Большаков В. А. Царица Тии из самой блестящей эпохи древнеегипетской истории

   (0 отзывов)

Saygo

Примерно в 1386 г. до н. э.1 на египетский трон взошел Аменхотеп III - один из самых могущественных фараонов эпохи Нового царства. Именно при нем Египет достиг пика своего политического влияния и экономического процветания. Походы ближайших предшественников Аменхотепа III, - Тутмоса III и Аменхотепа II, и не только они, способствовали превращению Египта в сильную державу - гегемон на Ближнем Востоке.

Более чем тридцатисемилетнее царствование Аменхотепа III протекало практически в мире и спокойствии. Покоренные и обложенные данью Сирия и Палестина, по-видимому, смирились с египетским господством, во всяком случае, походы египетской армии в Азию прекратились. На южной границе, в Нубии, египтяне также добились стабильности, предприняв туда поход против восставших племен на пятом году правления Аменхотепа III. Египет поддерживал мирные отношения с рядом крупных государств Ближнего Востока - Митанни, Вавилонией и Ассирией.

%C3%84gyptisches_Museum_Berlin_027.jpg

Тия. Скульптура в Египетском музее в Берлине

Queen_Tiye_-_cropped_-_probably_with_her_husband_Amenhotep_III_-_34_louvre_-_egyptarchive.JPG

301px-Memnon_082005_06.jpg

Тия. Фрагмент статуи из заупокойного храма её мужа Аменхотепа III в Фивах, известной как «Колоссы Мемнона»

768px-Memnon_02.jpg

«Колоссы Мемнона»

640px-Inside_the_British_Museum%2C_London_-_DSC04210.JPG

Гранитная голова Аменхотепа III в Британском музее, Лондон

449px-Mummy_mask_of_Yuya.jpg

Отец Тии - Иуйа

449px-Mummy_mask_of_Thuya.jpg

Мать Тии - Туйа

459px-Teje_mus_kairo_2002.png

Скульптура Тийи, найденная в храме Хатхор в Серабит эль-Хадим, Синай. Хранится в Каирском египетском музее

800px-KV35MummiesColor.jpg

Мумии гробницы KV35. Слева мумия Тии, справа мумия KV35YL

Свое внимание Аменхотеп III переносит на строительную деятельность; фараон развертывает обширные строительные работы в храме Амона в Карнаке и в Луксоре, где было построено святилище Ипет-Рес. По поручению фараона архитектор, приближенный и, по-видимому, личный друг царя, Аменхотеп сын Хапу2 возвел на западном берегу Фив в Ком эль-Хеттан заупокойный храм, предназначенный для почитания царского Ка3. Время не пощадило это величественное сооружение; от него остались лишь два исполинских (по 21 метров каждый) привратных колосса Мемнона4, пара гранитных сфинксов из числа украшавших церемониальную дорогу к храму5, большая стела, возвышающаяся среди полей, и ряд внушительных следов, оставшихся от исполинского храма. У ног левого колосса (который лучше сохранился) изображены две женщины - жена и мать фараона: царица Тии и царица Мутемуйа.

О царицах середины XVIII-й династии6 (времени правления Тутмоса III, Аменхотепа II, Тутмоса IV) известно мало. Гораздо больше информации имеется о главной супруге Аменхотепа III, царице Тии. Нельзя сказать с абсолютной уверенностью, способствовало ли этому обстоятельству время правления Аменхотепа III, оставившее значительное количество материальных памятников, но и сама царица, по всей видимости, была выдающейся личностью. К сожалению, работая с египетскими источниками, сколь обильны бы они ни были, мы не можем с достоверной точностью интерпретировать то или иное событие; особенно это относится к индивидуальной характеристике того или иного фараона или царицы, так как тексты, повествующие о них, изобилуют штампами и установленными для этих случаев торжественными формулами. Аналогами же психологических характеристик выдающихся людей, подобных "Жизнеописаниям" Плутарха, древнеегипетская культура никогда не располагала. И, тем не менее, сквозь официальную вереницу титулов можно увидеть то, что называют индивидуальной личностью.

Некоторые крупные события при дворе Аменхотепа запечатлевались по его желанию на сериях больших скарабеев, служивших своего рода памятными "медалями". В распространении этих скарабеев с лаконичными надписями на оборотной стороне, содержащими констатацию того или иного события, египтологи усматривают желание Аменхотепа III оповестить своих подданных об основных событиях своего славного царствования. Благодаря этим скарабеям первые 12 лет правления Аменхотепа III сравнительно хорошо документированы. Во второй серии скарабеев пятого года правления, когда Аменхотепу было примерно 15-17 лет7, повествуется, как принято считать, правда, без твердых фактов, что данное событие произошло именно на пятом году правления женитьбе фараона на девушке по имени Тии.

Долгое время египтологи считали, что Тии не была египтянкой. Для одних, следовавших за Т. Дэвисом, она была дочерью провинциалов, вероятно нубийского происхождения; считалось, что об этом достаточно ясно говорят их мумии. По мнению других, она имела азиатскую кровь своего отца Иуйи, одного из сирийских принцев, взятых в заложники фараоном8. Так, вопреки дошедшим до нас изображениям царицы, фон Биссинг пытался доказать, что Тии была голубоглазой и светлокожей9. Но, несмотря на предположения некоторых египтологов, нет никаких доказательств, что эта царица не была прирожденной египтянкой.

