Sign in to follow this  
Followers 0

Аннаоразов Дж. Восстание туркменских кочевников в 1931 г.

   (0 reviews)

Saygo

В 1920-1930-е годы в республиках советской Средней Азии происходили события, связанные с "басмаческим" движением. В советское время басмачество расценивали как "контрреволюционное националистическое движение против советской власти в Средней Азии в 1917 - 1926 гг., организованное местной буржуазией и феодально-байскими элементами, действовавшими при поддержке иностранных империалистов, реакционных кругов некоторых соседних стран"1, а "басмачей" рассматривали как "участников контрреволюционных банд"2. Ныне "басмачество" понимают как военно-политическое повстанческое движение, направленное против разнообразных мероприятий, насильственно проводимых большевиками и советским правительством в те годы3.

 

Басмачество имело национально-освободительный характер. Как известно, в течение веков у туркмен не было своего государства, собственной национальной власти. Участники басмаческого движения, создав свою власть, хотели - в противовес советской политике - сохранить свою традиционную культуру, национальную самобытность, образ жизни. Эта борьба приобретала черты гражданской войны, так как в подавлении движения участвовали советские туркменские национальные воинские части, добровольные милицейские отряды и отряды самообороны, состоявшие исключительно из туркмен.

 

Иногда указывают, что басмачество было характерно для скотоводческих районов. Это и понятно, поскольку именно в таких районах - в пустыне Каракумов - были сосредоточены основные антисоветские силы не только степной части, но и культурной зоны республики. Повстанческие группировки, действовавшие в культурной полосе, после разгрома красноармейскими частями в большинстве случаев, бежали если не за границу, то обязательно в степь. Необъятные просторы суровой Каракумской степи веками спасали туркмен от разорения и верной гибели в борьбе за выживание.

 

Басмаческое движение возникло в 1918 - 1920 гг. на территории Узбекистана и на севере Туркменистана. В Туркменистане оно продолжалось более 15 лет (1920 - 1935 гг.), то есть дольше, чем в других республиках Средней Азии. За это время в Туркменистане, не считая мелких выступлений, произошло три крупных антисоветских восстания: в 1924, 1927 - 1928 и, самое крупное, в 1931 году.

 

Кочевые и пустынные районы занимали три четверти территории республики, и в них проживало от 100 до 150 тыс. человек, или 15% всего ее населения. К началу 1930 г. там было сосредоточено 47,7% поголовья скота. Скотоводы Туркменистана обеспечивали 15,6% потребности Легкой промышленности СССР в шерсти. В конце 1920-х годов в Туркменистане усилился процесс советизации кочевых районов. Пленум ЦК КП(б)Т, который состоялся 15 - 20 января 1930 г., наметил к концу первой пятилетки объединить 40% скотоводческих хозяйств и создать четыре новых животноводческих совхоза. Основную массу поголовья скота для них, естественно, предполагалось конфисковать у баев. Однако в 1930 г. партийные, советские и хозяйственные органы республики в основном были заняты коллективизацией земледельческих хозяйств (этого требовала хлопковая программа СССР), а до скотоводов руки не доходили. Принятое в феврале 1931 г. ЦК КП(б)Т постановление о перераспределении стада практически не выполнялось. 10 июня ЦИК и Совнарком ТССР приняли постановление о национализации и перераспределении колодцев и пастбищ в кочевой полосе республики4.

 

Предпринимаемое наступление на богатых скотоводов было воспринято кочевым населением как удар по всем скотоводам, так как им было чуждо понятие классового расслоения. Кроме того, скотоводы, особенно бедняцко-середняцкие слои, постоянно страдали от налогового бремени. По этому поводу скотоводы говорили так: "Нас обложили одним налогом, затем другим (культ-сбор), после этого половинным налогом (самообложение) и, наконец, насильственным налогом (заем)"5. Контракты, заключаемые со скотоводами, хозяйственные органы часто не выполняли. К тому же часть населения Ташаузского округа и скотоводы районов Каракумов, от Красноводска до Амударьи, страдали из-за нехватки продовольствия и зерна6.

 

В различных районах Туркменистана ходили слухи о падении советской власти то в Ташкенте, то в Баку и других местах. Скотоводы в связи с этим заявляли: "Не сегодня-завтра советская власть падет, в некоторых местах уже пала. В России Белый царь сядет на трон, власть в Туркмении примет Джунаид-хан7, и все поддерживающие советскую власть будут жестоко наказаны"8. В этих условиях в начале 1931 г. в,различных местах Каракумской степи стали образовываться повстанческие группировки, которые систематически совершали налеты на народнохозяйственные объекты, а также террористические акты против партийно-советских работников и сельских активистов.

 

В восстании 1931 г. в Туркменистане участвовали и казахские скотоводы, так как в это же время с территории Казахстана в Северо-Западные Каракумы прибыло большое количество семей казахских скотоводов, бежавших от коллективизации, советизации и большевистского террора. Поэтому в партийно-советских и прочих документах восстание 1931 г. в Северо-Западных Каракумах иногда называют "туркмено-казахским".

 

У восстания 1931 г. было несколько центров. Самый крупный из них находился в Северо-Западных Каракумах с центром у колодца Коймат (Койматская группировка). Эта группировка объединяла повстанцев Красноводского и Казанджикского районов. Койматскую группировку возглавляли: со стороны туркмен - Илли ахун, со стороны казахов - бывший начальник Гурьевского волостного управления Бекеш Дерментаев. Повстанческими отрядами командовали: со стороны туркмен - Хакмурат хан, Атаклыч Мамедов, Дурдыклыч Довадов, Маметдурды Диван, Атаклыч Овезов, Давуд Поладов, Таган Бердиев, Арбад Назаров, Ходжанепес Атаджанов, Бегенч Караманов, Дурды Ходжаев, Гарахан Чагылов и др., а со стороны казахов - Омар Толебергенов, Умет Тошнабаев, сыновья Б. Дерментаева Энее и Бектемир, а также Бекджан хан, Кангабай Чангараев, Акчулок Курманязов, Караджигит Джубанов, Мехтеп Агараев, Байджан Магометов и др.9 Общее число вооруженных всадников только в Койматской группировке составило более 2 тыс. человек10.

 

Второй центр восстания находился в степных районах Бахарденского и Геоктепинского этрапов (Бахардено-Геоктепинская и Ербентская группировки). Здесь повстанцами, насчитывавшими около 800 всадников, руководили Мурад Али хан, Ашир ага (он же Какабай, бывший член ЦИК Туркменской ССР), Байрамдурды ишан, Бекназар Кизыл бай, Луллук бай. Эти группировки были сосредоточены в основном в районе колодца Куртыш, 170 км севернее Бахардена, и в Ербентском районе, 180 км севернее Ашхабада11.

 

Третья группировка, Теджено-Мервекая, действовала в степных районах Тедженского этрапа и Мервского округа, с общим числом повстанцев в 500-600 всадников. Здесь восстанием руководили Оразгельды хан, Юзбай, Акдыр хан, Аннакули хан, Карры Молла, Гараоглан хан, Худайберды хан, Эсен хан Аннали и др.

 

В четвертом центре, в степных и земледельческих районах Ташаузского округа (Ташаузская группировка), восставшими руководили Ахмед бек, Дурды Мурт, Язан Окуз, Мухаммед Сары, Атаджан бай, Мамед Тувак бага, Ата Чопанов, Мередклыч Курбанов и др. Численность вооруженных повстанцев здесь доходила до тысячи человек. К восстанию примкнула также часть жителей Дарганатинского района.

 

Лучше других были организованы Койматская и Теджено-Мервекая группировки, где имелись свои "штабы" и даже свое "правительство". В Койматской группировке штаб состоял из 15 человек во главе с известным туркменским духовным деятелем Илли ахуном12. По его инициативе, с целью выработки плана борьбы с советской властью и защиты хозяйства кочевого населения, 15 марта на кол. Коймат был созван тайный маслахат - собрание, на котором присутствовал сам Илли ахун, Д. Довадов, известные баи Б. Караманов, Сейит Нияз Кунгуров, Бек Минг бай, Аман Дурды оглы и Курбанмамед Бердымамед оглы. Впоследствии маслахаты, с участием видных туркменских деятелей, проходили 10 - 15 июня и в августе 1931 г. на кол. Чагыл. Особенностью восстания 1931 г. является то, что в ней приняли участие многие советские работники, включая членов ЦИК ТССР по Красноводскому, Казанджикскому, Бахарденскому, Ербентскому и Дарганатинскому районам13.

 

В связи с обострением обстановки в Северо-Западных Каракумах и в Джебело-Красноводском районе советское правительство для проведения оперативно-чекистских мероприятий разместило 85-кавалерийский дивизион ГПУ и отряд добровольной милиции под командованием Э. Н. Цейтлина и Сережкина. По приказу Цейтлина в начале апреля были арестованы видные скотоводы Д. Довадов и А. Овезов. 15 апреля 1931 г. за связи с восставшими он арестовал еще 50 человек и под конвоем отправил их в Красноводск (ныне г. Туркменбаши). Возмущенные этим актом восставшие решили разгромить 85-й дивизион. 19 апреля неподалеку от колодца Коймат дивизион был окружен и в бою полностью уничтожен, а отряд добровольной милиции, убив командира, перешел на сторону повстанцев. Зам. председателя ГПУ ТССР Амелин писал председателю ЦИК ТССР Айтакову: "Ввиду предательства и измены, а также авантюр английской разведки, отряд 85-го дивизиона ВРГПУ силою в пятьдесят сабель подвергся нападению... Отряд дивизиона уничтожен полностью. Погибло пятьдесят два человека... Бандитами взято три пулемета, ружейная мортирка, все остальное вооружение и боеприпасы дивизиона, а также лошади и транспорт. Погибли находящиеся при отряде: временный командир дивизиона ВОГПУ т. Цейтлин, уполномоченный 46-го погранотряда Довнарович, командиры взводов" 14. 22 апреля повстанцы Койматской группировки разгромили промысел Ходжа Софи. Они сожгли все постройки, разграбили склады. 27 апреля эта же группировка разграбила промыслы треста Карабогаз-сульфат.

 

В Коймат сразу после нападения на 85-й дивизион были переброшены из Казанджика 35 всадников под командованием Полякова, из Джебела - 20 всадников 46-го пограничного отряда. Но этого оказалось мало для противодействия повстанцам. 23 апреля из Казанджика в Коймат дополнительно был отправлен 2-й Туркменский кавалерийский полк под командованием командира Туркменской кавалерийской бригады Я. А. Мелькумова. Потеряв несколько бойцов и командиров в стычках с повстанцами Койматской и Бахардено-Геоктепинской группировок, Мелькумов не справился с задачей и в середине мая был вынужден возвратиться в город Кизыларват. Таким образом в Туркменистане началось восстание кочевников, продолжавшееся в течение всего 1931 г. и охватившее почти всю степную часть и части культурной зоны республики.

 

После нескольких нападений и стычек с советскими отрядами в начале мая 1931 г. на праздновании тоя (свадьбы) повстанцы провозгласили ханом своего района бывшего работника Животноводческого союза Джойрукского аулсовета Маметдурды Дивана. Ближайшими помощниками его были избраны бывший лесообъездчик Т. Бердыев и бывший агент "Туркменбирлешика" Б. Каракулов 15.

 

Одной из причин восстания в степной части Бахарденского и Геоктепинского районов было то, что зажиточные хозяйства этих районов подверглись налоговому нажиму, в результате чего у них были реквизированы 6 тыс. верблюдов - якобы для переброски хлеба в Ташаузский округ. После этого в январе 1931 г. часть семей из культурной полосы ушла в глубокие пески, а часть эмигрировала в Иран. В марте уход в пески принял массовый характерен количество антисоветских сил в песках достигло солидной цифры: на одном только кол. Мыдар собралось 200 хозяйств. В апреле на кол. Кизыл-Каты перекочевал ставший потом главой Бахарденских повстанцев Мурад Али хан во главе 116 хозяйств.

 

Группировка Мурад Али хана 3 мая в кол. Куртыш вступила в бой с кавалерийским отрядом Мелькумова в 250 сабель при 10 пулеметах. Понеся тяжелые потери - 10 убитых (в том числе ответственный секретарь партбюро полка, 4 младших командира) и 3 раненых (в том числе помощник командира полка по политической части и командир эскадрона), отряд Мелькумова с наступлением темноты отошел на кол. Игды. В этом бою Мурад Али хан потерял 45 джигитов. После боя Мурад Али хан пополнил вооружение, изымая его у скотоводов, и начал совершать нападения на советских работников, громить советские учреждения и склады. Количество его джигитов достигло 350 человек, и он создал основную укрепленную базу на кол. Ак-Кую.

 

12 мая в 30 км юго-западнее Атакуйы Мурад Али хан вступил в бои с отрядом ГПУ под командованием Никонова. Повстанцы несколько раз пытались окружить отряд, однако понесли большой урон от пулеметного огня. В бою 20 повстанцев Мурад Али хана были убиты и несколько ранены16. Вскоре властям удалось склонить Мурад Али хана к сдаче.

 

В мае в Северо-Западных Каракумах и прилегающих к ним районах участились налеты на железнодорожные станции и разъезды, народнохозяйственные объекты и промыслы, грабежи кооперативов и складов. Для борьбы с басмаческим движением была сформирована специальная оперативная группировка под руководством работника Среднеазиатского ОГПУ И. И. Ламанова. Она состояла из трех групп, расположенных в Джебело-Красноводском районе, в городе Казанджике и в Кизыларвате.

 

Повстанцы тоже не бездействовали. Их поддерживало большинство скотоводов, которые передавали повстанцам сведения о движении советских отрядов, обеспечивали продовольствием и фуражом, а иногда вместе с ними участвовали в грабежах, нападениях на государственные органы, предприятия, кооперативы и промыслы. 11 мая повстанческий отряд туркмен и казахов под командованием Х. Атаджанова, Б. Караманова и Д. Ходжаева общим числом в 100 всадников напал на промысел Сойли, охраняемый отрядом ГПУ под командованием Гонта. В помощь Гонту из Красноводска был отправлен отряд Кабисского численностью в 70 всадников. Бой на Сойли продолжался 6 часов, в результате с обеих сторон погибло несколько человек17.

 

В охваченных басмаческим движением районах командование округа широко применяло авиацию. 11 мая авиаразведка, направленная в степные зоны Казанджикского района в кол. Отузгулач обнаружила 300 кибиток, 5000 верблюдов и 20 тыс. баранов. В тот же день вечером три самолета сбросили 24 бомбы на кол. Отузгулач, "из коих в цель попали 15"18.

 

Наряду с боевыми операциями против повстанцев советские органы проводили и репрессивные мероприятия. С 27 апреля по 10 мая в Красноводском районе по подозрению в пособничестве повстанцам был арестован 41 человек. Среди арестованных, по определению ГПУ, было 18 баев, 11 середняков и 12 бедняков. В мае-июне в том же районе был репрессирован еще 151 человек19.

 

Со второй половины мая в пустыню вновь начали прибывать отряды ГПУ. 21 мая из города Красноводска в сторону Ходжасопи был отправлен 63-й дивизион, 22 мая со ст. Белек в сторону кол. Туэр - отряд Кабисского вместе с маневренной группой 46-го пограничного отряда, а также из Красноводска на кол. Сойли - дивизион 24-го Бакинского полка. Мелкие отряды были расположены на станциях Джебел, Белек и Айдын. Этот район находился под постоянным наблюдением с воздуха20. Там же находились полевые части Среднеазиатского военного округа (САВО), но их в большинстве пока не привлекали к участию в карательных операциях.

 

В конце мая развернулись бои карательных отрядов с повстанцами. 27 мая объединенный отряд Т. Бердиева и Х. Атаджанова на кол. Терсакан вступил в бой с отрядом Кабисского. В помощь Кабисскому с кол. Сойли было отправлено два отряда, из Кизыларвата поднято авиазвено. Самолеты не нашли место боя, но, обнаружив вблизи кол. Коймат 200 всадников, бомбили их позиции. Бой между повстанцами Бердиева, Атаджанова и отрядом Кабисского закончился 29 мая из-за сильной песчаной бури. В этом бою советский отряд потерял 6 красноармейцев, а повстанцы 49 джигитов21.

 

В конце мая для укрепления тыла воюющих отрядов ГПУ советское командование образовало специальную маневренную группу во главе с комбригом Мелькумовым. В нее вошли 2-й туркменский кавалерийский полк, пулеметная рота 1-й горнострелковой дивизии и авиаотряд из нескольких самолетов. Между Красноводском и Казанджиком начали курсировать два бронепоезда. Кроме того, различные участки железной дороги охраняли мелкие отряды полевых войск.

 

13 июня 1931 г. командующий группы войск по борьбе с басмачеством Мелькумов отдал приказ: "Реввоенсоветом Среднеазиатского военного округа туркменской группе войск поставлена задача комбинированными действиями конницы и пехоты из районов Кизыл-Арвата, Казанджика, Джебела, Ташауза и авиацией нанести удар по основным группировкам банды, расположенным на колодцах Орта-Кую, Геоклен-Куюсы, Коймат, ликвидировать бандитизм в Кара-Кумских песках". Таким образом, к действиям против повстанцев были привлечены и армейские части.

 

Кроме оперативно-репрессивных мероприятий, советские органы проводили также агитационно-пропагандистскую работу. В повстанческий лагерь часто засылали агентов из местного населения с целью разложения повстанческого движения изнутри. Конечно, многие повстанцы, особенно бедняки, не хотели воевать с советской властью, но у них не было другого выхода, кроме как взяться за оружие. В результате агитационной работы 17 июня в кол. Гезлиата явилась делегация от Койматской группировки, в составе которой были Алланазар Гайып оглы, Сахет Вели оглы и Тач Ниязмамед оглы, в сопровождении советского агитатора. Делегация доставила послание от совета повстанцев. Письмо было подписано вождями Карамановым, Атаджановым, Мамедовым, Каракулевым, Поладовым и др.

 

Во время переговоров делегаты указывали на перегибы, головотяпства, допущенные советскими властями, чем и объясняли свое присоединение к повстанцам и само возникновение вооруженного восстания. Делегаты заявили о твердом намерении сдать оружие, также надеясь склонить к сдаче красноводских казахов и туркменский род ак атабайцев. Делегаты заявили, что не надеются на сдачу только руководителя туркменского рода бехелкинцев Гарахан Чагылова.

 

20 июня вернулся в Казанджик председатель делегации Караев, посланный к повстанцам в Коймат. По его словам, делегация прибыла в Коймат, в центр повстанцев, 15 июня и, встретившись с Бердыевым, договорилась с ним о созыве общего собрания скотоводов. Бердыев делал основной упор на перегибы советских органов, но, несмотря на это, не возражал против прекращения борьбы. Потом даже баи заявили о желании прекратить борьбу, но и они указали на грубые методы в политике советской власти. Бедняки тоже выступили, заявили о голоде, о непосильных налогах и прочих повинностях22.

 

17 июня в Коймат прибыли 25 вооруженных джигитов под командованием бывшего милиционера Шанияз Каракулова. По данным советских агентов, с его приездом Бердыев начал снова колебаться. 28 июня в Казанджик вернулся председатель делегации Караев, который второй раз съездил в Коймат. По его сообщению, в районе кол. Тогалак делегация была встречена вооруженными повстанцами - 80 всадниками под командованием Маметдурды Дивана. По словам Караева, Бердыев на его требование выполнить ранее данное обещание о сдаче дал явно инспирированный ответ, что советская власть, посылая делегации, в то же время командирует отряды, которые дерутся с туркменами23. Одновременно повстанцы, арестовав двух советских работников, требовали обменять их на Д. Довадова и А. Овезова24.

 

Для ослабления накала борьбы в районах, охваченных басмаческим движением, советская власть прибегала к изъятию и высылке семей повстанцев. К 1 июля в республике были репрессированы 3964 хозяйства25. 6 июля правительство Туркменистана приняло решение создать при Главном управления милиции ТССР на базе добровольных отрядов милиции четыре кавалерийских эскадрона численностью в 565 всадников, добровольные же отряды милиции были расформированы, а их людской и конский состав, вооружение, снаряжение были переданы создаваемым эскадронам. Они были расквартированы в местностях Казанджик - Кизыларват (1-й эскадрон), Ашхабад - Бахарден - Геокдепе (2-й), Чарджоу - Керки (3-й); 4-й эскадрон был оставлен в Ташауз-ском округе в распоряжении Главного управления милиции. Эскадроны были вооружены 24 пулеметами, 12 мортирами и 520 винтовками при 603 лошадях26.

 

Несмотря на проводимые военно-оперативные мероприятия, к лету советским войскам все же не удалось подавить восстание. Штаб САВО 23 июня приостановил боевые операции против повстанцев. Охрана железной дороги и борьба с басмачами были возложены на войска ОГПУ27.

 

Однако восстание приобрело новый размах. 24 мая оно распространилось на Конеургенчский район Ташаузского округа. Еще 10 мая из 6-го аулсовета этого района к повстанцам ушли 29 человек. "Уход вызван перегибами посевной, - говорится в одном из документов того времени, - допущенными уполномоченным ЦК Ата Мурадовым, выразившимися в администрировании - головотяпстве". Мурадов был снят с работы и отозван в Ташауз. Однако это не спасло положение. 13 мая в аулсовете Алилиой, в 45 км северо-западнее Йыланлы, секретарь аулсовета Нуры оглы убил уполномоченного посевной комиссии, секретаря Йыланлынского райкома партии, и взял у него винтовку и лошадь, после чего объявил дайханам о начале вооруженного восстания. Тут же к нему примкнули председатели аулсоветов и председатели колхозов28.

 

Таким образом, к середине мая 1931 г. только в культурной полосе районов Ташаузского округа насчитывалось более 10 басмаческих групп общей численностью 400 всадников во главе с Ахмед беком, Язан Окузом, Ораз Балы, Ходжапиришаном, Мухаммед Сары и другими29. Главной причиной выступлений, как правило, было грубое администрирование советских работников, заставлявших дайхан в короткий срок перепахать зерновые поля и засеять их хлопчатником. При этом людей, выражавших недовольство, арестовывали. Среди населения ходили слухи о скором падении советской власти и о том, что появится Джунаид хан с отрядом 1000 всадников, который и возглавит восстание в Ташаузском округе30.

 

В такой тревожной обстановке часть населения Ташаузского округа стала перемещаться на территорию Узбекистана. Отмечалось "массовое переселение в Узбекистан дайхан всех социальных групп, даже колхозников, из-за планов посева хлопка в Ташаузском округе... В Узбекистане это [проявляется] в меньшей мере и там дают переселенцам хлеб и другое. На 1 июня 1931 г. из Порсинского района переселилось 400 хозяйств, Конеургенчского - 300, Йыланлы - 100, Ташауз - 20, Тахта - 30, большинство бедняки"31.

 

Положение усугублялось тем, что в Конеургенчском районе остро не хватало зерна и продовольствия, и с начала мая складывалась взрывоопасная ситуация. Участились террористические акты против партийно-советских работников, случаи массового ухода дайхан в повстанческие группировки. 20 мая в кишлаке Джардыкли (?) были убиты секретарь Конеургенчского райкома, председатель районной комиссии по посеву, женработница и милиционер.

 

Восстание в Конеургенче началось ранним утром 24 мая. В нем участвовало население почти всех аулов района, примкнули председатели многих аулсоветов и колхозов, секретари партийных ячеек. Среди них был даже член ЦИК ТССР. Восстанием руководили заведующий кооперативом 9-го аулсовета Мамед Тувак бага, начальники отрядов самоохраны 5-го и 8-го аулсоветов М. Курбанов и А. Чопанов. Число напавших на Конеургенч вооруженных повстанцев достигало 450 человек32. До нападения на Конеургенч восставшие ограбили колхозы, кооперативы, советские учреждения в селах, там были перебиты советские работники. Голодавшему населению было роздано захваченное продовольствие.

 

Вечером 24 мая, с потерями пробившись через кольцо восставших, на помощь осажденным Конеургенча прибыл отряд красноармейцев из г. Ходжейли. На следующий день из Ходжейли была отправлена в сторону Конеургенча конная разведка, однако ей не удалось пробиться в город. Гарнизон города, работники ГПУ и советские работники находились в осаде в крепости.

 

В городе начались грабежи и поджоги. За сутки были сожжены городская больница, столовая, здание райводхоза, мельница, бараки рабочих, общежитие работников ГПУ, здание райисполкома; ущерб исчислялся в 700 тыс. рублей. Связь с Конеургенчем прервалась: были повалены несколько телеграфных столбов и перерезаны провода.

 

Впоследствии один из очевидцев этих событий вспоминал: "24 мая 1931 г. рано утром в базарный день группа басмачей Ата Чопанова (он же начальник самоохраны 8-го аулсовета) напала на райцентр Конеургенч и начала стрельбу. Услышав стрельбу, все жители района бежали в крепость, где жил отряд [красноармейцев]. Дверь крепости закрыли и установили два пулемета. Целый день им [басмачам] не удавалось захватить здание райисполкома и тюрьму, а вечером все-таки удалось захватить райисполком и сжечь все документы"33.

 

Во время нападения на здание ГПУ восставшие пытались освободить 22 человека, перед тем незаконно арестованных органами ГПУ. Однако оказалось, что все они уже расстреляны34.

 

В Конеургенче в Ташаузском округе сложилась паническая обстановка. Многие партийно-советские чиновники, бросив партбилеты, отказывались работать в округе. Из Порсы во время Конеургенчского восстания бежали 49 человек, многие из которых были европейцами35.

 

Поздно вечером 24 мая из Ташауза на помощь осажденным выступил отряд 84-го кавалерийского полка под командованием Г. М. Хрюкина. В Порсы к нему присоединился отряд 62-го дивизиона ГПУ. Однако 25 мая, еще до прихода советских войск в Конеургенч, восставшие ушли из города и остановились в 25 км северо-западнее Конеургенча. 29 мая в местности Кесекли произошел бой: обладая превосходством в технике и вооружении, советские войска почти без потерь разгромили основные силы повстанцев.

