Характер связей Египта с Сирией и Палестиной в период Древнего и Среднего царства по данным археологии

   (0 отзывов)

Неметон

Связи Египта в додинастическую и раннединастические эпохи с Сирией и Палестиной носили обширный характер, что подтверждается данными археологии. Обнаружение в различных населенных пунктах Палестины алебастровых сосудов времен I династии, фрагментов сосудов с именем Нармера позволило некоторым ученым предположить прямое господство Египта I династии над Палестиной. Однако, данные находки свидетельствуют о существовании контактов между Египтом и Палестиной, что подтверждается наличием палестинской керамики в царских могилах Абидоса. О египетском присутствии на Синае в эпоху первых двух династий данных нет, но, вероятно, что использование полезных ископаемых Синайского полуострова было начато фараонами уже в додинастическую эпоху с обработки меди и бирюзы.

narmer.jpg.698785a83f21337b2dbca5c3c878c

Если в период Древнего царства III – VI династий имеются следы египетского присутствия на Синае в виде эпиграфических и изобразительных граффити на скалах близ рудников, то в Палестине достоверно датируемых памятников нет. Контакты с Сирией ограничивались, по-видимому, Библом, как важнейшим центром торговли ливанским кедром, в котором нуждался Египет для архитектурных построек, сооружения саркофагов, украшения храмов. Раскопки, проведенные в Библе в 1937-1958 гг. выявили контакты Библа с Египтом начиная со II династии, подтверждаемые находками фрагмента каменного сосуда с именем Хасехемун и развивавшиеся в классический период с разной степенью интенсивности. Находки разнообразны: каменные сосуды всевозможных форм, вотивные таблицы, цилиндрические печати и верхняя часть статуи фараона Ниусерре (V династия). Библ находился в особом положении по отношению к Египту: его правители носили титул «господин чужестранных земель», а между богинями города Баалат Гебал и египетской Хатхор должны были существовать самые тесные связи.

В Египте свидетельством контактов с восточным Средиземноморьем являются изображения прибытия торговых представителей в заупокойных храмах Сахуры и Ниусерре, фараонов V династии; отрывок из знаменитой биографии Уни (нач. VI династии) – рассказ о военном походе в Южную Палестину, а также текст времен VI династии, обнаруженный в погребении Хеви в Асуане, в котором Хнумхетеп, подчиненный Хеви, утверждает, что совершил 11 путешествий в Библ и Пунт. В 1977 году при раскопках в Эбле были найдены фрагменты каменных сосудов, выполненные из алебастра и т.н. «диорита Хефрена», указывающие на их египетское происхождение. Аналогичные предметы (алебастровые, диоритовые чаши и цилиндрические сосуды) были найдены в царских могилах I и II династий в Саккаре, погребальном комплексе (IV династия),

snefru.jpg.edd80f37866d11d2d3c403f14fc48

среди остатков погребальных принадлежностей Хетепхерес – матери Хеопса, а также в погребальных комплексах Микерина и гробницах жен Пиопи I. Кролме того, в царском дворце Эблы были найдены горлышки двух диоритовых сосудов,  надписанных именем Хефрена (IV династия),

hefren.thumb.jpg.34be6d6c2c73cb237324387

и круглая алебастровая крышка с высеченным царским картушем с частью титула Пиопи I (VI династия): «Любимый Обеими Землями, царь Верхнего и Нижнего Египта, сын Хатхор, правительницы Дендеры, Пиопи».

snefru.jpg.edd80f37866d11d2d3c403f14fc48

Главная проблема заключается в выяснении того, как эти изделия попали в Северную Сирию. На этот счет существует ряд гипотез:

- через Библ оказались в Сирии в результате торговли.

- Сосуды попали в Эблу в качестве военной добычи после конфликта с городом – портом.

- Посредством прямой связи Египта и Эблы, как центра лесозаготовки, производства шелка, обработки и сортировки лазурита.

Puti_iz_Egipta_v_Siriyu.thumb.PNG.901a77

Обнаружение фрагментов сосудов Пиопи I и Хефрена, разделяемых двумя столетиями, в царском дворце Эблы, может означать, что они хранились как особо древние изделия, ценность которых определялась дороговизной чужеземного камня и/или подарками известного правителя древнего мира. В случае их происхождения из Библа, можно предположить, что сосуды Хефрена могли хранится в Библе до времени Пиопи I, а затем попали в Эблу в результате торгового обмена или в качестве военной добычи.

Период между кон. VI – нач. XII династии характеризуется перерывом в контактах Египта с Сирией и Палестиной. В «Поучении египетского мудреца», автор сетует на прекращение морских путешествий, доставлявших необходимые материалы для изготовления саркофагов и бальзамирования. К нач. XII династии возобновляются походы к рудникам Синая, связи с Палестиной и Сирией расширяются. Обломки статуй частных лиц из Египта, датируемые Средним царством, были найдены в палестинских поселениях Телль Эль – Аджжула, Мегиддо, Гезер. Было обнаружено подножие статуи принцессы Себекнефру XI династии, скарабеи и печати правителей XII династии Сесостриса I,

sesostris_1.jpg.6f3a2f0308ec8f145a47e48b

Сесостриса II,

sesostris2.jpg.3ea2ba3dbd852d0b4eddaf251

Сесостриса III

sesostris_3.thumb.jpg.e6166dd92c9aa655fa

и Аменемхета III.

amenemhet_3.jpg.7a19d11cd9244a590fb480e2

Присутствие фараонов и лиц царского дома времен Среднего царства особенно заметно в Сирии: в Угарите были найдены бусины Сесостриса I и два сфинкса Аменемхета III (еще один был найден близ Алеппо); в Катне - сфинкс дочери Аменемхета II; в Бейруте - сфинкс Аменемхета IV;

amenemhet_4.thumb.jpg.37ef880e38ee98ff1d

в Кафр-Джарре – сфинксы Сесостриса I и Сесостриса II.

Наиболее значимые находки были сделаны в Библе, в гробницах вельмож Абишему и Ипшемуаби, где обнаружены ларчики с именами Аменемхета II и Аменемхета IV. В безымянной гробнице найдена пектораль Аменемхета III. Свидетельством о ближневосточном присутствии в Египте Среднего царства является повесть о Синухете, Тексты проклятий, изображения азиатов на стенах гробницы в Бени-Хасане, граффити на Синае, пекторали Аменемхета III из Дахшура, биографии египетских вельмож, военные походы на территорию Палестины Сесостриса III против Сихема, клад в фундаменте храма в Тоде эпохи Аменемхета II (ювелирные изделия, чаши, слитки золота и серебра, фигурки и цилиндрические печати из лазурита с клинописными надписями).

В период XIII династии связи Египта с Палестиной не прерывались: в Иерихоне обнаружены два скарабея Хетипибра; в Телль Эль-Аджжуле – скарабей Неферхотепа I; в Библе – рельеф Неферхотепа I

neferhetep_1.jpg.89a851cea7fb3a0fbd6cc39

и скарабей Уахибра; у Баальбека – подножие статуэтки Себекхетепа IV.

sebekhotep_4.thumb.jpg.c60b758f43e820cbf

Египетские изделия, обнаруженные в Эбле, были привезены в период XIII династии. В 1978 году в слоях, относящихся к 1800-1650 гг. в «Гробнице принцессы», «Гробнице повелителя коз» и «Гробнице с цистернами» были обнаружены изделия египетских ремесленников или находящиеся под египетским влиянием. Особый интерес представляла находка из «Гробницы повелителя коз» - рукоять парадной булавы, выполненная из белого известняка, на которой было обнаружено имя фараона XIII династии Хетепибра (1771-1765 гг. до н.э), что позволили датировать и другие находки из подземелий Эблы. Этот фараон известен также по надписям на камне из Аснута в Среднем Египте и на подножии статуи из Телль Эд-Даба в восточной Дельте, которые имеет интересную особенность: в текстах он назван «сыном азиата» или «сыном крестьянина». На памятнике из Телль Эд-Даба он назван «возлюбленным Птаха-к–Югу-от-Его-Стены». В первом случае имя показывает его простонародное происхождение; второе указывает на Птаха Мемфисского и первоначально статуя должна была находиться в храме божества в древней столице, что говорит о силе фараона.

Заключительный этап XIII династии и период гиксосов представлен в Эбле скарабеем с искаженным именем Дедумеса Джеднефера и цилиндрической печатью в гиксосском стиле периода Среднего царства.

vladeniya_giksosov.PNG.55d8830ecf8eceef7

Вопрос о связях Эблы и Египта должен рассматриваться в общем контексте политической ситуации 1 пол. II тыс. до н.э, сложившейся в долине Нила и восточном Средиземноморье. На этот счет существует несколько теорий:

- У.Ф. Олбрайт считал возможным прямое господство Египта над Сирией и Палестиной в эпоху Среднего царства

olbrayt.jpg.b8e69c078d0fb234ac610f708caa

- Д.А. Уильсон и У.А. Уорд считали, что отношения носили торгово-дипломатический характер

- Д. Вейнстайн считал, что египетские изделия могли оказаться в Палестине через торговые города Библ и Угарит

- В. Хельк считал, что только именные подарки фараонов местным правителям были доставлены в эпоху Среднего царства (уже упоминавшиеся ларчики с именами Аменемхета II и Аменемхета IV из царских гробниц в Библе).  Все остальные предметы привезены гиксосами, грабившими дворцы и храмы.

giksosyi.jpg.3199196ba188b31352e6ec4c23d

Теория У.Ф. Олбрайта сомнительна, в то время, как теория В. Хелька может объяснить, почему статуя Хетепибра, посвященная храму Птаха, оказалась перенесена в столицу гиксосов в восточной Дельте. Но она не учитывает влияния Египта II тыс. до н.э на восточное Средиземноморье, что нашло отражением использовании в сирийской глиптике египетских иероглифических мотивов. В этой связи теория Д. Вейнстайна представляется более обоснованной. Библ, как и в эпоху Древнего царства, пользовался особыми привилегиями, фараоны посылали ценные дары местным правителям, носившими египетские титулы и украшавшими свои вещи египетскими надписями. Угарит также поддерживал тесные связи с египетским двором XII династии.

Т.о, прибрежные города Библ, Угарит и Бейрут распространяли египетские изделия на Ближнем Востоке. Кроме того, важную роль играли Катна и Нейраб близ Алеппо. Эбла, несмотря на уменьшение могущества по сравнению с аккадским периодом, оставалась важным центром международной торговли. Не исключено, что Египет поддерживал с этими городами прямые дипломатические отношения. Среди находок в Сирии наиболее полно представлены предметы XII династии, что свидетельствует об усилении египетской экспансии в Сирии и Палестине по мере укрепления династий Сесострисов и Аменемхетов. Дальнейшее развитие отношений в эпоху XIII династии является признаком относительной стабильности внутреннего положения в Египте.

пиопи 1.jpg


1 пользователю понравилось это


Отзыв пользователя

Нет отзывов для отображения.


  • Категории

  • Темы на форуме

  • Сообщения на форуме

    • Осады Шатили 1813 г. и 1843 г.
      Ну, вот оно - "А наш дедушка знает лучше!" (с) Прошло всего 15 лет - и у него цифры не сходятся. Хотя еще в первой книге есть косячок - он не мог остановиться в башне, где спал Александре-батоно, т.к. на обратном пути отряд Симановича все селение спалил.  Т.е. башня могла стоять на том же месте, но уже перестроенная после пожара. Кстати, в современном состоянии в Шатили порядка 60 башен и других строений. Т.ч. он практически прав относительно количества домов. И вопрос - я дал фото Шатили со всех ракурсов. Вот еще один: Откуда могли стрелять те хевсурские снайперы?
    • Осады Шатили 1813 г. и 1843 г.
      В другой книге ЗИССЕРМАН А. Л. Двадцать пять лет на Кавказе  эти же события описывает иначе. У него Шатили имеет до 50 домов, в которых 200 хевсур-воинов...противостояли нескольким тысячам...которых было в 50 раз больше...и ни слова о трех храбрецах.
    • Осады Шатили 1813 г. и 1843 г.
      Прямо как в Судане или Эфиопии. Ну, надеюсь, им там мозги поправят. Плохо, когда прозелиты не знают толком основ своей религии. Но снова к нашим шатильцам - они на середину XIX в. реально кольчуги носили или все же нет? Есть какие-то сведения, кроме этнографических охов и ахов насчет кольчуг? Чечены уже не носили.
    • Осады Шатили 1813 г. и 1843 г.
      еще какие там даже женское обрезание практикуют а половина молодежи в сиррию уехала.  с христианством то же самое до девяностых все были атеистами а сейчас все без исключения верующие хоть сами и не знают во что 
    • Гражданская война на Кубани, 1 этап
      Пишите туда. Обязательно. О семье должны быть какие-то записи, коли предки служили в ККВ и вели там хозяйство. А там - вдруг что и про период ГВ найдется.
  • Файлы

  • Похожие публикации

    • Страна Пунт: проблемы локализации
      Автор: Неметон
      Пунт…Путешествия в этот загадочный регион имеет давнюю историю, восходящую к эпохе Древнего царства. Рабы-пунтийцы встречались в Египте уже со времен IV династии. Известно, что у одного из сыновей царя Хуфу (Хеопса) был пунтийский раб. При фараоне V династии Сахура была отправлена экспедиция в Пунт, доставившая в Египет мирровую смолу и электрум, как об этом говорится в летописи Палермского камня: «из Пунта доставили 80 тыс. мер благовоний, смолы, 6 тыс. электрона, балок 2900…». Благовония и смолы использовались для притираний, ритуальных целей. Балки из ценных пород дерева были характерной чертой архитектуры Древнего царства, впоследствии утраченной в силу проблем в переходные периоды, когда связь с Пунтом прерывалась, и скудного обеспечения Египта источниками дерева, пригодного для строительства. Причем, страна Пунт являлась источником не только ценного и редкого для Египта сырья, но и обогатила культуру и религию Египта новыми персонажами. Тем более, что, судя по древнеегипетским изображениям, древнейшие племена, населявшие легендарную страну, внешне походили на египтян, а известные древние культы египетской богини плодородия, изображавшейся в виде женщины с рогами небесной коровы, и карликообразного божества Беса, несомненно, тесно связаны с религиозными культами африканских народов.

