половине XII в. Характерно, что массовая эмиграция начинается теперь также и в тех районах, которые не были затронуты катастрофами предшествующего периода и в течение некоторого времени служили приютом для беженцев из зоны разрушений (сюда относятся восточная Аттика, Ахайя, острова Ионического и южной части Эгейского морей). Судьба основной массы эмигрантов остается неизвестной. Значительная их часть, по всей вероятности, осела на Кипре, где в это время (XII—XI вв.) наблюдаются некоторые изменения в составе населения. Отдельные группы могли добраться до западного побережья Малой Азии и близлежащих островов, положив начало так называемой «ионийской колонизации» этого района (наиболее ранние образцы греческой субмикенской керамики, найденные в Милете, датируются первой половиной XI в.)

В самой Греции подавляющее большинство микенских поселений как больших, так и малых было покинуто своими обитателями. Некоторые из них, как было уже указано, использовались в качестве погостов. Другие стали просто пустырями или пастбищами для коз и овец. Следы вторичного заселения микенских цитаделей и городков (обычно в виде отдельных построек), встречаются лишь эпизодически и, как правило, после длительного перерыва. Почти все вновь основанные поселения располагаются на некотором удалении от микенских руин, которых люди той эпохи, по-видимому, суеверно сторонились, опасаясь гнездившихся в них злых духов. Так, в Афинах вскоре после того, как был покинут своими обитателями дворец на акрополе, где около 1100 г. появляется новое поселение, но уже вдали от цитадели — в районе позднейшей Агоры. На Крите, высоко в горах восточной части острова, в суровых и как будто совершенно неприспособленных для жизни местах было найдено несколько прилепившихся к скалам поселков, датируемых ΧΙ-Χ вв. Судя по сделанным здесь находкам (керамика, изделия из металла, культовые статуэтки), в них ютились остатки коренного минойского населения острова (может быть, с некоторой примесью греков-ахейцев), очевидно, покинувшие насиженные места на равнине из-за какой-то угрожавшей им опасности.

Обстоятельства и время прихода дорийцев на Пелопоннес до сих пор не установлены даже с приблизительной точностью. Древнейшие следы обитания на месте такого важного центра дорийского влияния в этом районе, как Спарта, датируются самым концом X в. Нет никаких оснований связывать с вторжением дорийцев катастрофу, постигшую микенский мир на рубеже XIII—XII вв. С гораздо большей степенью вероятности их проникновение в южную Грецию можно было бы отнести к концу XII или даже к XI столетию. Однако даже и для этого времени мы не располагаем сколько-нибудь надежной информацией, опираясь на которую можно было бы определить хотя бы примерно маршрут продвижения дорийцев по территории средней Греции и Пелопоннеса, а также хронологические рамки этого продвижения.

Создается впечатление, что дорийцы были каким-то призраком, прошедшим через всю Грецию и не оставившим на своем пути никаких осязаемых следов. Возможно двоякое объяснение этого парадокса:

а) в момент появления дорийцев на Пелопоннесе их культура находилась на крайне низком уровне развития, соответствующем самому примитивному пастушескому быту. Не имея других жилищ, кроме сделанных из шкур палаток, другой утвари, кроме сплетенных из коры корзин или сшитых из кожи сосудов, дорийцы по мере своего продвижения к югу постепенно перенимали у местного населения некоторые элементы его культуры, например, гончарный круг, дома из камня или кирпича, навыки металлообработки и, таким образом, мало-помалу ассимилировались в местной культурной среде. Именно поэтому как начальный этап этого продвижения, так и заключительная его стадия остаются пока скрытыми от нас.

б) Можно предположить, что дорийская материальная культура с самого начала ничем особенным не отличалась от культуры всего остального населения балканской Греции, так как сложилась не где-то за пределами микенского мира, а внутри него, хотя, вероятно, в одном из периферийных его районов. Отсюда следует, что продвижение дорийцев с севера на юг происходило в чрезвычайно близкой им по языку и культуре этнической среде и именно в силу этого не оставило после себя никаких ясно выраженных следов.

Судя по всему, дорийцы пришли на Пелопоннес отнюдь не завоевателями и триумфаторами, которым суждено было в упорной борьбе сломить сопротивление микенских твердынь. К тому времени, когда их передовые отряды вышли из горных долин Эпира и Македонии и двинулись на юг, агония микенской цивилизации, по всей видимости, уже близилась к своему завершению. Перед пришельцами лежала опустошенная и обезлюдевшая страна. Значительная часть населения, по-видимому, погибла от голода и других бедствий, последовавших за катастрофическими событиями конца XIII в. Уцелевшие, бежали в горы или перебрались на острова далеко за морем. Удержавшиеся кое-где на своих местах разрозненные ахейские общины едва ли были способны оказать серьезное сопротивление новому «нашествию», если бы оно действительно произошло. По всей вероятности, оно осуществлялось путем постепенного просачивания небольших родоплеменных групп пришельцев в пустоты, образовавшиеся между уцелевшими островками коренного населения.