 

Некоторое затишье в районах повстанческого движения наступило после приостановки войсковых операций в Каракумах. Воспользовавшись этим, повстанческие вожди собрались в кол. Геокдере на большой совет, для участия в котором приехали представители всех группировок повстанческого движения Туркменистана. В совещании участвовал сын небезызвестного Джунаид хана Эщи хан. Было решено бороться с советской властью до конца. Для поднятия духа повстанцев Хакмурад хан, Оразгелъды хан и Юзбай были названы "тиграми Каракумов", а Арбат Назаров "волком" (Арбат Моджек, то есть "волк")36.

 

После этого совещания повстанцы усилили свою деятельность. В ночь на 28 июля отряд Бердыева в количестве 300 всадников напал на районный центр Казанджик. Перед тем повстанцы предупредили мусульманское население о предстоящем нападении, и многие из них заранее ушли из города. Но этим предупреждением воспользовались и советские власти в городе и стали готовиться к обороне37.

 

Часть населения города оказала повстанцам помощь. В Казанджике были разграблены склады и кооперативы. Во время нападения басмачи увезли семью Бердыева, находившуюся до этого в качестве заложников в руках советской власти38. Как только стало известно о нападении, из Кизыларвата в Казанджик был направлен красноармейский отряд. Но на пути к городу, на ст. Узынсув, повстанцы организовали крушение товарно-почтового поезда, поэтому расстояние от Узынсув до Казанджика отряд был вынужден пройти на конях.

 

После его прибытия повстанцы начали отходить из города, оказывая при этом упорное сопротивление. При нападении на Казанджик горожане потеряли 12 человек, у повстанцев же потери были больше. По сообщению советских агентов, после нападения на город в повстанческом отряде Бердыева преобладало пораженческое настроение39.

 

В мае оперативная обстановка ухудшилась и в Ербентском районе, так как сюда из степных районов Тедженского и Мервского регионов начали проникать джигиты Оразгельды хана. 20 мая один из отрядов Оразгельды хана численностью в 100 всадников около Бахардока (в 70 км севернее Ашхабада) ограбил и уничтожил автоколонну в составе четырех автомашин с грузом. 21 мая тот же отряд напал на скотоводческое село Илек, принадлежавшее к Мамедярскому аулсовету. Был ликвидирован местный отряд милиции, ограблены кооперативы, а также сожжены здания школы, кооператива, ветеринарного пункта. Как было установлено впоследствии, среди напавших на это село, кроме уроженцев Бахарденского, Геоктепинского, Тедженского и Мервского районов, были также повстанцы западных районов Туркменистана40.

 

23 мая всадники Оразгельды хана напали на правительственный караван из 250 верблюдов, направлявшийся из Геоктепе на Серный завод. После короткой стычки сопровождавшие караван милиционеры и погонщики бросились бежать, и весь караван попал в руки повстанцев41.

 

Против Оразгельды хана и его отряда были посланы кавалерийский эскадрон Вахалова, курсанты милицейской школы под командованием Щербина и школы коммунаров во главе с Тарханом Гайкозяном. 26 мая группа Вахалова у кол. Гызылсакгал настигла повстанцев; в бою погибли два красноармейца и 25 повстанцев. Вахалов получил ранение, и его отряд возвратился в Бахардок, отряды же Щербина и Тархана в последующих боях были разгромлены, лишь немногим удалось спастись42.

 

С наступлением лета повстанческие группировки оживились, особенно отряд бывшего председателя Ербентского совета, члена ЦИК ТССР Какабая (он же Ашир ага). За короткое время он смог собрать до 350 вооруженных джигитов. В начале августа, подняв восстание, они окружили степной поселок Ербент и в течение шести дней пытались овладеть им, но советские отряды, возглавляемые уполномоченным ГПУ ТССР Г. Карповым, устояли. Какабай намеревался напасть также на Безмеин и Ашхабадский центральный изолятор, где содержались многие участники повстанческого движения и влиятельные люди из Ербентского района43.

 

2 августа из Ашхабада в Ербент был направлен отряд милиции на автомобилях. Но около Ербента повстанцы его разгромили. Было убито 30 милиционеров, захвачены две автомашины, 23 винтовки, 8 тыс. патронов и пулемет, а также три машины с продовольствием, предназначенным для рабочих Серного завода.

 

Учитывая осложнившуюся обстановку, командование округа двинуло в район Ербента полевые части. 4 августа в Ербент из Ашхабада выступили отряды 2-го Туркменского кавалерийского полка под командованием Турчинского, которому, при поддержке авиации, удалось подавить восстание в Ербенте. Только 6 августа повстанцы потеряли в бою 60 человек. Их силы были рассеяны, а руководители ушли в Теджено-Мервскую группировку; Какабай был пойман и осужден44.

 

Весной 1931 г. началось восстание и в степных районах к северу от Теджена и Мерва. Группировка Оразгельды хана рассчитывала свергнуть советскую власть и захватить Теджен. Группировка была хорошо организована. Заместитель Оразгельды хана Акдыр хан провел учет населения, чтобы установить обложение; были введены суровые меры дисциплины, запрещен прием советских работников, вообще лиц, подозреваемых как агентов ГПУ. В интересах безопасности скотоводам разрешалось прибывать в район расположения группировки только семьями - "там подозрительно относились к вновь прибывшим басмачам. Поэтому главным условием приема в группировку было приход с семьей".

 

Сам Оразгельды хан расположился у кол. Сингренли (в 160 км северо-западнее Теджена). Советских работников, захваченных в плен, его люди освобождали, уверенные, что те окажут лишь содействие. Оразгельды хан намеревался напасть на Теджен с целью освободить находившихся в городской тюрьме арестованных туркмен. Для обороны Теджена к городу дополнительно был подтянут полуэскадрон милиции (46 всадников с пулеметом), находившийся в районе села Коукызерен45.

 

С июня производилось сосредоточение против группировки Оразгельды хана различных воинских и милицейских отрядов. 17 июня из Теджена выступил отряд маневренной группы 45-го пограничного отряда, включавший 83 всадника при 6 пулеметах с прислугой (9 пеших на автомашине) и трех мортирках под командованием Корниенко. Отряд двинулся на мельницу Гаманова в направлении колодцев Мамур и Узунсу, с задачей ликвидировать группу Эсен хана Аннали46.

 

На первых порах операции против басмачей не приносили успеха, а некоторые даже закончились провалом. 8 июля один из советских отрядов, направленный из Геоктепе в район Каррычырла, был окружен отрядом Артыкберды Каррыева, сына Карры Молла - одного из руководителей восстания этого района. После непродолжительной перестрелки в советском отряде началась паника, бойцы вышли из подчинения и завязали переговоры о сдаче оружия. В результате отряд коммунаров сдал 26 винтовок и до 1000 патронов. Несмотря на то, что командир отряда и один коммунар были европейцами, повстанцы их не тронули и вместе с остальными отпустили.

 

Такая же участь постигла и другой отряд, численностью в 23 человека, под командованием Ящинова и оперативного работника ГПУ Кузнецова. 27 августа этот отряд на кол. Култакыр (в 120 км северо-западнее Бахардена) был окружен повстанческой группой численностью в 20 человек во главе с Гельды Бетче и Кара Мухта. В результате четырехчасового боя красноармейцы были отрезаны от колодца, и сдали оружие. Повстанцы сдавшихся отпустили, а сами отошли на кол. Кызылтакыр. По словам красноармейцев, во время боя на кол. Култакыр женщины и дети помогали повстанцам, снабжая их водой и хлебом47.

 

В основных центрах восстания 1931 г. жители культурной полосы почти не поддержали скотоводов в их борьбе против советской власти. Лишь в разгар восстаний в степных частях Тедженского района 40 колхозников из разных колхозов района вступили в отряд Оразгельды хана48.

 

Начиная с августа против его группировок действовали полевые части САВО, в частности, полки 8-й кавалерийской бригады под командованием Рябушева, 82-й кавалерийский полк под командованием А. И. Бацкалевича, Узбекский кавалерийский полк, маневренная группа 45-го пограничного отряда, отряды Ашхабадской и Тедженской милиции, а также авиазвено.

 

В середине августа повстанческие группировки Оразгельды хана подверглись бомбардировке с самолетов. 26 августа 6 самолетов произвели налет на кол. Аманша, вблизи кол. Сингренли. Там были обнаружены 70 всадников; на них сбросили 48 бомб, было расстреляно 3300 патронов, при этом самолеты получили три пробоины. В тот же день вторым налетом были обстреляны 50 кибиток у кол. Давали, недалеко от Сингренли; там было сброшено 48 бомб и расстреляно 3000 патронов. 23 августа самолеты бомбили ставку Оразгельды хана у кол. Сингренли, было сброшено 40 бомб и расстреляно 1600 патронов. Во время бомбежки была уничтожена семья Оразгельды хана и убиты еще 6 женщин, двое мужчин, несколько человек были ранены. В тот же день самолеты разбросали 840 листовок по колодцам района Сингренли и северной окраины культурной полосы Ашхабадского и Тедженского районов49.

 

После нанесения бомбовых ударов по позициям повстанцев и оперативно-разведывательной работы 23 августа против группировки Оразгельды хана из Ашхабада выступил Узбекский кавалерийский полк, из Теджена - 82-й кавалерийский полк, а также местные отряды милиции, отряд ГПУ и пограничники.

 

25 августа Узбекский полк на кол. Кельтегонур вступил в бой с повстанческой группой численностью в 60 всадников. Был убит 41 повстанец, а полк потерял двух солдат50.

 

28 августа в местечке Аманша-Йылгынлы произошло более крупное сражение в котором группировка Оразгельды хана была уничтожена. Погибло большое число джигитов, в том числе и "тигры Каракумов" Оразгельды хан и Юзбай. 25 сентября два советника Оразгельды хана Кадыр Халназар и Акдыр хан сдались. Остатки отряда в количестве 350 человек распались на несколько мелких частей, которые возглавляли Худайберди хан, Шахлы Нерре, Реджеп Кара, Аннакули хан, Гараоглан хан, Баба Тентек и др. Из них Баба Тентек 24 сентября сумел прорваться в Иран с 25 всадниками51.

 

Крупные повстанческие группировки в Каракумах действовали на территории Красноводского, Казанджикского, Бахарденского, Геоктепинского, Тедженского и Мервского районов, а в последующем и в Дарганатинском районе. Еще в 1930 г. наблюдалось откочевка в глубь Каракумской степи байских скотоводческих хозяйств, которые не желали платить тяжелые налоги и вообще подчиняться советской власти. Эту первую откочевку в 1930 г. провел известный ишан (духовное лицо) Караджа Аксакал. В начале июня 1931 г. против советской власти выступили скотоводы Дарганатинского района. Среди скотоводов, находившихся в культурной полосе Дарганатинского района, еще весной 1931 г. возникли слухи "об оккупации СССР иностранными войсками", "захвате Джунаид ханом Хивинского оазиса" и т. п. Той же весной около 230 хозяйств снялись со стадами и направились в пески. Перед уходом они нападали на советских работников, грабили склады и кооперативы. Для основной своей базы восставшие избрали кол. Хан-Кую (200 км на север от города Мерва), где установили контакт с мервскими баями, откочевавшими из культурной полосы. Через некоторое время в восстании участвовало до 400 хозяйств. К ним примкнули председатель Чарвадарского аулсовета Нургельды и член ЦИК Туркменской ССР Я. Яхшысахедов52.

 

Дарганатинские повстанцы отличались особой активностью. В конце июля группа Караджа Аксакала между колодцами Шор-Кудук и Дарганата вступила в бой с отрядом милиции и коммунаров. В бою Караджа Аксакал потерял 12 своих джигитов, но численность его группировки оставалась значительной. В течение июля-августа джигиты Караджа Аксакала произвели ряд грабежей в юго-западной части Хорезмского округа и в пределах Дейнаусского района, где захватили 10 тыс. колхозных баранов. Караджа Аксакал со своими людьми намеревался уйти в Афганистан, но севернее села Чашгын Мервского района он был обманным путем пойман и вместе с активными джигитами осужден53.

 

В июле вступили в действие и повстанцы Койматской группировки - в кол. Чагыле, Авламыше, Коймате, Геокдере, Донре, Тувере, Гара ишане, Геокленгуйысы (южном), Геокленгуйысы (северном). Общее количество кибиток достигало 1000, только учтенных всадников - 645 человек. Этими силами руководили Х. Атаджанов, Б. Гараманов, Г. Чагылов, Д. Поладов и др. Казахские повстанцы расположились в Донре, Кошкызыле, Кырксекизе, Ходжасопи, Кумсебшене, Туэре, на границе с Казахстаном. Общее количество кибиток казахских повстанцев приближалось к 1000, а учтенных всадников - 155. Ими руководил Б. Дерментаев. Всего в Красноводском районе было выявлено 1785 кибиток, а учтенных всадников насчитывалось около 900. На 25 июля, по данным ОГПУ Средней Азии, на территории Туркменистана, главным образом в песках, имелось 14 басмаческих группировок (46 руководителей, 2046 басмачей; винтовок - 2055, пулеметов - 3, мортирок Дьяконова - 2)54.

 

К концу июля повстанцы создали угрозу непосредственно городу Красноводску, поселкам Джебел, Кувли-Маяк и др. Поэтому гарнизон Красноводска находился в полной боевой готовности, а служащие пригородных поселков спешно переправляли свои семьи в город.

 

Противостоявшие в Красноводском районе повстанцам советские отряды к 30 июля были размещены в Кошоба (60 штыков и 60 всадников, при четырех пулеметах) во главе с командиром дивизиона 24-го полка Расторгуевым; в Аккую (81 штык, два пулемета) под командованием Егорова; в Сойли (40 штыков, два пулемета) под командованием командира взвода 24-го полка Василевского; в Нефтедаге (29 штыков, один пулемет); в Джебеле (60 сабель 65-го дивизиона, 19 штыков 24-го полка, 22 штыка с пулеметом охраны, 26 штыков охраны порта Красноводска) под командованием командира 63-го дивизиона; в Сартасе (85 штыков, 4 пулемета); в Кызылкуме (50 штыков, два пулемета); в Кара-богазе (25 штыков).

 

Таким образом, повстанческим группировкам Красноводского района противостояли примерно 556 бойцов полевых войск и войск ОГПУ. Однако моральное состояние бойцов советских частей не всегда было на высоте. Бывали случаи, когда красноармейцы и партийные работники из боязни отказывались воевать с повстанцами. Например, из отряда Кабисского дезертировали коммунист и комсомолец, за что оба и были арестованы. Более того, 12 бойцов железнодорожной охраны организованно отказались исполнить приказ о выступлении против повстанцев55.

 

30 июля туркмено-казахский отряд напал на кол. Аккую, где находился отряд добровольной милиции под командованием Егорова численностью в 60 бойцов. В поддержку Егорову из Кошоба был послан конный отряд в 45 сабель, который на кол. Ирикли, на пути между Кошоба и Аккую, был встречен повстанцами. Вступив в бой, советский отряд понес большие потери (около 30 убитых) и отступил в Кошоба. 2 августа в помощь Егорову из Кошоба был отправлен второй отряд численностью в 160 человек под командованием Расторгуева. Однако эта помощь опоздала: отряд Егорова был уничтожен. Только в бою 2 августа около кол. Аккую из его отряда погибли 30 милиционеров, в том числе и сам Егоров56.

 

Ввиду осложнения обстановки в Джебело-Красноводском районе в середине августа в Джебел прибыл командующий войсками округа командарм П. Е. Дыбенко. На митинге, устроенном на вокзале ст. Джебел, он пригрозил, что "если эти звери (то есть повстанцы. - Дж. А.) до 15 августа не сложат оружия, то в течение 15 дней будут разгромлены"57. Однако повстанцы не только не сложили оружия, но и перешли к еще более решительным действиям. Они напали на важный железнодорожный узел Джебел.

 

Вечером 24 августа повстанцы под общим командованием Хакмурад хана разрушили Ташрабатский водопровод, обеспечивавший Джебел питьевой водой, и подожгли железнодорожный мост в двух километрах от Джебела в сторону Красноводска. Движение поездов в сторону Красноводска, телеграфная и телефонная связь были прерваны. Повстанцы также сожгли железнодорожную казарму, разобрали путь, повалили телеграфные столбы и перерезали провода 58. В Джебеле создалось критическое положение, станция оказалась в окружении. Из-за отсутствия движения поездов на вокзале ст. Джебел собрались 2000 пассажиров, сюда в панике прибежали, в нижнем белье, отдыхавшие на курорте Моллакара59. Они со страхом следили за ходом боев.

 

Против напавших на Джебел повстанцев действовал 2-й Туркменский кавалерийский полк при 6 пулеметах и 4 орудиях под командованием Я. Кулиева. Когда вблизи Джебела начался бой, туда подошел бронепоезд N 10 с отрядами красноармейцев. Бой продолжался до вечера 25 августа, когда обе стороны отошли на исходные позиции. Однако бронепоезд продолжал артиллерийский огонь. В общей сложности в сторону повстанцев было выпущено 169 снарядов. Как отмечалось в сводке ГПУ с места боя, повстанцы "дрались стойко, проявляя тактическую осведомленность, три атаки кав[алерийского] отряда... отбиты". Вечером 25 августа из Казанджика на помощь осажденным был направлен также 1-й Туркменский кавалерийский полк под командованием Антонова. С рассветом 26 августа из Ашхабада в Кизыларват было переброшено звено самолетов. Подтянувшийся кавалерийский полк около полудня 26 августа начал бой. Самолеты без посадки в Джебеле сбросили на противника 18 бомб, после чего два самолета вернулись в Кизыларват за горючим, а третий, получивший две пробоины, приземлился в Джебеле60.

 

Захватить Джебел повстанцы все же не сумели, натолкнувшись на хорошую выучку советских войск. Артиллерия и авиация нанесли басмачам большой урон. Хакмурад хан с сожалением отметил невозможность борьбы с самолетами: "200 человек во время снижения самолетов били по ним, но ничего не смогли сделать. В дальнейшем в таком положении вести борьбу нельзя". Сражение за Джебел продолжалось три дня. Потеряв около 70 человек убитыми и много раненых, Хакмурад хан ушел на кол. Чагыл61.

 

В итоге советским войскам удалось добиться некоторых успехов. Но разгромить восставших скотоводов-кочевников они не смогли, к 1 сентября 1931 г. в Туркменистане оставалось еще около 3 тыс. вооруженных повстанцев62. Самым крупным повстанческим отрядом оставалась группировка Илли аху-наи Б. Дерментаева63.

 

Для полного разгрома повстанческого движения штабу округа пришлось разработать план большой операции. Приказом Реввоенсовета САВО были сформированы несколько войсковых отрядов. Тедженский отряд в составе 82-го кавалерийского полка должен был очистить Мервский и Тедженский регионы от остатков группировки Оразгельды хана и не пропустить отдельные группы через железную дорогу, к югу от участка Геоксюри-Каахка.

 

Бахарденский и Кизыларватский отряды в составе Узбекского кавалерийского полка, усиленного эскадроном 1-й горнострелковой дивизии, 40-м авиаотрядом, двумя бронемашинами и полуротой 20-го саперного батальона, под общим командованием командира полка Бекджанова должны были действовать двумя группами от Бахардена и Кизыларвата в направлениях на кол. Ортакуйы и кладбище Акяйла с задачей ликвидировать группировку в районе Ортакуйы.

 

Туркменская кавалерийская бригада, усиленная 35-м авиаотрядом, отдельным эскадроном 8-й кавалерийской бригады, четырьмя автомашинами, под общим командованием комбрига Мелькумова должна была действовать двумя группами от Казанджика и Джебела совместно с десантным отрядом и ликвидировать повстанческую группировку в районах колодцев Коймат, Туэр и Дяхли.

 

Десантный отряд в составе Ташкентской отдельной Среднеазиатской военной школы (ОСАВШ) им. В. И. Ленина и 85-го дивизиона войск ОГПУ, с пятью бронемашинами, шестью трехосными автомашинами, двумя автотранспортными ротами, пятью танкетками, под общим командованием начальника ОСАВШ А. К. Малышева, должен был высадиться в районе Ходжа Софии. Десантники, посаженные на грузовые машины автотранспортных рот, к 6 сентября должны были выдвинуться в район кол. Сойли-Портопук (?) и к 12 сентября занять кол. Туэр, не допуская отхода повстанцев к северу; совместными действиями с Туркменской кавалерийской бригадой отряд Малышева должен был уничтожить противника в районе Авламыш, Туэр и Дяхли.

 

По этому плану, 83-й кавалерийский полк должен был находиться в резерве в г. Мерве. Один из эскадронов этого полка уже стоял на ст. Казанджик и предполагалось использовать его в боевых действиях в песках. В Ашхабаде были наготове бронепоезда N 10 и N 62, бронелетучка и автотранспортная рота. В Кизыларвате расположился штаб военного руководства, взвод воздушного десанта, три бронемашины и 40-й авиаотряд.

 

В Хорезмском оазисе были сосредоточены 84-й кавалерийский полк, дивизион 10-го полка войск ОГПУ и 62-й дивизион войск ОГПУ под общим начальством командира Узбекской кавалерийской бригады Петрова. Эти войсковые части, оставив эскадрон в Хиве, должны были выдвинуться на западную границу Хорезмского оазиса в районе Казанкала.

 

Карательная операция против повстанцев началась 9 сентября, а в ряде мест с наибольшей активностью повстанцев - 5 сентября. Общее руководство операцией было поручено командующему войсками САВО Дыбенко, начальнику военно-полевого штаба В. Г. Позняку, члену военного совета Г. Г. Ястребову, а также прибывшим из Ташкента и Москвы представителям ОГПУ СССР Евдокимову и Соболеву. Штаб операции расположился в Кизыларвате, там же временно находились все партийно-советские и хозяйственные руководители Туркменистана.

 

После подготовительной работы курсанты ОСАВШ под командованием Малышева из Красноводска на барже были перевезены на Карабогазгол и оттуда по маршруту колодцев Сойли-Туэр были направлены на кол. Чагыл, где находился главный центр повстанцев. В тот же день по тому же маршруту отправился мотомеханизированный отряд под командованием И. И. Ламанова на 44 машинах различных марок (мареланды, зауреры, форды, фиаты). В отряде Ламанова было 165 человек, 3 бронемашины, 5 танкеток, 12 пулеметов и 10 мортирок64.

 

Из Джебела вышел 2-й Туркменский кавалерийский полк Турчинского, из Казанджика - 1-й Туркменский кавалерийский полк Ф. Н. Антонова, из Кизыларвата - Узбекский кавалерийский полк М. Миршарипова, из Бахарде-на - другой Узбекский кавалерийский полк Бекджанова, из Ашхабада - 1-я коммунистическая рота, из Артыка - маневренный отряд пограничных войск, из Теджена - трижды Краснознаменный 82-й Актюбинский кавалерийский полк А. И. Бацкалевича, из Мерва - 83-й Краснознаменный Бегалинский кавалерийский полк М. В. Самокрутова, из Хивы - Краснознаменный 84-й кавалерийский полк Г. М. Хрюкина, из Ташауза - кавалерийский полк войск ОГПУ Константинова. Полевым частям Красной армии помогали районные и областные отряды милиции, а также отряды так наз. "краснопалочников" и местные отряды самоохраны, в рядах которых насчитывалось свыше 12 тыс. дайхан65. Ко всем войсковым соединениям были прикреплены бригады из числа партийно-государственных, советских и комсомольских работников республики, которые должны были заниматься разъяснительной работой среди бедняцкой и середняцкой части восставших кочевников и восстановить в песках местные органы советской власти. Началась "чистка" степных районов от повстанцев.

 

Главные силы туркмено-казахской группировки располагались в треугольнике Туэр-Чагыл-Авламыш, и они решили оказать здесь упорное сопротивление, создав в этих колодцах оборонительные сооружения и хорошо замаскированные укрепления. 1-й и 2-й Туркменские кавалерийские полки под командованием Мелькумова, а также курсанты ОСАВШ и мотомеханизированный отряд Ламанова с боями шли на кол. Туэр. 11 сентября отряд Ламанова вступил в бой с частью туркмено-казахской группировки под командованием Х. Атаджанова и Б. Дерментаева, которая после двухчасового боя, оставив 5 убитых и 11 раненых, отошла к главным силам - на кол. Чагыл. В этом бою были захвачены руководители казахских повстанцев Дерментаев, О. Тулебергенов и 144 хозяйства жителей Туэра. На другой день советские войска подошли к кол. Чагыл, где находился крупный повстанческий отряд - более 1000 туркмен и казахов, из них 600 вооруженных всадников и пеших66. Повстанцы подготовили двойную полосу обороны; в первой имелись с убежища и окопы, обложенные камнем. Вглубь песков шла вторая полоса окопов, обложенных саксаулом. Все это было тщательно замаскировано от наземного и воздушного наблюдения. Часть женщин, детей, стариков, все имущество и скот находились на кол. Донра в 3 - 4-х км от Чагыла.

 

12 сентября началось кровопролитное Чагылское сражение. Первыми в бой вступили курсанты ОСАВШ и 2-й Туркменский кавалерийский полк, а 13 сентября во второй половине дня - мотомеханизированный отряд. Повстанцы дрались упорно, до последнего, не желая сдаваться в плен, хотя им неоднократно предлагали сложить оружие. Был случай, когда верховой джигит бросился на танкетку и успел клинком разрубить фару, но был убит. Другая танкетка около часа действовала в полном окружении повстанцев, а затем с трудом вышла из боя. В этом бою повстанцы захватили и сожгли танк, который попал в траншею. Командир сгорел в танке, а водитель выбросился из горящей машины, но был убит67.

 

В Чагылском сражении использовалась также авиация, в частности, самолеты 37-й авиаэскадрильи 16-й авиабригады. 13 сентября они сбросили на оборонительные позиции и в тыл повстанцев 130, а 14 сентября еще 150 15-килограммовых бомб68. К концу дня ударами на земле и с воздуха повстанческий центр в Чагыле был разгромлен. Ночью оставшиеся в живых, используя темноту, навьючили верблюдов и, забрав семьи и скот, стали отходить на кол. Дяхли. Чтобы довершить разгром, советские войска начали использовать осветительные ракеты. Все пространство района колодцев Чагыл и Донра стало совершенно светлым. Повстанцы давно привыкли к пулеметам, гранатометам, орудиям и самолетам, но такого они еще не видели. Началась паника, хаос; бегущих повстанцев, перемешавшихся с семьями и скотом, красноармейцы расстреливали в упор.