      В локализации Страны Богов много неясного. При наличии множества гипотез, которые помещают ее от Колхиды до Индостана, четкой определенности нет. Поэтому представляется целесообразным рассмотреть некоторые свидетельства древнеегипетских вельмож, которые исполняя поручения фараонов, оставили любопытные свидетельства своих путешествий, позволяющих предположить местонахождение полумифической страны…
      Биография элефантинского номарха Хуефхора, современника Меренры и Пиопи II, начертанная на его гробнице, высеченной в скалах у 1-го порога, повествует о трех путешествиях, совершенных им по приказу фараонов в Нубию. Первое путешествие он совершил по приказу Меренры в район между 1 и 2 порогами Нила, в область Северной Нубии, именуемой Иам. Экспедиция заняла 7 месяцев. Второе путешествие заняло уже 8 месяцев, что говорит о расширении исследованной территории на юг от Иама, в местности Ирерчет и Сечу.

      Следует отметить, что египтяне активно вмешивались в конфликты нубийских и ливийских племен, поддерживая лояльно настроенных правителей. Во время третьего путешествия в страну Иам Хуефхор «встретил…правителя Иама, когда он направлялся к стране ливийцев, чтобы поразить ливийцев до западного угла неба». Отряд Хуефхора присоединился к войскам правителя Иама и «пошел следом за ним к стране ливийцев, умиротворил ее, дабы она молила богов всех за царя».
      Кроме того, в этой местности Хуефхором были захвачены или получены в качестве дани различные ценные товары, которые перевозились на ослах: «Спустился я с 300 ослов, нагруженных благовониями, эбеновым деревом, притираниями, продуктами – сат, шкурами пантер, слоновой костью, изделиями – ченна и всевозможными превосходными вещами».
      Следует отметить, что перечень с подобными товарами совпадает с теми, которые упоминаются в более поздних документах, как товары страны Пунт, и то, что Хуефхор исследовал области Нубии к югу от Элефантины, представляется весьма любопытным.
      После смерти Меренры. его сын Пиопи II, вновь прибег к его услугам, направив номарха в Иам со специальной миссией, о которой известно из его указания Хуефхору:
      «Мне известно содержание этого письма твоего, посланного тобой царю во дворец, чтобы дать знать о том, что ты благополучно спустился в Иам вместе с воинами, бывшими с тобой. Сообщил ты в этом письме своем, что доставил ты дары всякие великие и прекрасные, пожалованные Хатор, владычицей Имемаау для духа царя Верхнего и Нижнего Египта Ноферкара (тронное имя Пиопи), живущего во веки веков. Сказал ты в этом письме, что доставил карлика для плясок бога, из страны Духов подобно карлику, доставленному казначеем бога Баурджедом из Пунта во времена царя Асеса».
      Из указанного отрывка видно, что:
      Страна Духов и Пунт имеют разную локализацию
      Контакты с Пунт осуществлялись со времен Древнего царства, а именно V династии, которой относится Асес.
      Племя карликов обитало и в Северной Нубии, и в Пунте, откуда из вывезли Баурджед и Хуефхор в разное время. Можно предположить, что племя было крайне малочисленно, хотя и обитало на довольно большой территории, скуорее всего в труднодоступных районах Центральной Африки, на что указывает захват только одного представителя народа. (К слову, современные племена пигмеев также имеют большой ареал распространения в Африке)
      Возможно, что карлик, захваченный в Иаме, имел ритуальное значение и был связан с культом богини Хатор, которая в облике Тефнут считалась вышедшей из Нубии. Известный культ карлика Беса, т.о. зародился в период правления V-VI династии и берет начало в Нубии или Пунте. Локализация захвата карлика в этих регионах может свидетельствовать о том, что в период Древнего царства расселение этого народа карликов (возможно, пигмеев) охватывало земли на юг от 2 нильского порога (Страна Духов) и до страны Пунт, локализация которой четко не установлена.
      Следует отметить, что прибытие карлика в столицу имело принципиальное значение для Пиопи. К этому выводу можно прийти, если обратить внимание на особое внимание, которое придавал фараон этому пленнику:
      «Итак, плыви вниз по течению ко двору немедленно…Доставь с собой этого карлика, которого ты привел из Страны Духов живым, здоровым и невредимым, для плясок бога, для увеселений, для развлечений царя Верхнего и Нижнего Египта Ноферкара, живущего вечно».
      Складывается ощущение, что письмо Хуефхору посвящено именно доставке в столицу представителя маленького народа, т.к фараон проявляет особое беспокойство относительно его жизни и здоровья:
      «Когда будет спускаться он с тобою на судне, поставь надежных людей, которые бы находились позади него на обеих сторонах судна. Сторожи, чтобы не упал он в воду. Когда он будет спать ночью, поставь надежных людей, чтобы спали они позади него в палатке на палубе. Проверяй по десяти раз ночью. Желает мое величество видеть карлика этого более, чем дары синайских рудников и Пунта»
      Т.о, вновь мы видим подтверждение тому, что Страна Духов и Пунт - разные территории. Кроме того, очевидно существования двух направлений, откуда в Египет шли потоки товаров – медные рудники Синая и та самая страна Пунт. То, что карлик в глазах фараона имел несравнимо большую ценность, чем блага упомянутых стран, подчеркивает его особый статус, выраженный в отношении к нему судовой команды.  Насколько видно из текста, карлик обладал определенной степенью свободы передвижения по судну в сопровождении охраны, ночевал на палубе, а не трюме в окружении охраны. Его покой контролировался ежечасно и чаще.
      «Если прибудешь ты ко двору и действительно будет карлик этот с тобою жив, здоров и невредим, сделает мое величество для тебя больше, чем было сделано для казначея бога Баурджеда во времена царя Асеса, ибо согласно с желанием моего величества видеть этого карлика».
      Особая ценность миссии Хуефхора и культовое назначение роли карлика подтверждается распоряжением храмам городов, через которые пролегал путь в столицу номарха Элефантины, всячески содействовать ему обеспечением провиантом и всем необходимым. Сомнительно, что такая забота была бы проявлена по отношению к рядовому пленнику:
      «Были доставлены повеления правителю нового города, «другу», начальнику жрецов («слуг бога»), дабы он приказал взять от него продовольствие в каждом городе, где имеются амбары, в каждом храме, не освобождая их от взносов».
      Итак, из биографии Хуефхора следует, что карлик, такой же, как доставленный из Пунта фараону Асесу, был захвачен им на территории Нубии и доставлен фараону Пиопи II. Путь элефантинского номарха пролегал только по Нилу, о чем свидетельствует распоряжение храмам номов оказывать ему всяческое содействие по пути в столицу, куда он должен был доставить карлика живым и невредимым.  Отметим для себя, что Страна духов (Нубия) и страна Богов (Пунт) имеют разную локализацию. Но, если карлик Хуефхора – представитель одного народа с карликом Асеса, то можно предположить, что в эпоху Древнего Царства Нубия и речной путь по Нилу являлись основными путями в Страну Богов? 
      Вельможа Уна времен Пиопи I свидетельствует об организации пяти походов в страну «Обитателей Песков» (т.е. семитов Сирии) и морской экспедиции до «Носа Антилопы», располагавшегося в северной части этой страны. Известно, что также в царствование Пиопи II чиновник Ананхет был убит «жителями песков» на берегу моря во время постройки корабля.  В надписи Пиопинахта, который был послан за телом убиенного чиновника, читаем:
      «Затем послал меня величество владыки в страну азиата, чтобы доставить ему «друга единственного», начальника переводчиков, начальника корабельщиков Ананхета, бывшего там на строительстве грузового корабля в Пунт. А его уничтожили азиаты- кочевники вместе с отрядами войска, что были с ним…».
      Почему Пиопи предпринял попытку основать новую гавань на севере? С одной стороны, налицо удобство для сообщения с синайскими медными рудниками. С другой, возможность более эффективного распоряжения товарами, поступающими из Библа, с последующей доставкой в Пунт морем. Но, в условиях риска нападения кочевников-семитов («обитателей песков»), Пиопи был вынужден использовать древний путь из Коптоса, ставшего безальтернативным. Особое значение Коптоса подчеркивает надпись на стеле, найденной в 1910 году, содержащей декрет Пиопи II, освобождающем храмовое хозяйство бога Мина, покровителя Коптоса, от каких-либо обязанностей для дома фараона. Причем освобождались все категории населения, связанные с хозяйством храма, от номарха до рядовых работников.

      «Начальник жрецов Мина города Коптоса в Коптосском номе, надзиратели жрецов, все службы владений дома Мина, надсмотрщики, слуги и хранительница Мина, наличный состав работного дома, строительные рабочие этого храма, которые в нем, - не допускает мое величество, чтобы они были отправлены во владения царя, на луга быков, луга ослов и мелкого скота пастухи его дома на какие-либо часы, какие-либо тяготы, насчитываемые в доме царя во веки веков. Они защищены для Мина Коптосского сегодня вновь и вновь по приказу и для блага царя верхнего и Нижнего Египта Неферкара, живущего вечно.
      К указанным повинностям относились переноски, рытье, поручения начальника Верхнего Египта, поставки золота, меди, украшения, школы писцов, ежегодная продовольственная повинность, кормление людей, корм для скота, мази, веревки, канаты, кожи, работы в угодьях, работы в поле, транспортировка по воде и суше. Т.е. Коптос был всецело сосредоточен на обеспечении сообщения со страной Пунт, играя роль своеобразной свободной экономической зоны. Подобные налоговые льготы храмам были обоснованы.
      Храмы также вели оживленную торговлю не только внутри страны, но и с сопредельными странами. Известно также, что они располагали своими военными отрядами. Войско вельможи Уны, отправленного для укрощения «жителей песков», состояло, помимо отрядов номархов, ливийцев и нубийцев, из воинов, предоставленных храмами. Храмы Амона-Ра и Пта имели свои флоты на Средиземном море и Красном морях, доставлявшим в их сокровищницы товары Финикии, Сирии, Пунта.  Храмовые корабли были освобождены от пошлин, что способствовало развитию храмовой торговли. Неудивительно, что именно со стороны жречества экспедиция, предпринятая значительно позднее Хатшепсут, нашла самую активную поддержку.

