Доного Х. М. Нажмуддин Гоцинский

   (0 отзывов)

Saygo

В истории Дагестана, пожалуй, нет такой исторической личности, как Нажмуддин Гоцинский, жизнь и деятельность которого за последние 80 лет описывали бы столь воинствующе негативно. Он считался и до сих пор считается "главным врагом Советской власти и трудящихся" в Дагестане, "лжеимамом", "главарем банд", "барановодом", "злодеем, погубившим массу народа", и т.п.

Дата его рождения официально не установлена, в разных исторических источниках указываются 1859, 1862 и 1865 годы. Такое расхождение в датах объясняется тем, что горцы по мусульманским обычаям мало внимания уделяют дню своего рождения.

Нажмуддин Гоцинский родился в небольшом высокогорном аварском селении Гоцо Аварского округа. Он был представителем одного из знатных родов Аварии, имевшего родственные отношения с Аварским ханским домом. Его отец, Доного Мухаммад, влиятельный в Дагестане человек, являлся наибом имама Шамиля, а после окончания Кавказской войны состоял на службе в царской администрации на Кавказе, имел российские награды и дослужился до ротмистра. В 1889 г. во время посещения Кавказа Александром III бывшему шамилевскому наибу был пожалован перстень с рубином и бриллиантом "за отлично усердную службу и преданность правительству"1.

Доного Мухаммад, являясь высокообразованным и культурным по тем временам человеком, знатоком ислама, придавал огромное значение воспитанию и образованию двух своих сыновей. Старший - Абдулатип, обучаясь у известных учителей, овладел многими науками и шариатскими 2 знаниями, которые в то время были доступны в Дагестане. В последующем он открыл медресе3 в селении Нижний Дженгутай, на родине своей матери, и полностью посвятил свою жизнь науке, литературной и педагогической деятельности. Медресе пользовалось популярностью, являясь по тем временам одним из лучших в Дагестане; слава о молодом ученом облетела всю Страну гор. В 1889 г. Абдулатип без разрешения царских властей совершил поездку (паломничество) в Мекку, а по возвращении в Дагестан был за самовольный выезд за границу арестован и отправлен в ссылку в сел. Обоянь Курской губернии, где вскоре скончался.

%D0%93%D0%BE%D1%86%D0%B8%D0%BD%D1%81%D0%BA%D0%B8%D0%B9.jpg

Так же как и старший брат, Нажмуддин прошел все ступени серьезного религиозного обучения. Окончив медресе и получив высшее духовное образование, 19 декабря 1880 г. он поступил на службу нукером (всадником) к начальнику Дагестанской области князю Н. З. Чавчавадзе4. Через три года за хорошую службу Гоцинский был награжден серебряной медалью "для ношения в петлице"5. 9 августа 1891 г. Нажмуддина избрали депутатом Дагестанского народного суда, состоявшего, как правило, из "именитых и сведущих туземцев", где судебные дела решались на основе адатов и шариата.

В ноябре 1895 г. Гоцинский был назначен Койсубулинским6 наибом в Аварском округе (его отец прослужил на этой должности 24 года). В одном из его биографических очерков говорится: "С одной стороны, богатство, с другой стороны, высокое положение; будучи администратором и ученым, алимом по-арабски, Нажмуддин пользовался почетом среди народа, и сам он имел большое желание увеличить свой почет, сильно стремился к этому. Даже темному народу он доказывал, что весь Дагестан в его руках, и народ относился к нему с большим почетом, в особенности в бытность его наибом"7.

После смерти отца и старшего брата Нажмуддин стал единственным продолжателем рода Гоцинских, получив в наследство большое состояние, недвижимость, скот, пастбища. Когда Нажмуддин сопровождал свои отары, местная ребятня радостно передавала эту весть друг другу, так как дети, сироты, встречая у дороги отары имама, получали, как правило, от него в виде садака (благотворительного подношения) ягнят или овец. По этому поводу он разъяснял: "Люди говорят о моих землях и кутанах (летнее пастбище. - Д. Х. М.). Верно, у меня есть земли, согласно шариату перешедшие ко мне от отца. Отец мой ни у кого не взял эти земли силой, он купил их у мусульман, имевших на руках законные документы. Если есть человек, желающий оспаривать у меня эти земли, пусть придет, согласно шариату, с нужными документами, и я ему их отдам"8. Между тем наличие огромного количества баранов служило у части населения веским аргументом в подтверждение того, что целью всей борьбы Гоцинского являлось сохранение своего имущества.

В 1903 г. с разрешения военного губернатора Нажмуддин отправился в длительную поездку по Турции. Это был первый и единственный выезд Гоцинского за пределы Российской империи. Турция давно манила горца своими святынями, учеными. Еще свежи были в памяти рассказы покойного брата об этой удивительной стране. Направляясь в столицу Оттоманской империи, Нажмуддин питал себя надеждой встретиться с "падишахом всех мусульман" - султаном Абдул Хамидом.

Главный духовный воспитатель при султанском дворе шейх Мухаммад Запир с радостью встретил Нажмуддина. В свое время он с большим почетом принял в Стамбуле Абдулатипа, который своими познаниями удивил тогда многих местных ученых. Шейх организовал младшему брату Абдулатипа прием у султана Турции Абдул Хамида II, что было тогда очень трудно. После короткой беседы о жизни мусульман в России, и в частности на Кавказе, Гоцинский "просил султана, чтобы он разрешил ему стать имамом Дагестана. Султан одобрил желание Нажмуддина, но заметил, что такое разрешение, к сожалению, дать не может, так как Дагестан находится в составе России. Султан сказал: "А вы старайтесь, если удастся, будет очень хорошо""9. Разговор проходил на турецком языке, которым хорошо владел Нажмуддин. Под впечатлением от встречи с султаном Гоцинский сочинил ему оду, которая была опубликована в одной из стамбульских газет.

По возвращении в Дагестан Гоцинский преподавал в духовных школах (мектебах) Аварского округа. Сохранились его высказывания по этому поводу: "Я обучался, насколько хватало моих сил, светским и духовным наукам и обучал этому многих алимов. В этом была моя цель - принести пользу мусульманской нации и предохранить шариат от унижения. Я не брал денег, сделавшись кадием, или учителем. Мое стремление было направлено к Аллаху и Его религии, но никак не к богатству в жизни"10.

Пребывание Нажмуддина в Турции вызвало недовольство царских властей, и с этих пор Гоцинского, которого горцы якобы предназначали в правители Дагестана, подозревали "в объединении всех магометанских племен Дагестанской области". Распоряжением министра внутренних дел "было предложено установить тщательное наблюдение за лицами, прибывающими из Турции в целях распространения в России панисламской и пантюркской идеи"11. В справке Департамента полиции по Кавказскому краю говорилось: "По имеющимся секретным сведениям, Натчбутин (Нажмуддин. - Д. Х. М.) на средства, которыми располагал для агитации, купил в Турции 1500 ружей, которые и были доставлены контрабандным путем на Кавказ и розданы дагестанцам. Помимо этого, он имел постоянные письменные отношения с проживающим в Константинополе членом совета турецкого Министерства народного просвещения, который через своих агентов вел усиленную агитацию среди кавказских мусульман в сторону объединения с турками, обещая турецкому правительству поднять мусульман всего Кавказа в случае войны России с Турцией или осложнений на азиатской границе"12. Но опасения царской администрации оказались напрасными. Хотя Гоцинский, как и многие представители дагестанского духовенства, надеялся на помощь Турции в создании своего независимого государства, этого не произошло.

8 марта 1906 г. наместник Кавказа граф И. И. Воронцов-Дашков обнародовал циркуляр "По выборам в Государственную думу гг. военным губернаторам, губернаторам, начальникам областей и отдельных округов Кавказского края"13. Гоцинский, как землевладелец Темирханшуринского14 округа, являлся одним из кандидатов от Дагестанской области в депутаты на выборах в I Государственную думу. Однако в Дагестане количество избирателей, решивших не голосовать (под влиянием агитации Темирханшуринской организации РСДРП во главе с Д. Коркмасовым, требовавшей демократических свобод, конфискации помещичьих земель и др.), было так велико, что "областное избирательное бюро отказалось от проведения выборов, и в Дагестане выборы в Думу не состоялись"15.

Нажмуддин Гоцинский пользовался авторитетом среди духовенства и жителей Нагорного Дагестана и Чечни. Нередко как большой знаток шариатского права он занимался миротворческой деятельностью, в частности налаживал взаимоотношения между жителями Аварского и Андийского округов и Чечни. (Когда в начале 1917 г. обострились их отношения из-за земли, передвижения населения Нагорного Дагестана по территории Чечни с целью приобретения хлеба и т.д., Гоцинский участвовал в урегулировании конфликта.)

За всеми действиями бывшего царского наиба следили власти. Из справки и.о. директора Департамента полиции С. П. Белецкого видно, что полиция установила тщательную слежку за деятельностью мусульманского духовенства, религиозных школ, отдельных деятелей. "Как далеко зашли мечты мусульман в области стремления к объединению всего мусульманского мира, - говорится в справке, - можно судить по следующему случаю, имевшему, по словам нештатного вице-консула в г. Брюсселе, место среди кавказских магометан во времена последнего брожения в Персии и Турции: мусульмане-дагестанцы в 1907 - 1908 гг. выбрали себе на случай возникновения волнений среди кавказских магометан вождя в лице Натчбутина Магомеда-оглы, которого предназначали, в случае удачного окончания этого движения, в правители Дагестана"16.

В ряде районов края развертывалось сопротивление русификаторской политике царизма. В Дагестане оно приняло форму "антиписарского" движения, направленного против попыток русифицировать делопроизводство в сельских обществах, в частности, введением русского письмоводства.

Горцы встретили эту реформу враждебно. "Власть шейхов и мулл настолько сильна, - писал в своем отчете военный губернатор Дагестанской области С. В. Вольский, - что парализует вообще всякую попытку приобщить население к общему порядку государственной жизни, просветить его и сблизить с русскими интересами"17. Отрицательная реакция духовенства отчасти объяснялась его экономическими интересами. Введение русского делопроизводства сокращало доходы мусульманского духовенства, поскольку делопроизводство в сельских обществах вели кадии18. Примириться добровольно с этим нововведением муллы и кадии не пожелали и со своей стороны приняли все меры к тому, чтобы воспрепятствовать проведению реформы.

Они сумели убедить население, что вслед за введением русского письмоводства последуют и другие реформы: введение воинской повинности, упразднение горских судов и адатов, всеобщая перепись для увеличения налогов и т.п., а также предупреждали об опасности, которая грозит мусульманской религии, что находило себе подтверждение в гонениях на арабский язык, на котором совершалась служба в мечетях.

Во многих округах Дагестана прошла волна выступлений. 13 марта 1914 г. толпа восставших (до 6 тысяч) подошла к Темир-Хан-Шуре, где была остановлена войсками во главе с губернатором. К вечеру горцы были оттеснены, а к утру 14 марта - рассеяны. Но и власти, встретив упорное сопротивление горцев, вынуждены были отказаться от принудительного проведения реформы.

Кто же проводил агитацию среди горцев о неподчинении властям? Работу в селах вели местные представители духовенства, а общее руководство принадлежало Нажмуддину Гоцинскому, имевшему большой авторитет среди горцев благодаря своей учености и попавшему в немилость у начальства области. "Богатство и влияние обеспечивали ему независимое положение. Он сам всюду любил похвастать своими столкновениями с губернатором"19, - вспоминал полковник Джафаров. Не случайно "военный губернатор Вольский, подозревая в этом движении организатором Нажмуддина, хотел его выслать из Дагестана, и только заступничество Халилова спасло его от этой кары"20.

Царская администрация бдительно наблюдала за настроениями и действиями горцев. Получив телеграфное распоряжение министра внутренних дел, начальник Бакинского губернского жандармского управления по розыску полковник С. Ф. Северитовский 27 октября 1916 г. предписал своему помощнику по Дагестанской области детально осветить настроение горцев "во всех сферах общественной жизни, озаботившись немедленным приобретением для сего солидных осведомителей и сотрудников", и докладывать регулярно. В секретном письме помощника кавказского наместника князя В. Н. Орлова Северитовскому (ноябрь 1916 г.) говорилось о том, что "среди кавказских мусульман происходит в настоящее время весьма серьезное брожение". В связи с этим он просил следить за настроениями мусульман, "направив в этом отношении соответственным образом агентуру и наблюдение", и "командировать в Дагестанскую область одного из опытных офицеров вверенного вам управления, для самого всестороннего изучения настроения и чаяний мусульман в настоящее время. Командировка эта должна быть секретной, и для нее должен быть избран благовидный предлог и соответственная обстановка"21.

Определенная работа по сбору сведений о настроениях мусульман была проведена. В январе 1917 г. наместник получил две агентурные записки. Агент "Омар" сообщал: "По поводу настроения в настоящее время мусульман Кавказа необходимо отметить, что внимание их главным образом сосредоточено на вопросе о проведении в жизнь распоряжения о призыве мусульман на военные работы. В этом направлении особенно остро реагируют мусульмане Северного Кавказа, в частности мусульмане Дагестанской и Терской областей... Между последними состоялось соглашение, по которому они обязались ни в коем случае людей на работы не давать и в случае насилия со стороны властей оказать вооруженное сопротивление, взаимно поддержав друг друга... Самыми влиятельными и популярными деятелями мусульманского движения в Дагестане считаются Нажмеддин Эфенди (известный также под фамилией Гоцинский), Таджаддин Эфенди - житель селения Карабудахкент22 и некий Мулла Али Лау в Акушах23. К голосу их прислушивается весь Дагестан, и от решения их главным образом зависит то или иное направление политических воззрений местных мусульман". В другой записке агент "Мурад" также доносил, что Нажмуддин Гоцинский является "одним из самых популярных на Северном Кавказе лиц"24.

28 февраля 1917 г. чиновник по особым поручениям при кавказском наместнике Г. Баммат, оказавшийся в то время в столице по делам, телеграфировал военному губернатору Дагестанской области в Темир-Хан-Шуру о начале революции в России. С этого момента в Дагестане развернулась политическая борьба между чиновниками теперь уже бывшей областной администрации и представителями дагестанской интеллигенции. "В борьбе за власть на сцену выступают две группы шуринской "общественности": русское чиновничество, по старой привычке пожелавшее стать у руля хотя бы и нового корабля и тем не упустить бразды правления над "туземцами", во-первых, из своих, а во-вторых, из русских рук, и туземная торгово-промышленная и помещичья клика в блоке с туземным же чиновничеством"25.

В один из мартовских дней на многолюдном собрании горожан в Темир-Хан-Шуре после многочисленных речей и выступлений было решено вместо свергнутой царской власти, которую представлял генерал-губернатор области, создать выборный комитет. Выборы прошли в острой борьбе. 9 марта в Темир-Хан-Шуре был создан Временный Дагестанский областной исполнительный комитет, действовавший в поддержку Временного правительства. В его состав вошли представители различных слоев и течений. В числе представителей мусульманского духовенства от Аварского округа был и Нажмуддин Гоцинский.

Создание исполкома, то есть появление гражданской власти, было для Дагестана большим событием. Для Гоцинского же деятельность в исполкоме стала дебютом в политической жизни.

В апреле 1917 г. в Темир-Хан-Шуре было создано общество "Джамият уль-Исламие" ("Исламское общество"). В него вошли крупные землевладельцы, предприниматели, лидеры мусульманского духовенства. Нажмуддин Гоцинский, не имевший большого влияния в областном центре, решил оказать этой организации свою поддержку. Она была настолько значительной, что организация получила возможность создать свои милицейские отряды, издавать газету "Джаридату Дагестан" (на арабском языке), а в итоге создать шариатский блок. Основным соперником шариатского блока в борьбе за власть была Социалистическая группа, состоявшая преимущественно из представителей местной интеллигенции (Д. Коркмасов, М. Дахадаев, А. Тахо-Годи, М. Хизроев, А. Зульпукаров, С. Габиев и др.) и объединявшая местные революционно настроенные национальные силы. Целью Дагестанской Социалистической группы была "борьба за интересы трудящихся против горской контрреволюции".

После того как в новый состав выборного исполкома прошли в большинстве социалисты (они объединились с рабочими и солдатскими депутатами, а также привлекли на свою сторону путем умелой агитации некоторую часть делегатов съезда), перед шарблоком встала задача распространить свое влияние на весь Дагестан.

В сентябре 1917 г. в противовес исполкому на основе общества "Джамият уль-Исламие" был создан Мусульманский национальный комитет (под председательством Д. Апашева), или, как он стал в дальнейшем называться, "Милликомитет". Вскоре возникло двоевластие: с одной стороны, власть "социалистического" исполкома, с другой - шариатского "Милликомитета".

Влияние каждой группировки Гоцинский учитывал. С недоверием относился к князьям, офицерам, чиновникам, полагая, что за ними нет реальной силы, и что им больше нужен он, чем они ему. С большой осторожностью относился Нажмуддин к социалистам, чувствуя в них непримиримых политических противников, обладающих реальной потенциальной силой. В политической борьбе свои главные надежды Гоцинский возлагал на Нагорный Дагестан, особенно на аварские районы, и, как показали дальнейшие события, оказался прав.

Было бы неверным утверждать, что, кроме Гоцинского, в Дагестане того времени не было известных религиозных деятелей. Их было немало: шейх Хасан Кахибский, шейх Сайпула Кади Башларов, Дарбиш Мухаммад Хаджи, шейх Али Хаджи Акушинский, Тажуддин Кади, Джамалуддин из Карабудахкента, Али Каяев и многие другие, благо Дагестан всегда славился обилием алимов - образованных, ученых в религиозном плане людей. "Но такой славы, как у Нажмуддина, в особенности в горах, ни у кого не было, - свидетельствовал участник событий полковник М. Джафаров. - Самое же главное, ни у кого из них не было такого богатства, как у него, никто из них не был способен подкупом или другими средствами подчинить себе других, заставить себя слушаться"26.

Уже тогда, на раннем этапе своей общественно-политической деятельности, Нажмуддин понял, что одними лозунгами власть ему не получить, за нее предстоит бороться и одним из решающих факторов победы будет военная сила. В связи с этим Гоцинский со вниманием относился к офицерам, полагая, что в нужный момент, они смогут оказать ему ценную помощь.

"Стремительный развал царского самодержавия в феврале 1917 г., вызвавший к историческому творчеству все народы, классы и слои населения, определил особенности общественного развития, внес свои коррективы в обычный ход исторического процесса. Не являлся в этом плане исключением и многонациональный Северный Кавказ"27. Собравшиеся в марте 1917 г. во Владикавказе представители горской интеллигенции предприняли попытку создать независимое государственное образование на Северном Кавказе и с этой целью созвать съезд северокавказских народов.

1 - 10 мая во Владикавказе проходил I съезд представителей горских народов Кавказа. В работе съезда приняло участие 300 (по другим данным 340) делегатов, представители почти всех народностей Северного Кавказа и Дагестана. В результате был образован Союз объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана, а также избран исполнительный орган - Центральный комитет Союза, в который вошли нефтепромышленник, бывший всадник конвоя ЕИВ, офицер А. Чермоев (чеченец), коннозаводчик П. Коцев (кабардинец), кумыкский князь Р. Капланов, князь шамхал Н. Тарковский (кумык), инженер З. Темирханов (кумык), выпускник Сорбоннского университета юрист Г. Баммат (кумык) и др. По единогласному избранию Гоцинский стал муфтием, то есть духовным главой мусульман, председателем правления Горского духовного управления.

Некоторые лидеры духовенства Дагестана победу Февральской революции и предоставление народам России, в том числе и Кавказа, демократических свобод решили использовать для образования на Северном Кавказе имамата - теократического государства.

В августе 1917 г. в дагестанском селении Анди намечался созыв II съезда горских народов Кавказа. "Причина созыва съезда в отдаленном ауле в дагестанских горах была в том, чтобы народы Дагестана, находясь вдали от расположения войск, могли высказываться свободно о своих нуждах и обсуждать проблемы без давления силы, чуждой их духу и быту"28.

Чем была вызвана необходимость через три с лишним месяца после предыдущего проводить еще один съезд? По мнению членов Центрального комитета созданного Союза, первый съезд не дал тех результатов, которых можно было от него ожидать: "Заваленный текущей работой, Временный центральный комитет не имел возможности достаточно разработать предполагавшиеся к обсуждению вопросы. Доклады составлялись уже на самом съезде, в атмосфере, не дававшей серьезных гарантий в продуманности их содержания... Ряд вопросов первостепенной важности, как аграрный, продовольственный, народного просвещения, духовного управления, не получил окончательного разрешения на первом съезде"29.

17 августа, то есть до официального открытия съезда, на берегу Андийского озера, в нескольких километрах от селения Анди, не дожидаясь, пока соберутся члены Центрального комитета и другие участники съезда, инициативу в свои руки взял Узун Хаджи. Шейх Узун Хаджи из аварского аула Салта, сыгравший особую роль в избрании имамом Гоцинского, являлся горячим сторонником создания имамата. Понимая, что взять на себя руководство в этом деле ему не под силу, как дальновидный человек, он примкнул к Гоцинскому - ученому, богатому и популярному среди горцев деятелю, видя в нем будущего имама. По словам Джафарова, "на этом новом фронте Узун Хаджи проявил удивительную энергию, решимость и настойчивость. Нажмуддин Гоцинский, хотя и очень умный человек, был тяжел на подъем... Он никогда бы не решился на такой смелый шаг, если бы не Узун Хаджи. Это Узун Хаджи вывел его на свет и постоянно толкал его к действию"30. Он со своими многочисленными сторонниками, невзирая на не собравшийся съезд, провел там обряд избрания Нажмуддина Гоцинского имамом - духовным и светским главой мусульман Дагестана и Северного Кавказа. В этом событии принимали участие представители народов Северного Кавказа, Азербайджана, Грузии, Украины, казачьих войск.

Свидетель происходившего, известный в будущем дагестанский художник Халил Бек Мусаясул вспоминал: "Ранним утром следующего дня гул барабанов и пронзительные звуки зурны возвестили о появлении имама из Гоцо и его соратника Узун-Хаджи. В окружении своих мюридов, певших священные песни, и в сопровождении сотен всадников он производил впечатление сильной, внушающей уважение личности. Он был провозглашен имамом Дагестана и Северного Кавказа. Яркие, впечатляющие дни, проведенные у берегов сияющего зеленого Андийского озера - сверкание оружия, полыхание знамен, топот копыт, яркие одежды. Высокие тюрбаны знати и темные мрачные фигуры горцев в огромных папахах и величавых бурках, с резкими, обветренными лицами, казавшимися такими же древними, как и их скалистые горы, - являются самыми незабываемыми картинами жизни, запечатленными в моем сердце"31.

Такие события предшествовали съезду; они более известны и значимы, нежели работа самого съезда. 20 августа в селении Анди, куда прибыли, наконец, опоздавшие члены Центрального комитета Союза объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана, должен был открыться съезд. Но провести заседание съезда с участием всех делегатов все-таки не удалось. Представители духовенства взяли инициативу в свои руки. При скоплении огромного количества народа пришлось ограничиться коротким совещанием, на котором часть делегатов выразила свое несогласие с выборами имама и требовала объявить Гоцинского, как ранее, муфтием. "Часть учившихся по-русски дагестанских делегатов, не враждебная Нажмуддину, и часть алимов, чувствуя, что избрание имама повлечет за собой тяжелые последствия, обсудили на совещании этот вопрос и постановили переименовать имама в "муфти" - духовного отца. К этому они склонили и Нажмуддина Гоцинского"32.

Сам Нажмуддин, большой знаток шариата, если в глубине души и мечтал стать именно имамом кавказских мусульман, все же должен был признать неправомерность такого избрания. Согласившись со званием муфтия, он открыто заявил об этом в своем обращении ко всем кавказским народам, напечатанном в местной газете "Мусават" 18 октября 1917 года.

И все-таки, происшедшее вошло в историю как съезд, на котором Гоцинский был избран имамом. Хотя представители властных структур ранее утвердили его муфтием, большая часть духовенства северокавказского региона, принявшая участие в работе съезда, все же признала за ним имамство33.

Поскольку съезд в Анди не состоялся в том виде, как его задумывали организаторы, представителями горских народностей тогда же было решено вместо несостоявшегося созвать новый съезд, на этот раз во Владикавказе. Съезд начал свою работу 20 сентября; в его программу входили те же самые вопросы, которые предполагалось рассмотреть на Андийском съезде. Первый пункт программы состоял в рассмотрении духовных дел мусульман. И на этот раз муфтием Северного Кавказа и Дагестана делегаты съезда единогласно избрали Гоцинского. Известие об этом избрании было передано во все северокавказские республики: "Муфтий Кавказа. Алим Нажмуддин Гоцинский, так же, как на Андийском съезде, был избран муфтием всех кавказских мусульман и на Владикавказском съезде горских народов Кавказа"34.

5 ноября по приглашению чеченцев Нажмуддин прибыл в Гудермес прочитать проповедь в осуждение грабежей и насилий, принявших в Чечне массовый характер. "Те мусульмане, которые посягают на имущество ближнего, - сказал в частности муфтий, - должны считаться вне религии, борьба с этими отщепенцами общества вменяется в священный долг каждому правоверному мусульманину. Шариат предписывает самые суровые меры борьбы с посягателями на чужую собственность; эти меры я буду проводить с суровой беспощадностью и неуклонностью. Пусть знают все, что каждый посягнувший на имущество русского или казака будет подвергнут смертной казни; каждому кто произведет кражу у мусульманина будет отсечена рука; убитых или казненных грабителей и разбойников не будут хоронить согласно обрядам нашей религии, а будут зарывать, как нечистую падаль, вне кладбища. С теми, кто чинит насилие над русскими нашими друзьями-казаками, я, повторяю, буду особенно неумолим, так как в переживаемое тревожное время мы должны сохранять самые лучшие отношения с соседями; те, кто нарушает наше мирное сожительство с соседями и грозит ввергнуть наш край в анархию, являются врагами ислама"35. Слушатели восторженно принимали все предложения муфтия и дали торжественное обещание беспрекословно повиноваться всем его указаниям. Собрание затянулось до 6 часов вечера и закончилось общей молитвой.

23 ноября в Темир-Хан-Шуре состоялся II Всеобщий съезд дагестанских представителей, на котором избрали новый состав Исполнительного комитета, куда на этот раз не вошел ни один представитель социалистов. Гоцинского, как и ранее во Владикавказе, утвердили в сане муфтия.

Вновь избранный Исполком оказался неработоспособным. К концу осени военные гарнизоны в Дагестане начали эвакуацию крепостей. Серьезной проблемой стала сдача оружия уходившими гарнизонами. Каждая из политических группировок пыталась завладеть оружием в крепостях. В это время активную деятельность начал Узун Хаджи, разъезжая со своими приверженцами по селам и от имени имама изгоняя старых представителей власти; на их место он ставил новых лиц - из окружения Гоцинского.

Обстановка в Дагестане становилась неуправляемой. Часть горцев признавала лишь власть имама Гоцинского, другая примкнула к социалистам, третья подчинялась избранным комитетам и комиссарам. В народе распространялись предания о деяниях и поучениях имама, его строгом следовании заветам ислама. По преданию, однажды в гости к муталимам (ученикам религиозного учебного заведения) села Кебачи явился Нажмуддин. В беседе с местным дибиром (сельским муллой) имам интересовался бытом местных жителей. Со слов дибира выяснилось, что заката (налог в пользу нуждающихся мусульман) собирается так много, что излишками (пшеницей) он иногда кормит свою лошадь. Поняв, что дибир без надобности собирает закат, Нажмуддин спросил его, пьет ли он водку. Дибир растерялся, ответив, что об этом даже спрашивать грешно. Тогда имам заявил ему, что, чем так без надобности собирать закат, он лучше бы пил водку, то есть еще более грешно собирать с людей закат, если он идет не по назначению.

Другое предание гласит: Однажды Гоцинский пригласил к себе дагестанского художника Халил Бека Мусаясула, о котором много был наслышан. "Ты разве не мусульманин?" - сурово спросил имам, со скрытым восхищением разглядывая портреты известных деятелей тех лет. "Мусульманин", - невозмутимо отвечал юноша. "Почему же усердствуешь в своем грехе? Или ты не слышал, что на том свете Аллах предложит тебе оживить все, что ты изображал, и до тех пор, пока ты этого не сделаешь, будешь мучиться в аду?" - "Слышал, - улыбнулся Халил Бек. - Но каждый раз я провожу ножом по горлу изображенного существа, как бы умерщвляя его: пусть Создатель знает, что я не стремлюсь соперничать с ним". - "Вот как! - усмехнулся имам. - Тогда нарисуй и меня".

В условиях нараставшей напряженности на 10 января 1918 г. в Темир-Хан-Шуре было намечено проведение III Всеобщего съезда дагестанских представителей, который принял бы меры по наведению порядка в крае. На съезд были приглашены Гоцинский и Узун Хаджи, и они решили воспользоваться этим событием, чтобы показать свою силу, и привели за собой большой отряд горцев с Нагорного Дагестана. "В 6 часов вечера улица наполнилась непрошеными гостями в количестве шести тысяч человек. Они группами шли через город вниз. Взрослые и молодые жители города испугались этой опасности. Воины прибывающей армии имели на голове зеленые, красные чалмы. У многих не было винтовок; те, кто не имели винтовок, держали в руках обнаженные кинжалы, револьверы, сабли. На красных, голубых знаменах, которые несли воины прибывающей армии, были написаны разные молитвы, во главе армии ехал на коне с обнаженной саблей борец Али Клыч36, с обеих сторон его шли несколько телохранителей. Таким строем армия остановилась перед зданием Комитета Дагестанской области. Каждая группа армии ушла в казармы для ночлега, оставленные ушедшими солдатами. Часов примерно в 8 вечера на улицах было видно очень мало людей, голоса затихли. Ночью не было слышно другого звука, кроме одного, двух холостых ружейных выстрелов. Народ провел ночь в ожидании, что же произойдет утром"37.

Шеститысячное войско Гоцинского выглядело в небольшом городе очень многочисленным, и горожане пребывали в некоторой панике, полагая, что будут беспорядки. Но горцы никому никакого ущерба не причинили, и все время своего пребывания в городе вели себя пристойно. Как только отряды вошли в город, Гоцинский сразу же поставил караул вокруг православной церкви, чтобы кто-нибудь из радикально настроенных горцев не нанес урон имуществу храма и прихожанам, а еврейское население, собрав 3 тыс. рублей, поднесло их Нажмуддину для нужд войска.

На следующий день, 12 января, представителями духовенства Гоцинский был вновь объявлен имамом, а в 6 часов вечера того же дня начал свою работу III съезд. "По вопросу об имамстве мнения алимов разделились... Властные структуры, как и прежде, утверждают его муфтием, а не имамом. В народе его по привычке продолжали называть имамом... Сам же Гоцинский названию своей должности особого значения не придавал. Он считал главным стоять на службе шариату и народу"38.

Объясняя переименование своей должности из имама в муфтия, Гоцинский говорил, что "это было сделано для того, чтобы мусульмане и русские, не бывшие в курсе этого дела, не подумали бы, что с избранием имама нарушатся мирные отношения между русскими и мусульманами. Дело обстоит не так, главнейшая цель этого следующая: установить еще теснее взаимоотношения между нашими и русским народами, устранить всякую возможность к беспорядкам и столкновениям между ними". С уважением относился Гоцинский ко всем религиозным конфессиям в Дагестане; он также считал неправильным плохое отношение мусульман к русским войскам, к русскому населению Дагестана. Подчеркивая многонациональность Кавказа, муфтий наставлял мусульман: "Не причиняйте вреда и ущерба иноверцам, грузинам, русским и евреям. Уважайте соседство"39.

В отличие от радикально настроенного Узун Хаджи, остававшегося ярым приверженцем имамата, Гоцинский не был сторонником вооруженных конфликтов и старался не проливать кровь. Несмотря на стремление стать лидером мусульман, он проявил мало решимости и не сумел воспользоваться благоприятной ситуацией, довести начатую операцию до победного конца и не смог удержаться у власти.

Социалистическая группа, находившаяся в замешательстве и бездействовавшая во время вступления в Темир-Хан-Шуру отрядов Гоцинского, вскоре развила лихорадочную деятельность, причем довольно успешную. После ухода из города основной массы вооруженных горцев социалисты созвали из близлежащих аулов Темирханшуринского округа местных жителей, настроенных против Гоцинского, и на митинге избрали главой дагестанского духовенства шейха Али Хаджи Акушинского, человека праведной жизни, глубоко религиозного, сочувствовавшего социалистам, популярного в долинах и предгорьях Дагестана. По мнению социалистов, "надо было сбить Нажмуддина с его пьедестала", нанеся ему тем самым чувствительный и болезненный удар, и это им удалось. "Отсюда начинается взаимная неприязнь Али Хаджи и Нажмуддина, которая, - как свидетельствовал Тахо-Годи, - в разные моменты развития революции приносила неоценимые услуги делу революционного движения не в одном только дагестанском масштабе"40.

В феврале-марте 1918 г. в Дагестане сложилась непростая обстановка. Социалистов обвиняли в том, что они приглашают большевиков, которые могут вмешаться в жизнь Дагестана. В Порт-Петровске (ныне Махачкала) из оставшихся русских солдат гарнизона были созданы организации (Красная гвардия и Интернациональный полк), которые захватили в свои руки власть и управляли городом по своему усмотрению, не подчиняясь законной власти Дагестанской области.

Дагестанский конный полк и отряды "Милли комитета", по приказу исполкома посланные в Порт-Петровск, после короткого боя относительно легко вступили в город, прогнав большевиков; те бежали частью в Баку, частью - в Прохладное; основные же их силы эвакуировались в Астрахань.

Хотя первоначальная победа досталась легко, исполком, предвидя неустойчивое будущее и стараясь закрепить успех, обратился за помощью к Гоцинскому. Тот со своим штабом прибыл в Порт-Петровск и обосновался там. Большинство местных жителей не были довольны прибытием отрядов Нажмуддина - в городе начались грабежи. Гоцинский, следуя нормам шариата, тщетно пытался навести порядок в Петровске. "Нажмуддин вводил шариатские меры пресечения подобных случаев: так, он всенародно бил палками попавшихся на грабеже и сажал их в тюрьму"41. Для водворения порядка и спокойствия в городе были развешаны объявления, в которых говорилось: "Я, имам Северного Кавказа и Дагестана Нажмуддин Гоцинский, призываю к спокойствию и зову за собой всех, кто жаждет мира и покоя".

В это время из Баку поступило несколько телеграмм от местных богатых предпринимателей (З. Тагиева, М. Нагиева, М. Асадулаева) с сообщением, что 31 марта большевики, во власти которых был город, и примкнувшая к ним часть армян истребили много мусульман и подожгли их дома. События в Баку получили большой резонанс. Нажмуддин отправил в Баку часть дагестанских войск совместно с добровольческими отрядами.

7 апреля на подступах к Баку части Красной гвардии и красной Интернациональной армии, вступив в бой с дагестанскими отрядами, остановили наступающих и затем обратили в бегство. Следом за возвращавшимися в Петровск поредевшими отрядами горцев продвигались части Красной гвардии, которые вместе с Туркестанским полком, прибывшим на пароходах, вскоре обложили город с двух сторон. После непродолжительной перестрелки, ввиду подоспевшей к противнику помощи из Астрахани Гоцинский отдал приказ к отступлению. Город был взят большевиками.

Собрав дополнительные силы, Гоцинский вновь приготовился к военным действиям. 27 апреля его войска пошли в наступление на город. "Сами большевики им не могли оказать сопротивление и, сев на пароходы, готовились отступать. Но в это время им оказали большую поддержку городские жители и рабочие. Последние начали обстреливать из домов и из разных прикрытий войска Нажмуддина. Его дагестанские отряды бились весьма стойко". Но губительную роль сыграли невооруженные "хуржунники", пришедшие с войском с целью грабежа (хуржунниками называли людей, принимавших участие в военных действиях с целью наживы; "хуржун" - походная сумка), они первыми бежали из города и этим внесли замешательство и панику; войско также обратилось в бегство. Из Петровска Нажмуддин поехал прямо к себе в селение, а его войска разбежались.

Таким образом, правление Гоцинского в городе продолжалось около трех недель, после чего здесь вновь была установлена советская власть.

В апреле 1918 г. Союз объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана обратился к ряду государств Европы с просьбой признать правительство Горской Республики. 11 мая 1918 г. на Батумской международной конференции было объявлено о создании Горской Республики и о ее признании Турцией и Германией. Через день правительство Горской Республики направило правительству РСФСР ноту о создании Горской Республики. В ответ на протест Советского правительства председатель правительства Горской Республики А. Чермоев обратился к Турции за помощью в борьбе с Советской властью, и в Дагестан прибыла партия военных специалистов во главе с полковником Исмаилом Хакки Беем, который сразу же приступил к организации войск для борьбы с большевиками.

В горах Нажмуддин продолжал поднимать народ на борьбу с большевиками. По преданию, послушать его проповедь собрались в мечети мужчины селения Буртунай. Выслушав призыв бороться против советской власти, мусульманин задал вопрос: "Что даст нам газават?" - "Рай!" - ответил имам. "Это для мертвых, а для живых?" - спросил тот же голос. Нажмуддин помолчал и потом сказал: "Ад!"

Вооруженные столкновения продолжались до августа 1918 г., когда в Дербент, а затем и в Петровск вступили части войскового старшины Л. Ф. Бичерахова42. Во время действий Бичерахова в Дагестане Гоцинский воздерживался от политических выступлений, оставаясь постоянно у себя в Гоцо. Вступивший в соглашение с Бичераховым Нух Бек Тарковский43 был официально объявлен диктатором Дагестана и властвовал до тех пор, пока 8 ноября 1918 г. под натиском турецкой дивизии Юсуфа Иззет Паши44 бичераховские отряды не покинули Петровск на 15 пароходах.

Гоцинский сдержанно принял известие о приходе турок, хотя раньше говорил об этом с воодушевлением. Сейчас он понимал, что его влияние на горцев упадет, что и произошло. Турецкое командование отнеслось к муфтию без особого почтения; он вновь удалился в Гоцо и оставался там в ожидании лучших времен.

Ждать пришлось не долго. Обстановка на западном фронте сложилась в пользу Антанты; англичане и их союзники предложили туркам эвакуироваться из Дагестана в течение 48 часов.

27 - 29 ноября 1918 г. в Баку делегация Горской Республики в составе А. Чермоева, И. Гайдарова, Г. Баммата попыталась договориться с представителями Союзных держав о признании независимости республики. Однако решение этого вопроса было отложено до рассмотрения на мирной конференции держав-победительниц. В то же время представитель Союзных держав, командующий английскими войсками в Баку генерал В. М. Томсон предложил делегации объединиться с казачеством Терека и образовать коалиционное правительство для оказания реальной помощи А. И. Деникину в борьбе против Советской власти45.

В результате 15 декабря парламент Горской Республики принял отставку кабинета Чермоева и 19 декабря сформировал новый состав коалиционного правительства, в которое вошли и представители Терского казачества. Главой правительства был утвержден Пшемахо Коцев. В новом правительстве Нажмуддин Гоцинский получил должность начальника шариатского управления.

В начале февраля 1919 г. на территорию Горской Республики вступила Добровольческая армия Деникина, ставившая целью очистить край от большевиков и восстановить "единую и неделимую Россию". 16 февраля генерал П. Н. Шатилов, командующий войсками генерала Деникина на Кавказе, уведомил Коцева, что все горские народы Северного Кавказа и Дагестана добровольно подчинились Добровольческой армии и что они вводят у себя систему самоуправления, разработанную генералом В. П. Ляховым, главнокомандующим войсками Терско-Дагестанского края. 17 февраля на заседании парламента Горской Республики нажим в такой форме был расценен как покушение на самоопределение горских народов Кавказа.

16 марта в Темир-Хан-Шуре состоялся съезд представителей всех округов Дагестана, на котором был заслушан доклад министра внутренних дел о действиях Добровольческой армии. Съезд постановил оказать сопротивление деникинцам, вступившим на территорию Республики. "На этом съезде известный муфтий Нажмуддин стал в оппозицию к делегатам и объявил, что он совсем не хочет противостоять вступлению казаков на территорию республики". Такое заявление вызвало недовольство у членов правительства и участников съезда, которые осудили "корыстолюбивую политику" Гоцинского.

Поступок Нажмуддина был вызван пониманием бессилия правительства Горской Республики, проявленным в управлении и проведении важных реформ. Он также видел надвигавшуюся опасность большевизма. Отдельные победы над большевиками ни о чем не говорили, Гоцинский почувствовал силу этого противника. Вождя Добровольческой армии Нажмуддин воспринимал прежде всего как генерала старой русской военной школы, который, по его мнению, был способен навести порядок. Вряд ли можно сказать, что Гоцинского радовало прибытие Деникина на Северный Кавказ, но в этот момент он рассчитывал на него как на силу, способную укротить большевиков. Из двух зол Нажмуддин выбрал меньшее - деникинцев, и в дальнейшем всегда отстаивал свое решение. Узун Хаджи был рассержен на него за это, назвал изменником, и отношения между ними были вконец испорчены.

Между тем Добровольческая армия успешно продвигалась по территории Горской Республики. 10 апреля 1919 г. решением парламента Горской Республики Гоцинский как глава ведомства шариатских дел был включен в состав делегации для ведения переговоров с Добровольческой армией в Грозном. Деникин, при котором находился начальник английской миссии в Дагестане Роуландсон, принял делегатов и заявил о том, что он не признает Горской Республики, так как все горцы Северного Кавказа уже подчинились ему и признали его власть.

К маю части Добровольческой армии заняли Петровск, затем Дербент. По требованию деникинского командования парламент Горской Республики был распущен, и 24 мая власть в Дагестане перешла к деникинской администрации, а ее ставленник генерал Микаэль Халилов был назначен правителем Дагестана.

На место Гоцинского в новый состав правительства Халилов рекомендовал Али Хаджи Акушинского, предлагая назвать его "шейх уль-исламом" ("Нажмуддин не хотел переименовывать себя в "шейх уль-ислам" под предлогом того, что это название якобы не обозначает централизацию управления в одних руках")46.

Оказавшись в отставке, Гоцинский продолжал интересоваться происходившими событиями. Он вел переписку, к нему стекались сведения о политической жизни в Дагестане.

Тем временем Али Хаджи Акушинский вместе с другими религиозными лидерами объявили мобилизацию в повстанческую армию и к концу мая 1919 г. провели ряд успешных сражений с деникинцами. Действия Али Хаджи были оценены генералом Халиловым как преступные, и он был лишен звания "шейх уль-ислам". С самого начала, то есть с момента предложения кандидатуры Али Хаджи на эту должность, Халилов просчитался и теперь, увидев, что известный шейх из Акуша сотрудничает с большевиками, принимал запоздалые меры. В свою очередь большевики 19 октября 1919 г. поставили Али Хаджи председателем Совета обороны Северного Кавказа и Дагестана.

25 марта 1920 г. красные отряды, сломив сопротивление деникинцев, вошли в столицу Дагестана - Темир-Хан-Шуру, в тот же день пал Дербент. 30 марта части Добровольческой армии, в спешке погрузившись на суда, покинули Порт-Петровск: в город вступила XI Красная армия. В Дагестане установилась советская власть.

В июле Гоцинский и полковник К. Алиханов47 со своими сподвижниками действовали в Андийском округе, развернув усиленную антисоветскую агитацию и вербуя в свои отряды горцев, недовольных новой властью. Их призывы и действия имели определенный успех, но не везде. Советские органы, поставленные агентурой в известность о том, что Гоцинский находится на территории Дагестана, всячески старались его разыскать и в конце концов напали на его след. Гоцинский со своими сторонниками вынужден был укрыться в соседней меньшевистской Грузии.

Анцухо-Капучинский участок Гунибского округа и Дидоевский участок Андийского округа являлись пограничными пунктами Дагестана с Грузией и Азербайджаном, в связи с чем политическая обстановка на обоих участках была сложной, там шла напряженная политическая и вооруженная борьба. В августе небольшие отряды Гоцинского дважды пытались вторгнуться в пределы Дагестана из Грузии и закрепиться здесь, но неудачно. Таким образом, две вылазки повстанцев со стороны Грузии были еще не восстанием, а последними "приготовлениями" к нему, выяснялись настроения горцев по отношению к советской власти.

Назревавшее восстание имело несколько причин. Пришельцы-большевики, незнакомые с местными условиями, не учитывали характерные для Дагестана черты: вековой уклад жизни с его обычаями и религиозностью. Большевики не считались и с особенностями хозяйства горцев, его слабостью и разорением. В ревкомах процветали взяточничество и интриги, вследствие чего они не пользовались авторитетом у населения. Военный комиссариат издавал приказы об организации воинских частей и мобилизации, но не предпринимал ничего для оборудования казарм, выдачи обмундирования и т.д.

Коммунистическая пропаганда зачастую была далека от интересов тех, для кого она предназначалась. Значительную роль в распространении восстания сыграла близость восставших округов к Грузии, где правило меньшевистское правительство. Влияла и обстановка, сложившаяся в связи с выступлением генерала Н. Н. Врангеля в Крыму.