 

В Чагылском сражении было убито 200 джигитов, сколько погибло гражданского населения - неизвестно. Среди погибших были Хакмурад хан, Маметдурды Диван, а также сыновья Б. Дерментаева Омар, Энее и Бекетмер и другие туркменские и казахские руководители. В плен попали казахские вожди Т. Чергенов и Ч. Джумабаев.

 

После Чагылского сражения уцелевшие повстанцы закрепились на кол. Дяхли. 17 сентября здесь произошло другое кровопролитное сражение, продолжавшееся 10 часов. Повстанцы занимали выгодную позицию, умело используя все выгодные рубежи, но подход 1-го Туркменского кавалерийского полка, направленного на Дяхли Дыбенко, дал советам решительный перевес.

 

Наблюдавшие за ходом боевых действий советские командиры свидетельствовали о храбрости и тактической грамотности повстанцев. "Басмачи, - говорится в одной из сводок, - дрались до последнего патрона. У кол. Дяхли даже женщины и дети принимали участие в бою, закидывая атакующих камнями и стреляя из винтовок. Все бандиты без исключения показали большую тактическую грамотность, умело ведя огневой бой, искусно отходили на новый рубеж под прикрытием огня. Умело использовали естественные прикрытия, хорошо маскировались и окапывались. Быстро научились вести борьбу с авиацией и танкетками"69.

 

Все джигиты, участвовавшие в сражении, либо погибли, либо попали в плен, спаслись только два человека. На поле боя остались 216 убитых повстанцев, в плен попали 42 человека. Таким образом, в боях под Туэром, Чагылом, Дяхли и в Кульмачском районе к 20 сентября повстанцы потеряли 711 человек убитыми, было захвачено в плен 326, взято разного оружия 177 единиц и два пулемета70. Многие участники восстания погибли при отступлении. Руководитель повстанцев в Северо-Западных Каракумах Илли ахун умер от жажды где-то в районе Устюрта.

 

В результате наступательных действий советских войск в сентябре была уничтожена и Бахардено-Геоктепинская группировка. После разгрома группировок Бахардено-Геоктепинского и Ербентского районов, по сообщению советских лазутчиков, на всех колодцах Геоктепинского района были вывешены красные флаги, а в некоторых - за отсутствием красных материй - белые флаги с надписями "Да здравствуют обездоленные всего мира!". Эти флаги вывешивались с целью показать свою лояльность по отношению к советской власти и обеспечить себя от войсковых мероприятий и бомбежки 71.

 

В сентябре-октябре 1931 г. повстанческое движение в Каракумах было разгромлено. Это неравное противостояние для повстанцев обернулось тяжелейшими потерями. В ходе операций, по данным советских органов, были убиты 74 руководителя восстания и 3217 активных джигитов. Сколько погибло гражданского населения, неизвестно; ясно лишь, что немало. У восставших кочевников были конфискованы 9102 единицы огнестрельного оружия, 13 193 верблюда, 595 лошадей и 63 857 баранов. Подверглись "фильтрованию" захваченные семьи басмачей - 10 064 человека, "басмаческих пособников" - 367, "антисоветских элементов" - 298, добровольно сдавшихся - 298, злостных несдатчиков оружия - 24772. Захваченных участников восстания судил военный трибунал САВО. По приговору военно-полевого суда многие из них были казнены73.

 

Карательные войска также понесли потери: были убиты 17 командиров и около 100 красноармейцев, десятки получили ранения, а количество потерь в отрядах ОПТУ и милиции еще не установлено. Из командного состава погибли Ламанов, Буровин, Неудачин, Ходжаев, Ч. Мурадов, командир авиаэскадрильи Янко, бывший командующий Закаспийским фронтом Соколов и другие.

 

Не уцелела и ташаузская группировка, возглавляемая Ахмед беком, Дурды Муртом, Дады баем и др. Только за день 17 сентября в боях погибло около 100 всадников. Однако опытным вождям удалось собрать свои силы и продолжить борьбу. 1 октября эскадрон 83-го кавалерийского полка вблизи кол. Культакыр (в 80 км севернее Бахардена) вступил в бой с группировкой Дурды Мурта численностью в 150 всадников. В бою погибли 25 повстанцев. Полк потерял 16 красноармейцев, и были ранены четыре командира74. Всего с 4 по 30 сентября в Ташаузском округе произошло 26 боевых столкновений с повстанческими отрядами, причем в основном удары были нанесены по группам Язан Окуза, конеургенчской туркмено-казахской группировке и по группе Атабай Нурджана в Порсинском районе. Казахской группировкой руководил Бекджан хан. Силами 10-го кавалерийского полка и 62-го дивизиона войск ОГПУ в районе Кесекли Конеургенчского района казахская группировка Бекджан хана была разгромлена.

 

К моменту подхода советских частей в район Ташаузского округа там уже действовали 10-й кавалерийский полк и 62-й дивизион войск ОГПУ. Совместно с этими частями в обследовании зарослей в течение сентября принимали участие отряды самоохраны, в которые было мобилизовано 8377 дехкан. Однако здесь, в отличие от других регионов Туркменистана, "батрацко-бедняцкий состав" аулов и отряды самоохраны были самыми ненадежными. Поэтому после окончания "чистки" местности их самих силой обезоружили.

 

После окончания войсковых операций по всей республике началось "изъятие антисоветского элемента". По решению Средазбюро ЦК ВКП(б) подлежали высылке из Туркменистана 12 тыс. человек. В Ашхабадском, Красноводском, Мервском и Чарджоуском округах к 15 ноября 1931 г. было арестовано более 5 тыс. человек, подлежавших высылке, в том числе женщины, дети и старики. В Ташаузском округе к 8 октября были арестованы главы семейств - 551 человек75.

 

Оставшиеся в живых повстанцы массами эмигрировали в соседние с Туркменистаном государства - Иран и Афганистан. Если за 1930 г. из республики эмигрировало 2167 хозяйств (данные по 25 районам республики), то за 1931 г. из Туркменистана эмигрировало не менее 3603 хозяйств76. За 1931 - первую половину 1933 г. только из приграничных районов в Иран и Афганистан бежали 27 303 хозяйства, было задержано при попытках эмиграции 6921 хозяйство ". Лишь часть беглецов благополучно добралась до предполагаемых новых мест обитания, много было уничтожено регулярными войсками и пограничниками.

 

Восстание 1931 г. было антисоветским и национально-освободительным движением, направленным прежде всего против большевистского насилия и террора, советизации и коллективизации. Главными событиями восстания 1931 г. были нападение на Конеургенч и Казанджик, окружение Джебела и Ербента, битвы в колодцах Чагыл, Дяхли и в местечке Аманша-Йылгынлы и др.

 

В ходе восстаний в некоторых местах предпринимались попытки создать новые органы власти в противовес советским. Однако басмачам недоставало организованности, мешала разобщенность различных центров восстания, не удавалось действовать совместно. Кроме Ташаузского округа и Тедженского района, жители культурной зоны республики не поддержали восставшее население, хотя скотоводы возлагали на них большие надежды. Восставшим остро не хватало оружия и боеприпасов, вследствие чего они были вынуждены отливать пули кустарным способом. Отправляемое эмигрантскими центрами оружие в большинстве случаев не доходило к месту назначения. Советская власть преодолевала существовавшие трудности и уже укрепилась. Опираясь на армию, она сумела беспощадно подавить восстание.

 

Примечания

 

1. Словарь иностранных слов. Изд.13-е, стереотипное. М. 1986, с. 73.
2. ОЖЕГОВ С. И. Словарь русского языка. М. 1988, с. 33.
3. МАТГЕЛЬДЫЕВА Дж. Концептуальный подход к басмачеству. - Политический собеседник, 1996, N 1, с. 19; РАХИМОВ Н. Из истории животноводства Туркменистана. Ашгабат. 1996.
4. КУПРИКОВА Е. Н. Советы Туркменистана в годы первых пятилеток. Ашхабад. 1991, с. 71, 78.
5. Центральный государственный архив Туркменистана (ЦГАТ), ф. 1, оп. 6, д. 244, л. 5.
6. НЕПЕСОВ Г. Победа советского строя в Северном Туркменистане (1917 - 1936 гг.). Ашхабад. 1950, с. 327.
7. Джунаид хан (Курбан Мамед сердар) (1862 - 1938) - туркменский родовой вождь. В 1912 г. поднял восстание против Хивинского хана и царской власти. В 1918 г. в Хиве взял власть в свои руки. Из-за предательства некоторых туркменских родоплеменных вождей в январе 1920 г. был свергнут отрядами Красной армии. В Хиве была провозглашена советская власть. В 1924 г. поднял восстание в Хорезме, но потерпел поражение. В феврале 1925 г. первым Всетуркменским съездом советов был амнистирован, однако в 1927 г. снова поднял восстание; потерпев поражение, обосновался на Северном Афганистане. Оттуда он оказывал содействие антисоветским силам и руководил повстанческим движением в Туркменистане. Умер в 1938 г. в Афганистане.
8. ЦГАТ, ф. 1, оп. 6, д. 244, л. 5; ф. 2, оп. 2, д. 255, л. 113 - 114.
9. Там же, ф. 2, оп. 2, д. 297, л. 31.
10. ЗЕВЕЛЕВ А., ПОЛЯКОВ Ю., ЧУГУНОВ А. Басмачество: возникновение, сущность, крах. М. 1981, с. 173.
11. ЦГАТ, ф. Р-1, оп. 6с, д. 244, л. 15.
12. Там же, ф. 2, оп. 2, д. 250, л. 87; Центральный государственный архив политической документации Туркменистана (ЦГАПДТ), ф. 51, оп. 16, д. 174, л. 3 - 4.
13. ЦГАТ, ф. 1, оп. 1, д. 201, л. 165.
14. КАЛИНОВИЧ Н. Н. Имя мое - Свобода. Ашхабад. 1984, с. 144.
15. ЦГАТ, ф. Р-1, оп. 6с, д. 144, л. 13 - 14.
16. Там же, л. 22.
17. Там же, д. 244, л. 13.
18. Там же, л. 14.
19. Там же, л. 16, 88.
20. Там же. л. 41 - 42.
21. Там же, л. 66, 62, 69.
22. Там же, ф. 2, оп. 2, д. 252, л. 6, П.
23. Там же, л. 15.
24. Там же, ф. 1, оп. 6, д. 244, л. 155.
25. ЦГАПДТ, ф. 1, оп. 8, д. 32, л. 59.
26. ЦГАТ, ф. 2, оп. 2, д. 216, л.. 105, 107.
27. ЦГАТ, ф. 1, оп. 2, д. 250, л. 17; ф. 2, оп. 2, д. 252, л. 6.
28. Там же, ф. Р-1, оп. 6с, д. 244, л. 24.
29. МАТГЕЛЬДЫЕВА Дж. Ук. соч., с. 19.
30. ЦГАТ, ф. Р-1, оп. 6с, д. 244, л. 57.
31. Там же, ф. 2, оп. 2с, д. 255, л, 206.
32. Там же, д. 250, л. 22.
33. ЦГАПДТ, ф. 51, оп. 16, д. 514, л. 7.
34. ЦГАТ, ф. 2, оп. 2, д. 250, л. 4.
35. Там же, л. 36.
36. ЦГАПДТ, ф. 51, оп. 16, д. 47, л. 53 - 54. В советской литературе восставших скотоводов так и называли - "хищниками Каракумов" (ЗЕВЕЛЕВ А., ПОЛЯКОВ Ю., ЧУГУНОВ А. Ук. соч., с. 169).
37. Syyasy sohbetde, 4.I.1995 (на туркменском языке).
38. ЦГАТ, ф. 2, оп. 2, д. 252, л. 76.
39. ЦГАПДТ, ф. 51, оп. 16, д. 279, л. 9.
40. ЦГАТ, ф. 1, оп. 6, д. 244, л. 38.
41. Там же, л. 43.
42. ЦГАТ, ф. 1, оп. 6, д. 244, л. 55.
43. Там же, ф. 2, оп. 2, д. 252, л. 88.
44. Там же, л. 87, 92, 240.
45. Там же, л. 89.
46. Там же, ф. Р-1, оп. 6с, д. 244, л. 114.
47. Там же, ф. 2, оп. 2, д. 252, л. 35, 164.
48. Там же, л. 93.
49. Там же, л. 143, 111, 143.
50. Там же, л. 159.
51. ЦГАПДТ, ф. 51, оп. 16, д. 49, л. 7; ЦГАТ, ф. 2, оп. 2, д. 252, с. 229.
52. ЦГАТ, ф. 2, оп. 2, д. 252, л. 50.
53. ЦГАПДТ, ф. 51, оп. 16, д. 685, л. 7.
54. ЦГАТ, ф. 2, оп. 2, д. 252, л. 75.
55. Там же, л. 82; ф. Р-1, оп. 6с, д. 144, л. 52.
56. Там же, ф. 2, оп. 2, д. 252, л. 81, 86.
57. ЦГАПДТ, ф. 51, оп. 16, д. 22, л. 6.
58. ЦГАТ, ф. 2, оп. 2, д. 252, л. 146 - 147.
59. ЦГАПДТ, ф. 51, оп. 16, д. 47, л. 57 - 59.
60. ЦГАТ, ф. 2, оп. 2, д. 252, л. 147, 152, 157.
61. Там же, л. 183, 160.
62. ЗЕВЕЛЕВ А., ПОЛЯКОВ Ю., ЧУГУНОВ А. Ук. соч., с. 173.
63. ЦГАПДТ, ф-51, оп. 16, д. 22, л. 7.
64. Там же, д. 174, л. 4.
65. РАХИМОВ Н. Ук. соч., с. 101.
66. ЦГАПДТ, ф. 51, оп. 16, д. 174, л. 4.
67. Там же, л. 4, 6.
68. Там же, л. 8.
69. Там же, ф. 1, оп. 8, д. 32, л. 124.
70. РАХИМОВ Н. Ук. соч., с. 105.
71. ЦГАТ, ф. 2, оп. 2, д. 255, л. 21; д. 252, л. 202.
72. РАХИМОВ Н. Ук. соч., с. 105.
73. ЦГАПДТ, ф. 51, оп. 16, д. 22, л. 10 - 11.
74. Там же, д. 174, л. 8.
75. ЦГАТ, ф. 2, оп. 2, д. 220, л. 7; оп. 1, д. 255, л. 34.
76. ЦГАПДТ, ф. 1, оп. 8, д. 24, л. 47 - 48.
77. ХОММАЕВ А. Туркменская эмиграция тридцатых годов. - Syyasy sohbetde, 23.III. 1994; РАХИМОВ Н. Ук. соч., с. 97.


Sign in to follow this  
Followers 0


User Feedback


There are no comments to display.



Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now

  • Categories

  • Files

  • Blog Entries

  • Similar Content

    • Военное дело аборигенов Филиппинских островов.
      By hoplit
      Laura Lee Junker. Warrior burials and the nature of warfare in pre-Hispanic Philippine chiefdoms //  Philippine Quarterly of Culture and Society, Vol. 27, No. 1/2, SPECIAL ISSUE: NEW EXCAVATION, ANALYSIS AND PREHISTORICAL INTERPRETATION IN SOUTHEAST ASIAN ARCHAEOLOGY (March/June 1999), pp. 24-58.
      Jose Amiel Angeles. The Battle of Mactan and the Indegenous Discourse on War // Philippine Studies vol. 55, no. 1 (2007): 3–52.
      Victor Lieberman. Some Comparative Thoughts on Premodern Southeast Asian Warfare //  Journal of the Economic and Social History of the Orient,  Vol. 46, No. 2, Aspects of Warfare in Premodern Southeast Asia (2003), pp. 215-225.
      Robert J. Antony. Turbulent Waters: Sea Raiding in Early Modern South East Asia // The Mariner’s Mirror 99:1 (February 2013), 23–38.
       
      Thomas M. Kiefer. Modes of Social Action in Armed Combat: Affect, Tradition and Reason in Tausug Private Warfare // Man New Series, Vol. 5, No. 4 (Dec., 1970), pp. 586-596
      Thomas M. Kiefer. Reciprocity and Revenge in the Philippines: Some Preliminary Remarks about the Tausug of Jolo // Philippine Sociological Review. Vol. 16, No. 3/4 (JULY-OCTOBER, 1968), pp. 124-131
      Thomas M. Kiefer. Parrang Sabbil: Ritual suicide among the Tausug of Jolo // Bijdragen tot de Taal-, Land- en Volkenkunde. Deel 129, 1ste Afl., ANTHROPOLOGICA XV (1973), pp. 108-123
      Thomas M. Kiefer. Institutionalized Friendship and Warfare among the Tausug of Jolo // Ethnology. Vol. 7, No. 3 (Jul., 1968), pp. 225-244
      Thomas M. Kiefer. Power, Politics and Guns in Jolo: The Influence of Modern Weapons on Tao-Sug Legal and Economic Institutions // Philippine Sociological Review. Vol. 15, No. 1/2, Proceedings of the Fifth Visayas-Mindanao Convention: Philippine Sociological Society May 1-2, 1967 (JANUARY-APRIL, 1967), pp. 21-29
      Armando L. Tan. Shame, Reciprocity and Revenge: Some Reflections on the Ideological Basis of Tausug Conflict // Philippine Quarterly of Culture and Society. Vol. 9, No. 4 (December 1981), pp. 294-300.
       
      Linda A. Newson. Conquest and Pestilence in the Early Spanish Philippines. 2009.
      William Henry Scott. Barangay: Sixteenth-century Philippine Culture and Society. 1994.
      Laura Lee Junker. Raiding, Trading, and Feasting: The Political Economy of Philippine Chiefdoms. 1999.
      Vic Hurley. Swish Of The Kris: The Story Of The Moros. 1936. 
       
      Peter Bellwood. First Islanders. Prehistory and Human Migration in Island Southeast Asia. 2017
      Peter S. Bellwood. The Austronesians. Historical and Comparative Perspectives. 2006 (1995)
      Peter Bellwood. Prehistory of the Indo-Malaysian Archipelago. 2007 (первое издание - 1985, переработанное издание - 1997, это второе издание переработанного издания).
      Kirch, Patrick Vinton. On the Road of the Winds. An Archaeological History of the Pacific Islands. 2017. Это второе издание, расширенное и переработанное.
      Marshall David Sahlins. Social stratification in Polynesia. 1958 Тут.
    • "Примитивная война".
      By hoplit
      Небольшая подборка литературы по "примитивному" военному делу.
       
      - Prehistoric Warfare and Violence. Quantitative and Qualitative Approaches. 2018
      - Multidisciplinary Approaches to the Study of Stone Age Weaponry. Edited by Eric Delson, Eric J. Sargis. 2016
      - Л. Б. Вишняцкий. Вооруженное насилие в палеолите.
      - J. Christensen. Warfare in the European Neolithic.
      - DETLEF GRONENBORN. CLIMATE CHANGE AND SOCIO-POLITICAL CRISES: SOME CASES FROM NEOLITHIC CENTRAL EUROPE.
      - William A. Parkinson and Paul R. Duffy. Fortifications and Enclosures in European Prehistory: A Cross-Cultural Perspective.
      - Clare, L., Rohling, E.J., Weninger, B. and Hilpert, J. Warfare in Late Neolithic\Early Chalcolithic Pisidia, southwestern Turkey. Climate induced social unrest in the late 7th millennium calBC.
      - ПЕРШИЦ А. И., СЕМЕНОВ Ю. И., ШНИРЕЛЬМАН В. А. Война и мир в ранней истории человечества.
      - Алексеев А.Н., Жирков Э.К., Степанов А.Д., Шараборин А.К., Алексеева Л.Л. Погребение ымыяхтахского воина в местности Кёрдюген.
      -  José María Gómez, Miguel Verdú, Adela González-Megías & Marcos Méndez. The phylogenetic roots of human lethal violence // Nature 538, 233–237
      - Sticks, Stones, and Broken Bones: Neolithic Violence in a European Perspective. 2012
       
       
      - Иванчик А.И. Воины-псы. Мужские союзы и скифские вторжения в Переднюю Азию.
      - Α.Κ. Нефёдкин. ТАКТИКА СЛАВЯН В VI в. (ПО СВИДЕТЕЛЬСТВАМ РАННЕВИЗАНТИЙСКИХ АВТОРОВ).
      - Цыбикдоржиев Д.В. Мужской союз, дружина и гвардия у монголов: преемственность и конфликты.
      - Вдовченков E.B. Происхождение дружины и мужские союзы: сравнительно-исторический анализ и проблемы политогенеза в древних обществах.
      - Louise E. Sweet. Camel Raiding of North Arabian Bedouin: A Mechanism of Ecological Adaptation //  American Aiztlzropologist 67, 1965.
      - Peters E.L. Some Structural Aspects of the Feud among the Camel-Herding Bedouin of Cyrenaica // Africa: Journal of the International African Institute,  Vol. 37, No. 3 (Jul., 1967), pp. 261-282
       
       
      - Зуев А.С. О боевой тактике и военном менталитете коряков, чукчей и эскимосов.
      - Зуев А.С. Диалог культур на поле боя (о военном менталитете народов северо-востока Сибири в XVII–XVIII вв.).
      - О.А. Митько. Люди и оружие (воинская культура русских первопроходцев и коренного населения Сибири в эпоху позднего средневековья).
      - К.Г. Карачаров, Д. И. Ражев. Обычай скальпирования на севере Западной Сибири в Средние века.
      - Нефёдкин А.К. Военное дело чукчей (середина XVII—начало XX в.).
      - Зуев А.С. Русско-аборигенные отношения на крайнем Северо-Востоке Сибири во второй половине  XVII – первой четверти  XVIII  вв.
      - Антропова В.В. Вопросы военной организации и военного дела у народов крайнего Северо-Востока Сибири.
      - Головнев А.В. Говорящие культуры. Традиции самодийцев и угров.
      - Laufer В. Chinese Clay Figures. Pt. I. Prolegomena on the History of Defensive Armor // Field Museum of Natural History Publication 177. Anthropological Series. Vol. 13. Chicago. 1914. № 2. P. 73-315.
      - Нефедкин А.К. Защитное вооружение тунгусов в XVII – XVIII вв. [Tungus' armour] // Воинские традиции в археологическом контексте: от позднего латена до позднего средневековья / Составитель И. Г. Бурцев. Тула: Государственный военно-исторический и природный музей-заповедник «Куликово поле», 2014. С. 221-225.
      - Нефедкин А.К. Колесницы и нарты: к проблеме реконструкции тактики // Археология Евразийских степей. 2020
       
      - N. W. Simmonds. Archery in South East Asia s the Pacific.
      - Inez de Beauclair. Fightings and Weapons of the Yami of Botel Tobago.
      - Adria Holmes Katz. Corselets of Fiber: Robert Louis Stevenson's Gilbertese Armor.
      - Laura Lee Junker. WARRIOR BURIALS AND THE NATURE OF WARFARE IN PREHISPANIC PHILIPPINE CHIEFDOMS.
      - Andrew  P.  Vayda. WAR  IN ECOLOGICAL PERSPECTIVE PERSISTENCE,  CHANGE,  AND  ADAPTIVE PROCESSES IN  THREE  OCEANIAN  SOCIETIES.
      - D. U. Urlich. THE INTRODUCTION AND DIFFUSION OF FIREARMS IN NEW ZEALAND 1800-1840.
      - Alphonse Riesenfeld. Rattan Cuirasses and Gourd Penis-Cases in New Guinea.
      - W. Lloyd Warner. Murngin Warfare.
      - E. W. Gudger. Helmets from Skins of the Porcupine-Fish.
      - K. R. HOWE. Firearms and Indigenous Warfare: a Case Study.
      - Paul  D'Arcy. FIREARMS ON MALAITA -1870-1900. 
      - William Churchill. Club Types of Nuclear Polynesia.
      - Henry Reynolds. Forgotten war. 2013
      - Henry Reynolds. The Other Side of the Frontier. Aboriginal Resistance to the European Invasion of Australia. 1981
      - John Connor. Australian Frontier Wars, 1788-1838. 2002
      -  Ronald M. Berndt. Warfare in the New Guinea Highlands.
      - Pamela J. Stewart and Andrew Strathern. Feasting on My Enemy: Images of Violence and Change in the New Guinea Highlands.
      - Thomas M. Kiefer. Modes of Social Action in Armed Combat: Affect, Tradition and Reason in Tausug Private Warfare // Man New Series, Vol. 5, No. 4 (Dec., 1970), pp. 586-596
      - Thomas M. Kiefer. Reciprocity and Revenge in the Philippines: Some Preliminary Remarks about the Tausug of Jolo // Philippine Sociological Review. Vol. 16, No. 3/4 (JULY-OCTOBER, 1968), pp. 124-131
      - Thomas M. Kiefer. Parrang Sabbil: Ritual suicide among the Tausug of Jolo // Bijdragen tot de Taal-, Land- en Volkenkunde. Deel 129, 1ste Afl., ANTHROPOLOGICA XV (1973), pp. 108-123
      - Thomas M. Kiefer. Institutionalized Friendship and Warfare among the Tausug of Jolo // Ethnology. Vol. 7, No. 3 (Jul., 1968), pp. 225-244
      - Thomas M. Kiefer. Power, Politics and Guns in Jolo: The Influence of Modern Weapons on Tao-Sug Legal and Economic Institutions // Philippine Sociological Review. Vol. 15, No. 1/2, Proceedings of the Fifth Visayas-Mindanao Convention: Philippine Sociological Society May 1-2, 1967 (JANUARY-APRIL, 1967), pp. 21-29
      - Armando L. Tan. Shame, Reciprocity and Revenge: Some Reflections on the Ideological Basis of Tausug Conflict // Philippine Quarterly of Culture and Society. Vol. 9, No. 4 (December 1981), pp. 294-300.
      - Karl G. Heider, Robert Gardner. Gardens of War: Life and Death in the New Guinea Stone Age. 1968.
      - P. D'Arcy. Maori and Muskets from a Pan-Polynesian Perspective // The New Zealand journal of history 34(1):117-132. April 2000. 
      - Andrew P. Vayda. Maoris and Muskets in New Zealand: Disruption of a War System // Political Science Quarterly. Vol. 85, No. 4 (Dec., 1970), pp. 560-584
      - D. U. Urlich. The Introduction and Diffusion of Firearms in New Zealand 1800–1840 // The Journal of the Polynesian Society. Vol. 79, No. 4 (DECEMBER 1970), pp. 399-41
      -  Barry Craig. Material culture of the upper Sepik‪ // Journal de la Société des Océanistes 2018/1 (n° 146), pages 189 à 201
      -  Paul B. Rosco. Warfare, Terrain, and Political Expansion // Human Ecology. Vol. 20, No. 1 (Mar., 1992), pp. 1-20
      - Anne-Marie Pétrequin and Pierre Pétrequin. Flèches de chasse, flèches de guerre: Le cas des Danis d'Irian Jaya (Indonésie) // Anne-Marie Pétrequin and Pierre Pétrequin. Bulletin de la Société préhistorique française. T. 87, No. 10/12, Spécial bilan de l'année de l'archéologie (1990), pp. 484-511
      - Warfare // Douglas L. Oliver. Ancient Tahitian Society. 1974
      - Bard Rydland Aaberge. Aboriginal Rainforest Shields of North Queensland [unpublished manuscript]. 2009
      - Leonard Y. Andaya. Nature of War and Peace among the Bugis–Makassar People // South East Asia Research. Volume 12, 2004 - Issue 1
      - Forts and Fortification in Wallacea: Archaeological and Ethnohistoric Investigations. Terra Australis. 2020
       
       
      - Keith F. Otterbein. Higi Armed Combat.
      - Keith F. Otterbein. THE EVOLUTION OF ZULU WARFARE.
      - Myron J. Echenberg. Late nineteenth-century military technology in Upper Volta // The Journal of African History, 12, pp 241-254. 1971.
      - E. E. Evans-Pritchard. Zande Warfare // Anthropos, Bd. 52, H. 1./2. (1957), pp. 239-262
      - Julian Cobbing. The Evolution of Ndebele Amabutho // The Journal of African History. Vol. 15, No. 4 (1974), pp. 607-631
       
       
      - Elizabeth Arkush and Charles Stanish. Interpreting Conflict in the Ancient Andes: Implications for the Archaeology of Warfare.
      - Elizabeth Arkush. War, Chronology, and Causality in the Titicaca Basin.
      - R.B. Ferguson. Blood of the Leviathan: Western Contact and Warfare in Amazonia.
      - J. Lizot. Population, Resources and Warfare Among the Yanomami.
      - Bruce Albert. On Yanomami Warfare: Rejoinder.
      - R. Brian Ferguson. Game Wars? Ecology and Conflict in Amazonia. 
      - R. Brian Ferguson. Ecological Consequences of Amazonian Warfare.
      - Marvin Harris. Animal Capture and Yanomamo Warfare: Retrospect and New Evidence.
       