Т.о. можно сделать следующие выводы:

1. В кон. XIII – нач. XIIвв. до н.э в результате нашествия «народов моря» и ливийских племен было значительно ослаблено Новое царство в Египте. «Народы моря» захватили Киликию, Кипр, разгромили Сирию, побережье Финикии, но, остановленные Рамсесом III, осели на побережье у границ Египта в области, которая впоследствии получила имя Палестина, по названию народа «пелесет» (пеласги), именуемые в Библии «филистимляне, которые усвоили местную западносемитскую культуру, привнеся в нее элементы микенской. Они создали союз пяти самоуправлявшихся городов: Газы, Аскалона, Аккарона, Гата и Ашдода, установив свою гегемонию почти над всей Палестиной.

2. Фрако-фригийскими племенами «мушков» было разрушено Новохеттское царство. Лишь Каркемишская ветвь хеттской династии смогла оправиться от ударов «народов моря» и даже распространить влияние на хеттские области Сирии и Тавра (ок. 1170 г. до н.э). Новообразованные государства с центрами в Каркемише и Мелиде считались восстановленным Хеттским царством, но говорили и писали в них уже только по-лувийски. Вскоре они распались на ряд позднехеттских царств (Табал, Хилакку и т.д) и в VIIIв. до н.э были аннексированы Ассирией.

3. В нач. XII вв. до н.э. Троянская война положила начало переселению народов с участием греков-ахейцев, населения разгромленной Вилусы и ее соседей. На северо-западе Малой Азии сформировалась коалиция, в которую вошли ахейские отряды, не вернувшиеся в Грецию, жители Трои, пеласги, представители других балкано-эгейских народов, воинов и их семей (греческая традиция считает, что возглавили их ахейские вожди Калхант и Амфилох). Вся эта масса народов двинулась по западному и южному побережью Малой Азии, опустошая все на своем пути и оседая по дороге. Ахейские греки в Памфилии, Кипре и Киликии образовали т.н. восточноахейский мир, удержавший микенскую культуру и письменность и, впоследствии, слившийся с общегреческим.

4. Нет никаких оснований связывать с вторжением дорийцев катастрофу, постигшую микенский мир на рубеже XIII—XII вв. С гораздо большей степенью вероятности их проникновение в южную Грецию можно было бы отнести к концу XII или даже к XI столетию. Едва ли можно признать состоятельной в данном отношении гипотезу, устанавливавшую прямую связь между разрушителями микенских твердынь и загадочными «народами моря», фигурирующими в египетских хрониках XIII—XII вв. К тому времени, когда их передовые отряды вышли из горных долин Эпира и Македонии и двинулись на юг, агония микенской цивилизации, по всей видимости, уже близилась к своему завершению.


2 пользователям понравилось это


Отзыв пользователя

Нет отзывов для отображения.


  • Категории

  • Темы на форуме

  • Сообщения на форуме

    • Корабли и морское дело
      Если правильно понял: sobre talabartes derrubados - "на ремнях спускаясь вниз". С "espadas rombas" проблема в том, что слово "rombas" неизвестно к чему относится. Может иметься ввиду, что у "espadas" колющего острия нет. Или в буквальном смысле идет указание на профиль клинка. "Ромбовидный".  У "lançadas" есть и значение "наносить удар копьем". С учетом того, что у китайцев упомянуты длинные копья "lanças compridas", более вероятным кажется вариант "колоть/колоть копьями и рубить".
    • Корабли и морское дело
      Тут нет "ударов пиками и руками" - есть "метать и рубить". Но указано, что мечи у них тупые, а про ремни не понял.
    • Корабли и морское дело
      Это ссылка на C. R. Boxer. South China in the sixteenth century : being the narratives of Galeote Pereira, Fr. Gaspar da Cruz, O.P., Fr. Martin de Rada, O.E.S.A.(1550-1575). Hakluyt Society, 1953. Там перевод на английский части или всей работы Tratado em que, se contam muito por extenso as cousas da China, в числе прочего. На португальском нужный фрагмент нашелся. Часть 9, страницы 67-68 и в издании 1569 года. Позже попробую перевести. Там еще дальше про гражданский флот.  
    • "Примитивная война".
      ИМХО, это что-то вроде каноэ с легкой платформой. Надо смотреть, где выкопали сосуды и как атрибуировали, но это искать надо, а времени нет.
    • Корабли и морское дело
      В оригинале стоит ссылка:  Boxer (ed.), South China, pp. 112-113. Я думаю, что это что-то вроде Charles Ralph Boxer "The great ship from Amacon", 1988.    
  • Файлы

  • Похожие публикации

    • «Является и милостив Меренра»
      Автор: Неметон
      Иероглифическая надпись на плите, найденной в Абидосе в Верхнем Египте и хранящаяся в Каирском музее, известное как «Жизнеописание вельможи Уны». Относится к концу Древнего царства и охватывает период царствования фараона VI династии Меренры.