Аменхотеп повелел известить о своей супруге весь окружающий мир. Можно сделать вывод, что он любил Тии и придавал этой свадьбе (или уже заключенному браку) большое значение. Текст на так называемом "свадебном скарабее" гласит: "Царь Верхнего и Нижнего Египта, Небмаатра, сын Ра Аменхотеп, властитель Фив, которому дарована жизнь и великая царская супруга Тии, да живет она! Имя ее отца - Иуйа, имя ее матери - Туйа. Это жена могущественного царя: его южная граница у Карой [в верхней Нубии], северная - у Нахарины [Митанни]"10. Из текста на скарабее видно, что Тии не принадлежала к царскому роду, так как в документе упомянуты родители царицы, которым после их смерти была оказана неслыханная почесть быть похороненными в Долине Царей (KV 46)11. Оставшаяся неразграбленной погребальная утварь из гробницы родителей Тии немногочисленна, но очень ценна.

Так что же известно о происхождении Тии? Отец Тии - Иуйа, был жрецом бога Мина ("отец бога", "пророк бога") в городе Ипу (современ. селении Ахмим в Среднем Египте), где, возможно, родилась будущая царица, и, кроме того, начальником колесничего войска и начальником конюшен ("надсмотрщик лошадей"). Впрочем, нельзя исключать, что последние должности он получил в связи со стремительным возвышением своей дочери. Мать Тии, Туйа, тоже имела отношение к храму бога Мина, поскольку была старшей в земном гареме Мина - то есть в штате жриц при храме.

Тии испытывала большую привязанность к своим родителям, во всяком случае, свои последние годы они провели в почете и достатке при царском дворе, и их имена упоминаются в некоторых царских текстах. При внезапном своем возвышении Тии не забыла и своего брата Анена, хотя на принадлежащей ему статуе в одеянии жреца-сем12, нет никаких свидетельств о родственных отношениях с сестрой. Однако это не означает, что родство с фараоном не сыграло большой роли в его служебной карьере, так как Анен занимал самые высокие должности в иерархии жречества Амона, будучи вторым пророком Амона в Карнаке13.

К сожалению, нам неизвестно, какими критериями руководствовались фараоны, выбирая невесту на роль главной - "великой" - супруги. Поэтому вдвойне интересно, почему Аменхотеп решил жениться на Тии и сделал ее главной женой. Напомним, что в описываемую эпоху египетские властители были полигамны и имели гаремы. При каких обстоятельствах Аменхотеп III узнал о существовании Тии неизвестно, и любая попытка восполнить этот пробел будет относиться к области гипотез. Не исключено, однако, что знакомство фараона с юной Тии произошло, когда Аменхотеп мог быть в Ипу по случаю праздника в честь отождествлявшегося с Амоном Мина - бога этого города. Хотя этот город расположен сравнительно далеко от Фив и очень далеко от Мемфиса, фараон вполне мог посетить его во время путешествия по своей земле.

Какова была внешность царицы? Мы располагаем достаточным количеством изображений Тии в скульптуре и рельефах, чтобы представить себе ее портрет. Она часто изображалась вместе с мужем во все время его правления; притом, на некоторых рельефах она изображена практически одинакового с царем роста, что лишний раз подчеркивает ее положение и влияние при дворе14. Наиболее красивые и тщательно проработанные рельефы с Аменхотепом III и Тии дошли до нас из фиванских гробниц придворных Усерхета (ТТ 47) и Херуефа (ТТ 192). Из скульптурных портретов Тии стоит выделить три изображения царицы, передающие три возраста этой неординарной личности. Египетские художники заботились прежде всего не о передаче сугубо индивидуальных особенностей и психологического мира человека, а об изображении его Ка, то есть чего-то более идеального, чем физическая внешность портретируемого, поэтому неофициальные, черновые, наброски и скульптурные "заготовки" зачастую правдивее передают внешность человека, чем храмовые и гробничные произведения15.

Первый из избранных нами портретов царицы представляет, по-видимому, Тии в молодости (Египетский музей в Турине, N694). Она предстает в образе богини Исиды - Хатхор, богини материнства и магии, любви и сексуального вожделения, веселья и музыки. Нежное, округлое лицо Тии с легкой улыбкой на устах, полуприкрытыми миндалевидными глазами как и вся ее характерно идеализированная точеная фигура блестяще передают чарующую и двоякую суть великой богини. В частности, интересно отметить, что эта базальтовая статуя происходит из города Коптоса, где, так же как и в Ипу, почитался Мин, супругой которого по местным воззрениям и была Исида. Статуя же Исиды - Тии, если не была культовой, то, скорее всего стояла именно в этом храме.

Другое изображение Тии - одно из самых известных; это маленькая головка из стеатита (Каир JE 38257), найденная Ф. Питри в святилище Серабит-эль-Хадим на Синае, где тоже почиталась Хатхор. Эта головка более портретна, чем предшествовавший экземпляр и, возможно, показывает Тии зрелой женщиной. Перед нами сложная и незаурядная натура: то же округлое лицо, полноватые чувственные губы, маленький подбородок и пристальный взор "слепых" каменных глаз. На голове надет головной убор, свойственный царицам второй половины XVIII династии - сложный парик со множеством коротких локонов и короной на нем. Глядя на это лицо, невольно складывается впечатление о царице как о властолюбивой и надменной женщине.