       
      - Lydia T. Black. Warriors of Kodiak: Military Traditions of Kodiak Islanders.
      - Herbert D. G. Maschner and Katherine L. Reedy-Maschner. Raid, Retreat, Defend (Repeat): The Archaeology and Ethnohistory of Warfare on the North Pacific Rim.
      - Bruce Graham Trigger. Trade and Tribal Warfare on the St. Lawrence in the Sixteenth Century.
      - T. M. Hamilton. The Eskimo Bow and the Asiatic Composite.
      - Owen K. Mason. The Contest between the Ipiutak, Old Bering Sea, and Birnirk Polities and the Origin of Whaling during the First Millennium A.D. along Bering Strait.
      - Caroline Funk. The Bow and Arrow War Days on the Yukon-Kuskokwim Delta of Alaska.
      - HERBERT MASCHNER AND OWEN K. MASON. The Bow and Arrow in Northern North America. 
      - NATHAN S. LOWREY. AN ETHNOARCHAEOLOGICAL INQUIRY INTO THE FUNCTIONAL RELATIONSHIP BETWEEN PROJECTILE POINT AND ARMOR TECHNOLOGIES OF THE NORTHWEST COAST.
      - F. A. Golder. Primitive Warfare among the Natives of Western Alaska. 
      - Donald Mitchell. Predatory Warfare, Social Status, and the North Pacific Slave Trade. 
      - H. Kory Cooper and Gabriel J. Bowen. Metal Armor from St. Lawrence Island. 
      - Katherine L. Reedy-Maschner and Herbert D. G. Maschner. Marauding Middlemen: Western Expansion and Violent Conflict in the Subarctic.
      - Madonna L. Moss and Jon M. Erlandson. Forts, Refuge Rocks, and Defensive Sites: The Antiquity of Warfare along the North Pacific Coast of North America.
      - Owen K. Mason. Flight from the Bering Strait: Did Siberian Punuk/Thule Military Cadres Conquer Northwest Alaska?
      - Joan B. Townsend. Firearms against Native Arms: A Study in Comparative Efficiencies with an Alaskan Example. 
      - Jerry Melbye and Scott I. Fairgrieve. A Massacre and Possible Cannibalism in the Canadian Arctic: New Evidence from the Saunaktuk Site (NgTn-1).
      - McClelland A.V. The Evolution of Tlingit Daggers // Sharing Our Knowledge. The Tlingit and Their Coastal Neighbors. 2015
       
       
      - ФРЭНК СЕКОЙ. ВОЕННЫЕ НАВЫКИ ИНДЕЙЦЕВ ВЕЛИКИХ РАВНИН.
      - Hoig, Stan. Tribal Wars of the Southern Plains.
      - D. E. Worcester. Spanish Horses among the Plains Tribes.
      - DANIEL J. GELO AND LAWRENCE T. JONES III. Photographic Evidence for Southern Plains Armor.
      - Heinz W. Pyszczyk. Historic Period Metal Projectile Points and Arrows, Alberta, Canada: A Theory for Aboriginal Arrow Design on the Great Plains.
      - Waldo R. Wedel. CHAIN MAIL IN PLAINS ARCHEOLOGY.
      - Mavis Greer and John Greer. Armored Horses in Northwestern Plains Rock Art.
      - James D. Keyser, Mavis Greer and John Greer. Arminto Petroglyphs: Rock Art Damage Assessment and Management Considerations in Central Wyoming.
      - Mavis Greer and John Greer. Armored
 Horses 
in 
the 
Musselshell
 Rock 
Art
 of Central
 Montana.
      - Thomas Frank Schilz and Donald E. Worcester. The Spread of Firearms among the Indian Tribes on the Northern Frontier of New Spain.
      - Стукалин Ю. Военное дело индейцев Дикого Запада. Энциклопедия.
      - James D. Keyser and Michael A. Klassen. Plains Indian rock art.
       
       
      - D. Bruce Dickson. The Yanomamo of the Mississippi Valley? Some Reflections on Larson (1972), Gibson (1974), and Mississippian Period Warfare in the Southeastern United States.
      - Steve A. Tomka. THE ADOPTION OF THE BOW AND ARROW: A MODEL BASED ON EXPERIMENTAL PERFORMANCE CHARACTERISTICS.
      - Wayne  William  Van  Horne. The  Warclub: Weapon  and  symbol  in  Southeastern  Indian  Societies.
      - W.  KARL  HUTCHINGS s  LORENZ  W.  BRUCHER. Spearthrower performance: ethnographic and  experimental research.
      - DOUGLAS J. KENNETT, PATRICIA M. LAMBERT, JOHN R. JOHNSON, AND BRENDAN J. CULLETON. Sociopolitical Effects of Bow and Arrow Technology in Prehistoric Coastal California.
      - The Ethics of Anthropology and Amerindian Research Reporting on Environmental Degradation and Warfare. Editors Richard J. Chacon, Rubén G. Mendoza.
      - Walter Hough. Primitive American Armor. Тут, тут и тут.
      - George R. Milner. Nineteenth-Century Arrow Wounds and Perceptions of Prehistoric Warfare.
      - Patricia M. Lambert. The Archaeology of War: A North American Perspective.
      - David E. Jonesэ Native North American Armor, Shields, and Fortifications.
      - Laubin, Reginald. Laubin, Gladys. American Indian Archery.
      - Karl T. Steinen. AMBUSHES, RAIDS, AND PALISADES: MISSISSIPPIAN WARFARE IN THE INTERIOR SOUTHEAST.
      - Jon L. Gibson. Aboriginal Warfare in the Protohistoric Southeast: An Alternative Perspective. 
      - Barbara A. Purdy. Weapons, Strategies, and Tactics of the Europeans and the Indians in Sixteenth- and Seventeenth-Century Florida.
      - Charles Hudson. A Spanish-Coosa Alliance in Sixteenth-Century North Georgia.
      - Keith F. Otterbein. Why the Iroquois Won: An Analysis of Iroquois Military Tactics.
      - George R. Milner. Warfare in Prehistoric and Early Historic Eastern North America // Journal of Archaeological Research, Vol. 7, No. 2 (June 1999), pp. 105-151
      - George R. Milner, Eve Anderson and Virginia G. Smith. Warfare in Late Prehistoric West-Central Illinois // American Antiquity. Vol. 56, No. 4 (Oct., 1991), pp. 581-603
      - Daniel K. Richter. War and Culture: The Iroquois Experience. 
      - Jeffrey P. Blick. The Iroquois practice of genocidal warfare (1534‐1787).
      - Michael S. Nassaney and Kendra Pyle. The Adoption of the Bow and Arrow in Eastern North America: A View from Central Arkansas.
      - J. Ned Woodall. MISSISSIPPIAN EXPANSION ON THE EASTERN FRONTIER: ONE STRATEGY IN THE NORTH CAROLINA PIEDMONT.
      - Roger Carpenter. Making War More Lethal: Iroquois vs. Huron in the Great Lakes Region, 1609 to 1650.
      - Craig S. Keener. An Ethnohistorical Analysis of Iroquois Assault Tactics Used against Fortified Settlements of the Northeast in the Seventeenth Century.
      - Leroy V. Eid. A Kind of : Running Fight: Indian Battlefield Tactics in the Late Eighteenth Century.
      - Keith F. Otterbein. Huron vs. Iroquois: A Case Study in Inter-Tribal Warfare.
      - Jennifer Birch. Coalescence and Conflict in Iroquoian Ontario // Archaeological Review from Cambridge - 25.1 - 2010
      - William J. Hunt, Jr. Ethnicity and Firearms in the Upper Missouri Bison-Robe Trade: An Examination of Weapon Preference and Utilization at Fort Union Trading Post N.H.S., North Dakota.
      - Patrick M. Malone. Changing Military Technology Among the Indians of Southern New England, 1600-1677.
      - David H. Dye. War Paths, Peace Paths An Archaeology of Cooperation and Conflict in Native Eastern North America.
      - Wayne Van Horne. Warfare in Mississippian Chiefdoms.
      - Wayne E. Lee. The Military Revolution of Native North America: Firearms, Forts, and Polities // Empires and indigenes: intercultural alliance, imperial expansion, and warfare in the early modern world. Edited by Wayne E. Lee. 2011
      - Steven LeBlanc. Prehistoric Warfare in the American Southwest. 1999.
      - Keith F. Otterbein. A History of Research on Warfare in Anthropology // American Anthropologist. Vol. 101, No. 4 (Dec., 1999), pp. 794-805
      - Lee, Wayne. Fortify, Fight, or Flee: Tuscarora and Cherokee Defensive Warfare and Military Culture Adaptation // The Journal of Military History, Volume 68, Number 3, July 2004, pp. 713-770
      - Wayne E. Lee. Peace Chiefs and Blood Revenge: Patterns of Restraint in Native American Warfare, 1500-1800 // The Journal of Military History. Vol. 71, No. 3 (Jul., 2007), pp. 701-741
       
      - Weapons, Weaponry and Man: In Memoriam Vytautas Kazakevičius (Archaeologia Baltica, Vol. 8). 2007
      - The Horse and Man in European Antiquity: Worldview, Burial Rites, and Military and Everyday Life (Archaeologia Baltica, Vol. 11). 2009
      - The Taking and Displaying of Human Body Parts as Trophies by Amerindians. 2007
      - The Ethics of Anthropology and Amerindian Research. Reporting on Environmental Degradation and Warfare. 2012
      - Empires and Indigenes: Intercultural Alliance, Imperial Expansion, and Warfare in the Early Modern World. 2011
      - A. Gat. War in Human Civilization.
      - Keith F. Otterbein. Killing of Captured Enemies: A Cross‐cultural Study.
      - Azar Gat. The Causes and Origins of "Primitive Warfare": Reply to Ferguson.
      - Azar Gat. The Pattern of Fighting in Simple, Small-Scale, Prestate Societies.
      - Lawrence H. Keeley. War Before Civilization: the Myth of the Peaceful Savage.
      - Keith F. Otterbein. Warfare and Its Relationship to the Origins of Agriculture.
      - Jonathan Haas. Warfare and the Evolution of Culture.
      - М. Дэйви. Эволюция войн.
      - War in the Tribal Zone Expanding States and Indigenous Warfare Edited by R. Brian Ferguson and Neil L. Whitehead.
      - I.J.N. Thorpe. Anthropology, Archaeology, and the Origin of Warfare.
      - Антропология насилия. Новосибирск. 2010.
      - Jean Guilaine and Jean Zammit. The origins of war: violence in prehistory. 2005. Французское издание было в 2001 году - le Sentier de la Guerre: Visages de la violence préhistorique.
      - Warfare in Bronze Age Society. 2018
      - Ian Armit. Headhunting and the Body in Iron Age Europe. 2012
      - The Cambridge World History of Violence. Vol. I-IV. 2020

    • Пережогин В.А. Организация комитетов бедноты в Орловской губернии // Труды Московского государственного историко-архивного института. Т. 10. М., 1957. С. 89-100.
      By Военкомуезд
      В. А. ПЕРЕЖОГИН
      ОРГАНИЗАЦИЯ КОМИТЕТОВ БЕДНОТЫ В ОРЛОВСКОЙ ГУБЕРНИИ

      Великая Октябрьская социалистическая революция, лишив помещиков и капиталистов собственности на орудия и средства производства, дала возможность народам Советской России приступить к построению фундамента социалистической экономики. Успехи Советской власти на этом пути вызвали бешеную ярость внешних и внутренних врагов. Империалисты Антанты организовали военную интервенцию против страны Советов с целью задушить Советскую власть и установить старые буржуазные порядки. В середине 1918 г. Советская республика оказалась в кольце врагов, отрезанная от своих основных продовольственных, сырьевых и топливных районов.

      В результате военной интервенции и сопротивления кулаков в Советской России начался голод, остро ощущалась нехватка сырья и топлива для фабрик и заводов. Ободренное иностранной военной интервенцией, кулачество объявило экономический бойкот пролетарскому государству, срывая хлебную монополию и отказываясь продавать хлеб Советскому государству по твердым ценам. Кулаки забирали силу в деревне, захватывали отобранные у помещиков земли. Деревенская беднота не могла самостоятельно справиться с кулаками, она нуждалась в помощи.

      Коммунистическая партия поставила перед рабочим классом задачу организовать деревенскую бедноту и разгромить контрреволюционное кулачество. Центральный Комитет партии обратился к рабочим с призывом организовать «крестовый» массовый поход в деревню для разгрома кулачества, для реквизиции хлеба у кулаков и организации деревенской бедноты. В. И. Ленин в многочисленных выступлениях указывал, что только самый тесный союз рабочего класса и беднейшего /89/ крестьянства является единственным средством борьбы с кулачеством и буржуазией.

      Большое значение В. И. Ленин придавал организации заготовок хлеба в Орловской губернии, так как она находилась недалеко от Москвы и имела немалое количество излишков хлеба. Значительная часть продовольственных отрядов, сформированных в Москве, посылалась именно в Орловскую губернию. 5 августа 1918 г. В. И. Ленин писал Народному комиссару продовольствия Д. Д. Цюрупе по вопросу о заготовке хлеба в Елецком уезде этой губернии: «Направить тотчас, с максимальной быстротой, в Елецкий уезд, все продовольственные, уборочные и уборочно-реквизиционные отряды, с максимумом молотилок и приспособлений (если можно) для быстрой сушки хлеба и т. п.

      Дать задание — очистить уезд от излишков хлеба дочиста» 1). Вслед за этим указанием В. И. Ленина, специальным постановлением Совнаркома от 6 августа 1918 г. Народный комиссар земледелия Середа во главе отряда численностью в 250 человек был командирован в Орловскую, Тамбовскую и Воронежскую губернии для заготовки и уборки хлеба 2). Первым районом, в который прибыл этот отряд, был Елецкий уезд.

      С 29 августа по 21 сентября 1918 г. в Орловскую губернию из Москвы и Орехово-Зуева было послано 28 продовольственных отрядов общей численностью в 1.108 человек3). Продовольственные отряды рабочих формировались и в самой Орловской губернии. Так, например, уже к 12 июня 1918 г. губпродкомом было сформировано 7 отрядов рабочих в количестве 585 человек 4).

      С помощью московских и местных продовольственных отрядов в Орловской губернии успешно проходила организация комитетов бедноты, реквизиция излишков хлеба у кулаков и доставка хлеба на ссыпные пункты. Так, например, продовольственным отрядом тов. Середы в Елецком уезде было заготовлено более 1 миллиона пудов хлеба 5).

      Учитывая важность организации деревенской бедноты для борьбы с кулаками, ВЦИК П июня 1918 г. издал декрет «Об организации деревенской бедноты и снабжении ее хлебом, предметами первой необходимости и сельскохозяйственными орудиями» 6). Этим декретом повсеместно учреждались волостные и сельские комитеты бедноты, в состав которых избиралось беднейшее и среднее крестьянство. На комитеты бедноты /90/

      1) «Ленинский сборник», т. XVIII, стр. 179.
      2) ЦГАОР, ф. 478, on. 1, д. 62, л. 9.
      3) «Красный Архив», 1938, №№ 4—5, стр. 127—128.
      4) ЦГАОР, ф. 1943, on. 1, д. 126, л. 83.
      5) ЦГАОР, ф. 478, on. 1, д. 69, л. 121.
      6) «Экономическая политика СССР», т. 1, М., Госполитиздат, 1947, стр. 139.

      возлагалась задача распределения хлеба, предметов первой необходимости и сельскохозяйственных орудий, а также оказание содействия местным продовольственным органам в изъятии излишков хлеба из рук кулаков и спекулянтов.

      Следует отметить, что организация деревенской бедноты в особые комитеты в Орловской губернии началась еще задолго до издания декрета ВЦИК от 11 июня 1918 г. Классовая борьба с кулаками потребовала от беднейшего крестьянства самоорганизации, которая началась в Орловской губернии с января 1918 г., когда деревенская беднота стала создавать свои комитеты для реквизиции излишков хлеба у кулаков. Так, например, в деревне Ледне, Богдановской волости, Орловского уезда в последних числах января 1918 г. состоялся общий сход деревни, на котором обсуждался вопрос о снабжении нуждающегося населения хлебом. Но собрание не пришло к единому мнению, так как присутствовавшие на нем кулаки заняли враждебную по отношению к бедноте позицию. Тогда деревенская беднота собралась отдельно и вынесла постановление: «Организовать комитет, который помимо существующей продовольственной управы немедленно должен проверить и отобрать запас хлеба у зажиточных хозяев и отдать таковой нуждающимся» 1). Это постановление, спустя несколько дней стало проводиться в жизнь комитетом, в помощь которому был создан отряд Красной гвардии.

      В Олехновской волости Брянского уезда возникла целая сеть комитетов, так называемых «обществ голодающих» во главе с волостным комитетом. Однако повсеместная организация комбедов в Орловской губернии началась после издания декрета ВЦИК от 11 июня 1918 г., когда дело организации комбедов взяла в свои руки губернская организация большевиков. Перед ней стояла задача организовать и сплотить вокруг себя деревенскую бедноту, привлечь трудящееся крестьянство к повседневной работе управления государством через комитеты бедноты.

      Организация комитетов бедноты в Орловской губернии с самого начала проходила под руководством и контролем губернского комитета Коммунистической партии. По инициативе губкома партии в конце июня 1918 г. Орловским губернским Советом была издана специальная «Инструкция по проведению в жизнь декрета об организации комитетов деревенской бедноты» 2). В этой инструкции говорилось о создании специальных центральных и местных органов для организации комбедов в губернии. Они создавались как временные организа-/91/

      1) «Орловский вестник», № 34, 24 февраля 1918 г.
      2) «Известия Орловского губернского комиссариата по продовольствию», № 2, июнь 1918 г., стр. 16—17.

      ции, действующие до полной организации комбедов в губернии. 21 июля 1918 г. в г. Орле по инициативе губкома партии было создано Центральное бюро по организации комитетов бедноты в составе двух членов («Центробюрокомбед»). В задачи Центробюрокомбеда входило наладить повседневную организацию комитетов бедноты в губернии. С этой целью уже 24 июля им было послано около 40 инструкторов для организации комбедов на местах 1). Штат инструкторов при Центробюрокомбеде создавался из наиболее сознательных и передовых рабочих и коммунистов.

      В уездах, согласно инструкции Орловского Совета, изданной в конце июня 1918 г., создавались уездные бюро по организации комбедов. Так, например, Брянский Совет рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов на своем заседании 29 июля 1918 г. вынес решение создать уездное бюро по организации комбедов 2). Аналогичные бюро были созданы также в Кромском 3), Орловском 4) и других уездах.

      Создание таких специальных бюро по организации комитетов бедноты объяснялось тем, что в ряде уездов и волостей губернии местные Советы были засорены кулацкими элементами, кое-где на местах было сильное влияние «левых» эсеров, которые выступали против организации комбедов. Губернская партийная организация большевиков взяла руководство созданием комбедов в свои руки, формируя специальные органы по созданию на местах комбедов, в состав которых входили большевики.

      6 августа в г. Орле открылась I губернская партийная конференция большевиков, которая подвела первые итоги по организации комбедов в губернии. Эта конференция обязала «каждого члена партии, какой бы работой он не был занят, уделять больше времени на агитацию и пропаганду среди рабочих и деревенской бедноты» 5). «Правда», сообщая об итогах работы первой Орловской губернской партийной конференции, писала: «Съезд коммунистов Орловской губернии свидетельствует о росте партии в деревне почти во всей губернии... По докладам с мест и регистрации Орловского бюро по организации комитетов бедноты, проведенной силами коммунистов Орловского центра и местными силами, организовано свыше шестисот комитетов бедноты, прекрасно ведущих работу по реализации урожая» 6).

      Коммунистическая партия была не только руководителем, но и непосредственным организатором деревенской бедноты. /92/

      1) «Известия Орловского губернского и городского Советов», № 197, 24 октября 1918 г.
      2) ЦГАОР, ф. 393, оп. 3, д. 258, л. 85.
      3) ЦГАОР, ф. 478, оп. 1, д 394, л. 101.
      4) ЦГАОР, ф. 393, оп. 4, д. 8, л. 78.
      5) «Правда», № 172, 15 августа 1918 г.
      6) «Правда», № 179, 23 августа 1918 г.

      Характерным явлением комбедовского периода являлся одновременный рост комитетов бедноты и местных партийных ячеек коммунистов. Возникавшие в разных местах губернии партийные ячейки коммунистов энергично развертывали свою деятельность, брали на себя инициативу создания комбедов. Так, в селе Тросном Елецкого уезда несмотря на сопротивление кулаков 30 июня 1918 г. организовалась ячейка коммунистов 1). Это село было под сильным влиянием кулаков и задавленная беднота не в силах была одна с ними справиться. На помощь бедноте пришла только что организовавшаяся партийная ячейка, которая на сельском собрании познакомила деревенскую бедноту с декретом об организации комбедов, разъяснила создавшееся в стране положение. На этом же собрании был образован комитет бедноты, в который вошли 6 коммунистов 2).

      По примеру Тросновской ячейки в соседней Становлянской волости Елецкого же уезда также была организована 10 сентября 1918 г. партийная ячейка коммунистов. Сначала она состояла из 21 человека, затем увеличилась до 40 членов. К 6 октября 1918 г. в этой волости было уже 11 ячеек коммунистов с числом членов в них около 200 человек 3).

      Процесс одновременного роста партийных ячеек коммунистов и комитетов бедноты можно проследить на Елецком уезде, в котором уже на 3 августа 1918 г. было организовано 22 партийных ячейки и 33 комитета бедноты 4); на 22 августа — 53 ячейки коммунистов и более 500 комбедов; на 25 октября 1918 г. было организовано 73 ячейки коммунистов с числом членов в них около 2000 человек, а комитетов бедноты к 25 ноября 1918 г. было организовано около 600 5). Одновременный и быстрый рост комитетов бедноты и партийных ячеек свидетельствует о том, что коммунисты вели большую разъяснительную работу среди трудового крестьянства, укрепляли комбеды путем создания местных партийных организаций.

      Организация деревенской бедноты происходила в ожесточенной классовой борьбе с кулаками. Кулаки не гнушались никакими средствами, чтобы помешать организации комбедов, распространяя антисоветскую агитацию и доходя до убийства советских работников и вооруженного разгона комбедов. В целях борьбы с кулаками Мценский уездный исполком 4 сентября 1918 г. принял специальное постановление, в котором местным Советам предписывалось «всех ведущих агитацию против организации комитетов деревенской бедноты немедлен-/93/

      1) «Голос трудового крестьянства», № 169, 12 июля 1918 г.
      2) «Голос трудового крестьянства», № 175, 19 июля 1918 г.
      3) Там же, № 239, 6 октября 1918 г.
      4) С. Ронин. Комбеды Курской и Воронежской областей, Воронеж, 1935, стр. 84.
      5) «Вестник бедноты», Елец, № 16, 25 ноября 1918 г.

      но арестовывать и препровождать в Мценск» 1). Губернская партийная организация большевиков, немногочисленная по своему составу в начале организации комбедов не могла послать в деревню необходимое число инструкторов-коммунистов, чтобы обезвредить кулацкую агитацию и во всех селах и волостях взять дело организации комбедов в свои руки. Поэтому в тех селах и волостях, где партийная прослойка была слаба, кулакам удавалось помешать организации комбедов. Так, например, на волостном сходе Часамской волости Брянского уезда кулаки постановили: «никаких комитетов не организовывать» 2).