В целях регулярного снабжения Грузии всем необходимым для подготовки антисоветских мятежей на Северном Кавказе, в Англии был организован специальный Комитет помощи Грузии48. На территории Грузии нашли приют деятели бывшего правительства Горской республики, они издавали свою газету "Вольный горец". Летом 1920 г. члены Горского правительства совместно с внуком Шамиля Саид Беем основали Комитет организации восстания на Северном Кавказе и в Дагестане, ставивший своей целью создание независимой горской республики под протекторатом Турции. В это же время в Тифлисе работала белоказачья Кубанская краевая рада, руководимая агентом Врангеля Тимошенко и готовившая силы к мятежу на Кубани. К подобным организациям можно отнести и "Комитет содействия горцам и терским казакам по их освобождению от большевиков", основаный сподвижниками Врангеля49. При Комитете содействия был создан отдел "по организации восстаний горских народов", в состав которого входили от терских казаков полковник Портянка и генерал Блажнов, от Осетии - полковник Багаев, от Дагестана - ротмистр Эльдаров и бывший член Горского правительства Р. Мавраев, от Ингушетии - Муса Базуртанов, от Чечни - ротмистр Сарокаев.

Осенью в Стамбуле была образована еще одна организация, ориентировавшаяся на Врангеля, под названием Кавказский комитет, куда вошли генерал М. Халилов, князь Ф. Бекович-Черкасский, Я. Хабаев и др. Организаторы этого комитета рассчитывали с его помощью привлечь в армию Врангеля всех кавказцев, находившихся в Турции.

Восстание против советской власти, возглавляемое Гоцинским и полковником Алихановым, "было вызвано не только влиянием обоих руководителей восстания, но также и рядом ошибок, допущенных руководителями некоторых советских учреждений". Распространявшиеся Гоцинским сведения о слабости большевиков не поддавались в то время оценке, но оказали должное влияние на настроение горской бедноты. К тому же от Гоцинского исходили слухи о проводимой Советами социализации женщин, об уничтожении стариков, об общем коммунистическом котле и т.п., что "способствовало подъему повстанческих настроений, охвативших Гунибский, Аварский и часть Андийского округов. Восстание приняло массовый характер"50.

В первых числах сентября мелкие партии повстанцев начали постепенно просачиваться со стороны Грузии в Дагестан по ущельям Андийского и Аварского Койсу. Отрядами руководили доверенные лица Гоцинского и Алиханова, а сами они пока находились в Грузии, продолжая организационную работу. Формирование повстанческих отрядов происходило в селении Лагодехи на территории Грузии. Повстанцы, главным образом пешие бойцы, были вооружены в основном трехлинейными винтовками, берданками, охотничьими ружьями, кинжалами, револьверами, имелись и пулеметы различных систем ("Максим", "Льюис", "Кольт"). Отряды Гоцинского отличались подвижностью, постоянной боевой готовностью, знанием местности, меткой стрельбой. В дальнейшем они пополнялись и укомплектовывались местными жителями.

По мере продвижения отрядов из Грузии в Дагестан восстание приобретало массовый характер. Малочисленность пограничной охраны позволяла повстанцам, доукомплектовав отряды, быстро перейти границу и успешно продвигаться внутрь Дагестана. По свидетельству начальника 32-й стрелковой дивизии А. И. Тодорского, "вторгнуться в Дагестан из Грузии и держать связь оттуда с западными его округами не представляло летом особого труда, тем более что граница охранялась нестрого"51.

Уже во второй половине сентября восстание охватило весь Анцухо-Капучинский участок. 2 октября отряд Дарбиш Мухаммада Хаджи занял села Тлох и Муну, 3 октября - Ботлих, уничтожив его гарнизон. В районе аула Карата повстанцы окружили и взяли в плен батальон красных, в ауле Харахи уничтожили роту красноармейцев.

5 октября повстанцы овладели Большим Гоцатле. 7 октября уничтожили роту 176-го полка, посланную из Гуниба на охрану моста через Аварское Койсу возле укрепления Карадах. 9 октября после неудачной попытки взять приступом укрепление Гуниб восставшие горцы заняли Салтинский мост, затем завладели аулом Аракани.

К началу октября повстанцы в нескольких стычках уничтожили так называемый Ботлихский отряд (батальон 1-го Дагестанского полка в 210 штыков с тремя пулеметами). Восставшие осадили гарнизоны Хунзаха и Гуниба, и с 9 октября связь их с Темир-Хан-Шурой прервалась.

3 октября Гоцинский со своим отрядом двинулся из с. Бежита по Аварскому Койсу вглубь Дагестана. По аулам им было разослано воззвание "всем от 15 до 50-летнего возраста" собраться в районе селения Хиндах (южнее Аварского Койсу) для получения оружия и патронов. 4 октября отряд Гоцинского у Гидатля насчитывал до 1000 человек, у селения Тлях сконцентрировалось около 400 бойцов.

К этому времени повстанцы действовали двумя группами: одна, состоявшая под общим командованием Дарбиша Мухаммада Хаджи, - в районе Ботлиха, другая, во главе с Гоцинским, - в направлении Хунзаха. По третьему направлению Кайтмаз Алиханов со своим отрядом продвигался через Ратлуб с целью соединения с повстанцами в районе Муну.

В секретно-оперативном приказе военного комиссара Дагестана Смирнова по войскам, подчиненным Дагестанскому военному комиссариату, от 9 октября 1920 г. сообщалось: "Восстание в горных округах Дагестана Андийского, Гунибского и Аварского округов приняло широкие размеры"52.

После успешного начала восстания Гоцинский созвал в селении Гидатль съезд, или, скорее, совещание, в котором приняли участие члены меньшевистского правительства Грузии Жордания и Рамишвили, для ознакомления с обстановкой. Меньшевики Грузии обещали всяческую помощь, и вскоре после съезда в Дагестан поступило 2400 винтовок, четыре пулемета и еще вагон с вооружением и мануфактурой.

Что же представляло собой руководство так называемой "повстанческой армии"? Во многих исследованиях говорится об "антисоветском восстании Н. Гоцинского". Однако помимо самого Гоцинского в восстании принимали участие довольно значимые фигуры того времени. Среди них видное место занимает 19-летний Саид бей53, внук имама Шамиля, прибывший из Турции для участия в событиях.

8 ходе восстания численность отрядов колебалась в зависимости от изменения ситуации. Свои отряды Гоцинский в прокламациях называл "шариатскими войсками горских народов", советское командование, разумеется, именовало их не иначе как "банды". Общее военное командование восставшими сосредоточилось в руках полковника Магомеда Джафарова54, подчинявшегося в свою очередь Совету четырех шейхов и Саид бею.

Совет четырех шейхов, в который входили шейх Мухаммад из Балахани55, Ибрагим Хаджи из Кучра56, Дарбиш Мухаммад Хаджи из Инхо, Мухаммад Амин из Ансалта57, был высшей духовной властью восставших.

9 октября Гоцинский повел наступление на Гуниб. Несмотря на численное превосходство и выгодное положение, повстанцам не удалось овладеть крепостью. Отсутствие определенного плана наступления, спешка и непродуманные действия не позволили им воспользоваться выгодным моментом. Не удалось повстанцам овладеть и крепостью Хунзах, где держали оборону красноармейцы и местные горцы. Но красный отряд, посланный для оказания помощи осажденным, попал в западню близ селения Аракани и был полностью уничтожен повстанцами. По приблизительному подсчету, в бою было уничтожено около 700 красноармейцев, захвачено 24 пулемета, 4 орудия, боеприпасы, а также весь транспорт с продовольствием и мануфактурой, предназначавшийся для осажденных. Место боя по обилию трупов красноармейцев получило название "долины смерти".

Разгром этого отряда являлся чрезвычайным событием. "Этот крупный неуспех наших войск, - писал Тодорский, - заставил командование XI армии обратить исключительно серьезное внимание на обстановку в Дагестане. Решено было усилить здесь наши части присылкой подкреплений и передать руководство ликвидацией восстания из рук военного комиссариата в руки полевого командования"58. Недооценка сил противника Дагревкомом и военным командованием, расхлябанность в отдельных частях красных, неподготовленность красноармейцев к ведению боя в горных условиях негативно отразились на всем ходе борьбы с повстанцами Гоцинского. Восстание в Дагестане и частично в Чечне захватывало все более широкие слои горцев.

12 декабря 1920 г. областное бюро РКП(б) с участием представителей военного командования обсудило вопрос о неотложных мерах по ликвидации прорыва и подавления восстания. Несмотря на "бодрые" приказы и "здравицы" по случаю нескольких побед, повстанцы продолжали представлять собой внушительную силу, их ряды пополнялись новыми бойцами. Признавая это, советское командование предпринимало попытки разобраться в сложившейся обстановке, лучше оценить роль вождей восстания, являвшихся влиятельными личностями в Нагорном Дагестане. Действительно, авторитет полковника Алиханова был еще высок, а Саид бей почитался как внук имама Шамиля, центральной же фигурой восстания оставался Нажмуддин Гоцинский, как имам и большой знаток религии.

"Нажмуддин вовсе не был фанатиком, - писал Тахо-Годи. - Его воззвания - чрезвычайно интересные исторические документы с известной политической платформой, тактикой и стратегией жизни и борьбы за жизнь. Нажмуддин очень хорошо знает психологию горских масс, которые живут более воображением и фантазией, чем положительным сознанием. Поэтому он широко применяет позу. Поза всюду: и в воззваниях, и в приемах, и в разговорах. Мощное воздействие на воображение детски наивного горца - вот основное орудие в руках Нажмуддина. Что мог он обещать голодному горцу, зовя за собой или гоня впереди себя на фронт? Ничего - на этом свете, разве только на том - мусульманский рай со всеми его прелестями. Правда, он обещал и часть добычи по шариату, полагающуюся бойцу. Для горца, идущего на зов Нажмуддина, поход представлялся отчасти выходом на привычный промысел отходников за лишней копейкой для прокормления семьи. Это одна сторона дела, а другая - Нажмуддин внушил массам через свой мощный агитпроп - мулл, шейхов, что каждый, кто откажется от участия в движении по созданию имамата, теряет свое "мусульманство". И люди шли. Одних привлекала перспектива подработки, других двигала боязнь оказаться вне "мусульманства". Язык воззваний Нажмуддина для горца был убедителен, понятен и сильно действующ на его воображение, ежедневно подготовляемое муллами в мечетях и учарах"59.

Не случайно на совещании областного бюро РКП(б) было решено, помимо военных действий, усиленно проводить агитационно-пропагандистскую работу, в связи с чем было принято воззвание "К беднякам, находящимся в бандах Гоцинского".

Для ликвидации восстания в Гунибском округе были сконцентрированы крупные красноармейские силы в составе четырех стрелковых полков и Гунибского партизанского отряда. Решающей силой послужила 32-я стрелковая дивизия XI армии под командованием Тодорского, переброшенная в Дагестан из Баку 3 ноября 1920 года. Дивизия состояла из конной бригады с конно-горной батареей, двух стрелковых полков. Эти силы были с ходу двинуты в горы на борьбу против Гоцинского60.

Несмотря на то, что партизанские отряды, состоявшие из горцев, активно участвовали в ликвидации восстания, основную роль сыграли части Красной армии, вооруженные артиллерией; в декабре 1920 г. войскам, действовавшим в Дагестане, был придан 18-й авиационный разведывательный отряд из пяти самолетов.

Чтобы отвлечь внимание Красной армии, главный штаб повстанцев предпринял действия в Чечне. Повстанцы в Дагестане, испытывавшие нужду в продовольствии, надеялись поднять восстание в нагорной, а затем и в равнинной Чечне. Это дало бы им возможность обеспечить себя хлебом. Развитие восстания в Нагорной Чечне побудило командование Кавказского фронта объединить управление войсками в Чечне и Дагестане, создав Терско-Дагестанскую группу войск во главе с командующим IX Кубанской армией М. К. Левандовским. Подавляющее преимущество в живой силе и другие причины позволили большевикам переломить ход восстания.

В связи с этим политический отдел XI армии анализировал сложившуюся обстановку: "За последнее время, после неудач повстанцев в конце февраля и в начале марта, большая часть их, видя бесцельность борьбы с Красной армией... стала расходиться по домам, и лишь непримиримые элементы с главными руководителями надеются к маю подготовить новое восстание при поддержке движения других областей. Продовольственный вопрос у восставших решался за счет местных жителей, но в последнее время и здесь начали возникать трудности. Кроме того, наблюдается уже отсутствие веры в своих руководителей, о чем ясно свидетельствуют воззвания последних, которые остаются безрезультатны... Среди последних нет прежнего единодушия, и даже Саид бей, выгораживая себя, всю вину за пролитую кровь взваливает на Нажмуддина Гоцинского, обвиняя его в стремлении покорить Кавказ без поддержки других народностей Кавказа. Наряду с этим для поднятия духа и удержания повстанцев от окончательного разложения, мы замечаем нервную агитацию главных руководителей среди них о прибытии скорой помощи из Турции"61.

Собирая свои последние силы, повстанцы неоднократно переходили в контрнаступление, но серьезного успеха не имели. 15 марта 1921 г. Революционный военный совет Терско-Дагестанской группы объявил: "Восстание в Нагорной Чечне и Дагестане успешно ликвидировано"62.

Ожесточенное противостояние 1920 - 1921 гг. явилось знаменательным этапом в истории Дагестана. Как писал непосредственный участник событий Н. Самурский63, "ни одной из восточных республик нашего великого Союза не пришлось выдержать борьбу со столь организованной реакцией, как это выпало на долю Дагестана". По его словам, главной фигурой контрреволюции являлся "муфтий, то есть глава духовенства Северного Кавказа - имам Нажмуддин Гоцинский"64. Антисоветское восстание 1920 - 1921 гг. серьезно затруднило укрепление советской власти в Дагестане, углубило разруху, подорвало экономическую жизнь горцев.

Повстанческие отряды, даже хорошо вооруженные (доставка оружия и боеприпасов для повстанцев была, однако, возможна только через Грузию - до установления там советской власти, после чего прекратилась), долго продержаться не могли. Тем не менее в ходе подавления восстания части Красной армии потеряли убитыми около пяти тысяч бойцов65.

К середине мая 1921 г. боевые действия закончились. Подавление восстания длилось почти девять месяцев. Советское правительство объявило амнистию рядовым членам вооруженных отрядов, добровольно сложившим оружие. Часть повстанцев явилась с повинной, но Гоцинский и другие наиболее активные участники и руководители группировок борьбу против советских органов не прекращали. Уже к осени 1921 г. они вновь активизировались в 8 округах Дагестана из 10. 30 января 1922 г. в Дагестане было образовано Республиканское военное совещание по борьбе с бандитизмом, в состав которого вошли представители ДК РКП(б), ДагЦИКа, чекистского органа и военного командования. Юго-Восточное бюро ЦК РКП(б) в марте 1922 г. докладывало ЦК РКП(б): "Политическое положение Горреспублики и Дагестана чрезвычайно тревожное, серьезное. Необходимы чрезвычайные меры. Бандитизм растет, усиливается антисоветская агитация муллами и турецкими эмиссарами, особенно в Чечне. Возможно, что восстание передастся в Дагестан"66. С августа 1922 г. Дагестан был объявлен на военном положении.

Скрываясь на алмакских хуторах Хасавюртовского округа, Гоцинский прилагал усилия, чтобы вновь организовать дальнейшую борьбу. Аулы Андийского и Аварского округов в Дагестане представляли собой базу, снабжавшую Гоцинского, когда тот скрывался в Чечне.

Для восстановления прерванной связи с эмигрантскими центрами за границу был направлен бывший офицер "Дикой дивизии" Ахмед Хан Аварский67, который в 1922 г. возбудил перед Советом Лиги наций ходатайство о признании Гоцинского главой "будущего независимого государства на Кавказе" и оказании помощи против Советской власти. Идею в Лиге наций поддержали и обещали помочь. В том же году в Стамбуле под видом коммерческого предприятия образовалась политическая организация "Анатолий Шеркет". "Фирма "Анатолий Шеркет" была организована Ханом Аварским (Ахмед хан Аварский. - Д. Х. М.) на 1 млн. рублей, которые дал я, - сообщал впоследствии на допросе Гоцинский. - Кроме того, Франция ежемесячно выплачивала фирме по 9 тыс. рублей. Доходы с этой фирмы должны были идти на дело освобождения Кавказа"68. В сентябре 1922 г. главная контора "Анатолий Шеркет" переместилась в Париж, а в Лондоне было открыто ее отделение. В организации состояли кавказские эмигранты с опытом контрреволюционной работы.

Органы советской власти со своей стороны старались предотвратить новые политические выступления, применяя административную высылку пособников, укрывателей, изъятие оружия у населения, суды, расстрелы. "Сочетание карательных мер с широкой агитационно-массовой работой стало сказываться"69. В январе 1923 г. был разгромлен отряд Кахтаева в Хасавюртовском округе, а августе того же года - группа Ибрагима Хаджи Кучринского в Гунибском округе. В конце ноября при содействии советских органов в с. Кахиб был проведен съезд мусульман Дагестана. Съезд призвал верующих к борьбе против Гоцинского и его банд70. Деятельность повстанцев не приносила ощутимых результатов, и в декабре 1923 г. Гоцинский через своего родственника, подполковника Зайнуддина Доногуева71, сообщил в Даготдел ОГПУ о своем желании прекратить сопротивление.

Однако в 20-х числах февраля 1924 г. в ставку Гоцинского прибыли два агента английской разведки под видом инженеров, производивших промышленные изыскания в горах. Агенты заверили Гоцинского в поддержке со стороны Англии и передали деньги для дальнейшей подготовки организации борьбы. Изменив свое решение выйти с повинной, Гоцинский сочинил "Ноту Советскому правительству", в которой обращался к большевикам:

"Вы должны покинуть все города Кавказа и Астрахань, то есть те, которые признавали вашу власть и которые принадлежали с морями нашим предкам. Вы должны оставить все, что на суше и море: военное имущество, пароходы, крепости, оружие, промыслы, доходы. Границей отхода определен Ростов. Вы должны возместить все с того дня, когда я был избран имамом Кавказа на собрании в местности, именуемой Анди, на собрании всех узденей, алимов, главарей, известных лиц Кавказа и других мусульман и христиан и наций, населяющих Кавказ. У нас определены крепкие условия, как и подобает имамствующему над своим народом, как это диктует шариат и адат. Вы должны возместить убытки тем, кто пострадал от вашего захватничества. Вы должны удовлетворить владельцев земли, промышленности, фабрик и заводов, кавказцев, русских и других иностранцев, имевших владения на Кавказе. Удовлетворить с таким расчетом, чтобы вышеупомянутые предприятия возвращались в таком виде, какой они имели до захвата их вами. Вы должны освободить Туркестан... Также вы должны убрать руки от Крыма, от его городов, от Черного моря, чтобы не имели в Черном море вашу морскую силу. Черным морем могут пользоваться только две стороны - Крым и Туркестан (в данном случае подразумевается, очевидно, Турция. - Ред.)... С долгами должны расплачиваться путем продажи необъятной русской земли и морских богатств, в которых нужды не терпит правительство. Вы должны освободить христианскую религию, оставив ее в руках высшего духовенства: попов, архиереев и т.д. Вы должны вернуться в отношении религии к положению, существовавшему до захвата вами власти, не вмешиваться в дела религии, а также возвратить все имущества, которые вы взяли у церкви, также монастырские земли, церковные ценности, которые вы сложили в ваши сундуки"72.

Свою "Ноту", клеймившую политику большевиков, Гоцинский через посредников разослал руководителям советской власти, а среди своих распространял послания, извещая о готовящихся событиях, отдал приказы, заранее намечая надежных людей на руководящие посты. В одном из таких посланий говорилось: "Старайтесь уничтожить большевистские дела с корнями. Это вы обязаны сделать, поскольку я вам приказываю... распространяйте ложные слухи по поводу большевиков, так как этим мы можем помочь нашему делу... Старайтесь тайно склонить народ в нашу сторону, чтобы и он был в союзе с нами. Не ведите никаких переговоров с теми, которые признали большевиков... Абдул Муслима Юсупова я назначаю наибом Гумбетовского участка. Халифом я назначаю Кундиляу Сиухского. Поручаю организовать там шариатский суд, в который я назначаю Пахру Шамхалова, Магомеда Керимова и Кемалуддина Сиухского"73. Копии писем Гоцинского распространялись по аулам, в некоторых созывались сходы, где обсуждались его предложения, частью населения одобряемые, частью - нет.

15 апреля 1924 г. на хуторе Нижелой Шатоевского округа Гоцинский созвал сход (около 100 человек), на котором было оглашено письмо Саид Бея Шамиля. В послании говорилось о скором приезде внука Шамиля, о получении партии оружия, о денежной помощи и т.д. Собравшиеся наметили мероприятия для дальнейшей борьбы против советского аппарата, который, по мнению уполномоченного Наркомфина, "в Дагестанской республике чрезвычайно слаб, ибо фактически республика вышла из гражданской войны и бандитизма полтора года назад и не могла окрепнуть как следует"74.

Во многих донесениях в Центр отмечалось, что власть на местах фактически принадлежала муллам и старейшинам, а не сельским советам. Поэтому, как только в начале мая 1924 г. в селении Дылым Хасавюртовского округа (здесь в районе 4-го участка округа находилась ставка Гоцинского. - Д. Х. М.) вспыхнуло небольшое волнение, к нему сразу же присоединилось несколько окрестных аулов. Первая попытка отряда 48-го дивизиона ГПУ изъять наиболее активных участников восстания потерпела неудачу, и ему пришлось отойти и ждать подкрепления. Вскоре для разоружения Дылыма и окрестных селений был сформирован отряд в составе подразделений 37-го и 38-го стрелковых полков Красной армии и дивизиона ОГПУ, которые к 12 мая завершили операцию и захватили заложников75.

Операция закончилась полной ликвидацией Зубутлинской (300 человек) и Дылымской (70 человек) группировок, "дылымской" базы Гоцинского с взятием в плен около 100 повстанцев, то есть "верхушка этих групп была изъята и привлечена к ответственности"76. В это же время Чеченский отдел ОГПУ арестовал Али Митаева, что лишило Гоцинского опоры в Чечне.

19 мая Гоцинский вновь через 3. Доногуева обратился в Даготдел ОГПУ с предложением о встрече, однако со стороны чекистов в переговорах было отказано. По их версии, "одной из главных причин, побудивших Гоцинского к такому трюку, являлось то, что он, как и в конце 1922 г., реальной помощи от империалистов не получил"77.

В сентябре от англичан через Батум поступили партия оружия и мануфактура. Захват Гоцинским крепостей Ботлих, Ведено, Шатой должен был послужить сигналом для начала нового антисоветского восстания. В апреле 1925 г. в селении Зумсой состоялась встреча Гоцинского с майором английской армии Г. Вильямсом и турком-переводчиком Халилом. Англичане вновь обещали поддержать восстание. Вильяме "заверил меня, - можно прочитать в показаниях Гоцинского, - что Англия твердо решила изгнать большевиков из Кавказа, а для этого готова организовать восстание, обеспечить оружием и всем необходимым, в том числе и высадкой десанта на черноморском побережье"78. Такой поворот дел поднял дух в повстанческом лагере.

Между тем Северокавказское ОГПУ в составе его Дагестанского, Чеченского, Владикавказского, Терского, Кабардино-Балкарского отделов совместно с частями Красной армии начали сжимать вокруг Гоцинского кольцо79. Командование Северо-Кавказского военного округа подготовило операцию по разоружению Чечни. В инструкции по разоружению говорилось: "Производство операции... в целом возлагается на военное командование всех степеней, выделяемых для названной операции войсковых соединений и органов ОГПУ, через своих представителей на местах... Намеченный к разоружению аул окружается войсковой частью с таким расчетом, чтобы жители были лишены возможности сноситься с прилегающими районами... После полного окружения аула представители Чеченского ЦИКа, ОГПУ и военного командования предъявляют на аульном сходе требование о сдаче всего имеющегося оружия. Для сдачи оружия устанавливается срок не более двух часов. Жители предупреждаются об ответственности за несдачу оружия. Если население аула не выполнит требование о сдаче оружия, то командование отряда в качестве угрозы открывает артиллерийский огонь в течение 10 минут на высокие разрывы и полу поражения, а затем после отбоя снова вместе с представителями ОГПУ и ЦИКа отдает приказание о сдаче оружия в более краткий срок. По истечении означенного срока оперативная группа ОГПУ начинает поголовный обыск и изъятие бандитского элемента... В случае выполнения условий сдачи оружия поголовный обыск не производится, а изымается только порочный и бандитский элемент. В зависимости от обстановки артиллерийский огонь может открываться несколько раз, но на поражение допускается лишь в случае сопротивления войскам. После применения всех перечисленных мер воздействия операция может считаться законченной даже в случае несдачи предъявленного (так в тексте. - Д. Х. М.) количества оружия и безрезультатных обысков. В исключительных случаях при наличии злостного активного или пассивного сопротивления разоружению допускается производство арестов влиятельных лиц аула, причем к этой мере прибегать как к крайней, соблюдая максимальный такт"80.

25 августа артиллерийским огнем был обстрелян чеченский аул Ачхой, после чего жители начали сдавать оружие. Аналогично шло разоружение и в следующие дни, разница была лишь в степени упорства жителей и количестве выпущенных по аулу снарядов. Например, 27 августа бомбардировке подвергся аул Зумсой. На следующий день обстрел этого селения, как артиллерийский, так и с самолетов, был повторен, далее такая же участь постигла аулы Келой, Химой, Хакмалой. Бомбардировка и обстрел Дая 29 августа стоили аулу четырех убитых, пятерых раненых и 20 разрушенных домов. Здесь скрывался сподвижник Гоцинского Мухаммад Амин Ансалтинский. На отказ жителей выдать его, 2 сентября по аулу был открыт артиллерийский огонь, и к вечеру того же дня Ансалтинскому пришлось сдаться.

30 августа 1925 г. под хутором Ведучи произошел бой, в результате которого повстанцы отступили в Дайское ущелье, а затем в течение четырех дней были разбиты.

5 сентября специальная оперативная группа в составе начальника Чеченского отдела ОГПУ С. Н. Миронова, его заместителя Г. Г. Крафта, бывшего заместителя начальника Даготдела ОГПУ Л. И. Когана и других арестовала Гоцинского, а также шейха Джаватхана, предводителя ингушских группировок А. Шамилева, бывшего председателя Ножаюртовского окрисполкома М. Гебертиева, военного советника турецкого полковника Хусейна Эфенди, телохранителей Гоцинского братьев Ш. и И. Мусаевых и др. С арестом "крупнейшего лидера контрреволюции на Северном Кавказе" начался спад повстанческой борьбы.

По воспоминаниям жителя селения Гаквари Абдурахманова Сажида, в годы его учебы в селении Гима "советские власти обещали большое вознаграждение тому, кто укажет место, где скрывался имам Нажмуддин. В конце концов, по наводке некоторых местных предателей на хутор Чай, где скрывался имам Нажмуддин, послали посредников с предложением сдаться... Имам ответил, что он готов принять условия, если "советы" освободят 16 чеченцев из заключения, арестованных из-за него. Большевики согласились и выпустили задержанных". Абдурахманов был свидетелем выхода Гоцинского к чекистам: "Здесь же на берегу реки он сделал омовение, совершил намаз в два ракаата, прочитал молитву (дуг1а), хорошенько подтянул обвисший из-за похудения живот, обвязав его полотенцем (кинжал, пояс и газыри с черкески у него отобрали чекисты. - Д. Х. М.). Бросив взгляд в сторону предателей, имам сказал по-аварски: "С вами я буду говорить в день Страшного суда""81.

Операция по разоружению Чечни была закончена. "Потери участвовавших в операции частей составили 5 убитых, 9 раненых и 10 лошадей. Репрессии выразились в воздушной бомбардировке 16 аулов, ружейно-пулеметном и артиллерийском обстреле 101 населенного пункта из общего количества 242 аулов. Среди населения во время обстрела было убито 6 человек и ранено 30, убито 12 бандитов, взорвано 119 домов. Изъято более 300 человек "бандэлемента", самыми видными из которого являются: Нажмуддин Гоцинский, Атаби Шамилев и Эмин Ансалтинский. За время операции изъято 25 299 винтовок, 4319 револьверов, 1 пулемет и около 80 тысяч патронов"82. Одновременно с этой операцией на севере, на юге Дагестана подверглась разгрому так называемая Ванашимахинская банда, действовавшая в Даргинском, Кайтаго-Табасаранском, Дербентском округах и Махачкалинском районе.

Органы ОГПУ оценивали запасы оружия в Дагестане к тому моменту в 100 тысяч стволов и отмечали производство в отдаленных селениях не только патронов, но и револьверов. В связи с этим руководство Северо-Кавказского края сделало вывод: "В случае внешних осложнений Советский Союз не может быть уверен за спокойствие в Дагестане, каковой будет находиться под угрозой крупных восстаний, могущих оттянуть на себя значительное количество сил"83.

В операции по разоружению дагестанского населения участвовали три стрелковые и кавалерийская дивизии, сводный национальный кавполк, автобронедивизион, окружная военно-политическая школа, две школы ГПУ, авиационные части - общей численностью около 16 тыс. человек, 350 пулеметов, более 30 орудий, 6 бронемашин, бронепоезд и 18 самолетов. В первую очередь войска должны были разоружить Даргинский, Кайтаго-Табасаранский и Кюринский округа, а затем приступить к остальным84.

К 1 сентября 1925 г. границы Дагестана были блокированы войсками Кавказской армии, Чеченского и Терского отделов ОГПУ. Для ликвидации сопротивления "был применен административный нажим, полное окружение аулов и рейдирование авиации, после чего в настроении населения произошел известный перелом. К 15 сентября поступление оружия вновь прекратилось, что свидетельствовало о том, что главная часть оружия действительно изъята"85.

15 октября 1925 г. в Ростове суд приговорил Гоцинского к высшей мере наказания - расстрелу. Были расстреляны также его 16-летний сын, две дочери и другие родственники.

Являясь крупным религиозным деятелем, образованным человеком, большим мастером поэтического слова, Нажмуддин в то же время был посредственным политиком и плохим военным руководителем. Медлительность и неуверенность в решении серьезных вопросов, опора лишь на узкий круг единомышленников и другие причины не позволили ему закрепиться на политической высоте и добиться намеченной цели.

Примечания

1. Российской государственный военно-исторический архив (РГВИА), ф. 400, оп. 12, д. 17499, л. 16.

2. Шариат - свод мусульманских законов.

3. Медресе - мусульманское высшее учебное заведение.

4. Чавчавадзе Николай Зурабович - князь, генерал-лейтенант, начальник, затем военный губернатор Дагестанской области в 1880 - 1896 годах.

5. Очевидно, это была серебряная медаль "За полезное", с изображением императора. Подобными медалями награждались (от имени царя) люди только с чистой биографией, с незапятнанной репутацией, в том числе и иноверцы. Таким образом, Гоцинский получил первую (и единственную) царскую награду.

6. Койсубулинское общество - ныне территория Унцукульского района в Дагестане.

7. Рукописный фонд Дагестанского государственного объединенного историко-архитектурного музея (ДГОИАМ), оп. 1, д. 62, л. 1 - 3. Биография Нажмуддина.

8. ОМАРОВ М. О Нажмуддине. - Ахульго, 1999, N 3, с. 14; ТАХО-ГОДИ А. Революция и контрреволюция в Дагестане. Махачкала. 1926, с. 13.

9. По воспоминаниям Таймасхана, зятя Нажмуддина. Цит. по: ГАДЖИЕВ А. -Г. С. Нажмуддин Гоцинский - имам Дагестана и Северного Кавказа. - Чираг, 1988, N 3, с. 5.

10. Джаридат Дагестан, 19.11.1918.

11. Центральный государственный архив Республики Дагестан (ЦГА РД), ф. 2, оп. 1, д. 21, л.1об.

12. МАГОМЕДОВ М. Нота Нажмуддина Гоцинского Советскому правительству. - Ахульго, 1999, N 3, с. 7.

13. Государственная дума: правила о выборах, общие и для Кавказа. Тифлис. 1906.

14. Темир-Хан-Шура - столица Дагестанской области, ныне г. Буйнакск.

15. История народов Северного Кавказа. М. 1988, с. 458.

16. МАГОМЕДОВ М. Ук. соч., с. 7.

17. ЦГА РД, ф. 2, оп. 1, д. 216, л. 5об.

18. Кадий - сельский судья.

19. Рукописный фонд Института истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра (ИИАЭ ДНЦ) РАН, ф. 2, оп. 1, л. 138. Мемуары полковника Джафарова.

20. ТАХО-ГОДИ А. Ук. соч., с. 27. Микаэль Халилов (1869 - 1936) - генерал. В марте 1918 г. -один из организаторов выступления против Порт-Петровского Военно-революционного комитета. Временный правитель Дагестана (1919 г.). До марта 1920 г. находился на лечении в Кисловодске и числился в резерве чинов Дагестанских национальных войск. Эмигрировал в Турцию.

21. ЦГА РД, ф. 66, оп. 2, д. 26, л. 1, 54, 54об.

22. Здесь, видимо, ошибка, следует читать: Джамалуддин (известный религиозный деятель в Дагестане, участник 1 съезда горцев во Владикавказе в 1917 году).

23. Акушинский Али Хаджи (1847 - 1930) - один из религиозных деятелей Дагестана периода гражданской войны. После Февральской революции на III съезде горских народов (январь 1918 г.) при поддержке представителей Социалистической группы был провозглашен в противовес Гоцинскому шейх-уль-исламом Дагестана. В период борьбы с Добровольческой армией был избран почетным председателем Совета обороны Северного Кавказа и Дагестана. Сторонник политики соглашения с большевиками. После установления советской власти в Дагестане отказался от идеи сотрудничества с ней, был отстранен от всех дел; после его смерти вся семья шейха была выслана в Среднюю Азию.

24. ЦГА РД, ф. 66, оп. 2, д. 26, л. 69 - 71.

25. ТАХО-ГОДИ А. Ук. соч., с. 1.

26. ИИАЭ ДНЦ РАН, ф. 2, оп. 1, л. 37. Мемуары полковника Джафарова.

27. Союз Объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана. 1917 - 1918 гг., Горская Республика. 1918 - 1920 гг. Док. и мат-лы. Махачкала. 1994, с. 4. (Предисловие Г. И. Какагасанова).

28. ДИБИРОВ М. -К. История Дагестана в годы революции и гражданской войны. Махачкала. 1997, с. 29.

29. ИИАЭ ДНЦ РАН, ф. 2, оп. 1, д. 151, л. 58 - 61. Письмо ЦК Союза объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана окружным и народным комитетам.

30. ИИАЭ ДНЦ РАН, ф. 2, оп. 1, л. 56. Мемуары полковника Джафарова.

31. МУСАЯСУЛ Х. -Б. Страна последних рыцарей. Махачкала. 1999, с. 198.

32. ДИБИРОВ М. -К. Ук. соч., с. 30.

33. СУЛАЕВ И. Мусульманское духовенство Дагестана в революции и гражданской войне. Автореферат канд. дисс. Махачкала. 1997, с. 17.

34. Горская жизнь, 10. IX.1917; Джаридату Дагестан, 5.Х.1917.

35. Горская жизнь, 14.XI. 1917.

36. Али Клыч Хасаев (1880 - 1920) - легендарный дагестанский борец, обладатель многочисленных международных наград, чемпион мира. В годы революции, гражданской войны - член Милликомитета, вместе с Гоцинским боролся против советской власти. Расстрелян большевиками.

37. Танг Чолпан, 1917, N 9, с. 4.

38. СУЛАЕВ И. Ук. соч., с. 17.

39. ДИБИРОВ М. -К. Ук. соч., с. 31.

40. ТАХО-ГОДИ А. Ук. соч., с. 41.

41. ДИБИРОВ М. -К. Ук. соч., с. 57.

42. Бичерахов Лазарь Феодорович (1882 - 1952) происходил из Ново-Осетинской станицы Терского казачьего войска. Во главе партизанского отряда кубанских и терских казаков Бичерахов находился в Персии. Летом 1918 г. прибыл с отрядом в Баку, вошел в состав войск, оборонявших его от турецких войск. 30 июля, командуя важным участком обороны города, открыл фронт и ушел в Дагестан. После свержения Бакинской коммуны был назначен командующим войсками, произведен в генерал-майоры; с 1919 г. эмигрант.

43. Тарковский Нух Бек (1878 - 1951) - последний из шамхалов Тарковских, князь, командир 1-го Дагестанского конного полка (1917 г.), полковник. Окончил Симбирский кадетский корпус, Николаевское кавалерийское училище. Являлся военным министром Горской Республики, военным диктатором Дагестана (1918 г.). Один из активных организаторов антисоветской борьбы в Дагестане. В 1920 г. эмигрировал в Персию, где был принят шахом и назначен начальником Персидской казачьей дивизии. Затем перебрался в Турцию; умер в Швейцарии.

44. Юсуф Иззет Паша (1876 - 1922), черкес, уроженец г. Иозгат (Турция). Окончил военный лицей, училище, академию; генерал-майор. В годы первой мировой войны - командующий X, XIV, I кавказскими корпусами турецкой армии. Со своим корпусом прибыл на Кавказ "для оказания помощи в построении демократического государства". Автор нескольких исторических трудов. Депутат Великого национального собрания Турции (1920 г.).

45. Союз Объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана. Ук. соч., с.10.

46. ДИБИРОВ М. -К. Ук. соч., с. 78, 90.

47. Алиханов Кайтмаз (1858 - 1821) - офицер 1-го Дагестанского конного полка, начальник Аварского округа, георгиевский кавалер, полковник. В 1919 г. поддерживал Добровольческую армию. В 1920 - 1921 гг. - один из организаторов и руководителей восстания против Советской власти. После подавления восстания в 1921 г. со своими тремя сыновьями партизанил в горах Дагестана. Прижатые большевиками к непроходимому перевалу, отстреливались до конца и погибли все.

48. Известия ЦИК, 26.VI.1925.

49. Ростовский областной государственный архив, ф. 156, оп. 1, д. 43, л. 131 - 136.

50. САМУРСКИЙ Н. Гражданская война в Дагестане. Махачкала. 1925, с. 14; его же. Дагестан. М. -Л. 1925, с. 81.

51. ТОДОРСКИЙ А. Красная армия в горах. Действия в Дагестане. М. 1925, с. 46. Тодорский Александр Иванович (1894 - 1965). В 1918 г. добровольно вступил в Красную армию. Осенью 1920 г. командовал 32-й стрелковой дивизией, входившей в состав XI армии. Во время восстания под руководством Гоцинского командовал группой войск.

52. Борьба за установление и упрочение Советской власти в Дагестане в 1917 - 1921 гг. Сб. док-тов и м-лов. М. 1958, с. 502.

53. Мухаммад Саид (1901 - 1981) - сын младшего сына имама Шамиля Мухаммада Камиля. Родился в Стамбуле. По приказу отца приехал в Дагестан для участия в борьбе против советской власти. Был ранен. После ликвидации восстания вернулся в Турцию. Один из руководителей "Кавказского национального комитета", основанного в Варшаве накануне второй мировой войны. Гитлеровское командование во время действий на подступах к Кавказу пыталось привлечь Саида на свою сторону и использовать. Однако его планы создания независимого Дагестана не совпали с идеей немцев о включении Дагестана в состав третьего рейха. В 1978 г. вместе с другими кавказцами основал северокавказский культурный центр Фонд образования и культуры имени Шамиля, который действует и по сей день.

54. Джафаров Магомед (1884 - 1937) всадником-добровольцем 2-го Дагестанского конного полка участвовал в русско-японской войне. Полковник. Георгиевский кавалер. В 1907 г. окончил Елисаветградское кавалерийское училище. По распоряжению Горского правительства (декабрь 1918 г.) - губернатор и командующий войсками Чечни. Командир 1-го Дагестанского конного полка (май 1919 г.), воевал на Царицынском фронте. Во время восстания 1920 - 1921 гг. командовал войсками Гоцинского. После подавления восстания явился с повинной, был представлен председателю Реввоенкома Н. И. Подвойскому, который, оценив военные качества полковника, вывез его в Москву и тем самым спас от расстрела. В 1932 г. арестован и отправлен в Дагестан, где постановлением Тройки при ОГПУ СКК ДАССР от 13 ноября 1933 г. осужден по ст. 58 - 2 УК РСФСР на 10 лет лишения свободы, в 1937 г. расстрелян.

55. Шейх Магома род. 1874 году. Вел уединенный, аскетический образ жизни. Гоцинский, Алиханов и другие долго уговаривали Магому Балаханского выступить на борьбу с большевиками. По свидетельству Тодорского, шейх "играл крупную роль в восстании, влияя на остальные массы горцев своим фанатизмом и искренностью" (ТОДОРСКИЙ А. Ук. соч., с. 54). Его отношение к трофеям, пленным и горцам строго соответствовало предписаниям ислама. Не раз обращался к горцам с проповедью об этике и поведении в военное время, но, несмотря на это, нередко бывали случаи мародерства, издевательств над пленными и т.д. Поняв, что сопротивление бесполезно, прекратил свою деятельность и сдался. Умер в тюрьме.

56. Ибрагим Хаджи был "одним из духовных вождей в антиденикинском восстании". Гоцинским был назначен командующим войсками Гунибского округа. Еще до начала восстания ездил в Тифлис и просил вооружения для борьбы с советской властью. Здесь же встречался с прибывшим на Кавказ Саид беем и вел с ним переговоры. После подавления восстания 1920 - 1921 гг. скрывался в горах, но вскоре вновь активизировался. В августе 1923 г. его отряд численностью в 70 человек, действовавший в Анцухо-Капучинском участке Гунибского округа, был разгромлен.

57. Шейх Мухаммад Амин слыл среди местного населения богобоязненным человеком, обладателем некоей мистической силы. В 1925 г. принимал участие вместе с Гоцинским в переговорах с английским представителем Г. Вильямсом о дальнейшей борьбе повстанцев против советской власти. Верный сторонник Гоцинского.

58. ТОДОРСКИЙ А. Ук. соч., с. 83.

59. ТАХО-ГОДИ А. Ук. соч., с. 28.

60. КАШ КАЕВ Б. Красная армия в Дагестане. Махачкала. 1964, с. 158.

61. Борьба за установление и упрочение Советской власти в Дагестане, с. 502.

62. ТОДОРСКИЙ А. Ук. соч., с. 150.

63. Самурский Н. П. (1892 - 1938) - участник революционных событий в Баку, Астрахани. В 1920 г. приехал в Дагестан в качестве уполномоченного XI армии, возглавив отдел внутренних дел Дагревкома; одновременно являлся заместителем председателя Дагревкома. Военный комиссар партизанских отрядов (1920 г.). В 1923 г. - заместитель председателя Совнаркома республики, председатель ЦИК ДАССР (до 1929 г.), до 1934 г. работал в Москве, затем был избран первым секретарем Дагобкома ВКП(б). В 1937 г. арестован и в 1938 г. расстрелян.

64. САМУРСКИЙ Н. Дагестан, с. 88, 130.

65. ТОДОРСКИЙ А. Ук. соч., с. 159.

66. ДАНИЯЛОВ А. Строительство социализма в Дагестане. Махачкала. 1975, с. 237.

67. Ахмед Хан Аварский - офицер, георгиевский кавалер, участник корниловского мятежа. В 1918 г. эмигрировал на Запад. Был женат на дочери шамхала Тарковского. Представитель имама Гоцинского в Лиге Наций (Париж).

68. Дело N 7695. Архивное уголовное дело на Н. Гоцинского. - Ахульго (Махачкала), 1999, N 3, с. 20. Хотя цифра 1 млн, вероятно, несколько завышена, но Гоцинский действительно был очень состоятельным человеком.

69. СУЛЕЙМАНОВ С. Из истории чекистских органов Дагестана. Махачкала. 2000, с. 61; его же. На страже завоеваний Октября. Махачкала. 1974, с. 68.

70. Красный Дагестан (Махачкала), 1923, N 262, с. 3.

71. Доногуев Зайнудин (1870 - 1925?) - подполковник, участник русско-японской войны, командир 6-й сотни Дагестанского конного полка, член Дагестанского областного исполкома (1917 г.), председатель Чрезвычайной следственной комиссии (1918 г.), зав. отделом по охранению общественного порядка и безопасности (1918 г.). Расстрелян большевиками.

72. МАГОМЕДОВ М. Ук. соч., с. 7.

73. Рукописный фонд ИИАЭ ДНЦ РАН, д. 2568, л. 8.

74. Российский государственный военный архив (РГВА), ф. 25896, оп. 3, д. 27, л. 59 - 59об.

75. Там же, л. 63 - 64.

76. Архив УФСБ РД. Уголовное дело N 64764, л. 2.

77. СУЛЕЙМАНОВ С. Из истории чекистских органов Дагестана, с. 66.

78. Дело N 7695, с. 20.

79. СУЛЕЙМАНОВ С. На страже завоеваний Октября, с. 74.

80. Цит. по: АПТЕКАРЬ П. Война без края и конца. - Родина, 2000, N 1 - 2, с. 162.

81. МУХТАРОВ У. Предания о Нажмуддине Гоцинском в Чечне. - Ахульго, 1999, N 3, с. 18; Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ), ф. 1235, д. 11, оп. 42, л. 22. Данные ОГПУ подтверждают тот факт, что в захвате и аресте Гоцинского не обошлось без предательства: "В процессе проводимой операции по разоружению Чечни нам населением выдан известный имам Нажмуддин Гоцинский, арестован правая рука Гоцинского Атаби Шамилев-Умаев. Добровольно сдался шейх Ансалтинский и захвачены другие видные главари" ("Совершенно секретно": Лубянка - Сталину о положении в стране (1922 - 1934). Т. 3. Ч. 1. М. 2002, с. 466).