Третий портрет Тии, обнаруженный в Мединет-Гурабе (близ оазиса Фаюм), - тоже небольшая головка из ценного эбенового дерева. Сейчас она хранится в Берлинском музее Шарлоттснбург (N 21834) и является гордостью этого музея наряду с всемирно известным бюстом Нефертити. Этот деревянный портрет Тии в пожилом возрасте - бесспорно, самое впечатляющее из всех ее изображений. Черты лица царицы резки, излучают непреклонную волю и решимость, вместе с тем заключают в себе нечто отталкивающее, а общее впечатление энергичности усиливается вследствие вставных инкрустированных глаз. Советский египтолог- искусствовед М. Э. Матье назвала этот портрет Тии "потрясающим по глубине характеристики"16. Впрочем, есть все основания полагать, что этот потрет был создан уже в эпоху правления Эхнатона (1350-1334), когда в искусстве утвердился новый, более реалистический стиль изображений.

На наш взгляд, хотя Тии и не была красивой женщиной, тем не менее все правление своего державного супруга занимала первенствующее положение подле него. Любил ли Аменхотеп Тии или же просто привык делить с ней тяготы правления - загадка. В любом случае, в надписях и изображениях Тии нередко появляется в образе "золотой" богини Хатхор, впрочем, в этом закономерно видят результат новой религиозной политики Аменхотепа III, а не личную прихоть царицы. Значимость женщин, окружавших фараона, напрямую зависела от их взаимоотношений с ним.

В серии рельефов в гробнице вельможи, управителя Тии, Херуефа, запечатлевших церемонию праздника Хсб Сед, знаменовавшего ритуальное обновление сил правящего фараона, Тип выступает в качестве жрицы богини Хатхор. Одним словом, царица участвовала в ритуале возрождения божественной силы фараона. Суть этого праздника, полного еще неразгаданных и непонятных моментов, заключалась в обновлении сил царя, который гарантировал Египту порядок, противопоставляемый "хаосу" чужеземных государств и плохих разливов17. В той же гробнице Херуефа текст гласит: "она находится в свите Твоего Величества и подобно Маат следует за Ра". Как Маат царица воплощала нерушимую гармонию космоса. Ритуальная роль Тии была велика. Стремясь закрепить идею божественной царской пары, Аменхотеп III построил в глубинах Нубии (на территории нынешнего Судана) два храма в Солебе и Седеинге. "Нубия давно была ареной экспансии Фив. Фараоны XVIII династии стремились распространить и закрепить свою власть в Нубии. Наряду со строительством крепостей шла и постройка храмов, главным богом которых был провозглашен фиванский Амон"18. Эти храмы даже в большей степени чем культовые места как таковые, должны были продемонстрировать могущество египетских богов, и значимость самого фараона. Храм в Седеинге был напрямую посвящен обожествленной Тии. Он и назывался "Хут Тии", то есть "Храм Тии". Согласно египетской мифологии царица почиталась в этом храме как око Ра - Хатхор-Тефнут19. Храм фараона в Солебе и царицы Тип в Седеинге воплощали теологию своей эпохи: фараон и его супруга - божественная пара - земное воплощение Ра и Хатхор.

Но значение Тии было большим, чем чисто религиозное. Царица участвовала во всех примечательных событиях государства. Она порой перенимает иконографию фараонов, например, в ее храме в Седеинге она изображена в виде сфинкса, а в гробнице Херуефа имеется сюжет (правда, неброский), где Тии опять же в образе сфинкса терзает врагов Египта. И хотя сфинкс не являлся необычным мотивом в древнеегипетском искусстве, это был первый случай изображения царицы-супруги в типично царской (мужской) роли.

О Тии было сказано, что она "возглавляла Верхний и Нижний Египет". Очевидно, царица была хорошо осведомлена о государственных международных делах своего мужа. В письме, адресованном сыну Аменхотепа III Аменхотепу IV от царя Митанни Тушратты (одно из писем было адресовано непосредственно Тии)20, говорится: "Тии, твоя мать, знает все слова, которыми мы обменялись с твоим отцом. Никто, кроме нее, их не ведает, только от нее ты можешь их узнать"21. Это послание - часть так называемого "амарнского архива", состоящего из дипломатической переписки Тутмоса IV, Аменхотепа III и Эхнатона. Письма эти написаны не по-египетски на папирусах, а клинописью на глиняных табличках по-аккадски - на международном языке тех времен, когда Египет являлся едва ли не самой великой державой на Ближнем Востоке.

Одной из форм дипломатии было заключение брачных союзов между Египтом и этими государствами. Аменхотеп III активно поддерживал эту традицию: женился на царевнах Митанни и Вавилона исключительно в одностороннем порядке и отказывал в присылке египетских царевен взамен. Такие отказы он высокомерно мотивировал тем, что "египетская царевна никому не может быть отдана"22.

Очередной выпуск памятных скарабеев от десятого года правления увековечил женитьбу Аменхотепа III на прибывшей в Египет митаннийской царевне Гилухипе. Положение Тии нисколько не пошатнулось. Гилухипа была далеко не единственной чужеземной женой Аменхотепа III; более того, Тии даже упомянута рядом с именем мужа в сообщении об этой новости. Властительная царица не боялась конкуренции со стороны девушки, прибывшей чуть ли не заложницей к египетскому двору и, возможно, даже не знавшей египетского языка. Через некоторое время гарем Аменхотепа III пополнился еще одной митаннийской принцессой - Тадухипой.