      Следует отметить, что в самом начале организации комбедов, когда еще кулаки чувствовали свою силу перед слабо организованной беднотой, они открыто, иногда вооруженным путем разгоняли комбеды, стараясь в самом начале помешать их созданию. Например, в ожесточенной классовой борьбе с кулаками возник комитет бедноты в деревне Большое Спицыно Богдановской волости Орловского уезда. 11 сентября 1918 г., когда в эту деревню из волостного комбеда пришли руководящие бумаги по организации комбеда, беднота деревни в количестве 10 человек собралась в избе, чтобы создать свой комбед. В избу ворвались вооруженные вилами кулаки, разорвали присланные инструкции и даже одному из бедняков нанесли побои. Но деревенская беднота не остановилась на полпути и несмотря на прямые угрозы кулаков организовала в своей деревне комитет бедноты 3).

      По мере усиления и количественного роста комитетов бедноты, кулаки изменили формы борьбы. Они стали стремиться тихой сапой пробраться в состав комбедов, чтобы изнутри подрывать их деятельность. Комитеты бедноты в большинстве случаев организовывались на собраниях деревенской бедноты и середняков, кулаки изгонялись с этих собраний. Но в некоторых волостях и селах, где партийная прослойка большевиков была слаба, кулаки, пользуясь политической неопытностью, доверчивостью и неграмотностью деревенской бедноты участвовали в выборах комбедов и проводили в их состав своих людей. Так, например, в селе Аргамач Ламской волости Елецкого уезда 13 сентября происходили довыборы в комбед. До этого председатель и секретарь комбеда были кулаками, а на собрании было доизбрано еще 2 кулака. Собрание, кроме того, обсудило вопрос о разделе двух лугов-суходолов. Неудивительно, что /94/

      1) «Солдат, крестьянин и рабочий», № 27, 4 сентября 1918 г. (орган Мценского Совета).
      2) «Беднота», № 169, 20 октября 1918 г.
      3) С. Р о н и н. Указ, соч., стр. 64.

      кулацкий комбед постановил: «дать с этих суходолов сено зажиточным, бедноту же исключить окончательно» 1).

      Упорное сопротивление организации комитетов бедноты оказывали «левые» эсеры, которые сидели в ряде уездных и волостных Советов Орловской губернии вплоть до конца августа 1918 г. Они отказывались признать декрет об организации комбедов, задерживали все инструкции и циркуляры, которые посылались центральными органами на места, всячески старались затянуть дело организации комбедов. Например, Карачевский уездный исполком, где сидели «левые» эсеры, заявил 27 июня 1918 г., что декрет об организации комбедов необходимо отменить, так как «проведение в жизнь декрета об организации крестьянской бедноты повлечет только распыление революционного крестьянства, а не объединение его» 2). Они выступали против комитетов бедноты, защищая, якобы, интересы среднего крестьянства, так как середняк часто был недоволен тем, что у него забирали излишки хлеба и не давали взамен промышленных и других товаров. На самом деле «левые» эсеры стремились привлечь середняка на свою сторону, чтобы натравить его в союзе с кулаками на комбеды.

      Но предательская политика «левых» эсеров была разоблачена большевиками. Орловская партийная организация большевиков в период организации комитетов бедноты значительно выросла численно и окрепла организационно. Быстрый рост местных партийных ячеек коммунистов свидетельствовал о том, что Коммунистическая партия в этот период росла и крепла не только за счет рабочего класса, а пополнялась также и за счет передовых, сознательных трудящихся крестьян.

      К первому губернскому съезду коммунистов, состоявшемуся в середине августа 1918 г., в составе орловской партийной организации числилось около 5000 коммунистов. Этот же 1-й съезд коммунистов Орловской губернии отметил, что «левые» эсеры, опиравшиеся на кулацкие элементы в деревне, «везде исключены из исполкомов после московской авантюры и как организация не существует ни в одном уезде или волости» 3).

      После поражения «левых» эсеров организация комбедов в губернии в августе 1918 г. стала проходить успешнее. Для еще более успешной организации комбедов по инициативе губкома партии большевиков 22 августа 1918 г. Центробюрокомбедом было созвано губернское совещание представителей уездных бюро комбедов. Совещание выявило слабые места, выяснило нужды и потребности каждого уезда. В соответствии с выявившимися потребностями орловская партийная организация рас-/95/

      1) «Известия Орловского губернского и городского Советов», № 171, 21 сентября 1918 г.
      2) ЦГАОР, ф. 1943, оп. 3, д. 886.
      3) «Известия ВЦИК», № 178, 20 августа 1918 г.

      станавливала свои силы, посылая коммунистов на более ответственные участки.

      Особенно широкий характер организация комбедов приняла в Орловской губернии в августе—сентябре 1918 г., когда и была создана большая часть комитетов бедноты.

      О количестве организованных комитетов бедноты в Орловской губернии к началу ноября 1918 г. можно судить по таблице, которая составлена по ведомостям на уплату жалованья членам комбедов 1).



      Таким образом, на первую половину ноября 1918 г. в Орловской губернии было организовано около четырех с половиной тысяч волостных и сельских комитетов бедноты с количеством членов в них более 13 тысяч человек.

      В период организации и деятельности комитетов бедноты партией большевиков была возложена на них большая задача по привлечению многочисленного слоя среднего крестьянства на сторону Советской власти. Комитеты бедноты должны были вовлечь середняка в свою деятельность, сплотить беднейшее и среднее крестьянство в борьбе против кулаков и буржуазии. В. И. Ленин в примечании первом к параграфу второму декрета об организации комбедов специально подчеркнул, что крестьяне, пользующиеся наемным трудом для ведения хозяйства, непревышающего потребительских норм, т. е. среднее /96/

      1) ЦГАОР, ф. 1943, оп. 3, д. 527, лл. 259—260.

      крестьянство, имеют право избирать и быть избранными в комбеды 1).

      Однако не все местные Советы и комбеды правильно поняли смысл декрета об организации комбедов. Были случаи, когда нарушались интересы среднего крестьянства, деревенская беднота противопоставляла себя середняку и не допускала его в состав комбедов. Так, например, собрание комитетов бедноты Кромского уезда в своей резолюции от 16—19 августа 1918 г. постановило: «избирать и быть избранными могут быть только крестьяне-бедняки» 2).

      Такая тенденция некоторых комбедов была опасна, так как грозила отколоть середняка от Советской власти.

      Чтобы исправить неверную линию, занятую некоторыми комбедами по отношению к середняку, В. И. Ленин и Народный комиссар по продовольствию А. Д. Цюрупа 17 августа 1918 г. обратились с письмом ко всем губернским совдепам и продкомам, в котором еще раз разъяснили смысл декрета об организации комбедов. Это письмо было написано В. И. Лениным. Вождь пролетариата писал, что Советская власть никогда не вела борьбу со средним крестьянством и всегда ставила своей целью объединение городского пролетариата с сельским пролетариатом и полупролетариатом, а также с трудовым средним крестьянством. В. И. Ленин еще раз разъяснил те параграфы декрета об организации комбедов, которые предусматривали привлечение середняка к участию в организации и деятельности комитетов бедноты 3).

      После этого письма В. И. Ленина неправильная линия, занятая некоторыми комбедами Орловской губернии по отношению к середняку, была исправлена. Губернская партийная организация большевиков много сделала для разъяснения членам комбедов необходимости союза со средним крестьянством.

      Одним из сложных вопросов при организации комитетов бедноты был вопрос о взаимоотношениях комбедов с местными Советами. Ни в декрете от 11 июня 1918 г. об организации комбедов, ни в дополнительных инструкциях, изданных центральными органами, вопрос о взаимоотношениях между комбедами и Советами не получил ясного освещения. И это было не случайно. В период организации и деятельности комитетов бедноты невозможно было дать точное указание на характер взаимоотношений между комбедами и Советами для всех губерний России, потому, что этот вопрос можно было разрешить только на местах, в зависимости от социального состава местных Советов.

      Взаимоотношения между комбедами и Советами решались местными партийными и советскими органами в зависимости от /97/

      1) См. «Ленинский сборник», т. XVIII, стр. 110—111.
      2) С. Ронин. Указ, соч., стр. 327.
      3) См. «Ленинский сборник», т. XVIII, стр. 142—143.

      сложившихся условий, в зависимости от социального состава низовых Советов.

      Орловская губернская партийная организация большевиков и губернский Совет в своих указаниях дали точную установку комитетам бедноты по отношению к кулацким Советам. Например, вторая Орловская губернская конференция большевиков в своей резолюции от 23 октября 1918 г. указывала: «В том случае, когда политическая деятельность (Советов — В. П.) противоречит интересам деревенской бедноты, комбеды вправе требовать переизбрания Совдепов» 1).

      Таким образом, партийная организация Орловской губернии заняла правильную позицию по отношению к кулацким Советам, требуя их немедленного переизбрания.

      Вопросом о взаимоотношениях между Советами и комбедами занимались и уездные съезды комитетов бедноты, решая его в соответствии с политической обстановкой в данном уезде. Так, например, собрание комитетов бедноты Кромского уезда в своей резолюции от 18—19 августа 1918 г. указало, что комитеты бедноты должны работать в контакте с революционными Советами. Если же Совет был кулацким и вместо содействия тормозил работу комбеда, последний имел право назначить перевыборы Совета 2).

      Комитеты бедноты Орловской губернии заняли правильную позицию и по отношению к революционным Советам, не заменяя и не подменяя их, а работая с ними в тесном контакте, общими усилиями подавляя сопротивление кулаков.

      Комитеты бедноты, ведя повседневную борьбу с кулацкими Советами и переизбирая их, иногда брали на себя выполнение некоторых функций Советов, а подчас заменяли собой те Советы, в которых преобладало кулацкое влияние. Так, в Елецком уезде в шести волостях произошла замена волсоветов волкомбедами. Но полная замена Советов комитетами бедноты в Орловской губернии происходила редко, чаще всего Советы переизбирались.

      В тех уездах Орловской губернии, где состав Советов был революционным, взаимоотношения между Советами и комбедами развивались по линии тесного сотрудничества. Например, на происходившем 16 сентября 1918 г. съезде представителей исполкомов продовольственных отделов и комбедов Волховского уезда из выступлений 12 представителей от волостей выяснилось, что в 9 волостях комбеды и Советы работали в полном контакте. Лишь в 3-х волостях имелись некоторые трения между Советами и комбедами 3). /98/

      1) «Известия Орловского губернского и городского Советов», № 196, 23 октября 1918 г.
      2) С. Р о н и н. Указ, соч., стр. 327.
      3) Там же, стр. 296—302.

      В некоторых волостях Орловской губернии происходило слияние революционных Советов с комбедами, в частности, в Становлянской волости Елецкого уезда, где волостной комитет бедноты слился для успешности работы с волостным Советом.

      Таким образом, взаимоотношения между комитетами бедноты и Советами в уездах и волостях Орловской губернии складывались по-разному, в зависимости от классового состава и характера деятельности низовых Советов.

      Организация комитетов бедноты имела большое значение в разрешении продовольственного кризиса летом 1918 г. и в подавлении сопротивления кулаков. Комбеды брали под строгий учет и контроль весь хлеб в деревне, изымали из рук кулаков излишки хлеба, не давая кулакам возможности спекулировать. В Орловской губернии с помощью комитетов бедноты за период с августа 1918 г. по 1 января 1919 г. было заготовлено: ржи и пшеницы — 1 675 190 пудов и овса — 4 564 587 пудов 1). Картофеля за осеннюю кампанию 1918 г. в Орловской губернии было заготовлено 1 547 000 пудов 2).

      Комитеты бедноты сыграли большую роль в борьбе с кулачеством, в деле перераспределения конфискованных помещичьих земель и распределения сельскохозяйственного инвентаря. Они не только отобрали у кулаков незаконно захваченные ими при разделе помещичьи земли, но и значительная часть кулацкой земли и средств производства кулаков были конфискованы в пользу бедноты. В Орловской губернии комитетами бедноты было изъято из рук кулаков и передано трудящимся крестьянам около 500 тысяч десятин земли 3).

      Комитеты бедноты были застрельщиками в деле борьбы за социалистическое преобразование сельского хозяйства. Они создавали сельскохозяйственные коммуны и артели — первые опытные хозяйства по общественной обработке земли; отводили коммунам и артелям лучшие земли, снабжали их конфискованными у помещиков и кулаков сельскохозяйственным инвентарем, уборочными машинами, рабочим скотом и т. д. В Орловской губернии с помощью комитетов бедноты к 15 ноября 1918 г. было создано 106 сельскохозяйственных коммун и артелей 4).

      Комитеты бедноты сыграли большую роль в охране крупных, бывших помещичьих имений и создании на их производственной базе советских хозяйств (совхозов). К 25 октября /99/

      1) ЦГАОР, ф. 393, оп. 3, д. 255, л. 241.
      2) Там же, ф. 1943, оп. 3, д. 527, л. 156.
      3) Н. П. Павлов. Комитеты деревенской бедноты и борьба партии большевиков за развитие социалистической революции в деревне. Автореферат, Л., 1951, стр. 10.
      4) ЦГАОР, ф. 478, оп. 3, д. 33, листы не пронумерованы.

      1918 г. в Орловской губернии было создано около 115 совхозов с общей площадью не менее 23 тысяч десятин земли, обрабатываемых собственным инвентарем 1).

      Большую помощь комитеты бедноты оказывали Красной Армии. Они снабжали ее хлебом, мясом, конским составом и т. д. Через комитеты бедноты в значительной степени шло формирование из крестьянского населения кадров Красной Армии.

      Организация и деятельность комитетов бедноты имела огромное значение в деле завоевания среднего крестьянства на сторону Советской власти. Поворот середняка на сторону Советской власти был отнюдь не стихийным, а обусловлен рядом мероприятий со стороны Советского правительства. По декрету о земле беднейшее и среднее крестьянство получило более 150 миллионов десятин новых земель, которые раньше находились в руках помещиков и капиталистов. Кроме того, крестьяне освобождались от ежегодных арендных платежей помещикам в сумме около 500 миллионов рублей золотом ежегодно. В результате деятельности комбедов беднейшее и среднее крестьянство получило 50 миллионов гектаров кулацкой земли и значительную часть средств производства кулаков.

      В. И. Ленин в речи на I Всероссийском съезде земельных отделов, комитетов бедноты и коммун 11 декабря 1918 г. говорил: «Величайший земельный переворот — провозглашение в Октябре отмены частной собственности на землю, провозглашение социализации земли, — этот переворот остался бы неизбежно на бумаге, если бы городские рабочие не пробудили бы к жизни деревенский пролетариат, деревенскую бедноту, трудящееся крестьянство, которое составляет громадное большинство...» 2).

      Значение комитетов бедноты в истории нашей страны огромно. Они сыграли большую роль в экономическом преобразовании деревни, создавая первые очаги социалистического сельского хозяйства. Велика и политическая роль комитетов бедноты, которые укрепили Советскую власть на местах, сломили сопротивление кулачества, сумели завоевать на сторону Советской власти среднее крестьянство. Как органы Советской власти, включавшие в свой состав наиболее передовую и сознательную часть сельского населения, комитеты бедноты послужили базой для создания местных партийных коммунистических ячеек. Через комитеты бедноты партия большевиков усилила влияние на трудящееся крестьянство, сплотила рабочий класс и трудящиеся массы крестьянства в тесный и нерушимый союз. /100/

      1) «Известия Орловского губернского и городского Советов», № 198, 25 октября 1918 г.
      2) В. И. Ленин. Соч., т. 28, стр. 316.

      Труды Московского государственного историко-архивного института. Т. 10. М., 1957. С. 89-100.
    • Самсонов В.Д. Из истории рабочего контроля в текстильной промышленности Московской губернии 1917-1918 гг. // Труды Московского государственного историко-архивного института. Т. 10. М., 1957. С. 74-88.
      By Военкомуезд
      В. Д. САМСОНОВ
      ИЗ ИСТОРИИ РАБОЧЕГО КОНТРОЛЯ В ТЕКСТИЛЬНОЙ ПРОМЫШЛЕННОСТИ МОСКОВСКОЙ ГУБЕРНИИ 1917—1918 гг.

      Характерной чертой Великой Октябрьской социалистической революции явилось то, что она произошла без наличия в стране каких-либо готовых зачатков социалистического хозяйства. Пролетарская власть должна была создать новые, социалистические производственные отношения.

      Экономические преобразования в области промышленности советская власть начала с введения рабочего контроля над производством и распределением продуктов. Во всей системе мероприятий, проводимых в период красногвардейской атаки на капитал и направленных на построение новой, социалистической экономики, рабочий контроль выдвигался как одно из первоочередных.

      Требование установления рабочего контроля было выдвинуто еще в период подготовки Октябрьской социалистической революции.

      Рабочий контроль означал организованное вмешательство рабочего класса в деятельность капиталистических предприятий с целью слома хозяйственного саботажа буржуазии и поддержания экономической жизни страны. В борьбе за рабочий контроль шла мобилизация сил пролетариата для завоевания государственной власти.

      После победы социалистической революции партия большевиков рассматривала рабочий контроль как первый шаг к социализму, как подготовку к переходу фабрик и заводов в собственность пролетарского государства.

      Выступая на III Всероссийском съезде Советов, В. И. Ленин отметил: «Вводя рабочий контроль, мы знали, что пройдет не /74/ мало времени, пока он распространится на всю Россию, но мы хотели показать, что признаем только один путь — преобразований снизу, чтобы рабочие сами выработали снизу новые основы экономических условий» 1).

      Рабочий контроль был введен «Положением о рабочем контроле», принятом ВЦИК 27(14) ноября 1917 г. В основу «Положения» лег проект декрета о рабочем контроле, разработанный В. И. Лениным. «Положение» четко и ясно определило задачи и функции рабочего контроля над производством. Оно не только законодательно оформило, закрепило вмешательство рабочих в производство для борьбы с разрухой и саботажем, но и намечало меры к обузданию буржуазии, ограничивая ее права в области производства. В «Положении» были также намечены пути организации производства на отличных от капитализма основах. Оно развязало инициативу широких народных масс и послужило руководством для рабочего класса при перестройке промышленности на социалистический лад. Рабочий контроль над производством, провозглашенный законодательным актом советской власти, будучи первым шагом к социализму, наносил сильнейший удар хозяйственной мощи буржуазии и закладывал основы организации производства на социалистических началах.

      С изданием декрета о рабочем контроле на текстильных фабриках Московской губернии началась массовая организация контрольных, контрольно-хозяйственных комиссий. Инициаторами их организации выступали самые различные учреждения: Советы, военно-революционные комитеты и пр. Но решающая роль здесь принадлежала рабочим организациям: профсоюзам и фабкомам.

      Для организации контрольных комиссий и руководства их работой на фабриках при Московском областном союзе текстильщиков был создан контрольно-хозяйственный отдел, такие же отделы были созданы и в уездных отделениях союза. В контрольные комиссии текстильщики избирали наиболее авторитетных, наиболее знающих свое дело рабочих, всецело преданных делу рабочего класса. Значительная часть избранных членов контрольных комиссий являлась членами партии большевиков. Довольно большая партийная прослойка в органах рабочего контроля не могла не способствовать их успешной работе. Поддерживая неразрывную связь с партийными ячейками на фабриках, выполняя партийные директивы, рабочие-контролеры уверенно налаживали рабочий контроль на предприятиях.

      В связи с изданием положения о рабочем контроле возросла роль фабрично-заводских комитетов. Осуществляя под руководством партии большевиков связь между государственным уп-/75/

      1) В. И. Л е н и н. Соч., т. 26, стр. 425.

      равлением народным хозяйством и рабочими, фабзавкомы обеспечили участие широких рабочих масс в хозяйственном строительстве. Фабзавкомы и контрольные комиссии стали начальной формой государственного регулирования хозяйственной жизни страны.

      Отмечая, что главным в деятельности фабричных комитетов является борьба за уничтожение частной собственности и за осуществление социалистического строя, инструкция фабкомам текстильных предприятий, изданная в декабре 1917 г. Московским союзом текстильщиков, предписывала вводить «строжайший контроль, переходящий непосредственно в рабочее управление» 1).

      Основные направления в проведении рабочего контроля были разработаны в «Инструкции фабричным контрольно-хозяйственным комиссиям», изданной Центральным советом профсоюза текстильщиков в конце декабря 1917 г. Инструкция определила состав, права и обязанности членов контрольных комиссий.

      Контрольная комиссия избиралась на общем собрании рабочих и служащих фабрики, а члены ее наделялись правами членов фабкома. Комиссия должна была осуществлять подробный контроль над производством, следить за снабжением фабрики топливом и сырьем, наблюдать за финансовой стороной деятельности предприятия 2).

      В обстановке хозяйственной разрухи, злостного саботажа буржуазии московские текстильщики приступили к осуществлению рабочего контроля над производством.

      Благодаря мудрой политике партии большевиков, благодаря правильно поставленной работе партийных ячеек на фабриках, московские текстильщики быстро уяснили себе задачи рабочего контроля. С первых же дней контрольные комиссии наладили самую тесную связь с остальными рабочими на фабрике. Так, например, избранная в середине января 1918 г на фабрике Старогорнинской мануфактуры в селе Михнево Бронницкого уезда, контрольная комиссия специальным объявлением довела до сведения рабочих, чтоб она приступила к: своим обязанностям, указала свою основную задачу — «вести борьбу с капиталом», и просила рабочих всемерно поддерживать ее мероприятия 3).

      Проведение рабочего контроля московскими текстильщиками характеризуется сознательным и планомерным подходом: контрольных комиссий к своим обязанностям. Прежде чем /76/

      1) МОГАОР, ф. 627, оп. 2, д. 14, л. 9.
      2) «Текстильный рабочий», 20 декабря 1917 г., № 5, стр. 13.
      3) ЦГАОР, ф. 5457, оп. 2, д. 82, л. 39.

      приступить к исполнению своих обязанностей, контрольная комиссия на Богородско-Глуховской мануфактуре выработала план, главной целью которого было — собрать в контрольной комиссии все необходимые сведения о состоянии производства. План обсуждался на двух заседаниях контрольной комиссии и был одобрен 1).

      Члены комиссии Богородско-Глуховской мануфактуры строго разделили между собой обязанности. Вся работа распределялась по отделам, были установлены обязанности и круг ведения каждого отдела: отдел труда занимался учетом рабочей силы; отдел топлива вел учет топлива и принимал меры по обеспечению им фабрик; отдел материалов, сырья и полуфабрикатов учитывал запасы, заботился о снабжении фабрик хлопком, пряжей и пр.; учетом и вопросами выработки готовой продукции занимался отдел готовых фабрикатов, он же следил за производительностью труда; оборудование фабрики, вопросы ремонта, технические усовершенствования находились в ведении отдела техники; надзор за производством кассовых операций и вообще за финансовым положением фабрики обеспечивал отдел финансов; наконец, продовольственный отдел вел учет продовольствия на фабриках, устанавливал нормы выдачи, заботился о получении продуктов 2).

      Подобное рассмотрение функций контрольной комиссии позволяет осветить тот основной круг вопросов, которые легли в основу деятельности органа рабочего контроля на одном из крупнейших текстильных предприятий Московской губернии, как и контрольных комиссий других фабрик губернии.

      Одновременно с установлением контроля на фабриках, московские текстильщики посылали специальные контрольные комиссии в правления, большей частью находившиеся в Москве; контроль устанавливался также во всех амбарах, складах и магазинах, принадлежавших фирме, становясь таким образом, все более всеобъемлющим.

      19 февраля 1918 г. на фабрике А. Красильщиковой из фабкома была выделена секция рабочего контроля для ведения контроля при правлении и складах в Москве. Секция должна была учитывать сколько, а также кому, куда и за какой расчет продано тканей. Под контроль секции поступала вся деловая переписка правления 3).

      Одним из основных направлений своей деятельности органы рабочего контроля считали собирание сведений о состоянии производства. Это было необходимо в интересах выяснения производственных возможностей, в интересах нормального хо-/77/

      1) МОГАОР, ф. 2446, on. 1, д. 68, л. 58.
      2) Там же.
      3) ЦГАОР, ф. 5457, оп. 2, д. 82, л. 18.

      да работ на фабриках, в интересах дальнейшего развития производства. Это было необходимо также в борьбе с саботажем буржуазии, пытавшейся расхищением и разбазариванием имущества фабрик сорвать налаживание производства. Учет имеющихся запасов топлива, сырья и материалов приучал рабочих к максимальному использованию собственных ресурсов, учил их бороться за экономное использование топлива, сырья и материалов. О том, насколько контрольные комиссии придерживались этого направления в своей деятельности, свидетельствует тот факт, что контрольная комиссия Балашинской мануфактуры еще в декабре 1917 г. успешно собрала все сведения, необходимые для нормальной работы фабрики. Комиссии было известно, сколько имеется в наличии хлопка и другого сырья, сколько действует машин, по какой цене покупается хлопок и по какой цене продается пряжа.

      Органы рабочего контроля московских текстильщиков зорко следили за сохранностью фабричного имущества, не допускали расхищения товаров и разбазаривания сырья и материалов. На фабриках был установлен строгий надзор за выпуском готовой продукции, сырья и материалов. Борясь со спекуляцией, текстильщики стремились не допускать продажи тканей частным лицам. 10 декабря 1917 г. правление Московского союза текстильщиков постановило: «Готовые товары в частные руки не отпускать, лишь сырье отпускается на фабрики для дальнейшей обработки» 1). Следуя этому постановлению, фабком и контрольная комиссия ситценабивной фабрики Коншина в Серпухове объявила администрации, что «без сведений, куда отправляется товар и как производится оплата, товар отправляться не будет» 2). Директору фабрики было предложено представлять в контрольную комиссию еженедельную отчетность расхода товара, «как по операциям различной продажи, так и по остальным операциям» 3). На этой же фабрике председатель контрольной комиссии предложил организовать на фабрике вооруженную охрану, чтобы не допускать хищений.