82. Цит. по: АПТЕКАРЬ П. Ук. соч., с. 163.

83. РГВА, ф. 25896, оп. 9, д. 316, л. 1.

84. Там же, л. 5.

85. Там же, л. 11.




Отзыв пользователя

Нет отзывов для отображения.




  • Категории

  • Файлы

  • Темы на форуме

  • Похожие публикации

    • Посадский А.В. Воронежский корпус Южной армии: война и настроения // Historia Provinciae – Журнал региональной истории. 2018. Т. 2. № 4. С. 82–115.
      Автор: Военкомуезд
      Посадский Антон Викторович
      Доктор исторических наук, доцент, Поволжский институт управления им. П.А. Столыпина РАНХ и ГС (Саратов, Россия)

      Воронежский корпус Южной армии: война и настроения*

      Аннотация. В статье анализируются военные аспекты существования Воронежского корпуса Особой Южной армии в 1918 – начале 1919 гг., а также настроения воронежского крестьянства в это время. Рассматривается военное строительство и боевое применение частей Воронежского корпуса. Показано, что выигрышные исходные данные для формирования неказачьей вооруженной силы не смогли реализоваться из-за неумелого и реставраторского управления. Однако и казачье военное руководство потребительски относилось к Южной армии. В то же время боевые части армии провели тяжелую зимнюю кампанию. Судьба Воронежского корпуса оттеняется судьбой аналогичного Саратовского корпуса, ядром которого стали мотивированные местные крестьяне. /82/

      * Для цитирования: Посадский А.В. Воронежский корпус Южной армии: война и настроения // Historia Provinciae – Журнал региональной истории. 2018. Т. 2. № 4. С. 82–115.
      DOI: 10.23859/2587-8344-2018-2-4-4
      For citation: Posadskii, A. “Voronezh Corps in the Armed Forces of South Russia: War and Public Sentiments”. Historia Provinciae – The Journal of Regional History, vol. 2, no. 4 (2018): 82–115, http://doi.org/10.23859/2587-8344-2018-2-4-4 

      Введение
      Южная армия многократно и в большинстве случаев нелестно упоминается как в обширной мемуарной, так и исследовательской литературе [1]. Действительно, эпопея с созданием ориентированного на Германию формирования оказалась связанной с деятельностью известных лиц Гражданской войны – это и атаман П.Н. Краснов, и гетман П.П. Скоропадский, и герцог Г. Лейхтенбергский, и П.Р. Бермондт-Авалов, Н.И. Иванов. Ряд лиц посвятил воспоминания этому начинанию [2]. В последние годы А.С. Пученков дал очерк политической /83/

      1. Одна из сравнительно недавних попыток рассмотреть историю Южной армии в контексте монархической контрреволюции 1918-го года: Бондаренко Д.Я. Военный потенциал монархической контрреволюции 1918 года: Королевство Финляндия, Украинская держава, Всевеликое Войско Донское // Новый часовой. По страницам русского военно-исторического журнала. 2013. С. 73–74.
      2. Наиболее известные и содержательные: Лейхтенбергский Г. Как началась «Южная армия» // Архив русской революции. М.: ТЕРРА, 1991. Т. 8; Залесский Я. Южная армия (Краткий исторический очерк) // Донская летопись. 1924. № 3. 

      истории данной эпопеи [3], Р.Г. Гагкуев охарактеризовал военную составляющую с точки зрения ее социального состава [4]. Воспоминаний с низового уровня очень немного, можно назвать М.Н. Горбова [5], но он служил в авиаотряде и собственно боевой работы видел мало. Наиболее современную общую справку о Южной армии предлагает проект «Всемирная энциклопедия» [6]. Иностранные авторы касались истории Южной армии, однако лишь как проходного сюжета Белого движения на Юге [7]. Тенденция рассматривать более социально-экономический и тем более политический контекст, нежели собственно военный [8], также выводила локальный сюжет с Воронежским корпусом из поля зрения западных историков.

      Слабая боеспособность, малочисленность боевого состава при обширных тылах, карикатурный «старый режим» в занятых районах Воронежской губернии, прогерманская ориентация, антидобровольческий пафос – вот основные маркеры этой неудавшейся военной формации. Казачий словарь-справочник прямо характеризует Южную армию как необходимую атаману П.Н. Краснову «подручную и послушную Дону русскую военную организацию». При этом «бессудные расправы с русским населением вызывали возмущение всех казаков, они послужили одной из причин недоверия к своему Донскому правительству, к падению духа в Донской армии и отступлению ее в глубокий тыл зимою с 1918 на 1919 год» [9]. То есть Южная армия характеризовалась не просто как неудавшееся формирование, но еще и как дурной пример, разлагавший казачьи войска /84/

      3. Пученков А.С. Антибольшевистское движение на Юге и Юго-Западе России (ноябрь 1917 – январь 1919 гг.): идеология, политика, основы режима власти: дис. … д-ра ист. наук. СПб.: Санкт-Петербургский институт истории РАН, 2014.
      4. Гагкуев Р.Г. Белое движение на Юге России. Военное строительство, источники формирования, социальный состав 1917–1920 гг. М.: Посев, 2012.
      5. Горбов М.Н. Война // Звезда. 2003. №11; Горбов М.Н. Одиссея вольноопределяющегося (Воспоминания белогвардейца) // Военно-исторический архив. 2003. № 9. С. 28–53.
      6. Энциклопедия «Всемирная история». Электронный онлайн-ресурс. URL: http://w.histrf.ru/articles/article/show/iuzhnaia_armiia. Дата обращения: 19 апреля 2018 г. 7 Stewart G. The White Armies of Russia: A Chronicle of Counter-Revolution and Allied Intervention. New-York: The Macmillan Company, 1933; Kenez P. Civil War in South Russia, 1918: The First Year of the Volunteer Army. Berkeley: University of California Press, 1971; Mawdsley E. The Russian Civil War. New-York: Pegasus Books, 2007.
      8. Brovkin V.N. Behind the Front Lines of the Civil War: Political Parties and Social Movements in Russia, 1918–1922. Princeton: Princeton University Press, 1994; Figes O. A people's tragedy: The Russian revolution 1891–1924. London: Jonathan Cape, 1996; Holquist P. Making War, Forging Revolution: Russia's Continuum of Crisis, 1914–1921. Cambridge: Harvard University Press, 2002; Engelstein L. Russia in Flames: War, Revolution, Civil War, 1914–1921. Oxford: Oxford University Press, 2017.
      9. Казачий словарь-справочник / сост. Г.В. Губарев. Т. 3. Сан Ансельмо, Калифорния: редактор-издатель А.И. Скрылов, 1970. С. 321.

      Основная часть
      Южная армия замышлялась, наряду с Северной, как часть широкого проекта, ориентированного на союз с Германией, активно поддерживалась гетманом П.П. Скоропадским и имела неплохие исходные данные для развития, куда лучшие, чем участники Кубанского или Степного походов. Нам уже приходилось касаться присутствия воронежских уроженцев и крестьян (в частности, в рядах Донской и Южной армий) в антибольшевистском повстанчестве [10]. В конечном счете, боевая ценность армии определяется результатами военного строительства и боевого использования. Мы постараемся охарактеризовать именно эти позиции, наименее отраженные в литературе. Речь пойдет собственно о Воронежском корпусе Южной, а затем Особой Южной армии. 

      Согласно приказу Донскому войску №1192 от 11(24) октября 1918 г. Воронежский корпус формировался в составе одной четырехполковой пехотной дивизии (8 батальонов), артиллерийской бригады из 4 батарей по 4 орудия, одной кавалерийской бригады из двух полков. Саратовский корпус – в составе пехотной бригады из 5-го и 6-го пехотных полков, артдивизиона из двух четырехорудийных батарей и гусарского полка. Астраханский корпус – по штатам Саратовского. Формирование предполагалось окончить к 1(14) ноября. Командующие соответственно: ген. Джонсон, полковник Манакин, генерал Чумаков [11]. Руководство Воронежским корпусом не раз менялось. Сам корпус являлся, так сказать, боевой частью Южной армии со штабом в далеком Киеве. 

      Киевский штаб и вербовочные бюро смогли направить в Воронежскую губернию тысячи офицеров. Многим перспективы армии виделись вполне радужными. Н.А. Раевский, белый офицер, советский заключенный и известный пушкинист, в своих воспоминаниях интересно пишет о пункте формировании армии в Лубнах и своих поездках в Киев по делам формирования. В сентябре у него были самые благоприятные впечатления о развитии дела: «На лестнице и в канцеляриях было полно. Появлялись воззвания ряда ячеек старых пехотных и кавалерийских полков, офицеры которых решили восстановить свои части во вновь формируемой армии. Я помню объявление 13 пехотного Белозерского, генерал-фельдмаршала князя Волконского полка, Сводно-стрелкового, Сводно-гренадерского, Сибирского батальона и ряда полков регулярной кавалерии». Начальник штаба армии генерал Литовцев предложил Раевскому должность бригадного адъютанта 1 артиллерийской бригады Южной армии. «Предупредил, что работа предстоит большая и интересная, так как бригада будет состо-/85/

      10. Посадский А.В. К истории неказачьих частей при Донской армии в 1918 – начале 1919 гг. // Военная история России XIX – XX. Материалы IX Международной военно-исторической конференции / под ред. Д.Ю. Алексеева, А.В. Арановича. Санкт-Петербург, 25–26 ноября 2016 г. Сб. науч. ст. СПб.: СПбГУПТД, 2016. С. 252–265.
      11. Российский государственный военный архив (РГВА). Ф.100. Оп. 3. Д. 332. Л. 228–229. 

      ять из 4 дивизионов легкой и гаубичной артиллерии. Ее управление фактически будет целым артиллерийским штабом…». Автор покидал Киев в хорошем настроении: «…громких имен в армии пока нет, но общее впечатление серьезное и спокойное. Много опытных боевых офицеров с большим командным стажем. Немало серебряных погон генерального штаба. Есть из кого подобрать командный состав. Дело быстро растет» [12]. И действительно, в армию попадали настоящие боевые офицеры. Например, командир бронепоезда капитан Николай Иванович Лобыня-Быковский, 27 января (9 февраля) 1882 г.р., из дворян Гродненской губернии, уроженец Плоцкой губернии. Офицер давал о себе сведения на станции Таловая 2(15) ноября 1918 г.: Павловское училище, командир отдельной 15-й штурмовой полевой батареи с 14 марта 1916 по 20 марта 1918 гг. В Южной армии с 21 августа (3 сентября) по 14 (27) октября 1918 г. Представлен к Владимиру с мечами и бантом командиром 85-го Выборгского пехотного полка за бой при форсировании Стохода 16 (29) июля 1916 г., однако награды не получил [13]. 

      Генерал-майор М.П. Башков служил в киевском штабе Южной армии; он и спустя годы полагал, что дела армии шли отлично. По его наблюдениям, немцы очень дружелюбно относились к Южной армии, в отличие от Добровольческой. Многие записывались в Южную армию, ехали до Чертково, а дальше уже отправлялись к добровольцам. «Южане» этому не препятствовали, считая задачи тождественными. А.И. Деникин же совершенно игнорировал Южную армию, «преследуя главную свою цель – это верность союзникам». Прибывавшим из северных губерний давали аванс и отправляли на фронт, в Воронежскую губернию. В Воронежской губернии боевые действия были, по мнению генерала, «очень успешны». В короткое время были освобождены два громадных уезда, в армии состояло два корпуса. «Вообще, дела Южной армии, пользуясь покровительством немцев, были блестящи». Однако из-за поражения Германии кончилось снабжение, рухнул и фронт в Воронеже» [14].

      Действительно, казалось бы, налицо завидные офицерские кадры, поначалу – самостоятельное финансирование, густонаселенная коренная русская территория для развертывания, дружественный организованный казачий фронт. Первой и единственной пехотной дивизией армии дали командовать, с гражданскими правами в занятом районе, откровенно неудачной персоне – генералу В.В. Семенову, изгнанному из рядов дроздовцев. Генерал В.А. Замбржицкий, начштаба Северного фронта донских армий, записывал в дневнике 11 (24) сентября 1918 г.: «Южная армия монархична, Семенов преследует всех немонархистов. Население неприязнь переносит на казаков: от большевиков освободи-/86/

      12. Раевский Н.А. 1918 год // Простор (Алма-Ата). 1992. № 5–6. С. 78.
      13. РГВА. Ф. 40116. Оп. 1. Д. 84. Л. 1, 2–2об. 14 ГАРФ. Ф. 5881. Оп. 2. Д. 245. Л. 1, 4, 4 об., 5, 5 об., 7 об., 8.

      ли, но монархистов ведете… Семенов разрешил немцам заготовки на воронежской территории. Немцы платят по 50–70 рублей за пуд, так как «вагонами» печатают русские ассигнации и могут не скупиться, а донская заготовительная цена – всего 15 рублей» [15]. Донские заготовки, естественно, пострадали. 

      Казаки, бедные мануфактурой и обувью, ничем не смущаясь, раздевали пленных, в том числе, в зимние морозы. Среди пленных немало было местных, взятых по мобилизации. Казачьи командиры жестоко наказывали вероломство местных жителей или то, что за таковое принимали. Так, 8(21) сентября 1918 г. казаки стали втягиваться в слободу Мачиху, а красные открыли огонь из изб. Полковник А.И. Саватеев, командующий войсками Хоперского округа, приказал слободу, по взятии, сжечь за вероломное нападение [16]. 

      Согласно воспоминаниям офицера, который перебирался в Южную армию, в свой 80-й Кабардинский полк, из Пскова, их эшелон прибыл на станцию Чертково, откуда прибывшие пешком добирались до слободы Маньково, где формировалась 1-я пехотная дивизия. Население слободы недружественно, под маской равнодушия, относилось к Южной армии и казачьей власти, «так как не успели еще переболеть большевизмом», – так объясняет мемуарист. Однако и без большевизма было чем возмутиться. Казачий начальник милиции Маньково, «очень бравый хорунжий», летом 1918 г. был царь и бог и вел себя безобразно. По ночам устраивались облавы, найденный самогон становился основой пирушки с казаками. «На эти пиры приводили деревенских девушек и лишали их там невинности». Офицеров неприятно поражал такой разгул, на который даже непонятно где было искать управы. Казаки распоряжались вполне самовластно, приехавшие офицеры чувствовали себя гостями. Начальник милиции был инстанцией обращения по всем вопросам – подводы, квартиры, продукты, и к просьбам относился не всегда внимательно. Офицер вспоминает свое ощущение: «Хотелось поскорее вырваться на фронт» [17].

      Генерал В.А. Замбржицкий 8(21) сентября 1918 г. не в первый раз поднял вопрос о принудительной мобилизации неказачьего населения [18]. В сентябре крестьяне, по крайней мере, Новохоперского уезда, еще вполне готовы были пойти по мобилизации, отказываясь от компрометирующего их на случай успеха красных добровольчества. Некий эсер Алексеев из Воронежа подтверждал остро антибольшевистское настроение воронежской деревни [19]. Однако на деле вскоре мобилизованные станут опасностью и обузой для формирующихся частей. /87/

      15. ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1б. Л.13–13 об. 16 ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1 б. Л. 11 об.
      17. ГАРФ. Ф. 5881. Оп. 2. Д. 426. Л. 13,13 об., 14, 14 об.
      18. ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1б. Л.11.
      19. См.: Посадский А.В. Указ. соч. С. 262–263. 

      Рассмотрим свидетельства о формировании воронежских частей, прежде всего четырехполковой дивизии, и их участии в боевых действиях. Агентурная сводка красного Южного фронта №19 12 октября 1918 г. обнаружила на Евстратовском направлении дивизию генерала В.В. Семенова с бригадным командиром генералом Павловым. 1-й полк дивизии именовался Кабардинским, 3-й разбит под Таловой и направлен на формирование в Богучар. 4-й разбит под Михайловкой, его командир генерал Григорович убит. 1-й и 2-й полки имели по 700 человек, в том числе много офицеров рядовыми. Основной состав – мобилизованные, за которыми следят офицеры. Пулеметчики – только офицеры. В дивизии 2 легких орудия и 7 пулеметов, патронов и снарядов – ограниченное количество. В Богучарском уезде объявлена мобилизация проходивших службу в 1913–1917 гг. и трудовая повинность для жителей 18–40 лет [20]. Согласно агентурной сводке штаба фронта за 17–22 октября 1918 г. в районе Чертково – Маньково – Калитвенская формировалась Южная армия в составе трех полков. 1-й полк – в Богучаре. По слухам, в 1-й дивизии насчитывалось 14–16 тыс. человек. В полках два батальона солдатские, третий – офицерский [21].

      1-й дивизии: В.В. Семенову с 1-й дивизией боевую задачу ставят, а он докладывает, что 12(25) октября начинает занимать исходное положение, имеет 900 боеспособных в Смаглеевке, 900 – в Талах, еще 500 скоро будут в Михайловке и т.п. [22]. К 23 октября (5 ноября) Воронежский корпус находился в неорганизованном состоянии. Немцы же собирались покидать район Евстратовки. Для обеспечения железной дороги Чертково – Лихая требовался казачий полк. Воронежский корпус даже такую пассивную задачу самостоятельно выполнить не мог [23].

      Есаул Попов, помощник начальника штаба Северного фронта Донской армии В.А. Замбржицкого, побывал на фронте корпуса и дал развернутую характеристику этому соединению. По его данным, к 25 октября (7 ноября) 1918 г. на фронте корпуса красные в Калитве имели 300–400 человек пехоты с одним эскадроном и 4 орудиями, и в районе Евстратовка – Россошь – отряд Сахарова в 2000 пехоты, 300 конных при 9 орудиях разных калибров и вели себя пассивно. Части же 1-й пехотной дивизии располагались: 1-й Кабардинский полк в Криничной, один его батальон в Фисенково, 2-й стрелковый в Митрофановке, 4-й полк в Михайловке. Полки выставляли заставы. 3-й полк передан в распоряжение войск Северо-Западного фронта и охранял восточный берег Дона от Павловска до Новой Калитвы. В Питюхино находились украинцы, т.е. гетманцы, с /88/

      20. РГВА. Ф. 100. Оп. 9. Д. 3. Л. 1.
      21. РГВА. Ф. 100. Оп. 9. Д. 3. Л. 13 об.
      22. ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1б. Л. 48 об., 50.
      23. ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1б. Л. 63 об.–64. 

      которыми установлена связь. Таким образом, дивизия занимала удобную устойчивую позицию, фланги которой обеспечены Северо-Западным фронтом и украинцами. В Фисенково располагался полевой штаб дивизии генерал-лейтенанта Павлова. Энергичный генерал, закончивший войну командиром корпуса, имел за плечами 1,5 года академии, и сам тянул всю штабную рутину: офицеров-генштабистов в его распоряжении не было.

      В Чертково стоял штаб 1-й пехотной дивизии – фактически штаб всей организации. При нем технический полк, железнодорожный батальон, авиационный отряд, комендантская рота, рабочая рота, 3 этапа, питательный пункт, продовольственный магазин, артиллерийский склад, управление интенданта, тыловой госпиталь, два дивизионных лазарета, перевязочный отряд, отдел военных сообщений, 5 полевых телеграфных контор, корпусный суд и полевая почтовая контора. Есть еще штабы генерала Джонсона – корпусной в Каменской и штаб армии в Киеве. Множество штабов, по мнению Попова, создавало неразбериху. Поэтому штаб Павлова он разумно советовал переименовать в штадив-1, усилив одним генштабистом, а штаб в Чертково переименовать в штакорВоронежский, подчинив штабу Северного фронта. 

      По данным Попова, в полках дивизии состояло примерно по 1000 бойцов, 30 % – офицеры и добровольцы, 70 % – мобилизованные крестьяне. Мобилизованные, с его точки зрения, были ненадежны, с их стороны наблюдались косые взгляды, а то и угрозы. Так, 18(31) октября 180 мобилизованных сдались показавшемуся эскадрону красных. Одиночное дезертирство происходило беспрерывно. Артиллерия представлена двумя пушками, подаренными из трофеев Северо-Западным фронтом. 25 октября (7 ноября) на Кантемировку проследовали 8 трехдюймовок, поставленных в строй. К 7 имевшимся пулеметам Северо-Западный фронт добавил еще 6. Конных на всю дивизию – 32 человека. Два конных полка формировались в Чертково, но без лошадей и амуниции. Имелось два исправных аэроплана, военный телеграф и телефон, но с полками связь поддерживалась в основном ординарцами. При каждом полку 4 незапряженных кухни, более никаких повозок нет; довольствие удовлетворительное. В итоге налицо и слабая сколоченность, и более чем скромное вооружение и снаряжение.

      Такую картину рисовал помощник генерала, повидавший реальную картину жизни воронежских частей. Рассуждая об этом, В.А. Замбржицкий писал о том, что красных больше, мобилизованные «чувствуют их силу и к ним льнут». Молодые солдаты паниковали при появлении конницы красных. 1-й дивизии требовалось придать твердую конную часть, без этого дивизия неспособна к серьезным операциям. «Если же первое серьезное сражение на Евстратовском направлении будет неудачным, – полагал генерал, – все мобилизованные перейдут к красным, офицерские кадры частью погибнут, частью разъедутся, и Во-/89/-ронежский корпус “рассеется в буквальном смысле этого слова”». Молодые полки целесообразно ставить бок о бок с казачьими частями. Пример был налицо: 3-й стрелковый полк 1-й дивизии успешно сражался с красными и брал трофеи, имея по соседству победоносные полки [24].

      Воронежская деревня жила слухами и живым примером поведения тех или иных частей. В.А. Замбржицкий отмечал пользу аэропланов, которые разбрасывали листовки. Военнопленные, взятые на Таловском и Балашовском направлениях, передались в плен, когда узнали из воззваний, что казаки не расстреливают крестьян, как им говорили большевистские комиссары. Красные тоже использовали авиацию для распространения своих воззваний [25].

      В ноябре и декабре 1918 г. бои активизировались. На Евстратовском участке 14 ноября с «Добровольческой армией южного фронта» вел успешный бой красный Волчанский полк, захватил пленных и трофеи [26]. 16 ноября красные силами, главным образом, Богучарского полка, взяли Бобров. Противник упорно сопротивлялся, имея на правом фланге Сибирский офицерский добровольческий батальон. Батальон был сбит и понес тяжелые потери на заторе у моста через реку Битюг [27]. Утром 17 ноября части Южной армии повели наступление в районе Колбинской, на Черной Калитве. В упорном бою потерпели поражение, оставив 24 пленных, винтовки и пулеметы [28].

      После удачных боев казаки захватили Бобров, а 10(23) ноября – Лиски. Здесь пришлось оставить заслон в основном из частей Южной армии, а основные силы Северного фронта бросить на помощь Хоперцам [29]. В 20-х числах ноября в наступлении на Верхний Икорец участвовали 3-й и 4-й Гренадерские полки численностью около 3000 чел. и Мешковский казачий конный полк около 400 чел.

      От Абрамовки до Лисок располагались полки Воронежского корпуса вперемешку с казачьими полками. По советским данным, в 3-м Гренадерском состояло 4 батальона и насчитывалось до 1300 штыков: 1000 мобилизованных и 300 офицеров и юнкеров; отмечен строгий контроль офицеров над мобилизо-/90/

      24. ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1 б. Л. 74, 74 об., 75, 75 об. 25 ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1б. Л. 68.
      26. Южный фронт (май 1918 – март 1919). Борьба советского народа с интервентами и белогвардейцами на юге России. Сб. документов. Ростов: Ростовское книжное издательство, 1962. С. 186.
      27. Романов Е.П., Сыроваткин В.Ф. Богучарцы (история Богучарского полка и 40-й Богучарской дивизии). Научное исследование в помощь историкам, учителям и учащимся. Богучар: б/и, 2008. С. 13.
      28. Южный фронт (май 1918 – март 1919). Борьба советского народа с интервентами и белогвардейцами на юге России. Сб. документов. Ростов: Ростовское книжное издательство, 1962. С. 190.
      29. Поляков И.А. Донские казаки в борьбе с большевиками. 1917–1919. М.: Кучково Поле, Гиперборея, 2007. С. 483. 

      ванными [30]. Лиски белые взяли умелым командованием полковника Рытикова, при этом В.В. Семенов со своей 1-й дивизией не воспользовался паникой красных; стоял на месте, пока красные сами не ушли с его фронта, после чего «по болезни» сдал командование генералу Павлову. Среди офицеров Южной армии ползли слухи, что командование армии сознательно не дает сражаться, потому что наверху агенты большевизма [31].

      29 ноября 1918 г. удачный бой провел известный красный командир В.А. Малаховский во главе своего Богучарского полка. Части Южной армии выступили на Острогожск. Малаховский связал их боем силами одного батальона, а два батальона в метель ударили с фланга, со стороны деревни Кодубец. Белые запаниковали, бросились с дороги в заснеженные поля. В итоге было потеряно около 3000 солдат пленными и несколько батарей. В неудачной операции участвовали части Гренадерского и Кабардинского полков [32].

      15–19 ноября (28 ноября – 2 декабря) шли бои в районе Подгорное – Сагуны с участием 80-го Кабардинского полка, Сибирского батальона и 1-й батареи 1-й артбригады [33]. Приказом 80-му Кабардинскому полку 15(28) ноября слобода Подгорная выделялась для формирования в полку 1-й и 2-й рот, 3-го батальона, нестроевой и пулеметной рот. Полк взаимодействовал с Сибирским батальоном [34]. 

      На фронте 8 армии мощным наступлением около 12 полков белые 1 декабря 1918 года заняли Старую Чиглу, Шишовку, Коршевский, Верхний Икорец, Форостан, Песковатку, Пухово, охватывали Лиски. На фронте 9-й армии вечером того же дня белые взяли Новохоперск [35], с захватом до 7000 пленных, 12 орудий, из них 4 тяжелых, до 100 пулеметов, 3 бронеавтомобилей, радиостанции, лазарета, до 50 вагонов, 1000 винтовок, грузовика, до 200 лошадей и проч. [36]. 

      Н.А. Раевский описал трагический для Сибирского батальона бой 18 ноября (1 декабря) 1918 г.: «Помню до мелочей. Воронежская губерния. Село Пухово. Колокольня. Рядом со мной князь Ордынский в кадетской фуражке и черном полушубке. Поля занесены снегом. Со всех сторон идут цепи. В тылу гуще всего; Пули свистят, рявкают, сбивают штукатурку. Наши пушки внизу на площади. Со звоном сыплются церковные стекла.

      Конец. Стрелять больше нельзя. Взвод уходит. Может быть, успеют проскочить. Нам начальник отряда велел остаться. Передаем ему наблюдения. /91/

      30. РГВА. Ф. 100. Оп. 9. Д. 3. Л. 38.
      31. ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1б. Л. 76 об., 77 об. 32 Романов Е.П., Сыроваткин В.Ф. Указ. соч. С. 14.
      33. РГВА. Ф. 40135. Оп.1. Д. 43. Л. 6 и далее. 34 Там же. Л. 5.
      35. Южный фронт (май 1918 – март 1919)… Ростов: Ростовское книжное издательство, 1962. С. 244–245.
      36. ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1б. Л. 83. 

      Красноармейцы на ходу вскидывают винтовки. […]

      Два раза вынимал браунинг, но стреляться не пришлось. Поодиночке спаслись все, кому нельзя было попасться. Поздно вечером опять встретился с Ордынским. Шел снег, и кругом никого не было. Спас компас. За ночь тридцать вёрст по большевистским тылам. Донесение о нашей гибели уже было написано. […] Артиллеристы поодиночке спаслись. Сибирский батальон потерял три четверти состава. Почти никто не сдавался живым. Две сестры милосердия успели проглотить цианистый калий. Третью красные насиловали, пока не умерла. Мужики потом все рассказали. Раненый кадет лет четырнадцати подполз к застрелившемуся офицеру, вынул у него револьвер из руки, перекрестился и выстрелил себе в рот. Это видел наш разведчик Летягин. Был для связи при командире батальона и успел ускакать» [37]. 

      Сибирский батальон, несмотря на понесенные потери, продолжал существовать. На 26 ноября (9 декабря) его командир был начальником отряда в составе 350 штыков и двух орудий 1-го артиллерийского дивизиона полковника Чижикова [38]. В батальоне по документам имелись две офицерские роты, две солдатские, пулеметная команда, конная сотня, обоз [39]. 

      Оперативная сводка Южного фронта с 15 по 23 декабря 1918 г. на Лискинском участке фиксирует все те же полки, смешивая при этом номерные названия и наименования восстанавливаемых полков старой армии: 1-й стрелковый, Сводно-гренадерский, 4-й Особый, 80-й, 1-й Сибирский, 2-й стрелковый, а также артдивизион, кавалерийский эскадрон, карательный отряд. При этом в 80-м полку насчитывалось до 1000 человек, в 1-м Сибирском и 2-м стрелковом – по 800, в остальных – по 1200, в эскадроне – до 80. Артдивизион имел 200 человек. Орудий насчитывалось 9, из них два шестидюймовых, пулеметов до 20, винтовок на всех не хватало, патронов и снарядов мало. Части нещадно раздевали пленных и местных, одеты были большею частью в штатское платье. Все держалось на офицерах, в бою они находились в третьей линии с пулеметами [40].

      Политотдел Южного фронта сообщал: за последние числа ноября 1918 г. из 80-го Кабардинского полка перебежало к красным 135 «казаков» с винтовками. В районе одной из красных дивизий мобилизованные белыми переходили на /92/

      37. Раевский Н.А. Добровольцы. Повесть крымских дней // Раевский Н., Даватц В. Добровольцы. М.: Вече, 2007. С. 94.
      38. РГВА. Ф. 40135. Оп. 1. Д. 43. Л. 2. В полковнике Чижикове, очевидно, надо признать Федора Львовича Чижикова, первопоходника, служившего затем в армии Украинской Державы помощником командира 7-й тяжелой артиллерийской бригады. Уже в конце 1918 г. он командовал бронепоездом, а затем дивизионом бронепоездов, в Добровольческой армии. Вероятно, между этими службами поместилась и служба в Южной армии.
      39. РГВА. Ф. 40135. Оп. 1. Д. 43. Л. 27.
      40. РГВА. Ф. 100. Оп. 9. Д. 3. Л. 61–61 об.

      красную сторону. Белым приходилось формировать всякого рода ударные и карательные части, ибо не было веры мобилизованным [41].

      Пленный прапорщик 4-го Особого полка показал, что полк формировался около Чертково, после чего был отправлен на Воронежский фронт. В нем 157 офицеров, остальные мобилизованные, добровольцев очень мало. Полк был в бою 5 раз, при этом многие солдаты перебежали к красным. Дисциплина строгая, с расстрелами. Настроение в полку очень плохое. В Хвощеватом часть взвода осталась, чтобы перейти к красным [42]. 6 января 1919 г. сдавшийся чин 3-го Гренадерского полка показал: полк формировался в Богучаре, потом на 4 недели был отправлен на фронт. Комсостав полностью офицерский, отделенный – офицер. Кроме того, в полку была офицерская рота. При наступлении на Корсово две роты перебили офицеров и перешли к красным. А при наступлении трех полков на Чиглу много солдат замерзло и свыше 400 солдат перешло к
      красным [43].

      В переговорах В.А. Замбржицкого и А.И. Савватеева 6(19) ноября 1918 г. выяснилось следующее. Недели две тому назад явились офицеры Закс и Карякин из контрразведки Южной армии и начали реквизиции в Хоперском округе, т.е. уже на Донской территории. Савватеев просил отозвать, «иначе у нас с населением будет плохо, как это на фронте Южной армии, да в особенности с такой фамилией, как Закс» [44].

      Пленные офицеры 3-го Сводно-Гренадерского полка, взятые 20 декабря в Хреновом, дали следующую картину формирования и боевых действий полка. 3-й Сводно-гренадерский полк входил в 1-ю дивизию Южной армии, вместе с 1-м стрелковым, 80-м Кабардинским и 4-м стрелковым полками. Временно командовал генерал-майор Павлов, комбриг-1. Комбриг-2 – генерал Абжалтовский. Офицеры мобилизованы в городах Дона и Украины, солдаты – в занятых уездах Воронежской губернии. Дивизия не вполне сформирована, артиллерии не имела, предполагалась для несения гарнизонной службы. Полки предполагалось развернуть в дивизии. Батальоны именовались: 1-й пехотный, 2-й гренадерский, 3-й заамурский, – по офицерскому кадру. Ротами и батальонами командовали кадровые офицеры, предполагалось ввести железную дисциплину. Вся дивизия вместе никогда не собиралась. В боевом отношении ее ценность невелика. Большинство офицеров якобы не верили в будущность армии и служили по принуждению. Про другие дивизии Южной армии пленные офицеры не имели информации (их и не было), а лучшими частями на Воронежском направлении признавали 3-й и 4-й стрелковые донские полки, составлявшие бри-/93/-

      41. РГВА. Ф. 193. Оп. 2. Д. 141. Л. 24.
      42. РГВА. Ф. 100. Оп. 2. Д. 78. Л. 106.
      43. РГВА. Ф. 100. Оп. 2. Д. 78. Л.19.
      44. РГВА. Ф. 40135. Оп. 1. Д. 22. Л. 1, 3.

      гаду Моллера [45]. Эта бригада к составу Воронежского корпуса и Южной армии в целом не относилась.

      10(23) декабря 1918 г. 4-й стрелковый полк при попытке продвинуться от Новохоперска на восток вдоль железной дороги, потерял 50 % обмороженными. Работа штабов была организована плохо, связь часто прерывалась из-за порывов проводов [46].

      В.А. Замбржицкий записывал в дневнике 15(28) декабря: бои под Борисоглебском и Поворино затянулись. Красные теснили казаков со стороны Лисок на Воронеж, а 1-ю пехотную дивизию оттесняли на юг, и она в панике катилась до Евстратовки. Свержение П.П. Скоропадского на Украине открыло прежде стабильную границу Дона. Настроения в рядах белых ухудшились, – «все это сейчас же передается как электрический ток! Все знают. Ничего не скроешь!» Под влиянием агитации красных, а также мобилизации крестьян в селе Филиппенкове между Калачом и Бутурлиновкой вспыхнуло восстание. Для его подавления спешно формировался сборный отряд из добровольцев с придачей ему четырехорудийной батареи из Калача. Также в Калаче ожидались вновь мобилизованные казаки для помощи в подавлении восстания. Восставших насчитывалось около 2000 чел., с ружьями, были и пулеметы. Хотя изначально повстанцев было около 200 чел., движение быстро разрослось, а руководители восстания выехали в Мечетку к красным [47]. В связи с восстанием настроение казаков понизилось. Воронежская губерния проводила реквизиции и тут же последовала мобилизация, в результате чего вспыхнуло крестьянское восстание, подавление которого ложилось на плечи казаков. Замбржицкий констатировал, что никакой помощи от Южной армии нет. По его мнению, следовало запретить им реквизиции, хотя атаман разрешил [48]. 

      Мнения казачьих командиров о воронежских частях продолжали оставаться скептическими. Полковник Кислов, генерал-квартирмейстер войскового штаба, писал в конце 1918 г.: «Боеспособность первой дивизии вам известна хорошо. Она продолжает безостановочно спускаться вниз», а резервов на Евстратовском направлении нет [49]. Телеграмма начальнику штаба Войска Донского И.А. Полякову 19 декабря (1 января) сообщала, что 1-я пехотная дивизия Южной армии всегда создавала ненужную тревожность, а теперь и штаб Южной армии отдает неуместные распоряжения об эвакуации. Желательно оттянуть его из полосы Северного фронта в тыл [50]. /94/

      45. РГВА. Ф. 100. Оп. 9. Д. 3. Л. 71.
      46. ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1б. Л. 142.
      47. ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1б. Л.144.
      48. ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1б. Л. 91, 91 об., 92 об.
      49. РГВА. Ф. 40135. Оп. 1. Д. 22. Л. 256.
      50. ГАРФ. Ф. 6559. Оп. 1. Д. 1б. Л. 94.

      Политотдел Южного фронта в начале 1919 г. понимал Южную армию как армию с «дореволюционным» устройством, которая стремится к восстановлению монархического строя, «в крайнем случае» – конституционного. Населению дают понять, что пора забыть о революции и свободе. Ближайшая цель армии – взять Воронеж и оттуда развивать наступление на Москву [51]. Политотдел рисует гротескную картину, особенно с наступлением на Москву, но в глазах широких масс, похоже, монархизм как синоним «старого режима» и земельной реставрации действительно намертво пристал к Южной армии. Развернутые рапорты о состоянии дел писала контрразведка Южной армии, казачьи командные инстанции составляли те или иные рапорты по поводу дел в Южной армии, в сводки попадали мнения местных жителей. В этих документах много неприглядного о жизни верхов, тыла, той же контрразведки. Пьяные оргии, вымогательства контрразведки, шантаж. Офицеры роптали на странные командные назначения, якобы командование сознательно не давало сражаться. Генерала Шильдбаха считали злым гением армии [52]. Миллионер из огромной промысловой слободы Бутурлиновки Леонид Алексеевич Кащенко, принимавший атамана с союзнической миссией в своем дворце, бесконечно заботился о раненых и лазаретах. По его мнению, нельзя удивляться крестьянскому восстанию. Бутурлиновкой заправлял пристав, дважды прогнанный за взятки еще до революции из Бобровского и Богучарского уездов, откровенно темная личность [53]. В январе у Кащенко гостили 4 офицера Гундоровского полка, уже на положении неофициальных телохранителей [54]. 

      В.А. Замбржицкий в разговоре с начальником войск Северо-Западного района генералом Г.А. Ситниковым 27 декабря (9 января) выделял показательный нюанс. Фронт начал разваливаться. Мигулинский и Казанский полки ушли с фронта. Казанский полк митинговал в Криуше с местными большевиками. Местные жители пребывали в возбужденном антиказачьем настроении: был убит офицер, прерван телеграф с Богучаром. Но даже в этих обстоятельствах Ситникова не смущали организованные силы красных, но смущало именно недружелюбие населения: не дают подвод, не дают закупать продукты и фураж, нападают. А интендантства нет, такое отношение било и по настроению, и по боевым операциям казаков [55]. Действительно, даже при победах красных настроения и частей, и населения весьма широко колебались, не были устойчивыми. Легендарный на красной стороне 103-й Богучарский полк 12-й стрелковой дивизии 8-й армии имел боевые успехи, активно пополнялся добровольца-/95/

      51. РГВА. Ф. 193. Оп. 2. Д. 141. Л. 29.
      52. ГАРФ. Ф.6559. Оп.1. Д. 1б. Л. 32, 33, 77 об., 78, 79, 95,138–139 об.
      53. Там же. Л. 100 об.–101.
      54. Там же. Л.104 об. 55 Там же. Л.168 об.–169. 

      ми, выдвинул хороших командиров, прежде всего В.А. Малаховского. И, тем не менее, политотдел Южного фронта характеризовал его так: «Принимал участие во многих боях. Последнее время оставил позиции, оголив фронт. Меры воздействия морального характера ни к чему не привели. Командный состав не годен». Довольствовался полк реквизициями, был хорошо вооружен, имел много коммунистов в своем составе, которые “наладили работу”» [56]. Однако эта «работа» не способствовала даже выполнению приказов! Командование Южного фронта в докладе от 29 декабря 1918 г. характеризовало 8-ю армию как сформированную из бывших южных отрядов завесы в составе 12-й и 13-й стрелковых дивизий. Армия формировалась в неблагоприятных условиях, «ибо между крестьянами Воронежской губернии и казаками были установлены своеобразные отношения: они считались в состоянии войны, но ездили друг к другу на базары». Положение укрепила только боеспособная Инзенская дивизия с Восточного фронта [57]. Недавний командир Богучарского полка, заведующий политическим отделом Восьмой армии Южного фронта В.А. Малаховский докладывал во фронтовой реввоенсовет, что крестьяне «страшно тяготятся властью красновцев», перебегают, просят оружие, а при победном наступлении просто сбегаются толпами. В итоге Богучарский полк в 700 штыков вырос до 5000. Перебежчики и вернувшиеся военнопленные рисовали ужасные картины грабежей, насилия, раздевания пленных у белых [58]. Однако эти громадные пополнения усилили полк на короткое время – только на победном подъеме и в родных для пополнения краях.

      Заключение
      В результате крушения северного казачьего фронта уцелевшие части Воронежского фронта отступили на юг. После объединения донского и добровольческого командования собственно воронежские кадры превратились в Воронежский батальон 3-й Донской отдельной добровольческой бригады, наряду с Богучарским и Старобельским батальонами, в которые превратились одноименные добровольческие отряды, сформированные при Донской армии. Уцелевшие сплоченные офицерские кадры, например, Кабардинцы, продолжили службу уже в рамках Добровольческой армии.

      Итак, Воронежский корпус имел максимум хороших кадров, сюда активно ехали офицеры. Усилиями казачьих полков возникла и своя обширная территория с многочисленным крестьянским населением. Однако необходимые компо-/96/

      56. Южный фронт (май 1918 – март 1919)... Ростов: Ростовское книжное издательство, 1962. С. 238–239.
      57. РГАСПИ. Ф. 71. Оп. 35. Д. 151. Л. 299, 303.
      58. Партийно-политическая работа в Красной армии (апрель 1918 – февраль 1919 гг.) Документы. М.: Воениздат, 1961. С. 272–273. 

      ненты успеха не сложились в цельную картину. Откровенно неудачное, а временами вопиющее высшее руководство погасило все антибольшевистские надежды крестьян. Воронежский корпус, а фактически, одна пехотная дивизия, формировался небыстро, страдая от нехватки вооружения и снаряжения. Казачьи же части изнемогали на огромном фронте, полки приходилось бесконечно группировать и перебрасывать. Казачьи командиры возмущались слабой боеспособностью дивизии, это было вечное слабое звено Северного фронта. Для казачьих командиров дурная администрация «южан» создавала озлобление в тылу. При этом казаки и сами вели себя далеко не дружественно в воронежских уездах. В то же время хорошие офицерские кадры получали раздраженных и испуганных мобилизованных мужиков, у которых хоть какое-то «представительство» собственных интересов оставалось на красной стороне, в виде Богучарского, Бобровского и прочих полков с партизанским составом из местного населения. Неудивительно, что мобилизованные, при малейших неустойках, переходили к красным. При этом и красный успех января – февраля 1919 г. был довольно эфемерен. 

      По соседству с Воронежским корпусом сражался Саратовский корпус. Его командиру В.К. Манакину удалось создать мотивированное крестьянское движение за освобождение от большевиков Саратовской губернии. Манакин – энтузиаст движения создания ударных батальонов из волонтеров тыла в 1917 г., многократно повторял и писал по команде о том, что армия должна быть тесно связана с населением, местное самоуправление должно возникать сразу же по освобождении от большевиков той или иной территории усилиями воинских начальников. Войска должны производить необходимые реквизиции при помощи выборных от населения и т.п. Никого похожего на Манакина в Воронежском корпусе не нашлось. 

      В то же время немногочисленные строевые части воевали, несли тяжелые потери в боях и от обморожений. Разумеется, полное отсутствие спайки между офицерско-добровольческим ядром и согнанными насильно солдатами резко снижало качество частей, которые могли, при иных условиях, действительно развернуться и продолжить историю старых полков русской армии. /97/
    • Цветков В.Ж., Цветкова Е.А. Особенности регионального продовольственного рынка в Крыму и Северной Таврии в годы Гражданской войны (весна – осень 1920 года) // Historia Provinciae – Журнал региональной истории. 2018. Т. 2. № 4. С. 178–198.
      Автор: Военкомуезд
      Цветков Василий Жанович
      Доктор исторических наук, профессор, Московский педагогический государственный университет
      (Москва, Россия)

      Цветкова Елена Александровна
      Кандидат экономических наук, доцент, Московский педагогический государственный университет
      (Москва, Россия)

      Особенности регионального продовольственного рынка в Крыму и Северной Таврии в годы Гражданской войны (весна – осень 1920 года) *

      Аннотация. В статье рассматриваются проблемы функционирования региональных рынков на белом Юге России во время Гражданской войны, в заключительный ее период (весна /178/

      * Для цитирования: Цветков В.Ж., Цветкова Е.А. Особенности регионального продовольственного рынка в Крыму и Северной Таврии в годы Гражданской войны (весна – осень 1920 года) // Historia Provinciae – Журнал региональной истории. 2018. Т. 2. № 4. С. 178–198.
      DOI: 10.23859/2587-8344-2018-2-4-9

      – осень 1920 г.), связанный с деятельностью Главнокомандующего Русской армией, Правителя Юга России генерала П.Н. Врангеля. Территориальные рамки статьи – Таврическая губерния (Крым и Северная Таврия). Анализируется динамика цен на основные сельскохозяйственные товары, их соотношение с ценами на промышленные товары, изменения спроса и предложения. Приводимые статистические данные в своей значительной части впервые вводятся в научный оборот. Показано влияние изменений в положении на фронте белой армии на динамику рыночных цен. Учитываются региональные особенности положения сельского хозяйства в белом Крыму и в Северной Таврии в 1920 году.