Что касается гарема, то он управлялся специальной администрацией, во главе которой стояла "великая царская супруга", - в данном случае Тии, скорее всего хорошо осведомленной о всех делах, происходящих в гареме. Египетский гарем (по-египетски "хенерет", то есть "сокрытое место") не был тождествен гарему мусульманского типа. Египетский гарем управлялся мужчинами - чиновниками (не евнухами!) и был не просто отдельным местом во дворце, а самостоятельным хозяйством с собственным имуществом и земельными владениями. Сохранившиеся документы свидетельствуют, что гарем располагал мастерскими, службами, охотничьими и рыболовными угодьями, как это известно на примере гарема Мер-Ур близ Фаюмского оазиса (соврем. Мединет эль-Гураб). Разумеется, женщины гарема должны были быть готовы к приему фараона, но, видимо, не все они удостаивались этой чести; даже сестра вавилонского царя Кадашман Энлиля, очевидно, не пользовалась вниманием фараона Аменхотепа III, поскольку ее царственный брат выражал в одном письме обеспокоенность ее судьбой.

Предполагается, что дамы из гарема кроме ритуалов в честь Амона, Хатхор и Бастет занимались изготовлением тканей. В гарем же отдавали на воспитание своих детей не только побочные жены фараона, но и его главная супруга, там же в политических целях воспитывались и дети чужеземных царевен.

Кроме гарема в ведении Тии находилось собственное относительно обособленное хозяйство, тоже управляемое чиновнической администрацией царицы. Такое хозяйство фараон обычно даровал своей главной супруге, остальные жены проживали, как правило, в гареме.

На одиннадцатом году правления Аменхотепа III он преподнес Тии подарок, поистине соответствующий такому могущественному владыке. За 15 дней было выкопано искусственное озеро размером около 2 километров на 400 метров. Только египтянам с их высокой организацией труда был под силу такой масштаб работ! По случаю открытия озера фараон с Тии наслаждался катанием в царской ладье, названной "Атон Сияющий", что, впрочем, носило больше ритуальный характер. Значение упомянутого бога стремительно возрастет через несколько лет при Аменхотепе IV (Эхнатоне), который в будущем объявит Атона единственным богом всего Египта, совершив свой знаменитый солнцепоклоннический переворот. Это рукотворное озеро располагалось на западном берегу Нила, по-видимому, в районе Джаруха близ родного города Тии Ипу (Ахмима).

Примерно на 30 году царствования Аменхотеп и Тии переехали со всем двором во дворец Малькатта, располагавшийся на западном берегу Фив. Одной из характерных особенностей этого дворцового комплекса было большое искусственно созданное озеро Биркет-Абу. Ритуальное плавание по этому озеру было включено в церемонию царских праздников Сед. По берегу озера возвели целый ансамбль светских и религиозных помещений, который назывался "Дом Радости" (Пер-Хаи), занимавший территорию в 226 800 квадратных метров. "Дворец почти полностью разрушен, но и то немногое, что сохранилось, может убедить зрителя, что это самый роскошный из всех дворцов Египта. Здесь царят яркие краски и преобладает натуралистический декор. От пышных дворцов Нового царства остались одни развалины: построенные из кирпича, а не из камня, они не предназначались для вечности"23.

Вероятно, именно в этом дворце фараон справлял свои три праздника Сед 30, 34 и 37-ого годов правления. Однако пышные ритуалы и обильные жертвоприношения не помогли преодолеть Аменхотепу какую-то тяжелую болезнь, и на 38-м году своего царствования владыка Египта присоединился к богам. Не исцелила фараона и богиня Иштар Ниневийская, статую которой послал в Египет митаннийский царь Тушратта. Тии как истинная супруга была рядом с Аменхотепом до конца его дней. Так, на одной небольшой известняковой стеле, хранящейся в Британском музее (А 57399), Тии изображена рядом с мужем сидящими перед жертвенным столиком. Фараон, хотя и одетый в пышное одеяние, выглядит немощным и больным человеком. Над супругами помещен солнечный диск Атон - символ новой эпохи - царствования Эхнатона.

Кроме Аменхотепа IV (Эхнатона), старший брат которого - принц Тутмос умер (он первоначально и был потенциальным наследником), у Тии было несколько дочерей: Сатамон, Хснуттанеб, Исис и Небетах. Самая младшая, Бакетатон, родилась уже после смерти Аменхотепа III, на двух старших се сестрах, Исис и Сатамон, фараон женился сам, что, видимо, было продиктовано какими-то внутридинастическими соображениями. Особенно часто на памятниках упоминается имя Сатамон, которая титулована "великой царской супругой", но, так или иначе, к моменту смерти Аменхотепа III и наследник, и Сатамон не могли править без влиятельной поддержки. Существует предположение, что некоторое время Египет управлялся по советам Тии, весьма сведующей в государственных делах. В конечном счете, на смену блистательной паре Аменхотепа III и Тии пришли Эхнатон и Нефертити. Сатамон же либо умерла, либо была отстранена от власти.

Тии пережила мужа самое большее лет на двенадцать - в почете и рядом с сыном-фараоном. Когда Эхнатон построил во славу Атона по своему вкусу новую столицу (Ахетатон), Тии бывала и в ней. Очевидно, Тии не противилась переменам, осуществляемым сыном, выступая связующим звеном между Фивами и Ахетатоном. Во всяком случае, будучи посвященной в государственные секреты, Тии должна была понимать значение религиозной реформы Эхнатона.