      В период Среднего царства южный центр Египта Фивы активно пользовались своим выгодным географическим положением на перекрестке торговых путей с областями Нубии, откуда постоянно доставляли золото, слоновую кость и рабов, и побережьем Красного моря, местом отправления к берегам Синая, где находились богатые медные рудники, и в страну Пунт.
      Египтянам приходилось пересекать безводные районы пустыни и готовить большое количество воды, сандалий и провианта. На берегу Красного моря строились корабли и в сопровождении большого количества войск экспедиция отправлялась в Пунт. При Сенусерте I (XII династия) корабли были изготовлены на верфях Коптоса и посуху доставлены к красноморскому побережью, для чего были задействованы 3700 человек. В надписи «казначея царя (Аменемхета II) Нижнего Египта и начальника дворца Хентхетура» говорится о том, что он благополучно вернулся из Пунта в гавань Сау, которая находилась севернее Косейра. В этом же районе известна надпись о том, что на первом году царствования фараона XII династии Сенусерта II (1882 г до н.э) был сооружен его памятник в Стране бога. Торговля с Пунтом продолжалась и во времена XIII династии. В надписи Ноферхотепа упоминаются «благовония из страны Пунт» и «драгоценные камни из страны богов».
      По всей дороге от Коптоса к морю в царствование Ментухотепа III (XI династия) под руководством вельможи Хену были выкопаны источники, из которых путники брали живительную влагу: «Я превратил дорогу в реку, красные земли (пустыню) в зеленый луг, я давал один бурдюк, два кувшина воды и двадцать хлебов каждому человеку каждый день, — без лишней скромности расписывал свои заслуги он. — Я построил двадцать водоемов в вади (пересохших реках) и два в Куахете…». Но фараоны не оставляли идеи о строительстве альтернативного Коптосу канала.
      При Сенусерте II и Сенусерте III походы в Пунт продолжались, причем по воле последнего был сооружен судоходный канал, соединивший Нил с Красным морем. Единственным местом, откуда возможно было провести этот канал, была восточная часть Дельты, ее восточный рукав. От времен Сети I (XIX династия) до нас дошли изображения каналов, связывающих Нил с Горькими озерами. Один из них ответвлялся от этого рукава чуть ниже начала Дельты (у Гелиополя), другой – восточнее Бубастиса, вероятно, на выходе Вади-Сумилат. В последующие века канал не использовался и, постепенно, был заброшен, а его русло засыпал песок.
      Морское плавание знаменитой экспедиции царицы Хатшепсут описано в надписи Дейр-эль-Бахри предельно кратко: «Плывут по великому зеленому, начинают прекрасный путь к стране бога. Причаливают благополучно к стране Пунт, это воины Владыки двух стран, первого в Карнаке, чтобы доставить ему чудесные вещи всех стран, так как он очень любит его [дочь свою Маа-ка-Ра]... больше, чем других царей, бывших в этой стране когда-либо».
      Так как ни в этом отрывке, ни в других частях этой подробной надписи нигде не говорится о сухопутном переходе и перегрузке товаров на корабли во время пути, следует думать, что экспедиция шла не по дороге вдоль ущелья Вади-Хамамат, а все время двигалась по воде: сначала по Нилу, потом по каналу, наконец, по Красному морю, пока корабли не причалили к пунтийскому берегу.
      Важным представляется вопрос о существовании даннических отношений между Египтом и Пунтом и населении Страны богов. «Большой папирус Гарриса» периода царствования Рамзеса IV (1204-1180 гг. до н.э), рубежного между Новым и Средним царством, свидетельствует:
      «Я построил большие корабли и грузовые баржи к ним, с многочисленной командой и со множеством сопровождающих воинов. Их начальники корабельных отрядов под начальством чиновников и надсмотрщиков, снаряжающих их нагружая египетскими товарами, без числа. Они отправляются десятками тысяч в море и прибывают в Пунт. Не терпят они крушения, отправляясь с грузом. Нагружены эти корабли и баржи произведениями страны бога, всевозможными чудесными и таинственными вещами чужеземной страны, множеством мирровой смолы Пунта, в количестве десятка тысяч, без числа. Дети вождей страны бога выступают вперед, со своими приношениями для Египта. Они направляются к Коптской пустыне. Причаливают они благополучно вместе с имуществом своим, которое доставляют они в Египет. Они нагружают его на ослов и людей, двигаясь сухим путем, они нагружают его на ладьи, двигаясь по реке. Они достигают, двигаясь на север, гавани Коптоса. Прибывают они в праздник, держа перед собой дары чудесные. Дети вождей их прославляют Хора. Они целуют землю, низвергаясь ниц перед Хором. Отдаю я их девятке богов, чтобы приносить жертвы им по утрам».
      Мы видим свидетельство того, что:
      1.      В Пунте несколько вождей (как минимум – двое)
      2.      Египтяне доставляли в Пунт свои товары, что говорит не о даннических отношениях, а торговых, т.е. Пунт – страна, независимая от власти фараона.
      3.      Дети вождей направлялись в Египет в качестве жрецов или помощников для участия в религиозных ритуалах, что говорит об их особенном статусе
      4.      На обратном пути экспедиция высаживалась на побережье Красного моря и двигалась на ослах до Нила, где перегружали товар на ладьи, которые двигались вниз по Нилу до Коптоса.
      Т.о., на рубеже Среднего и Нового царств, путь из Коптосской гавани оставался основным в контактах Египта и Пунта. Возможно, из-за сохраняющейся опасности нападения кочевников на севере. Но уже во времена Хатшепсут северный канал использовался для выхода в Красное море. Отношения со Страной Бога носили торговый характер, а наличие большого количества воинов на судах говорит о том, что Красное море не являлось «Внутренним морем» фараонов, как принято считать. К аналогичным выводам приводит свидетельство уже упоминавшегося вельможи Хену времен Среднего царства говорится о путешествии в Пунт: «Я выступил с войском в 3 тысячи человек…
       Знаменитая экспедиция царицы Хатшепсут описана в надписи Дейр-эль-Бахри: «Плывут по великому зеленому, начинают прекрасный путь к стране бога. Причаливают благополучно к стране Пунт, это воины Владыки двух стран, первого в Карнаке, чтобы доставить ему чудесные вещи всех стран, так как он очень любит его [дочь свою Маа-ка-Ра]... больше, чем других царей, бывших в этой стране когда-либо». Так как ни в этом отрывке, ни в других частях этой подробной надписи нигде не говорится о сухопутном переходе и перегрузке товаров на корабли во время пути, следует думать, что экспедиция шла не по дороге вдоль ущелья Вади-Хамамат, а все время двигалась по воде: сначала по Нилу, потом по каналу, наконец, по Красному морю, пока корабли не причалили к пунтийскому берегу.

      Следуя примеру Хатшепсут, экспедиции в страну благовоний снаряжали и другие фараоны Среднего царства. На папирусах, относящихся к эпохе царствования Тутмоса III (XVIII династия), записаны отчеты двух удачных плаваний в «страну Богов». В страну Пунт направлялись экспедиции при Аменхотепе III (XVIII династия), Хоремхебе (XVIII династия), Рамсесе II (XIX династия) и Рамсесе III (XX династия), который красочно экспедицию в Пунт: «Я построил ладьи великие и корабли перед ними с командами многочисленными, сопровождающими многими, капитаны их с ними, наблюдатели и воины, дабы командовать ими. Были они наполнены добром Египта бесчисленным, каждого сорта по десять тысяч. Посланы они в великое море с водами, вспять текущими, прибыли они в страну Пунт, не было неудач у них, (прибывших) в целости, внушающих ужас. Ладьи и корабли были наполнены добром Земли Богов, из удивительных вещей страны этой: прекрасной миррой Пунта, ладаном в десятках тысяч, без счета. Их дети вождей Страны Бога выступили вперед, причем приношения их для Египта перед ними. Достигают они, будучи невредимыми, Коптосской пустыни. Причаливают они благополучно вместе с имуществом, доставленным ими».
      Мы видим, что к началу Нового царства, путь через Коптос оставался основным в сообщении с Пунтом для судов, возвращавшихся из Страны Бога с грузом. Видимо, северный канал использовался для погрузки товаров, доставлявшихся из Библа, а затем суда и баржи следовали по Красному морю до страны Пунт, где происходил обмен с местным населением. Суда возвращались, доходя по суше до Коптоса и далее следовали по Нилу в Пер-Рамсес, столицу Рамзеса III. Но почему такая сложная логистика? Возможно, проблема заключалась в нашествии «народов моря», с которыми пришлось бороться фараону, а также ливийских племен.

      Актуальным остается вопрос о местонахождении страны Пунт. Если опираться на свидетельство египетских источников, то можно предположить, что Пунт располагалась как на азиатском, так и на африканском побережье.
      Надпись Аменхотепа III из Мемнония, в которой Амон в благодарности фараону говорит: «Я велю, чтобы пришли к тебе чужеземные страны Пунта с растениями всякими сладкими нагорий их…» Т.е. Пунт в надписи имеет множественное число и характерный тип ландшафта для Сомали и аравийской Тихамы.  В свидетельстве Хену времен Среднего царства говорится о путешествии в Пунт: «… Когда я проплыл по Великой Зелени, я сделал все, что повелело мне его величество, и принес ему все сокровища, какие нашел на обоих берегах Земли Богов».

      В 1960-х годах исследователь Рольф Херцог после детального изучения флоры и фауны на барельефе храма царицы Хатшепсут заключил, что Пунт был расположен вдоль берегов Верхнего Нила к югу от Египта, между рекой Атбары и слияния Белого и Голубого Нила. Он предположил, что достигнуть это место можно было по реке или по суше, но точно не по морю. В таком случае, экспедиции элефантийских номархов в эпоху Древнего царства имели целью достигнуть Пунта по суше, через нубийскую пустыню или на судах, вверх по Нилу? По-крайней мере известно, что и сегодня на территории Южного Судана обитают представители пигмеев, те самые «карлики», которых доставили ко двору Асеса и Пиопи Баурджед и Хуефхор. Учитывая этот факт, можно предположить, что Пунт имела локализацию от Юго-Восточного Судана вдоль побережья Эритреи, Джибути и Сомали с африканской стороны и аравийского побережья на территории Йемена в районе Тихамы с азиатской.
      .
      Изображения на барельефе храма Хатшепсут «царицы Пунта» с явными признаками стеатопигии говорит о том, что в Пунт бытовали особенные представления о женской красоте, аналогичные тем, которые известны у первобытных народов (готтентоты, бушмены, зулусы). Такое развитие жировой прослойки генетически заложено у некоторых народов Африки и Андаманских островов. Если царица Пунта имела южно-африканское происхождение, то ее болезнь является основанием для предположения, что на африканской части Пунта общество находилось под сильным влиянием первобытных религиозных представлений. Данная особенность телосложения пунтийской царицы, соответствующей образу т.н. «палеолитических Венер», характерных для ранних обществ и культ карлика Беса, происходящий из первобытной магии и часто встречающийся на амулетах, получивший широкое распространение в связи с отправлением культа Хатор в Египте, свидетельствуют о том, что развитие Пунта находилось на более ранней стадии, чем египетское. Вероятно, Страна Богов являлась источником сырья для Египта, который в условиях постоянной внешней опасности не мог приступить к целенаправленной завоевательной политике в этом регионе и ограничивался лишь демонстрацией своей военной мощи при явной торгово-экономической направленности контактов.