      Ключевые слова: региональная экономика, история экономики, Гражданская война, крестьянство, рыночные цены, сельскохозяйственные и промышленные товары, Белое движение, П.Н. Врангель.

      Введение
      Анализ экономического положения в регионах, занятых белыми правительствами, до настоящего времени остается малоизученной темой. Однако для комплексного изучения проблем, связанных как с историей Гражданской войны в России в целом, так и Белого движения в частности, необходим анализ данных о состоянии белого тыла. Это позволит составить представление о степени поддержки населением белой власти, о перспективах вооруженного противостояния с Красной Армией, о проведении тех или иных мероприятий экономической политики с учетом региональной специфики.

      В отечественной историографии проблематика экономического положения белого Крыма и Северной Таврии в 1920 г. весьма активно изучалась в 1920 – начале 1930-х гг. [1]. Однако в последующие десятилетия сугубо экономические /179/

      1. Шафир Я. Экономическая политика белых (Крымский опыт) // Красная новь. 1921. №2; Гуковский А. К истории аграрной политики русской контрреволюции (Аграрная политика правительства Врангеля) // На аграрном фронте. 1927. № 7; Гензель П.П. Крым в финансово-

      исследования оказались свернуты. Не уделяла экономическим проблемам должного внимания и зарубежная историография, ограничиваясь изданиями по социально-политической или военно-политической проблематике [2]. Лишь за последние десятилетия экономическая тематика снова востребована ученымиисториками [3]. Но, тем не менее, необходимо уделять этим вопросам больше внимания. В этом отношении важно сотрудничество историков и экономистов, использование междисциплинарных связей.

      Данная статья тематически продолжает публикацию авторов на страницах «Экономического журнала», подготовленную в 2017 году [4], и представляет собой часть готовящейся к изданию монографии по проблемам экономической, аграрно-крестьянской политики в белом тылу в период 1917–1920 гг.

      Основная часть
      База источников по данному периоду вполне достаточна, чтобы составить общее представление о динамике спроса и предложения в Крыму и Северной Таврии, росте цен на основные продовольственные товары, состоянии рынка в прифронтовых районах Северной Таврии и «тыловых», защищенных перекопскими укреплениями крымских уездах. После расформирования Управления Продовольствия все дела, связанные со снабжением армии и тыла в Таврии, находились в ведении Главного Начальника Снабжении генерал-майора П.Э. Вильчевского [5]. Данные о положении продовольственного рынка содержатся в фондах Управления Земледелия и Землеустройства (УЗиЗ), Управления продо-/180/

      экономическом отношении в 1918–20 гг. // Экономист. 1922. № 3; Шеф К. Крымский полуостров – последняя база южнорусской контрреволюции // Война и революция. 1927. № 7.
      2. Lehovich D. White against Red. The life of general Anton Denikin. N.Y.: W.W. Norton,
      1974; Smele J.D. Civil war in Siberia. The anti-Bolshevik government of Admiral Kolchak, 1918–1920. Cambridge: Cambridge University Press, 1996; Pereira N.G.O. White Siberia. The Politics of Civil War, London: Jonathan Cape, 1996; Figes O. A people's tragedy: The Russian revolution 1891–1924. London: Penguin Books, 1996; Gatrell P. Russia's First world war: A social and economic history. Harlow: Pearson Education Limited, 2005.
      3. Рынков В.М. Финансовая политика антибольшевистских правительств Востока России. Новосибирск: Институт истории СО РАН, 2006; Рынков В.М. Земельные органы антибольшевистских правительств в Сибири (июнь 1918 – декабрь 1919 г.). Сборник документов. Новосибирск: Сибпринт, 2017; Карпенко С.В. Очерки истории Белого движения на Юге России (1917–1920 гг.). М.: Издательство Ипполитова, 2003.
      4. Цветков В.Ж., Цветкова Е.А. Особенности региональных продовольственных рынков в период Гражданской войны на Юге России в 1919 – начале 1920 гг. // Экономический журнал. 2017. № 3 (47).
      5. Врангель П.Н. Записки // Белое дело. Летопись белой борьбы. Т. VI. Берлин: Медный всадник, 1928. С. 20, 41.

      вольствия (УП) и Управления Торговли и Промышленности (УТиП) Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ) [6].

      Специфика таврического продовольственного рынка в 1920 г. заключалась в следующем: здесь, в отличие от предшествующего периода 1919 г., отсутствовал чрезвычайный спрос на продукты со стороны более северных районов – Малороссии и Черноземного Центра, поэтому организация продовольственного снабжения ограничивалась границами Таврической и части Екатеринославской губерний. С другой стороны, усиленно рос спрос на продовольствие со стороны армии и гражданского населения Таврии, выросшего за период Гражданской войны (в результате притока беженцев со всей Европейской России – около 500 000 чел.) в несколько раз [7].

      Большие надежды на зерновые запасы возлагало врангелевское Правительство Юга России в связи с необходимостью организации товарообмена с заграницей для получения вооружения, мануфактуры, топлива, сельскохозяйственного инвентаря и т.д. Экспорт зерна и других продуктов осуществлялся не за счет закупок у крестьян, а, главным образом, за счет сохранившихся еще со времени Первой мировой войны продовольственных запасов. Следовательно, влияние аграрно-крестьянской политики на осуществлявшийся вывоз продуктов с белого юга России было ничтожным. Тем не менее, как отмечалось в большинстве свидетельств белых эмигрантов, разведсводках РККА, исследованиях советских историков, расчеты на то, что предложение со стороны крестьянских хозяйств будет настолько большим, что сможет удовлетворить не только внутренний, но и внешний рынки, не оправдались [8].

      Темпы инфляции в белой Таврии 1920 г. приняли катастрофический характер. Большой скачок в насыщении рынка необеспеченными денежными знаками произошел зимой 1919/20 гг. [9] Но если в марте 1920 г. количество бумажных купюр, выпущенных в обращение, равнялось 30 млрд, то к августу оно выросло уже до 50 млрд. А с 15 сентября по 15 октября Феодосийской денежной экспедиции был сделан заказ на выпуск 60 млрд денежных знаков [10]. Непродуманная финансовая политика, подрывавшая хозяйство Таврии, была одним из главных факторов почти непрерывного роста цен на продовольствие, не говоря уже о промышленных товарах.

      6. Государственный архив Российской Федерации (ГА РФ): Ф. 355 (Управление земледелия и землеустройства), Ф. 356 (Управление торговли и промышленности), Ф. 879 (Управление продовольствия).
      7. Крестьянский путь. Симферополь. 1920. 11 сентября.
      8. Шафир Я. Экономическая политика белых (Крымский опыт) // Красная новь. 1921. №2, С. 111; Гуковский А. К истории аграрной политики русской контрреволюции (Аграрная политика правительства Врангеля) // На аграрном фронте. 1927. № 7. С. 69–75.
      9. Шафир Я. Указ. соч. С. 117.
      10. Великая Россия. Севастополь. 1920. 21 сентября; Гензель П.П. Указ. соч. С. 108.

      Внутренний рынок продолжал работать на декларированных еще деникинским правительством принципах «свободы торговли», подтвержденных приказом Главнокомандующего Вооруженными силами Юга России (ВСЮР) генерал-лейтенанта П.Н. Врангеля № 59 от 25 июня 1920 г. [11] Однако в условиях промышленной и транспортной разрухи, военных действий и под влиянием указанных выше экономических, финансовых факторов свободный рыночный товарообмен приобретал в белой Таврии все более и более спекулятивный характер.

      В марте цены в Крыму существенно выросли по сравнению с осенним уровнем 1919 г. Средняя цена фунта пшеничного хлеба составляла 10–15 руб. (4–6 руб. в октябре 1919 г.), пуд муки-сеянки – 695 руб. (150–200 руб. в октябре), фунт говядины – 175 руб. (20 руб.), масло сливочное – 850 руб. (250 руб.), сахар-песок – 550 руб. (65 руб.) фунт [12]. С эвакуацией в Крым ВСЮР и гражданских беженцев из Новороссийска цены резко возросли. Прирост составил за март 100 %, апрель – 130 %, май – 190 % [13]. Усиленный, необеспеченный ничем, кроме обесцененных дензнаков, спрос на продукты вызывал их подорожание. В мае цены на эти же категории продуктов составляли: 108 руб. – фунт пшеничного хлеба, 3350 руб. – пуд муки-сеянки, 750 руб. – фунт говядины, 3750 руб. – фунт сливочного масла, 1200 руб. – фунт сахарного песка. Фунт керосина стоил 400 руб., десяток яиц – 1000 руб., кварта молока – 300 руб. [14] Даже такой доступный для Крыма продукт как рыба-камса (основной продукт рациона Русской армии генерала Врангеля в апреле – мае) стоила в мае 1000 руб. [15]

      Уже в первые дни после Новороссийской эвакуации на заседании Совета при Главкоме ВСЮР генерале Врангеле (заседание 9 апреля) генерал Вильчевский констатировал, что «наличные запасы в Крыму муки позволяют предполагать, что муки хватит до нового урожая, при условии расходования до одного фунта в сутки на человека». Необходимо было введение нормированного распределения продуктов. На заседании было решено: воспретить выпечку хлебных изделий, вывоз хлебных злаков из пределов Крыма, уменьшить потребление мяса введением 3 постных дней в неделю (среда, пятница, суббота) [16]. Приказом Главкома ВСЮР № 2959 от 16 апреля вводилась карточная система про-/182/

      11. Таврические губернские ведомости. Симферополь. 1920. 20 июля.
      12. Хвойнов П. Рабочее движение и профсоюзы в Крыму в 1920 г. // Антанта и Врангель. ГИЗ, М.–Пг., 1923. С. 226–227.
      13. Там же.
      14. Там же; ГА РФ. Ф. 879. Оп. 1. Д. 89. Л. 67–71.
      15. ГА РФ. Ф. 879. Оп. 1. Д. 84. Л. 1–5; Д. 89. Л. 70–71.
      16. Начало врангелевщины // Красный архив, т. 2 (21), 1927. ГИЗ М.-Л. С. 179; Таврические губернские ведомости. Симферополь. 1920. 23 апреля. 

      дажи хлеба, устанавливалась выпечка хлеба из пшеничной муки с добавлением 200 золотников [17].

      Попытка введения карточной системы на хлеб стала фактически единственной попыткой ограничить принципы свободной торговли на белом юге России в 1919–1920 гг. (не считая приказа предшественника Врангеля, генерала А.И. Деникина об уголовной ответственности за спекуляцию). Результаты подобных попыток оказались довольно скромными. Введение карточной системы на хлеб в расчете 1 фунт на человека в день (мера эта не касалась армии, которая должна была получать прежние нормы хлебного довольствия – 2 фунта хлеба на человека) было поручено органам городского самоуправления. Однако из всех городов Крыма лишь в Севастополе были введены карточные ограничения [18].

      Но это не улучшило продовольственное положение города, хлеб стал исчезать из продажи. Репрессивных мер в отношении укрывателей продуктов не предпринималось, а собственные продовольственные запасы городских управ были невелики.

      Недостаток продовольствия стал одной из главных причин майского наступления Русской армии, «выхода на просторы Северной Таврии» [19]. Необходимость наступления объяснялась тем, что Крым мог существовать только благодаря организованному подвозу продуктов животноводства из Северной Таврии, топлива из Донбасса, зерновых излишков с Кубани. Поэтому без налаженного привоза этих товаров, сколько-нибудь длительное пребывание армии и беженцев в изолированном Крыму представлялось невозможным [20].

      С занятием хлебородных уездов Северной Таврии, захватом крупных продовольственных складов в Мелитополе, Хорлах, Скадовске и Геническе удалось наладить отправку продуктов в Крым и тем самым облегчить трудности продовольственного рынка. Рост цен в июне-июле замедлился (27 % в июне по отношению к маю, в июле прирост составил 0,5–1 %) [21]. В прессе появились обнадеживающие сообщения о преодолении хлебного кризиса [22]. В правительственных кругах выдвигались предположения о возможном широкомасштабном экспорте таврического зерна [23]. Однако местными уполномоченными УЗиЗ и УТиП высказывались более скромные суждения: «...закупочные цены в Северной Таврии значительно ниже, чем в Крыму (ситуация обратная 1919 г., когда /183/

      17. Таврические губернские ведомости. Симферополь. 1920. 23 апреля; Врангель П.Н.
      Указ. соч. С. 31.
      18. Юг России. Севастополь. 1920. 29 июля.
      19. РГВА. Ф. 1574. Оп. 1. Д. 479. Л. 56, 74.
      20. Гуковский А. В тылу «вооруженных сил Юга России» // Красный архив, т. 3 (34). Центрархив. 1929 г. С. 226; ГА РФ. Ф. 356. Оп. 1. Д. 23. Л. 8–9
      21. Хвойнов П. Указ. соч. С. 226–227.
      22. Юг России. Севастополь. 1920. 30 мая; Великая Россия. Севастополь. 2 июля 1920 г.
      23. Юг России. Севастополь. 1920. 2 июля; Гензель П.Н. Указ. соч. С. 112. 

      приход белых обычно означал понижение «неоправданно высоких» цен – прим. авт.), мука пшеничная предлагается по 2500–2750 руб. (в Крыму – 3700 руб.) пуд, ячмень до 250 руб. (в Крыму не ниже 300 до 1000 руб.)…, запасы большие, население отказывается сдавать хлеб за деньги. Для использования хлебных ресурсов Северной Таврии очевидно необходимо снабдить местную продовольственную организацию большим количеством товаров, ходких среди сельского населения...» [24]

      Аналогичное положение отражал доклад уполномоченного по продовольствию в Крыму (июнь): «...закупать хлеб за деньги не просто, невозможно. Цены на хлеб выросли невероятно. В Перекопском уезде ... на 10 июня – на пшеницу до 1000 руб. за пуд... Крестьяне требуют в обмен на хлеб керосин, сахар, чай, мануфактуру, обувь, лопаты, пилы и сельхозорудия, помещики требуют главным образом машины, орудия и материалы производства (примечательная разница в требованиях товарообмена – крестьянские хозяйства уже не рассчитывают на получение машин, а довольствуются элементарными орудиями труда, а ведь до 1914 г. Таврическая губерния занимала ведущее место в России по обеспеченности крестьянских хозяйств сельскохозяйственными машинами – прим. авт.), все воздерживаются от продажи хлеба...» [25].

      В этой ситуации указывалось на возможность ввоза части продуктов из-за границы, планировалось «организовать закупки мяса и жиров на Балканах», поскольку собственные запасы мяса в Крыму были невелики, а закупочные цены составляли 25–30 тыс. руб. за пуд говядины и 100–130 тыс. руб. за пуд сала. Предполагалось осуществить товарообмен на условиях поставки на Балканы соли, имевшейся в Крыму в изобилии. На этих же условиях предполагалось осуществить за рубежом закупку сахара [26].

      Средние рыночные цены в Крыму в июле (в период их временной стабилизации) равнялись: фунт пшеничного хлеба стоил 135 руб., пуд муки-сеянки 4300–6000 руб., фунт говядины подешевел на 50 руб., составляя 900 руб., фунт сливочного масла – 3650 руб. (также подешевел в сравнении с июнем (3200 руб.)), кварта молока – 350 руб., десяток яиц – 1100 руб., фунт сахара-песка – 1700 руб., фунт керосина – 1405 руб. [27] Фактически неизменной на протяжении почти всего 1920 г. оставалась лишь цена на соль, имевшуюся в Крыму в большом количестве (цены на нее колебались от 3 до 6 руб. за фунт) [28]. Зерно и зернофураж расценивались следующим образом: пуд пшеницы в Крыму, в среднем, – 3000–3500 руб. В июне оптовая цена пуда пшеницы в Симферополе рав-/184/

      24. ГА РФ. Ф. 879. Оп. 1. Д. 68. Лл. 28–28 об.; 44-44 об.
      25. Там же. Лл. 44–44 об.
      26. ГА РФ. Ф. 879. Оп. 1, Д. 68. Лл. 44 об. – 45.
      27. ГА РФ. Ф. 879. Оп. 1. Д. 89. Лл. 67–71 об.; Хвойнов П.П. Указ. соч. С. 226–227.
      28. ГА РФ. Ф. 879. Оп. 1. Д. 84. Лл. 1–5; Хвойнов П.П. Указ. соч. С. 226–227. 

      нялась 3000–3400 руб., ржи – 3000–3500 руб., овса – 3400–3500 руб., ячменя – 3300–3600 руб. Более высоким уровнем цен при этом отличались Евпаторийский, Феодосийский уезды, более низким – Перекопский и Симферопольский. [29] В Северной Таврии в это же время средние цены на зерно составляли 1500–3000 руб. за пуд пшеницы, 1300–1400 руб. за пуд ржи, 1700 руб. – пуд мукисеянки [30].

      Несмотря на ведение военных действий непосредственно на территории Северной Таврии, невысокий урожай и повышенный спрос со стороны Крыма, цены здесь были еще сравнительно низкими, что позволяло регулировать спрос между этими двумя районами Таврической губернии на протяжении почти всего лета и начала осени 1920 г. В августе карточная система распределения хлеба, по существу так и не реализованная в полной мере, была отменена. Предложение хлеба в Крыму признали достаточным.

      Продолжение операций Русской армии в направлениях на север (в сторону Александровска – Екатеринослава) и на северо-восток в сторону Донбасса, а также десант на Кубань давали надежды на пополнение продовольственных запасов за счет богатых хлебородных регионов. В сентябре – начале октября газеты белого Крыма отмечали большие возможности (в плане снабжения продуктами) Александровского уезда Екатеринославской губернии, где, якобы, «урожайность хлебов значительно выше среднего» (реально Екатеринославская губерния в 1920 г. давала понижение урожайности по сравнению с предшествующим 1919 г.) [31]. Ввиду кратковременности пребывания Русской Армии в этой районе снабжение продовольствием могло производиться отсюда лишь посредством захвата зерна, зернофуража сбора прошлых лет на продовольственных складах, амбарах, элеваторах в крупных городах и на железнодорожных станциях, а также реквизиций [32]. Но нередко из-за нераспорядительности и медлительности военной и гражданской администрации данные продовольственные запасы вывезти в Крым не успели.

      Между тем, с начала сентября цены на продукты в Крыму и Северной Таврии начали расти. Вопреки традиционным сезонным колебаниям цен, когда в осенние месяцы происходило их снижение, из-за усиления военных действий, неуверенности крестьян-производителей в выгодном сбыте имевшихся излишков, а также продолжающегося стремительного падения рубля, в Таврии 1920 г. этого не произошло. /185/

      29. ГА РФ. Ф. 879. Оп. 1, Д. 84. Лл. 1–2 об.; Ф. 879. Оп. 1. Д. 89. Л. 67–71 об.
      30. ГА РФ. Ф. 879. Оп. 1, Д. 83. Лл. 56–57; Голос фронта, Мелитополь. 23 июля 1920 г.; ГА РФ. Ф. 879. Оп. 1. Д. 68. Л. 52.
      31. Челинцев А.Н. Сельскохозяйственная география России. Берлин: б.и., 1923. С. 213–
      214; Крестьянский путь. Симферополь. 1920. 13 октября.
      32. Оприц И.И. Лейб-гвардии Казачий Е. В. полк в годы революции и гражданской войны 1917–1920. Париж: Сияльский, 1939. С. 332–333. 

      По сообщениям УТиП к концу сентября – началу октября цены на пшеницу в Мелитополе поднялись до 3500 руб. пуд, а за первую половину октября выросли до 6000–6500 руб., пуд ржи стоил 5000 руб., пуд ячменя – 1300 руб., пуд муки-сеянки – 10000 руб. (однако отмечалось, что воинские части платят за ячмень по 350 руб., т.е. фактически его реквизируют). [33] Тем самым цены на основные зернопродукты в Северной Таврии сравнялись с уровнем Крыма и даже несколько превзошли его. Так, в начале октября пуд пшеницы стоил в Крыму – 5000–5300 руб., ржи – 3500–4500 руб., пуд пшеничной муки – 9000–11000 руб., ячменя – 4300–4500 руб., овса – 3300 руб. [34] Мука-сеянка расценивалась в 13000 руб. пуд, фунт сливочного масла – 7500 руб., фунт пшеничного хлеба – 300–335 руб. Яйца – 4500 руб. десяток, фунт говядины – 1400 руб., кварта молока – 1500 руб. [35]

      Но наиболее значительный скачок цен на продовольствие за весь «крымский период» произошел в конце октября, после оставления русской армией Северной Таврии. За короткий период (с 15 по 30 октября) цены выросли на 150 %. Перед эвакуацией из Крыма фунт пшеничного хлеба стоил в городах (наибольшие цены в Севастополе, Ялте, Керчи) около 500 руб., а в последние дни белой власти вырос до 5 000 руб., пуд муки-сеянки вырос в цене до 45000 руб., фунт говядины – 1800 руб. фунт, десяток яиц – 10000 руб., кварта молока – 2500 руб., фунт сливочного масла – 20000 руб. [36] Столь резкий скачок объяснялся оставлением Северной Таврии, бывшей главным источником снабжения армии, отступившей за Перекоп, и крымских городов, а также продолжающимся «обвалом» врангелевского рубля, котировки которого на Константинопольской бирже после отхода в Крым дошли до 200 тыс. рублей за 1 фунт стерлингов [37]. Положение осложнялось отменой незадолго до этого системы твердых закупочных цен и таксировок, что позволяло крестьянам-производителям более выгодно реализовывать хлебные излишки на вольном рынке. Однако в самом большом выигрыше оказывались от этого спекулянты – частные торговцы и ряд кооперативных организаций, фактически монополизировавших предложение сельскохозяйственных товаров на рынке (особенно в приморских городах). Кризис продовольственного рынка после отступления русской армии из Северной Таврии стал своеобразным «падением экономического Перекопа», предтечей военного поражения белого Крыма в ноябре 1920 г. [38]

      33. ГА РФ. Ф. 356. Оп. 1, Д. 15. Л. 5.
      34. Крестьянский путь. Симферополь. 1920. 18 сентября.
      35. ГА РФ. Ф. 879. Оп. 1. Д. 84. Л. 1–5.
      36. Крестьянский путь. Симферополь. 1920. 18 октября; Хвойнов П. Указ. соч. С. 226–227; Раковский Г. Конец белых: От Днепра до Босфора (Вырождение, агония и ликвидация). Прага: Воля России, 1921. С. 173.
      37. Шафир Я. Указ. соч. С. 117–118.
      38. Красный Крым. Симферополь. 1920. 9 декабря. 

      Таким образом, в белой Таврии 1920 г. продолжали действовать все те же факторы, оказывавшие влияние на положение продовольственного рынка, что и на всем белом юге России 1919 г., – военный и экономический. Причем можно утверждать, что роль экономического фактора оказалась даже несколько более значимой, чем военного, поскольку, например, в защищенном «неприступным Перекопом» Крыму влияние фронта сказывалось опосредованно, а снабжение из Северной Таврии было довольно стабильным на протяжении начала осени. Но инфляция, неудовлетворенность сельского населения товарообменом рано или поздно должны были привести к кризису.

      Вопросы стабилизации курса рубля стали одними из главных в повестке созванного по инициативе генерала Врангеля заседания Финансовоэкономического Совещания, в работе которого принимали участие видные деятели русского финансового мира начала века, в их числе бывший министр финансов Российской Империи П.Л. Барк [39]. В качестве одного из рецептов оздоровления рубля предлагалось его товарное обеспечение таврическим зерном и другими продуктами, налаживание стабильного экспорта в Западную Европу, накопление на основе этого валютных резервов [40]. Однако добиться этого обеспечения врангелевского рубля было возможно лишь на основании устойчивого поступления зерна от крестьян-производителей на основании выгодного для села товарообмена. Но предметы товарообмена приходилось закупать за рубежом и, несмотря на их количество, разрыв цен на промышленные и сельскохозяйственные товары продолжал сохраняться не в пользу последних [41]. Получался порочный замкнутый круг, выход из которого представлялся или на пути получения Правительством Юга России валютных кредитов, даже под большие проценты, (на этом, собственно, и строились расчеты финансового ведомства в сентябре – октябре 1920 г.) или через посредство изъятия у крестьян зерна на основании уплаты ими выкупных платежей за закрепляемую в собственность землю (1/5 часть урожая текущего года). Но эти расчеты не оправдались в той мере, как на это надеялись.

      Заключение
      Подводя итог состоянию продовольственного рынка на белом Юге России 1919–1920 гг., следует отметить, что следование принципам «фритредерства» в расчете на то, что рыночная конъюнктура сама исправит все перекосы и недостатки в продовольственном снабжении армии и тыла, оказалось совершенно несостоятельным. Пресловутая «свобода рынка» в условиях острого финансового и промышленного кризиса ничего, кроме роста спекуляции и мошенниче-/187/

      39. Врангель П.Н. Указ. соч. С. 199–200.
      40. Юг России. Севастополь. 1920. 3 октября.
      41. Юг России. Севастополь. 1920. 29 сентября; ГА РФ. Ф. 879. Оп. 1. Д. 68. Л. 28. 

      ства на белом юге России, не принесла рядовому потребителю, а крестьянин-производитель из-за «ножниц цен» и потерь хозяйства от войны оказался в крайне невыгодном положении. В такой ситуации естественным для расчетливого южнорусского крестьянина становился отказ от предложения продуктов своего труда на рынке. Белогвардейские правительства, отказавшись от сколько-нибудь действенных мер в отношении регулирования рынка и борьбы со спекуляцией (карточное распределение продуктов и попытки производства закупок по твердым ценам себя не оправдывали), оказывались перед перспективой потери авторитета среди большинства населения, а это не могло не сказаться на общем нестабильном положении белого фронта и тыла. /188/
    • Соколова Ф.Х. Расколотая интеллигенция Европейского Севера России в 1918–1920 годы // Historia Provinciae – Журнал региональной истории. 2018. Т. 2. № 4. С. 51–81.
      Автор: Военкомуезд
      Соколова Флера Харисовна
      Доктор исторических наук, профессор, Северный (Арктический) федеральный университет имени М.В. Ломоносова (Архангельск, Россия)

      Расколотая интеллигенция Европейского Севера России в 1918–1920 годы*

      Аннотация. В статье на основе анализа новейших исследований российских и зарубежных авторов и широкого привлечения исторических источников выявляется роль и место интеллигенции Европейского Севера России в Гражданской войне, развернувшейся в регионе в 1918–1920 гг. Рассмотрены идейно-политические взгляды, общественные установки и модели поведения интеллигенции, оказавшейся волей случая по разные стороны «баррикад»: в зоне действия советской власти и на территориях, подконтрольных антибольшевистским силам. Отмечается, что не без участия политизированной части интеллигенции Гражданская война приобрела столь масштабный и кровопролитный характер, так как именно она являлась лидером и идеологом различных политических партий и общественных движений, формировала их социальную основу. На Европейском Севере России острое противостояние и идейно-политическая конфронтация были обусловлены высокой концентрацией антибольшевистских сил – выходцев из других регионов и внешним фактором, в частности присутст-/51/

      * Для цитирования: Соколова Ф.Х. Расколотая интеллигенция Европейского Севера России в 1918–1920 годы // Historia Provinciae – Журнал региональной истории. 2018. Т. 2. № 4. С. 51–81. DOI: 10.23859/2587-8344-2018-2-4-1
      For citation: Sokolova, F. “The Split Intelligentsia in Northern European Russia in 1918–20”.
      Historia Provinciae – The Journal of Regional History, vol. 2, no. 4 (2018): 51–81, http://doi.org/10.23859/2587-8344-2018-2-4-1 

      вием союзнических войск. Преобладающее большинство региональной интеллигенции, несмотря на симпатии в пользу антибольшевизма, проявляло тягу к культурно-созидательной деятельности на профессиональном поприще. Выявлено, что на протяжении 1918–1920 гг. происходит существенная трансформация взглядов, позиций и отношения интеллигенции к
      сложившимся в регионе политическим институтам и реализуемым практикам. В условиях расколотого социокультурного пространства интеллигенция «Красного» и «Белого» Севера приходит к идентичной мысли о безальтернативности большевизма и советской власти. Обусловлено это было множеством факторов. Разнородный по своему политическому составу лагерь антибольшевизма погряз в идейно-политической борьбе и конфликтах, которые проявлялись на всех уровнях власти, не смог обеспечить конструктивное функционирование режима и наладить эффективный диалог с региональной интеллигенцией. В свою очередь в зоне действия советской власти была обеспечена концентрация сил, средств и интеллектуальных ресурсов, что обеспечило ее победу в Гражданской войне.

      Ключевые слова: Гражданская война, Европейский Север России, интеллигенция, идейно-политические взгляды, общественная позиция. /52/

      Введение
      Гражданская война 1918–1922 гг. – тяжелейшая социальная драма, оказавшая существенное влияние на судьбы мира, страны, регионов, конкретного человека. Этот многомерный феномен втянул в орбиту своих действий все без исключения слои российского общества и вылился во множество видов войн и противостояний: между регулярными армиями, регионами, общественнополитическими движениями, социальными слоями. В условиях резко возросшей интолерантности и эмоционального перенапряжения в противоборствующих лагерях нередко оказывались не только представители одних социальных групп, но и члены одной семьи.

      Одним из аспектов многогранной социальной истории Гражданской войны является проблема места и роли интеллигенции, которая находится в исследовательском фокусе как российских, так и зарубежных ученых. Российская исследовательская традиция берет свои истоки с 20-х годов ХХ века и представлена огромным массивом публикаций. Интеллигентоведческий бум 1990-х гг. существенно расширил тематику исследований. Наряду с традиционными появились новые исследовательские сюжеты: интеллигенция и антибольшевистское движение; судьбы интеллигенции в постреволюционной России, интеллигенция и эмиграция [1].

      В настоящее время центр исследований сместился из столичных городов в регионы. В частности, концентрация интеллигентоведских кадров, занимающихся вопросами теории и истории интеллигенции, ее места и роли в жизни /53/

      1. Волков В.С. Русская интеллигенция в Гражданской войне: позиции, функции, роль // Происхождение и начальный этап гражданской войны. 1918 год: Материалы 2-й сессии, 28–30 июня 1993. М.: Наука, 1994. С. 132–133; Голдин В.И. Россия в гражданской войне. Очерки новейшей историографии (вторая половина 1980-х – 1990-е годы). Архангельск: Боргес, 2000; Зимина В.Д., Гражданов Ю.Д. Интеллигенция в политических процессах России начала ХХ века. Волгоград: Издательство Волгоградской академии государственной службы, 1999; Тетеревлева Т.П. Северная российская эмиграция: генезис и адаптационные процессы. 1918–1930-е годы: дис. … канд. ист. наук. Архангельск: Поморский государственный университет, 1997.

      российского общества, происходит вокруг НИИ интеллигентоведения при Ивановском государственном университете. Тематика интеллигенции в революционных процессах 1917 года и в условиях Гражданской войны широко представлена на тематических международных конференциях, проводимых центром, и на страницах журнала «Интеллигенция и мир» [2].

      Революционные процессы 1917 года и Гражданская война глазами различных профессиональных и региональных групп интеллигенции, ее идейнополитические взгляды, система взаимоотношений с большевистской властью и антибольшевистскими режимами, судьбы интеллигенции в постреволюционной России и на чужбине нашли отражение в материалах международного шестилетнего проекта, посвященного событиям 1917–1922 гг. в России, который был реализован Северо-Западной секцией Научного Совета РАН по истории социальных реформ, движений и революций в 2007–2012 годах (Архангельск) [3].

      Обозначенная тематика не обделена вниманием со стороны Ассоциации исследователей Гражданской войны – междисциплинарного объединения историков нескольких стран, который ежегодно издает свой Альманах [4].

      На рубеже XX–XXI вв. начинается «новое» прочтение истории российской интеллигенции в зарубежной научной литературе. Уходят в прошлое веховские, исключительно обвинительные интерпретации интеллигенции. Предпринимаются попытки представить весь спектр ее идейно-политических взглядов и их эволюцию в 1917–1922 годах, выявить практикуемые модели взаимодействия интеллигенции с советской властью и антибольшевистскими режимами. Указывается на многообразие мотивов служения советской власти, среди них: добровольное или вынужденное сотрудничество, пассивное сотрудничество и внутренняя эмиграция, коллаборационизм. Вполне справедливо отмечается, что /54/

      2. Интеллигенция и мир. Официальный сайт. URL: http://ivanovo.ac.ru/about_the_university/science/magazines/intelligentsia/ (Дата обращения 05.05.2018)
      3. Квакин А.В. Развертывание широкомасштабной Гражданской войны и новая советская повседневность интеллигенции России // 1918 год в судьбах России и мира: развертывание широкомасштабной Гражданской войны и международной интервенции: сб. мат. межд. науч. конф. Архангельск: Солти, 2008. С. 198–204; Молодов О.Б. 1920 год в судьбе православия на Вологодчине (по материалам периодической печати) // 1920 год в судьбах России и мира: апофеоз Гражданской войны в России и ее воздействие на международные отношения: сб. мат. междунар. конф. Архангельск: Солти, 2010. С. 144–148; Дьячков В.Л., Протасов Л.Г. Региональные политические элиты на историческом переломе 1917–1921 гг. // 1921 год в судьбах России и мира: от Гражданской войны к послевоенному миру и новым международным отношениям: сб. мат. междунар. науч. конф. Мурманск: МГГУ, 2011. С. 147–150; Романовский В.К. 1921 год: российская интеллигенция в поисках национального примирения // Там же. С. 194–198; Колтовой Е.Ф. Бывшие белые. Шаги в неизвестность // 1922 год в судьбах России и Европейского Севера: финал, итоги, последствия Гражданской войны в России: сб. мат. междунар. конф. Архангельск: САФУ, 2012. С. 185–189.
      4. Альманах Ассоциации исследователей Гражданской войны в России / отв. ред. В.И. Голдин. Архангельск: САФУ, 2015–2017.

      «белое» движение, раздираемое противоречиями, оказалось неспособным консолидировать интеллигенцию [5].

      Специфика историографического периода конца ХХ–XXI вв. – попытки нового концептуального прочтения региональной тематики. Несомненный интерес представляет точка зрения А.А. Данилова, В.С. Меметова, которые предлагают рассматривать пространство российского государства не как унифицированную и единообразную целостность, а многообразную совокупность самостоятельных региональных подсистем, где общенациональные процессы получали своеобразное преломление и линия поведения интеллигенции в 1918–1922 гг. имела свою специфику [6]. В данном контексте представляется значимым выявление общественно-политических установок и линии поведения интеллигенции Европейского Севера России в годы Гражданской войны, которая в настоящее время представлена единичными исследованиями, посвященными отдельным профессиональным группам [7].

      Основная часть
      Гражданская война провела демаркационную линию по некогда единому социокультурному пространству Европейского Севера России, разведя по разные стороны баррикад семьи, социальные и профессиональные группы, уезды, культурно-исторические взаимосвязанные губернии. В результате установления власти антибольшевиков в Архангельске 2 августа 1918 года в зоне влияния большевиков остались Вологодская и Северо-Двинская губернии, часть южных уездов Архангельской области. В состав «Белого Севера», получившей название «Северная область», вошли северные уезды Архангельской губернии, /55/

      5. Manchester L. Holy fathers, secular sons: clergy, intelligentsia and the modern self in revolutionary Russia. DeKalb: Northern Illinois University Press, 2008; Stammler H.A. Religion, Revolution and the Russian Intelligentsia, 1900–1912: The Vekhi Debate and its Intellectual Background. New York: Barnes & Noble, 1980; Burbank J. Intelligentsia and Revolution: Russian Views of Bolshevism, 1917–1922. New York; Oxford: Oxford University Press, 1989. URL: https://books.google.ru/books?id=nJHHAttsOL4C&printsec=frontcover&hl=ru#v=onepage&q&f=false (Дата обращения 20.04.2018); State, and Society in the Russian Civil War: Explorations in Social History / edited by Diane P. Koenker. Bloomington: Indiana University Press, 1989. URL: https://books.google.ru/books?id=rhzQKk40WCIC&dq=Russian+Intelligentsia+and+Civil+War&hl=ru&source=gbs_navlinks_s (Дата обращения 20.04.2018); Read Christopher. Culture and Power in Revolutionary Russia: the Intelligentsia and the Transition from Tsarism to Communism. New York: St. Martin's Press, 1990.
      6. Данилов А.А., Меметов В.С. Интеллигенция провинции в истории и культуре России. Иваново: ИвГУ, 1997.
      7. Малахов Р.А. Провинциальное чиновничество Европейского Севера России 1918–1920-х годов. На материалах Архангельской и Вологодской губерний: дис. … канд. ист. наук. Вологда: ВоГУ, 1999; Силин А.В. Учительство Европейского Севера в годы революции и
      Гражданской войны: дис. … канд. ист. наук. Архангельск: Поморский государственный университет, 2000.

      включая Мурманский край. Вопрос «Кто кого?» в данном случае во многом зависел от того, насколько созданным структурам власти удастся обеспечить интеллектуальное насыщение собственных движений. Именно с интеллигенцией связывались надежды на консолидацию местного сообщества под своими знаменами, эффективную организацию вооруженных сил и обеспечение жизнедеятельности тыла.

      Следует признать, что стартовые возможности «Красного Севера» были заметно слабее. В пользу антибольшевистских сил склонялись симпатии интеллигенции, которая в преобладающем большинстве осудила события Октября 1917 года и протестными акциями встретила первые мероприятия советской власти.

      В зоне действия советской власти положение в регионе осложнялось малочисленностью квалифицированных специалистов, численность которых существенно сократилась в связи мобилизацией в армию в годы Первой мировой войны. В период 1914–1917 гг. на фронт было мобилизовано 40 % врачей, фельдшеров, лекарских помощников. На 50 % сократилась численность специалистов сельского хозяйства. В Вологодской губернии к началу 1919 года из-за отсутствия специалистов не функционировали 5 из 12 врачебных ветеринарных пунктов. По причине отсутствия кадров были закрыты 84 школы губернии [8].

      В условиях начавшейся Гражданской войны в регионе и в связи с массовой мобилизацией специалистов в ряды Красной Армии диспропорция между спросом и предложением на квалифицированный труд возросла. Только за период с сентября 1918 года по июль 1919 года более 700 медицинских работников, 50 % наличного состава ветеринарных врачей, 30 % ветеринарных фельдшеров были отправлены на фронт [9].

      Кадровая проблема обострялась в связи с попытками скорейшего построения основ коммунизма военно-мобилизационными методами. В короткие сроки предполагалось решение целого комплекса проблем: ликвидации безграмотности, введение всеобщего обязательного обучения, развитие широкой сети массовых культурных учреждений и пролетаризация средне-специальной и высшей школы, тотальная национализация предприятий.

      В свою очередь «Белый Север» стал центром притяжения интеллигенции из других регионов страны. Наблюдался интенсивный приток в регион идейных противников большевизма, юристов, инженеров, учителей, представителей творческих профессий, не согласных с политикой советской власти. /56/

      8. Государственный архив Архангельской области (ГААО). Ф. 273. Оп. 1. Д. 232. Л. 115; Государственный архив Вологодской области (ГАВО). Ф. 585. Оп. 2. Д. 220. Л. 27–28; Д. 510. Л. 55.
      9. ГАВО. Ф. 585. Оп. 2. Д. 155. Л. 96–97; Д. 220. Л. 27–28, 60; Д. 510. Л. 55.

      Росту удельного веса интеллигенции в Северной области способствовали миграции внутреннего порядка, в частности бегство интеллигенции с территорий, занятых Красной Армией. В журнале особого совещания Северной области по устройству беженцев на 27 февраля 1919 года было зафиксировано 800 беженцев. Каждый четвертый из них был представителем интеллектуальных профессий. К примеру, в ночь с 25 на 26 января 1919 года из Шенкурска, захваченного частями Красной армии, бежало 606 чел. 130 из них являлись квалифицированными специалистами. Среди них 44 чиновника, 22 педагога, 11 священнослужителей, 10 представителей сельскохозяйственной интеллигенции. Среди беженцев зарегистрированы: бывший депутат IV Государственной думы, председатель Шенкурской уездной управы П.А. Леванидов; директор Шенкурской гимназии А.А. Ельцов; редактор уездной газеты В.П. Кузнецов; уездный агроном Г.Н. Преображенский; лесной ревизор Ф.Г. Михайлов и многие другие. [10]

      Как следствие, к началу 1919 года численность интеллигенции в Северной области возросла в 2,5 раза. В связи с созданием разветвленной системы управления и судопроизводства на 50 % увеличилась численность чиновников, в 7 раз – общее количество юристов, на 25 % – общая численность педагогов, врачей, медицинских и ветеринарных фельдшеров. Каждый четвертый представитель образованного слоя был офицером [11]. Многие из них являлись выходцами из высших слоев общества и имели высокий уровень образования. В связи с большим наплывом приезжих наблюдался переизбыток педагогов в школах Мурманского края и приграничного с советской зоной Холмогорского уезда [12].

      Однако анализ динамики развития общественно-политических взглядов интеллигенции Северной области, сложившейся практики взаимодействия с антибольшевистской властью, дает основание утверждать, что правительство Северной области не смогло воспользоваться предоставленными преимуществами в силу комплекса причин.

      Проявившиеся вскоре противоречия между местной и пришлой интеллигенцией к середине 1919 года переросли в открытую вражду и взаимные оскорбления. В основе конфликта лежал ряд причин. Во-первых, противоположные социальные установки. Местная интеллигенция отличалась слабой политизированностью и была преимущественно ориентирована на культурно-созидательную деятельность. Даже политизированная часть городской интеллигенции связывала с антибольшевистской властью надежды на решение соци-/57/

      10. ГААО. Ф. 1073. Оп. 1. Д. 37. Л. 41–43; Ф. 2069. Оп. 1. Д. 11. Л. 1–89.
      11. Соколова Ф.Х. Интеллигенция Европейского Севера России: формирование, динамика взаимоотношений с властью (1917–1930-е годы): дис. … д-ра ист. наук. Архангельск: Поморский государственный университет, 2005. С. 286.
      12. ГААО. Ф. 273. Оп. 1. Д. 592. Л. 6–12; Ф. 1865. Оп. 1. Д. 436. Л. 32; Д. 900. Л. 85–86;
      Возрождение Севера. 1918. 23 сентября.

      альных, культурных и экономических задач региона [13], тогда как пришлая интеллигенция отличалась чрезмерной политизированностью и в числе приоритетных задач видела борьбу с большевизмом. Во-вторых, пришлая интеллигенция занимала ведущие позиции во всех значимых властных структурах, отстранив от участия в них местную интеллигенцию. Увлеченная политической борьбой, не обладая должной профессиональной компетентностью и не зная специфики местных условий, приезжая интеллигенция, осевшая во властных структурах, не была способна на конструктивную управленческую деятельность, чем вызывала заслуженные упреки и обвинения со стороны регионального сообщества. Кроме того, интеллектуалы из центра воспринимали Север как захолустье, отсталую провинцию и пренебрежительно относились к местной интеллигенции, что усиливало напряженность в отношениях.

      Много нелицеприятных взаимных упреков звучало на передовых страницах региональных газет. Местная интеллигенция обвинялась в равнодушии, политической безграмотности, приверженности мещанской психологии потребителя. Ее призывали проснуться от «летаргического сна», отказаться от нейтральности, когда «страна в опасности и раздирается противоречиями» [14]. У местной интеллигенции в свою очередь вызывали раздражение «новоиспеченные министры», которые приехали управлять областью, не удосужившиеся прочитать «элементарные учебники по гражданскому и административно-хозяйственному праву» и делающие политику «не зная местных условий и особенностей края» [15].

      Престиж антибольшевистской власти падал в глазах северной интеллигенции в связи с расколом внутри весьма разнородного по своему политическому составу антибольшевистского движения, его неспособностью консолидироваться, забыть разногласия в условиях нависшей угрозы. Идеологи антибольшевизма были едины в стремлении освободить Россию от большевиков, но зачастую кардинально противоположно представляли будущее устройство «единой и великой России», пути и средства реализации поставленной цели. Потерявшие в одночасье социальный статус, былые привилегии, они были крайне нетерпимы к альтернативным взглядам, не способны идти на уступки и компромиссы и были готовы к использованию любых средств для достижения своих целей.

      Постепенно идейно-политическая дифференциация перерастала в открытую конфронтацию. Как свидетельствует контент-анализ периодических изданий /58/

      13. Русский Север. 1919. 25 апреля, 7 мая, 8 мая.
      14. Северное Утро. 1918. 15 августа, 22 ноября. 25 ноября; 1919. 20 января, 25 января, 13 февраля, 9 марта, 4 сентября; Отечество. 1918. 15 сентября; 1919. 11 января, 11 февраля, 11 марта. 15 Русский Север. 1919. 26 марта, 25 апреля.

      различной политической направленности, лидеры различных социальнополитических групп и общественных движений постоянно призывали к единению и прекращению политиканства и сами же его подрывали [16].