      «Я просил у величества моего господина, чтобы мне был доставлен известняковый гроб из Ра-ау (мемфисских каменоломен). Его величество распорядился, чтобы «казначей бога» переправился через Нил с партией рабочих капитана корабля, его помощника, чтобы доставить мне этот гроб из Ра-ау. Он (гроб) прибыл с ним в резиденцию на большом грузовом судне вместе со своей крышкой, гробничной плитой с нишей, руит (часть двери), двумя гемех (возможно, створками двери) и одной сатс (часть погребальной плиты). Никогда не было сделано подобного ни одному слуге, так как я пользовался расположением его величества, так как я был угоден его величеству, так как его величество полагался на меня».
      1.      Перед нами свидетельство особого расположения фараона чиновнику высокого ранга, которому за заслуги был пожалован гроб, изготовленный из известняка.
      2.      Локализовано место, где добывался известняк и изготавливался гроб – каменоломни Ра-ау близ Мемфиса.
      3.      Мы видим, что гроб прибыл к резиденции чиновника на грузовом корабле в готовом виде: с крышкой, плитой, частью двери, створками.
      4.      Интерес представляет чиновник, носящий титул "казначей бога". По всей видимости, в условиях обожествления фараона, эта должность заключалась в распоряжении ресурсами царской казны, ее сохранности и строгой отчетности. Т.к. гроб Уны строился за счет казанных средств, это потребовало личного присутствия чиновника для учета расходов, что говорит о развитой структуре государственного аппарата.

      «Его величество посылал меня в Ибхат доставить саркофаг «Ларь живущего» вместе с его крышкой и драгоценной и роскошной верхушкой для пирамиды: «Является и милостив Меренра», госпожи. Его величество посылал меня в Элефантину доставить гранитную плиту с нишей вместе с ее сатс и гранитные двери и руит, и доставить гранитные двери и сатс верхнего покоя пирамиды «Является и милостив Меренра», госпожи. Они плыли со мной вниз по Нилу к пирамиде «Является и милостив Меренра» на 6 грузовых и 3 перевозочных судах 8 месяцев и 3…в течении одной экспедиции. Никогда ни в какие времена не посещали Ибхат и Элефантину за одну экспедицию. И чтобы ни было приказано его величеством, я выполнил все согласно всему, что его величество повелел о том».

      1.      Уна по приказу фараона Меренры должен был осуществить экспедицию в каменоломни Нубии и Элефантине у нильских порогов.
      2.      Элефантина являлась удобным опорным пунктом для экспансии на юг. Связь Элефантины с южными областями поддерживалась не только по Нилу, труднопроходимые пороги которого в засушливое время делали его вовсе не судоходным, отсюда вел на юг и сухопутный путь "путь Элефантины", который существовал, вероятно, до VI династии.
      3.      Обращает на себя внимание, что в нубийском Ибхате изготавливался из гранита саркофаг для супруги фараона с навершием для пирамиды.
      4.      И саркофаг, и пирамида носили собственные наименования.
      5.      Мы видим, что саркофаг и элементы гробницы изготавливались в разных местах.
      6.      То, что Уна в течение одной экспедиции посетил столь удаленные друг от друга места говорит о довольно безопасном плавании по Нилу, о чем пишет сам Уна, отмечая, что никогда до него никто не делал этого. Мы не видим упоминания военных судов сопровождения, что говорит о стабильной внутриполитической ситуации в районе нильских порогов на границе с северной Нубией.

      «Его величество посылал меня в Хатнуб доставить большую жертвенную плиту из хатнубского алебастра. Я спустил для него эту плиту в течение всего лишь 17 дней. Я отправил ее вниз по Нилу на этом грузовом судне – я построил ему грузовое судно из акации в 60 локтей длиной и 30 локтей шириной, причем постройка заняла всего лишь 17 дней – в 3-м летнем месяце, несмотря на то, что вода не покрывала еще отмелей. Я причалил благополучно у пирамиды «Является и милостив Меренра». Его величество посылал меня прорыть 5 каналов в верхнем Египте и построить 3 грузовых и 4 перевозочных судна из акации Уауат. При этом правители Ирчет и Меджа поставляли для них дерево. Я выполнил все за один год. Они были спущены на воду и нагружены до отказа гранитом к пирамиде «Является и милостив Меренра».

      1.      Алебастровые каменоломни находились у Ахетатона, где была изготовлена жертвенная плита для храмового комплекса.
      2.      Учитывая, что у египтян локоть равнялся 45 см, длина судна, построенного из нубийской акации равнялась 27 метрам, а ширина 13,5 метра.

      3.      Плита была доставлена в Мемфис в период, предшествовавший разливу Нила.
      4.      В период правления Меренра нубийские области Уауат, Ирчет и Меджа являлись подконтрольными территориями и поставляли не только дерево для строительства судов, но и воинов для войска фараона (в документе упоминалось о приготовлении к войне с бедуинами: Его величество отражал азиатов-бедуинов. Его величество набрал войско из многих десятков тысяч во всем Верхнем Египте, от Элефантины на юге до Афродитопольской области на севере, в Нижнем Египте, в западной и восточной половине Дельты на всем их протяжении, в крепости(?), в крепостях, у нубийцев Ирчет, нубийцев Меджа, нубийцев Има, нубийцев Уауат, нубийцев Каау и в стране ливийцев.) Кроме того, на север Нубии в период VI династии оказывалось давление южнонубийскими племенами, пытались заручиться поддержкой египетских фараонов, заключая с ними союзы. Об этом свидетельствует надпись, обнаруженная в конце XIX в. А.-Х. Сейсом на восточном берегу Нила, немного выше первого порога, о встрече Меренры с вождями северных нубийских племен.