      Т.о, можно подвести итоги:
      1. Контакты Древнего Египта со страной Пунт берут начало с эпохи Древнего царства, V династии.
      2. Страна Духов и Страна Бога имеют разную локализацию. Вероятно, что это, соответственно, Нубия и Пунт.
      3. Известный культ карлика Беса, зародился в период правления V-VI династии и имеет нубийское или пунтийское происхождение. Локализация захвата карлика в этих регионах может свидетельствовать о том, что в период Древнего царства расселение этого народа охватывало земли на юг от 2 нильского порога (Нубии) и до страны Пунт, откуда их вывезли Баурджед и Хуефхор в разное время. Можно предположить, что племя было крайне малочисленно, хотя и обитало на довольно большой территории, на что указывает захват только одного представителя народа. Возможно, что карлик, захваченный в Иаме (Нубия), имел ритуальное значение и был связан с культом богини Хатор, которая в облике Тефнут считалась вышедшей из Нубии. Особая ценность миссии Хуефхора и культовое назначение роли карлика подтверждается распоряжением храмам городов, через которые пролегал путь в столицу, всячески содействовать ему обеспечением провиантом и всем необходимым.
      5. Освоение и расширение территорий к югу осуществлялось посредством экспедиций элефантинских номархов за пределы 2-го порога. В эпоху Древнего царства основным способом сообщения со Страной Духов являлся нильский, о чем свидетельствует Хуефхор. Морское сообщение с Пунт проходило от Коптоса через Вади-Хаммамат к побережью Красного моря и далее на юг. Особое значение Коптоса подчеркивает надпись на стеле с декретом Пиопи II, освобождающем храмовое хозяйство бога Мина, покровителя Коптоса, от каких-либо обязанностей для дома фараона.
      7. Очевидно, что торговля с Пунт в эпоху Древнего царства не отличалась масштабностью. При Пиопи II снаряжение экспедиций было затруднительно из-за риска нападения кочевников-семитов («обитателей песков»), от которого не спасали и вооруженные отряды (свидетельство об убийстве чиновника Аненхета при постройке корабля).
      8. Храмы также вели оживленную торговлю не только внутри страны, но и с сопредельными странами. Известно также, что они располагали своими военными отрядами. Войско вельможи Уны, отправленного для укрощения «жителей песков», состояло, помимо отрядов номархов, ливийцев и нубийцев, из воинов, предоставленных храмами. Храмы Амона-Ра и Пта имели свои флоты на Средиземном море и Красном морях, доставлявшим в их сокровищницы товары Финикии, Сирии, Пунта.  Храмовые корабли были освобождены от пошлин, что способствовало развитию храмовой торговли. Можно сделать вывод о том, что именно храмы являлись одним из инициаторов активных контактов с Пунт, особенно учитывая, что благовония и смолы использовались для разнообразных ритуалов и бальзамирования.
      9. В период Среднего царства южный центр Египта Фивы активно пользовались своим выгодным географическим положением на перекрестке торговых путей с областями Нубии, откуда постоянно доставляли золото, слоновую кость и рабов, и побережьем Красного моря, местом отправления к берегам Синая, где находились богатые медные рудники, и в страну Пунт.
      10. Египтянам приходилось пересекать безводные районы пустыни и готовить большое количество воды, сандалий и провианта. Поэтому, по всей дороге от Коптоса к морю в царствование Ментухотепа III под руководством вельможи Хену были выкопаны источники, из которых путники брали воду. Корабли строились на верфях Коптоса и посуху доставлялись к красноморскому побережью, для чего были задействовано большое количество людских ресурсов (3700 человек в царствование Сенусерта I).
      11. Строительство каналов, безопасно связававших Средиземное (т.е путь из Библа) и Красное моря известно со времен Сети I (нач XIIIв. до н.э) по изображеним каналов, связывающих Нил с Горькими озерами. Один из них ответвлялся от этого рукава чуть ниже начала Дельты (у Гелиополя), другой – восточнее Бубастиса, вероятно, на выходе Вади-Сумилат. В последующие века канал не использовался и, постепенно, был заброшен, а его русло засыпал песок.
      12. Надпись Аменхотепа III из Мемнония, Папирус Гарриса, барельеф царицы Хатшепсут и сообщение казначея Хену свидетельствуют о том, что страна Пунт располагалась на аравийском и африканском побережье, население состояло из представителей негроидных и хамитских народностей.
      13. Страна Пунт (Страна Бога) располагалась на азиатском и африканском берегах, видимо, в районе современных Южного Судана, Эритреи, Джибути, Сомали и Йемена. После постройки канала в период Среднего царства, связывавшего Средиземное и Красное моря, контакты стали более активными, но не вылились в даннические отношения, как их пытались представить египетские фараоны. Снаряжение флотилий Рамсеса IV и Хатшепсут, несмотря на воинственный тон заявлений, носило преимущественно торговый характер.

      14. Страна Пунт находилось на более ранней стадии развития, чем египетское. Об этом свидетельствует заболевание пунтийской царицы, которая олицетворяла собой образ «палеолитической Венеры» и культ карлика Беса, имевший отношение к первобытной магии, пришедший в Египет в период Древнего царства и окончательно оформившийся в Новое царство. Характер свайных построек страны Пунт также свидетельствует о первобытнообщинном строе Перечень товаров, которые вывозились из Пунта, позволяет предположить, что Страна Богов являлась источником сырья для Египта, который в условиях постоянной внешней опасности не мог приступить к целенаправленной завоевательной политике в этом регионе и ограничивался лишь демонстрацией своей военной мощи при явной торгово-экономической направленности контактов.
    • Троецарствие (комплекс вооружения)
      Автор: Чжан Гэда
      Чтобы не загружать ветку про японское оружие, предлагаю всю корейскую археологию и иконографию размещать тут.
      Для начала - несколько фрагментов фресок из когурёских гробниц:



      Последние 2 фрагмента - это часть одной батальной сцены.
      Обратите внимание на сходство конской маски у когурёского воина с теми, что найдены в Японии.
    • Саисская династия: между греческими наемниками, ливийской военной аристократией и египетским жречеством
      Автор: Неметон
      С X в. до н.э., с периода правления Шешонка I, ливийца по происхождению, в Египте усиливается значение наемных войск, с помощью которых ему удалось добиться временной стабилизации внутреннего положения. При его преемниках Египет вновь распался на ряд самостоятельных государств, чем в кон. VIII в. до н.э. воспользовались правители Нубии, сумевшие подчинить его. Однако их власть была нестабильной из-за борьбы с северными номами, которым оказывала активную поддержку Ассирия при Асархаддоне и Ашшурбанипале. Наиболее сильным из мелких номовых государств, сложившихся в тот период, было государство города Саис в дельте Нила, где в 665 г. до н.э. было положено начало XXVI династии. Псамметиху I, потомку Тефнахта, происходившему из ливийского аристократического рода, удалось изгнать ассирийцев из Египта и объединить страну в единое государство. Именно в его правление в Египте появилось большое число наемников из Греции, с которой поддерживались широкие торговые отношения, в частности поставками хлеба. Чтобы упрочить свое положение, Псамметих начинает привлекать на службу наемников из жителей Восточного Средиземноморья, Карии и Греции. В стратегических пунктах на границе Египта и дельте Нила появляется ряд поселений наемников (Элефантина, Мареа, Дафнэ). Особенно укрепились торговые и культурные связи Египта с карийско-лидийскими племенами Малой Азии, а также обширным греческим миром, главным образом, с ионийцами. Еще в VIII в. до н.э. милетские купцы и колонисты построили в западной части дельты укрепленную торговую факторию. При Псамметихе I близ Каноба был построен лагерь для греческих наемников.

      Саисские фараоны в своей внутренней политике стремились лавировать между военной ливийской аристократией, египетским жречеством и греческими торговцами. Ведя борьбу с влиятельным жречеством и многочисленными, сепаратистски настроенными князьями номов, саисские фараоны были вынуждены опираться на малоазийских и греческих наемников, предоставляя большие льготы и привилегии торговой колонии в Навкратисе. Наемные войска играли большую роль в обеспечении активной внешней политики фараонов, стремившихся поддержать стремительно слабеющую Ассирию, которой они были обязаны своим возвышением. Псамметих I был заинтересован в сохранении Ассирии в противовес стремительно увеличивающему влияние Вавилону Набопаласара. Этим же фактором руководствовался фараон Нехо, когда двинул войска на помощь Ассирии при осаде Харрана. Войскам коалиции удалось захватить Кархемиш, однако сын Набопаласара Навуходоносор нанес им поражение. Раскопки в Кархемише выявили следы пребывания египетских войск и греческих наемников. Сын Псамметиха Нехо II (610—595 гг.) вел активные войны, используя не только греческих наемников, но и флот греков. Так, вторжение в Сирию с моря он осуществил на коринфских триерах. В победном для него сражении при Мегиддо с иудейским царем Иосией в 609 г. участвовали греческие наемники. О связях Нехо с греками свидетельствует и тот факт, что он отослал в милетский храм Аполлона в Бранхидах свое царское облачение, которое было на нем при взятии сирийских городов Магдола и Кадитиса. Греческие наемники были и в его армии, потерпевшей поражение в 605 г. от вавилонян в битве при Кархемише (имелись они и в вавилонском войске); щит одного из этих наемников Нехо был найден при раскопках в Кархемише. Здесь в сожженном здании были найдены сотни наконечников копий, дротиков и стрел, частью местного позднехеттского типа, множество египетских или египтизирующих изделий конца VII в., а также оттиски картушей Нехо и бронзовый перстень со щитком в форме картуша Псамметиха I. Среди найденных вещей — бронзовый ионийский щит с горгонейоном (изображением Медузы Горгоны) в центре и несколькими концентрическими кольцами с изображениями бегущих животных. Он принадлежал, скорее всего, греческому наемнику, служившему у египтян.

      Позднее, Египет уже не мог выставлять многочисленные армии, необходимые для защиты страны и поддержания влияния в Азии. Поэтому саисские фараоны были вынуждены в значительной степени опираться на малоазийских и греческих наемников, составлявших ядро египетских войск. В надписи времен фараона Уах-иб-ры (Априя) говорится о восстании «ливийских, азиатских, греческих и иноземных наемников» в Сиене (Асуане), которые угрожали фараону уйти в Нубию. Только благодаря наместнику Сиены Несухору, которому удалось уговорить солдат, они остались. Но, так было не всегда. Известны случаи, когда пограничные египетские гарнизоны в массовом порядке покидали места дислокации и бежали в соседнюю Эфиопию, поступая на службу к тамошним царям, подчас образуя целые страны. Путь, который они были вынуждены проделать, был тяжелым и многодневным, особенно учитывая, что их преследовали войска саисских фараонов. Геродот свидетельствует о существовании т.н. «Страны перебежчиков», история которой берет начало во времена царствования Псамметиха:
      «Если же плыть далее от этого города, тоже самое время, какое требуется для переезда из Элефантины в столицу эфиопов, достигнешь «страны перебежчиков. Эти перебежчики называются по-египетски «асмах» - «люди, стоящие по левую руку царя. Это были те самые 240 тысяч египтян из сословия воинов, которые ушли к эфиопам вот почему. Во времена царя Псамметиха египтяне выставили пограничную стражу в городе Элефантине против эфиопов, в Дафнах, что в Пелусийской области – против арабов и сирийцев и в Марее – против ливийцев. И когда египтяне три года провели там, неся стражу, и никто не пришел их сменить, они сообща решили тогда отпасть от Псамметиха и переселиться в Эфиопию. А Псамметих, узнав об этом, пустился за ними в погоню. Когда же настиг их, то настоятельно упрашивал возвратиться и не покидать отеческих богов, и жен, и детей. Тогда, как передают, один из беглецов ответил царю, указывая на свой половой орган: «Будет только это, а жены и дети найдутся». Прибыв в Эфиопию, беглецы отдались под власть эфиопского царя. А тот наградил их за это вот каким образом. Некоторые эфиопские племена восстали против своего царя. Их-то и повелел царь египтянам изгнать и затем поселиться на земле изгнанников. И с тех пор как эти египтяне поселились среди эфиопов, эфиопы восприняли египетские обычаи и сделались более культурными».

      В составе элефантинского гарнизона были и греки, что известно из надписи его командира Несугора, повествующей о восстании войска при сыне Псамметиха II Априи (589—570 гг.). Надпись Несугора сообщает о несколько ином исходе событий: когда наемники, в том числе греки, задумали уйти в Шасхерет к эфиопам и Априй был в страхе вследствие причиненного ими зла, Несугор «не позволил им уйти в Нубию, но доставил их в резиденцию его величества, и он: предал их наказанию».
      В скольких днях пути от Элефантины находилась Страна Асмах? Геродот в своих путешествиях по Египту дошел только до Элефантины у 1-го порога Нила, на границе с Кушем. Он отмечал, что от этого города до о. Тахомпсо (Дендур) в районе второго порога, путь занимал 4 дня плавания. Это расстояние приходилось преодолевать волоком против сильного течения, т.е. перетаскивая с помощью канатов. Выше Элефантины, по свидетельству Геродота, жили эфиопы, а сам остров был наполовину заселен египтянами, наполовину эфиопами.
      «К этому острову примыкает большое озеро, вокруг которого живут эфиопы-кочевники. Переплыв это озеро, попадаем снова в Нил, который вливается в это озеро. Затем приходится сойти с барки и далее двигаться сухим путем вдоль реки 40 дней. Ведь здесь Нил усеян острыми утесами, подводными камнями, так что плавание невозможно. Пройдя за 40 дней эту страну, садишься в другую барку и после 12-ти дневного плавания прибываешь в большой город по имени Мероэ (столица Кушитского царства). Этот город, как говорят, - столица всей Эфиопии. Жители его признают только двух богов – Зевса (Амон-Ра) и Диониса (Осириса) – и почитают их весьма усердно. Там находится также прорицалище Зевса» (храм Амон-Ра был открыт при раскопках).
      Т.о, путь от Элефантины до Мероэ занимал 56 дней. «Если же плыть далее от этого города, тоже самое время, какое требуется для переезда из Элефантины в столицу эфиопов (56 дней), достигнешь «страны перебежчиков». Т.о. длительность путешествия от Элефантины до «страны перебежчиков» занимала 112 дней.
      Геродот также обращает внимание на «греческую ориентацию» саисских фараонов. Очевидно, что эти контакты имели большое значение для греков и способствовали возникновению целого пласта легенд и сказаний, которые приводит Геродот, упоминая предсказание оракула Псамметиху:
      «Он вопросил оракул Латоны в городе Буто, где находится самое правдивое прорицалище в Египте, и получил ответ: “Отмщенье придет с моря, когда на помощь явятся медные люди”. А Псамметих ни за что не хотел поверить, что спасение ему принесут медные люди. Через некоторое время, однако, ионян и карийцев, которые занимались морским разбоем, случайно занесло ветрами в Египет. Они высадились на берег в своих медных доспехах, и один египтянин, никогда прежде не видавший людей в медных доспехах, прибыл к Псамметиху в прибрежную низменность с вестью, что медные люди пришли с моря и разоряют поля. Царь же понял, что сбывается прорицание оракула, вступил в дружбу с ионянами и карийцами, и великими посулами ему удалось склонить их поступить к нему на службу наемниками. А когда он склонил их, то со своими египетскими сторонниками и с помощью этих наемников свергнул других царей»
      «Ионянам же и карийцам, которые помогли ему [вступить на престол], Псамметих пожаловал участки земли для поселения друг против друга на обоих берегах Нила. Эти поселения назывались станами. Земли эти царь пожаловал им и, кроме того, все остальное по обещанию. Он передал им даже египетских юношей на обучение эллинскому языку. Эти египтяне – предки теперешних толмачей в Египте. А ионяне и карийцы долгое время жили в этой области. Она лежит по направлению к морю немного выше города Бубастиса, у так называемого Пелусийского устья Нила. Впоследствии царь Амасис повелел им оставить эту местность и переселил в Мемфис, сделав их телохранителями для защиты от своих же египтян. С этими поселенцами эллины, естественно, поддерживали сношения, и потому-то мы так хорошо осведомлены обо всех событиях в Египте со времени Псамметиха и позднее. Они были первыми иноземцами, поселившимися в Египте. В тех местах, откуда их переселил Амасис, еще до моего времени виднелись остатки корабельных верфей и жилищ. Так-то Псамметих стал царем Египта». 