      Многочисленные правительственные кризисы, бесконечные конфликты различных ветвей власти (между военной и гражданской администрацией, структурами правительства Северной области и земскими учреждениями, представителями российской и зарубежной военной администрации), эволюция антибольшевистского режима в пользу правых сил (после падения Верховного Управления Северного области и создания Временного правительства Северной области 9 октября 1918 года) и в сторону военной диктатуры (после приезда в Архангельск в январе 1919 года генерала Е.К. Миллера, назначенного на должность генерал-губернатора с правами главнокомандующего отдельной армией), набиравшая обороты карательно-репрессивная политика и принудительно-мобилизационные методы взаимодействия с обществом окончательно дистанцировали региональную интеллигенцию от власти и нивелировали в ее глазах различия между советским и антибольшевистским режимами. Наиболее массовые группы северной интеллигенции: основная часть педагогов, члены медико-ветеринарного фельдшерского общества, техники, сельскохозяйственная интеллигенция, часть земских чиновников были вынуждены признать, что «порядки в регионе не лучше, чем в большевистской России» [17].

      Региональная интеллигенция приходит к убеждению, что для приезжих политиков нет дела ни до их малой родины, ни до России, что они, прикрываясь высокими идеями, преследуют свои узкопартийные или личные интересы. Генерал В.В. Марушевский, помощник генерал-губернатора по военной части и начальник управления командующего русскими войсками Северной области, так описывал ситуацию: «Архангельская область относилась к своему правительству с полным безразличием, поражавшим каждого вновь прибывшего в город. Правительство не подвергалось нападкам или резкой критике со стороны общественности, но и не встречало ни малейшей поддержки» [18].

      Попыткой правых консолидировать под своим крылом «государственномыслящую» часть северной интеллигенции явилось оформление в апреле 1919 года Союза интеллигенции. Формально по замыслу организаторов целью Союза являлось привлечение интеллигенции к «возрождению русского национального самосознания на основе идей государства, отечества, нации, права и культуры». Однако за лозунгами «надклассовости и надпартийности» скрыва-/59/

      16. Северное утро. 1919. 13 декабря.
      17. Возрождение Севера. 1919. 8 августа.
      18. Марушевский В.В. Год на Севере (август 1918 – август 1919 г.) // Белый Север. 1918–1920 гг. Мемуары и документы. Вып. 1. Архангельск: Правда Севера, 1993. С. 207.

      лось стремление правых сил привлечь интеллигенцию к агитационно-пропагандистской работе на основе кадетско-либеральных лозунгов [19].

      На протяжении 1919 года Союз интеллигенции организовал несколько встреч, где с лекциями по проблемам народности, нации, национальности и государственности выступали лидеры правых сил, собрал библиотеку из около 200 книг для отправки солдатам на фронт. Но фактически Союз стал мертворожденным объединением. Участие в его деятельности принимала незначительная часть интеллигенции крайне правого крыла. Даже архангельские кадеты признавали, что под завуалированными лозунгами «борьбы за высшую культуру во всех областях жизни» был создан особый тип партии, который был именован «этико-политическим» [20].

      Вскоре правительство, потерявшее доверие не только в лице народных масс, но и среди преобладающего большинства северной интеллигенции, пало. Утром 19 февраля 1920 года правительство Е.К. Миллера бежало из Архангельска. 21 февраля 1920 года в город вступили части Красной армии. К 28 февраля 1920 года советская власть утвердилась и во всех населенных пунктах Кольского полуострова [21]. Учителя, медицинские работники, специалисты ветеринарного профиля, земские деятели приветствовали советскую власть и клялись «употребить всю свою силу, все свои знания, всю свою энергию на укрепление нового фронта» [22].

      Часть политически активной интеллигенции эмигрировала за рубеж. Другие, не согласные с большевистскими лозунгами, были вынуждены смириться с советской властью. В зоне действия советской власти был взят курс на концентрацию всех сил и средств во имя победы; с учетом условий военного времени и в соответствии с доминировавшей парадигмой скорейшего воплощения в жизнь идей коммунистического общежития широко использовались командно-административные и принудительно-мобилизационные модели взаимодействия с обществом, обращалось серьезное внимание на укрепление интеллектуальной мощи. /60/

      19. Известия Архангельского общества изучения Русского Севера (ИАОИРС). 1919. № 3–4. С. 82–84; Отечество. 1919. 10 апреля, 12 апреля, 13 мая, 22 мая, 24–25 мая; Русский Север. 1919. 6 марта, 3 апреля, 5 апреля, 6 апреля, 9 апреля, 6 июня, 20 июня, 21 июня.
      20. ИАОИРС. 1919. № 5–6. С. 133; Русский Север. 1919. 3–6, 9 апреля, 20–21 июня, 5 декабря; За Россию. 1919. 7 декабря; Возрождение Севера. 1919. 6 ноября.
      21. Голдин В.И. Контрреволюция на Севере России и ее крушение (1918–1920 гг.). Вологда: Вологодский государственный педагогический институт, 1989. С. 87; Овсянкин Е.И. Архангельск: годы революции и военной интервенции. 1917–1920 гг. Архангельск: Северозападное книжное издательство, 1987. С. 221; Киселев А.А., Климов Ю.Н. Мурман в дни революции и гражданской войны. Мурманск: Мурманское книжное издательство, 1977. С. 195–197.
      22. ГААО. Ф. 218. Оп. 2. Д. 95. Л. 4–9; Д. 100. Л. 1–27; Д. 113. Л. 27, 46; Ф. 352. Оп. 1. Д. 158. Л. 41. 

      Наращивание интеллектуального потенциала осуществлялось с одной стороны через создание системы подготовки квалифицированных кадров из числа союзников власти – рабочих и крестьян, с другой – путем привлечения «старых» специалистов.

      Стремительно расширялась система подготовки кадров высшей и средне-специальной квалификации. Только за период 1918–1920 гг. за счет открытия новых учебных заведений, и путем повышения статуса ранее существовавших численность вузов возросла с 1 до 4, средних специальных учебных заведений – с 2 до 15. Созданный в декабре 1917 года Вологодский молочно-хозяйственный институт пополнился Вологодским учительским институтом, который получил статус вуза, и двумя Пролетарскими университетами в Вологде и Великом Устюге. Общая численность студентов за 1917–1920 гг. утроилась и превысила 3 тыс. чел. Из них 1100 чел. обучались в вузах [23].

      Начало широко практиковаться выдвижение в интеллектуальные сферы труда выходцев из пролетарской среды. Уже к 1920 году Вологодский губисполком на 70 %, Северо-Двинский на 84 % были укомплектованы выдвиженцами. В уездных и волостных исполкомах и сельских советах их удельный вес достигал до 90–95 % [24].

      Несомненно, выдвиженчество периода Гражданской войны не являлось действенным каналом наращивания интеллектуального потенциала региона. Однако данный путь формирования административно-управленческого аппарата позволил большевикам удержать командные высоты в управлении государством и экономикой, а также обеспечил поддержку режима идейно-преданными кадрами.

      Идеологи большевизма были убеждены, что преобладающая часть «старых» специалистов неспособна преодолеть свои «буржуазные и мелкобуржуазные предрассудки» и изменить свои мировоззренческие установки в пользу советской власти [25]. В связи с этим по отношению к ним использовался сугубо праг-/61/

      23. Культурное строительство на Севере. 1917–1941 годы. Документы и материалы. Архангельск: Северо-Западное книжное издательство. С. 66, 85; Статистический сборник по Вологодской губернии за 1917–1924 гг. Вологда: Вологодское губстатбюро, 1926. С. 124–128; 10 лет строительства Советской власти в Вологодской губернии. Вологда: Северный печатник, 1927. С. 137–138.
      24. Малахов Р.А. Провинциальное чиновничество Европейского Севера России 1918–1920-х годов (На материалах Архангельской и Вологодской губерний): автореф. дис. … канд. ист. наук. Вологда: ВоГУ, 1999. С. 21; ГАВО. Ф. 53. Оп. 1. Д. 49. Л. 221, 320; Д. 261. Л. 6; Оп. 3. Д. 34. Л. 13–220.
      25. Ленин В.И. Речь на I Всероссийском съезде советов народного хозяйства 26 мая 1918 г. // Полн. собр. соч. М.: Издательство политической литературы, 1962. Т. 36. С. 381–382; Он же. О культурной революции: Сб. ст. М.: Издательство политической литературы, 1971. С. 171.

      матичный подход. Им предлагалось не идейное единение, а временное сотрудничество на профессиональной стезе.

      На «Красном Севере» в связи с позицией по отношению к большевикам отношение к «старым» специалистам было недоверчивым. Некоторые советские управленцы предлагали полностью отказаться от их услуг [26]. Однако в условиях острого кадрового дефицита привлечение буржуазных специалистов было признано необходимым. Председатель Вологодского губисполкома М.К. Ветошкин в своем выступлении на III губернском съезде советов, состоявшемся в июне 1919 года, отмечал: «Построить социализм без интеллигентских сил нельзя: масса далеко не просвещена. Из ничего строить социализм нельзя – необходим духовный материал. Мы не можем выбрасывать интеллигенцию, мы должны ее использовать» [27].

      В числе методов воздействия на интеллигенцию в годы Гражданской войны практиковались принудительно-мобилизационные и агитационно-пропагандистские методы. Власть взывала к патриотическим чувствам интеллигенции, культивировала идеи служения родине и народу, что было не чуждо ей. Их действенность заметно возросла по мере нарастания кризисных явлений на «Белом Севере» и информация о состоянии дел на этой территории доходила до жителей и интеллигенции Вологодской и Северо-Двинской губерний. Однако принудительное привлечение к трудовой деятельности и иным повинностям культурно-просветительского плана, репрессивно-карательные меры воздействия на интеллигенцию в эти годы являлись приоритетными.

      Репрессии в годы Гражданской войны коснулись всех слоев общества, однако более широко им подверглась интеллигенция. При удельном весе среди населения менее 1 % четверть всех репрессированных приходилась на интеллигенцию. К примеру, в середине 1920 года в Вологодском губернском лагере принудительных работ 28 % из 1050 заключенных являлись работниками интеллектуального труда. В том числе 189 чел. – чиновники и бухгалтеры, 49 чел. – инженеры и техники, 21 специалист в области сельского и лесного хозяйства, 14 медицинских и ветеринарных работников, 9 учителей и 12 представителей творческих профессий [28].

      Отношение интеллигенции «Красного Севера» к большевистскому режиму имело множество проявлений и претерпело существенную трансформацию на протяжении Гражданской войны. На добровольное сотрудничество с советской властью пошли народные учителя, медицинские и ветеринарные фельдшеры, техники, специалисты сельского хозяйства. Некоторые из них проникались /62/

      26. ГАВО. Ф. 53. Оп. 1. Д. 48. Л. 19–27, 81; ГААО. Ф. 352. Оп. 1. Д. 66. Л. 27.
      27. Борьба за власть Советов в Вологодской губернии (1917–1918 гг.): Сб. документов / под ред. П.К. Перепеченко. Вологда: Областная книжная редакция, 1987. С. 243.
      28. ГАВО. Ф. 53. Оп. 1. Д. 482. Л. 12–13.

      идеями построения общества «социальной справедливости» и становились сторонниками большевизма по убеждению. Об этом свидетельствует появление в составе партийных организаций северных губерний представителей традиционных групп интеллигенции, которые практически полностью состояли из специалистов с дореволюционным стажем. Если в середине 1918 года было единичным явлением членство в партии инженерно-технических и медицинских работников, специалистов сельского хозяйства, педагогов, то к началу 1920 года их удельный вес среди членов партии возрос до 5–7 % [29].

      Другая группа интеллигенции, оставаясь идейно-политическим оппонентом большевизма, была вынуждена согласиться на сотрудничество с советской властью на профессиональной стезе. Одним из примеров такого плана является судьба П.А. Сорокина – уроженца Вологодской губернии, известного общественного деятеля и ученого, члена партии эсеров, секретаря А.Ф. Керенского. Летом 1918 года он вернулся на родину, участвовал в деятельности тайной организации, планировавшей организацию антисоветского переворота в Вологде. В последующем, не сумев перейти линию фронта и перебраться в Архангельск, где утвердился антибольшевистский режим, он был вынужден согласиться на сотрудничество с советской властью [30].

      Третьи, добровольно и добросовестно трудясь на профессиональной стезе, продолжали открыто проявлять недовольство политической практикой большевиков. Вплоть до декабря 1918 года учителя, медицинские и ветеринарные врачи Вологодской и Северо-Двинской губерний в знак протеста против комплектования советских государственных органов малокомпетентными людьми отказывались от участия в деятельности коллегиально совещательных органов, от заполнения вакантных мест в отраслевых отделах исполкомов. В 1919 году конфликт вологодских врачей с властью вспыхнул с новой силой. Они выражали недовольство централизацией профсоюзов и их построенем по производственному принципу. На Всероссийском съезде врачебных секций союза «Всемедикосантруд», проходившем в Москве 10–17 августа 1920 года, была оглашена декларация вологодских врачей и аптечных работников об отказе входить в единый Союз медицинских работников. Документ был подписан практически всеми врачами [31].

      Одновременно часть образованных слоев, не согласных с политикой советской власти, уходила во внутреннюю эмиграцию; дистанцируясь от политиче-/63/

      29. ГАВО. Ф. 585. Оп. 2. Д. 220. Л. 39; ГААО. Ф. 273. Оп. 1. Д. 410. Л. 25; Д. 510. Л. 1–7.
      30. Сорокин П.А. На лоне природы // Белый север. 1918–1920 гг.: Мемуары и документы.
      Вып. 1 / сост., вступ. ст. и коммент. В.И. Голдин. Архангельск: Правда Севера, 1993. С. 158–
      169.
      31. Силин А.В. Учительство Европейского Севера в годы революции и Гражданской войны: автореф. дис…. канд. ист. наук. Архангельск: Поморский государственный университет, 2000. С. 17; ГАВО. Ф. 294. Оп. 1. Д. 10. Л. 78–85; Ф. 585. Оп. 2. Д. 71. Л. 2–3.

      ских проблем, она сосредоточилась исключительно на профессиональной деятельности. О наличии приверженцев данной позиции можно судить по сводкам о политическом состоянии в губернии, которые фиксируют, что «большинство интеллигенции остается в стороне от хода событий». Подобная позиция довольно часто принимала такие формы, как отказ от участия в общественно-политических мероприятиях, непосещение профсоюзных собраний, формальное отношение к общественным поручениям.

      Однако в целом оппозиционный пыл «старых» специалистов к исходу Гражданской войны заметно угас, преобладающее большинство из них добровольно или вынужденно согласилось на сотрудничество с советской властью. Партийно-государственным деятелям советского Севера удалось мобилизовать интеллектуальный потенциал интеллигенции дореволюционного поколения на реализацию собственных задач. Она была задействована во всех без исключения сферах жизнедеятельности региона и явилась основным интеллектуальным ядром, обеспечившим победу большевиков. К 1920 году дореволюционный управленческий стаж имели 10 % заведующих отделами и 25 % заведующих подотделами и инструкторов северных губисполкомов, 30 % членов губернских и городских, 20 % членов уездных исполкомов, 10 % членов волостных и сельских советов. В составе судебных и карательных учреждений удельный вес старых специалистов достигал 50 %. Даже в представительных органах советской власти число депутатов от интеллигенции составляло 25–35 %, что не уступало ее представительству в земских и городских органах самоуправления в период от Февраля к Октябрю 1917 года [32].

      Мотивы, побудившие «старых» специалистов пойти на сотрудничество с советской властью, были многообразны. Среди них: страх перед репрессиями, необходимость материального обеспечения семей, усталость от войны, политической нестабильности, социально-бытовой необустроенности; стремление преодолеть деструктивные тенденции в обществе и заняться созидательным трудом, осознание бесперспективности дальнейшей борьбы с большевизмом по мере побед Красной Армии на фронтах гражданской войны, осознание роли большевиков в сохранении территориальной целостности страны, идейная трансформация в пользу доктрины большевизма и другие, обусловленные комплексом личностных и гражданских установок.

      Заключение
      Резюмируя в целом, следует признать, что не без участия политизированной части российской интеллигенции Гражданская война приобрела столь мас-/64/

      32. Малахов Р.А. Указ. соч. С. 24; ГААО. Ф. 286. Оп. 1. Д. 67. Л. 30; Ф. 4097. Оп. 4. Д. 7.
      Л. 110–111; ГАВО. Ф. 34. Оп. 1. Д. 3498. Л. 11–12; Ф. 53. Оп. 1. Д. 261. Л. 6; Д. 606. Л. 70–71; Оп. 3. Д. 34. Л. 13–220; Ф. 585. Оп. 2. Д. 220. Л. 127–128.

      штабный и кровопролитный характер. Именно интеллигенция оформляла идеологию и программы общественно-политических партий и движений, формировала их социальную базу. В данном случае справедливы утверждения О.В. Золотарева, что во многом революционные процессы 1917 года и феномен Гражданской войны объясняются бескомпромиссностью интеллигенции, конфронтационным типом ее политической культуры, нетерпимостью к инакомыслию, стремлением навязать свою точку зрения, как единственно-правильную [33]. На Европейском Севере России энергетика политического перенапряжения в годы Гражданской войны была также обусловлена высокой концентрацией антибольшевистских сил и внешнеполитическим фактором, а именно – присутствием союзнических войск.

      Вместе с тем, несмотря на то, что водоворот событий вовлекал в стихию Гражданской войны все слои населения, преобладающее большинство массовых групп интеллигенции отличалось низкой политической активностью и в число своих приоритетов ставило деятельность на профессиональном поприще.

      В условиях расколотого на «Красный» и «Белый» Север социокультурного пространства интеллигенция Европейского Севера прошла мучительный путь переосмысления собственных взглядов, позиций и отношения к сложившимся в годы Гражданской войны политическим институтам и идеологиям. Из потенциального союзника антибольшевизма она вольно или невольно пришла к осознанию необходимости сотрудничества с советской властью, что было обусловлено множеством факторов. Среди них и неспособность разнородного по составу антибольшевистского движения отказаться от политиканства, межпартийной вражды и консолидировать общество во имя реализации общей цели; признание заслуг большевиков в спасении страны и сохранении ее территориальной целостности; разочарование в западных союзниках, которые, как оказалось, преследовали свои корыстные цели. Представляется, что для большинства региональной интеллигенции, в той или иной мере носителей традиционных ценностей, на подсознательном уровне были более близки идеи сильной и крепкой власти, носителями которой являлись большевики. Тогда как представители антибольшевистского движения, декларируя демократические лозунги и либеральные ценности, погрязли в ожесточенной политической конфронтации между собой, усиливая тем самым деструктивные тенденции.

      33. Золотарев О.В. Интеллигенция Советской России в 1920-е годы // 1917 год в судьбах регионов, страны и мира: взгляд из XXI века: сб. материалов междунар. науч. конф. / под общ. ред. В.И. Голдина. Архангельск: САФУ, 2017. С. 90.
    • Выписки. Совет министров Российского правительства: журналы заседаний (18 ноября 1918 -— 3 января 1920 г.). Сборник документов / Сост. и н. ред. В.И. Шишкин. Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2016. Том 2.
      Автор: Военкомуезд
      Выписки. Совет министров Российского правительства: журналы заседаний (18 ноября 1918 — 3 января 1920 г.). Сборник документов / Составитель и научный редактор В.И. Шишкин. Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2016. Том 2.
      Журнал № 108 закрытого заседания Совета министров Российского правительства. 6 июня 1919 г.
      ...
      Слушали: Заявление министра финансов о несоответствии направления официальной газеты «Русская армия» общему направлению политики правительства.
      Постановили: Поручить военному министру принять меры к изменению направления официальной газеты «Русская армия» и к изменению состава редакции.
      Председатель Совета министров Петр Вологодский.
      Министр путей сообщения Л. Устругов.
      Министр финансов И. Михайлов.
      Министр земледелия Н. Петров.
      Министр юстиции Тельберг.
      Управляющий министерством внутренних дел В. Пепеляев.
      Управляющий военным министерством генерал-лейтенант барон Л. Будберг.
      Управляющий министерством народного просвещения П. Преображенский.
      Вр[еменно] управляющий морским министерством контр-адмирал Ковалевский.
      Вр[еменно] управляющий министерством иностранных дел Сукин.
      Член совета государственного контроля М. Чеботарев.
      Помощник главноуправляющего по делам вероисповеданий Л. Писарев.
      Товарищ министра торговли и промышленности Л. Окороков.
      Помощник управляющего делами Верховного правителя и Совета министров Т. Бутов.
      ГА РФ, ф. р-176, оп. 5, д. 245, л. 87. Машинописный подлинник. Подписи — автографы. (С. 31).
      Журнал № 110/31 заседания Совета министров Российского правительства. 12 июня 1919 г.
      ...
      [Слушали:] VII. Представление министра юстиции от 5 июня с. г. за № 44/2523 об изменении порядка отпуска денег на кормовое довольствие пересыльных арестантов.
      [Постановили: VII.] Во изменение III отд[ела] постановления [Всероссийского] Временного правительства от 30 марта 1917 года (Собр[ание] узак[онений,] № 77) отдел III постановления Временного правительства от 30 марта 1917 года изложить следующим образом:
      1) для продовольствия заключенных во время пересылки их отпускать из средств государственного казначейства денежный паек в размере табели кормового довольствия здорового заключенного той местности, откуда следует арестант, с повышением означенной табели на 50 %;
      2) во время пребывания в тюрьме при остановках, а равно и при дальнейшем отправлении пересыльные удовлетворяются по местной табели для здоровых арестантов с увеличением ее на тех же основаниях;
      3) ввести в действие настоящее постановление до обнародования его Правительствующим сенатом, отнеся начало его действия к 1-му января 1919 года. (С. 41).
      Журнал № 112/32 заседания Совета министров Российского правительства. 16 июня 1919 г.
      ...
      [Слушали:] IV. Представление управляющего морским министерством от 25/27 мая с. г. за №321 о выдаче пособия на обзаведение обмундированием офицерским и классным чинам морского ведомства и кондукторам флота.
      [Постановили: IV.] 1. Установить в [о] изменение ст. ст. 184, 185, 186, 187, 190, 191 и 192 кн. IX Св[ода] м[орских] постановлений] изд[ания] 1910 года, ст. 1842 той же книги по продолжению] 1916 года и Высочайшего повеления от 12 сентября 1916 года (приказ по флоту и морскому ведомству от 8 октября 1916 года за № 503) выдачи пособий на обмундирование и обзаведение форменной одеждой в случае, если таковое обмундирование и форменная одежда не выданы натурой: в размере 1500 рублей для местностей Дальнего Востока и в размере 2000 рублей для остальных местностей России нижеуказанным лицам:
      1) Воинским чинам при производстве в первый офицерский или классный чин.
      2) Офицерам и классным чинам флота и морского ведомства:
      а) При призыве по мобилизации;
      Примечание: Удовлетворению пособием подлежат лишь лица, не призывавшиеся во время войны с Германией.
      б) Прорвавшимся с территории так называемой советской власти на территорию освобожденной России при зачислении их на службу в морское ведомство.
      в) Оказавшимся на освобожденной от так называемой советской власти территории по занятии ее правительственными войсками при зачислении их на службу в морское ведомство и при условии представления ими свидетельств от подлежащего начальства или от местной милиции о материальной их необеспеченности.
      г) Явившимся из заграницы при условии представления ими удостоверений от соответствующих военно-морских агентов о материальной их необеспеченности.
      д) Определенным на службу из отставки.
      3) Кондукторам флота при призыве их на службу ио мобилизации и в случаях, поименованных в п. п. «б», «в», «п», «д» ст. 2 сего постановления.
      4) Зауряд-прапорщикам, зауряд-врачам и зауряд-чиновникам при определении их на службу.
      5) Воинским чинам при производстве их в кондукторы флота.
      2. 1) Получившие пособие по одному из пунктов настоящего постановления лишаются права на получение такового вторично, хотя бы к ним и мог быть применен один из других пунктов сего постановления, за исключением случаев производства кондукторов флога в офицерские и классные чины, когда пособие выдается вторично, но лишь при условии пребывания в кондукторском звании не менее года.
      2) Получившие означенное в сем постановлении пособие могут получить обмундирование натурой, выдаваемое согласно Временному положению о довольствии офицерских и классных чинов флота и морского ведомства лишь по истечении 6 месяцев со дня получения сего пособия при зачислении их в строевые части, состоящие в коих получают боевой оклад, и [по истечении] 12-ти месяцев — при зачислении их в строевые части, состоящим в коих боевого оклада не положено.
      Примечание: Выдача пособия на обмундирование должна отмечаться в аттестате.
      3) Ввести в действие означенное постановление до обнародования его Правительствующим сенатом, отнеся начало его действия к 1 января 1919 года. (С. 55-56).
      Журнал № 113 заседания Совета министров Российского правительства. 17 июня 1919 г.
      ...
      2. Статьи 1035 и 1035 1-1035 30 Устава уголовного судопроизводства (т[ом] XVI Св[ода] зак[онов]) изложить так:
      «1035. О всяком злоумышлении, заключающем в себе признаки преступного деяния, в ст. ст. 1030 и 1031 указанного, частные и должностные лица и присутственные места доводят до сведения либо чинов государственной охраны или милиции, либо прокурорского надзора. Чины государственной охраны и милиции немедленно уведомляют о том местных прокурора окружного суда и его участкового товарища. Чины милиции одновременно сообщают о том же и подлежащим чинам государственной охраны.
      10351. Дознания о преступных деяниях, в ст. ст. 1030 и 1031 указанных, производятся чинами государственной охраны, а в случаях их отсутствия на месте обнаружения сих деяний и неотложной необходимости в приступе к дознанию — классными чинами милиции. Производство дознания может быть поручено чинам милиции по соглашению начальника губернского (областного) управления государственной охраны с прокурором окружного суда.
      10352. В случаях, когда министр внутренних дел признает необходимым, производство дознаний возлагается на состоящих при департаменте милиции чиновников особых поручений, которые при исполнении сих обязанностей действуют на тех же основаниях, как чины государственной охраны, и производят дознания при тех же управлениях государственной охраны, в ведении коих возникло дело.
      10353. По делам особенно важным дознания производятся лицом, верховною властью к тому назначенным, в личном присутствии прокурора судебной палаты.
      Примечание: производящие дознания в порядке, определенном ст. ст. 1035 и 1035 1—1035 30, пользуются нравом вызова войск на одинаковых с судебными следователями основаниях, с соблюдением правил, приложенных к ст. 316 Общего учреждения губернского.
      10354. Прокурору окружного суда предоставляется во всяком положении дела возбудить предварительное следствие.
      10355. Передача дел к предварительному следствию не прекращает обязанности чинов государственной охраны производить дальнейшие по тому же делу розыски и расследования (ст. 254). Собранные по делу после направления его к предварительному следствию сведения сообщаются чинами государственной охраны судебному следователю, а наблюдающее за производством следствия лицо прокурорского надзора сообщает чинам государственной охраны все те обнаруженные предварительным следствием сведения, которые представится необходимым иметь в виду при производстве дальнейшего розыска.
      10356. Дознания, возникшие в ведении нескольких губернских (областных) управлений государственной охраны, по соглашению министров юстиции и внутренних дел могут быть соединены для совместного производства в ведении одного из сих управлений.
      10357. Дознания производятся под наблюдением местного прокурора окружного суда или особо назначенного лица прокурорского надзора. Общее руководство производством дознаний принадлежит прокурору судебной палаты.
      10358. Наблюдение за дознанием, которое производится в округах нескольких окружных судов, возлагается прокурором судебной палаты на одного из прокуроров окружных судов. За дознанием, которое производится в округах нескольких судебных палат, наблюдает по распоряжению министра юстиции или один из прокуроров судебных палат, или особо командированное к тому лицо прокурорского надзора. Высшее наблюдение за дознанием, производство коего верховною властью возложено па назначенное к тому лицо, принадлежит министру юстиции и министру внутренних дел.
      10359. О государственных преступлениях, если они учинены одними военнослужащими и притом в местах исключительного ведения военного либо морского начальства, дознания производятся военным или военно-морским начальством по принадлежности и получают дальнейшее направление согласно правилам военного и военно-морского судебных уставов.
      103510. В случаях отсутствия чинов государственной охраны первоначальные меры, не терпящие отлагательства, в том числе обыск в помещении подозреваемого лица с опечат[ыв]анием его бумаг, принимаются в отношении военнослужащих подлежащим военным или военно-морским начальством по принадлежности.
      103511. Дознания начинаются чинами государственной охраны и чинами милиции (ст. 10351) как по предложению подлежащего лица прокурорского надзора, так и по непосредственному их усмотрению, а по делам о преступных деяниях военнослужащих — и по сообщению подлежащего военного или военно-морского начальства. О приступе к дознанию и о предмете исследования немедленно уведомляется прокурор окружного суда.
      103512. Если начальник губернского (областного) управления государственной охраны в поступивших к нему заявлениях частных лиц или сообщениях милиции или других присутственных мест и должностных лиц не найдет достаточных оснований к производству дознания, то немедленно сообщает о том прокурору окружного суда, от которого зависит дело прекратить или же обратить оное к производству дознания.
      103513. Лица, производящие дознания, имеют право принимать все меры, указанные в ст. ст. 253, 254, 256, 257, производить следственные действия, исчисленные в ст. 258, как-то: осмотры, освидетельствования, обыски (с опечатыванием бумаг) и выемки, равно как снимать предварительные допросы. При производстве этих действий, а также в случае, означенном в ст. 257, они соблюдают во всей точности правила, постановленные в сем уставе для производства предварительного следствия. В случае необходимости осмотра или выемки почтовой или телеграфной корреспонденции таковые осмотры или выемки предпринимаются по соглашению производящего дознание с наблюдающим за оным лицом прокурорского надзора.
      103514. Лица, производящие дознания, записывают безотлагательно содержание произведенных ими расспросов в протоколы за подписью расспрашиваемых и понятых, если таковые были. Подписи понятых необходимы в случае, если расспрашиваемый не может или же откажется подписать протокол.
      103515. При привлечении к дознанию в качестве обвиняемого в преступном деянии в ст. ст. 1030 и 1031 указанном лиц, учащихся в учебных заведениях или состоящих на государственной службе, сообщается о том их начальству, а относительно состоящих на общественной службе — доводится до сведения местного управляющего губернией (областью). При этом во всех упомянутых случаях сообщается и о существе обвинения.
      103516. При производстве дознаний лица, производящие оные, могут заключать под стражу обвиняемых и в таких преступных деяниях, которые влекут за собою наказание ниже исправительного дома, если эта мера представляется необходимою для предупреждения сношения обвиняемых между собою или сокрытия следов преступного деяния. О таковом распоряжении немедленно доводится до сведения лица прокурорского надзора, наблюдающего за дознанием, который имеет право предложить письменно об отмене сей меры, если по обстоятельствам дела признает, что она не вызывается необходимостью.
      103517. Все вообще присутственные места и должностные лица обязаны оказывать зависящее от них содействие лицам, производящим дознание.
      103518. Возникшие при производстве дознаний затруднения как по вопросу об избрании меры пресечения обвиняемому способов уклоняться от следствия и суда, так и по другим поводам разрешаются прокурором судебной палаты. Если же дознание производится лицом, верховной властью к тому назначенным, то возникшие затруднения разрешаются министром юстиции по соглашению с министром внутренних дел. В обоих случаях сделанное распоряжение о личном задержании обвиняемого или взятии с него залога сохраняют свою силу до разрешения возникшего затруднения.
      103519. Если при производстве дознания откроются обстоятельства, дающие повод предполагать, что обвиняемый совершил преступное деяние, находясь в состоянии невменяемости (ст. 39 Уголовного] улож[ения]), или же что он впал в такое состояние после совершения преступного деяния, то прокурор суда непосредственно или же по распоряжению прокурора судебной палаты предлагает об освидетельствовании умственных способностей обвиняемого окружному суду, который руководствуется при этом ст. 355.
      103520. В отношении привлеченных к дознанию несовершеннолетних от десяти до семнадцати лег соблюдается порядок, установленный ст. ст. 3561—3566.
      103521. В случаях, указанных в ст. ст. 103517 и 103518, окружной суд, руководясь ст. ст. 356 и 3566, или постановляет определение о прекращении дознания, либо о приостановлении преследования с принятием по отношению к обвиняемому одной из мер, указанных в ст. ст. 39 и 41 Уг[оловного] улож[ения], или же возвращает дознание прокурору для дальнейшего его направления.
      103522. Призываемые к дознанию свидетели, сведущие люди и переводчики получают вознаграждение по правилам сего устава из сумм, назначаемых по смете министерства внутренних дел.
      103523. О розыске обвиняемых, скрывшихся от расследования, лица, производящие дознания, сообщают департаменту милиции.
      103524. Об окончании дознания объявляется как наличному обвиняемому, так и всякому обвиняемому, находящемуся под стражей. В случае просьбы обвиняемого ему предъявляются все собранные дознанием данные, относящиеся к предъявленному против него обвинению. Указания обвиняемого на новые обстоятельства, признанные имеющими значение для дела, подлежат дальнейшему расследованию.
      103525. Оконченное производством дознание препровождается к прокурору окружит о суда для дальнейшего направления. (С. 61-63).
      Журнал № 121 заседания Совета министров российского правительства
      [г. Омск] 7 июля 1919 года
      Председательствовал председатель Совета министров П.В. Вологодский. Присутствовали — член Совета министров Г.К. Гинс, министры: путей сообщения — Л. А. У стругов, финансов — И.А. Михайлов, юстиции — Г.Г. Тельберг, земледелия — Н.И. Петров, государственный контролер Г.А. Краснов, управляющие министерствами: внутренних дел — В.Н. Пепеляев, народного просвещения — П.И. Преображенский и военным — генерал-лейтенант барон [А.П.] Будберг; временно] управляющие министерствами: иностранных дел — И.И. Сукин и морским — контр-адмирал В.В. Ковалевский, главноуправляющий по делам вероисповеданий П.А. Прокошев, товарищ министра снабжения и продовольствия Н.А. Мельников и товарищ главноуправляющего делами Верховного правителя и Совета министров К.П. Харитонов.
      Слушали: I. Представление министра юстиции от 13 июня с. г. за № 1094/417 об утверждении проекта постановления о порядке расследования и рассмотрения преступлений, совершаемых в целях осуществления большевистского бунта.
      Постановили: [I.] В дополнение постановления Совета м[инист]ров [от] апреля 11 дня 1919 года о лицах, опасных для государственного порядка вследствие прикосновенности их к большевистскому бунту, и об учреждении окружных следственных комиссий:
      1. Ввести в действие нижеследующий порядок расследования и рассмотрения преступлений, совершенных в целях осуществления большевистского бунта:
      1) Все дела о преступлениях, совершенных в целях осуществления большевистского бунта, подлежат ведению судов, причем сими последними разрешаются по месту рассмотрения дознаний окружными следственными комиссиями.
      2) Расследование всех означенных преступлений производится по правилам «Положения о лицах, опасных для государственного порядка вследствие прикосновенности к большевистскому бунту», органами, указанными в означенном «Положении».
      3) Окружные следственные комиссии, убедившись при рассмотрении дознания в том, что в таковом заключаются достаточные данные, служащие к изобличению привлеченного к дознанию лица в совершении какого-либо преступления в целях осуществления большевистского бунта, и разрешив в порядке статей 15—23 «Положения о лицах, опасных для государственного порядка вследствие прикосновенности их к большевистскому бунту», подлежащий их ведению вопрос об опасности лица для государственного порядка передают затем дело прокурору подлежащего окружного суда, составив определение об основаниях такой передачи.
      4) При передаче дела судебной власти исполнение определения окружной следственной комиссии о ссылке лица, признанного опасным, приостанавливается впредь до окончания о нем судебного дела, причем в случае оправдания судебным приговором или прекращения судебного дела срок ссылки исчисляется со дня постановления определения окружной следственной комиссии о ссылке, в случае же присуждения судом к наказанию — последнее приводится в исполнение только в том случае, если срок лишения свободы осужденною будет равен или превысит срок, назначенный определением для ссылки, в случае же, если срок наказания приговором суда определен будет меньший, чем срок ссылки, наказание, назначенное по приговору суда в отношении лишения свободы осужденного, в исполнение не приводится и осужденный подвергается ссылке согласно определению окружной следственной комиссии.
      5) Означенные выше в статье 3 дела окружные следственные комиссии передают прокурору подлежащего суда, который или обращает' их к производству предварительного следствия, или вносит в суд с обвинительным актом или заключением о прекращении.
      В местностях же, состоящих на военном положении, прокурор суда по рассмотрении дела и при отсутствии оснований к прекращению его в порядке, установленном 277 и 523 статьей Устава уголовного судопроизводства, препровождает все производство командующему войсками округа для дальнейшего направления согласно военному положению.
      6) В случае внесения прокурором окружного суда дознания в суд с обвинительным актом или заключением о прекращении без обращения такового к производству предварительного следствия актам дознания, произведенным согласно «Положению о лицах, опасных для государственного порядка вследствие прикосновенности их к большевистскому бунту», присваивается сила следственных актов.
      2. Все дела о преступлениях, совершенных в целях осуществления большевистского бунта, находящиеся в производстве и не внесенные на рассмотрение подлежащих судов ко времени открытия действий окружных следственных комиссий, со времени открытия таковых изъять из ведения судебной власти и подчинить действию сего постановления Совета министров.
      3. Ввести в действие постановление Совета министров [от] апреля 11 дня 1919 года о лицах, опасных для государственного порядка вследствие прикосновенности их к большевистскому бунту, и об учреждении окружных следственных комиссий до обнародования его Правительствующим сенатом. (С. 123-124).
      Журнал № 144 заседания Совета министров российского правительства. 12 августа 1919 года
      ...
      [Слушали:] IV. Доклад министра путей сообщения о получении им от генерала [Д.А.] Хорвата телеграммы от 4 августа с. г., в которой говорится, что председатель технического комитета Междусоюзного совета инженер Стивенс сообщил ему проект организации бюро при Междусоюзном совете по расследованию злоупотреблений чисто корыстного свойства и восток — Чита.
      [Постановили: IV.] Проект организации при техническом совете Межлусоюз-ного комитета бюро по расследованию злоупотреблений чисто корыстного свойства на железных дорогах в районе Владивосток—Чита на основаниях, изложенных в телеграмме генерала [ДА.] Хорвата от 4 августа 1919 года, утвердить, но с тем что:
      а) из числа 4-5 помощников инспекторов двое должны быть русские, назначаемые министром путей сообщения;
      б) в случаях обнаружения злоупотреблений корыстного свойства технический совет препровождает дело подлежащему начальнику дороги для направления такового сообразно с существующими в России законами;
      в) решение русского суда по делам, изложенным в пункте «б», подлежащие учреждения министерства путей сообщения должны сообщать Междусоюзному комитету и техническому при нем совету. (С. 301-302).
      Журнал № 145 закрытого заседания Совета министров Российского правительства. 15 августа 1919 года.
      ...
      [Слушали:] И. Доклад председателя Совета министров о необходимости образования особой дивизии сибиряков в армии генерала [А.И.] Деникина и об отпуске последнему для сего семидесяти двух миллионов рублей казначейскими знаками (керенками).
      [Постановили: II.] Отпустить в распоряжение генерала [А.И.] Деникина казначейскими знаками (керенками) семьдесят два миллиона рублей на образование особой дивизии сибиряков в армии генерала [А.И.] Деникина. (С. 313)
      Журнал № 152 заседания Совета министров Российского правительства. 26 августа 1919 года.
      [Слушали:] III. Доклад управляющего министерством торговли и промышленности о результатах обследования назначенной Советом министров междуведомственной комиссией деятельности Омского военно-промышленного комитета, каковому указанной комиссией ставится в вину нижеследующее:
      1) Отсутствие законного состава Омского военно-промышленного комитета и его бюро.
      2) Уклонение деятельности Омского военно-промышленного комитета от основных его задач: «Снабжение армии всеми необходимыми предметами снаряжения и довольствия».
      3) Неудовлетворительная работа на оборону: поставлял мало (около 30 % от того, что должен был) и по чрезмерно повышенным расценкам.
      4) Торговля материалами, предназначенными для казны, и использование их на частном рынке для коммерческих целей.
      5) Незаконное предоставление флага Омского Вопрома частным лицам.
      6) Ничтожная степень использования Вопромом промышленных и технических предприятий, находящихся в его распоряжении.
      7) Отношение Вопрома к частным промышленным предприятиям и отсутствие положительного влияния его в этом направлении.
      8) Незаконные миллионные затраты средств на предприятия, ничего общего не имеющие с задачами Вопрома.
      9) Отсутствие надлежащей отчетности, неудовлетворительная постановка, запуганность счетоводства, бухгалтерии, регистрации заказов.
      10) Неудовлетворительное состояние предприятий Вопрома в техническом отношении.
      11) Многомиллионная задолженность казне.
      [Постановили: III.] Ввиду серьезности указанных междуведомственной комиссией по обследованию деятельности Центрального военно-промышленного комитета оснований для ревизии деятельности названного комитета и недостаточности представленных им объяснений, назначить для обследования деятельности Центрального военно-промышленного комитета сенаторскую ревизию (С. 353).
      Журнал № 153 заседания Совета Министров Российского правительства. 29 августа 1919 года.
      ...
      [Постановили: III.] 1. Статьи 14, 21, 22, 23, 24 и 25 Временного положения о службе добровольцами в сухопутных войсках (Собр[ание] узаконений] и распоряжений] правительства] от 15 мая 1919 года, № 5, ст. 57) изложить в следующей редакции:
      «14. При призыве в войска сверстников добровольцев последние сохраняют свои добровольческие права и отличительные знаки до конца службы при условии, если поступили в войска не менее как за один месяц до объявления постановления Совета министров о призыве в "Правительственном вестнике". Добровольцы, поступившие в войска менее, чем за один месяц до объявления призыва, сохраняют свои добровольческие права только до конца того шестимесячного периода их службы, в котором застанет их обьявление призыва.
      Примечание: Добровольческая служба засчитывается в общий срок действительной службы и в запасе.
      [Постановили: III.] 1. Статьи 14, 21, 22, 23, 24 и 25 Временного положения о службе добровольцами в сухопутных войсках (Собр[ание] узаконений] и распоряжений] правительства] от 15 мая 1919 года, № 5? Ст. 57) изложить в следующей редакции:
      «14. При призыве в войска сверстников добровольцев последние сохраняют свои добровольческие права и отличительные знаки до конца службы при условии, если поступили в войска не менее как за один месяц до объявления постановления Совета министров о призыве в „Правительственном вестнике". Добровольцы, поступившие в войска менее, чем за один месяц до объявления призыва, сохраняют свои добровольческие права только до конца того шестимесячного периода их службы, в котором застанет их обьявление призыва.
      Примечание: Добровольческая служба засчитывается в общий срок действительной службы и в запасе.
      21. При прохождении службы добровольцы получают все виды довольствия, установленные для солдат, призванных в войска, причем жалование выдается со-гласно постановлению Совета министров от 1-го июля 1919 года об утверждении новых табелей окладов содержания военнослужащим Российской армии.
      22. Кроме жалования, указанного в ст. 21 сего Положения, выдаются единовременные пособия: при поступлении на службу— 1000 рублей и по окончании двухлетней беспрерывной и беспорочной добровольческой службы — 5000 рублей. Независимо от указанных выше пособий выдается после каждого шестимесячного периода беспрерывной беспорочной службы: после первого такового периода — 800 рублей, после второго — 1000 рублей и после третьего — 1500 рублей.
      Примечание 1: Служба считается беспрерывной и в том случае, если между двумя шестимесячными периодами службы были перерывы, продолжающиеся не долее двух месяцев. Перерыв этот в счет общего двухлетнего срока (ст. 10) добровольческой службы не включается и содержание за него не выдается.
      Примечание 2: Беспорочная служба считаегся в том случае, если доброволец в течение ее не подвергался наказаниям по приговору суда в размере свыше дисциплинарного взыскания.
      Примечание 3. Пособие в 1000 рублей при поступлении на службу выдается только один раз при первом поступлении на службу.
      23. Добровольцам отпускается от казны бесплатное обмундирование в размере действительной надобности по требованиям командиров частей в установленном законом порядке. Во всех случаях увольнения от службы, за исключением увольнения в дисциплинарном порядке или по суду, обмундирование переходит в собственность добровольца.
      24. Семейным добровольцам, кроме жалованья, выдаются квартирные деньги в размере одной трети основного оклада жалования. При выступлении в поход квартирные деньги выдаются установленным порядком оставшимся семействам, сами же добровольцы при выступлении в поход лишаются права на квартирные деньги.
      25. Добровольцы, потерявшие вследствие условий военной службы трудоспособность, а также семьи убитых, умерших от ран, контузий или отравлений газами, пропавших без вести и находящихся в плену, обеспечиваются правительством на основании действующих положений о призрении воинских чинов и их семейств, причем все денежные выдачи, установленные этим положением, увеличиваются в отношении добровольцев и их семейств на 50 %. Дети указанных в сей статье добровольцев обучаются во всех низших и средних учебных заведениях на казенный счет по правилам, устанавливаемым военным министром по соглашению с министрами народного просвещения и внутренних дел».
      2. Дополнить означенное временное Положение статьей 24а в следующей редакции:
      «24а. Семьям добровольцев, независимо от их материального обеспечения и трудоспособности, выдается продовольственное пособие, установленное постановлением Административного совета Временного Сибирского правительства от 24 октября 1918 года (Собр[ание] узаконений] Временного] Сиб[ирского] правительства,] № 23, ст. 206) и постановлением Совета министров от 4 июля 1919 года о выдаче продовольственного пособия семьям всех призванных на военную службу после 1 июля 1918 года («Правительственный] вест[ник]», № 23, ст. 579), причем размер продовольственного пособия не должен быть менее ста рублей на семью».
      3. Разрешить выдачу единовременного пособия при поступлении 1000 рублей, определенного статьей 22 означенного в отделе I сего постановления временного Положения и тем добровольцам, кои поступили в войска до 25 февраля 1919 года.
      4. Разрешить выдачу единовременного пособия как за первый шестимесячный период (800 рублей) и добровольцам, поступившим до 25 февраля 1919 года и прослужившим к этому времени не менее шести месяцев.
      5. Настоящее постановление ввести в действие с 25 февраля 1919 года.
      6. Распространить настоящее постановление на служащих добровольцами во флоте и морских стрелковых частях, предоставив морскому министру по обсуждении в Морском совещании определить условия, порядок и срок применения сих положений сообразно с особенностями морской службы. (С. 362-364).
      Журнал № 159 заседания Совета министров Российского правительства. 9 сентября 1919 года.
      ...
      [Слушали:] II. Представленное министром путей сообщения и переработанное Государственным экономическим совещанием «Положение об Особом коми-тете при министерстве труда».
      [Постановили: II]. 1. Утвердить нижеследующее «Положение об Особом комитете при министерстве труда»:
      «1) В целях согласования действий и мероприятий в области оплаты труда служащих и рабочих всех ведомств при министерстве фуда под председательством представителя министерства труда образуется Особый комитет, состоящий из представителей: по одному — от министерств торговли и промышленности, путей сообщения, финансов, военного и морского и государственного контроля, Союза земств и Союза городов и по два — от торговли и промышленности и профессиональных союзов рабочих.
      Примечание: На заседании комитета могут быль приглашаемы сведущие лица с правом совещательного голоса.
      2) Представители перечисленных в ст. 1 министерств назначаются соответствующими министрами и утверждаются в звании членов Особого комитета при министерстве труда Советом министров. Представители Союза земств и Союза городов назначаются главными комитетами сих последних. Представители от торговли и промышленности избираются Всероссийским советом съездов торговли и промышленности. Представители от профессиональных союзов рабочих избираются Всероссийским объединением союзов; впредь до его образования выборы от рабочих производятся профессиональными рабочими организациями, определяемыми министром труда по соглашению с министрами путей сообщения и торговли и промышленности. Тем же порядком назначаются по одному заместителю членов комитета.
      3) На обязанность комитета (ст. 1) возлагается:
      а) разработка и установление прожиточных минимумов, исчисляемых на основании сведений, получаемых с мест от инспекторов труда;
      б) разработка способов определения прожиточных минимумов и надзор за исчислением на местах цен, определяющих прожиточный минимум;
      в) составление инструкций для центральных и местных учреждений всех ведомств по применению изложенного в Положении об оплате труда в центральных и местных учреждениях России способа исчисления содержания или заработков;
      г) ведение статистики колебания прожиточных минимумов и по возможности определение причин, влияющих на колебание прожиточных минимумов;
      д) разработка наиболее рациональных способов оплаты труда, соответствующих переживаемому времени;
      е) разъяснение сомнений, возникающих при применении Положения об оплате труда в центральных и местных учреждениях России, и инструкций к нему (пункт) «б» этой статьи) и
      ж) издание инструкций для местных учреждений (ст. ст. 4 и 5) по собиранию сведений для исчисления прожиточных минимумов. (С. 411)
      Журнал № 160 заседания Совета министров Российского правительства.
      [г. Омск] 12 сентября 1919 года.
      Председательствовал государственный контролер Г.А. Краснов.
      Присутствовали: министры: путей сообщения — Л. А. У стругов, земледелия — Н.И. Петров и труда — Л.И. Шумиловский; управляющие министерствами: народного просвещения — П.П. Преображенский, военным — генерал-лейтенант барон А.П. Будберг, морским — контр-адмирал М.И. Смирнов, финансов — Л.В. Гойер, снабжения и продовольствия — К.Н. Неклютин; вр[еменно] управляющие министерствами: иностранных дел — И.И. Сукин и торговли и промышленности — А.М. Окороков; товарищи министров: внутренних дел — М.Э. Ячевский и юстиции — А.П. Морозов; главноуправляющий делами Верховного правителя и Совета министров Г.К. Гинс и товарищи главноуправляющего делами Верховного правителя и Совета министров Т.В. Бутов и К.П. Харитонов.
      Слушали: I. Представление министра юстиции о некоторых изменениях в правилах о производстве предварительного следствия.
      Постановили: [I.] В[о] изменение и дополнение действующих правил Уст[ава] уг[оловного] суд[опроизводства] [том] XVI, ч[асть] I Св[ода] зак[онов,] изд[ание] 1914 г.) временно, на срок до 1 января 1921 года, установить следующие правила:
      1. Судебный следователь и другие лица, уполномоченные на производство предварительных следствий, могут в тех случаях, когда в дознаниях и сообщениях не содержится указаний на лицо, обвиняемое или подозреваемое, не приступая к производству предварительного следствия по распросе потерпевшего, испрашивать через прокурора разрешения окружного суда на прекращение означенных дознаний и сообщений применительно к 277 ст. Уст[ава] уг[оловного] суд[опроизводства], причем о таковом направлении дела одновременно объявляются потерпевшим.
      Журнал № 175 закрытого заседания Совета министров Российского правительства. 10 октября 1919 года.
      [Слушали:] VI. Доложенный председателем Совета министр» проект письма председателя Совета министров поверенному в делах Чехословацкой республики В.И. Павлу в следующем содержании:
      «Господин поверенный в делах.
      Российское правительство, глубоко ценя доблестное сотрудничество чехословацких войск в деле нашей совместной борьбы против германизма и его агентов большевиков, счит ает своевременным возбудить перед чехословацким правительством во имя общих интересов, как политических, так и экономических, вопрос о выработке и подписании договора.
      Предполагая, что дальнейшее военное сотрудничество с нами чехословаков на добровольческих началах будет фактом огромной важности в истории обоих государств, правит ельство считает целесообразным:
      1) Предоставить чехословацким добровольцам все преимущества, которыми пользуются добровольцы-русские.
      2) Наделить земельными участками тех из чехословаков, кои по завершении своих боевых трудов пожелали бы остаться в Сибири.
      3) Предоставить возможные преимущества в области торговли и промышленности Чехославии с целью препятствования новому экономическому проникновению Германии в Россию.
      Ввиду вышеизложенного и крайней затруднительности и длительности эвакуации чехословацкой армии на восток, желательно было бы во избежание упадка духа выяснить теперь же план общего военного сотрудничества путем соглашения между чехословацким и русским командованиями.
      Что же касается выработки проекта торгово-промышленного соглашения, то правительство полагает необходимым назначить со стороны чехословацкого правительства уполномоченных для переговоров».
      [VI.] Просить председателя Совета министров согласовать текст письма поверенному в делах Чехословацкой республики Б.И. Павлу с замечаниями, сделанными г. г. членами Совета министров.
      [Слушали:] VII. Представление управляющего министерством финансов от 3 октября с. г. за № 3476 о необходимости объявления военного положения в полосе отчуждения Китайской Восточной железной дороги с 5 августа с. г.
      [Постановили: VII.] Считая недопустимым придание обратной силы приказу о введении военного положения, поручить управляющему министерством финансов незамедлительно представить Верховному правителю об издании приказа о введении военного положения в пределах полосы отчуждения Китайской Восточной железной дороги. (С. 547)
      Журнал № 180 закрытого заседания Совета министров Российского правительства. 21 октября 1919 года.
      [Слушали:] VI. Доложенный главноуправляющим делами Верховного правителя и Совета министров проект телеграммы товарищу министра иностранных дел [Ан.А.] Нератову об общих основах земельной политики правительства.
      [VI.] Одобрить текст телеграммы товарищу министра иностранных дел [Ан.А.] Нератову в нижеследующей редакции:
      «В ответ на Вашу телеграмму от 8 сентября № 1442 и в дополнение моей № 855 сообщаю. В основание земельной политики положены следующие начала:
      Первое) Отложить коренное разрешение земельного вопроса до Учредительного собрания, ограничиваясь временно лишь неотложными мерами.
      Второе) Осуществляя неотложные мероприятия, руководствоваться задачей облегчить создание в будущем прочного мелкого землевладения на праве собственности.
      Третье) Откладывая разрешение споров о праве на землю, гарантировать каждому, кто произвел посев на чужой земле или подготовил чуткую землю для посева будущего года, возможность собрать урожай и этим временно сохранить создавшееся фактическое положение.
      Четвертое) Приостановить право предъявления исков о праве собственности, о восстановлении владения и о взыскании убытков, причиненных захватом земледельческим населением земель сельскохозяйственного назначения.
      Пятое) Предоставить государству в лице специальных административно-судебных органов, земельных посредников и земельных советов временно разрешать возникающие недоразумения.
      Шестое) Оказывать содействие, поскольку позволяют технические и политические условия, восстановлению нарушенных за время революции прав мелких собственников, а также сельских обществ и крестьянских земельных товариществ на все земли, у них захваченные.
      Седьмое) Допускать восстановление крупных владений только в тех пределах и случаях, когда являются хозяйствами промышленными или могут по своему современному состоянию иметь показательное государственного характера значение.
      Восьмое) Разрешить сделки на землю с условием ограничения размера покупаемых участков нормами приложения к ст. 63 Уст[ава] Крестьянского банка.
      Девятое) Земли, оставленные в пользовании крестьян, обложить особым земельным налогом для составления фонда вознаграждения владельцев и возмещения расходов казны.
      Считая необходимым в области земельной политики неуклонно проводить указанные основные начала на всем пространстве государства Российского, Верховный правитель, принимая во внимание сложность аграрной проблемы, связанной с разнообразными агрикультурными и землеустроительными вопросами и различными местными особенностями, находит, что главнокомандующий должен озаботиться выработкой форм и деталей практического проведения этих начал в жизнь па Юге России». (C. 576-577).
      Журнал № 183 закрытого заседания Совета министров Российского правительства. 28 октября 1919 года.
      [Слушали] V. Доклад управляющего министерством иностранных дел:
      а) О необходимости усиления гарнизона гор. Иркутск японскими воинскими частями.
      б) О соглашении с представителями Чехословацкой республики по поводу выступления чехословацких войск на нашем фронте против большевиков и о желании чехословацких представителей в лице майора [О.] Тайного о предоставлении чехословацким войскам и гражданам некоторых прав и преимуществ:
      1) увеличения жалования чехословацким войскам и выдаче его в иностранной валюте или же деньгами высокого качества (напр[имер], в серебряных монетах);
      2) обеспечения курса сбережений чехословацких войск на приблизительную сумму в 15 000 000 руб.;
      3) принятия за счет Российскою правительства содержания чехословацких Войск и расходов передвижения по железным дорогам в прошлом и на будущее время не только действующих чехословацких войск, но также и грузов, направляемых на надобности этих войск;
      4) наделения воинов земельными участками в Сибири;
      5) предоставления некоторых преимуществ для чехословацких торгово-промышленных предприятий и установления соглашения относительно вывоза сырья из России в Чехославию в настоящее время и оттуда в Россию нужных ей фабрикатов.
      [Постановили: V.] а) Поручить управляющему министерством иностранных дел войти по настоящему вопросу в сношение с японскими высшими властями.
      б) Не входя в подробное рассмотрение представленных пожеланий, а равно и условий их выполнения, ограничиться следующими поручениями и общими указаниями на случай заключения соглашения о выступлении чехословацких войск для активной борьбы с большевиками:
      1) Поручить управляющему министерством финансов установить приемлемые условия выплаты.
      2) Предоставить управляющему министерством финансов по выяснении курса предполагаемых к выпуску денежных знаков нового образца (американских) обменять сбережения чехословацких войск на таковые знаки.
      3) Считать возможным принятие на счет Российского правительства расходов но содержанию чехословацких войск и передвижению по железным дорогам войск и грузов, направляемых для надобности этих войск, оставив открытым вопрос об установлении времени, за которое расходы эти будут покрыты за счет Российского правительства.
      4)Принят ь представление министра земледелия в следующей редакции:
      «1. Распространить действие постановления Совета министров от 14 марта 1919 года „О предоставлении военнослужащим Русской армии и флота, принимавшим участие в борьбе за возрождение России, преимуществ и льгот в отношении земельного и хозяйственного устройства4*, на военнослужащих чехословацкой армии, находящейся в России, принимавших участие в борьбе за возрождение России, на одинаковых основаниях с военнослужащими Русской армии и флота.
      2. Разрешить военнослужащим чехословацкой армии, находящейся в России, принимавшим участие в борьбе за возрождение России, а также прочим подданным Чехословацкой республики, желающим переселиться на казенные земли в Азиатской России на общих основаниях, установленных для российских подданных, вступить в русское подданство без соблюдения установленного в законе (Св[од] зак[онов,] т[ом] IX, изд[ание] 1899 г.) требования о предварительном, в течение пяти лет, водворении в России.
      3.    Предоставить определение порядка и условий осуществления указанной в предыдущей (2) статье настоящего постановления меры министру земледелия по соглашению с министром внутренних дел».
      5) В отношении предоставления некоторых преимуществ для чехословацких торгово-промышленных предприятий и вывозе сырья из России в Чехославию, а равно и ввозе оттуда фабрикатов продолжать принятую правительством политику, предоставляя возможное к вывозу из России сырье и устанавливая товарообмен с Чехословацкой республикой.
      Просить председателя Совета министров принять меры к скорейшему приезду представителя Чехословацкой республики для окончательных переговоров по заслушанным вопросам. (С. 588-589).
      Журнал № 184 закрытого заседания Совета министров Российского правительства. 30 октября 1919 года.
      [Слушали:] VI. Доклад чиновника особых поручений IV класса при председателе Совета министров В.И. Язвицкого о переговорах с чехословацкими представителями по вопросу о выступлении чехословацких войск на фронт.
      [Постановили: VI.] Просить председателя Совета министров
      а) довести завтра, 31 сего октября, до сведения Верховного правителя единогласное постановление Советом министров о принятии всех условий, предложенных представителями Чехословацкой республики, и
      б) в случае согласия Верховного правителя сообщить о сем по прямому проводу представителям Чехословацкой республики в г. Иркутск.
      [Слушали:] VII. Заявление министра земледелия о необходимости войти в переговоры с японским правительством о военной помощи Российскому правительству, уполномочив на ведение этих переговоров особых лиц.
      [Постановили: VII] Поручить министру торговли и промышленности и управляющему министерством финансов вести переговоры непосредственно с японскими представителями о возможных соглашениях с Японией в области торгово-промышленных и финансовых взаимоотношений. (С. 600)
      Журнал № 185 заседания Совета министров Российского правительства. 31 октября 1919 года.
      Слушали: I. Представление министра труда от 23 октября 1919 г. за № 406/7441 о признании за мастеровыми и рабочими казенного Воткинского завода прав на получение резервного содержания согласно закону [от] 25 июля 1919 года.
      Постановили: [I.] Принимая во внимание особые услуги воткинцев перед Родиной, выдать им пособие в размере не свыше 3600 рублей на каждого эвакуировавшегося служащего, мастерового или рабочего завода, исходя при его исчислении из расчета 600 рублей за каждый месяц, в течение коего тому или иному служащему, мастеровому или рабочему не было предоставлено работы, и считая за конечный срок эвакуации Воткинского завода 11 июля 1919 года. (С. 601)
      Журнал № 186 заседания Совета министров Российского правительства. 3 ноября 1919 года.
      [Слушали:] II. Доклад управляющего министерством иностранных дел о ходе переговоров с японским правительством о дальнейшем продвижении на запад японских войск для охраны железной дороги.
      [Постановили: II.] Принять к сведению и уполномочить управляющего министерством иностранных дел официальным письмом подтвердить предложения, сделанные японскому послу управляющим министерством финансов.
      [Слушали:] III. Доклад управляющего министерством иностранных дел по вопросу о возможности выступления чехословацких войск на фронт в связи со сделанной президентом Массариком декларацией.
      [Постановили: III.] Принять к сведению. (С. 617)
      Журнал № 187 заседания Совета министров Российского правительства. 4 ноября 1919 года.
      [Слушали:] II. Доклады министра путей сообщения и министра внутренних дел по сообщениям начальника Забайкальской дороги управляющего Иркутской губернией [П.Д.] Яковлева о том, что па Забайкальской и Томской железных дорогах предполагается забастовка служащих и рабочих, об образовании центрального и местных стачечных комитетов и о мерах, предпринятых министром путей сообщения к улучшению быта железнодорожных служащих и рабочих для предупреждения забастовки — выдачи железнодорожным служащим и рабочим 1) теплого платья, 2) премии за усиленную работу в связи с разгрузкой и 3) пособия на основании постановления Совета министров от 9 мая с. г. за октябрь месяц.
      [Постановили: II.] 1. Одобрить меры, принятые министром путей сообщения по предупреждению забастовки на железных дорогах.
      2. Поручить министру финансов в порядке постановления Совета министров от 9 мая с. г. выдать железнодорожным служащим и рабочим пособие за ноябрь месяц.
      3. Поручить министру путей сообщения по соглашению с министром снабжения и продовольствия принять все возможные меры для удовлетворения экономических нужд железнодорожных служащих и рабочих. (С. 619)
      Журнал № 7/207 заседания Совета министров Российского правительства. 6 декабря 1919 года
      [Слушали:] IV. Представление министра юстиции от 16 октября с. г. за До 1770/598 об изменении ст. 1-й постановления [Всероссийского] Временного правительства об условно-досрочном освобождении от 1 августа 1917 г. (Собр[ание] уз[аконений] и расп[оряжений] Вр[еменного] прав[ительства] от 1 сентября 1917 г. № 209, ст. 1326).
      [Постановили: IV.] Статью первую постановления [Всероссийского] Временного правительства об условно-досрочном освобождении от 1 августа 1917 г. изложить следующим образом:
      «1. Приговоренные к заключению в тюрьме могут быть условно освобождены из заключения по отбытии не менее половины определенного им судебным приговором срока наказания.
      Приговоренные к заключению в исправительном арестантском от делении или исправительном доме и к ссылке в каторжные работы па срок или к срочной каторге могут быть условно освобождены из заключения по отбытии не менее половины определенного им судебным приговором срока наказания, если они притом пробыли в месте заключения в исполнение приговора не менее шести месяцев.
      Приговоренные к ссылке в каторжные работы или к каторге без срока могут быть условно освобождены из заключения по отбытии не менее двенадцати чет наказания. При зачете судом в наказание предварительного заключения за определенный судебным приговором срок признается срок, первоначально назначенный осужденному до производства зачета. В половину сего срока зачитывается и зачтенное судом в наказание предварительное заключение. Подлежащий отбытию наказания исчисляется со дня перевода заключенного в число отбывающих наказание. (С. 682)
      Журнал № заседания Совета министров Российского правительства. 
      [г. Иркутск.] 18 декабря 1919 года
      Предселат[ельствовал:]
      Присутств[овали:]**
      [Слушали] I. Доклад заместителем] председателя] Сов[ета] министров] телеграммы Верх[овного] правителя от 17 дек[абря] 1919 г. 23 час. 55 мин. о чешском приказе не пропускать [Верховного правителя] и о его беседе по этому вопросу с представителями союзников и с чешским командованием.
      [Постановили. I.]***
      [Слушали:] II. Доклад телеграммы Верх[овного] правителя от 17-го декабря 1919 г. за № 261/п. об аресте**** лейтенанта Смирнова.
      [Постановили. II.]***
      [Слушали:] III. Доклад о его беседе и ответе японскому послу Като.
      [Постановили: III.]***
      [Слушали:] IV. Доклад о телеграмме товарища] мин[истра] иностр[анных] дел [В.Г.] Жуковского от 15 дек[абря] 1919 г. за Хе 28 об одобрении Временным] пр[авителем] отпуска.
      [Постановили: IV.] Поручить мин[истерству] ф[инансов] войти в Сов[ет] министров] с соответственным представлением.
      [Слушали:] V. Доклад*****
      [Постановили: V.] Поручить глав[но]упр[авляющему] войти в Сов[ет] мин[истров] с соответственным представлением.
      [Слушали:] VI. Доклад вр[еменно] упр[являющего] мин[истерством] вн[утренних] дел.
      Выдать в г. Владивосток 3-м[есячный] оклад; во всех остальных местностях края, Амурской, Камчатск[ой] и Сахалинский областях] и в г. Иркутск — 2-м[есячный], в г. г. Верхнеудинск, Красноярск и Чита — 1%-м[есячный] и на остальных территории — по 1-месячному].
      [Постановили: VI.] Поручить министерству] ф[инансов] по соглашению с государственным] контролером] и временно] упр [являющим] министерством] выд[ать] в г. Владивосток 3-м[есячный], а в остальной территории [...]*****.
      [Слушали:] VII. Доклад глав[но]уп[равляющего] дел[ами] телер[аммы Н.А.] Самойлова от 17 ч[ас]. 25 м[ин]. 18 дек[абря] 1919 г. за № 302/п.
      Признать настоящее постановление вступающим в силу без утверждения его В[ерховным] пр[авителем] на основании указа Верховного] пр[авителя] от 7 нояб[ря].
      [Постановили: VII.] Просить зам[естителя] прел[седателя] Сов[ета] „министров] послать Верх[овному] пр[авителю] телеграмму с настоятельной просьбой о необходимости утверждения.
      [Слушали:] VIII. Доклад зам[естителя] председателя] (Зов[era] министров] по вопросу о положении на Кит[айско]-Вост[очной] ж[елезной] д[ороге] и дополнения сообщения по этому вопросу мин[истра] фин[ансов] ([о] его разговоре по прямому проводу с генералом [Д.А.] Хорватом, в конце коего ген[ерал Д.Л.] Хорват заверил, что он согласен пересмотреть свое распоряжение о новой оплате).