      5.      Построенные суда были нагружены гранитом для облицовки пирамиды.
      6.      Важное значение водного сообщения с Нубией мы видим из задания фараона Уне по устройству каналов в области первого порога. Годичный период, за который была выполнена данная работа свидетельствует о важности проекта и безопасности условий на внешних границах Древнего царства в период строительства, чему способствовала, в том числе, встреча Меренры с северонубийскими вождями.
      7.      Постройка судна для перевозки плиты начиналась с момента отправки рабочих для ее изготовления. На это указывает количество дней (17), которые истекли с момента спуска готовой плиты к Нилу и строительства судна. Т.е, мы видим, что механизм строительства и доставки груза в эпоху Древнего царства был тщательно отлажен.
      Т.о, можно говорить о том, что в период правления фараона VI династии Меренры периода Древнего царства:
      1. Строительство гробниц выдающихся чиновников происходило за государственный счет и подлежало строгому учету выделенных средств «казначеями бога», распорядителями царской казны. Подобный обычай получил развитие с эпохи VI династии.
      2. Гроб и основные части погребения (двери, плиты) изготавливались на месте добычи строительного камня и доставлялись к месту погребения в готовом виде.
      3. Основные места добычи камня имели широкую географию: известняк – близ Мемфиса, гранит – Нубия и Элефантина, алебастр – близ Ахететона.
      4. Гранит для облицовочных плит и готовые части погребального комплекса доставлялись на грузовых речных судах, построенных из нубийской акации, имевших длину 27 м и ширину 13,5 м.
      5. Возможно, пирамида Меренры предназначалась также для захоронения останков его жены, для которых предназначались верхние покои.

      6. Безопасность внешних границ Древнего царства в период правления Меренры подтверждается отсутствием военных судов сопровождения экспедиции Уны в плавании до Элефантины и беспрепятственная постройка сети каналов в годичный период, чему способствовала, в том числе, встреча Меренры с северонубийскими вождями у первого порога, известная историкам.
      7. В период правления Меренра нубийские области Уауат, Ирчет и Меджа являлись подконтрольными территориями и поставляли не только дерево для строительства судов, но и воинов для войска фараона.
    • Du Yuting & Chen Lufan DID KUBLAI HAN'S CONQUEST OF THE DALI KINGDOM GIVE RISE TO THE MASS MIGRATION OF THE THAI PEOPLE TO HE SOUTH?
      Автор: Чжан Гэда
      DID KUBLAI HAN'S CONQUEST OF THE DALI KINGDOM GIVE RISE TO THE MASS MIGRATION OF THE THAI PEOPLE TO THE SOUTH?
      DU YUTING AND CHEN LUFAN
      INSTITUTE FOR SOUTHEAST ASIAN STUDIES, KUNMING
      Первая публикация первого варианта статьи - см.:  The Siam Society Newsletter, Vol. 4, No.4 December 1988
      Данная публикация отличается большим объемом текста и, соответственно, более широким охватом темы.
    • Du Yuting & Chen Lufan DID KUBLAI HAN'S CONQUEST OF THE DALI KINGDOM GIVE RISE TO THE MASS MIGRATION OF THE THAI PEOPLE TO HE SOUTH?
      Автор: Чжан Гэда
      Du Yuting & Chen Lufan DID KUBLAI HAN'S CONQUEST OF THE DALI KINGDOM GIVE RISE TO THE MASS MIGRATION OF THE THAI PEOPLE TO HE SOUTH?
      Просмотреть файл DID KUBLAI HAN'S CONQUEST OF THE DALI KINGDOM GIVE RISE TO THE MASS MIGRATION OF THE THAI PEOPLE TO THE SOUTH?
      DU YUTING AND CHEN LUFAN
      INSTITUTE FOR SOUTHEAST ASIAN STUDIES, KUNMING
      Первая публикация первого варианта статьи - см.:  The Siam Society Newsletter, Vol. 4, No.4 December 1988
      Данная публикация отличается большим объемом текста и, соответственно, более широким охватом темы.
      Автор Чжан Гэда Добавлен 22.05.2017 Категория Китай
    • Аменхотеп II: история одного похода
      Автор: Неметон
      В 1942 году в развалинах Мемфиса была найдена стела Аменхотепа II с описанием похода в Сирию. Анализ надписей может дать яркую характеристику внешней политики фараонов периода Нового царства в условиях противостояния с государством Митанни на территории Сирии и Палестины.