      Есть и другая версия событий, приведших к воцарению саисской династии, известная из данных «цилиндра Рассама», повествующего о правлении ассирийского царя Ашшурбанипала. В 671 г. Асархаддон подчинил Египет и утвердил на тронах в занятых египетских областях ряд царьков, которые, однако, в 669 г. отпали от Ассирии. В связи с этим Ашшурбанипал предпринял в 667 г. поход в Египет, подробно описанный в «цилиндре Рассама». В походе приняли участие и цари греческих городов Кипра, вместе с финикийцами, населявшими остров, предоставивших флот для нападения на Египет с моря. В результате победы ассирийцев над областями вновь были поставлены два десятка местных царьков, причем особой благосклонностью Ашшурбанипала пользовались мемфисско-саисский правитель Нехо и его сын Псамметих. В 664 г. Нехо погиб при осаде Мемфиса кушитским фараоном Тануатамоном, и в Саисе воцарился Псамметих I. В сношения с ним вступил царь Лидии Гигес (около 685—652), который создавал антиассирийскую коалицию и «отправил свои отряды для союза к Пишамилку (Псамметиху), царю страны Муцур (нижний Египет), сбросившему ярмо моего владычества». Это и были ионийские и карийские наемники, о которых сообщал Геродот. По Диодору, Псамметих сам послал в Лидию за наемниками, что близко соответствует данным хроники Ашшурбанипала.

      Есть еще одно свидетельство, уточняющее данные о привлечении Псамметихом греческих наемников. Согласно Страбону, при Псамметихе в Египет явились милетяне на 30 кораблях и построили Милетскую крепость у Болбитинского устья Нила; спустя некоторое время они поднялись вверх по реке к Саисскому ному, разбили здесь эскадру города Инара и основали Навкратис. Эти сведения показывают, что милетяне, о которых сообщает Страбон, и были теми самыми ионийскими и карийскими наемниками Псамметиха, о которых свидетельствуют сообщения Геродота и Диодора, а также в какой-то мере хроника Ашшурбанипала. Военное искусство греков было известно в Египте по их грабительским набегам на Дельту, а идея использовать их в качестве наемников могла быть внушена Псамметиху лидийским царем Гигесом.
      Взяв власть в свои руки, Псамметих использовал греческих, карийских, финикийских и ливийских наемников в качестве защиты страны от внешней угрозы. Одна из крепостей, отведенных грекам для поселения - Дафны. Часть этой крепости была раскопана в 1886 г. Флиндерсом Петри. Найденная греческая керамика находилась в основном в двух помещениях. В ее составе — изделия аттические, самосские стиля Фикеллюра, клазоменские, укладывающиеся в рамки VI в. Материал середины VII в. не найден, однако разведочный характер раскопок Петри не дает оснований для заключения о возникновении Дафн в VI в., например, при Псамметихе II. Данные об осаде Псамметихом I Ашдода и его действиях в Палестине предполагают наличие у него базы на египетско-палестинской границе, каковой и могли служить Дафны. По мысли Г. Холла, эту осаду Ашдода, закончившуюся взятием города, вели греческие и карийские наемники Дафн, т.е. основание Дафн произошло не позднее указанного времени. Во всяком случае, вторжение во владения фараона скифов в 626 г., заставшее Псамметиха в Палестине,— позднейшее из событий, предполагающих возникновение Дафн.
      Сын Нехо II Псамметих II (595—589 гг.) совершил около 591 г. поход в Нубию, засвидетельствованный Геродотом и египетскими источниками. В Элефантине сохранились греческие надписи принимавших участие в этом походе греческих наемников. Они сделаны на левой ноге колоссальной статуи Рамзеса II перед храмом в Абу-Симбеле.
      1. «Когда царь Псамметих прибыл в Элефантину, следующее написали те, которые приплыли вместе с Псамметихом, сыном Феокла, пройдя далее Керкия (до того места), где река освобождается от теснин (порогов). Иноязычными (воинами) командовал Потасимто, египтянами Амасис. Архон, сын Амой-биха, написал это, а также Пелек, сын Евдама».
      2. «Гелесибий теосец».
      3. «Телеф написал это, ялисец».
      4. «Пифон, сын Амойбиха».
      5. «Критис и Х[--] написали это».
      6. «Пабис колофонец с Псамматой».
      7. «Анаксанор ялисец [написал], когда царь Псамметих впервые привел войско--».
      Обычно считается, что войско Псамметиха II достигло второго нильского порога, хотя на основе данных египетских источников предполагалось, что оно могло дойти до четвертого или даже пятого порогов. Сам царь, как показывают надписи дошел до Элефантины. Помимо греков войско состояло из египтян, которыми командовал Амасис, а также ливийцев и прочих «иноязычных» для греков коллег по наемному ремеслу, возглавляемых Потасимто, известным из египетских источников. Интересен состав упоминаемых имен и этниконов греков. Двое участников похода — родосцы из Ялиса, еще двое — ионийцы, выходцы из Колофона и Теоса. Имена греков отчасти египтизированы. Командир их, сын Феокла, носит имя Псамметих, данное ему отцом, конечно, в честь Псамметиха I.  Это означает, что греческие наемники служили в Египте на таких выгодных условиях, что связывали себя и своих потомков этой службой пожизненно. В результате похода Псамметиха II в Элефантине была устроена крепость для защиты страны от набегов эфиопов.

      Псамметих II продолжил филэллинскую политику, а вслед за ним Уах-иб-ра (Апрей) и Яхмос II (Амасис). Сохранилось изображение Уах-иб-ра в коринфском шлеме указывает на грекофильскую политику, которая не могла не вызвать недовольства у египетского населения. Эта история находит свое документальное подтверждение в событиях, предшествовавших гражданской войне, последовавшей за походом 570 г. до н. э. Априй, желая покорить греков Кирены, послал против них войско, состоящее из египтян, а не из греков. В последующем сражении египтяне потерпели поражение и бежали. Среди воинов-египтян прошёл слух, что Априй специально послал их на верную смерть. А когда Априй вышел поприветствовать народ в греческих доспехах, египтяне начали восстание, что привело к гражданской войне (570 — 567 до н. э.). Восставшие выбрали себе нового фараона Амасиса (Яхмоса) из числа приближенных царя (или родственника). В последующей битве Априй потерпел полное поражение, но Амасис не сверг его с престола, а сделал своим соправителем, однако, на третьем году их совместного правления, Априй с армией греческих наёмников и в сопровождении флота двинулся с севера на Саис. Но Амасис разбил армию Априя и обратил её в бегство.
      Несмотря на то, что своим выдвижением Амасис был обязан египетскому войску, он не терял связи и с греками. На Канопском рукаве Нила в Северо-Западной Дельте грекам был отведён город Навкратис. Этот город пользовался всякого рода привилегиями. Кроме того, в нём была сосредоточена иноземная торговля.
      По данным Страбона, милетяне спустя некоторое время при Псамметихе I, поднялись вверх по реке к Саисскому ному и основали там Навкратис. Геродот, однако, относил основание Навкратиса ко времени правления фараона Амасиса (570—526): «Будучи филэллином, Амасис еще кое-что предпринял по отношению к некоторым эллинам, а именно прибывавшим в Египет позволил заселить город Навкратис; тем же мореходам, которые не имели намерения поселяться в нем, предоставил участки для строительства алтарей и теменосов богам». Местная навкратийская традиция, напротив, относила возникновение города к 23-й олимпиаде (688—685). По словам местного историка Полихарма, некий навкратиец Герострат, посетивший многие порты, находясь в 23-ю олимпиаду в Пафосе на Кипре, приобрел там статую Афродиты старинной работы, которую привез затем в Навкратис.
      Противоречивые показания источников о времени возникновения города до некоторой степени уточняются археологическими данными. Раскопки производились в 1884 г. (Флиндерс Петри), 1885—1886 гг. (Э. Гарднер), 1899 и 1903 гг. (Д. Хогарт). Была вскрыта часть городища площадью 800Х400 м, греческая на севере и египетская на юге. В греческом квартале открыто несколько частных ойкосов, святилища Геры, Аполлона, Диоскуров и общий храм всех греков Элленион. В южной части раскопаны большой египетский храмовой комплекс, храм Афродиты, мастерская по изготовлению скарабеев. По письменным источникам известны также святилища Зевса, пританей и рынок. Геродот перечисляет следующие города, учредившие навкратийский Элленион, основной храм города: ионийские — Теос, Хиос, Фокея, Клазомены; дорийские — Родос, Книд, Галикарнас, Фаселида; эолийская Митилена; отдельно выстроены эгинетами храм Зевса, самосцами — храм Геры и милетянами — храм Аполлона. Керамические материалы позволяют датировать возникновение Навкратиса второй половиной VII —нач. VI в. Расцвет города приходится на VI в. Данный Геродотом перечень ионийских и дорийских центров, принимавших участие в храмовом строительстве в городе, предполагает широкое развитие здесь греко-египетской торговли. Основными статьями обмена, как полагают исследователи, были египетский хлеб и фракийское серебро, ввозившееся греками. Фараоны имели свой интерес в этом обмене, получая серебро для расчетов с наемниками. Кроме того, они взимали в Навкратисе 10-процентную пошлину, ввозную и торговую. Ряд специалистов полагает, что сбор ввозной и торговой десятины восходит к временам Амасиса. Это очень вероятная реконструкция, поскольку именно в связь с взиманием ввозной пошлины должно быть поставлено запрещение греческим кораблям заплывать в Дельту иначе как по Канопскому устью, что делалось в фискальных целях: в Навкратисе надлежало уплатить ввозную пошлину.
      Греки ввозили в Египет, помимо серебра, вино и оливковое масло, судя по найденным хиосским амфорам VI в. Вино и масло предназначались проживавшим в Египте грекам, прежде всего наемникам, так как египтяне в соответствии со своими древними обычаями воздерживались от всего чужеземного. Вывозились из Египта помимо хлеба папирус и ткани. Открытая в Навкратисе мастерская по производству скарабеев, функционировавшая в VI в., могла обслуживать и греческий рынок — находки этих изделий известны от Этрурии до Северного Причерноморья.
      В навкратийских святилищах найдено несколько сот посвятительных граффити. Судя по их диалектным чертам, они сделаны в основном ионийцами и дорийцами, что подтверждает данный Геродотом список городов — учредителей навкратийских храмов. Эти посвящения не старше VI в., что свидетельствует об основании города не ранее рубежа VII—VI вв. Датировка граффити согласуется с хронологией строительства святилищ, возводившихся и перестраивавшихся на протяжении VI в. (и позднее). Так, по Э. Гьерстаду, храм Аполлона был основан около 570—555 гг, а это, по логике, древнейшее святилище Навкратиса. Основная масса посвящений сделана Аполлону Милетскому, что подтверждает письменную традицию о ведущей роли Милета в основании Навкратиса. Только в первую кампанию раскопок было найдено три сотни посвящении этому божеству. Много посвящений также Гере, Зевсу, Диоскурам и, конечно, Афродите. Навкратис был крупным центром проституции, что естественно для фактории: местные гетеры «обслуживали» оторванных от родных домов торговцев, солдат н мореходов.
      Первые реформы Амасиса II (отмена привилегий для греческих солдат, ограничение пребывания греков Навкратисом) были призваны сократить напряжение между египтянами и греками, особенно в армии. В частности, такую цель преследовал и перевод ионийских и карийских наёмников из лагерей, которые были расположены в Дельте, включая военную колонию в Дафнэ, в Мемфис, где они составили подобие личных гвардейцев царя.
      Вместе с тем, Амасис понимал и то, насколько важно поддерживать дружеские отношения с Грецией и греческим миром в целом. Поэтому женой Амасиса стала гречанка Ладика, дочь киренского царя Батта II (583—560 до н. э.), он поддерживал тесные контакты с тираном Самоса Поликратом и царем Лидии Крезом, а сами греки вновь заполонили египетские рынки и казармы. Геродот писал:
      «С киренцами же Амасис заключил оборонительный и наступательный союз и …взял себе в супруги девушку по имени Ладику, которая, как одни говорят, была дочерью Батта, по другим же, – Аркесилая или даже знатного гражданина Критобула. … Амасис же послал посвятительные дары также и в Элладу. В Кирену он пожертвовал позолоченную статую Афины и свое собственное изображение в красках; затем Афине в Линде – две каменные статуи и замечательный льняной панцирь; наконец, в храм Геры на Самосе – две свои портретные деревянные статуи, которые еще в мое время стояли в большом храме за порталом. Эти приношения на Самос царь сделал ради своей дружбы и гостеприимства с Поликратом, сыном Эака…»
      Благодаря таким мерам вражда между эмигрантами и коренным населением практически прекратилась. К тому же, даже отдельные ограничения были на руку греческим торговцам; к примеру, особый статус Навкратиса вызвал приплыв доходов и превращение города в один из важнейших коммерческих центров Средиземноморья, благодаря чему греки считали Амасиса своим благодетелем.
      Амасис, правивший 44 года, умер в конце 526 года до н.э., накануне персидского нашествия в Египет. Через шесть месяцев после его смерти при Псамметихе III после битвы при Пелусии в 525 году до н.э. Египет был захвачен персидским царем Камбисом II. Греческим наемником не удалось спасти древнее царство от потери самостоятельности.
       