      Журнал № 13 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 26 ноября 1918 г.

      [Председательствовал] председатель Совета министров П.В. Вологодский.
      Присутствовали министры: внутренних дел — Л.И. Гаттенбергер, финансов —    И.Л. Михайлов, юстиции — С.С. Старынкевич, путей сообщения — Л.А. Устругов; управляющие министерствами: труда — Л.И. Шумиловский, торговли и промышленности — (вр[еменно] упр[авляющий]) Н.Н. Щукин, иностранных дел — вр[еменно] упр[авляющий]) Ю.В. Ключников, за министра народного просве-/38/-щения — товарищ министра Г.К. Гиле, помощник военного министра генерал-майор [В.И. Сурин; товарищи министров: снабжения — И.Л. Молодых, продовольствия — И.Г. Знаменский, внутренних дел — Л.А. Градианов, Н.Я. Новомбергский, П.Ф. Коропачинский, земледелия — Л.М. Ярмош, управляющий делами Совета министров и Верховного правителя Г.Г. Тельберг, государственный контролер Г.Л. Краснов, начальник главного управления почт и телеграфов Н.А. Цеслинский и помощник управляющего делами Совета министров и Верховного правителя Г.В. Бутов.
      ...
      [Слушали:] II. Представлеиие военного министерства от 19 ноября с. г. за № 1472 об упразднении Высшего совета снабжения союзных армий, действующих в пределах государства Российского.
      [Постановили: II.] Представленный проект постановления утвердить, изложив ст. 4-ю его в следующей редакции: «Поручить военному министру выработать положение о совещательном междусоюзническом комитете при военном министерстве по делам снабжения и продовольствия союзных армий и положение это, по согласованию с представителями союзнических армий, представить в Совет министров на утверждение».
      [Слушает:] III. Представление управляющего делами Совета министров и Верховного правителя об ассигновании сумм на личные расходы Верховного правителя.
      [Постановили: III.] 1) Определить размер кредита, необходимого на покрытие личных расходов Верховного правителя, в 4000 руб. в месяц.
      2) Отпустить сверх того в безотчетное распоряжение Верховного правителя по 16 000 руб. в месяц.
      3) Во исполнение п[унктов] 1 и 2 постановления ассигновать из средств государственного казначейства до конца 1918 года 23 667 руб. параграфом особо последним к смете Совета министров текущего года. (С. 38-39).
      №14
      Журнал № 19 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 6 декабря 1918 г.
      ...
      [Слушали:] XIII. Представление военного министерства от 25 ноября с. г. за №47 о введении в действие Дисциплинарного устава 1869 года.
      [Постановили: XIII.] 1. В целях поднятия и укрепления воинской дисциплины в армии и [на] флоте теперь же предоставить военным и морским начальникам дисциплинарную власть над подчиненными по правилам дисциплинарных уставов — военного и морского (кн. XXIII С[вода] в[оенных] п[остановлений] и кн. XVII Св[ода| м[орских] п[остановлений] 1869 г.) с нижеследующими изменениями:
      а) во всех случаях наименование «нижний чин» заменить соответственно словами «солдат» или «матрос»;
      б) действия правил в разряде штрафованных и о судах чести (гл[ава] 10 и 14 кн. XXIII Св[ода] в[оенных] п[остановлений] и кн. XVII Св[ода] м[орских] постановлений]) приостановить;
      в) оставить для солдат и матросов только два вида ареста — простой и строгий, а виды ареста усиленного и смешенного, а также постановку под ружье (ст. 19 Уст[ава] кн. XXIII Св[ода] в[оенных] п[остановлений] и ст. 22 кн. XVII Св[ода] м[орских] п[остановлений]) отменить; /108/
      г) домашний арест для офицеров как наказание отменить, оставив только один вид ареста на гауптвахте (4 п[ункт] 33 ст. XXIII Св[ода] в[оенных] постановлений] и 5 п[ункт] XVII кн. Св[ода] м[орских] п[остановлений]);
      д) права, осуществлявшиеся согласно дисциплинарным уставам (военному и морскому) верховной властью (3 и 4 п[ункты] 45, 691 и 97 ст. кн. XXIII Св[ода] в[оенных] п[остановлений] 1869 г. и п[ункт] 4 ст. 77 и 1011 ст. кн. XVII Св[ода] м[орских] п[остановлений]), передать Верховному правителю;
      е) ссылку, сделанную в 46 ст. XXIII кн. Св[ода] в[оенных] п[остановлений] и 78 ст. XVII кн. С[вода] м[орских] постановлений] на верховную власть, заменить ссылкой на Верховного правителя, в статье 66 кн. XXIII Св[ода] в[оенных] п[остановлений] и 99 св. кн. XVII С[вода] м[орских] п[остановлений] слова «высочайшими приказами» заменить «приказами Верховного правителя».
      2. В соответствии с изложенным [в] п[ункте] 14 приказа по армии и флоту от 11 мая 1917 года №8 положение о дисциплинарных судах в военном ведомстве, объявленное в приказе по в[оенному] в[едомству] 1917 года за № 213, и постановление Временного Сибирского правительства от 5 августа 1918 года о степени дисциплинарной власти военных начальников отменить.
      3. Приступить к пересмотру книги XXIII Св[ода] в[оенных] п[остановлений] и XVII Св[ода] м[орских] п[остановлений] на тех началах, которые добыты опытом прошлого и текущей войной.
      4. Правила дисциплинарных уставов — военного и морского — ввести в действие по телеграфу.
      [Слушали:] XIV. Доклад Особого совещания по финансированию предприятий по вопросу о субсидировании предприятий на Урале.
      [Постановили: XIV. 1.] Субсидировать ниже перечисляемые предприятия на Урале в следующих размерах:
      Нижне-Тагильского округа — в размере 2 900 000 р[уб.],
      Невьянского округа — 837 000 р[уб.],
      Егоршинские копи — 390 000 р[уб.],
      Обществу Магнезит — 500 000 р[уб.],
      Металлургическому обществу — 235 000 р[уб.],
      Комаровскому обществу 1 500 000 р[уб.],
      Высокогорскому руднику — 46 000 р[уб.] и на лесные заготовки — 1 200 000 р[уб.].
      2. Признать необходимым обеспечить выдаваемые ссуды продуктами производства, имеющимися у предприятий, с тем, чтобы ссуды погашались по мере продажи наличных запасов продуктов производства. В то же время широко осведомить министерства — военное, снабжения и путей сообщения — об имеющихся на субсидируемых заводах изделиях.
      3. Поручить министерствам финансов, торговли и промышленности и государственному контролю выработать порядок и условия выдачи и погашения ссуд вышеперечисленным предприятиям. (С. 104, 108-109).
      Журнал № 21 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 10 декабря 1918 г.
      ...
      [Слушали.] VII. Представление министерства внутренних дел от 22 ноября за 4449 об отпуске средств на содержание милиции.
      [Постановили: VII.] Принимая во внимание срочный характер расходов по содержанию милиции, отпустить министерству внутренних дел в счет сметы на содержание милиции испрашиваемые им 7 000 000 руб. с тем, чтобы размер окладов содержания чинам милиции не превышал норм, установленных временным положением, утвержденным быв[шим] Административным советом 16 сентября 1918 г., в соответствии с классами упраздненных полицейских должностей, которые ныне заменены должностями по милиции.
      Вместе с тем поручить министерству внутренних дел при испрошении ассигнований на содержание милиции представлять подробные и обоснованные расчеты. (С. 114-117).
      Журнал № 24 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 17 декабря 1918 г.
      ...
      [Слушали:] V. Представление министерства иностранных дел от 9 декабря с. г за N® 1536 об учреждении подготовительных к мирным переговорам комиссий и особого подготовительного к мирным переговорам совещания.
      [Постановили: V.] 1. Учредить при министерстве иностранных дел Особое подготовительное к мирным переговорам совещание под председательством министра иностранных дел или лица, его заступающего, и состоящее:
      1) из товарища министра иностранных дел, директора второго департамента и советников политических отделов сего министерства,
      2) из представителей от министерств военного, морского, финансов, внутренних дел, торговли и промышленности, путей сообщения, труда, земледелия, продовольствия и снабжения и государственного контроля, назначаемых соответствующими министрами и управляющими ведомствами и
      3) начальника дипломатической канцелярии Верховного главнокомандующего.
      2. Предоставить Особому совещанию право привлекать к своим работам по собственному усмотрению и других, кроме перечисленных выше, должностных и частных лиц, если участите их будет признано полезным.
      3. Возложить на Особое совещание подготовку и разработку вопросов, связанных с мирными переговорами, а равно с взаимоотношениями России с союзниками и с помощью, оказываемой ими России.
      4. Предоставить Особому совещанию право требовать от ведомств заключения и материалы по возбуждаемым им вопросах.
      5. Обязать Особое совещание представлять через своего председателя разработанные вопросы и составленные по ним заключения на рассмотрение Совета министров.
      6. Отпустить Особому совещанию на расходы, сопряженные с его деятельностью, в счет сметы аванс на один месяц в размере 8000 руб.
      7. Поручить управлению делами Совета министров и Верховного правителя совместно с представителем от министерства иностранных дел разработать по-/132/-ложение об Особом подготовительном к мирным переговорам совещании согласно вышеуказанных постановлений. (С. 130-133).
      Журнал № 26 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 21 декабря 1918 г.
      ...
      Слушали: I. Сообщение министра финансов И.Л. Михайлова о доставке в гор. Владивосток заказанных русским правительством американскому кредитных билетов и о том, что французское правительство предложило французским баи нам принимать выпущенные Российским правительством в обращение краткосрочные обязательства государственного казначейства.
      Постановили: Сообщение министра финансов И.Л. Михайлова принять к сведению.
      [Слушали] II. Представление министерства внутренних дел от 27 ноября с. г. за Ns ЮЗ об утверждении новых правил для производства выборов гласных городской думы.
      [Постановили; II.] 1) Заменить установленную действующим законом систему пропорциональных выборов в городские думы системой мажоритарной, с делением городов па избирательные участки, по каковым и производится выборы гласных в городские думы.
      2) Установить возрастной ценз по отношению к активному избирательному праву в 21 год и по отношению к пассивному избирательному праву — в 25 лет.
      3) Установить по отношению к активному избирательному праву ценз оседлости сроком в один год.
      4) В[о] изменение установленного действующим законом порядка твердых списков кандидатов в гласные городских дум установить систему полусвободных списков, по которой избиратель каждого городского избирательного участка подает свои голос или за один из опубликованных списков кандидатов в гласные в целом или же составляет свой список, взяв кандидатов из разных опубликованных списков.
      5) Установить срок полномочий избранных в городские думы гласных в четыре года, каковой срок распространить и на гласных, избранных на основании настоящего закона.
      6) Признать, что избранными в гласные городских дум считаются те, кто при выборах получит число голосов не менее 1/10 количества всех участвующих в избрании по данному участку лиц, причем система эта не изменяется и при перевыборах.
      7) Признать, что первые по избирательному списку лица в числе, положенном по закону для данного города, считаются избранными в гласные городских дум, остальные же по списку лица зачисляются в кандидаты к гласным.
      8) Поручить министерству внутренних дел совместно с юрисконсультской частью управления делами Совета министров и Верховного правителя детально разработать проект правил о производстве выборов гласных городских дум, руководствуясь при этом вышеизложенными положениями, принятыми по этому вопросу Советом министров, после чего разработанный законопроект представить на постатейное рассмотрение Совета министров в заседание 27 декабря с. г.
      ...
      [Слушали] V. Представление министерства внутренних дел от 11 декабря с. г. за № 159 о пересмотре положения о выборах в земство.
      [Постановили: IV.] 1) Поручить министерству внутренних дел в кратчайший срок произвести пересмотр законоположений и распоряжений, относящихся к производству выборов в органы земского самоуправления.
      2. Приостановить производство выборов волостных, уездных, губернских и областных земских гласных, предусмотренное ст. 12-й Временного положения о земских учреждениях в губернии Архангельской и в Сибири от 17 июня 1917 г., ст. 2-й Временных правил о производстве выборов губернских и уездных земских гласных [от] 21 мая 1917 г. и ст. 8-й Временного положения о волостном земском управлении [от] 21 мая 1917 г.
      3) В случаях, не терпящих отлагательства, предоставить министру внутренних дел разрешать производство выборов волостных и уездных земских гласных по действующему избирательному закону.
      4) Продлить деятельность земских управ, избранных по закону 1917 г. или согласно п[ункту] 3 настоящего постановления, до созыва первых сессий земских собраний, избранных по новому закону, и избрания таковыми новых составов управ.
      5) В случае отсутствия законного состава земских собраний по устранению из них, согласно постановлению Западно-Сибирского комиссариата Временного Сибирского правительства от 27 июня 1918 года, представителей противогосударственных партий министру внутренних дел предоставляется право назначать состав управ на срок до избрания таковых законно организованными земскими собраниями.
      6) Выборы, закончившиеся к моменту получения телеграфного уведомления на местах о настоящем постановлении Совета министров, признать в случае отсутствия правонарушений в их производстве действительными и с 1 января 1919 года считать вступившим в исполнение своих обязанностей новый состав земских гласных на срок, указанный в п[ункте] 4 сего постановления.
      7) Настоящее постановление ввести в действие по телеграфу. /142/
      ...
      [Слушали:] VII. Словесные заявления вр[еменно] управляющего министерством торговли и промышленности Н.Н. Щукина, министра путей сообщения Л.А. Устругова, управляющего министерством внутренних дел А.Н. Гаттенбергера и начальника главного управления почт и телеграфов Е.А. Цеслинского о том, что за последнее время представители военной власти — в частности, чины Ставки Верховного главнокомандующего — стали отдавать приказания и распоряжения, расходящиеся с желаниями и приказами Совета министров и представителей отдельных ведомств, что создает затруднения в деятельности правительства.
      [Постановили: VII.] 1. Просить управляющих ведомствами предоставить председателю Совета министров свои письменные заявления о возникших у них с представителями военной власти и чинами Ставки Верховного главнокомандующего трениях и недоразумениях, делая такие же заявления и на будущее время с легальным изложением обстоятельств дела и выяснением виновников незаконных распоряжений. /143/
      2. Просить председателя Совета министров П.В. Вологодского обратиться к Верховному правителю с письменным представлением по затронутому вопросу, прося его устранить возникающие между действиями военной власти и распоряжениями Совета министров и представителей отдельных ведомств трения и недоразумения, затрудняющие действия правительства.
      [Слушали:] VIII. Представление управляющего делами Совета министров и Верховного правителя об упразднении специальных органов управления правительства Урала.
      [Постановили: VIII.] 1. Упразднить должность главноуполномоченного по области Урала. (С. 140-144).
      Журнал № 28 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 24 декабря 1918 г.
      ...
      [Слушали:] II. Проект положения об учреждении министерства по делам православной церкви, разработанный по поручению Совета министров профессором [П.А.] Прокошевым.
      [Постановили: II.] 1) Признать необходимым учреждение особого органа по обслуживанию в государстве Российском вероисповедных вопросов, каковой орган должен функционировать не на основании изложенного в действующем законе Учреждения министерств, а на правах особого управления с тем, что глава учреждаемого ведомства присутствует на заседаниях Совета министров с правом решающего голоса при рассмотрении вопросов по вероисповедным делам,
      2) Передать в ведение учреждаемого управления осуществление мероприятии правительства по вопросам, касающимся всех вероисповеданий государства Российского.
      3) Учредить комиссию в составе профессора [П.А.] Прокошева и представителя от министерства внутренних дел и от юрисконсультской части при управлении делами Совета министров и Верховного правителя для разрешения вопроса о /150/ наименовании учреждаемого органа по вероисповедным делам и переработки представленною проекта Положения о министерстве по делам православной церкви в смысле принятых Советом министров вышеизложенных положений, каковой проект и внести на рассмотрение Совета министров в заседание 27 сего декабря.
      [Слушали:] III. Проект постановления об открытии в г. Омск временных присутствий первою и кассационных департаментов Правительствующего сената, представленный учрежденной для выработки сего проекта комиссией.
      [Постановили III.] 1. Положение об учреждении Сибирского высшего суда, утвержденное постановлением Временного Сибирского правительства [от] 7-го сентября 1918 г., отменить.
      2. Членов Сибирского высшего суда оставить за штатом на общем основании, но без права на заштатное содержание.
      3. Все имущество Сибирского высшего суда передать в распоряжение министра юстиции.
      4. Утвердить представленный проект постановления об открытии в г. Омск временных присутствий первого и кассационных департаментов Правительствующего сената со следующими изменениями и дополнениями:
      а) в ст. 1 раздела II заменить слова «Увеличить установленное число сенаторов» словами «Установленное число сенаторов увеличивается»;
      б) в статьях 4 и 7 раздела II слово «временно» опустить.
      [Слушали:] IV. Словесное заявление товарища министра народного просвещения Г.К. Гинса о необходимости организации для автономной Сибири Высшею административного суда после восстановления действий Правительствующего сената в полном объеме.
      [Постановили: IV.] Поручить товарищу министра народного просвещения Г.К. Гинсу внести представление с изложением соображений об основаниях возможной организации и компетенции Высшего сибирского административного суда.
      [Слушали:] V. Представление министра юстиции о назначении председателя Совета министров П.В. Вологодского сенатором.
      [Постановили: V.] Назначить председателя Совета министров Российского правительства П.В. Вологодского сенатором с оставлением в занимаемой должности председателя Совета министров. (C. 149-151).
      Журнал № 30 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 27 декабря 1918 г.
      ...
      [Слушали] II. 1) Проект правил о производстве выборов гласных городских дум, разработанный согласно журнального постановления Совета министров от 20 декабря с. г. министерством внутренних дел совместно с юрисконсультской частью управл[ения] делами Совета министров и Верховного правителя и
      2) предварительное сообщение председателя Совета министров П.B. Вологодского о поступивших на его имя докладных записках Совета объединений несоциалистических общественных деятелей земской и городской России и Восточного отдела Центрального комитета партии народной свободы, содержащих в себе ходатайство о приостановлении рассмотрением в Совете министров правил о производстве выборов гласных в городские думы впредь до представления по поводу проектируемой избирательной реформы соображений представителями названных общественных группировок.
      [Постановили: II.] Л. 11ризнавая, что вопрос о производстве выборов в городские думы носит срочный характер и что те или иные общественные группы имели возможность представить свои соображения но поводу проектируемых Правил о производстве выборов гласных городских дум до внесения их на окончательное рассмотрение Совета министров, т. к. означенные правила были опубликованы в печати, а также имея в виду, что основные положения избирательного закона уже приняты Советом министров в заседании 20 декабря с. г., ходатайства Совета объединений несоциалистических общественных деятелей земской и городской России и Восточного отдела Центрального комитета партии народной свободы об отложении рассмотрением в Совете министров правил о выборах в городские думы отклонить и перейти к постатейному обсуждению проекта.
      Б. 1. Временные правила о производстве выборов гласных городских дум [от] 15 апреля 1917 г. (Собр[ание] узак[онений] за 1917 г., Nq 95, ст. 529) отменить.
      2. Утвердить разработанный министерством внутренних дел совместно с юрисконсультской частью управл[ения] делами Совета министров и Верховного правителя проект правил о производстве выборов в городские думы, внеся в него нижеследующие изменения и дополнения: /154/
      1) В ст. 3-й после слова «правительственной» вставить слово «общественной»;
      2) статью 5-ю дополнить примечанием, содержащим указание, что лица, содержащиеся под стражей или отбывшие содержание под стражей по постановлениям следственных комиссий за противогосударственную деятельность, устраняются от участия в выборах;
      3) статью 7-ю, во-первых, изложить таким образом: «Городские поселения городской думой разделяются на избирательные округа» и, во-вторых, дополнить следующим примечанием: «Городские поселения с числом жителей менее 12 000 могут представлять собою один избирательный округ»;
      4) в ст. 8-й цифру «5» заменить цифрой «10»;
      5) в ст. 9-й исключить последние три слова: «каждого избирательного округа»;
      6) в ст. 15-й заменить слово «может» словами «имеет право», слово «обращаться» словом «требовать» и слова «к содействию» словом «содействия»;
      7) в ст. 24-й между словами «или» и «устранения» вставить слова «хотя» и «внесенные, но»;
      8) в ст. 57-й слова «положенного по закону для избрания» заменить словами «подлежащего избранию»;
      9) поручить установить окончательную редакцию ст. 59 управл[ению] делами Совета министров и Верховного правителя ввиду недостаточно ясного изложения статьи;
      10) ст. 99-ю дополнить указанием, что министру внутренних дел предоставляется право составления инструкции относительно порядка образования избирательных округов.
      3. Распространить действие означенных в разделе II правил на все городские поселения, на кои распространяется действие Городового положения [от] 11 июля 1892 г.
      4. Предложить городским управлениям немедленно приступить к составлению избирательных списков и произвести выборы гласных дум на основании означенных в разделе II правил на срок по 1-е января 1923 г., причем в городских поселениях, освобождаемых от советской власти, время начала работ по составлению избирательных списков, в зависимости от местных условий, предоставить установить министру внутренних дел.
      5. Предоставить министру внутренних дел по ходатайствам городских дум и по соображению со всеми обстоятельствами каждого отдельного случая разрешать отсрочку выборов для тех городских поселений, где выборы произведены досрочно после падения советской власти согласно постановлениям бывших областных правительств.
      6. Продлить полномочия городских дум настоящего состава до окончания выборов согласно настоящих правил.
      [Слушали:] III. Проект положения об учреждении главного управления по делам вероисповеданий, разработанный согласно постановлению Совета министров от 24 декабря с. г. особой комиссией в составе профессора П.А.] Прокошева и представителей от министерства внутренних] дел и юриск[онсультской] части управл[ения] делами Совета министров и Верховн[ого] правителя.
      [Постановили: III.] 1. Учредить главное управление по делам вероисповеданий на нижеследующих основаниях: /155/
      1) Главное управление по делам вероисповеданий есть высший орган, через который осуществляются мероприятия правительства в области отношений Российского государства к вероисповеданиям в его пределах существующих.
      2) Главное управление по делам вероисповеданий составляют главноуправляющий, его товарищ, канцелярия и департаменты: 1) по делам православной церкви и 2) иностранных и иноверных вероисповеданий.
      3) Департамент по делам православной церкви состоит из отделений; 1) общих дел, 2) учебного и 3) хозяйственного.
      4) Департамент иностранных и иноверных вероисповеданий состоит из отделений: 1) по делам христианских исповеданий и 2) по делам нехристианских исповеданий.
      5) Главноуправляющий по делам вероисповеданий пользуется по вверенному ему ведомству правами и властью, предоставленными министрам.
      6) В Совете министров главноуправляющий по делам вероисповеданий участвует, но решающий голос имеет лишь по делам своего ведомства.
      7) Права и обязанности главноуправляющего, его товарища, личного состава главного управления, порядок производства в нем дел, а также все прочие стороны его деятельности во всем по дни ияются правилам, изложенным в Учреждении министерства (Свод законов, т[ом] 1, ч[асть] 2, км. V изд[ания] 1892 года с последовавшими изменениями).
      8) Главноуправляющий и его товарищ (оба обязательно православного исповедания) присутствуют на заседаниях Церковного собора и дают необходимые разъяснения, а равно в заседаниях Высшего церковного совета и соединенном присутствии Священного синода и Высшего церковного совета с правом совещательного голоса.
      9) Должности по главному управлению но делам вероисповеданий, присвоенное им содержание, а также классы этих должностей определяются особыми штатами.
      10) Кредит по содержанию главного управления по делам вероисповеданий отпускается из средств государственного казначейства в общем сметном порядке.
      11) Ведению главного управления по делам вероисповеданий подлежат.
      а) по делам православной церкви: 1) разработка и проведение в жизнь законодательства о православной церкви; 2) посредничество в сношениях правительства с центральными и местными органами православно-церковного управления, суда, школы и хозяйства; 3) выполнение роли контролирующего органа над деятельностью православно-церковных учреждений и должностных лиц в пределах, допускаемых автономией православной церкви; 4) посредничество в сношениях правительства с автокефальными церквями православного Востока и разными церковными установлениями, находящимися за границей; 5) разработка и проведение в жизнь мероприятий в области финансовых отношений и государства к церкви и ее установлениям; 6) дела по открытию новых и материальному обеспечению существующих установлений православной церкви, поскольку это сопряжено с расходами из государственного казначейства или с иною помощью правительственной власти в этом деле; 7) дела по наделению учреждений православной церкви правами юридического лица; 8) дела но назначению пенсий и единовременных пособий должностным лицам разных церковных установлений и их /156/ семействам; 9) вопросы брачного права и метр н калии, 10; вопросы о правовом и экономическом положении православного духовенства в пределах России и за границей;
      6) в отношении иностранных и иноверных исповеданий — дела, составляющие до сего времени предметы веления министерства внутренних дел по департаменту духовных дел инославных исповеданий и христианских, и иноверных (ч[асть] 1, т[ом] XI Св[ода] зак[онов] изд[ания] 1896 г. с последовавшими изменениями).
      2. Штаты главного управления но делам вероисповеданий рассмотреть в общем установленном для рассмотрения смет порядке.
      3. Вопрос о замещении должности главноуправляющего по делам вероисповеданий рассмотреть в закрытом заседании. (C. 153-157)
      Журнал № 39 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 14 января 1918 г.
      ...
      Слушали: I. Представление министерства финансов от 2 января с. г. за № 25 об утверждении изложенного в протоколе заседания Особого совещания по финансированию предприятий от 30 декабря 1918 года за № 24 постановления названного совещания о выдаче ссуды Ленскому золотопромышленному обществу в сумме 4 000 000 рублей.
      Постановили: [3.] Согласно постановлению Особого совещания по финансированию предприятий, изложенного в протоколе заседания означенного Сове-/212/-щания от 30 декабря м[инувшего] г[ода] за №24, отпустить Ленскому золотопромышленному обществу ссуду в сумме 4 000 000 рублей из 8 % годовых под залог узкоколейной жел[езной] дор[оги] от Бодайбо до приисков и с подчинением сего общества действию закона [от] 30 августа 1918 года о выдаче казной ссуд частно-владельческим общегосударственного значения предприятиям, с владельцами коих из-за военных обстоятельств сношения невозможны.
      [Слушали:] II. Представление министерства финансов от 11 января с. г. за № 451 об утверждении постановлений Особого совещания по финансированию предприятий, изложенных в протоколе заседания означенного совещания от 4 января с. г. за №28/ж.
      [Постановили: II.] 1. Согласно с постановлениями Особого совещания по финансированию предприятий, изложенными в протоколе заседания означенного Совещания от 4 января с. г. за № 28/ж, отпустить ссуды из 8 % годовых и на основаниях закона от 30 августа 1918 года о выдаче казной ссуд частновладельческим общегосударственного значения предприятиям, с владельцами коих из-за военных обстоятельств сношения невозможны:
      а) Алтайской жел[езной] дороге в сумме 2 000 000 [руб.];
      б) Кулундинской ж[елезной] дор[оге] в сумме 300 000 р[уб].;
      в) Богословской жел[езной] дор[оге] в сумме 1 000 000 рублей с выдачей этой ссуды из имеющихся в распоряжении Особого совещания аванса в 5 000 000 рублей.
      2. Постановление же Особого совещания но тому же протоколу от 4 января с. г. за № 28/ж о выдаче ссуды в сумме 750 000 рублей Ачинск-Минусинской ж[елезной] д[ороге], согласно заявлению министра путей сообщения, снять с обсуждения для предоставления министру путей сообщения возможности ознакомиться с теми целями, на которые ссуда Ачинск-Минусинской жел[езной] дор[оге] испрашивается.
      [Слушали.] III. Словесное представление министра юстиции С.С. Старынкевича о назначении, согласно последовавшему ему указанию Верховного правителя, чрезвычайной следственной комиссии для тщательного и всестороннего расследования событий, последовавших непосредственно после подавления попытки к восстанию в г. Омск в ночь на 22 декабря м[инувшего] г[ода] в целях обнаружения всех виновных и предания их суду.
      [Постановили: III.] 1. Признавая необходимым производство самого тщательного и всестороннего расследования событий, последовавших непосредственно после подавления попытки к восстанию в г. Омск в ночь на 22 декабря 1918 года, для обнаружения всех виновных и предания их суду и имея в виду исключительную важность означенных событий, согласно представлению министра юстиции назначить для вышеуказанной цели чрезвычайную следственную комиссию в составе трех лиц под председательством одного из сенаторов уголовного кассационного департамента Правительствующего сената, предоставив министру юстиции право определить личный состав этой комиссии и объем ее компетенции и передав означенной комиссии все материалы расследования, произведенного по приказу Верховного правителя и[сполняющим] д[олжность] главного военного прокурора, и предварительного следствия, производящегося судебным следователем при Омском окружном суде Шредером. /213/
      2. Поручить министру юстиции выработать по соглашению с председателем Совета министров и опубликовать одновременно с указом Верховного правителя о назначении указанной в пункте мерном сего постановления чрезвычайной комиссии сообщение с изложением обстоятельств, вызвавших учреждение названной комиссии. (С. 211-214).