Посещение Тии Ахетатона на двенадцатом году правления сына стало поводом для пышной встречи и пира. Торжественное событие было запечатлено на рельефах в гробнице вельможи двора Тии в Ахетатоне Хуиа24. Тии не только наслаждалась гостеприимством в роскошном дворце фараона, но и посетила в сопровождении Эхнатона храм Атона. Царица была окружена великим почетом, но ее наверняка волновали тревожные сведения из Азии, где возникли угрозы египетскому влиянию. Эхнатон, целиком занятый борьбой с фиванским жречеством Амона, враждебной знатью и утверждением в стране нового бога, то ли не хотел, то ли не мог заниматься поддержанием авторитета Египта в Сирии и Палестине. Однако Тии уже не могла помочь сыну, поскольку на двенадцатом году его правления умерла. Это скорбное событие произошло, по- видимому, в Ахетатоне, или в гареме Мер-Ур в Фаюме. Для захоронения тело Тии отвезли в Фивы.

Хотя в великолепной усыпальнице Аменхотепа III в Долине Царей (WV 22) для царицы было приготовлено отдельное помещение, все же Тии, погребли не в ней, несмотря на то, что в этой гробнице в ходе раскопок обнаружили ушебти25 Тии и предметы, помеченные се именем. Предположение приводит нас к загадочной гробнице KV 55 в Долине Царей - скромной усыпальнице, лишенной всякого декора, которая была обнаружена в 1907 году Т. Дэвисом и Э. Р. Айртоном26. По поводу того, кто и при каких обстоятельствах был похоронен в этой загадочной гробнице, выдвигалось множество вариантов27, большинство из которых весьма гипотетичны. Однако наличие в усыпальнице KV 55 погребальных предметов, связанных с Аменхотепом III и Тии, говорит в пользу того, что маленькая гробница могла быть местом первоначального захоронения царицы. Что касается самой мумии Тии, то ее предположительно идентифицируют с так называемой мумией "пожилой женщины", извлеченной В. Лоре в 1898 году из тайника KV 35. Насколько верна эта гипотеза, покажет время, в любом случае остается фактом, что Тии занимает одно из важных мест в древнеегипетской истории.

Примечания

1. По хронологии CLAYTON P. Chronicle of the Pharaohs. Lnd. 1994.

2. Выдающийся зодчий и знатный сановник, Аменхотеп сын Хапу, занимал исключительное место при Аменхотепе III. В эпоху Птолемеев он почитался как великий мудрец и был обожествлен наравне с великим Имхотепом - строителем первой в Египте каменной пирамиды. Греки приписывали ему свойства целителя и священные труды, а его культ справлялся в часовне, устроенной в храме Хатшепсут в Дейр-эль-Бахри.

3. Ка - одно из фундаментальных понятий древнеегипетского религиозного мировоззрения. Существуют разные интерпретации этого термина, однако его принято переводить как "двойник" (в иероглифической письменности Ка изображался в виде двух воздетых рук). Ка, рождавшийся вместе с человеком, был его точным подобием. Бог-творец Хнум лепил на гончарном круге человека и его Ка. После физической смерти человека Ка не погибал, но для продолжения его существования было необходимо сохранение тела умершего (мумия) и жертвоприношения. Боги и фараоны имели несколько Ка; существовал культ царского Ка. О Ка см. БОЛЬШАКОВ А. О. Человек и его двойник. Изобразительность и мировоззрение в Египте Старого царства. С.-Пб. 2001.

4. В римскую эпоху истории Египта один из поврежденных землетрясением колоссов стал издавать на заре звук, напоминавший пение. По распространенному тогда мнению так приветствовал свою мать зарю (Эос) сраженный под знаменитой Троей герой Мемнон, с которым были отождествлены эти колоссы. После предпринятой при императоре Септимии Севере реставрации "поющего" колосса, статуя умолкла навсегда. Считается, что звук ( "пение") вызывался температурными перепадами воздуха в трещинах в камне.

5. Эта пара великолепных сфинксов из розового гранита украшают сейчас набережную Невы напротив Академии художеств в Санкт-Петербурге.

6. Исключение составляет дочь фараона Тутмоса I царица Хатшепсут, ставшая фараоном.

7. См. BERMAN L. М. The Art of Amenhotep III: Art Historical Analysis. Cleveland. 1987, p. 2-3.

8. Amenophis III Ie Pharaon-Soleil. Reunion des Musees Nationaux. P. 1993. p. 17. 9- BISSING Fr. W.v. Die blauaugige Konigin Teje. - Zeitschrift fur agyptische Sprache und Altertumskunde. 73. 1937, s. 123-124.

10. CABROL A. Amenhotep III Ie magniflque. Monaco. 2000, p. 95.

11. Эта необычная гробница была открыта египетской службой древностей при поддержке Т. Дэвиса в 1905 г. См. DAVIS Т. М. The Tomb of louiya and Touiyou. Lnd. 1907; OUIBELL J.E. The Tomb of Yuaa and Thuiu. Cairo. 1908.

12. Категория древнеегипетских жрецов. Внешней отличительной особенностью жреца-сем была леопардовая шкура. Жрец-сем играл важную роль в погребальном ритуале.

13. HELCK W. Anen, Lexicon der Agyptologie. I, col. 270. Wiesbaden. Amehophis Ie Pharaon-Soleil., p. 210-11, cat. 431.

14. В египетском изобразительном искусстве издревле согласно художественным канонам социальный статус человека передавался с помощью масштаба. Так, например, по сравнению с фараоном вельможи изображались почти вдвое меньше его, а слуги выглядели просто лилипутами. Даже члены царской семьи, за редким исключением, никогда не превышали по росту царского бедра.

15. Известное исключение из этого фактически постоянного правила представляет так называемое амарнское искусство при фараоне Эхнатоне и его преемниках.

16. МАТЬЕ М. Э. Искусство Древнего Египта. М.-Л. 1961, с. 387.