      На строгий надзор за вывозом готовой продукции фабриканты ответили саботажем. В целях усиления спекуляции они попытались организовать разбазаривание мануфактуры. Так, директор и управляющий фабрики Прохоровской мануфактуры с весны 1918 г. начали выдавать рабочим и служащим мануфактуру вместо зарплаты, якобы из-за отсутствия денег.

      Учет товаров и установление надзора за их выпуском преследовали цель не дать фабрикантам возможности разорить предприятия, не дать развиться спекуляции и голоду. Текстильщики не забывали, что ткани — это ценность, за которую мож-/78/

      1) «Текстильный рабочий», 20 декабря 1917 г., № 5, стр. 12.
      2) МОГАОР, ф. 2445, оп. 1, д. 51, л. 76.
      3) Там же, л. 81.

      но получить хлеб. Поэтому-то они и устанавливали такой строгий надзор за выпуском готовой продукции с фабрик. В сознание рабочих все глубже проникала мысль, что они сохраняют всенародное богатство, общенародное достояние.

      Топливный голод и недостаток сырья, вызванные хищническим хозяйничанием буржуазии и последствиями империалистической войны, особенно затрудняли работу промышленности. Естественно, что борьба с топливным и сырьевым кризисом сразу заняла видное место в деятельности контрольных комиссий, которые совместно с фабкомами принимали самые разнообразные меры по розыску и доставке топлива и сырья.

      В середине января 1918 г. фабком ситценабивной фабрики Коншина командировал двух своих членов для закупки дров. В январе же Исполком Совета рабочих депутатов Богородско-Глуховской мануфактуры (выполнявший по существу функции фабкома — В. С.) обратился в Петроградский подрайонный комитет с просьбой дать наряды на доставку дров в январе и урегулировать правильную выдачу таких нарядов на последующие месяцы 1). Много сил и средств уделяли контрольные комиссии фабрик отысканию застрявших в пути грузов, отправке грузов с мест. Для розыска и сопровождения грузов контрольная комиссия Богородско-Глуховской мануфактуры направляла своих представителей и просила все учреждения, от которых могла зависеть доставка грузов, не препятствовать им. На этой же фабрике была налажена связь с учреждениями, снабжающими фабрики хлопком.

      Под давлением рабочих администрация ряда фабрик была вынуждена совместно с контрольными комиссиями налаживать работу по снабжению фабрики. На шерстоткацкой фабрике Белова администрация по требованию рабочих обязалась совместно с контрольной комиссией вести работу по розыскам и доставке пряжи 2).

      В своей деятельности по снабжению фабрик органы рабочего контроля не были простыми толкачами, обеспечивающими владельцев топливом и сырьем. Главной их заботой было продолжение производства. Обеспечивая фабрики всем необходимым, московские текстильщики не допускали остановки фабрик, не допускали усиления хозяйственной разрухи.

      Большое внимание контрольные комиссии московских текстильщиков уделяли финансовой стороне деятельности предприятий, установив и над ней свой контроль. На михневской фабрике Старогоркинской мануфактуры члены контрольной комиссии 27 января 1918 г. заявили правлению, что без санкции контрольной комиссии оно не имеет права распоряжаться /79/

      1) МОГАОР, ф. 2446, оп. 1, д. 68, л. 31.
      2) Там же, д. 43, л. 10.

      деньгами 1). А контрольная комиссия Реутовской мануфактуры в начале февраля обязала правление не допускать уплаты по счетам за товары и материалы без ведома контрольной комиссии, ежедневно письменно сообщать комиссии об остатке денег в кассе, еженедельно давать полный отчет о денежных операциях, а также не допускать уплаты чеками без ведома контрольной комиссии 2).

      Контрольные комиссии не только контролировали финансовую деятельность фабрик. В некоторых случаях они сами изыскивали деньги для расплаты с поставщиками, для выдачи рабочим заработной платы и пр. Это происходило в тех случаях, когда фабрикант не мог, а чаще всего не хотел, изыскивать денежные средства для дальнейшего продолжения производства. Контрольно-хозяйственная комиссия фабрик Коншина «принимала близкое участие в деле получения денег за товар и своевременного снабжения ими фабрик для расплаты с рабочими и поставщиками материалов» 3). Она также осуществляла предварительный контроль всех кассовых выдач и получений.

      Благодаря установлению контроля над финансовой стороной деятельности фабрик контрольные комиссии имели возможность раскрывать и пресекать всяческие спекулятивные ухищрения и махинации фабрикантов. С помощью финансового контроля текстильщики не допускали обескровливания производства. Вместе с национализацией банков, финансовый контроль подрывал денежную власть буржуазии, которая все более теряла монопольное право распоряжаться финансами по своему усмотрению.

      Деятельность органов рабочего контроля на текстильных фабриках Московской губернии характеризуется еще одной, весьма важной функцией: борьбою за трудовую дисциплину и за повышение производительности труда. «Только обуздав мародерство капиталистов и прекратив умышленную остановку ими производства, можно будет добиться повышения производительности труда...» 4) — писал В. И. Ленин еще в октябре 1917 г.

      Вместе с организацией производства на новых началах рабочий класс России начал проводить энергичную борьбу за создание новой трудовой дисциплины. С первых же дней своего существования контрольные комиссии московских текстильщиков деятельно включились в эту борьбу. Руководствуясь указаниями партии большевиков, они стремились привить рабочим новое, социалистическое отношение к труду, в корне порвать с капиталистическими привычками, стремились, подняв трудовую /80/

      1) ЦГАОР, ф. 5457, оп. 2, д. 82, л. 40.
      2) Там же, л. 34.
      3) МОГДОР, ф. 2445, оп. 1, д. 134, л. 11.
      4) В. И. Л е н и н. Соч., т. 26, стр. 43.

      дисциплину, повысить производительность труда и восстановить промышленность. Контрольные комиссии московских текстильщиков правильно поняли свои задачи как в борьбе за обуздание буржуазии, так и в работе по созданию новой трудовой дисциплины.

      Вслед за изданием декрета о рабочем контроле, Московский союз текстильщиков в уже упомянутой выше «Инструкции фабричным комитетам» наряду с рабочим контролем предписывал фабкомам налаживать у себя на фабриках «повышение производительности труда рабочих и служащих и развитие в них изобретательности с целью улучшения техники производства», а также «установление товарищеской дисциплины на фабрике, поддержание порядка как в фабрике, так и в казармах» 1). При образовании контрольных комиссий на фабриках Орехово-Зуевское отделение профсоюза текстильщиков прямо указывало, что они необходимы, «чтобы поднять производительность труда в производстве...» 2).

      Такая постановка дела не могла не способствовать тому, что фабкомы и контрольные комиссии самое серьезное внимание уделяли вопросам новой трудовой дисциплины и повышению производительности труда.

      Контрольные комиссии и фабкомы следили за выполнением 8-часового рабочего дня на фабриках и принимали меры против его нарушений. Они следили также за выполнением правил внутреннего распорядка. В отдельных случаях разрабатывались системы мер для борьбы с нарушениями трудовой дисциплины. 23 января 1918 г. контрольная комиссия Прохоровской трехгорной мануфактуры объявила рабочим: «Имея в основе своих обязанностей поднятие трудоспособности рабочих и производительность труда, контрольная комиссия не может не обратить внимания на точное выполнение 8 час. рабочего дня, как со стороны рабочих, так и служащих» 3). Отмечая как ненормальное явление уход рабочих с фабрики раньше положенного времени, комиссия призывала рабочих подчиняться декрету о 8-ми часовом рабочем дне и соблюдать правила внутреннего распорядка. За нарушения трудовой дисциплины комиссия устанавливала наказание: от выговора до увольнения с фабрики.

      Довольно распространенной и не менее существенной была и другая форма борьбы за новую трудовую дисциплину. На некоторых фабриках Московской губернии создавались специальные старосты, которые призваны были следить за дисциплиной на производстве. Такие старосты были избраны в каждом отделе ситценабивной фабрики Коншина. В обязанности их вхо-/81/

      1) МОГАОР. ф. 627, оп. 2, д. 14, л. 9.
      2) Там же, ф. 599, оп. 1, д. 2, л. 4.
      3) «Текстильный рабочий», 27 февраля 1918 г., № 7, стр. 14.

      дило «следить за приходом и уходом рабочих в свое время, о всех нарушениях сообщать в фабком», особо старостам вменялось «следить за народным достоянием», не допускать никаких злоупотреблений. Подробную инструкцию для старост разработал фабком совместно с контрольной комиссией. В ходе исполнения старостами своих обязанностей, контрольная комиссия внесла существенное изменение в эту инструкцию. «Выборные старосты не должны быть просто надсмотрщиками, а быть примером в работе» 1).

      В данном случае борьба за трудовую дисциплину осуществлялась уже непосредственно силами самих рабочих. Опираясь на передовиков, являвшихся примером в работе, фабкомы и контрольные комиссии могли шире развернуть борьбу за внедрение новой трудовой дисциплины. Укрепляя и развивая чувство хозяина производства у текстильщиков, органы рабочего контроля всемерно содействовали организации новой трудовой дисциплины и повышению производительности труда. В этом деле рабочий контроль сыграл крупную роль как средство воспитания широких масс рабочих.

      Вся работа контрольных комиссий, находившихся на передовой линии перестройки экономики на социалистический лад, происходила в условиях непрерывной борьбы с буржуазией, которая не хотела примириться с тем, что ее деятельность постоянно находится под контролем рабочих. Владельцы фабрик скрывали запасы сырья, разбазаривали готовую продукцию, незаконно продавали ее, а деньги присваивали себе, сознательно запутывали отчетность, старались парализовать производство, наконец, просто бросали фабрики на произвол судьбы. Буржуазия была убеждена, что рабочие не смогут сами наладить производство. Своим саботажем она хотела увеличить разруху, втайне надеясь, что рабочие не смогут справиться с ней и тем самым будут созданы условия для реставрации власти помещиков и капиталистов. Московские текстильщики, организуя рабочий контроль, налаживали нормальный ход фабрик, ломали все препятствия, устанавливаемые саботажниками на их пути.

      Весной 1918 г. на фабрике Хутарева правление тайно закупало сырье. На предложение фабкома отказаться от коммерческой тайны правление уклонилось от ответа. Оно не скрывало, что желает разорения фабрики и стремилось вывезти сукна с нее на возможно большую сумму, собираясь в дальнейшем бросить фабрику на произвол судьбы. Видя такое вызывающее поведение правления, фабком обратился в Центральный комитет союза текстильщиков с просьбой найти средство подчинить правление рабочему контролю или же поставить вопрос о на-/82/

      1) МОГАОР, ф. 2445, on. 1, д. 51, лл. 62, 70.

      ционализации 1). Рабочие этой фабрики арестовали владельца, когда узнали о присвоении им двухсот тысяч рублей, полученных от продажи сукна.

      Фабриканты прибегали и к более откровенным видам саботажа. Как отмечает протокол общего собрания рабочих фабрики Стрелковской мануфактуры, «администрация пыталась вести агитацию за уничтожение рабочего контроля на фабрике» 2).

      Иногда в фабкомы и контрольные комиссии проникали враги рабочего класса — меньшевики и эсеры. Их также использовали фабриканты в борьбе против рабочего контроля. Идя на поводу у буржуазии, меньшевики и эсеры пытались всячески тормозить дело рабочего класса. В Гуслицком районе «контрольные комиссии на местных фабриках, за исключением двух-трех, работают слабо и даже заметно, что некоторые из них работают так, как укажет предприниматель или ведающее фабрикой лицо» 3).

      Энергично борясь с сопротивлением буржуазии, принимая решительные меры против саботажников (вплоть до национализации их фабрик), московские текстильщики постепенно отстраняли буржуазию от производства.

      Весной 1918 г., используя мирную передышку, партия выдвинула разработанный В. И. Лениным план приступа к социалистическому строительству. Одной из важнейших задач план ставил задачу новой организации производства и управления им. Главной задачей на этом этапе В. И. Ленин считал учет того, что производится, и контроль над расходованием производимой продукции. «Главная трудность,— указывал вождь партии, — лежит в экономической области: осуществить строжайший и повсеместный учет и контроль производства и распределения продуктов, повысить производительность труда, обобществить производство на деле» 4).

      Важнейшей задачей в это время была непосредственная подготовка перехода к рабочему управлению. Эта задача целиком легла на рабочий класс и не замедлила отразиться на деятельности органов рабочего контроля.

      Состоявшееся в апреле 1918 г. делегатское собрание Московского союза текстильщиков выработало новую инструкцию фабрично-заводским комитетам. Как указывалось в инструкции руководящим началом в деятельности комитета должно являться руководство рабочими, борющимися за осуществление социалистического строя. С этой целью комитет должен прово-/83/

      1) ЦГАОР. Л. 5457. оп. 2, д. 76, л. 33.
      2) МОГАОР, ф. 627, on. I, д. 73, л. 3.
      3) Цит. по кн. Ф. Романова «Текстильщики Московской области в годы гражданской войны», М., 1939 г., стр. 54.
      4) В. И. Л е н и н. Соч., т. 27, стр. 213.

      дить строжайший рабочий контроль и стремиться превратить его в рабочее управление, следить за установлением товарищеской дисциплины, должен принимать все меры к повышению производительности труда и развитию у рабочих изобретательности, направленной к улучшению техники производства 1).

      Закрепив в своей инструкции права фабкомов вмешиваться в производство, делегатское собрание поставило перед фабкомами в качестве неотложной задачи подготовку перехода от рабочего контроля к рабочему управлению. Несколько конкретнее задачи перехода к рабочему управлению были намечены в инструкции президиума союза текстильщиков Московского центрального района фабричным контрольным комиссиям. Организация перехода к рабочему управлению всецело возлагалась на контрольные комиссии фабрик. Прежде всего, инструкция закрепила весь опыт, который был накоплен московскими текстильщиками в ходе проведения рабочего контроля. По-прежнему за контрольными комиссиями сохранялось право учета всего поступавшего на фабрику и выходившего из нее, право надзора за целостью фабричного имущества, право проверки всех торговых книг предприятия. Инструкция значительно расширила права контрольных комиссий в области финансового контроля: по существу вся финансовая часть переходила в руки органов рабочего контроля. В контрольную комиссию поступали все счета, подлежащие оплате, на все закупленные для производства материалы в контрольную комиссию представляли оправдательные документы, только после утверждения комиссии можно было получить деньги в банке, также по утверждению комиссии производилась выдача зарплаты рабочим и служащим и т. д. 2).

      Используя расширение прав контрольных комиссий, текстильщики все глубже вникали в наиболее трудную для них область финансовых расчетов, все более овладевая этим основным нервом капиталистического производства. Денежная власть буржуазии все более сводилась к нулю. В руках фабрикантов почти не оставалось никаких прав в области управления предприятием. Все важнейшие стороны деятельности фабрик находились под неусыпным контролем рабочих, а все фактическое руководство предприятием сосредоточивалось в фабкоме и контрольной комиссии.
      С развитием функций рабочего контроля все большее число рабочих втягивалось в работу по проведению контроля на предприятиях. Немало способствовали этому и сами органы /84/

      1) «Известия Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов г. Москвы и Московской области», № 84, 30 апреля 1918 г.
      2) «Рабочий контроль», № 4, стр. 11—12.

      рабочего контроля. На общем собрании фабрики Стрелковской мануфактуры 2 апреля 1918 г. «рабочим была прочитана инструкция контрольно-хозяйственным комиссиям» 1). Подобное ознакомление широких масс рабочих с задачами рабочего контроля в значительной степени способствовало успешной деятельности контрольной комиссии, ибо подробно зная задачи рабочего контроля, текстильщики могли оказать ей действенную помощь.

      На ряде фабрик контрольные комиссии отчитывались на общих собраниях о своей деятельности, доводя до сведения рабочих данные о состоянии предприятия. С таким докладом на общем собрании выступила контрольная комиссия фабрики Рыбакова. Доклады и отчеты, ставившиеся на заседаниях фабкомов и общих собраниях рабочих, немало способствовали развитию деятельности контрольных комиссий на предприятиях. Это также позволяло втянуть в контроль над производством значительное число рабочих, превратить его в массовый.

      Большую помощь рабочим в деле проведения рабочего контроля оказывали советские и профсоюзные организации. Об этом красноречиво свидетельствует тот факт, что при совете рабочего контроля центрального промышленного района в начале марта 1918 г. были открыты краткосрочные курсы по рабочему контролю, задачей которых было создание теоретически и практически подготовленных инструкторов по рабочему контролю. Подготовленные на курсах инструкторы помогали фабричным контрольным комиссиям налаживать производство, учитывать количество выпускаемой продукции и сырья, помогали разбираться в балансах и другой финансовой документации. В ходе проведения рабочего контроля большое количество рабочих накопило опыт в организации производства и было подготовлено к управлению фабриками.

      Московские текстильщики в лице своих фабкомов и контрольных комиссий почти полностью овладевают производством. Заводившиеся в фабкомах книги по учету поступления и расходования топлива и сырья, по выпуску готовой продукции, кассовые книги и т. д. позволяли ежедневно и ежечасно осуществлять точнейший и добросовестнейший контроль над производством и распределением продуктов. Так было на фабриках Коншина и Рябова в Серпухове, на фабрике Кутарева и др. На значительной части фабрик все распоряжения по производству допускались только с ведома и указаний контрольных комиссий и фабкомов. На Рябовской мануфактуре «все счета, подлежащие оплате, все купли, продажи и торговые сделки происходят лишь с ведома и разрешения контрольной комиссии» 2). /85/

      1) МОГАОР, ф. 1859, on. 1, д. 30, л. 27.
      2) МОГАОР, ф. 627, on. 1, д. 16, л. 19.

      В связи с усилившимся топливным и сырьевым кризисом решено было остановить ряд предприятий. Но прежде чем остановить фабрику, фабкомы и контрольные комиссии немало думали о дальнейшей судьбе предприятия, стараясь использовать остановку для ремонта машин, для накопления запасов сырья и пр., т. е. заботились о продолжении производства. Ввиду скорой остановки контрольная комиссия фабрики Реутовской мануфактуры сочла необходимым взять на себя инициативу самостоятельной закупки материалов, «дабы иметь возможность использовать период остановки для ремонта машин и пр. и иметь достаточную наличность запасов необходимых материалов для дальнейших работ фабрики» 1).

      Положение и деятельность администрации на фабриках к этому времени находится в зависимости от фабкомов и контрольных комиссий. На Стрелковской мануфактуре заведующий фабрикой отчитывался перед контрольной комиссией о заготовке топлива и материалов для фабрики. Здесь же в целях полного отстранения фабрикантов от управления фабком постановил «не допускать никого из акционеров, доверенных правления, чтобы они не рылись в делах и документах» 2). На фабрике Д. Хутарева был установлен такой порядок, при котором администрация согласовывала свои действия с инструкциями фабкомам и контрольным комиссиям 3).

      Летом 1918 г. рабочий контроль на текстильных фабриках Московской губернии вплотную подошел к рабочему управлению. Это означало, что в процессе своей деятельности московские текстильщики создали необходимую предпосылку к национализации фабрик, т. е. к переходу их в собственность рабоче- крестьянского государства. Рабочий контроль явился необходимым этапом при осуществлении национализации фабрик.

      Большие успехи в деле проведения рабочего контроля над производством за полгода Советской власти позволили В. И. Ленину заявить на заседании ВЦИК 29 июля 1918 г.: «...наш рабочий контроль далеко ушел от тех форм, в какие он вылился вначале, и в настоящее время мы стоим у превращения государственного управления в социалистический порядок. ...У нас уже полное управление рабочих промышленностью...» 4).

      Период рабочего контроля в текстильной промышленности Московской губернии характеризуется прежде всего своим всеобъемлющим, массовым охватом наиболее важных и жизненных сторон деятельности фабрик. Стихийно зародившись в борьбе с саботажем буржуазии и разрухой в народном хозяй-/86/

      1) МОГАОР, ф. 627, оп. 1, д. 72, л. 12.
      2) МОГАОР, ф. 594, оп. 1, д. 4, лл. 20, 83.
      3) МОГАОР, ф. 627, оп. 1, д. 43, л. 9.
      4) В. И. Л е н и н. Соч., т. 28, стр. 14.

      стве, поддержанный партией большевиков, рабочий контроль прошел большой путь — от простого вмешательства в дела предприятия с целью недопущения его остановки до всестороннего надзора и руководства работой предприятия, от отдельных указаний фабрикантам по ходу производства до полного их отстранения от управления фабриками.

      Вылившись в формы: а) учета оборудования фабрик и производимой продукции, с целью выяснения производственных возможностей фабрик; б) контроля над вывозом продукции в целях борьбы со спекуляцией и мародерством буржуазии; в) проверки обеспеченности фабрик топливом, сырьем и другими материалами, в целях нормальной и непрерывной работы фабрик; г) установления контроля над финансовой стороной деятельности фабрик; д) борьбы за новую трудовую дисциплину, в целях повышения производительности труда и воспитания в рабочих нового отношения к труду — рабочий контроль московских текстильщиков постепенно овладевал производством, организуя его на новых началах в интересах трудящихся.

      В непрерывной борьбе с буржуазией, постепенно вникая все глубже в производство, охватывая наиболее важные стороны деятельности фабрик, московские текстильщики создали действительно массовый и всеохватывающий контроль над производством и распределением продуктов. Под руководством партии большевиков, неустанно направлявшей рабочий класс России на завершение экспроприации буржуазии и организацию производства на социалистический лад, московские текстильщики добились значительных успехов.

      В результате успешной деятельности рабочего контроля была ликвидирована угроза развития разрухи, прекращено было массовое закрытие фабрик из-за нехватки топлива, сырья и пр., была ликвидирована также угроза массовой безработицы. В корне были пресечены попытки буржуазии сорвать начавшееся социалистическое строительство. Вмешиваясь в производство, регулируя снабжение фабрик, московские текстильщики боролись за планомерную организацию производства.
      В период рабочего контроля был сломлен массовый саботаж московских фабрикантов. В этом деле текстильщики не останавливались перед арестами предпринимателей и национализацией их фабрик. Проведение рабочего контроля содействовало политической закалке рабочего класса. Борьба за рабочий контроль помогла еще более раскрыть буржуазную, предательскую сущность меньшевиков и эсеров.

      В период рабочего контроля в текстильной промышленности Московской губернии были созданы многочисленные кадры рабочих, способных управлять производством. В органах ра-/87/-бочего контроля московские текстильщики учились управлять фабриками, учились организации производства в интересах трудящихся. Рабочий контроль стал школой организации промышленности на социалистических началах.

      Благодаря созданию кадров рабочего управления и слому массового саботажа фабрикантов возникли условия для национализации текстильной промышленности в Московской губернии.

      Рабочий контроль нанес сокрушительный удар всей системе экономического господства буржуазии. Под руководством Коммунистической партии московские текстильщики шли в первых рядах строителей нового общества. /88/

      Труды Московского государственного историко-архивного института. Т. 10. М., 1957. С. 74-88.
    • Кучин В.Н. Из истории борьбы Коммунистической партии за создание Московской комсомольской организации (1917-1918 гг.) // Труды Московского государственного историко-архивного института. Т. 10. М., 1957. С. 7-29.
      By Военкомуезд
      В. Н. КУЧИН
      ИЗ ИСТОРИИ БОРЬБЫ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ ЗА СОЗДАНИЕ МОСКОВСКОЙ КОМСОМОЛЬСКОЙ ОРГАНИЗАЦИИ (1917—1918 гг.)

      Коммунистическая партия всегда уделяла особое внимание работе с молодежью, отводила ей большую роль в революционной деятельности рабочего класса. Наиболее сознательные молодые рабочие и работницы привлекались к революционной борьбе, а затем принимались в ряды партии. Придавая огромное значение росту партии за счет молодежи, В. И. Ленин в дни революции 1905—1907 гг. напомнил слова Энгельса о том, что партия революции — партия будущего, а будущее принадлежит молодежи. Вождь революции подчеркивал: «Мы всегда будем партией молодежи передового класса!» 1).

      Рабочая молодежь Москвы была активной участницей революционных событий на заре рабочего движения, в стачках 1900-х гг., в революции 1905 г. В памяти народа навечно сохранилась самоотверженная борьба молодых рабочих и работниц Москвы в декабрьском вооруженном восстании. Взрослые рабочие, участники восстания, вспоминали позднее:

      — В один из осенних дней на Пресне собралась десятитысячная демонстрация. Во главе колонны рабочие несли красное знамя. Навстречу демонстрации царское правительство выслало казаков. Они с гиком и свистом набросились на людей,, пытаясь разогнать демонстрантов. Завязалась схватка. Особенно ожесточенной она была у знамени. Казаки стремились захватить знамя, рабочие не давали. Однако, вооруженные казаки стали теснить рабочих. Тогда к знамени подбежали две девушки-работницы с криком: «убейте нас! живыми мы знамя не от-/7/

      1) В. И. Ленин. Соч., т. 11, стр. 319.

      дадим!» Воодушевленные этим поступком рабочие дали отпор казакам. Демонстрация продолжала свой путь.

      «Эти образцы отваги и геройства должны навсегда быть запечатлены в сознании пролетариата»1), — так высоко оценил мужество и бесстрашие молодежи В. И. Ленин.

      Трудящаяся молодежь, деятельно участвуя в борьбе рабочего класса под руководством партии, проходила суровую, но великую школу революционного воспитания. Передовые юноши и девушки читали марксистскую литературу, изучали теорию научного социализма, занимались самообразованием.

      Деятельность молодежи рассматривалась партией, как часть общей революционной борьбы рабочего класса. Под непосредственным руководством партии шло дальнейшее сплочение молодежи, организация ее в кружки, а затем в союзы.