      «Год 7-й, месяц Лета 1, день 25-й, …Разбил его величество Нахарину, сокрушил лук его страну нехси… Отправился его величество в Речену при своем первом победоносном походе, для того, чтобы расширить свои границы, захватить добро тех, кто не был ему верен…Достиг его величество Шамаш-Эдома и разрушил он его в краткий миг…Его величество находился на своей боевой колеснице «Амон силен, Мут довольна» …Перечень добычи, захваченной его мечом: азиатов -35, быков – 22».
      Прежде чем вторгнуться в Сирию (Речену), Аменхотеп совершил поход в страну «нехси», т.е. земли, лежавшие к югу от Египта и разбил войска Митаннийского царства, обозначаемого в источниках, как Нахарина. Обезопасив свои южные границы и на время ослабив одного из главных соперников в регионе, он начал масштабный поход в Сирию, на первых порах, не встречая особого сопротивления на подступах к реке Оронт, о чем свидетельствует малое количество добычи, захваченной в Шамаш-Эдоме. Интересно упоминание о собственном имени боевой колесницы фараона, что указывает на количество лошадей в упряжке. Перейдя Митанни вброд, Аменхотеп во главе своего войска первым ступил на вражеский берег:

      «Переправился его величество через Оронт по воде рысью, подобно Решефу. Обернул он дышло свое, чтобы посмотреть на свой арьергард».
      Сравнение Аменхотепа с Решефом, западносемитским богом войны, вошедшим в египетский пантеон в качестве «побеждающего врага», призвано показать решительность намерений фараона и его стремительность полководца. На противоположном берегу Оронта, оторвавшись от своего арьергарда.  он чуть не попал в плен к небольшому отряду сирийцев, наблюдавшим за передвижением египетских войск:
      «Увидел он немногих азиатов, приближавшихся ползком с боевым оружием для нападения на войско царя. Его величество кружил над ними, подобно божественному соколу. Поникли они, и ослабели сердца их, когда один за другим падал на своего товарища, включая их командира, причем не было никого с его величеством, кроме него и его могучего меча. Истребил их его величество стрелами и удалился с радостным сердцем. Перечень добычи его величества в этот день: правителей - 2, знатных сирийцев - 6, а также их боевые колесницы, их лошади, все их боевое оружие.  Достиг его величество места южнее страны Нин. Ее правитель, все ее население были довольны его величеством, лица их выражали удивление его могуществом».