17. О Хеб Седе см.: МАТЬЕ М. Э. Хеб Сед (Из истории древнеегипетской религии). - Избранные труды по мифологии и идеологии Древнего Египта. М. 1996.

18. МАТЬЕ М. Э. Искусство Древнего Египта, с. 301.

19. LECLANT J. Soleb et Sedeinga. - Amenophis III. Connaissance des Arts, n. 36. P. 1993, p. 40- 46.

20. VANDERSLEYEN С. L'Egypte et la vatlee du Nil. T. 11. De la fin do l'Ancien Empire a la fin du Nouvel Empire. P. 1995. p. 397- 398.

21. CABROL A. Op cit., p. 101.

22. Это был ответ Аменхотепа III Кадашману Энлилю на его просьбу прислать в жены дочь фараона. См. MORAN W.L. Les Lettres d'EI-Amarna. P. 1987, р. 59-69.

23. ЖАК К. Египет великих фараонов. М. 1992, с. 176.

24. См. DAVIES N. de G. The Rock-Tombs of EI-Amarna III. The Tombs of Huya and Ahmes. Archeological Survey of Egypt 15. Lnd. 1905, pi. IV, VI. Vlll, IX.

25. Ушебти (дословно - "ответчики") - статуэтки, которые помещали в гробницы более или менее состоятельных лиц. Это - фигурки слуг умершего.

26. DAVIS Т. М. et al. The Tomb of Queen Tiyi. Lnd. 1910.

27. См., например, Перепелкин Ю. Я. Тайна золотого гроба. М. 1969.




Отзыв пользователя

Нет отзывов для отображения.




  • Категории

  • Файлы

  • Темы на форуме

  • Похожие публикации

    • "По велению бога Халди Аргишти, сын Менуа, говорит: город Еребуни я построил..."
      Автор: Неметон
      Из летописи царя Аргишти I (Хорхорская летопись):
       «...По велению бога Халди Аргишти, сын Менуа, говорит: город Еребуни я построил для могущества страны Биайнли и для устрашения вражеской страны. Земля была пустынной, и ничего там не было построено. Могучие дела я там совершил, 6600 воинов стран Хате и Цупани я там поселил...».

      Памятная стела Аргишти о закладке Еребуни
      Сооружая крепость, Аргишти окружил холм площадью 6 га мощной стеной. Основание фундамента в виде огромных каменных глыб было положено на монолитную базальтовую скалу. Над ними воздвигли 2-х метровый цоколь из хорошо отесанных каменных блоков и поставили 7-ми метровую стену из кирпича-сырца. Через каждые 8 м стену укрепляли 5-ти метровые контрфорсы, выдающиеся на метр, а на выступах скалы стена была усилена каменными башнями.

      Урартские воины на шлеме Сардури
      Главный вход в крепость находился на южном, наиболее пологом склоне холма. От подножия вверх шла широкая извилистая мощеная дорога, переходящая в пандус, а затем в 15-ти ступенчатую лестницу. Вход охранялся надвратными башнями.Справа от входа над каменным основанием стены возвышалась плита с надписью о названии города. Через ворота входили на выложенную мелкой галькой площадь, на которую были обращены фасады трех наиболее значимых зданий города: храма, дворца и хозяйственного помещения.

      Храм Халди в Еребуни
      Храм расположен с западной стороны площади. Перекрытия зала поддерживали деревянные колонны, стоящие на квадратных каменных плитах. Росписи на стенах прославляли подвиги царя, а потолок украшали золотые звезды на синем небосводе. Вдоль стен шла глинобитная скамья с порлукруглым выступом. С южной стороны скамьи был 3-х ступенчатый выступ длиной 3 м, служивший алтарем. Остатки густой копоти на стене и угля на алтаре свидетельствуют о приношении жертв богу войны Халди и его супруге Арубани. Для храма Халди в Эребуни были изготовлены найденные в Тейшебаини бронзовые щиты. В полу храма был устроен водоотвод, имеющий выход к западной стене. Сток для дождевой воды во дворе обложен базальтовыми плитами и перекрыт хорошо отесанными бревнами. С западной стороны храма находилось парадное помещение, пол которого был покрыт маленькими деревянными дощечками, а стены украшены росписью.С южной стороны к залу храма примыкала прямоугольная башня, предположительно имевшая форму и назначение зиккурата.

       С северной стороны на площадь выходил т. н дворцовый комплекс, который в совокупности культовыми сооружениями, жилыми и хозяйственными помещениями составлял «эгал», т.е дворец-крепость.Центром дворца был перистильный двор, окруженный поставленными на базальтовую основу 5 деревянными колоннами с продольной стороны и 4 - с поперечной. Под полом двора был проложен водосток. С левой стороны от входа — помещение стражи. Стены зала для приемов с плоским деревянным перекрытием покрывали яркие росписи и ковры, державшиеся на специальных гвоздях — зиггатти. В соседних помещениях хранилось вино в 11 глинянных сосудах емкостью по 600л каждый. Особое место в планировке дворца занимал колонный зал для приема гостей, стены которого были тщательно выбелены, а пол покрыт серо-голубой обмазкой.

      Перистильный двор в Еребуни
      С западной стороны ко дворцу примыкал храм Суси. Храм освещался верхним светом через отверстие в потолке, служившее одновременно вытяжкой дыма от жертвенника. Дверной проем обрамлен плитами с надписями: «Богу Иуарше этот дом Суси Аргишти, сын Менуа, построил. Аргишти говорит: земля была пустынной, ничего там не было построено. Аргишти, царь могущественный, царь великий, царь страны Биайнили, правитель Тушпа-города».