      Журнал № 42 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 24 января 1918 г.
      ...
      [Слушали III.] Представление военного министра об устройстве чрезвычайных военных судов.
      [Постановили: III.] 1) Восстановить на театре войны военно-полевые суды по правилам XXIV кн. С[вода] в[оенных] п[остановлений] 1869 г. по редакции приказа по военному ведомству 1915 года № 220.
      2) На все остальные местности распространить положение о прифронтовых военно-полевых судах (постановление Временного Сибирского правительства от 1 августа 1918 г. 3) с тем, однако, изменением, чтобы присутствие сего суда состояло только из трех офицеров (в том числе и председателя), чтобы дознание производилось согласно правил[ам] Военно-судебного устава, чтобы дела в прифронтовом военно-полевом суде рассматривались применительно к правилам для полковых судов с возможной быстротой и, наконец, чтобы приговоры сих судов о смертной казни ранее приведения их в исполнение представлялись бы непосредственно на конфирмацию командующего войсками в округе.
      Ходатайства тех же судов о помиловании осужденного представляются по команде через военного министра Верховному правителю. 
      ...
      [Слушали] XX. Представление министра юстиции от 24 января с. г. об утверждении проекта «Положения о чрезвычайной следственной комиссии, учрежденной для производства предварительного следствия об учиненных 22 и 23-го декабря 1918 года в городе Омске расстрелах разных лиц без суда над ними».
      [Постановили: XX] 1) Утвердить представленный министром юстиции проект «Положения о чрезвычайной следственной комиссии», заменив в статье 17-й его /235/ слова «согласно уст[ановления] зак[она от] 22 июля 1918 года» словами «на общем основании».
      2) Предоставить чрезвычайной следственной комиссии право устранять от должности лиц, виновность и прикосновенность коих к учиненным 22 и 23 декабря 1918 года в городе Омске расстрелам разных лиц без суда над ними будет установлена следственным производством.
      3) Поручить министерству юстиции окончательное редактирование представленного «Положения о чрезвычайной следственной комиссии» согласно принятым Советом министров постановлений.
      [Слушали:] XXI. Представление министра путей сообщения о сохранении за служащими и рабочими министерства путей сообщения Пермского отделения Казанского округа [путей сообщения] получаемых ими ныне окладов содержания, каковые являются по сравнению со ставками Томского округа путей сообщения увеличенными.
      [Постановки: XXI.] Ввиду того, что переход в Пермском отделении Казанского округа на оклады Томского округа может вызвать отлив рабочих сил, каковые необходимы в настоящее время при ремонте каравана, сохранить за служащими и рабочими министерства путей сообщения Пермского отделения Казанского округа получаемые ими ныне оклады содержания в виде лично присвоенных.
      [Слушали:] XXII. Доклад министра снабжения и продовольствия о поручении министрам торговли и промышленности, иностранных дел, земледелия и снабжения и продовольствия разработать для представления в Совет министров проекты правил
      а) регулирующих вывоз русских товаров на заграничные рынки и
      б) об установлении очередности ввоза в Россию заграничных продуктов и предметов фабрично-заводской промышленности и о командировании в Северо-Американские соединенные штаты представителя министерства снабжения и продовольствия для осуществления товарообмена русским сырьем на предметы, необходимые русской армии и ведомствам по их заданиям.
      [Постановили: XXII.] I) Поручить министрам торговли и промышленности, иностранных дел, земледелия, финансов, путей сообщения, снабжения и продовольствия в срочном порядке разработать и внести на рассмотрение Совета министров проект правил, регулирующих вывоз русских товаров на заграничные рынки.
      2) Поручить комиссии из тех же министров составить проект правил и внести сто на утверждение Совета министров об установлении очередности ввоза в Россию заграничных продуктов и предметов фабрично-заводской промышленности.
      3) Командировать по ведомству министерства снабжения и продовольствия представителя в отдел по снабжению при российском посольстве в Вашингтоне для осуществления товарообмена русским сырьем на предметы, необходимые в первую очередь русской армии и ведомствам по их заданиям.
      4) Поручить министерству иностранных дел запросить мнение российского пекла в Вашингтоне о желательности такой командировки, указав, что к таковой командировке предположен товарищ министра снабжения и продовольствия И.Г. Знаменский.
      Председатель Совета министров Петр Вологодский. (С. 231, 235-236).
      Журнал № 44 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 28 января 1918 г.
      ...
      [Слушали] IX. Представление управляющего делами Совета министров об Особом совещании по вопросам местного управления.
      [Постановили: IX.] Согласно заявлениям управляющего делами Верховного правителя и Совета министров и управляющего министерством внутренних дел представление снять с обсуждения.
      [Слушали:] X. Представление управляющего делами Совета министров об образовании подготовительной комиссии по разработке вопросов о всероссийском и областных представительных органах.
      [Постановили: X.] 1) Признать необходимым образование особой подготовительной комиссии лишь для разработки вопросов об организации всероссийского представительного органа учредительного характера и в соответствии с этим возвратить представление для надлежащей переработки управляющему делами Верховного правителя и Совета министров.
      2) Разработку же вопросов об организации областных представительных учреждений и их отношении к всероссийской власти возложить на обязанность уже существующих областных комиссий.
      3) Признать необходимым скорейшее открытие работ комиссии по выработке положения о выборах во всесибирский представительный орган. /244/
      [Слушали:] XI. Предложение председателя Совета министров П.В. Вологодского о замещении постов председателя и товарища председателя комиссии но выработке положения о выборах во всесибирский представительный орган.
      [Постановили: XL] Назначить председателем комиссии по выработке положения о выборах во всесибирский представительный орган бывшего министра снабжения Ивана Иннокентьевича Серебренникова, а пост товарища председателя означенной комиссии предложить бывшему управляющему министерством торговли и промышленности Временного Сибирского правительства Павлу Павловичу Гудкову.
      ...
      [Слушали] XV. Представление министра финансов об изменении редакции постановления Совета министров от 27 декабря 1918 года о приостановлении действий ст. 173 Устава государственного банка (Св[од] зак[онов], т[ом] XI, ч[асть] 2) и об отпуске министерству финансов ста миллионов рублей для открытия Государственным банком бланковых соло-вексельных кредитов частным банкам.
      [.Постановили: XV.] В [о] изменение редакции постановления Совета министров от 27 декабря 1918 года о приостановлении действий ст. 173 Устава Государственного банка (Св[од] зак[онов], т[ом] XI, ч[асть] 2) и об отпуске министерству финансов ста миллионов рублей для открытия Государственным банком бланковых соло-вексельных кредитов частным банкам изложить означенное постановление следующим образом:
      «1. Ассигновать из средств государственного казначейства сто миллионов рублей (100 000 000) для выдачи ссуд частным акционерным коммерческим банкам для раскрепощения их пассивов.
      2. Исполнение этой операции возложить на Государственный банк, коему надлежит исполнить комиссионное поручение государственного казначейства в порядке первой части ст. 173 Устава Государственного банка».
      [Слушали] XVI. Представление управляющего морским министерством от 28 января с. г. за № 77 об открытии кредита в 5 000 000 руб. в счет военного фонда морского министерства.
      [Постановили: XVI.] Отпустить из средств государственного казначейства в распоряжение морского министерства, впредь до утверждения в законодательном порядке кредита на военный фонд морского министерства, аванс в сумме пяти миллионов рублей на расходы по формированию бригады морских стрелков и ее содержанию, по организации базы речного боевого флота в Перми, по ремонту артиллерийского вооружения, по заготовке продовольствия и обмундирования для флота и береговых частей, по содержанию гидро-авиационной станции, машино-моторной школы, артиллерийской мастерской и бронированного поезда.(С. 241, 244-246).
      Журнал № 48 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 1 февраля 1918 г.
      ...
      Слушали: Представление военного министра Н.Л. Степанова об изменение согласно пожеланию Верховного правителя, ст. 90, кн. 22 Св[ода] воен[ных] постанов[лений].
      Постановили: 1. Изложить сг. 90 кн. 22 Свода военных постанов мгний в следующей редакции:
      «В военное время на театре военных действий, когда какие-либо преступления или проступки чрезмерно увеличиваются, главнокомандующему армиями фронта, начальнику штаба Верховного главнокомандующего, командующему отдельной армией, командующим армиями и липам, пользующимся равною с ними властью, разрешается усиливать временно строгость наказаний, в законе положенных, до смертной казни включительно, объявляя о том предварительно во всеобщее сведение с одновременным донесением по телеграфу в порядке подчиненности Верховному правителю и Верховному главнокоманлующему о принятых ими мерах и о причинах их настоятельности.
      Сим же лицам и с соблюдением тех же условий присваивается право в тех случаях, когда вследствие военных обстоятельств или во время возмущения для общей безопасности приняты будут особые меры предосторожности, за нарушение оных устанавливать наказание до каторжных работ включительно с тем, чтобы наложение таковых наказаний производилось по приговорам военно-полевых судов.
      Примечание: Означенное в сей статье право принадлежит исключительно должностным лицам, в статье поименованным, и нс может быть ими передаваемо другим должностным лицам».
      2. Настоящее постановление ввести в действие до обнародования его Правительствующим сенатом.
      Председатель Совета министров Петр Вологодский.
      Министр путей сообщения. Л. Устругов.
      Министр земледелия Н. Петров.
      Министр юстиции С. Старынкевич.
      Военный министр Н. Степанов. /274/
      Государственный контролер Г. Краснов.
      Управляющий министерством внутренних дел А. Гаттенбергер.
      Управляющий министерством труда Л. Шумиловский.
      Управляющий морским министерством контр-адмирал М. Смирнов.
      Товарищ министра народного просвещения П. Преображенский.
      Управляющий делами Верховного правителя и Совета министров Тельберг. Помощник управляющего делами Верховного правителя и Совета министров Т. Бутов. (C. 274-275).
      Журнал № 50 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 11 февраля 1918 г.
      ...
      [Слушали:] II. Представление министра внутренних дел от 6 февраля с. г. за № 500 об утверждении проста закона о предварительном внесудебном аресте.
      [Постановили: II.] 1. Предоставить временно местным начальникам уездной и городской милиции, их помощникам, а также лицам, особо уполномоченным департаментом милиции, подвергать лиц, подозреваемых в совершении государственных преступлений или в прикосновенности к ним, а равно лиц, деятельность которых угрожает государственному порядку и общественной безопасности, предварительному аресту на срок не более двух недель и производить у таких лиц обыски и выемки применительно к правилам статей 357—361 и 363—367 Уст[ава] уголовного судопроизводства.
      2. О всяком заарестовании и освобождении от оного поименованные в статье первой должностные лица составляют немедленно надлежащее постановление, копию с которого сообщают лицу прокурорского надзора, безотлагательно донося о заарестовании местному управляющему губернией (областью), который или утверждает или отменяет арест. По письменному распоряжению управляющего губернией (областью) срок предварительного ареста может быть продолжен до одного месяца. (С. 300, 302).
      Журнал № 52 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 18 февраля 1918 г.
      ...
      [Слушали:] VII. Представление военного министра о введении в XXII книгу Свода военных постановлений 1869 года, издание 4-е, статьи 902.
      [Постановили: VII. 1.] Ввести в XXII книгу Свода военных постановлений 1869 года, издание 4-е, 902 статью в следующей редакции:
      «В дни переживаемой смуты командующим войсками округов предоставляется право увеличения наказаний, в законе положенных, до смертной казни включительно за превышение и бездействие власти (141 и 142 ст. ст. Воин[скоро] уст[ава] о наказ[аниях]), за сопротивление распоряжениям правительства и неповиновение установленным от оного властям (262—271 ст. сб. Улож[ений) о наказаниях]), за самовольное присвоение себе власти, соединенное, кроме того, с присвоением воинского звания, военного чина, титула, ордена, знака отличия и ношение не присвоенной военной формы (1412,1414, 1416—1418 сг. ст. Улож[ений] о наказ[аниях]). Дела по означенным преступлениям обращаются к рассмотрению или в военно-окружные суды, или равные им по власти суды, или в прифронтовые военно-полевые суды.
      Примечание: Означенное в сей статье право принадлежит исключительно командующим войсками округов и не может быть ими передаваемо другим должностным лицам».
      2. Настоящее постановление ввести в действие по телеграфу до обнародования его Правительствующим сенатом.
      3. Редакцию настоящего постановления предоставить выработать управлению делами Верховного правителя и Совета министров.
      [Слушали:] VIII. Представление военного министра о введении статьи 901 книги XXII Свода военных постановлений 1869-го гола, издание 4-е.
      [Постановили: VIII.] 1. Восстановить статью 901 книги XXII Свода военных постановлений в следующей редакции:
      «Во время переживаемой смуты командующим войсками округов временно предоставляется право увеличения наказаний, в законе положенных, до смертной казни включительно, за уклонение от регистрации, устанавливаемой при призываемых в войска (506, 507, 561—518 ст. ст. Улож[сиия] о наказаниях]), за уклонение /317/ и содействие к уклонению от воинской службы (508-512, 514 515, 519, 31 ст. ст. Улож[ения] о наказ[аниях]);, за укрывательство военных дезертиров (528 и 538 ст ст. Улож[ения] о наказ[ания]; за военное дезертирство (1 ч[асть] 127 и 134 ст. ст. Воин[ского] уст[ава] о наказ[аниях], за неявку в срок на службу с целью вовсе уклонится от таковой (129 сг. Воин[ского] уст[ава] о наказ[аниях]), за уклонение от воинской службы с целью освободиться навсегда (126 и 127 ст. ст. Воин[ского] уст[ава] о наказ[аниях], за подговор или подстрекательство к уклонению от воинской службы (127 и 1273 ст. ст. Воин[ского] уст[ава] о наказ[аниях]) и за членовредительство с целью уклониться от военной службы (127 ст. Воин[ского] уст[ава] о наказ[аниях]). Дела пo означенным преступлениям обращаются командующими войсками округов к рассмотрению или в прифронтовые военно-полевые суды, или военно-окружные суды, или же [в] равные им по власти суды.
      Примечание: Означенное и сей статье право принадлежит исключительно командующим войсками округов и не может быть перелаваемо ими другим должностным лицам.
      2. Настоящее постановление ввести в действие по телеграфу до опубликования его Правительствующим сенатом.
      3. Редакцию настоящего постановления предоставить выработать управлению делами Верховного правителя и Совета министров.
      (С. 315, 317-318).
      Журнал № 56 заседания Совета министров Российского Правительства
      [г. Омск] 25 февраля 1919 года
      ...
      Слушали: представление управляющего министерством внутренних дел от 17 февраля с. г. за № 657 об установлении временного штата Омской городовой милиции.
      Постановили: 1. Утвердить представленный министерством внутренних дел штат Омской городской милиции и смету единовременных и ежемесячных расходов по содержанию ее со следующими изменениями и дополнениями.
      1) в смете расходов Омской городской милиции на 1919-й год;
      а) помощников начальника участка, обозначенных в графе наименование «должностей» под № 6, наименовать «старшие помощники начальника участка».
      2) Между номерами 6 и 7 в той же графе вписать «младшие помощники начальника участка» и в соответствующих графах проставить: «класс должности» — X, «число должностей» — 42, основное содержание в месяц одному — 350 рублей: «25 % прибавка по постановлению Совета министров [от] 3/ IX-1918 года» — 87 руб. 50 коп., «прибавка по постановлению Совета министров [от] 27/ХII 1918 года» — 87 руб. 50 кол., особая прибавка 100 руб/, «в месяц одному» — 625 рублей и «всем в месяц» — 26 250 рублей.
      в) Число старших милиционеров с 70 уменьшить до 14, и в зависимости от этого в графе «всем в месяц» вместо суммы 36 750 рублей, исчисленной на содержание старших милиционеров, написать 7350 рублей.
      г) Уменьшить на 3150 рублей в смете расходов итог в 484 910 руб. 63 коп., проставленный в графе «всем в месяц», и написать 480 185 рублей 63 коп.
      д) Ежемесячную сумму расходов, потребную на содержание милиции в 1919 году и исчисленную в сумме 559 794 руб. 63 коп., уменьшить на 3150 рублен и написать как в смете расходов, так и в проекте закона 556 644 руо. 63 коп. и
      е) Старшим агентам отделения уголовного розыска в графе «класс должности» проставить X класс и
      2) во временном штате Омской городской милиции:
      а) помощников начальника участка, обозначенных в графе «наименование должностей» под № 6, наименовать «старшие помощники начальника участка»;
      б) между номерами 6 и 7 в той же графе вписать «младшие помощники начальника участка» и в соответствующих графах проставить «класс должности» —  X; «число должностей» — 42; основной оклад 1-го разряда» — 350 рублей и «особая временная прибавка» — 100 рублей;
      в) число старших милиционеров с 70 уменьшить до 14;
      г) старшим агентам отделения уголовного розыска в графе «класс должности» проставить X класс;
      д) в графе «число должностей» опустить обозначение количества должностей сторожей, конюхов, кучеров и рассыльных в штате Омской городской милиции, отнеся таковые указанием в смете.
      2. На покрытие вызываемого осуществлением означенной в статье 1-й меры расхода:
      а) отпустить в распоряжение министерства внутренних дел из средств государственного казначейства единовременно 282 000 (двести восемьдесят две тысячи) рублей и
      б) отпускать в распоряжение министерства внутренних дел ежемесячно, начиная с января месяца 1919 года, из того же источника по 556 644 (пятисот пя-/339/-тидесяти шести тысяч шестисот сорока четырех рублей) 63 коп. согласно представленной смете на 1919 год.
      3. Ввести настоящее постановление в действие до распубликования его Правительствующим сенатом.
      4. Поручить министерству внутренних дел разработать законопроекты: а) об изменении названия учреждений милиции и б) о выдаче служащим милиции прибавок к окладам содержания за продолжительную службу, каковые законопроекты и представить на утверждение Совета министров.
      5. Поручить министерству внутренних дел выработать форму присяги чинам милиции, каковую представить па утверждение Совета министров.
      6. Выразить пожелание о том, чтобы министерство внутренних дел разработало вопрос об уравнении в окладах содержания старших милиционеров с фельдфебелями — добровольцами армии и младших милиционеров с отделенными — добровольцами армии.
      [Слушали:] II. Представление управляющего министерством внутренних дел от 24 февраля с. г. за ЛЬ 730 об учреждении отряда милиции особого назначения при министерстве внутренних дел.
      [Постановили: II.] 1. Учредить при министерстве внутренних дел отряд милиции особого назначения, подчиненный непосредственно директору департамента милиции, в составе четырех пеших и одного конного взводов.
      2. Утвердить представленные министерством внутренних дел [документы]: штат отряда милиции особого назначения при министерстве внутренних дел, временную табель окладов содержания чинам его, Положение об означенном отряде и смету единовременных и ежемесячных расходов со следующими изменениями и дополнениями:
      1) заменить наименование «штат отряда милиции особого назначения при министерстве внутренних дел» наименованием «строевой расчет отряда милиции особого назначения при министерстве внутренних дел».
      2) а) В Положении об отряде милиции особого назначения при министерстве внутренних дел в конце 2-й его статьи заменить слова «опытных старших милиционеров» словами «опытных чинов милиции»;
      б) конец 3-й статьи «Положения», начиная со слов «Милиционеры (старшие и младшие) исполняют все обязанности и т. д.» изложить следующим образом: «Милиционеры исполняют все обязанности, возлагаемые на них существующими законоположениями и инструкциями»;
      в) в статье 4-й пункт 1-й «Положения» слова «прикомандировываются к министерству внутренних дел» заменить словами «переводятся в министерство внутренних дел с сохранением всех нрав и преимуществ, приобретенных военной службой», а слова «В конном взводе должности предназначаются исключительно кавалеристам» опустить;
      г) 2-й пункт статьи 4-й «Положения» редактировать следующим образом: «Комплектование отряда милиционерами производит начальник отряда из числа запасных солдат»;
      д) статью 5-ю «Положения» редактировать следующим образом: «Пешие и конные милиционеры вооружаются винтовками, а также и другим вооружением, которое установлено табелью, утверждаемой министром внутренних дел»;
      б) отпускать в распоряжение министерства внутренних дел ежемесячно, начиная с января месяца 1919 года, из того же источника по 556 644 (пятисот пя-/340/-тидесяти шести тысяч шестисот сорока четырех рублей) 63 коп. согласно представленной смете на 1919 год.
      3. Ввести настоящее постановление в действие до распубликования его Правительствующим сенатом.
      4. Поручить министерству внутренних дел разработать законопроекты: а) об изменении названия учреждений милиции и б) о выдаче служащим милиции прибавок к окладам содержания за продолжительную службу, каковые законопроекты и представить на утверждение Совета министров.
      5. Поручить министерству внутренних дел выработать форму присяги чинам милиции, каковую представить па утверждение Совета министров.
      6. Выразить пожелание о том, чтобы министерство внутренних дел разработало вопрос об уравнении в окладах содержания старших милиционеров с фельдфебелями — добровольцами армии и младших милиционеров с отделенными — добровольцами армии.
      [Слушали:] II. Представление управляющего министерством внутренних дел от 24 февраля с. г. за ЛЬ 730 об учреждении отряда милиции особого назначения при министерстве внутренних дел.
      [.Постановили,: II.] 1. Учредить при министерстве внутренних дел отряд милиции особого назначения, подчиненный непосредственно директору департамента милиции, в составе четырех пеших и одного конного взводов.
      2. Утвердить представленные министерством внутренних дел [документы]: штат отряда милиции особого назначения при министерстве внутренних дел, временную табель окладов содержания чинам его, Положение об означенном отряде и смету единовременных и ежемесячных расходов со следующими изменениями и дополнениями:
      1) заменить наименование «штат отряда милиции особого назначения при министерстве внутренних дел» наименованием «строевой расчет отряда милиции особого назначения при министерстве внутренних дел».
      2) а) В Положении об отряде милиции особого назначения при министерстве внутренних дел в конце 2-й его статьи заменить слова «опытных старших милиционеров» словами «опытных чинов милиции»;
      б) конец 3-й статьи «Положения», начиная со слов «Милиционеры (старшие и младшие) исполняют все обязанности и т. д.» изложить следующим образом: «Милиционеры исполняют все обязанности, возлагаемые на них существующими законоположениями и инструкциями»;
      в) в статье 4-й пункт 1-й «Положения» слова «прикомандировываются к министерству внутренних дел» заменить словами «переводятся в министерство внутренних дел с сохранением всех нрав и преимуществ, приобретенных военной службой», а слова «В конном взводе должности предназначаются исключительно кавалеристам» опустить;
      г) 2-й пункт статьи 4-й «Положения» редактировать следующим образом: «Комплектование отряда милиционерами производит начальник отряда из числа запасных солдат»;
      д) статью 5-ю «Положения» редактировать следующим образом: «Пешие и конные милиционеры вооружаются винтовками, а также и другим вооружением, которое установлено табелью, утверждаемой министром внутренних дел»; /341/
      с) примечание к статье 5-й опустить;
      ж) конец статьи 6-й, начиная со слов «причем женатые милиционеры»* опустить;
      з) в пункте 2-м статьи 7-й слова «2) Довольствие лошадей производится за счет казны. Размер дачи сена и овса лошадям устанавливается начальником взвода» заменить словами «а довольствие лошадей производится за счет казны на основаниях, принятых в армии»;
      и) в статье 9-й «Положения» слова «как будущие образцовые старшие» опустить;
      к) в статье 10-й «Положения» слова «пользуются всей полнотой власти, предоставленной им дисциплинарным уставом» заменить словами «руководствуются дисциплинарным уставом, действующим в армии», а слова «властью помощника командира полка и командир конного взвода — властью командира неотдельных частей» заменить словами «властью командира батальона и командиры взводов — властью ротного командира и командира эскадрона».
      3. На покрытие вызываемого осуществлением означенной в статье II меры расхода:
      1) отпустить в распоряжение министерства внутренних дел из средств государственного казначейства единовременно 535 300 (пятьсот тридцать пять тысяч триста) рублей и
      2) отпускать в распоряжение министерства внутренних дел ежемесячно, начиная с января месяца 1919 года, из того же источника по 163 467 (сто шестьдесят три тысячи четыреста шестьдесят семь) рублей 50 копеек согласно представленной смете на 1919 год.
      4. Настоящее постановление ввести в действие до распубликования его Правительствующим сенатом.
      5. Окончательную редакцию «Положения об отряде милиции особого назначения при министерстве внутренних дел» предоставить управлению делами Верховного правителя и Совета министров с представителем департамента милиции министерства внутренних дел.
      [Слушали:] III. Представление управляющего министерством внутренних дел об утверждении законопроекта об отрядах милиции особого назначения министерства внутренних дел в губерниях и областях.
      [Постановили: III.] 1. Предоставить министру внутренних дел право учреждать по его усмотрению в губерниях (областях) отряды милиции особого назначения применительно к закону об отряде милиции особого назначения при министерстве внутренних дел от 25 февраля 1919 года.
      2. Предоставить министру внутренних дел право, по мере надобности, увеличивать численность отрядов милиции особого назначения, но не более 1000 человек в каждом отряде.
      3. Предоставить министру внутренних дел право, по мере надобности и по его усмотрению, передвигать отряды особого назначения из одной губернии (области) в другую.
      4. Подчинить действия отрядов особого назначения в пределах губерний (областей) управляющим этих губерний (областей). /341/
       и содержанию отрядов особого назначения потребный кредит в сметном порядке.
      [Слушали:] IV. Представление управляющего министерством внутренних дел от 21 февраля с. г. за № 684 об отпуске из государственного казначейства средств па выдачу пособий чипам милиции и особого отдела по охране государственного порядка.
      [Постановили: IV.] 1. Отпустить из средств государственного казначейства ежемесячными равными суммами в 1919 году министерству внутренних дел 500 тысяч рублей для выдачи в потребных случаях пособий как чинам милиции, так и чинам особого отдела по охране государственного порядка.
      2. Пособия из указанной в отделе I суммы могут быть назначаемы единовременно не свыше полугодового оклада содержания:
      1)  В случае смерти чинов милиции и особого отдела по охране государственного порядка при самом покушении на них злоумышленников или же впоследствии от полученных при покушениях ран, увечья и всех вообще повреждений здоровья:
      а) на погребение умершего и б) вдовам и детям чинов милиции и особого отдела по охране государственного порядка, умерших при вышеуказанных условиях, а равно находившимся на их попечении родителям, братьям и сестрам в ожидании назначения пенсии.
      2)  Состоящим на службе: а) на лечение самих чинов, их жен и детей, а также находившихся на их попечении родителей, братьев и сестер, если они лично пострадали при покушении и б) чинам милиции и особого отдела по охране государственного порядка, которые в борьбе с злоумышленниками и беспорядками вынесли наиболее тяжелую работу и проявили особую энергию и распорядительность. /342/
      Журнал № 62 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 11 марта 1919 года
      ...
      Слушали: I. Представление министра юстиции от 28 февраля с. г. за № 248/168 об утверждении проекта постановления по борьбе со спекуляцией.
      Постановили: [I.] 1) Ст. ст. 9131, 11801, 1180 Улож[ения] о нак[азаниях] угол[овных] и исправ[ительных] изд[ания] 1885 г. (Собр[ание] узаконений] и распор[яжений] правительства от 21 сентября 1916 года, ст. 1952) изложить следующим образом:
      Ст. 9131. Торговец или промышленник, а равно заведующие делами обществ, товариществ, установлений и компаний, члены их правлений и поверенные, виновные в умышленном, непомерном, неоправдываемом условиями производства и сбыта возвышении цен на предметы продовольствия, если виновные воспользовались для сего особо ощущаемой среди местного населения нуждой в этих предметах, подвергаются наказаниям, определенным в 1180 ст. сего Уложения.
      Действие сей статьи распространяется и на лиц, не выбирающих законом требуемых документов на право производства торговли, но занимающихся продажей вышеназванных предметов, и виновных в преступлении, изложенном в сей статье.
      Ст. 1180. Торговец или промышленник, а равно заведующие делами обществ, товариществ, установлений и компаний, члены их правлений и поверенные, виновные в умышленном, непомерном, неоправдываемом условиями производства и сбыта возвышении цен не только на предметы продовольствия, но и на другие предметы видимой потребности, если они воспользовались для сего особо ощущаемой среди местного населения нуждой в этих предметах, приговариваются:
      к лишению некоторых нрав и преимуществ по 50 ст. сего Уложения и к заключению в тюрьме на время от одного года четырех месяцев до двух лет.
      Когда же означенное в ч[асти] 1-й сей статьи повышение цен будет поводом к нарушению общественного спокойствия или последует во время войны либо иного общественного бедствия, то виновный приговаривается: /400/
      к лишению всех особенных прав и преимуществ, лично и по состоянию обвиняемому присвоенных и к заключению в исправительные арестантские отделении сроком от 3-х до 3 1/2 лет.
      Независимо от сего обнаруженные у виновных в деянии, изложенном во 2-й части сей статьи запасы поименованных выше предметов конфискуются.
      Действие сей статьи распространяется и на лиц, не выбирающих законом требуемых документов па право производить торговли, но занимающихся продажей вышеназванных предметов и виновных в преступлении, изложенном в сей статье.
      Ст. 1180. Торговец или промышленник, а равно заведующие делами обществ, товариществ, установлений и компаний, члены их правлений и поверенные, виновные в сокрытии запасов предметов продовольствия или предметов необходимой потребности, а равно в прекращении продажи или отказе в продаже имеющихся у них означенного рода предметов, если прекращение или отказ последовали без уважительного к тому основания, подвергаются:
      лишению некоторых прав и преимуществ по 50 ст. сего Улож[ения] и к заключению в тюрьме на время от одного года и 4-х месяцев до двух лет.
      Когда же такое сокрытие запасов, прекращение продажи или отказ в продаже будут поводом к нарушению общественного спокойствия или последуют во время воины либо иною общественного бедствия, то виновный приговаривается:
      к лишению всех особенных нрав и преимуществ, лично и по состоянию присвоенных, и к заключению в исправительные арестантские отделения на время от трех до 3 1/2 лет.
      Независимо от сего обнаруженные у лиц, виновных в деянии, описанном во 2-й части сей статьи, запасы выше названных предметов конфискуются.
      2) То же Улож[ение] о наказ[аниях] угол[овных] и исправ[ительных] дополнить статьей 11803 следующего содержания:
      Ст. 11803. Лица, не выбирающие требуемых законом документов на право производства торговли, но занимающиеся продажей предметов продовольствия или предметов необходимой потребности, виновные в сокрытии запасов означенных предметов, когда такое сокрытие будет поводом к нарушению общественного спокойствия или последует во время войны либо иного общественного бедствия, приговариваются:
      к лишению всех особенных прав и преимуществ лично и по состоянию обвиняемому присвоенных и к заключению в исправительные арестантские отделения на время от трех до 3 1/2 лет. Независимо от сего обнаруженные у виновных запасы означенных выше предметов конфискуются.
      3) Литеру «II» статьи 11-й «Правил о военном положении, объявляемом на линии железных дорог и в местностях, к ним прилегающих» изложить в следующей редакции:
      и) о спекулятивных деяниях, предусмотренных ст. ст. 913, 9131, 1180, 11801, 11802 и 11803 Улож[ения] о наказ[аниях] (по закону [от] 8 сентября 1918 г., Собр[ание] узаконений] и распор[яжений] правительства] за 1916 г., ст. 1952).
      [Слушали:] II. Представление министра юстиции от 7 марта с г. за № 311/200 об утверждении постановления по борьбе с беспошлинной и противозаконной торговлей. /401/
      [Постановили:II| статью 1169 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных изд[ания] 1885 года изложить следующим образом:
      Ст. 1169. Лица, занимающиеся продажей товаров, нс имея требуемых законом документов на право производства торговли продаваемыми товарами, а равно лица, по закону не имеющие права на производство торговли или ограниченные в сем праве, но тоже занимающиеся продажей товаров, приговариваются:
      к лишению некоторых особенных, на основании ст. 50 сего Уложения, прав и преимуществ и к заключению в тюрьме от восьми месяцев до одного года и четырех месяцев,
      Независимо от сего обнаруженные у виновных товары конфискуются. /402/
      Журнал № 63 закрытого заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск] 20 марта 1919 г.
      |Слушали:] III. Представление военного министра об утверждении Положения о комиссии по расследованию деятельности, прикосновенной к советской власти и иным мятежным и противогосударственным организациям офицерских, классных чинов военного и морского ведомств, состоящих на действительной службе.
      [Постановили: III.] 1. Представление военного министра утвердить, внеся следующие изменения в Положение о названной комиссии:
      1) включить в круг ведения комиссии расследование деятельности, прикосновенной к советской власти врачей, состоящих на действительной службе;
      2) дополнить с.г. 5 Положения следующим примечанием: «Морскому министру предоставляется право назначения сверх положенного числа членов и других в потребном количестве»;
      3) изложить ст. 13 Положения в следующей редакции: «Комиссия как в целом, так и те из ее членов, которым поручено производство расследования, имеет право требовать от должностных лиц и учреждений как правительственных, так и общественных сообщения необходимых сведений и доставления нужных документов»;
      4) изложить ст. 16 Положения в нижеследующей редакции: «По рассмотрению дела комиссия составляет постановления: а) о полной реабилитации обвиняемого, б) о наложении на обвиняемого дисциплинарного взыскания вплоть до увольнения со службы в дисциплинарном порядке, в) об организации обвиняемого в некоторых правах и преимуществах по службе на срок до 5 лет, г) о представлении через подлежащего министра на усмотрение Верховного правителя своего заключения о разжаловании обвиняемого в рядовые»;
      5) исключить из ст. 17 Положения слово «окружных»;
      6) исключить из ст. 18 Положения слова «совершенного в целях бунта, начатого в октябре 1917 года»;
      7) исключить статью 21 Положения.
      2. Поручить окончательную редакцию названного Положения управлению делами Верховного правителя и Совета министров совместно с военным министерством. /433/
      Журнал № 74 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск]    8 апреля 1919 г.
      ...
      Слушали: I. Представленный министром земледелия проект «Декларации Российского правительства» о направлении аграрной политики и об се основах.
      Постановили [I.]: Утвердить нижеследующий текст «Декларации Российского правительства» об основах аграрной политики:
      Доблестные армии Российского правительства продвигаются в пределы Европейской России. Они приближаются к тем коренным русским губерниям, где земля служит предметом раздоров, где никто не уверен в своем праве на землю и в возможности подать плоды своею труда. Богатая раньше хлебом Родина наша ныне голодна и бедна.
      Долгом правительства является создать спокойную и твердую уверенность земледельческого населения в том, что урожай будет принадлежать тем, кто сейчас пользуется землей, кто ее запахал и засеял.
      Правительство заявляет поэтому, что все, в чьем пользовании земля сейчас находится, все, кто ее засеял и обработал, хотя бы не был ни собственником, ни арендатором, имеют право собрать урожай.
      Вместе с тем правительство примет меры для обеспечения безземельных и малоземельных крестьян и на будущее время, воспользовавшись в первую очередь частновладельческой и казенной землей, уже перешедшей в фактическое обладание крестьян. Земли же, которые обрабатывались исключительно или преимущественно силами семьи владельцев, — земли хуторян, отрубников и укрепленцев — подлежат возвращению их законным владельцам.
      Принимаемые меры имеют целью удовлетворить неотложные земельные нужды трудящегося населения деревни.
      В окончательном же виде вековой земельный вопрос будет решен Национальным собранием.
      Стремясь обеспечить крестьян землей на началах законных и справедливых, правительство с полной решительностью заявляет, что впредь никакие самовольные захваты ни казенных, ни общественных, ни частновладельческих земель /517/ допускаться не будут, и все нарушители чужих земельных нрав будут предаваться законному’ суду.
      Законодательные акты об упорядочении земельных отношений, о порядке временного использования захваченных земель, последующем справедливом распределении их и, наконец, об условиях вознаграждения прежних владельцев последуют в ближайшее время.
      Общею целью этих законов будет передача земель нетрудового пользования трудовому населению, широкое содействие развитию мелких трудовых хозяйств без различия того, будут ли они построены на началах личного или общинного землевладения.
      Содействуя переходу земель в руки трудовых крестьянских хозяйств, правительство будет широко открывать возможность приобретения этих земель в полную собственность.
      Правительство совершает этот ответственный и полный глубокого исторического значения шаг, исходя из непреклонного убеждения, что только такой решительной мерой можно возродить, укрепить и обеспечить благосостояние многомиллионного русского крестьянства, а благосостояние крестьянства есть та здоровая и прочная основа, на которой поставлена будет твердыня обновленной свободной и цветущей России».
      [Слушали:] II. Представление министра земледелия от 5 апреля с. г. за 331 об утверждении основных положений направления аграрной политики правительства.
      [Постановили: II.] Ввиду того, что основные положения направления аграрной политики правительства выражены в только что принятой Советом министров «Декларации Российского правительства», обсуждение представленной министром земледелия записки «О направлении аграрной политики правительства» снять, поручив министру земледелия разработать и внести на рассмотрение Совета министров следующие законопроекты:
      1) о восстановлении землеустроительных действий;
      2) о допущении частной купли-продажи земли под контролем государственной власти с запрещением лишь сделок, усиливающих крупное землевладение за счет мелкого, с поощрением обратных сделок, превращающих крупное владение в ряд мелких;
      3) о предоставлении государственному Крестьянскому земельному банку права преимущественной покупки земли и права принудительного отчуждения крупных земельных владений и
      4) об основаниях вознаграждения за отчужденные земли прежних владельцев.
      [Слушали:] III. Представление министра земледелия от 4 апреля с. г. за № 3101 об утверждении проекта «Правил о порядке производства и сбора посевов в 1919 году в местностях, освобожденных от советской власти».
      [Постановили: III.] 1. Утвердить представленный министром земледелия проект «Правил о порядке производства и сбора посевов в 1919 году в местностях, освобожденных от советской власти» со следующими изменениями и дополнениями: /518/
      а) придать представленному министром земледелия проекту «Правил» следующее наименование: «Правила о порядке производства и сбора посевов в 1919 году на землях, не принадлежащих посевщикам»;
      б) в ст. 3-й слова «не позднее 1 мая» заменить словами «не позднее 15 мая»;
      в) в ст. 4-й конечные слова «причем соблюдаются нижеследующие условия» и содержание лит[ер] «а» и «б» исключить;
      г) ст. 6-ю изменить, изложив в ней, что пользователи землей на основании сих правил, кроме общих налогов и поземельных сборов, должны вносить в депозит уездных по земельным делам советов особый поземельный сбор за пользование землей, размер которого устанавливается для каждого уезда подлежащим уездным по земельным делам советом;
      д)    ст. 9-ю «Правил» исключить, поручив министру земледелия включить выраженное в ней положение в представленный Совету министров проект «Положения об обращении во временное распоряжение государства земель, вышедших из обладания их владельцев»;
      е)    оговорить, что все указанные в «Правилах» сроки считаются по новому стилю.
      2.    Означенные «Правила» ввести в действие по телеграфу до распубликова-ния их Правительствующим сенатом.
      3.    Поручить окончательную редакцию «Правил о порядке производства и сбора посевов в 1919 году на землях, не принадлежащих посевщикам» управлению делами Верховного правителя и Совета министров совместно с представителем от министерства земледелия.
      4.    Поручить министру земледелия выработать проект постановления об учете земель засеянных и незасеянных. /519/