      Источник показывает, что египтяне не встречают значительного сопротивления на первом этапе похода. Немногочисленные войска местных правителей, даже будучи объединенными, не представляли серьезной угрозы армии Аменхотепа. Некоторые населенные пункты, стремясь избежать разорения, добровольно открывали ворота войскам фараона. Основная часть противника отходила к Угариту, богатому городу-порту на побережье Средиземного моря, около которого произошло первое серьезное сражение, завершившееся победой египтян:
      «Достиг его величество Угарита и окружил всех своих противников. Он уничтожил их, точно они не существовали. Стала вся страна его собственностью».
      После включения Угарита в сферу своего влияния, Аменхотеп изменил баланс сил в свою пользу. Влияние Угарита на ближневосточную торговлю было весьма весомым. После небольшого привала у г. Цалха восточнее Шамаш-Рама, было захвачено поселение Минджату, а правители Гизры и Инки добровольно покорились Аменхотепу. Затем египетское войско направилось к Кадешу, у стен которого случилось странное происшествие…
      «Достиг его величество Кадеша. Вышел правитель его с миром навстречу его величеству. Заставил их жителей, а также всех их детей принести присягу. Его величество стрелял из лука по южной окраине этого города в две цели, сделанные из кованной меди».
      Любопытно, по каким целям стрелял фараон у стен капитулировавшего города? Изложенное в источнике можно трактовать неоднозначно:
      1.       Фараон стрелял из лука, т.е. «цели» находились на некотором расстоянии
      2.       Происходящее потребовало его личного присутствия, что говорит об исключительности действа
      3.       Стрельба велась по южной окраине, не конкретному месту, а части города вообще, т.е. цели, видимо, находились в воздухе!
      4.       Цели металлические, из кованной меди, с которой их сравнил писец.
      5.       Стрельба не причинила объектам ни малейшего вреда, т.к после этого эпизода, о них уже не упоминается.
      Видимо, либо это был какой-то ритуал, связанный с символическим взятием города, сдавшегося на милость победителя, либо Аменхотеп у Кадеша стрелял из лука по двум металлическим объектам, находившихся в воздухе над южной окраиной города. Однозначно ответить на вопрос не могу…
      Далее описан еще один эпизод, который лично у меня вызывает неоднозначную оценку. Думается, что он был введен специально, чтобы отметить доблесть фараона, в одиночку поставившего город на колени:
      «Проследовал его величество на своей боевой упряжке в Хашабу. Был он один, никого с ним не было. Спустя короткое время прибыл он оттуда, причем привел он 16 знатных сирийцев, которые находились по бокам его боевой колесницы. 20 отрубленных рук висели на лбу его лошади, 60 быков гнал он перед собой. Был предложен мир его величеству этим городом».
      Итак, мы видим, что фараон вернулся из Хашибы с заложниками и быками. Для заключения мира более достаточно, учитывая скромную добычу первых дней похода. Но, отдельно указывается, что на голове его лошади болталось 20 отрубленных рук. Из этого можно заключить, что:
      1.       Боевая упряжка состояла из одной лошади, в отличие от двух, впряженных в боевую колесницу.
      2.       Количество убитых фараоном людей во время «визита» в Хашибу составило от 10 до 20 человек, в зависимости от количества отрубленных рук одного убитого. Хотя в дальнейшем мы увидим, что среди военной добычи будет упоминаться нечетное количество рук, т.е. с известной степенью вероятности можно предположить, что у мертвого врага отрубалась одна рука и, таким образом, штурм Хашибы обошелся городу в 20 убитых.
      3.       Если фараон выехал один в город и подвергся там нападению, даже уничтожив нападавших, сомнительно, что после такого демарша он принял бы мир от города.
      4.       Вероятней всего, город был взят после скорого штурма с малым количеством жертв.
      5.       Довольно странно, что после добровольной капитуляции таких городов, как Кадеш, который стал камнем преткновения в борьбе за Сирию ведущих держав региона при Тутмосе III, менее укрепленная Хашиба решилась на сопротивление. По всей вероятности, ситуация радикально изменилась и это вызвало решение Аменхотепа о возвращении в Мемфис. И не последнюю роль в этом сыграло задержание гонца из Митанни:
      «Вот отправился его величество к югу через долину Шарона. Встретил он гонца правителя Нахарины с письмом на глиняной табличке, которая висела на его шее. Его величество захватил его в плен и вел у бока своей боевой колесницы. Выступил его величество из лагеря в Египет на боевой упряжке. Знатный сириец-военнопленный был на боевой упряжке один с ним».
      Итак, мы видим, что письмо правителя Митанни написано на глиняной табличке, т.е. клинописью и адресовано тому, кто мог его прочитать. Учитывая, что ранее войска Митанни были разбиты Аменхотепом, можно предположить, что в табличке речь шла о создании антиегипетской коалиции. Причем, то, что ее вез знатный сириец, говорит о свершившемся факте создания такой коалиции в Вашшукканни, митаннийской столице. Куда направлялся сириец, представить несложно – Кадеш, который со времен отца Аменхотепа, Тутмоса III, возглавлял антиегипетские союзы. В частности, после смерти Хатшепсут в 1468 г. до н.э. Тутмос выступил в поход против коалиции «330 правителей» во главе с царем Кадеша, за которым стояло набирающее мощь Митанни. После 7-ми месячной осады пал Мегиддо, но Митанни осталось несломленной и в 1468-1448 гг. Тутмос III был вынужден совершить не менее 15 походов в Азию, дважды осаждал Кадеш, но взять не смог. Его сыну удалось это сделать без боя, по всей видимости, правитель Кадеша ждал вестей из Митанни о планируемой военной помощи. Поняв, что ему могут нанести удар в спину, Аменхотеп принимает решение о возвращении в Египет. Причем, как видим, отступал он довольно быстро, если пересадил знатного сирийца к себе на колесницу. Обращает на себя внимание, что статус сирийца меняется на военнопленного, т.е. Кадеш более не воспринимается, как дружественный город.
      «Достиг его величество Мемфиса…Перечень его добычи: знатных сирийцев - 550, их жен – 240, хананейцев – 640, сыновей правителей - 232, дочерей правителей – 323, наложниц правителей всех чужеземных стран вместе с их украшениями из серебра и золота, которые они носили, всего - 2255. Лошадей - 820, боевых колесниц – 730 вместе со всем их боевым снаряжением».

      Насколько видно из перечня военной добычи Аменхотепа после первого сирийского похода, в основном ее составили богатые и знатные заложники, лошади и боевые колесницы. Это может свидетельствовать как о поспешности отступления в Египет, так и об особенностях внешней политики египетских царей. которые наряду с непосредственным покорением земель практиковали захват в заложники представителей правящих династий для обеспечения их лояльности. После второго похода в Сирию спустя 2 года, его добыча была более весома. Но Аменхотепу II (1438-1412 гг. до н.э), несмотря на победные реляции, пришлось признать в 1429 г. до н.э. верховенство митаннийского царя Сауссадаттара над Сирией и Северной Финикией.

    • «Писец сидит в своей канцелярии, руки его бездействуют»
      Автор: Неметон
      В музее Лейдена (Нидерланды) хранится папирус №344, найденный в некрополе Саккара, около Мемфиса, с текстом, известным как «Речение Ипувера». Судя по тексту и орфографии, его можно отнести к концу Нового царства (ок. 1300 г до н.э). Однако, язык текста указывает на гораздо более ранее время (2000-1700 гг. до н.э). Из этого обстоятельства было заключено, что писец, живший ок. 1300 г до н.э. скопировал значительно более древний текст. Академик В. В. Струве пришел к выводу, что Лейденский папирус описывает события крупного социального переворота в конце Среднего царства (ок. 1750 г. до н.э). Впоследствии его теория подтвердилась публикацией т.н. «черепков проклятий». В западной историографии этот памятник определялся как произведение мессианистической литературы или диалог-поучение, а иногда как чисто литературный текст, не имеющий какой-либо социальной ценности. Помимо красочных описаний бедствий, постигших Египет, в тексте можно найти немало любопытных свидетельств, ярко характеризующих жизнь и быт населения Древнего Египта периода Среднего царства...