      Храм и урартские жрецы из Алтын-Тепе
      (Бога Иварши нет ни в урартском, ни переднеазиатском пантеоне, но царь именно ему посвятил храм в своей цитадели. В одной из хеттских надписей из Хатусассы при перечислении жертвоприношений с культовыми формулами на лувийском языке упоминается божество Иммаршиа. Лувийцы во времена строительства Эребуни были одной из основных этнических групп Малой Азии, живших в Северной Сирии в областях, откуда Аргишти вывел упоминающихся в Хорохорской летописи 6600 пленных жителей Хати и Цупани. В лувийском тексте слово, адекватное имени бога Иммаршиа, стоит рядом с идеограммой бога Тешубы, эпитетом которого является «небесный», применяемый урартами к Халди. Возводя в цитадели храм лувийскому божеству неба, Аргишти отождествлял его с Халди, что должно было способствовать ассимиляции этого народа).
      Представление об устройстве зернохранилища дает обнаруженное на северном склоне холма помещение. Его пол, сложенный из небольших камней и выстланный слоем гравия 5 см, был покрыт рубленой соломой и расположен на высоте 30 см от скалистого основания, что придавало ему гигроскопичность и предохраняло от сырости. Стены кладовых для вина были сложены из кирпича-сырца. Во избежании сырости пол выкладывали галькой, утрамбовывали и обмазывали известью. Свет исходил от глинянных светильников. На возвышении обнаружен очаг, напоминающий «тандыр». Наиболее крупным хозяйственным помещением была карасная (карас — сосуд для хранения зерна и вина) кладовая, примыкающая к центральной площади с восточной стороны. Стены кладовой имели каменное основание высотой 3 м, поверх которого лежала кирпичная кладка. Перекрытия поддерживали деревянные колонны, стоявшие на базальтовых основаниях круглой формы с надписями: «Аргишти, сын Менуа, этот дом построил». В глинобитный пол зала было вмонтировано ок. 100 карасов.

      Кладовая для вина в Тейшебаини
      Начиная с 1968 года в Эребуни выявлена густая сеть домов, вплотную прилегающих друг к другу. Почти все они, согласно ближневосточной традиции, выходили на улицу глухими стенами, а фасады были обращены во внутренние замкнутые дворы, обрамленные со всех сторон различными помещениями. Дома имели каменные основания из 1-2 рядов камней, поверх которых стояли сырцовые стены, покрытые глинянной обмазкой и побеленные, полы были утрамбованы и тщательно обмазаны. Внутренние дворики вымощены мелкой галькой. Плоские, сделанные из жердей и тростника перекрытия опирались непосредственно на стены (иногда ставились дополнительные опорные деревянные столбы).
      Встречаются дома другого типа: в северной части города находился дом, к стене которого, выходящей во внутренний двор, примыкали расположенные на равном расстоянии друг от друга три туфовые круглые базы, на которых стояли деревянные столбы,поддерживающие навес.  В центре поселения было открыто интересное сооружение неизвестного назначения: оно квадратной формы со стороной основания 8 м, пол вымощен туфовыми плитами; между ними на расстоянии 2,25 м от северной стены врыты 4 базальтовые круглые базы диаметром 60 см. Каждый дом имел жилые и хозяйственные помещения.  Вполне возможно, что эти строения повторяли форму сооружений, в которых переселенцы покоренных Урарту стран проживали ранее.

      Двор жилого дома в Тейшебаини
      Кроме переселенцев, в городе проживали и коренные жители Араратской долины. Их жилища сооружались не насыпном грунте, а на материковой скале, предварительно выравненной. Здания возводились из необработанного камня и глины с примесью щебня, и дерева. Полы покрывались глиной и обмазывались известью. Плоские перекрытия состояли из жердей и циновок. Внутренние стены обмазывались глиной и известью.

      Предполагаемый внешний вид казармы урартов
       В целом, фортификационные сооружения урартов находят немало параллелей в аналогичных постройках хеттов (мощные контрфорсы, выступающие вперед башни). В захваченных крепостях уратры, подобно ассирийцам (Саргон II в Анаду) оставляли гарнизоны — Сардури в Дурубани, Менуа — в стране Мана. Основание городов, а также больших и малых крепостей было связано с выбором территории, пригодной для этого. В летописи Саргона II таким критерием являлась зрительная видимость сигнальных огней. Известно также сооружение отдельных башен.Из открытых раскопками военных городов Урарту наиболее прмечательными были Бастам, Зернаки-Тепе и Эребуни. Бастам был основан Русой I в VII в до н.э и в его застройке выделяются три участка — цитадель, жилые кварталы и постройки военного назначения: казармы (археологически постройки подобного типа неизвестны, но на высотах Топрак-Кале обнаружены рельефные изображения 3-х этажного здания на бронзовой пластине, возможно, казармы, аналогичное зданию в Бестаме), конюшни, места стоянок боевых колесниц, храм войскового гарнизона, двор, служивший плацем, с примыкающими к нему конюшнями (аналогичный комплекс обнаружен в Мегиддо). Зернаки-Тепе представлял из себя, по-сути, военный лагерь, с единым типом домов для всего города и четкой планировкой улиц. Город мог вмещать до 7 тысяч человек и имел в наличии конюшни и места для боевых колесниц. Известны также укрепленные военные лагеря. Крепость с эллипсовидным планом у Маранды, которую идентифицировали как военный лагерь урартов (В. Клейс) VIIIв до н.э, некоторые исследователи (К.Л. Оганесян) считали обычным ассирийским военным лагерем, сходным с лагерем Синаххериба с рельефа в Куюнджике, который использовался войсками Саргона II в 714 г до н.э. во время похода в Урарту на месте боя за Улху (ныне Маранд, Иран). Важно отметить, что ассирийский военный лагерь характерен для равнинных пространств, а урартский, примыкая к горной высоте, использовал топографические возможности (цепочки наблюдательных башен для зажжения сигнальных огней при приближении неприятеля).  Насколько непреступными были урартские крепости, можно судить по ассирийской летописи Тиглатпаласара III (745-727 гг до н.э):« ...Я запер Сардури Урартского в его городе Турушпе и учинил большое побоище перед его воротами». Взять крепость штурмом ассирийцы так и не смогли...