      Т.о, можно подвести некоторые итоги особенностей прогреческой политики фараонов саисской династии:
      1. Усиление значения наемных войск в Египте наблюдается с X в. до н.э., с периода правления Шешонка I.
      2. В правление Псамметиха I в Египте появилось большое число наемников из жителей Восточного Средиземноморья, Карии и Греции. В стратегических пунктах на границах Египта и дельте Нила появляется ряд поселений наемников (Элефантина, Мареа, Дафнэ).
      3. Наемные войска играли большую роль в обеспечении активной внешней политики фараонов, стремившихся поддержать стремительно слабеющую Ассирию, которой они были обязаны своим возвышением.
      4. В саисский период наемники составляли ядро египетских войск и заключали в себе потенциальную опасность внутренней нестабильности. В надписи времен фараона Уах-иб-ры (Априя) говорится о восстании «ливийских, азиатских, греческих и иноземных наемников» в Сиене (Асуане), которые угрожали фараону уйти в Нубию.
      5. Геродот свидетельствует о существовании т.н. «Страны перебежчиков», история которой берет начало во времена царствования Псамметиха II, после бегства части элефантинского гарнизона. Длительность путешествия от Элефантины до «страны перебежчиков» можно оценить в 112 дней.
      6. Геродот обращает внимание на «греческую ориентацию» саисских фараонов. Очевидно, что эти контакты имели большое значение для греков и способствовали возникновению целого пласта легенд и сказаний, в частности сказания о «медных людях».
      7. Основные версии привлечения греческих наемников на службу саисских фараонов разнятся:
      - По версии Геродота, это были отряды пиратов, состоявших из ионийцев и карийцев, случайно высадившихся в дельте Нила в правление Псамметиха и оказавших ему помощь в борьбе за власть.
      - Согласно хронике Ашшурбанипала, отряды наемников были присланы в Египет царем Лидии Гигесом (около 685—652), заинтересованном в создании антиассирийской коалиции
      - По Диодору, Псамметих сам послал в Лидию за наемниками, что близко соответствует данным хроники Ашшурбанипала.
      - Согласно Страбону, при Псамметихе в Египет явились милетяне на 30 кораблях и построили Милетскую крепость у Болбитинского устья Нила; спустя некоторое время они поднялись вверх по реке к Саисскому ному, разбили здесь эскадру города Инара и основали Навкратис. Эти сведения показывают, что милетяне, о которых сообщает Страбон, и были теми самыми ионийскими и карийскими наемниками Псамметиха, о которых свидетельствуют сообщения Геродота и Диодора, а также в какой-то мере хроника Ашшурбанипала. Военное искусство греков было известно в Египте по их грабительским набегам на Дельту, а идея использовать их в качестве наемников могла быть внушена Псамметиху лидийским царем Гигесом.
      8. Нехо II и Псамметих II вели активные войны, используя не только греческих наемников, но и флот греков, в частности, при высадке в Сирии, в битве у Мегиддо и Кархемиша, во время похода в Нубию.
      9. Египтизация имен греческих наемников говорит о том, что греческие наемники служили в Египте на таких выгодных условиях, что связывали себя и своих потомков этой службой пожизненно, в т.ч. потомственных толмачей, известных по единичным захоронениям.
      10. По данным Страбона, милетяне спустя некоторое время при Псамметихе I, поднялись вверх по реке к Саисскому ному и основали там Навкратис. Геродот, однако, относил основание Навкратиса ко времени правления фараона Амасиса. Керамические материалы позволяют датировать возникновение Навкратиса второй половиной VII —нач. VI в. до н.э.  Расцвет города приходится на VI в.до н.э., когда он выступал также крупным пунктом сбора таможенных пошлин. Особый статус Навкратиса вызвал приплыв доходов и превращение города в один из важнейших коммерческих центров Средиземноморья.
      11. Греки ввозили в Египет помимо серебра вино и оливковое масло, судя по найденным хиосским амфорам VI в. Вино и масло предназначались проживавшим в Египте грекам, прежде всего наемникам, так как египтяне в соответствии со своими древними обычаями воздерживались от всего чужеземного.
      12. Отмена привилегий для греческих солдат, ограничение пребывания греков Навкратисом в правление Амасиса, были призваны сократить напряжение между египтянами и греками, особенно в армии. В частности, такую цель преследовал и перевод ионийских и карийских наёмников из лагерей, которые были расположены в Дельте, включая военную колонию в Дафнэ, в Мемфис, где они составили подобие личных гвардейцев царя.
      13. Одна из ключевых крепостей, отведенных грекам для поселения - Дафны. Данные об осаде Псамметихом I Ашдода и его действиях в Палестине предполагают наличие у него базы на египетско-палестинской границе, каковой и могли служить Дафны. Возможно, эту осаду Ашдода, закончившуюся взятием города, вели греческие и карийские наемники Дафн, т.е. основание Дафн произошло не позднее указанного времени. Во всяком случае, вторжение во владения фараона скифов в 626 г., заставшее Псамметиха в Палестине, — позднейшее из событий, предполагающих возникновение Дафнэ.
    • "Мир тебе! ...Не могу я устоять перед пламенем твоим..."
      Автор: Неметон
      В 1862 году в храме Амона в Напате, древней столице кушитских царей, была найдена стела из розового гранита времен царствования фараона XXV кушитской династии Пианхи (746-716 гг. до н.э.) с описанием похода против правителя Саиса Тефнахта, который подчинив себе номархов и князей Нижнего Египта, фактически становился фараоном в Дельте, продолжая активно продвигаться на север:
      «Властитель Запада «великий князь в Нечери (центр Дельты) Тефнахт находится…в Ксоисском номе в Хапи, в … Аяне, в Пернубе и в Мемфисе. Он захватил весь запад от «Болотной страны» до Иттауи (резиденции первых фараонов XII династии между Мемфисом и Фаюмом), плывя на юг с многочисленным войском, в то время как Обе Земли объединены позади него.»
      Подчинив своей власти многих номархов Нижнего Египта, Тефнахт подошел к Гераклеополю:
      «…выступил он против Гераклеополя и полностью окружил его, не давая выходить выходящим, не разрешая входить входящим, ежедневно сражаясь. Измерил он его (город) в окружности его. Каждый князь знает свою стену, каждого князя и каждого правителя крепости он сделал ответственным за свой участок».


      Перед нами причина военных успехов Тефнахта - древнее воплощение бессмертного суворовского «Каждый солдат знает свой маневр». Осадив город, он лишает его подвоза продуктов, не открывает гуманитарных коридоров, подвергает город каждодневному штурму. Разделив город на секторы, он распределил их между князьями – союзниками, что сделало осаду последовательной и структурно выверенной. Подобная методичность при штурме города не могла не вызвать беспокойство князей южных номов, которые уже не рассчитывая на военную помощь Пианхи, открыто переходили на сторону правителя Саиса:
      «Немарат…князь Хатура (Гермополь) разрушил стены Неферуси (севернее Гермополя), срыл он собственный город из-за страха, чтобы не захватил он (Тефнахт) его с целью продвижения к другому городу. Смотри, он отправился, чтобы следовать за ним по пятам. Отпадает он от его величества. Пребывает он с ним в качестве одного из подручных в Оксиринхском номе и дает ему дары, сколько угодно из всех вещей, которые он нашел».
      Властитель Гермополя Немарат, стремясь не допустить разорения своей страны, добровольно разрушил опорный пункт и открыто перешел на сторону Тефнахта, что, наконец-то, переполнило чашу терпения Пианхи, который отдает приказ своим войскам:
      «И вот послал его величество и князьям, и военачальникам, находившимся в Египте, командующему Пуареу, командующему Лемерсекени и всем командующим его величества, находившимся в Египте, приказывая: «Выступайте в боевом порядке, начинайте битву, окружайте… захватите людей его, скот его, суда его, находящиеся на реке. Не давайте земледельцам выходить в поле, не давайте пахарям пахать. Наступайте на Гермопольский ном, сражайтесь с ним ежедневно.»
      Итак, мы видим, что гарнизоны с войсками кушитского царя находились на территории Египта, вверх по течению Нила, вне зоны непосредственного соприкосновения с продвигающейся на юг армией Тефнахта, которой оказывала помощь речная флотилия, параллельно следовавшая по Нилу. Удар должен был быть направлен на Гермопольский ном, вотчину предателя Немарата, которому предполагалось нанести ощутимый экономический ущерб, захватив пленных, домашний скот, сорвав работы в поле…
      «И вот послал его величество войско в Египет, строжайше приказывая: «Не нападайте ночью, … но, сражайтесь, когда видно. Объявите ему сражение издали. Если он скажет «торопитесь» войску и колесницам другого города, то засядьте ожидать прихода его войска. Сражайтесь только тогда, когда он скажет об этом. Если его союзники будут в другом городе, то пусть дождутся их. Князей, которых он призвал себе на помощь, и надежные ливийские отряды следует первыми вызвать на бой. Скажите: «Мы не можем кричать ему при смотре войск: «Запрягай лучших лошадей из своих конюшен, начинай сражение, ты знаешь, что Амон – пославший нас».
      В данном напутствии перед нами особенности военной стратегии и тактики кушитских войск, которые заключаются в следующем:
      - боевые действия вести только в дневное время суток
      - войска противника должны находиться в зоне видимости
      - войскам союзников, вышедших на подмогу Тефнахту, устроить засаду и недопустить их соединения с основными силами
      - использовать оборонительную тактику боя
      - нейтрализовать следует, в первую очередь, отряды союзных Тефнахту князей и ливийских наемников
      - не провоцировать противника
      Т.о, тактика, выбранная Пианхи, была довольно осторожной и вызвана, по всей видимости, малым количеством его войск в самом Египте, по сравнению с коалицией Нижнего Египта. В этих условиях особое значение приобретали время, место нанесения удара и тактические ходы для недопущения соединения армии Тефнахта с войсками союзных номов. Особое значение Пианхи отводил захвату древних Фив:

      «Когда достигните Фив, войдите в воду перед Карнаком, очиститесь в реке, оденьтесь в лучшие полотняные одежды, отложите луки, положите стрелы. Не похваляйтесь чрезмерно силой. Нет силы у могущественного, без его (Амона) ведома. Делает он слабого сильным так, что обращается в бегство множество от слабого, что захватывает один человек тысячу. Скажите ему: «Проложи нам путь. Да сразимся мы под сенью десницы твоей. Отряды новобранцев, которых ты послал, когда они атакуют, бегут от них многие».
      Пианхи придавал большое значение, как видно будет далее, уважительному отношению к богам номов и храмам вообще. Проведение ритуальных действий очищения перед боем в храме Амона было тем более необходимо вследствие того, что армия Пианхи состояла в основной массе из новобранцев. Видимо, именно в приграничных гарнизонах молодые солдаты набирались воинского опыта. Пианхи призывает не переоценивать свои силы, укрепить боевой дух и воодушевить молодых воинов. Это осторожная тактика мудрого полководца, которая принесла свои плоды:
      «Поплыли они вниз по течению и достигли они Фив. Совершили они все, как сказал его величество. Поплыли они дальше пол реке, вниз по течению, и нашли они много кораблей, направлявшихся вверх по течению с воинами, гребцами и всевозможными сильными отрядами Нижнего Египта, снабженными оружием против войска его величества. И вот была нагромождена великая груда трупов из них, неведомо их число. Захвачены воины их вместе с судами и приведены как пленные в место, где находился его величество»
      В битве на Ниле флотилия Тефнахта была разгромлена, пленные и захваченные суда были отведены в Напату, а армия Пианхи отправилась дальше к Гераклеополю для битвы с сухопутной армией Тефнахта, состоящей из отрядов его многочисленных союзников:
      «Царь Немарат, царь Иуапет (правитель Чентрему), начальник Ма (вероятно, сокращенно от Машуани – ливийского племени, поставлявшего наемников), Шешонк (командир ливийских наемников, подчиненных правителю Джеда) из Бусириса, владыка Джеда, великий начальник Ма,…армия владетельного князя Бекненефи вместе с его старшим сыном, начальником Ма, Неснекеди из Кинопольского нома, все князья, носящие перья из Нижнего Египта (известно, что ливийские князья носили страусиные перья) вместе с царем Осорконом, который находится в Бубасте (Осоркон III, фараон XXIII (ливийской) династии, чья резиденция находилась в Бубасте – столице XVIII нома Нижнего Египта в юго-восточной Дельте)…Все князья и начальники крепостей запада, востока и островов середины (Дельты) единодушно объединились как приверженцы великого властителя запада, правителя крепостей Нижнего Египта, пророка Нейт, владычицы Саиса, жреца Птаха Тефнахта.
      Т.о, костяк армии Тефнахта состоял из отрядов мятежных властителей номов Нижнего Египта, князей с островов середины Дельты Нила, ливийских наемников и гарнизонных войск крепостей, чьи командиры перешли на сторону Тефнахта. Несмотря на это, войскам Пианхи удалось оттеснить их на западный берег близ Перпега, у Гераклеополя, а, затем, решительным ударом обратить в бегство. Царь Немарат, спасая свою жизнь, направлялся к свою ному, в Гермополь, когда его настигла весть об осаде его города войсками Пианхи:
      «Было сказано ему: «Перед Гермополем враги из войска его величества захватывают людей его и скот его». И вот подступил он к Гермополю. Войско его величества находилось на реке у гавани Гермопольского нома. И вот услыхали они это, и они окружили Гермопольский ном с четырех сторон…»
      Штурм города не начался, войска Пианхи пока ограничились разорением предместий, флотилия стояла на Ниле, поэтому Немарату удалось проникнуть в город и организовать его оборону, что вызвало гнев Пианхи и его решение возглавить армию лично:
      «…я сам отправлюсь на север и разрушу стену, которую он сделал, заставлю отказаться его от битвы навеки.»
      Видимо, скрыться с места битвы удалось не только Немарату. Узнав о гневе фараона, его войска активизируют действия в Оксиринхском номе против Пермеджеда и штурмуют Тетехин, при штурме которого мы встречаем упоминание осадной техники:
      «Применили они против него таран, и стены его были разрушены. Сделали среди них большую резню…»
      Вслед за Оксиринхским номом пал Хатбену и Пианхи прибыл к Гермополю после посещения праздника Амона в Луксорском храме в Фивах, где выступил с речью перед войсками, коря их за медлительность. Лодка фараона доставила и его боевую колесницу:
      «Вышел его величество из каюты корабля, лошади были запряжены, колесница снаряжена».
      Взяв командование на себя, Пианхи использовал для штурма Гермополя весь имеющийся у него арсенал военной техники:
      «Был насыпан вал, чтобы окружить стену, и воздвигнута башня, чтобы поднять лучников для обстрела и метательные орудия для метания камней, причем ежедневно убивались их люди».
      Осадная техника кушитской армии включала в себя башни для доставки лучников к стенам осаждаемой крепости и метательные орудия, что в купе с насыпными валами, которые облегчали доступ штурмующих к своему сектору, весьма напоминает те методы штурма, которые были приняты в армиях Востока, в частности, ассирийской. Судя по последствиям, эта тактика приносила ощутимые плоды:
      «Настали дни, когда жители Гермополя были в отчаянии, ибо носы их были лишены свежего воздуха. И вот пал Гермополь на чрево свое, умоляя царя. Вышли посланцы и спустились, неся всякие прекрасные видом вещи, золото, всевозможные драгоценные камни, одежду в сундуках, диадему, которая была на его (Немарата) голове, урей, распространяющий страх перед ним, не переставая многие дни умоляли его (Пианхи) корону».

      В Гермополе из-за большого количества жертв начинается эпидемия. В лагерь Пианхи приходят посланцы Немарата с богатыми дарами, в т.ч. диадемой и уреем, как символами власти поверженного властителя города. Далее на стеле описывается, как в лагерь пребывает жена Немарата и его дочь, которые молят гарем Пианхи «дабы умилостивили вы Хора (Пианхи)». Сам Пианхи не склонен прощать предательство Немарата, говоря ему: «Ты должен покинуть дорогу жизни». Немарат же полон решимости добиться прощения фараона, преподнеся «много серебра, золота, ляпис-лазури, малахита, бронзы и всяких других драгоценных камней…»
      Пианхи вступает в Гермополь и приносит в жертву в храме Тота быков, телят и гусей, а также в храме восьми богов Гермополя. Его отношение к богам местного пантеона показательно. Ни в одном городе, который был захвачен его войсками, как мы увидим в дальнейшем, местные культовые сооружения не были разрушены. Тем самым, проявив уважение к служителям местных культов, как общеегипетских богов, так и местного пантеона, он заручился поддержкой влиятельного жречества. Пианхи вошел в качестве победителя во дворец Немарата и повествование обнаруживает его увлеченность лошадьми, когда он обнаруживает их в конюшнях, страдающими от голода, за что он укоряет Немарата:
      «мерзость для моего сердца, что лошадей моих заставили голодать, больше всякого совершенного тобою преступления при скупости твоей».
      Падение Гермополя явилось переломным моментом. В лагерь Пианхи пребывает с дарами царь Гераклеополя Пефнефдибаст, раскаявшись в своем предательстве:
      «Был я схвачен преисподней, я был поглощен мраком, среди корого мне ныне воссиял свет…Будет платить дань Гераклеополь в твою сокровищницу…»
      Далее «поплыл его величество на север к устью канала около Рахент (в Фаюмском оазисе). Нашел он Пер-Сехемхеперра с его вздымающимися стенами и его цитадель, которая была заперта, наполненными всеми отважными людьми Севера". Оценив возможные потери при штурме, Пианхи предлагает сдать город без боя, говоря:
      «Если пройдет краткое время и не откроют мне, вот вы будете в числе поверженных». Опять, весьма напоминает бессмертное суворовское «Я с войсками сюда прибыл. Двадцать четыре часа на размышление — и воля. Первый мой выстрел — уже неволя. Штурм — смерть». Горожане, поразмыслив. Принимают решение принять ультиматум Пианхи, прислав гонца со словами:
      «Смотри, твой город, его оплот «Дай входить входящим и выходить выходящим». Командир ливийских наемников вышел из города и «вошло в него войско его величества, не убив ни одного из всех людей». Подобная ситуация повторилась при осаде Мер-Атума, укрепленного города: «Смотрите, два пути перед вами, выбирайте, какой вам нравится: откроете – вы будете жить, замкнете – вы умрете. Мое величество не желает проходить мимо запертого города. Открыли они тотчас же…»
      Вслед за Мер-Атумом хорошо укрепленный Иттауи также покорился без боя, хотя Пианхи «нашел…укрепление запертыми и стены наполненными отважными воинами из северного Египта». И вновь Пианхи приносит жертвы местным богам и выказывает им уважение, как в Мер-Атуме и Гермополе. Его тактика ультиматума, обещание гуманного отношения к добровольно сдавшемуся городу, уважительное отношение к местным культам и большие жертвоприношения приносили свои плоды. Военные действия приближались к своему перелому, т.к. на пути Пианхи лежал древний Мемфис. И вновь фараон делает предложение властям города:
      «Не замыкайся, не сражайся, изначальное обиталище Шу. Пусть входит входящий и пусть выходит выходящий, пусть не задерживаются идущие. Принесу я жертву Птаху и богам, обитающим в Мемфисе, будет в сохранности и здоровье. Не будут плакать дети. Взгляните на номы юга: не был там убит ни один человек, кроме врагов, говоривших дурное против бога, которые были казнены, как преступники».
      Но Мемфис не внял предложению Пианхи и «заперли они крепость свою и выслали они против немногих воинов его величества свое войско, состоявшее из ремесленников, начальников строителей, корабельщиков гавани Мемфиса». Очевидно стремление Пианхи избежать штурма хорошо укрепленного крупного города. Обращает на себя внимание состав войска Мемфиса, в которых отсутствуют ливийские наемники, часто упоминавшиеся среди номовых ополчений юга Египта. Кроме того, ночью в Мемфис прибыл Тефнахт и, отдав приказ 8-тысячной армии держаться до его возвращения, отбыл в северные номы, чтобы вести переговоры об их лояльности, видимо. ценой значительных уступок и обещаний. Отбыл в спешке, т.к стела свидетельствует: «Сел он на лошадь и не потребовал своей колесницы». Чем располагал Мемфис для обеспечения достойного существования в условиях потенциальной осады? По словам самого Тефнахта, «Мемфис наполнен войсками, наилучшими в Нижнем Египте, ячменем, полбой, зерном всяким. Амбары переполнены. Имеется всякое оружие. Он укреплен стеной. Построен искусными мастерами большой заслон. Обтекает восточную сторону река. Не найти там места для нападения. Хлева полны быками, сокровищница снабжена всякими вещами: серебром, золотом, медью, одеждами, ладаном, медом, маслом…».
      По прибытии к стенам Мемфиса Пианхи собирает военный совет, на котором решалось, как штурмовать мощные, заново отстроенные и тщательно охранявшиеся укрепления:
      «Давайте осадим город…Воздвижем осадную башню. Соорудим мачту, сделаем паруса на его рубежах…Разделим его с каждой стороны, на возвышенностях…на его северной стороне, дабы поднять землю до уровня стен его для того, чтобы найти путь для наших ног».
      Итак, замысел Пианхи заключался в полной осаде с суши и со стороны Нила, и с помощью насыпных валов с северной стороны и атаки гавани приступить к штурму. Для этого Пианхи «выслал…свои корабли и свое войско, чтобы атаковать гавань Мемфиса…Доставили ему всевозможные речные суда, паромы, суда-сехери и транспортные суда, согласно числу их, которые были пришвартованы в гавани Мемфиса, и закрепили их носовые канаты среди его домов. Не было простолюдина, который бы плакал, среди всего войска его величества. Поплыл его величество самолично, чтобы выстроить корабли согласно количеству их».
      Выбранная тактика принесла плоды и Мемфис пал, некоторые правители Мемфисского нома бежали, некоторые явились с дарами:
      «Пришел царь Иуапет, вместе с начальником Ма…, наследственным князем Педиисе, и всеми князьями Нижнего Египта с их дарами…»
      На стеле содержатся ценные описания различных приношений и ритуалов поклонения богам, после того, как Пианхи, по обыкновению, обеспечив охрану храмов Мемфиса, принес обильные жертвы богам местного пантеона, в том числе Атуму, он отправился в Храм Ра:
      «Когда озарилась земля, очень рано, отправился его величество на восток, и жертва была принесена Атуму в Хераха, божественной Эннеаде в «Доме Эннеады» - пещеры богов находятся в нем, - состоящая из быков, короткорогого скота и птиц…»
      Интересное упоминание о локализации пещерных храмов великой «девятки богов» Гелиополя. Видимо, Дом Эннеады – это храмовый комплекс, вырубленный в скалах с девятью пещерами для поклонения Атуму, Шу, Тефнут, Гебу и Нут, Осирису, Исиде, Сету и Нефтиде. Можно установить состав жертвоприношения, согласно тексту стелы:
      «Было совершено на Песчаных холмах в Гелиополе перед Ра, при восходе его, большое жертвоприношение из быков, молока, мирры, благовоний и всяких сладкопахнущих деревьев». Затем Пианхи отправился в храм Ра, в Гелиополь, для отправления ритуала:
       «Был посещен «Покой убранства», чтобы облачаться в платье седеб. Очистился он благовониями и возлияниями. Венки для святилища солнца в Гелиополе были доставлены ему, и принесены ему цветы. Поднялся он по лестнице к большому окну, чтобы узреть Ра в святилище Солнца в Гелиополе. Царь сам стоял один. Сломал он засовы, открыл он врата и узрел своего отца Ра в святилище солнца в Гелиополе, утреннюю барку Ра и вечернюю барку Атума. Замкнул он врата, наложил глину и запечатал собственной царской печатью».
      Для ритуала наблюдения за солнцем фараон должен был очиститься, облачиться в священное платье и принести в качестве дара Ра венки из цветов, затем в одиночестве подняться к специальному окну, отворить створки и встретить первые лучи рассвета в храме. Возможно его молитвы продолжались целый день, т.к. упоминаются утренние и вечерние барки (не исключено, что в храме находились собственно сами ритуальные лодки). Затем он вновь замкнул врата, наложив оттиск своей печати. Мы видим, что Храм Ра в Гелиополе – священное место, куда доступ открыт только царям, поэтому, Пианхи вначале ломает печать, наложенную предшественником, а затем, запечатывает своей.
      Отпустив князя Педиисе и других князей Нижнего Египта в свои владения, чтобы они могли принести ему обещанные дары (и, вероятно, чтобы не ссориться с номовой знатью), в т.ч. «наилучших из наших конюшен – отборнейших лошадей», к которым он питал слабость, Пианхи отправился подавлять последние очаги сопротивления в землях Педиисе, город Меседе (по всей видимости, организованном не без участия беглого Тефнахта). Противник Пианхи испытывал определенные трудности с войсками. Мы видим, что наряду с наследственными князьями номов, милости фараона добиваются командиры Ма, ливийских наемников, что вполне соответствует самому духу наемничества в случае перемены военной фортуны.
      На сторону Пианхи перешли «…царь Осоркон из Бубаста, области Ра-нифер; …князь, начальник Ма, Пема из Бусириса; князь, начальник Ма из нома Хесебка; начальник Ма Пентаур; начальник Ма Пентибехент…»
      Учитывая, что именно они составляли костяк армии Тефнахта, на что особенно указывал Пианхи, исход противостояния после падения Мемфиса, был предрешен. Осознав, что дальнейшее сопротивление бесполезно, Тефнахт отправляет к фараону посла, со словами:
      «Мир тебе! ...Не могу я устоять перед пламенем твоим, ужасаюсь я перед твоей мощью…Ты не нашел слугу своего, пока я не достиг островов моря…Недуг в моих костях, голова моя обнажена, моя одежда изодрана…Дай войти мне к храму пред лик его, дабы я мог очиститься божественной клятвой».
      Итак, участь Тефнахта незавидна. Скрываясь на островах у побережья (или в самой дельте Нила), страдая от болезни и лишений, он просит Пианхи о милосердии и готов принести клятву верности в храме. Пианхи ответил согласием и Тефнахт клянется в верности в присутствии верховного жреца Херихеба Педиамоннестауи и военачальника Пуарема, говоря:
      «Да не преступлю я повелений царя, да не нарушу я того, что изрекает его величество. Да не совершу я злоумышления против князя без твоего ведома. Буду я поступать согласно сказанному царем. Не преступлю я приказаний его».
      Стела свидетельствует, что «Нет более нома, запертого для его величества, из номов юга и севера, запада и востока. Острова середины Дельты на чреве своем из страха перед ним, приносят свое имущество к месту, где находится его величество, подобно подданным дворца»
      В конце повествования, упоминается один любопытный эпизод, когда Пианхи отказал в приеме нескольким правителям, которые, по-египетским меркам, были нечисты:
      «Когда рассвело рано утром, прибыли эти два правителя юга и два правителя севера с уреями, дабы поцеловать землю перед могуществом его величества…Не вошли они во дворец, ибо они не были обрезаны и ели рыбу; мерзость это для дворца. Но царь Немарат вошел во дворец, ибо он был чист и не ел рыб. Стояли трое на ногах своих, но только один вошел во дворец.»
      Т.о, «чистый» - это тот, кто обрезан и не ест рыбу. Указанным параметрам соответствовал только князь Гермополя Немарат. Кем же являлись трое остальных?
    • «Является и милостив Меренра»
      Автор: Неметон
      Иероглифическая надпись на плите, найденной в Абидосе в Верхнем Египте и хранящаяся в Каирском музее, известное как «Жизнеописание вельможи Уны». Относится к концу Древнего царства и охватывает период царствования фараона VI династии Меренры.