      «Воистину: Хнум скорбит из-за бессилия своего…те, которые лежали в местах бальзамирования, они кинуты на высоты. Тайны бальзамировщиков раскрыты…вся Дельта больше не защищена. То, что дорого стране севера, находится на путях, открытых удару. Что нам делать, чтобы не было доступа всюду? Пусть скажут: держись вдали от места тайн! Ибо смотри: оно в руках, не знающих его. Как будто они знали бы его. Варвары стали искусны в работах Дельты».
      - в комментариях к тексту традиционно отмечалось, что «работы Дельты» - это исконные ремесла Египта, в которых варвары стали искусны, т.е. оттеснили самих египтян от этой деятельности в силу охватившей Египет социальной смуты. На мой взгляд, речь идет не о ремеслах вообще, а именно об искусстве бальзамирования. Ипувер явно указывает, что тайны этого искусства раскрыты, варвары захватили место тайн. А что может быть более таинственным, чем место, где готовили к посмертному существованию? Думается, что «место тайн» – это некий культовый центр в Мемфисе, где жрецы практиковали мумификацию тел, прежде тщательно охранявшееся от непосвященных. Искусность варваров в работах Дельты означала разглашение тайн бальзамирования, возможно, даже предание огласке секретных текстов из библиотеки «места тайн», в котором также находились и свитки, содержащие знания о магии и колдовстве, о чем Ипувер пишет далее:

      «Воистину: магические формулы стали общеизвестными. Заклинания «шем» и заклинания «сехем» сделались опасными, ибо они запоминаются теперь всеми людьми»
      - Перед нами свидетельство существования особых свитков, в которых были изложены ритуалы вызова и удержания сверхъестественных сил. Вероятно, эти тексты были разграблены в том же центре в Мемфисе, в котором жрецы также практиковали магию.
      Беспорядки приняли настолько масштабный характер, а государственная власть была настолько парализована, что даже мумия царя оказалась выброшена на улицу:
      «Смотрите: Царь захвачен бедными людьми…он лежит на простых носилках. То, что скрывала пирамида, то стоит теперь пустым»
      - Очевидно, перед нами свидетельство разграбления пирамиды. Можно предположить, что указанные события случились сразу после смерти фараона. Попробуем восстановить хронологию событий, исходя их текста:
      «Смотрите: было приступлено к лишению страны царской власти немногими людьми, не знающими закона: приступили люди к мятежу против царя, глаза Ра, умиротворяющего обе земли…Столица, она разрушена в один час»
      - Налицо убийство царя в результате мятежа или его организация после его преждевременной смерти. Организованный «немногими людьми», скорее всего сановниками, он развивался скоротечно, ввергнув столицу в хаос, а страну поставив на грань гражданской войны:
      «Столица встревожена недостатком. Все стремятся разжечь гражданскую войну. Нет возможности сопротивляться. Страна, она связана шайками грабителей»
      - В столице идет борьба за власть. С утратой жесткой централизации в стране бесчинствуют шайки грабителей, захватывая имущество богатых египтян:
      «…червь гложет знатных покойных; тот, который не мог сделать себе саркофага, он теперь стал владельцем гробницы…владельцы гробниц выкинуты на вершины холмов. Тот, который не смог себе сделать даже гроба, он стал владельцем заупокойного имения…Тот, который не мог построить себе хижину, он стал владельцем дома. Придворные изгнаны из домов царя…благородные женщины находятся на шеду – баржах. Вельможи пребывают в закромах. Тот, который не спал рядом со стеной, он стал собственником ложа. Владелец богатства проводит ночь, страдая от жажды. Тот, который выпрашивал осадок напитков, теперь собственник кувшинов, кидающих наземь. Владелец роскошных одеяний в лохмотьях. Тот, который не имел тени опахал, стал теперь собственником тени…»
      - Ипувер рисует страшную картину социального катаклизма. Бальзамирование после захвата мемфисского «места тайн» не осуществляется. Тела знатных покойных, видимо убитых, не погребены или выброшены из саркофагов. Их гробницы захвачены. Вельможи изгнаны из своих домов и ютятся в подсобных помещениях, их жены вынуждены заниматься проституцией на баржах, выполнявших роль публичных домов. Конечно, не все соглашались на подобное:

      «Скажут они: Тяжко мне на барже с миррой, то пусть нагрузят их сосудами с …пусть узнают они носилки. Что касается слуг, то ведь они больны! А это хорошее лекарство для них, когда из-за них страдают благородные женщины, подобно рабыням. То, что поют в хоромах богине Мерт, это скорбь, повесть о муках над жерновом. Воистину: рабыни все стали владеть устами своими. Если говорят их госпожи, то это тяжело переносится рабынями»
      - за отказ обслуживать «клиентов» в лупанарии, бывшие благородные дамы могли быть отправлены на переноску сосудов или использовали в качестве носильщиц, подобно рабыням. Кроме того, они трудились на ручных мельницах на помоле зерна. За выражение недовольства их ожидало наказание их бывших рабынь, находившихся на положении хозяев. Придворная знать в лохмотьях, страдает от жажды. Бывшие бедняки стали собственниками рабов (тени опахал) и кувшинов с алкогольными напитками, кидающими наземь.
      Отдельного внимания заслуживают вопросы семьи и брака в период Среднего царства:
      «Смотрите: тот, который спал без жены из-за бедности, он находит теперь благородных женщин…человек знатный брал себе благородную женщину в качестве жены и его защищал отец ее. Теперь, не имеющий такого тестя и убивает его»
      - египтянин мог жениться, располагая определенным имуществом и с согласия отца невесты, под защитой которого он находился впоследствии. В период мятежа эти условия не соблюдались. Женщин чаще всего просто брали силой.
      Мятеж в столице перерос в масштабный передел собственности с разрушением торговых связей и фактической ликвидацией судебной, налоговой и административной системы:
      «Воистину: зерно гибнет на всех путях. Люди лишены платья, мази и масла…Закром разрушен. Страж его повержен на землю…прекрасная судебная палата. Расхищены ее акты, лишены хранилища ее тайн содержания... Расхищены податные декларации. Рабы стали владельцами рабов…чиновники убиты, взяты их документы…писцы по учету урожая, списки их уничтожены. Зерно Египта стало общим достоянием…свитки законов судебной палаты выброшены, по ним ходят на перекрестках. Бедные люди сламывают их печати на улицах…бедные люди достигли положения Эннеады, ибо то ведение дел дома Тридцати лишилось своей замкнутости…великая судебная палата стала местом выхождения и вхождения в нее. Бедные люди выходят и входят в великие дворцы…дети вельмож выгнаны на улицу…»
      - В стране дефицит зерна, благовоний и масел, которые имели большое значение в культовой и обыденной жизни египтян. Ипувер сетует:
      «Тот, волосы которого выпадали потому, что он не имел своего масла, стал собственником целых кувшинов со сладким мирром. Тот, который не знал своего бога, жертвует ему воскурения другого»
      - По всей видимости, мирро использовалось для ухода за кожей головы и париком, что служило отличительной особенностью египтян. Те, кто не мог воскурить благовония своим богам в силу своего низкого социального статуса, теперь может использовать благовония, предназначенные для богов египетского пантеона, т.е. в восстании самое активное участие принимали беднота и чужеземцы-рабы.
      Царские амбары расхищены, его страж убит. После расхищения судебных архивов уничтожены материалы судебных решений. В податных декларациях указывалось и имущество хозяев, к которому также относились рабы. Уничтожение подобных деклараций фактически означало ликвидацию рабской зависимости. Уничтожение списков по учету урожая и разграбление царских зернохранилищ указывает на одну из возможных причин социального бунта – голод. Судебная система Среднего царства была основана на замкнутости судей, знатных сановников. В условиях волнений здания судов были разграблены, а дети чиновников, занимавшие места судебных клерков, изгнаны из дворцов.
      Т.о, перед нами картина настоящего социального бунта (воздержусь от оценки событий, как революции), постепенно перерастающего в гражданскую войну, охватившего Древний Египет в период Среднего царства, связанного с масштабным переделом собственности, ликвидацией централизованного управления, налоговой, судебной системы, насильственным изменением социальной структуры. В условиях борьбы за власть в правящей элите после смерти (или убийства) царя, в стране, отягощенной голодом и обострившимися социальными противоречиями, не нашлось силы, которая смогла бы остановить нараставшее недовольство. Дезинтеграция центральной власти в столице привела к хаосу на местах. Слабостью фараонов XIII династии (1775—1710 гг. до н. э.) воспользовалось объединение гиксосов, которым в конце XVIII в. до н. э. удалось оккупировать всю Дельту, а затем распространить свою власть и в Верхнем Египте. Эпоха Среднего царства в Египте закончилась.

      Открытым остается вопрос, в чье правление произошло восстание, описанное Ипувером. Известно, что в указанный промежуток времени правил фараон Хинджер (тронное имя Усеркара) (ок. 1752—1748 до н. э.), от правления которого сохранилось незначительное количество памятников, наиболее поздние из которых датируются 4-м годом царствования. В Саккара известна незаконченная пирамида Усеркара, строительство которой было не завершено в силу преждевременной смерти царя и пустовавшей по причине, описанной Ипувером. Хронологически ему наследовал Сехем-Ка-Ра Имир-меша (ок. 1748—1744 до н. э.) имя которого переводится как "полководец". Известны две его статуи из храма Птаха в Танисе, что доказывает статус Имир-меша как царя всего Египта. Известно, что Апопи, царь гиксосов, и фараон Рамсес II, приказали вырезать на этой статуе свои имена. Можно предположить, что Сехем-Ка-Ра Имир-меш, опираясь на войско и узурпировав власть, смог не только подавить восстание, описанное Ипувером, начавшееся после смерти Усеркара, но и на время вновь объединить Верхний и Нижний Египет и не допустить вторжения усиливающихся гиксосов, за что снискал уважение не только Апопи, но и Рамсеса II.
      Т.о, можно предположить, что события, описанные Ипувером, происходили в 1748 г до н.э. в период между смертью фараона Усеркара и захватом власти Сехем-Ка-Ра Имир-мешем.