      В 1905 г. в Москве партия создает первые кружки рабочей молодежи. На Пречистенских рабочих курсах во главе такого кружка стоял опытный большевик И. И. Скворцов-Степанов, направленный туда Московским комитетом партии большевиков. По инициативе и при прямом участии Р. С. Землячки группа активной молодежи с заводов Гантера, Износкова, Цуккау и др. создала кружок непосредственно при МК большевиков. Один из наиболее боеспособных кружков рабочей молодежи, возникший в 1915 г., работал на заводе Михельсона. Им руководила молодой член партии Люсик Лисинова, студентка Коммерческого института. Вначале в ее кружок входило 6 человек, постепенно состав его расширялся и к февралю 1917 г. достиг двадцати участников. Члены кружков изучали марксистскую литературу, занимались самообразованием. Партийные организации часто поручали кружкам различные боевые задания.

      Широкий размах молодежное движение получило после февральской буржуазно-демократической революции 1917 г. С самого начала движение революционной молодежи развивалось под большевистскими лозунгами; большевистские организации направляли и руководили всей практической деятельностью кружков.

      В этот период перед партией стояла важная и чрезвычайно трудная задача: необходимо было привлечь на сторону социалистической революции для завоевания победы миллионы трудящихся. План борьбы за переход от революции буржуазно- демократической к революции социалистической, сформулированный В. И. Лениным в знаменитых Апрельских тезисах, требовал мобилизации всех возможных резервов, в том числе и рабочей молодежи.

      Выполняя решения Седьмой (Апрельской) Всероссийской конференции, партия провела большую работу по завоеванию /8/

      1) В. И. Ленин. Соч., т. 11, стр. 149.

      масс на фабриках, заводах и транспорте, в армии и деревне, в Советах, профсоюзах и других организациях.

      Партия упорно и терпеливо разъясняла свою политику, разоблачала соглашательство меньшевиков и эсеров, изолировала их от трудящихся. Решалась сложная задача по организации рабочих и крестьян. В этих условиях борьбы за рабочую молодежь стала особенно острой. 17 мая 1917 г. «Правда» писала: «За кем рабочая молодежь — за тем будущее. Организация молодежи в России только складывается. Первые шаги — самые важные, ответственные. От них в значительной степени зависит то, по какому пути пойдет все движение: будет ли организация молодежи в России организацией пролетарской, пойдет ли она рука об руку с рабочей организацией своей страны, ...или же организация рабочей молодежи оторвется на время от рабочего движения».

      Весной МК РСДРП (б) начал подготовку к созданию городского Союза молодежи. 23 мая в Московском комитете состоялось заседание, обсудившее состояние работы с молодежью по районам. На этом заседании Р. С. Землячка предложила создать при МК кружок молодежи, в который бы входили как молодые члены партии, так и сочувствующие ей.

      4 июня 1917 г. в 6 часов вечера в клубе Городского района было организовано первое собрание пролетарской и учащейся молодежи. На нем присутствовали в основном члены подпольного кружка, работавшего при МК РСДРП (б) еще до февраля 1917 г., и молодые члены партии. Активную роль играли молодые рабочие Ходяков, Жебрунов, Барболин, Афанасьев и др. Обсудив предварительно общие задачи и первые практические шаги, участники собрания решили окончательно оформить Союз на втором общем собрании. Члены будущего Союза сразу решительно поддержали политику большевистской партии. Давая краткую информацию о собрании, орган московских большевиков «Социал-демократ» писал: «...После оживленного обмена мнений решено стать под знамя революционной социал-демократии, примыкая к МК РСДРП (б)» 1).

      11 июня состоялось второе, учредительное собрание кружка молодежи при МК РСДРП (б). Оно оформило первый в Москве Союз молодежи, утвердило программу его работы. Участники собрания послали приветствие В. И. Ленину. «Учредительное собрание Союза молодежи при МК, — говорилось в приветствии, — шлет горячий привет тов. Ленину, испытанному вождю рабочего класса, настойчиво и смело зовущему на революционный путь, к социализму» 2). Кроме того, был избран Вре-/9/

      1) «Социал-демократ», № 80, 13 июня 1917 г.
      2) Там же, № 83, 16 июня 1917 г.

      менный Московский комитет Союза и отпечатаны членские билеты. Работники МК Союза были раскреплены по районам.

      Союз молодежи находился непосредственно при МК РСДРП (б) и являлся как бы составной частью аппарата по работе среди молодежи. Он объединил около 300 юношей и девушек, с первых дней принявших активное участие в практической революционной работе. По заданию МК РСДРП (б) они вели большевистскую агитацию и пропаганду среди рабочих и солдат гарнизона, выполняли ответственные поручения партии. Одновременно во всех партийных мероприятиях на членов Союза возлагали техническую сторону дела: выдача и проверка мандатов, подсчет голосов при голосовании, дежурство в клубах, библиотеках и т. п. Для привлечения юношей и девушек к работе Союз открыл молодежный клуб, в котором широко велась культурно-просветительная работа.

      Существенным недостатком Союза была его малочисленность и крайне незначительная рабочая прослойка. В Союз входила лишь одна производственная ячейка на военно-промышленном заводе Басманного (ныне Бауманского) района. Основная масса рабочей молодежи осталась вне Союза.

      В районах, на рабочих окраинах молодежное движение развивалось иным путем. На заводах и фабриках возникали многочисленные кружки молодежи. Первый такой кружок был создан на заводе Михельсона еще в марте 1917 г. В это время на заводе произошли крупные волнения рабочих, вызванные низкой заработной платой. Активное участие в волнениях принимала молодежь. Замоскворецкий РК РСДРП (б) и ячейка завода сочли необходимым возглавить движение молодежи и руководить им. Для этого было созвано совещание молодежи, на котором присутствовало свыше 500 человек. Совещание приняло решение создавать свою организацию, избрало комитет во главе с молодым большевиком Делюсиным.

      При Замоскворецком райкоме партии было учреждено организационное бюро, приступившее к организации молодежи на других заводах и фабриках. В апреле такие организации возникли на заводах Листа, Бромлея и многих других. Эти зачатки, будущего комсомола Москвы были весьма слабы, организационно расплывчаты и не связаны друг с другом.

      Московский комитет партии, местные партийные ячейки оказывали молодежи постоянную серьезную помощь. 24 мая «Социал-демократ» призвал молодежь к объединению в Союзы: «Товарищи, организуйтесь в Союз молодежи! Зовите других. В единении ваша сила и ваша будущность, как общественных деятелей и деятельниц!». Переход от организаций молодежи с разными названиями и структурой, с неопределенными задачами к /10/ союзам молодежи являлся шагом вперед по пути создания Московского комсомола.

      Первыми на призыв партии откликнулись кружки и организации молодежи Замоскворечья. На заводах и фабриках Михельсона, Бромлея, Листа, Шредера, Броккара, Даниловской мануфактуры и др. кружки начали объединяться в социалистические союзы молодежи.

      В июле 1917 г. на фабрике Цинделя состоялось собрание молодежи. Союз молодежи при МК РСДРП (б) прислал своих представителей. В небольшом помещении собралось несколько сот человек. Рассказав о текущем моменте, о пролетариате и большевистской партии, секретарь большевистской ячейки фабрики подробно остановился на роли молодежи. Затем с информацией о задачах и работе союзов молодежи выступил представитель МК Союза. Решение было принято почти единогласно: создать на фабрике свой союз молодежи. Здесь же произвели запись желающих. Избрали специальную тройку для проведения записи по цехам. За несколько дней в Союз вступило более 300 человек. Всех членов разбили на десятки. Руководители десяток — десятские — регулярно собирались на свои заседания для обсуждения всех текущих дел. Работу десятских и всего Союза возглавляло бюро из 5 человек. Союз сразу же завоевал симпатии всех рабочих и занял заметное место на фабрике. Ни одно дело не решалось без участия Союза. Два представителя молодежи входили в состав фабкома, присутствуя на его заседаниях и активно участвуя в его работе. Подобным же образом создавались союзы и на других предприятиях.

      К июлю 1917 г. почти на всех предприятиях Замоскворечья были созданы союзы молодежи. Райком РСДРП (б), придавая их работе огромное значение, повседневно оказывал конкретную помощь делами и советами. В целях руководства этими союзами, их организационного укрепления и дальнейшего развития райком выделил специального партийного прикрепленного — Люсик Лисинову, ставшую вскоре любимицей замоскворецкой молодежи, ее руководителем. Страстный агитатор, замечательный организатор, с юных лет Люсик посвятила свою жизнь революционной деятельности. Она родилась 9 июля 1897 г. в Тифлисе. Люсик была общительной девочкой с веселым характером, живым и богатым воображением. Восьми лет она поступила в Тифлисскую школу общества учительниц, которую успешно закрнчила. Через четыре года Люсик занималась уже в 1-ой женской Тифлисской гимназии. Всех поражало ее пристрастие к книгам. Читала она много и самую разнообразную литературу. В 12 лет по ее инициативе образовался небольшой кружок подростков, в котором издавался свой журнал на Шапирографе. Редактором его была Люсик. Деятельность даже такого кружка показалась властям подозрительной и он был /11/ закрыт. В 1913 г. она окончила восьмой класс гимназии и в начале 1914 г., после окончания школы медсестер, некоторое время работала в лазарете. В 1916 г. Лисинова переезжает в Москву и поступает учиться на высшие женские курсы. В это время она устанавливает связи с нелегальными большевистскими организациями. Вскоре Люсик Лисинова вступила в ряды партии. Окунувшись в революционную деятельность, молодой член партии работает агитатором, ведет кружки женщин и молодежи, выполняет самые разнообразные партийные поручения. Февральская буржуазно-демократическая революция застает ее одним из организаторов молодежи Замоскворечья.

      Неистребимая вера в силу рабочего класса, в правоту большевистской партии помогла ей справляться со всеми трудностями и невзгодами. Сама борьба становилась для молодой героини неиссякаемым источником энергии, бодрости, счастья: «Как я рада, что работа моя применялась еще в подполье, что я имею сейчас навык, что я могу сейчас работать... — писала в одном из своих писем родным Л. Лисинова. — Сколько сил, талантов в рабочей среде и как они просто фонтаном брызжут этими силами... Они (рабочие) имеют преимущество класса, которому принадлежит будущее, который только что развивается, у которого пробуждаются силы... Достигнет он того, чего он хочет, т. е. социализма» 1). Райком РСДРП(б), направляя Лисинову к молодежи, характеризует ее «как хорошую и трудолюбивую работницу».

      Политические условия работы партии требовали объединения отдельных союзов молодежи в единую организацию. Выполнение этой задачи, поставленной большевиками, началось среди молодежи Замоскворечья: в конце июня в кинотеатре «Великан» на Серпуховской площади под руководством Л. Лисиновой состоялось собрание представителей всех союзов молодежи Замоскворечья, на котором было решено создать Союз молодежи Замоскворецкого района. Почти месяц ушел на подготовительную работу и только 23 июля в помещении Коммерческого института открылось Учредительное собрание союзов. Оно оформило организацию молодежи, названную «Социалистическим Союзом рабочей молодежи III Интернационала».

      В Союзе насчитывалось около 1500 юношей и девушек. Был избран первый в Москве районный комитет Союза молодежи, в состав которого вошли Л. Лисинова, Делюсин, Мария Ларина, Василий Барболин, Герцо и др.

      Секретарем райкома была избрана Мария Ларина, работница-швея фабрики Симано. Как и многие ее товарищи, она с юных лет вступила на путь революционной борьбы, участвуя в /12/

      1) Архив выставки ЦК ВЛКСМ. Письма Л. Лисиновой. Письмо от 9 мая 1917 г.

      работе одного из подпольных большевистских кружков. Рано познавшая тяжелый труд и беспросветную нужду, Ларина хорошо знала жизнь рабочих. Создав у себя на фабрике Союз молодежи, Ларина горячо взялась за организацию молодежи на соседних фабриках и заводах. За кипучую революционную деятельность, за жизнерадостность и бодрость молодежь Замоскворечья полюбила Машу Ларину и поручила ей руководить своим Союзом. Со всей страстью юности Ларина начала укреплять молодую организацию и вскоре Замоскворецкий союз молодежи стал надежным помощником партии. Где бы ни находилась эта простая и вместе с тем требовательная девушка, куда бы ни посылала ее партия — всегда и везде она выполняла порученное ей дело 1).

      Объединение фабрично-заводских союзов в районные происходило по всей Москве. В конце июля Союз молодежи «III Интернационал» образовался на Красной Пресне; он был вторым по численности — насчитывал 200 членов. 28 июля состоялось оформление Союза в Сокольническом районе; 3 августа — в Рогожско-Симоновском, 8 августа—в Лефортовском, 17 и 26 августа соответственно Союзы были созданы в Басманном и Городском районах. Одновременно такая же работа велась и в губернии. В июле-августе Союзы рабочей молодежи начали работать в Орехово-Зуеве, Богородске, Дмитрове и др. городах. Эти союзы молодежи были характерны своей массовостью, чисто рабочим составом и безусловной поддержкой большевистской партии. Во главе союзов партия поставила своих воспитанников, замечательных руководителей молодежи, прекрасных организаторов, умелых вожаков, пользующихся авторитетом и любовью у тысяч юношей и девушек. Разными путями пришли они в революцию, в неодинаковых условиях росли, но всех их объединяла ненависть к существующему строю, твердая вера в идеалы пролетарской революции, убежденность в победе.

      Руководителями Союза на Красной Пресне стали Анатолий Попов, Сергей Яковлев, сестры Литвейко и др. Сохранившиеся документы, воспоминания отца (писателя А. С. Серафимовича) и товарищей дают замечательный портрет молодого большевика, одного из первых руководителей московской молодежи — А. Попова.

      Иначе чем у Лариной сложилось его детство, но не меньше невзгод и оскорблений пришлось испытать и ему. Рано поняв-/13/

      1) В 1918 г. М. Ларина после окончания курсов красных сестер уехала на фронт, где принимала активное участие в боях. Возвратившись в 1920 г. в Москву, она вновь стала работать в московской организации РКСМ. В 1922—24 гг. Ларина была направлена с одним из отрядов молодежи на помощь голодающим. По возвращении она опять на комсомольской работе. Здесь ее застала тяжелая болезнь и в сентябре 1926 г. М. Ларина умерла.

      ший всю несправедливость общественного строя, А. Попов резко выделялся по своим взглядам из среды сверстников по гимназии Адольфа, где ему пришлось учиться. Гимназия делала все возможное, чтобы воспитать из своих учеников верных защитников престола и капитала. И действительно, в Октябрьские дни ни одно учебное заведение Москвы не дало столько белогвардейцев, сколько гимназия Адольфа. Как только в гимназии узнали, что А. Попов сын большевика и сам работает среди трудящихся — «началась дикая невероятная ежедневная в самых подлых формах травля». Анатолия обвиняли в том, что он — «шпион, провокатор, продавшийся за немецкие деньги. Заявили, что изобьют, свернут шею, если он будет ходить в гимназию. От имени всего класса заявляли на уроках учителям, что немедленно уйдут все из класса, если в классе будет оставаться преследуемый» 1). Педагоги во главе с директором всячески поощряли эту травлю, сами принимали в ней участие.

      Надо было иметь железное мужество и огромную веру в правоту своих взглядов, в правоту дела пролетариата, чтобы в таких невыносимых условиях сохранить мужество и веру, еще больше закалить их. И ничто не заставило А. Попова свернуть с избранного пути, даже угроза расстрела, когда, позднее, он в Кремле был захвачен в плен белогвардейцами.

      Испытания не только не сломили юношу, но подготовили его к новым, еще более трудным делам. Непреклонным, принципиальным противником всего старого, неустрашимым борцом с врагами пролетариата знали Анатолия друзья по Союзу. Смелым и решительным воином показал он себя позднее на Врангелевском фронте, когда с оружием в руках по зову сердца ушел защищать молодую Советскую Республику. Й там руководитель московской молодежи не уронил чести своей организации, оправдав доверие товарищей. В мае 1920 г. Анатолия не стало.

      Узнав о героической смерти А. Попова В. И. Ленин написал теплое письмо А. С. Серафимовичу:

      «Дорогой товарищ!

      Сестра только что передала мне о страшном несчастий, которое на Вас обрушилось. Позвольте мне крепко, крепко пожать Вам руку и пожелать бодрости и твердости духа» 2).

      Молодые энтузиасты, борцы за рабочее дело были в каждом районе: в Рогожско-Симоновском — Голиков, в Сокольниках — Барболин и Жебрунов. В Сущевско-Марьинском районе выделялся Афанасьев, 17-летний юноша, небольшого роста, с светлыми глазами, с постоянной улыбкой на лице. С 14-летнего /14/

      1) А. С. Серафимович. Собр. соч., т. VIII, стр. 24—25
      2) В. И. Л е н и н. Соч., т. 35, стр. 383.

      возраста он вращался среди партийных работников, помогал им в установлении партийных связей. В 1915—1916 гг. он состоял в ячейке одного из бутырских заводов. Работая после февраля в жилищно-земельном отделе, Афанасьев развил бурную деятельность по созданию районного союза молодежи. Непрерывные собрания, доклады на различные темы, диспуты, обсуждения — везде и всюду видели молодого организатора. А на работе — огромные очереди нуждающихся в жилье. И все встречали внимательный прием, чуткое отношение. Афанасьев старался удовлетворить крайне нуждающихся, находил слова утешения для тех, кто остался неудовлетворенным. И его любили не только в среде молодежи, но и взрослые рабочие.

      Молодые революционеры проявили большую энергию, настойчивость и принципиальность в период слияния фабрично- заводских союзов своих районов в единые молодежные организации. Дни и ночи проводили они на фабриках и заводах, выступали на митингах и собраниях, боролись с соглашательскими партиями. Эта борьба увенчалась успехом.

      Укрепив свои ряды организационно, Союзы молодежи развили бурную деятельность по оказанию помощи большевистской партии. Проводилась большая работа по вовлечению в союзы новых юношей и девушек. Для них организовывались беседы, доклады и лекции. В газетах часто появлялись объявления такого содержания: «Интернационалистический Союз молодежи Замоскворецкого района призывает товарищей организоваться в кружки по фабрикам и заводам» или: «Запись в члены Союза молодежи Хамовнического района происходит ежедневно от 6 до 8 по будням и от 11 до 1 по праздникам в помещении клуба (адрес)» 1).

      Молодежь охотно шла в Союзы, видя в них защитников своих прав, желая принять активное участие в происходивших событиях.

      В одном из номеров журнала «Интернационал молодежи» редакция поместила письмо члена Союза, прекрасно характеризующее отношение молодежи к своей организации: «Никогда я не забуду тот день, когда я впервые пришла в Союз, я сразу почуяла, что именно здесь самая жизнь, я найду то, что не нашла бы вне Союза, у меня явилась какая-то надежда и даже уверенность, что только тут я найду ответ на все вопросы, в которых тщетно пытаюсь разобраться одна. Я была страшно рада тому, что нашла, наконец, место, где свободно могу отдыхать и в то же время учиться» 2). Союзами проводилась значительная культурно-просветительная работа. Действовало несколько районных клубов, библиотек. 2 июля открылся Городской клуб, /15/

      1) «Социал-демократ», № 119, 28 июля 1917 г.
      2) «Интернационал молодежи» № 2, декабрь 1917 г. (письмо напечатано без подписи).

      что было большим событием не только для молодежи, но и для старших товарищей, взрослых рабочих. Члены союзов подготовили хороший концерт, было прочитано несколько докладов.

      В клубах проводились лекции и беседы, работали политические, драматические и другие кружки. Занятиями в клубах Союзы воспитывали своих членов и активно влияли на всю остальную молодежь, постепенно втягивая ее в организацию. По заданию партийных организаций Союзы проводили значительную агитационно-массовую работу в армии и деревне. Особенно хорошую помощь партии Союзы оказали в период выборов в Московскую городскую Думу: извещали о проведении собраний и митингов, дежурили у избирательных урн, охраняли большевистские плакаты, вели устную агитацию. Вот одна из ярких страничек деятельности Замоскворецкого союза молодежи: в одной из партийных ячеек района возникла острая необходимость в бумаге для плакатов. Узнав об этом, члены заводского союза собрались, чтобы помочь своим старшим товарищам. Однако выхода не находилось. Тишину нарушил небольшого роста паренек, худощавый и стройный; весело смеясь, он произнес: Надо бумаги? Сколько хотите... Сейчас принесу. Посыпался град вопросов. Помолчав, юноша лукаво ответил: У беляков возьму. Пойду и скажу, что согласен их плакаты клеить. Некоторые сочли его слова за шутку. Но через пару часов паренек вошел в комнату, неся тяжелую кипу листовок, написанных на хорошей бумаге. Они оказались очень кстати. Вся обратная сторона их вскоре была исписана неумелыми, но старательными буквами большевистских плакатов.

      Члены Союза вели регистрацию на различных собраниях и совещаниях, выполняли другие технические задания. В Городском районе создали вооруженный отряд для защиты митингов, демонстраций и т. д. от налетов казаков. В него вошли почти все члены Союза. Многие активные работники Союзов — Афанасьев, Лисинова, Попов и др. являлись официальными инструкторами партии по выборам в районные и городскую Думу.

      ЦК РСДРП (б) и местные партийные организации внимательно следили за развитием организации молодежи, всегда оказывая необходимую помощь.

      Большую роль в создании Союзов молодежи сыграли выдающиеся деятели партии Н. К. Крупская и Р. С. Землячка. Н. К. Крупская лично составила Примерный Устав Союза рабочей молодежи, опубликованный 7-го июля 1917 г. в «Правде» и оказавший серьезную помощь Союзам. Р. С. Землячка была участницей всех крупных начинаний молодежи, большинство вопросов решалось с ее помощью.

      В июле 1917 г. в Петрограде состоялся VI съезд Коммунистической партии, сыгравший исключительную роль в истории нашей Родины. /16/

      Съезд принял огромной важности решения, направленные на подготовку пролетариата и беднейшего крестьянства к вооруженному восстанию. Съезд обсудил также вопросы о работе с молодежью и принял специальную резолюцию «О союзах молодежи».

      Резолюция разрешила все основные вопросы, стоящие перед союзами молодежи. Во введении резолюции отмечалось наличие в России широкого молодежного движения, подчеркивалась роль рабочей молодежи в революционном движении: «С первых дней революции в целом ряде городов... началось широкое движение рабочей молодежи и рабочего юношества в целях создания самостоятельных пролетарских организаций молодых рабочих и работниц... Партия пролетариата... отдает себе отчет в том огромном значении, какое рабочая молодежь имеет для рабочего движения в целом».

      Детально обсудив задачи и цели организации молодежи, съезд наметил основные программные требования этой организации: «...партия стремится к тому, чтобы организации эти с самого же своего возникновения приняли социалистический характер, чтобы будущий социалистический союз рабочей молодежи России при самом своем возникновении примкнул к Интернационалу молодежи, чтобы его местные секции преследовали по преимуществу цели развития классового самосознания пролетарского юношества путем пропаганды идей социализма, энергичной борьбы с шовинизмом и милитаризмом и одновременной защиты экономических и политических правовых интересов несовершеннолетних рабочих и работниц» 1).

      Споры вызвало обсуждение вопроса об организационном строении союзов молодежи. Некоторые делегаты предлагали строить организацию молодежи по типу союза молодежи при МК РСДРП (б), т. е. чтобы союзы находились при партийных органах, являлись как бы молодежными филиалами партийных организаций. При такой структуре союзы молодежи попадали под полную опеку партийных органов.

      В. И. Ленин, за ним и большинство съезда стояли на другой точке зрения. Они считали, что союзы молодежи должны быть организационно самостоятельными, чтобы у них была возможность для развития широкой инициативы. Партия же будет повседневно направлять эту самостоятельность, руководить молодежью идейно, т. е. так, как работали Московский и Петроградский союзы рабочей молодежи «III Интернационал». В. И. Ленин считал, что «...за организационную самостоятельность союза молодежи мы должны стоять безусловно и не только вследствие того, что этой самостоятельности боятся /17/

      1) «КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК», изд. 7, 1953, ч. I, стр. З86.

      оппортунисты, а и по существу дела. Ибо без полной самостоятельности молодежь не сможет ни выработать из себя хороших социалистов ни подготовиться к тому, чтобы вести социализм вперед» 1).

      Некоторые делегаты выступили против того, чтобы партия идейно руководила союзами молодежи. За громкими фразами о самостоятельности и политической зрелости молодежи, о недопустимости подавления инициативы молодежи и т. п. они хотели протащить свои планы отделения молодежи от партии. Ленинское большинство съезда разбило эти попытки, отстояло линию партии.

      Резолюция съезда обращала внимание партийных организаций на значение работы с молодежью, она требовала от партийных организаций особой заботы к нуждам союзов молодежи: «Съезд считает поэтому необходимым, чтобы партийные организации на местах обратили самое серьезное внимание на дело организации молодежи» 2).

      В заключение резолюция обязывала все партийные организации помочь делу организации молодежи: «В настоящее время, когда борьба рабочего класса переходит в фазу непосредственной борьбы за социализм, съезд считает содействие [созданию] классовых социалистических организаций рабочей молодежи одной из неотложных задач момента и вменяет партийным организациям в обязанность уделить работе этой возможный максимум внимания» 3).

      При организации и руководстве союзами рабочей молодежи у самих членов союзов и у членов партии не было опыта работы. Из-за отсутствия знающих такую работу людей страдало дело объединения рабочей молодежи в союзы, поэтому съезд решил создать специальные курсы инструкторов, приняв вторую резолюцию — «О курсах инструкторов», в которой съезд предложил ЦК партии устроить курсы инструкторов по организации и руководству союзами социалистической молодежи 4). Руководители союзов, получив теоретическую подготовку на курсах, ознакомившись с постановкой работы на местах, могли бы с большим успехом приступать к организации союзов молодежи и обеспечить руководство уже существующими союзами.

      Решениями съезда был заложен фундамент для создания комсомола.

      Сразу же после съезда разрозненные социалистические союзы молодежи приступили к работе по объединению своих рядов. Назревали революционные события, в которых партия отводила молодежи крупную роль. Получив ясные и опреде-/18/

      1) В. И. Л е н и н. Соч., т. 23, стр. 154.
      2) «КПСС в резолюциях и решениях...», изд. 7, 1953, ч. I, стр. 386.
      3) Там же.
      4) См. там же, стр. 387.

      ленные задачи и указания, почувствовав еще больше могучую поддержку партии, рабочая молодежь теснее сомкнулась вокруг нее.