      Участок стены Еребуни





       
       
    • Флудилка о Китае
      Автор: Dezperado
      Я вижу, что под огнем моей критики вы не нашли ничего другого, как закрыть тему. Ню-ню.
      Провалы в памяти, они такие провалы! Я же вам уже указал, что Фу Вэйлинь дает данные по численности китайских подразделений, и на основании их и реконструирует общую численность китайских войск. Но я вижу, что вы так и не нашли эти данные. Это численность вэй и со. А их надо корректировать  другими данными, а не слепо им следовать.
      Да, давайте выкинем Ваши не на чем не основанные расчеты в топку. Я опираюсь на работы по логистике Дональда Энгельса и Джона Шина, в отличие от Вас, который ни на что вообще не опирается. 
      А китайский обоз в эпоху Мин формировался из верблюдов? Даже когда армия формировалась под Нанкином? А можно данные посмотреть?
      То есть никаких расчетов по движению китайских 300-тысячных армий у Вас нет. Что и требовалось доказать. Итак, 300-тысячных армий нет в природе и логистических обоснований их движения тоже нет.
      И да, радость у Вас великая! Я же Вам говорил, что с листа переводить династийные истории нельзя. А вы перевели Гу Интая, сверив с "Мин ши", и решили, что в "Мин ши" ничего нет. А в династийных историях все подробности спрятаны в биографиях, а Вы смотрели только "Основные записи".
      Ну а я посмотрел биографии тоже. И нашел, наконец-то то нашел, что искал. Ключ к критике китайской историографии средствами самой китайской историографии. Кто хочет, сам может найти.
      Далее, я нашел биографию Ли Цзинлуна, что было сложно, так как она спрятана в биографию его отца. И там есть замечательные фразы! Да! Например, цз.126 : 乃以景隆代炳文为大将军,将兵五十万北伐 . То есть "Тогда вместо Гэн Бинвэня назначили Ли Цзинлуна дацзянцзюнем, который, возглавив 500 тысяч солдат, направился походом на север". То есть у Ли Цзинлуна уже в Нанкине было 500 тысяч солдат! И далее говорится, что после объединения с армией У Цзэ  合军六十万, т.е. "объединенного войска было 600 тысяч человек". То есть вам теперь не надо больше доказывать, что 300-тысячное войско могло дойти от Нанкина до Дэчжоу. Надо доказывать, что дошло 500-тысячное войско. Ну и найти верблюдов в Цзяннани.
      Мое сообщение опирается на источники и исследования? Более чем.
      Это Вы про минский обоз из верблюдов?
    • Численность войск в период Мин (1368-1644) 2
      Автор: Чжан Гэда
      Тема про численность минских войск - часть 2.
      В этой теме будут сохраняться только те сообщения, которые опираются на источники и исследования.
    • Описания древних сражений и оценка их достоверности
      Автор: Lion
      Ну чтож, с позволения модератора список на вскидку:
      1. Битва на Каталаунских полях 451 - 500.000 у Атиллы всех и вся и несколько сот тысяч у римлян с союзниками,
      2. Битва под Гератом 588 - минимум 82.000 Сасанидов против 300.000 тюрков,
      3. Первый крестовый поход 1096-1099 - из Константинополя вышел в путь армия в 600.000 воинов, к Антиохии дошли 300.000 человек, к Иерусалиму - 100.000,
      4. Анкара-1402 - 350.000 Тимуриды против 200.000 османов,
      5. Аварайр-451 - 100.000 армян против 225.000 Сасанидов,
      6. Катаван-1141 - 100.000 сельджуков Санджара против 300.000 Кара-киданей,
      7. Дарбах-731 - 80.000 арабов против 200.000 хазаров,
      8. Походы Ильханата против мамлюков - у Газан-хана было до 200.000 воинов.
      9. Западный поход монголов 1236-1242 годов - 375.000,
      10. Западный поход монголов 1256-1262 годов - до 200.000,
      11. Битва у Мерва 427 года - эфталиты 250.000,
      12. Исс 333 - персы 400.000,
      13. Гавгамелла - персы 250.000,
      14. Граник - персы 110.000,
      15. Поход Буги на Армению 853-855 годов - 200.000,
      16. Поход селджуков на Армению 1064 года - 180.000,
      17. Битва у Маназкерта 1071 года - 150.000 сельджуков против 200.000 имперцев,
      18. ... Список можно долго продолжить.
    • Граф М. Т. Лорис-Меликов и его "Конституция"
      Автор: Saygo
      Мамонов А. В. Граф М. Т. Лорис-Меликов: к характеристике взглядов и государственной деятельности // Отечественная история. - 2001. - № 5. - С. 32 - 50.