      «Я просил у величества моего господина, чтобы мне был доставлен известняковый гроб из Ра-ау (мемфисских каменоломен). Его величество распорядился, чтобы «казначей бога» переправился через Нил с партией рабочих капитана корабля, его помощника, чтобы доставить мне этот гроб из Ра-ау. Он (гроб) прибыл с ним в резиденцию на большом грузовом судне вместе со своей крышкой, гробничной плитой с нишей, руит (часть двери), двумя гемех (возможно, створками двери) и одной сатс (часть погребальной плиты). Никогда не было сделано подобного ни одному слуге, так как я пользовался расположением его величества, так как я был угоден его величеству, так как его величество полагался на меня».
      1.      Перед нами свидетельство особого расположения фараона чиновнику высокого ранга, которому за заслуги был пожалован гроб, изготовленный из известняка.
      2.      Локализовано место, где добывался известняк и изготавливался гроб – каменоломни Ра-ау близ Мемфиса.
      3.      Мы видим, что гроб прибыл к резиденции чиновника на грузовом корабле в готовом виде: с крышкой, плитой, частью двери, створками.
      4.      Интерес представляет чиновник, носящий титул "казначей бога". По всей видимости, в условиях обожествления фараона, эта должность заключалась в распоряжении ресурсами царской казны, ее сохранности и строгой отчетности. Т.к. гроб Уны строился за счет казанных средств, это потребовало личного присутствия чиновника для учета расходов, что говорит о развитой структуре государственного аппарата.

      «Его величество посылал меня в Ибхат доставить саркофаг «Ларь живущего» вместе с его крышкой и драгоценной и роскошной верхушкой для пирамиды: «Является и милостив Меренра», госпожи. Его величество посылал меня в Элефантину доставить гранитную плиту с нишей вместе с ее сатс и гранитные двери и руит, и доставить гранитные двери и сатс верхнего покоя пирамиды «Является и милостив Меренра», госпожи. Они плыли со мной вниз по Нилу к пирамиде «Является и милостив Меренра» на 6 грузовых и 3 перевозочных судах 8 месяцев и 3…в течении одной экспедиции. Никогда ни в какие времена не посещали Ибхат и Элефантину за одну экспедицию. И чтобы ни было приказано его величеством, я выполнил все согласно всему, что его величество повелел о том».

      1.      Уна по приказу фараона Меренры должен был осуществить экспедицию в каменоломни Нубии и Элефантине у нильских порогов.
      2.      Элефантина являлась удобным опорным пунктом для экспансии на юг. Связь Элефантины с южными областями поддерживалась не только по Нилу, труднопроходимые пороги которого в засушливое время делали его вовсе не судоходным, отсюда вел на юг и сухопутный путь "путь Элефантины", который существовал, вероятно, до VI династии.
      3.      Обращает на себя внимание, что в нубийском Ибхате изготавливался из гранита саркофаг для супруги фараона с навершием для пирамиды.
      4.      И саркофаг, и пирамида носили собственные наименования.
      5.      Мы видим, что саркофаг и элементы гробницы изготавливались в разных местах.
      6.      То, что Уна в течение одной экспедиции посетил столь удаленные друг от друга места говорит о довольно безопасном плавании по Нилу, о чем пишет сам Уна, отмечая, что никогда до него никто не делал этого. Мы не видим упоминания военных судов сопровождения, что говорит о стабильной внутриполитической ситуации в районе нильских порогов на границе с северной Нубией.

      «Его величество посылал меня в Хатнуб доставить большую жертвенную плиту из хатнубского алебастра. Я спустил для него эту плиту в течение всего лишь 17 дней. Я отправил ее вниз по Нилу на этом грузовом судне – я построил ему грузовое судно из акации в 60 локтей длиной и 30 локтей шириной, причем постройка заняла всего лишь 17 дней – в 3-м летнем месяце, несмотря на то, что вода не покрывала еще отмелей. Я причалил благополучно у пирамиды «Является и милостив Меренра». Его величество посылал меня прорыть 5 каналов в верхнем Египте и построить 3 грузовых и 4 перевозочных судна из акации Уауат. При этом правители Ирчет и Меджа поставляли для них дерево. Я выполнил все за один год. Они были спущены на воду и нагружены до отказа гранитом к пирамиде «Является и милостив Меренра».

      1.      Алебастровые каменоломни находились у Ахетатона, где была изготовлена жертвенная плита для храмового комплекса.
      2.      Учитывая, что у египтян локоть равнялся 45 см, длина судна, построенного из нубийской акации равнялась 27 метрам, а ширина 13,5 метра.

      3.      Плита была доставлена в Мемфис в период, предшествовавший разливу Нила.
      4.      В период правления Меренра нубийские области Уауат, Ирчет и Меджа являлись подконтрольными территориями и поставляли не только дерево для строительства судов, но и воинов для войска фараона (в документе упоминалось о приготовлении к войне с бедуинами: Его величество отражал азиатов-бедуинов. Его величество набрал войско из многих десятков тысяч во всем Верхнем Египте, от Элефантины на юге до Афродитопольской области на севере, в Нижнем Египте, в западной и восточной половине Дельты на всем их протяжении, в крепости(?), в крепостях, у нубийцев Ирчет, нубийцев Меджа, нубийцев Има, нубийцев Уауат, нубийцев Каау и в стране ливийцев.) Кроме того, на север Нубии в период VI династии оказывалось давление южнонубийскими племенами, пытались заручиться поддержкой египетских фараонов, заключая с ними союзы. Об этом свидетельствует надпись, обнаруженная в конце XIX в. А.-Х. Сейсом на восточном берегу Нила, немного выше первого порога, о встрече Меренры с вождями северных нубийских племен.

      5.      Построенные суда были нагружены гранитом для облицовки пирамиды.
      6.      Важное значение водного сообщения с Нубией мы видим из задания фараона Уне по устройству каналов в области первого порога. Годичный период, за который была выполнена данная работа свидетельствует о важности проекта и безопасности условий на внешних границах Древнего царства в период строительства, чему способствовала, в том числе, встреча Меренры с северонубийскими вождями.
      7.      Постройка судна для перевозки плиты начиналась с момента отправки рабочих для ее изготовления. На это указывает количество дней (17), которые истекли с момента спуска готовой плиты к Нилу и строительства судна. Т.е, мы видим, что механизм строительства и доставки груза в эпоху Древнего царства был тщательно отлажен.
      Т.о, можно говорить о том, что в период правления фараона VI династии Меренры периода Древнего царства:
      1. Строительство гробниц выдающихся чиновников происходило за государственный счет и подлежало строгому учету выделенных средств «казначеями бога», распорядителями царской казны. Подобный обычай получил развитие с эпохи VI династии.
      2. Гроб и основные части погребения (двери, плиты) изготавливались на месте добычи строительного камня и доставлялись к месту погребения в готовом виде.
      3. Основные места добычи камня имели широкую географию: известняк – близ Мемфиса, гранит – Нубия и Элефантина, алебастр – близ Ахететона.
      4. Гранит для облицовочных плит и готовые части погребального комплекса доставлялись на грузовых речных судах, построенных из нубийской акации, имевших длину 27 м и ширину 13,5 м.
      5. Возможно, пирамида Меренры предназначалась также для захоронения останков его жены, для которых предназначались верхние покои.

      6. Безопасность внешних границ Древнего царства в период правления Меренры подтверждается отсутствием военных судов сопровождения экспедиции Уны в плавании до Элефантины и беспрепятственная постройка сети каналов в годичный период, чему способствовала, в том числе, встреча Меренры с северонубийскими вождями у первого порога, известная историкам.
      7. В период правления Меренра нубийские области Уауат, Ирчет и Меджа являлись подконтрольными территориями и поставляли не только дерево для строительства судов, но и воинов для войска фараона.