      Влияние большевиков в Союзах рабочей молодежи стало безраздельным. Молодежные организации оказались резервом партии.

      Выполняя решения съезда, Союз рабочей молодежи Москвы усилил подготовку к созданию единого городского Союза, начавшуюся в июне месяце 1917 г. По районам были проведены предварительные совещания, на которых обсуждались вопросы объединения районных Союзов. В Петроград и Саратов, где такие организации уже существовали, московские районные Союзы молодежи послали своих представителей, которые подробно ознакомились с опытом работы этих Союзов, с их организационной структурой, программой и уставом. В ответ на просьбу московской молодежи Петроградский союз рабочей молодежи «III Интернационал» прислал свой устав.

      После такой подготовки в августе, в клубе Городского района, состоялось совещание представителей районов, на котором был избран Организационный комитет Союзов. Ему поручалось выработать проект программы и устава и организовать созыв городской конференции. Через месяц, 8 октября 1917 г. в помещении бывшего царского павильона Николаевской железной дороги открылась первая Московская конференция Союзов «III Интернационал». На ней присутствовали 200 делегатов от районов Москвы, а также от уездных Союзов молодежи — Орехово-Зуевского, Дмитровского, Богородского. Прислали делегатов Союзы молодежи Тулы и Калуги. Среди делегатов конференции находились представители Союза молодежи при МК РСДРП (б).

      Конференция обсудила отчет Оргкомитета и доклад о текущем моменте. Оживленный обмен мнениями вызвало утверждение программы и устава создаваемого единого Союза. Делегаты конференции, утвердив устав и программу, постановили объединить все районные Союзы молодежи, а также и Союз молодежи при МК РСДРП (б) в общегородскую молодежную организацию, оставив старое название: «Социалистический Союз рабочей молодежи «III Интернационал». В Уставе Союза говорилось: «Задачей Союза является подготовка сознательных борцов за рабочее дело из среды молодежи путем широкой самодеятельности самой молодежи. Так как рабочая молодежь желает воспринять и культивировать идеологию и тактику пролетарской партии, партии рабочей, то и организацию свою она строит по образцу и подобию ее» 1).

      В избранный Московский комитет Союза вошли по 3 пред-/19/

      1) «Интернационал молодежи», № 2, декабрь 1917 г., стр. 9.

      ставителя от каждого района, в основном руководители районных Союзов. Московский комитет руководил работой Союза через комиссии и группы. Были, например, такие структурные части: агитаторская группа, провинциальная, культурно-просветительная комиссия и др.

      Агитаторская группа устраивала собрания и митинги в целях привлечения новых членов в Союз, в целях политического образования молодежи и т. д.

      Провинциальная группа устанавливала связи с провинциальными Союзами молодежи, посылала в провинцию агитаторов, отвечала на многочисленные запросы товарищей из провинции, оказывала им различную помощь.

      Культурно-просветительная комиссия проводила всю культурно-массовую работу Союза: организовывала лекции и концерты, литературные беседы и т. д. Была даже драматическая комиссия, организовавшая школу сценической игры и декламации и руководившая ею.

      Московский комитет Союза издавал свой печатный орган «Интернационал молодежи». Им руководила Редакционная комиссия, избранная на конференции (по одному представителю от района). Комиссия выделила двух ответственных редакторов, создала различные отделы.

      Заседания Московского комитета, Редакционной и всех других комиссий и групп были открытыми, в них могли принимать участие все члены союза, но без права решающего голоса.

      Высшим органом Союза являлась общегородская конференция. Делегаты на нее избирались на районных конференциях по одному от 10 человек.

      Районные Союзы строились по такому же принципу в пределах своего района.

      Союз, насчитывающий в этот период 2170 человек, сразу развернул энергичную деятельность. Одним из первых крупных мероприятий была городская демонстрация молодежи, проведенная в честь Международного Юношеского дня. 15 октября 1917 г. около 10 тысяч юношей и девушек вышли на улицы города. Ранним утром с рабочих окраин колонны молодежи с песнями направились с районных сборных пунктов на Красную площадь, а оттуда — на Скобелевскую (ныне Советскую) площадь. Мощной рекой текла колонна юношей и девушек, демонстрируя свою силу и преданность партии. Над демонстрантами реяли большевистские лозунги и плакаты: «Долой войну!», «Пролетарская молодежь всех стран, объединяйся», «Долой министров-капиталистов!», «Мир всему миру!», «Вся власть Советам!».

      На площади состоялся митинг. Участники митинга послали приветствия В. И. Ленину и приняли боевую резолюцию: «Требуем от Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских /20/ депутатов взять власть в свои руки и предпринять шаги к перемирию на всех фронтах к заключению всеобщего демократического мира» 1). Демонстрация закончилась пением революционных песен. Она явилась внушительным смотром сил рабочей молодежи, ее стремлением к миру между народами, страстным протестом против грязных замыслов мирового империализма.

      Выполняя решения VI съезда, партийные организации развернули подготовку к вооруженному восстанию. Рабочей молодежи отводили особую роль. В письме «Советы постороннего» В. И. Ленин указывал: «Выделить самые решительные элементы (наших «ударников» и рабочую молодежь, а равно лучших матросов) в небольшие отряды для занятия ими всех важнейших пунктов и для участия их везде, во всех важных операциях...» 2).

      В райкомах и фабрично-заводских ячейках Союза шла запись в отряды Красной Гвардии. Желающих записаться было так много, что всем не хватало оружия. Отбирали самых лучших, самых проверенных. Красная Гвардия Москвы на 40% состояла из молодежи, членов Союза. В эти дни можно было видеть во дворах заводов и фабрик, на пустырях и прямо на улицах отряды молодых рабочих, старательно изучающих военное дело, обращение с оружием, приемы стрельбы.

      В Замоскворечье молодежь фабрики Цинделя обучалась во дворе, михельсоновцы — в переулке около завода, члены Союза завода Шредера — на Большой Татарской улице. Центр подготовки района находился в бывшей студенческой столовой на Малой Серпуховской улице, где одновременно помещался райком Союза. Дни были напряженными, события следовали одни за другими, атмосфера — накаленной. Л. Лисинова в письме к родным так описывала обстановку: «Настроение здесь боевое и приподнятое. Образуется Красная Гвардия, частично обучение которой небольшого нашего района ведется в нашей столовке. Утром рано встаешь и бежишь за газетами. Больше четырех часов подряд трудно дома усидеть» 3).

      Девушки — члены Союза настойчиво изучали санитарное дело, чтобы в нужную минуту оказать помощь своим отцам и братьям. Все девушки — члены Союза записались в санитарные отряды. Проводилась политическая подготовка молодых рабочих. Накануне восстания МК Союза созвал экстренное совещание представителей районов для обсуждения текущего момента. По предложению Анатолия Попова единогласно была принята резолюция, заканчивавшаяся словами: «На улицу!», «К оружию, на баррикады!» 24 октября состоя-/21/

      1) «Социал-демократ», № 189, 17 октября 1917 г.
      2) В. И. Лен и н. Соч., т. 26, стр. 152.
      3) Архив выставки ЦК ВЛКСМ. Письмо Л. Лисиновой. Письмо от октября 1917 г.

      лось чрезвычайное заседание МК Союза. МК принял решение, призывающее членов Союза оказать активную помощь партии в свержении Временного правительства и завоевании власти Советами.
      Члены Союза рвались в бой, зная, что счастье можно завоевать только в борьбе. Думы и желания своих товарищей прекрасно выразил Анатолий Попов. Отвечая на вопрос, что надо сделать, чтобы быть счастливым, он писал:

      «Я скажу тебе — бороться... Бороться, пока сил твоих хватит, пока рука твоя поднимается, а глаза видят кругом... И долгая, упорная борьба ждет тебя, юноша. Ты должен победить оковы. Ты должен победить тех, кто строит свое счастье на несчастьи других...

      ...Разве не есть наслаждение драться за идею, за радость жизни?

      ...Не правда ли, стоит жить! Новое, что только мерещилось, как мечта, как неземное и несбыточное, вырисовывается все больше и больше — социализм. Мы сейчас в огне, в дыму! Каждую минуту нам грозит гибель. Клянусь вам, мне сейчас жизнь не дорога. Борьба, победа только и волнует!» 1).

      25 октября в Москве начались тяжелые бои с контрреволюцией, продолжавшиеся несколько дней. И в этих боях Союз рабочей молодежи Москвы выдержал свой первый боевой экзамен. Сотни юношей и девушек Союза вместе со старшими товарищами штурмовали Кремль, освобождали центр города от белогвардейцев. Многие совершили героические подвиги, вписавшие яркие страницы в летопись комсомола. Члены Союза шли в бой с лозунгом: «Погибнуть всем, но не пропустить неприятеля!». Молодежи поручались ответственные дела.

      Краснопресненскому отряду Красной Гвардии, почти полностью состоящую из членов Союза, штаб восстания дал задание выбить юнкеров из Алексеевского военного училища. Молодые рабочие, недавно взявшие в руки винтовки, бесстрашно выступили против обученных юнкеров. Вера в победу, горячая ненависть к врагу, мужество и героизм молодых красногвардейцев принесли им победу. Училище было взято.

      Городской райком РСДРП (б) поручил группе членов Союза распропагандировать солдат в Спасских казармах. Юноши среди белого дня под обстрелом проникли в казармы. Там с опасностью для жизни они обратились к солдатам, объясняя им положение, раскрывая глаза на поведение офицеров. Убежденность, преданность своему делу сломили недоверие солдат. Они разоружили офицеров и перешли на сторону восставших. /22/

      1) Л. И. Петропавловская. Пролетарская молодежь Москвы в борьбе за подготовку и проведение Великой Октябрьской социалистической революции. X—XI—1917 г., Диссертация, М., 1951, приложение № 14.

      Молодежь Замоскворечья штурмовала Крымский и Чугунный мосты, охраняла Краснохолмский мост. Упорные бои шли на Остоженке и Пречистенке. Командиром бойцов на Остоженке был Петр Добрынин, 23-летний большевик, один из руководителей Красной Гвардии Замоскворечья. Не зная ни минуты отдыха, он появлялся в самых опасных местах и своим личным примером поддерживал боевой дух. Во время боя он был ранен в плечо на вылет. Однако и после этого Добрынин не покинул ряды сражавшихся. Возникла необходимость пойти в разведку. Добрынин возглавил группу красногвардейцев. Здесь, на боевом посту его и настигла разрывная пуля. Добрынинская площадь Москвы — вечная память молодому герою.

      Руководители Союза — Лисинова, Попов, Афанасьев, Жебрунов, Барболин и др. находились в первых рядах сражающихся. Л. Лисинова, будучи избрана секретарем штаба восстания Замоскворечья, выполняла задания по связи, по организации работы Красного Креста. Работы было необычайно много, но настроение, как и всегда, бодрое и даже приподнятое. Из последнего письма перед нами встает облик Лисиновой, постоянно жизнерадостной, полностью отдавшей себя делу партии и в то же время думающей в эти опасные дни о спокойствии матери: «Наконец-то дома, напилась чаю и лягу в постель. Ходила не переставая целый день, провела три митинга по заводам, организовала Красный Крест в Союзе молодежи, сходила в Совет Р. Д. Ночь темная, дождь, снег и ветер, но состояние бодрое. Немного только подтачивает такое здоровое состояние это выжидание.

      Сейчас в Кремле стоят юнкера и наши войска. Может ночью будет бой. На чьей стороне будет победа?

      Мамочка, дорогая, ты за меня не волнуйся, я ни в каком опасном месте не буду. Буду или сидеть в лазарете, или буду в Совете, вообще ни в какие летучие отряды я не поступаю. Затем без толку на улицу не показываюсь и одна не хожу» 1).

      Члены Союза Замоскворечья видели свою Люсик везде и как будто в одно и то же время. Всюду она вносила оживление, бодрость и уверенность. Погибла Люсик Лисинова в последний день боев от шальной белогвардейской пули. Память о ней, организаторе и руководителе московской молодежи, всегда будет храниться в сердцах комсомольцев столицы. В ее честь одна из улиц Москвы носит название Лисиновской.

      Отдали свою жизнь за дело революции два других руководителя Союза молодежи — Жебрунов и Барболин — вожаки Сокольнической молодежи. /23/

      1) Архив выставки ЦК ВЛКСМ. Письма Л. Лисиновой. Письмо без даты.

      За свою короткую 19-летнюю жизнь Жебрунову много пришлось перенести и испытать. В 15 лет, после смерти отца, все заботы о семье легли на юношу. В поисках заработка он исколесил почти всю Россию, несколько раз менял профессию. Но и в этих тяжелых условиях Жебрунов жадно тянулся к знаниям, используя каждую свободную минуту для пополнения своего образования. Это помогло ему впоследствии, на работе в Союзе. Юноша всех поражал своей начитанностью, охотно делясь знаниями с товарищами.

      Жербунова нельзя было представить без Барболина. Их видели только вместе — и на работе, и на отдыхе, и в бою. Оба друга выделялись не только в Союзе молодежи, но и среди взрослых товарищей.

      С. Барболин принимал участие в революционных событиях с самого начала. Вспоминая о Сергее, товарищи писали:

      «...В его присутствии легче становится на душе, веселее кругом. Казалось, какие-то теплые, солнечные лучи струились от его вечно хлопотливой и деятельной фигуры, ни минуты не сидевшей без дела, от его крепкой веры, веры без сомнений, без колебаний в наше дело, от его стойкой, непоколебимой уверенности в близкой победе рабочего класса...» 1).

      Жебрунов и Барболин находились в отряде Красной Гвардии, штурмовавшем дом московского градоначальника. Бойцов встретил шквал пулеметного и винтовочного огня. Положение создалось критическое. Один за другим из строя выбывали красногвардейцы. Внезапно Жебрунов и Барболин выбежали из-за укрытия и, не сгибаясь, с криком «Ура!» бросились на пулемет врага. Воодушевленные товарищи поднялись за ними. Порыв был настолько силен, что белогвардейцев выбили из дома. Но победа досталась дорогой ценой: Жебрунов был убит, а Барболин смертельно ранен и через несколько дней скончался.

      Старшие рабочие вспоминали потом о своих юных товарищах: «Трещат пулеметы. Темная непроглядная ночь. Нужно людей в центр для связи. Кто пойдет? Конечно, хвостики. (Так в шутку звали взрослые рабочие членов Союза — В. К-). Кто лучше их выполнит опасное, отчаянное поручение! Из района в район, из района в центр — всюду под дождем пуль члены Союза рабочей молодежи выполняли самые опасные и ответственные поручения штаба восстания. Рискуя жизнью, они бесстрашно несли разведку и санитарную службу, доставляли бойцам патроны и снаряды, участвовали во всех боевых операциях. Победа или смерть: — вот о чем думал каждый боец» 2). /24/

      1) «Памятник борцам пролетарской революции, погибшим в 1917— 1921 гг.», М., 1924 г., стр. 44.
      2) «Боевые традиции комсомола», М., «Молодая Гвардия», 1943, стр. 8.

      В начале ноября сопротивление контрреволюции в Москве было подавлено. Власть перешла в руки Советов. Высокий патриотизм молодежи, ее мужество, страстная вера в будущее внесли неоценимый вклад в победу Советской власти.

      Победа Великой Октябрьской социалистической революции принесла молодежи огромные политические и экономические права. Рабочая молодежь, члены Союза отозвались на это энергичной деятельностью по развертыванию социалистического строительства, помогая во всем родной власти и партии. 26 ноября 1917 г. МК Союза провел вторую общегородскую конференцию Союза. Работа конференции показала, что Союз единодушно идет за партией, без малейших колебаний, поддерживает ее во всех мероприятиях.

      Московский комитет Союза призвал рабочую молодежь создать новую, пролетарскую интеллигенцию. Во вновь создаваемые советские учреждения требовались преданные советской власти люди, наиболее подготовленные к работе в государственном аппарате. В наркоматы, отделения банков и т. д. стали посылать грамотную рабочую молодежь, имеющую опыт организационной работы. В первую очередь посылали членов Союза, самых активных работников.

      Многие члены Союза продолжали оставаться в рядах Красной Гвардии и бороться с контрреволюцией. Неоценимую помощь оказали юноши и девушки в организации порядка в городе; они также принимали участие в охране национализированных предприятий. Один из таких отрядов, созданный на заводе «Серп и молот» еще в начале октября 1917 г. фактически спас свой завод от разграбления и порчи контрреволюционными элементами. Отряд неоднократно выезжал в губернию для уничтожения бандитов, арестовывал заговорщиков в самом городе, проводил обыски. Отряд просуществовал до начала 1918 г.

      К концу 1917 г. Союз молодежи количественно значительно вырос. Состоявшаяся в декабре 1917 г. третья общегородская конференция Союза показала, что в организации насчитывалось до 3300 членов. Наиболее крупной была Замоскворецкая районная организация — 1000 человек; в Рогожско-Симоновском районном Союзе числилось 557. В Городском районе с октября по ноябрь Союз вырос в три раза и достиг 400 человек. Московский Союз поддерживал связь с Союзами других городов: Петрограда, Самары, Екатеринбурга. В него входили Союзы молодежи Калуги, Наро-Фоминска, Яхромы, Перова и др. городов.

      Теперь Союз был способен к решению еще более серьезных задач. Это показали события начала 1918 г. После срыва переговоров в Брест-Литовске партия и правительство объявили о том, что «социалистическое отечество в опасности». Московский /25/ Союз молодежи принял деятельное участие в мобилизации сил для отпора врагу — это стало главной задачей периода. МК Союза обратился к рабочей молодежи с горячим призывом: «К рабочей молодежи!»:

      «Товарищи!

      Записывайтесь в Красный батальон Союза рабочей молодежи «III Интернационал». Все на защиту революции! Молодежь никогда не изменяла делу рабочего класса. К оружию, юные пролетарии!

      Запись в батальон и агитационный отряд принимается в районах Союза рабочей молодежи. «III Интернационал» 1).

      В конце декабря 1918 г. МК Союза созвал экстренную IV общегородскую конференцию Союза. Обсуждался один вопрос — о текущем моменте. Резолюция, принятая единогласно, призывала отдать все силы на разгром врага:

      «Товарищи! Революция в опасности! Пусть этот клич будет громовым набатом, зовущим спасать революцию, зовущим всех как одного встать в ряды красных батальонов мировой классовой борьбы и смело биться со знаменем в руках. Или пасть, или победить!

      Товарищи!

      Союз рабочей молодежи должен откликнуться на призыв к спасению революции и должен встать в ряды борющихся. Союз рабочей молодежи должен создать свои батальоны, которые назовутся батальонами III Интернационала... Союз рабочей молодежи должен создать отряды, которые могли бы бороться и защищаться не только силой оружия, но и силой слова» 2).

      Большинство делегатов конференции сразу же записалось добровольцами на фронт.

      Выполняя решение конференции, МК Союза 27 февраля 1918 г. постановил: «Союз рабочей молодежи «III Интернационал» объявляется на военном положении. Вся его работа сосредотачивается на агитации за вступление в Красный батальон Союза. Необходимо организовать отряды. Ввиду того, что большинство активных работников уезжает на фронт, районные и Московский комитеты должны быть переизбраны» 3).

      Мобилизация повсеместно проходила с большим энтузиазмом. В Рогожско-Симоновском районе для борьбы с гайдамаками и немцами был создан первый московский партизанский отряд. В основном он состоял из молодых рабочих, членов Союза. Только завод «Серп и молот» дал отряду около 400 человек, почти всю организацию Союза. Уже в первых боях отряд показал себя надежной боевой частью. У Новозыбкова он более /26/

      1) «Социал-демократ», № 35, 28 февраля 1918 г.
      2) «Социал-демократ», № 34, 27 февраля 1918 г.
      3) «Социал-демократ», № 38, 3 марта 1918 г.

      5 часов сдерживал превосходящие силы немцев. Под непрерывным артиллерийским и пулеметным огнем бойцы отражали одну атаку за другой. И до тех пор, пока станция не была полностью эвакуирована, ни один боец не отступил ни на шаг.

      Оставшиеся в Москве юноши и девушки самоотверженно трудились в тылу, оказывая посильную помощь фронту.

      Союз молодежи Москвы внес свой вклад в дело разгрома немцев.

      Немного позднее, в июле 1918 г. молодежь Москвы провожала на Восточный фронт группу добровольцев — членов Союза, активных его работников. Среди них находился Афанасьев.

      Уезжавшие юноши поклялись высоко держать знамя Московского Союза. И эта клятва была сдержана. В Саратове всю группу направили на работу в Чрезвычайную комиссию города. В первое время в комиссии, а затем на работе секретарем райкома партии в одном из рабочих районов города Афанасьев проявил себя опытным организатором, талантливым и преданным работником. Ему часто поручали наиболее ответственные дела и все они выполнялись успешно.

      В августе 1918 г. Афанасьев записался красноармейцем в Коммунистический отряд. Перед отрядом стояла особая, ответственная задача: быть всегда впереди и личным примером увлекать за собой бойцов. Представителя молодежи Москвы назначили начальником боевого пулеметного взвода. По дороге на передовую молодой командир изучил устройство пулемета, а вскоре испытал его и в бою. Под ожесточенным натиском противника полк дрогнул, началась паника. На месте остался только пулеметный десяток. Он один задержал врага и дал возможность полку собраться с силами. Враг был разбит.

      Через некоторое время Афанасьев был назначен комиссаром мало надежного кавалерийского полка. Комиссар никогда не сидел на лошади. Но это не остановило юношу. Благодаря напряженной работе, упорству и страстности Афанасьев становится душой полка, его авторитет, — непререкаем. Простой в обращении, веселый и общительный, он во всем подавал личный пример. Для Афанасьева характерен следующий эпизод: накануне боя полк охватило волнение: полураздетые бойцы отказались итти в наступление, не хватало обуви и одежды, а на улице стояли сильные морозы. Тогда комиссар снимает с себя валенки и полушубок и отдает красноармейцам. Смущенные бойцы заставили Афанасьева взять все обратно; полк пошел в бой, противник был разбит.

      В мае 1919 г. белые разгромили штаб дивизии и проникли в тыл. На помощь бросили полк, комиссаром которого был Афанасьев. Около станции Деркуль произошел горячий бой. Под комиссаром убили лошадь, однако, Афанасьев не растерялся, а лег за пулемет и, спокойно выбирая цель, нажимал спуск. Но /27/ тут кончились патроны. До последнего дыхания боролся Афанасьев. Рассвирепевшие казаки зарубили его шашками.

      Так защищали Советскую власть посланцы московской молодежи, активные деятели Союза.
      Летом 1918 г. в работе Московского союза остро встал вопрос о связи с Союзами молодежи других городов. Постоянной тесной связи всех Союзов требовали и насущные задачи советской власти. Наступила необходимость объединения всех союзов молодежи страны в единую организацию.

      В июле 1918 г. ЦК партии создал в Москве Организационное бюро по созыву 1-го Всероссийского съезда Союзов рабоче-крестьянской молодежи. В состав Бюро вошли представители Московского, Петроградского и Уральского Союзов молодежи.

      На первом же заседании Оргбюро наметило дату созыва съезда и порядок дня. Оргбюро развернуло большую подготовительную работу. В его воззвании к Союзу молодежи говорилось: «Революционный энтузиазм, охвативший всю молодежь с начала революции, помог ей найти своих друзей в борьбе за социализм. Мы не пошли с теми, кто проповедывал смирение и соглашательство. Мы — бойцы. Нам не страшны бури... Для нас нет средних путей, а один единственный курс — на социализм» 1).

      Первый Всероссийский съезд Союзов рабочей и крестьянской молодежи открылся 29 октября 1918 г. в Москве в доме № 4 по Харитоньевскому переулку. На нем присутствовало 176 делегатов, представлявших 22100 членов. Из числа делегатов было 88 членов партии, 38 — сочувствующих коммунистам, 45 — беспартийных и 5 — от меньшевиков и эсеров. В. И. Ленин был избран почетным председателем съезда. По его поручению с докладом о текущем моменте выступил Е. Ярославский. Во время заключительных заседаний Владимир Ильич принял членов президиума съезда, долго и внимательно беседовал с ними о задачах молодежи. После беседы он направил их к Я. М. Свердлову для разрешения некоторых практических вопросов по созданию организации.

      Съезд обсудил очередные задачи и принял основные положения программы Коммунистического Союза Молодежи: всю работу комсомол проводит под руководством Российской Коммунистической партии и солидарен с ней по всем вопросам. Главной задачей Союза являлось распространение идей коммунизма и вовлечение рабоче-крестьянской молодежи в активное строительство советской власти. Организационно Союз должен /28/

      1) Н. А. Михайлов. ВКП(б)—организатор и руководитель комсомола, М., «Молодая Гвардия», 1949, стр. 5.

      работать самостоятельно. Съезд принял решение назвать Союз — Российским Коммунистическим Союзом молодежи.

      Работа съезда проходила под знаком сплочения сил рабоче-крестьянской молодежи вокруг партии. В решениях съезда говорилось: «Первый Съезд революционной молодежи России, заслушав доклад по текущему моменту, выражает свою полную солидарность с рабоче-крестьянской властью в ее борьбе за коммунизм. Мировая контрреволюция, зреющая на юге, найдет в нашей среде достаточный отпор. Весь свой революционный пыл, все свои молодые силы мы отдадим на борьбу с ней» 1).

      Через месяц после съезда ЦК РКП (б) направил всем партийным организациям инструктивное письмо с информацией о создании комсомола, призывавшее содействовать местным организациям комсомола.
      Московский Социалистический Союз рабочей молодежи «III Интернационал» полностью вошел в РКСМ. Сразу же после съезда была созвана последняя конференция Союза, которая одобрила все решения съезда и избрала Московский Комитет РКСМ.

      Закончился начальный период боевого пути Московской организации комсомола, период создания и укрепления, период искания форм и методов работы. Создание комсомола вдохнуло свежие силы в работу молодых строителей социализма, укрепило дисциплину и подготовило к выполнению новых ответственных задач. 1) /29/

      1) Н. А. М и х а й л о в. Указ, соч., стр. 6.

      Труды Московского государственного историко-архивного института. Т. 10. М., 1957. С. 7-29.