      Журнал № 77 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск]    11 апреля 1919 г.
      ...
      [Слушали:] 111. Представление министра юстиции от 19 марта с г № 433/245 об утверждении проектов постановлений
      1)    о лицах, опасных для государственного порядка вследствие прикосновенности их к бунту, начатому в октябре 1917 года, и об учреждении окружных следственных комиссий,
      2)    о подчинении некоторых преступных деяний, совершенных в целях осуществления бунта, начатого в октябре 1917 года против власти Временного правительства государства российского, ведению военных судов.
      [Постановили: III.] А. В [о] изменение соответствующей части 25 статьи «Положения о лицах, опасных для государственного порядка вследствие прикосновенности их к бунту, начатому в октябре 1917 года», дополнить ее указанием, что лица, подвергнутые ссылке, могут в указанных в сей статье случаях ходатайствовать о пересмотре их дел, обращаясь с сими ходатайствами к подлежащем)’ управляющему губернией (областью).
      Б. 1. Постановления Западно-Сибирского комиссариата Временного Сибирского правительства от 20 июня 1918 года (Собр[ание] узак[онений,] № 1 от 28 июня 1918 г., ст. 17), Временного Сибирского правительства от 6 августа 1918 года (Собр[ание] узак[онений,] №7 от 24 августа 1918 г., ст. 73) о следственных комиссиях, а равно постановление Временного Сибирского правительства от 3-го августа 1918 года (Собр[ание] узаконений,] № 7 от 24-го августа 1918 года, ст. 68) об определении судьбы бывших представителей советской власти в Сибири и постановления Совета министров Российского правительства от 17 декабря 1918 года о продлении срока содержания заключенных следственными комиссиями до 1 октября 1919 года и от 31 января 1919 года об изменении статьи 7 постановления о следственных комиссиях по открытии окружных следственных комиссий отменить.
      2.    Утвердить прилагаемое при сем положение о лицах, опасных для государственного порядка вследствие прикосновенности их к большевистскому бунту.
      3.    Временно учредить на нижеизложенных основаниях в городах, где имеются окружные суды, окружные следственные комиссии, подчинив их ведению министра внутренних дел, и предоставить последнему право как открывать таковые комиссии и отделения их там, где он признает это необходимым, так и закрывать их:
      1)    В состав комиссии входят председатель на правах помощника управляющего губернией (областью), назначаемый министром внутренних дел, и три члена: два лица, назначаемые министром юстиции, и один — штаб-офицер по назначению командующего войсками того военного округа, где находится окружная следственная комиссия.
      2)    Указанный выше состав окружной следственной комиссии образует одно отделение; в случае же надобности в той же окружной следственной комиссии могут быть образованы и новые отделения с тем расчетом, чтобы в каждом было два лица, назначенные министром юстиции, один штаб-офицер и одно лицо, назначаемое по совместному представлению управляющего губернией и председателя окружной следственной комиссии министром внутренних дел преимущественно из кандидатов, избранных для того губернским земским собранием и го-/540/-
      родскою думою города, где находится окружная следственная комиссия, из лиц с высшим юридическим образованием, если такие избрания будут произведены.
      3)    Одним из отделений окружной следственной комиссии заведует председатель комиссии, а заведование прочими отделениями возлагается управляющим губернией на членов отделения комиссии.
      4)    За всеми должностными лицами в случае их командирования в окружные следственные комиссии сохраняются занимаемые ими должности на все время их командировки.
      5)    Секретарь и помощники назначаются управляющим губернией по представлению председателя окружной следственной комиссии. Секретарь и его помощники состоят на государственной службе по министерству внутренних дел, равно как и прочие чины канцелярии согласно прилагаемым при сем штатам.
      6)    Все расходы по окружным следственным комиссиям как по выдаче жалованья председателю, членам комиссии и чинам канцелярии, так и на командировки их, а равно на наем и оборудование помещений для комиссий, отопление, освещение, канцелярские расходы и проч., относятся к смете министерства внутренних дел и производятся по представлениям о том управляющих губерниями и ассигнуются в общем сметном порядке.
      7)    Окружные следственные комиссии имеют свою печать и пользуются правом бесплатной пересылки почтовых отправлений.
      8)    Каждая окружная следственная комиссия распространяет свои действия на весь округ, подведомственный местному окружному суду.
      9)    Окружные следственные комиссии в случае надобности имеют право делать выездные сессии для рассмотрения дознаний и открывать в потребных случаях с разрешения министра внутренних дел постоянные отделения в одном или нескольких пунктах своего округа.
      IV.    Предоставить министру внутренних дел определять по отдельным губерниям (областям) сроки учреждения окружных следственных комиссий с передачею им дел из следственных комиссий согласно инструкции, выработанной министерством внутренних дел, по истечении каковых сроков следственные комиссии, действующие в силу постановлений Западно-Сибирского комиссариата от 20 июня 1918 года и Временного Сибирского правительства от 6-го августа 1918 года, считать упраздненными.
      V.    Утвердить приложенные к представлению министра юстиции штаты служащих окружных следственных комиссий.
      VI.    Служащих следственных комиссий, если они не получат новых назначений, уволить от службы на общих основаниях без выдачи заштатного содержания.
      VII.    Дела о[бо] всех лицах, задержанных до суда [Всероссийского] Учредительного собрания, передать на рассмотрение и решение окружных следственных комиссий.
      VIII.    Временно учредить в ведомстве министерства внутренних дел должности уполномоченных министерства внутренних дел по государственной охране на следующих основаниях:
      1)    Уполномоченные учреждаются для производства дознаний о лицах, опасных для государственного порядка вследствие прикосновенности их к большевистскому бунту. /541/
      2)    Обязанности уполномоченных возлагаются на помощников начальника губернских управлений государственной охраны, для чего штаты каждою губернского управления государственной охраны временно могуч быть, по усмотрению уполномоченного, увеличиваемы до пятнадцати должностей помощников начальников сих управлений, причем министру внутренних дел предоставляется право командировать помощников начальников губернских управлений, па которых возложена обязанность уполномоченных, из одного губернского управления в другое при встретившейся в том надобности.
      3)    Все расходы по содержанию уполномоченных относятся к смете минстеирсгва внутренних дел и ассигнуются в общем сметном порядке.
      IX.    Всех лиц, содержащихся под стражей и числящихся за следственными комиссиями, с момента упразднения сих комиссий перечислить за окружными следственными комиссиями.
      X.    Оконченные дела следственных комиссий передаются на хранение в подлежащие окружные следственные комиссии.
      XI.    Срок введения в действие «Положения о лицах, опасных д\я государственного порядка вследствие прикосновенности их к бунту, начатому в октябре 1917 года», поручить министру внутренних дел.
      В. 1) Передать представленный министром юстиции проект постановления «О подчинении некоторых преступных деяний, совершенных в целях осуществления бунта» в комиссию из представителей от министерств военного, внутренних дел и юстиции и от Главного штаба Верховного главнокомандующего, поручив ей переработать представленный законопроект в смысле создания особого типа суда, скорого по отправлению дел и в составе лиц, опытных в отправлении правосудия, каковой суд наиболее бы соответствовал работе по рассмотрению большого количества дел о бунте.
      2)    Применять в определении видов наказания бланкетную систему.
      3)    Признать, что вышеуказанные суды должны находиться в ведении гражданской власти. /542/
      [Слушали:] Представление управляющего морским министерством от 1-го апреля с г. за № 165 о замене статей 89 и 891 кн. ХVI Св[ода] м[орских] п[остановлений] по прод[олжению] 1916 г. статьей 89 в новой редакции.
      [Постановили: VII] 1. Взамен статей 89 и 891 книги XYI Св[ода] м[орских] п[остановлений] по пред[олжению] 1916 года ввести в действие ст. 89 и примечание к ней той же книги в следующей редакции:
      «89. В военное время на театре военных действии, когда какие-либо преступления или проступки чрезмерно увеличиваются, командующему флотом, командующему морскими силами и морским начальникам, пользующимся равною с ними властью, разрешается усиливать временно строгость наказаний, в законе положенных, до смертной казни исключительно, объявляя о том предварительно во всеобщее сведение с одновременным донесением по телеграфу в порядке подчиненности Верховному правителю о принятых ими мерах и о причинах их настоятельности.
      Сим же лицам и с соблюдением тех же условий присваивается право в тех случаях, котла вследствие военных обстоятельств или во время возмущения для обшей безопасности приняты будут особые меры предосторожности, за нарушение оных устанавливать наказания до смертной казни включительно с тем, чтобы наложение таковых наказании производилось по приговорам судов особой комиссии или военно-морских полевых судов. /543/
      Примечание: Означенное в сей статье право принадлежит исключительно должностным лицам, в статье поименованным, и не может быть ими передаваемо другим должностным лицам».
      2. Настоящее постановление ввести в действие до распубликования его Правительствующим сенатом. /544/

      Журнал № 77 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск]    28 апреля 1919 г.
      ...
      Постановили: 1. |1.] а) Отпустить в распоряжение министра путей сообщения для выдачи ссуд на заготовку предметов продовольствия и первой необходимости для служащих и рабочих железных дорог суммы, размер которых должен быть срочно намечен Совещанием по финансированию 29 апреля.
      б)    Предоставить министру продовольствия и снабжения отпускать в кредит министерству путей сообщения через начальников железных дорог необходимые для железнодорожных служащих и рабочих товары.
      в)    Признать необходимым образование в составе министерства путей сообщения постоянной организации по снабжению служащих и рабочих железных дорог продовольствием и предметами первой необходимости.
      2.    Признать полезной и целесоответственной сдельную систему оплаты труда мастеровых и рабочих, предложив министерству путей сообщения усилить меры к регулированию и исправлению отдельных сдельных цен с целью наибольшего соответствия их местным условиям работ.
      3.    Поручить военному министру принять меры к возможному усилению охраны Томской ж[елезной] д[ороги].
      4.    Поручить военному министру принять меры к прекращению бесчинств, творимых начальниками отдельных отрядов на жел[езной] дор[оге].
      5.    а) Ввиду крайних затруднений, вносимых в железнодорожное движение непланомерным передвижением, распределением и использованием санитарных поездов, признать необходимым образовать самым спешным образом центральный орган для руководства эвакуацией больных и раненных воинов, устройством, содержанием и передвижением санитарных поездов и
      6) Поручить военному министру срочно выработать и представить Совету министров проект учреждения и работы такого органа.
      [Слушали:] II. Представление управляющего министерством внутренних дел о разрешении вопроса об отношении правительства к празднованию рабочими 1-го мая.
      [.Постановили: И.] Не объявляя день 1 мая днем праздничным, признать, что не явившиеся в этот день на работу не должны преследоваться в дисциплинарном порядке, и оплата за работу в этот день должна быть произведена как в праздничный**.
      Председатель Совета министров Петр Вологодский.
      Член Совета министров Г. Гинс.
      Министр финансов И. Михайлов.
      Министр юстиции С. Старынкевич.
      Военный министр генерал-майор Степанов.
      Министр земледелия Н. Петров.
      Министр народного просвещения В. Сапожников.
      Государственный контролер Г. Краснов.
      Управляющий делами Верховного правителя и Совета министров [подпись отсутствует].
      Управляющий министерством внутренних дел [подпись отсутствует].
      Управляющий министерством труда. Л. Шумиловский.
      Временно управляющий министерством торговли и промышленности Ф. Томашевский. /593/

      Журнал № 87 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск]    11 апреля 1919 г.
      ...
      [Слушали:] II. Представление управляющего делами Верховного правителя и Совета министров об утверждении проекта постановления о всеобщей гражданской трудовой повинности.
      [Постановили: II.] 1. Для обеспечения учреждений правительственных и общественных, а равно предприятий государственно-необходимых лицами интел-/596/-лигентного и технического труда Российское правительство па время чрезвычайных обстоятельств объявляет всеобщую гражданскую трудовую повинность ил следующих основаниях:
      1)    Всеобщая гражданская трудовая повинность заключается в обязательной службе в учреждениях правительственных и общественных.
      2)    Всеобщей гражданской трудовой повинное! и подлежат российские граждане обоего пола интеллигентного п техническом» труда в возрасте от 18 до 55 лет, за исключением лиц:
      а)    присужденных к наказаниям, соединенным с лишением или ограничением прав состояния, либо с исключением из службы,
      б)    осужденных за кражу, мошенничество, присвоение вверенном» имущества, укрывательство похищенного, покупку и принятие в заклад заведомо краденною в виде промысла или полученною через обман имущества, за подлог, ростовщичество, лихоимство, сводничество, за тайное изготовление и продажу' спиртных напитков или за уклонение от воинской повинности,
      в)    состоящих иод судом или следствием по обвинению в вышеуказанных преступлениях и
      г)    содержащихся под стражей или отбывших таковое содержание но постановлениям следственных комиссий за противогосударственную деятельность.
      3)    Очереди призыва, сроки и условия службы, категории призываемых и изъятия как по состоянию здоровья и телесным недостаткам, так и по службе в предприятиях государственно-необходимых устанавливаются каждый раз в законодательном порядке.
      4)    При возникновении надобности в обеспечении лицами интеллигентного или технического труда учреждений правительственных или общественных начальники ведомств входят с представлениями в Совет министров о необходимости призыва соответствующей категории лиц, а равно и с представлениями о признании частных предприятий государственно-необходимыми и об обеспечении их необходимым персоналом.
      5)    Предварительная разработка законодательных предположений о призыве (ст. 4), принятие подготовительных мер к призыву, производство дел и веление общего списка призываемых, общее руководство призывом и сообщение сведений и списков принятых на учет подлежащим ведомствам, сообразно заявленным требованиям, возлагается на управление делами Верховного правителя и Совета министров, которое случаи сомнительные и спорные вносит на рассмотрение междуведомственной комиссии, состоящей под председательством помощника управляющего из представителей всех ведомств.
      6)    Призванные по всеобщей гражданской трудовой повинности лица разделяются на два разряда: а) состоящих на учете и б) отбывающих гражданскую трудовую повинность.
      7)    От отбывания гражданской трудовой повинности освобождаются лица, признанные по состоянию своего здоровья к службе, указанной в акте о призыве, негодными.
      8)    Не призываются к отбыванию военно-гражданской трудовой повинности:
      а)    лица, призванные к отбыванию воинской повинности, состоящие на действительной военной и военно-морской службе /597/
      б) женщины, 1) на обязанности коих лежит воспитание несовершеннолетних детей, не достигших 16 лет, и 2) мужья коих отбывают военную или гражданскую трудовую повинность или состоят добровольцами в армии или флоте.
      9)    По объявлении призыва все граждане, до коих призыв относится, обязаны сообщить себе учреждению, ведающему учетом на месте, все сведения, перечисленные в призывной карточке.
      Примечание: Срок для дачи этих сведении, а также те учреждения, на кои возлагается обязанность учета на местах и определение пригодности по состоянию здоровья, устанавливаются в постановлении о призыве.
      10)    Постановления и распоряжения учреждений, ведающих учет[ом] на местах, и определение пригодности по состоянию здоровья могуб быть обжалованы административному судье.
      11)    В призывной карточке сообщаются следующие сведения.
      а)    имя, отчество и фамилия,
      б)    год рождения или возраст,
      в)    местожительство,
      г)    семейное положение,
      д)    особые телесные недостатки,
      е)    степень и род образования,
      ж)    род службы, занятия и профессия,
      з)    размер получаемого содержания и заработка,
      и)    отношение к отбыванию воинской и гражданской трудовой повинности,
      к)    другие сведения, устанавливаемые в актах о призыве.
      12)    Призывная карточка заполняется в двух экземплярах, подписываемых призываемым; на паспорте или ином удостоверении личности призываемого делается пометка о явке к учету.
      13)    Принятые на учет обязаны уведомлять местное учреждение, ведающее учетом, о перемене своего местожительства.
      14)    Не позже семи дней от окончания срока учета все призывные карточки в одном экземпляре отсылаются в инспекторское отделение управления делами Верховного правителя и Совета министров, а вторые экземпляры остаются на хранении в учреждениях, ведающих учет[ом] на местах.
      15)    Состоящие в момент объявления призыва на службе в каком-либо правительственном или общественном учреждении считаются отбывающими военную и гражданскую трудовую повинность службой в том самом учреждении с момента призыва, не освобождаясь от обязанностей, установленных ст. 9,11 и 12; в случае прекращения деятельности этого учреждения они переходят в положение состоящих на учете.
      Примечание: Переход служащих из одного учреждения на службу в другое совершается по правилам Устава о службе гражданской и дополнительных узаконений.
      16)    Занимающие две или более должностей в учреждениях правительственных или общественных вправе указать ту должность, по которой они должны считаться отбывающими гражданскую трудовую повинность, о чем обязаны заявить в срок, указанный в примечании к ст. 9 сего постановления. /598/
      17) Священнослужители всех вероисповеданий, состоявшие на службе приходов и религиозных общин, настоятели и наставки старообрядческих общин, а равно законо- и вероучители во время учебных занятий считаются исполняющими государственно-необходимые обязанности и освобождаются от учета (ст. 9, 11 12).
      Остальные священнослужители могут быть привлекаемы к службе, соответствующей их назначению, по предварительному сношению с подлежащею церковною властью.
      Монашествующие (постриженные) могут быть привлекаемы к соответствующей их обетам службе в пределах монастырскою общежития, а вне этих пределов — по сношению с церковною властью.
      18)    Определение на службу состоящих на учете сообразно их положению, степени образования и технических познаний возлагается на начальников подлежащих ведомств по их усмотрению согласно правилам определения на должности и увольнения от них (Собр[ания] узак[онений] и расп[оряжений] правительства,) № 63, 1917 т., со 369), и призываемые признаются отбывающими гражданскую трудовую повинность с момента определения их на службу.
      19)    Отбывающие гражданскую трудовую повинность службой в правительственных или общественных учреждениях подчиняются в прохождении службы правилам Устава о службе гражданской и дополнительных узаконений.
      20)    Надзор за правильностью и своевременностью оплаты груда состоящих па службе по выборам и назначению в юродских и земских учреждениях возлагается па министерство внутренних дел.
      21)    В случае неполучения в течение недельного срока вознаграждения липами, отбывающими трудовую гражданскую повинность в общественных учреждениях, эти лица освобождаются от несения повинности в данном учреждении и вновь поступают на учет.
      22)    Отбывающие гражданскую трудовую повинность не могут быть уволены от занимаемых ими должностей или освобождены от возложенных на них обязанностей по одностороннему их о том заявлению.
      Примечание: Означенное правило не применяется к главным начальникам ведомств, их товарищам и помощникам.
      23)    Состоящие в момент объявления призыва на службе в правительственных или общественных учреждениях увольняются, в случае их о том ходатайства, от занимаемых ими должностей по состоянию своего здоровья (ст. 7) и по условиям, означенным в ст. 8 п[ункта] «б» в порядке, предусмотренном примечанием к ст. 9 сего постановления.
      24)    Виновные в неисполнении требований об учете, в сообщении о себе заведомо неправильных сведений, перечисленных в призывной карточке, и в уклонении от отбивания всеобщей гражданской трудовой повинности в должностях, им для сего назначенных, подвергаются тюремному заключению до шести месяцев или аресту до трех месяцев или штрафу до двух тысяч рублей.
      25)    В случае призыва лица, отбывающего гражданскую трудовую повинность, к отбыванию воинской повинности или поступления его на военную и военно-морскую службу добровольцем он освобождается от первой из сих повинностей, а в случае признания его негодным к отбыванию воинской повинности, он возвращается к отбыванию гражданской трудовой повинности. /599/
      2. Поручить управлению делами Верховною правителя и Совета министров окончательное редактирование законопроекта о всеобщей трудовой гражданской повинности, а также выработку вводного декларативного к нему обращения с указанием мотивов, побудивших правительство издать указанный закон, после чете: внести законопроект о всеобщей трудовой гражданской повинности на утверждение Совета министров. /600/

      Журнал № 113 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск]    1 мая 1919 г.
      ...
      [Слушали:] XII. Представление управляющего морским министерством от 1 апреля с. г. за № 164 о дополнении Уложения о наказаниях уголовных и исправительных статьями 5203 и 5204.
      [Постановили: XII.] 1. Дополнить Уложение о наказаниях уголовных и исправительных статьями 5203—520* следующего содержания:
      «5203. Виновный в том, что, состоя на государственной или общественной службе, выдал лицу, поступающему добровольцем в армию или во флот, удостоверение, в коем скрыл известные ему обстоятельства прикосновенности того лица к деятельности советской власти или к участию в иных преступных деяниях, наказывается заключением в тюрьме или крепости на время от четырех до восьми месяцев.
      Сие наказание возвышается одной или двумя степенями, когда деяние это учинено по должности, а когда сие учинено по должности из корыстных видов, то виновный приговаривается к наказанию, положенному в статье 373 Уложения о наказаниях.
      Если же удостоверение с несогласными с действительностью сведениями было выдано без всякого противозаконного намерения, а по одной неосмотрительности, то виновный наказывается: если деяние совершено по должности — заключением в крепости на время от четырех месяцев и удалением от должности, а если сие учинено не по должности — аресту на время от одного до трех месяцев.
      5204. Виновный в представлении при поступлении добровольцем в армию или во флот подложного свидетельства или свидетельства, содержащего заведомо не соответствующие действительности сведения о своей прежней деятельности, наказывается заключением в тюрьме на время от восьми месяцев до одного года и четырех месяцев с лишением некоторых по ст. 50 Уложения о наказаниях особенных прав и преимуществ».
      2. Настоящее постановление ввести в действие до распубликования его Правительствующим сенатом. /617/

      Журнал № 117 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск]    6 мая 1919 г.
      ...
      [Слушали:] IX. Представленный управлением делами Верховного правителя и Совета министров в окончательной редакции проект постановления Совета министров о всеобщей гражданской трудовой повинности.
      [Пошановили: IX.] Утвердить проект постановления Совета министров о всеобщей гражданской трудовой повинности в следующей редакции:
      Постановление Совета министров о всеобщей гражданской трудовой повинности.
      Законодательными актами [от] 4 марта и 3 апреля 1919 года все молодые интеллигентные силы страны были призваны в ряды войск для вооруженной борьбы с большевизмом.
      Ныне, исходя из убеждения, что и на поприще службы гражданской и общественной каждый гражданин обязан в настоящий решительный час, требующий напряжения всех сил государства, отдать свои знания, силы и опыт великому делу возрождения Родины, Совет министров в качестве меры временной и чрезвычайной постановил объявить всеобщую гражданскую трудовую повинность на следующих основаниях:
      1)    Всеобщая гражданская трудовая повинность заключается в обязательной службе в учреждениях правительственных, земских и городских.
      2)    Всеобщей гражданской трудовой повинности подлежат российские граждане обоего пола интеллигентных профессий или технического образования в возрасте от 18 до 55 лет, за исключением:
      а)    присужденных к наказаниям, соединенным с лишением или ограничением прав состояния либо с исключением из службы;
      б)    осужденных за кражу, мошенничество, присвоение вверенного имущества, укрывательство похищенного, покупку и принятие в заклад заведомо краденного в виде промысла или полученного через обман имущества, за подлог, ростовщи-/637/-чество, лихоимство, сводничество, за тайное изготовление и пролажу спиртных напитков или за уклонение от воинской повинности;
      в)    состоящих пол судом или следствием по обвинению в вышеуказанных преступлениях (пункты «а» и «6») и
      г)    содержащихся под стражей или отбывших таковое содержание по постановлениям следственных* комиссий за противогосударственную деятельность.
      3)    Очереди призыва, сроки и условия службы, категории призываемых и изъятия как но состоянию здоровья и телесных недостатков, так и но службе в государственно-необходимых предприятиях устанавливаются каждый раз в законодательном порядке.
      4)    При возникновении надобности в обеспечении лицами интеллигентных профессий или технического образования учреждений правительственных, земских и городских и невозможности комплектования их иным способом начальники ведомств входят с представлениями в Совет министров о необходимости призыва соответствующей категории лиц.
      5)    Предварительная разработка законодательных предположений о призыве (ст. 4), принятие подготовительных мер к призыву, производство дел и веление общего списка призываемых, общее руководство призывом и сообщение сведений и списков принятых на учет подлежащим ведомством, сообразно заявленным требованиям, возлагается на управление делами Верховного правителя и Совета министров, которое случаи сомнительные и спорные вносит на рассмотрение междуведомствен!гай комиссии, состоящей иод прслссдатсльством помощника управляющего из представителей всех ведомств.
      6)    Призванные по всеобщей гражданской трудовой повинности лица разделяются на два разряда:
      а) состоящих на учете и б) отбывающих гражданскую трудовую повинность.
      7)    От отбывания гражданской трудовой повинности освобождаются лица, признанные по состоянию здоровья к службе, указанной в акте о призыве, негодными.
      8)    Не призываются к отбыванию всеобщей гражданской трудовой повинности.
      а)    лица, призванные к отбыванию воинской повинности или состоящие на действительной военной или военно-морской службе,
      б)    женщины, 1) на обязанности коих лежит воспитание несовершеннолетних детей, не достигших 16 лет, и 2) мужья коих отбывают воинскую и гражданскую трудовую повинность или состоят добровольцами в армии и флоте.
      9)    По объявлении призыва все граждане, до коих призыв относится, обязаны сообщить о себе учреждению, ведающему учетом на месте, все сведения, перечисленные в призывной карточке.
      Примечание: Срок для дачи этих сведений, а также те учреждения, на кои возлагается обязанность учета на местах и определение пригодности по состоянию здоровья, устанавливаются в постановлении о призыве.
      10)    Постановления и распоряжения учреждений, ведающих учетом на местах, и определение пригодности по состоянию здоровья могут быть обжалованы административному судье.
      11) В призывной карточке сообщаются следующие сведения:
      а) имя, отчество и фамилия, /638/
      б)    год рождения или возраст,
      в)    местожительство,
      г)    семейное положение,
      д) особые телесные недостатки,
      е)    степень и род образования,
      ж)    род службы, занятия и профессия,
      з)    размер получаемого содержания и заработка,
      и)    отношение к отбыванию воинской и гражданской трудовой повинности,
      к)    другие сведения, устанавливаемые в актах о призыве.
      12)    Призывная карточка заполняется в двух экземплярах, подписываемых призываемым; на паспорте или ином удостоверении личности призываемого делается пометка о явке к учету.
      13)    Принятые на учет обязаны уведомлять местное учреждение, ведающее учетом, о перемене своего местожительства.
      14)    Не позже семи дней от окончания срока учета все призывные карточки в одном экземпляре отсылаются в инспекторское отделение управления делами Верховною правителя и Совета министров, а вторые экземпляры остаются на хранении в учреждениях, ведающих учет[ом] на местах.
      15)    Состоящие в момент объявления призыва на службе в учреждениях правительственных, земских и городских по назначению или но выборам считаются отбывающими всеобщую гражданскую трудовую повинность службой в том самом учреждении с момента призыва, нс освобождаясь от обязанностей, установленных статьями 9, 11 и 12; в случае прекращения деятельности этого учреждения они переходят в положение состоящих на учете.
      16)    Занимающие две или более должностей в учреждениях правительственных, земских и юродских вправе указать ту должность, но которой они должны считаться отбывающими гражданскую трудовую повинность, о чем обязаны заявить в срок, указанный в примечании к статье 9 сею постановления.
      17)    Священнослужители всех вероисповеданий, состоящие на службе приходов и религиозных общин, наставники и настоятели старообрядческих общин, а равно законо- и вероучители во время учебных занятий считаются исполняющими государственно-необходимые обязанности и освобождаются от учета. Остальные священнослужители могут быть привлекаемы к службе, соответствующей их назначению, по предварительному соглашению с подлежащей церковной властью.
      Монашествующие (постриженные) могут быть привлекаемы к соответствующей обетам службе в пределах монастырского общежития, а вне этих пределов — по сношению с церковной властью.
      18)    Определение на службу состоящих на учете сообразно их положению, степени образования и технических познаний возлагается на начальников подлежащих ведомств по их усмотрению согласно правил определения на должности и увольнения от них, и призываемые признаются отбывающими гражданскую трудовую повинность с момента определения их на службу.
      19)    Отбывающие гражданскую трудовую повинность службой в правительственных, земских и городских учреждениях подчиняются в прохождении службы правилам Устава о службе гражданской и дополнительных узаконений. /639/
      20)    Надзор за правильностью и своевременностью оплаты труда назначенных на службу в городских и земских учреждениях возлагается на министерство внутренних дел.
      21)    В случае просрочки свыше семи дней в уплате вознаграждения лицам, отбывающим гражданскую трудовую повинность в земских и городских учреждениях, эти лица освобождаются от службы в данных учреждениях и вновь поступают на учет.
      22)    Отбывающие гражданскую трудовую повинность не могут быть уволены от занимаемых ими должностей или освобождены от возложенных на них обязанностей по одност ороннему их о том заявлению.
      Примечание: Означенное правило не применяется к главным начальникам ведомств, их товарищам и помощникам.
      23)    Состоящие в момент объявления призыва на службе в правительственных, земских и городских учреждениях увольняются в случае их о том ходатайства от занимаемых ими должностей по состоянию своего здоровья (сг. 7) и по условиям, означенным в статье 8, в пункте «б» в порядке, предусмотренном примечанием к статье 9 сего постановления.
      24)    Виновные в неисполнении требований об учете в сообщении о себе заведомо неправильных сведений, перечисленных в призывной карточке, и в уклонении от отбывания всеобщей гражданской трудовой повинности в должностях, им для сего назначенных, подвергаются тюремному заключению до шести месяцев или аресту до трех месяцев или штрафу до двух тысяч рублей.
      25)    В случае призыва лица, отбывающего гражданскую трудовую повинность, к отбыванию воинской повинности или поступления его на военную и военно-морскую службу добровольцем он освобождается от первой из сих повинностей, а в случае признания его негодным к отбыванию воинской повинности он возвращается к отбыванию гражданской трудовой повинности. /640/

      Журнал № 121 заседания Совета министров Российского правительства
      [г. Омск]    9 мая 1919 г.
      ...
      Слушали: I. Представление министра труда от 15 апреля с. г. за № 919/2393 об изменении и дополнении действующих узаконений о порядке прекращения и изменения договора найма рабочих в промышленных предприятиях на срок неопределенный и об установлении особого вознаграждения для работающих при отдельных случаях прекращения договора.
      Постановили: I. 11.] Произвести в Уставе о промышленном труде (Св[од| зак[()но»|, т[ом] XI, ч[асть] 2, разд[ел] II, по прод[олжению] 1913 г.) нижеследующие изменения и дополнения:
      1)    Статью 42, примечание к статье 52 и статью 55 Устава о промышленном труде изложить следующим образом:
      Ст. 42. Наем рабочих и служащих во всех принадлежащих государству, земствам, обществам, товариществам и частным лицам, ремесленным, фабрично-заводским, горным, горнозаводским, торговым, промышленным, железнодорожным, судоходным но внутренним водам (по рекам, каналам, внутренним морям и озерам), трамвайным, строительным, частным, страховым и кредитным предприя-/655/-тиям совершается на основаниях общих постановлений о временном найме с дополнениями, изложенными в нижеследующих статьях.
      Примечание 3:1 правила, в сей первой главе [в] отделении первом изложенные имеют силу для всех без различия пола и возраста рабочих и лиц, служащих по найму в предприятиях, означенных в статье 42, за исключением рабочих и служащих железнодорожных предприятий общего пользования.
      Примечание к статье 5: При отказе от договора, исходящем от предприятия в порядке сей статьи, последнее обязано предоставить рабочему время на приискние новой работы в общей сложности не менее двадцати четырех рабочих часов с тем, чтобы выбор рабочих дней или часов производился по соглашению рабочего с предприятием.
      Статья 55. Рабочий, не получивший в срок причитающейся ему платы не по собственной своей вине, имеет право требовать судебным порядком расторжения заключенного с ним договора. По законному на сем основании, в течение месяца, иску рабочего, если просьба его будет признана уважительною, в его пользу присуждается, сверх должной ему предпринимателем суммы, особое вознаграждение в размере: при срочном договоре — не превышающем двухмесячного его заработка, при договоре на срок неопределенный — двухнедельного заработка при пребывании рабочего в предприятии менее шести месяцев, четырехнедельного заработка — при пребывании рабочего в предприятии от шести месяцев до одного года и шестинедельного заработка — при пребывании рабочего в предприятии свыше одного года.
      2)    Дополнить Устав о промышленном труде статьей 611 следующего содержания:
      Статья 61. В случаях прекращения работодателем договора о найме на срок неопределенный по основаниям, указанным в пункте 4 статьи 61, таковой обязан выдать увольняемому вознаграждение в размере двухнедельного заработка рабочим, пробывшим в предприятии на работах от шести месяцев до одного года и в размере месячного заработка рабочим, пробывшим на работах более одного года.
      Примечание: Установленное настоящей статьей вознаграждение выдается из расчета среднего дневного заработка увольняемого в течение последних шести недель, причем в состав заработка включаются получаемые увольняемым or предприятия все виды довольствия натурой, исчисляемые по действительной их стоимости.
      2.    Настоящее постановление ввести в действие до обнародования его Правительствующим сенатом.
      [Слушали:] II. Представление министра юстиции от 30 апреля с. г. за № 788/347 об изменении редакции 129 статьи Уголовного уложения.
      [Постановили: II.] 1. В[о] изменение и дополнение статьи 129 Уголовного уложения (т[ом] XV, изл[анис] 1909 г.) и в отмену законов от 6 и 19 июля 1917 гола (Собр[ание] узаконений] за 1917 г., № № 201, 222, сг. сг. 1243 и 1508) статью 129 Уголовного уложения изложить в следующей редакции:
      «Виновный в произнесении или чтении публичной речи, или сочинения или в распространении, или публичном выставлении сочинения, или |н] изложении возбуждающих:
      1) к учинению бунтовщического или изменнического деяния; /656/
      2)    к насильственному изменению существующего в государстве общественного строя;
      3)    к неповиновению или противодействию закону, или обязательному постановлению, или законному распоряжению власти;
      4)    к убийству, разбою, грабежу, погромам и другим тяжким, кроме указанных выше, преступлениям, а также к насилию над какой-либо частью населения;
      5)    к нарушению воинскими чинами обязанностей военной службы;
      6)    к неисполнению железнодорожными служащими, мастеровыми и рабочими законов или законных распоряжений власти, касающихся железнодорожной службы;
      7)    к отказу или уклонению от исполнения воинской повинности;
      8)    вражду между отдельными частями или классами населения, или между хозяевами и рабочими — наказывается:
      за возбуждение пунктами первым, вторым, четвертым, пятым, шестым и седьмым сей статьей предусмотренное — срочной каторгой или заключением в исправительном доме на срок не ниже трех лет,
      за возбуждение пунктами третьим и восьмым сей статьи предусмотренное — заключением в исправительном доме на срок не свыше трех лет или заключением в тюрьме.
      Если 1) виновный возбуждал действовать способом, опасным для жизни многих лиц;
      2) последствием возбуждения были причинение убийства, разбоя, грабежа, погрома и другого, тяжкого, кроме указашшх выше, преступления, а также насилия над какой-либо частью населения, то виновный, если не подлежит более строгому наказанию как соучастник учиненного преступного деяния, наказывается за возбуждение пунктами первым, вторым, четвертым, пятым, шестым и седьмым первой части сей статьи предусмотренное, каторгой на срок не ниже шести лет,
      за возбуждение пунктами третьим и восьмым первой части сей статьи предусмотренное — заключением в исправительном доме на время не ниже трех лет.
      Если возбуждение хотя и не сопровождалось признаками, означенными во второй части сей статьи, но имело место во время войны или гражданской смуты, то виновный наказывается:
      за возбуждение пунктами первым, вторым, четвертым, пятым, шестым и седьмым первой части сей статьи предусмотренное — каторгой без срока или на срок не ниже восьми лет».
      2.    Пункты 2 и 4 статьи 129 Уголовного уложения по изданию 1909 года и законы [от] 6 и 19 июля 1917 года (Собр[ание] узак[онений] за 1917 г., ст. сг. 1243 и 1508) отменить.
      3.    Настоящее постановление ввести в действие до обнародования его Правительствующим сенатом.
      4.    Поручить министру юстиции по соглашению с министром путей сообщения разработать вопрос о наказании виновных в возбуждении к совершению преступлений, предусмотренных пунктом 6-м настоящего постановления, служащих, мастеровых и рабочих водного транспорта.
      ... /657/
    • "По велению бога Халди Аргишти, сын Менуа, говорит: город Еребуни я построил..."
      Автор: Неметон
      Из летописи царя Аргишти I (Хорхорская летопись):
       «...По велению бога Халди Аргишти, сын Менуа, говорит: город Еребуни я построил для могущества страны Биайнли и для устрашения вражеской страны. Земля была пустынной, и ничего там не было построено. Могучие дела я там совершил, 6600 воинов стран Хате и Цупани я там поселил...».

      Памятная стела Аргишти о закладке Еребуни
      Сооружая крепость, Аргишти окружил холм площадью 6 га мощной стеной. Основание фундамента в виде огромных каменных глыб было положено на монолитную базальтовую скалу. Над ними воздвигли 2-х метровый цоколь из хорошо отесанных каменных блоков и поставили 7-ми метровую стену из кирпича-сырца. Через каждые 8 м стену укрепляли 5-ти метровые контрфорсы, выдающиеся на метр, а на выступах скалы стена была усилена каменными башнями.

      Урартские воины на шлеме Сардури
      Главный вход в крепость находился на южном, наиболее пологом склоне холма. От подножия вверх шла широкая извилистая мощеная дорога, переходящая в пандус, а затем в 15-ти ступенчатую лестницу. Вход охранялся надвратными башнями.Справа от входа над каменным основанием стены возвышалась плита с надписью о названии города. Через ворота входили на выложенную мелкой галькой площадь, на которую были обращены фасады трех наиболее значимых зданий города: храма, дворца и хозяйственного помещения.

      Храм Халди в Еребуни
      Храм расположен с западной стороны площади. Перекрытия зала поддерживали деревянные колонны, стоящие на квадратных каменных плитах. Росписи на стенах прославляли подвиги царя, а потолок украшали золотые звезды на синем небосводе. Вдоль стен шла глинобитная скамья с порлукруглым выступом. С южной стороны скамьи был 3-х ступенчатый выступ длиной 3 м, служивший алтарем. Остатки густой копоти на стене и угля на алтаре свидетельствуют о приношении жертв богу войны Халди и его супруге Арубани. Для храма Халди в Эребуни были изготовлены найденные в Тейшебаини бронзовые щиты. В полу храма был устроен водоотвод, имеющий выход к западной стене. Сток для дождевой воды во дворе обложен базальтовыми плитами и перекрыт хорошо отесанными бревнами. С западной стороны храма находилось парадное помещение, пол которого был покрыт маленькими деревянными дощечками, а стены украшены росписью.С южной стороны к залу храма примыкала прямоугольная башня, предположительно имевшая форму и назначение зиккурата.

       С северной стороны на площадь выходил т. н дворцовый комплекс, который в совокупности культовыми сооружениями, жилыми и хозяйственными помещениями составлял «эгал», т.е дворец-крепость.Центром дворца был перистильный двор, окруженный поставленными на базальтовую основу 5 деревянными колоннами с продольной стороны и 4 - с поперечной. Под полом двора был проложен водосток. С левой стороны от входа — помещение стражи. Стены зала для приемов с плоским деревянным перекрытием покрывали яркие росписи и ковры, державшиеся на специальных гвоздях — зиггатти. В соседних помещениях хранилось вино в 11 глинянных сосудах емкостью по 600л каждый. Особое место в планировке дворца занимал колонный зал для приема гостей, стены которого были тщательно выбелены, а пол покрыт серо-голубой обмазкой.

      Перистильный двор в Еребуни
      С западной стороны ко дворцу примыкал храм Суси. Храм освещался верхним светом через отверстие в потолке, служившее одновременно вытяжкой дыма от жертвенника. Дверной проем обрамлен плитами с надписями: «Богу Иуарше этот дом Суси Аргишти, сын Менуа, построил. Аргишти говорит: земля была пустынной, ничего там не было построено. Аргишти, царь могущественный, царь великий, царь страны Биайнили, правитель Тушпа-города».

      Храм и урартские жрецы из Алтын-Тепе
      (Бога Иварши нет ни в урартском, ни переднеазиатском пантеоне, но царь именно ему посвятил храм в своей цитадели. В одной из хеттских надписей из Хатусассы при перечислении жертвоприношений с культовыми формулами на лувийском языке упоминается божество Иммаршиа. Лувийцы во времена строительства Эребуни были одной из основных этнических групп Малой Азии, живших в Северной Сирии в областях, откуда Аргишти вывел упоминающихся в Хорохорской летописи 6600 пленных жителей Хати и Цупани. В лувийском тексте слово, адекватное имени бога Иммаршиа, стоит рядом с идеограммой бога Тешубы, эпитетом которого является «небесный», применяемый урартами к Халди. Возводя в цитадели храм лувийскому божеству неба, Аргишти отождествлял его с Халди, что должно было способствовать ассимиляции этого народа).
      Представление об устройстве зернохранилища дает обнаруженное на северном склоне холма помещение. Его пол, сложенный из небольших камней и выстланный слоем гравия 5 см, был покрыт рубленой соломой и расположен на высоте 30 см от скалистого основания, что придавало ему гигроскопичность и предохраняло от сырости. Стены кладовых для вина были сложены из кирпича-сырца. Во избежании сырости пол выкладывали галькой, утрамбовывали и обмазывали известью. Свет исходил от глинянных светильников. На возвышении обнаружен очаг, напоминающий «тандыр». Наиболее крупным хозяйственным помещением была карасная (карас — сосуд для хранения зерна и вина) кладовая, примыкающая к центральной площади с восточной стороны. Стены кладовой имели каменное основание высотой 3 м, поверх которого лежала кирпичная кладка. Перекрытия поддерживали деревянные колонны, стоявшие на базальтовых основаниях круглой формы с надписями: «Аргишти, сын Менуа, этот дом построил». В глинобитный пол зала было вмонтировано ок. 100 карасов.

      Кладовая для вина в Тейшебаини
      Начиная с 1968 года в Эребуни выявлена густая сеть домов, вплотную прилегающих друг к другу. Почти все они, согласно ближневосточной традиции, выходили на улицу глухими стенами, а фасады были обращены во внутренние замкнутые дворы, обрамленные со всех сторон различными помещениями. Дома имели каменные основания из 1-2 рядов камней, поверх которых стояли сырцовые стены, покрытые глинянной обмазкой и побеленные, полы были утрамбованы и тщательно обмазаны. Внутренние дворики вымощены мелкой галькой. Плоские, сделанные из жердей и тростника перекрытия опирались непосредственно на стены (иногда ставились дополнительные опорные деревянные столбы).
      Встречаются дома другого типа: в северной части города находился дом, к стене которого, выходящей во внутренний двор, примыкали расположенные на равном расстоянии друг от друга три туфовые круглые базы, на которых стояли деревянные столбы,поддерживающие навес.  В центре поселения было открыто интересное сооружение неизвестного назначения: оно квадратной формы со стороной основания 8 м, пол вымощен туфовыми плитами; между ними на расстоянии 2,25 м от северной стены врыты 4 базальтовые круглые базы диаметром 60 см. Каждый дом имел жилые и хозяйственные помещения.  Вполне возможно, что эти строения повторяли форму сооружений, в которых переселенцы покоренных Урарту стран проживали ранее.

      Двор жилого дома в Тейшебаини
      Кроме переселенцев, в городе проживали и коренные жители Араратской долины. Их жилища сооружались не насыпном грунте, а на материковой скале, предварительно выравненной. Здания возводились из необработанного камня и глины с примесью щебня, и дерева. Полы покрывались глиной и обмазывались известью. Плоские перекрытия состояли из жердей и циновок. Внутренние стены обмазывались глиной и известью.

      Предполагаемый внешний вид казармы урартов
       В целом, фортификационные сооружения урартов находят немало параллелей в аналогичных постройках хеттов (мощные контрфорсы, выступающие вперед башни). В захваченных крепостях уратры, подобно ассирийцам (Саргон II в Анаду) оставляли гарнизоны — Сардури в Дурубани, Менуа — в стране Мана. Основание городов, а также больших и малых крепостей было связано с выбором территории, пригодной для этого. В летописи Саргона II таким критерием являлась зрительная видимость сигнальных огней. Известно также сооружение отдельных башен.Из открытых раскопками военных городов Урарту наиболее прмечательными были Бастам, Зернаки-Тепе и Эребуни. Бастам был основан Русой I в VII в до н.э и в его застройке выделяются три участка — цитадель, жилые кварталы и постройки военного назначения: казармы (археологически постройки подобного типа неизвестны, но на высотах Топрак-Кале обнаружены рельефные изображения 3-х этажного здания на бронзовой пластине, возможно, казармы, аналогичное зданию в Бестаме), конюшни, места стоянок боевых колесниц, храм войскового гарнизона, двор, служивший плацем, с примыкающими к нему конюшнями (аналогичный комплекс обнаружен в Мегиддо). Зернаки-Тепе представлял из себя, по-сути, военный лагерь, с единым типом домов для всего города и четкой планировкой улиц. Город мог вмещать до 7 тысяч человек и имел в наличии конюшни и места для боевых колесниц. Известны также укрепленные военные лагеря. Крепость с эллипсовидным планом у Маранды, которую идентифицировали как военный лагерь урартов (В. Клейс) VIIIв до н.э, некоторые исследователи (К.Л. Оганесян) считали обычным ассирийским военным лагерем, сходным с лагерем Синаххериба с рельефа в Куюнджике, который использовался войсками Саргона II в 714 г до н.э. во время похода в Урарту на месте боя за Улху (ныне Маранд, Иран). Важно отметить, что ассирийский военный лагерь характерен для равнинных пространств, а урартский, примыкая к горной высоте, использовал топографические возможности (цепочки наблюдательных башен для зажжения сигнальных огней при приближении неприятеля).  Насколько непреступными были урартские крепости, можно судить по ассирийской летописи Тиглатпаласара III (745-727 гг до н.э):« ...Я запер Сардури Урартского в его городе Турушпе и учинил большое побоище перед его воротами». Взять крепость штурмом ассирийцы так и не смогли...

      Участок стены Еребуни