Sign in to follow this  
Followers 0

Кушанское царство: от княжества тохаров к империи Канишки

   (0 reviews)

Неметон

История Кушанского царства, возникшего на осколках Греко-Бактрийского царства, достаточно скудно освещена в источниках. Отсчет своей истории оно ведет от объединения сложившихся на территории Бактрии и Согдианы тохарских и сакских княжеств под властью одного из князей по имени Герай, принадлежавшего к племени (или роду) кушанов. Дальнейший рост этого небольшого владения Герая привел в конечном итоге к созданию огромной Кушанской державы.

da-uedji.jpg.2287392f52015e950dbe78df20b

Племенное объединение, известное из китайских летописей как да-юэчжи («тохары» в античных документах) возникло во II-I тысячелетиях до нашей эры в восточных районах Центральной Азии, к северо-западу от Древнего Китая. Предположительно да-юэчжи были представителями индоевропейских народов, наиболее далеко продвинувшимися на восток. Во всяком случае, тохарский язык считается индоевропейским, предположительно иранским. На принадлежность к индоевропейской семье косвенно указывают и таримские мумии, обнаруженные в Синьцзян-Уйгурском автономном районе и соседних областях и имеющие черты представителей европеоидной расы.

Первоначальное местоположение княжества кушанов точно не известно. Первое и единственное сообщение о том, как и когда возникло Кушанское царство, встречается в «Истории Младшей династии Хань: «Когда Дом Юэчжи был уничтожен гуннами, то он переселился в Бактрию, разделился на пять княжеских домов... По прошествии с небольшим ста лет кушанский князь Кюцзюкио покорил прочих четырех князей и объявил себя государем под названием кушанского». Но содержащееся в хронике хронологическое указание слишком неопределенно: неясно, отсчитывать ли эти «с небольшим сто лет» от первого столкновения даюэчжей с Греко-Бактрией (оно произошло до 128 г. до н. э.) или от их переселения на юг от Амударьи и полного покорения Бактрии (т. е. во всяком случае после 128 г. до н. э., но, возможно, и после 25 г. н. э.). Нет твердых привязок к нашему летосчислению и во всей последующей истории Кушанского царства. Расхождение между датами, которые разные исследователи предлагают для одного и того же события, составляет (если брать крайние точки зрения) двести лет. Каждый год приносит все новые материалы, но проблема кушанской абсолютной хронологии пока остается спорной и ожидает своего решения)

Знаменитый древнекитайский историк Сыма Цянь также сообщает о том, что в 70-х годах II века до нашей эры да-юэчжи потерпели сокрушительное поражение от кочевавших по соседству племен хунну. Вождь да-юэчжи был убит, и из его черепа хунну сделали чашу, из которой их вожди пили вино в особо торжественных случаях (например, при заключении мира с китайцами в 47 году до н. э). Китайский путешественник Чжан Цянь писал, что к западу от да-юэчжи располагалась Парфия, а к югу – Бактрия. Границей между да-юэчжи и этими двумя царствами служила Амударья. В то время войско да-юэчжи насчитывало 100-200 тысяч воинов, и в конце II в до н.э. они представляли серьезную угрозу для обоих этих царств. После поражения да-юэчжи были вынуждены двинуться на запад. Через Ферганскую долину они прошли в Среднюю Азию и, одержав победу над Бактрией, захватили большую часть земель к северу от Амударьи.

Китайские известия подтверждаются и разъясняются данными монет. Надписи на монетах первых кушанских царей сделаны греческими письменами, поскольку кушаны считали себя преемниками греко-бактрийских царей и отчасти подражали им в чеканке монет. По монетам и китайским источникам известно имя основателя Кушанского государства — Кудзулы Кадфиса, иначе Кадфиса I (Кюцзюкио — в китайских источниках). Он подчинил своей власти четыре небольших княжества кочевых племен, располагавшихся на территории Бактрии, а затем и владения мелких греческих династов. В результате вся Бактрия оказалась объединенной под властью нового правителя, который принял титул «царя царей». Эти события приходятся предположительно на I в. н. э. Новая держава направила свои устремления по традиционным путям на юг, за перевалы Гиндукуша, где Кадфису I удалось утвердиться в ряде областей (долине Кабула и Пуду) и, возможно, Хорезме. Последний в составе Кушанского царства сохранил известную самостоятельность: в нём продолжали править местные цари, судя по их монетам, династически связанные с кушанами, что было типичным и для ряда других областей. Выпуск монет с индийскими надписями свидетельствует о том, что в состав его владений вошло и индийское население. При Кадфисе I центр Кушанского государства составляла Бактрия, а столицей скорее всего был город Бактры.

Ему наследовал его сын Вима Кадфис – Кадфис II, при котором к Кушанскому царству были присоединены новые обширные владения (современный Пакистан и северо-западные провинции Индии, возможно, вплоть до Варанаси), и в основном границы Кушанского царства стабилизировались. Последние греко-индийские цари, потомки Эвтидема и Эвкратида, либо теряют свои царства, либо признают себя подданными Кадфиса. Индо-парфянские князья сохраняют до конца I в. лишь остатки своих владений на Нижнем Инде. К концу правления Кадфиса II Кушанское царство охватывало огромную территорию — от Аральского моря до Ганга.

587fcf09aa611_.thumb.jpg.4ba9ba3646f97e9

Очевидно, при Кадфисе II сложилось и административное устройство нового государства. Китайская хроника сообщает, что он доверил управление «Индией» своему наместнику, а надписями засвидетельствовано существование в разных частях Кушанского царства должностных лиц, носивших титулы «сатрапа» и «великого сатрапа». Сам кушанский царь именовался «царем царей». На монетах Кадфиза II чаще всего встречается изображение индуистского бога Шивы с быком. Декларируя свою склонность к индуизму, царь тем самым стремился укрепить авторитет кушанской династии среди новых подданных. Важной мерой, свидетельствующей о больших переменах в экономике, был осуществленный при Кадфисе II переход к выпуску монеты нового образца. Если для периода существования Греко-Бактрийского царства была особенно характерна серебряная тетрадрахма, связанная с крупными оборотами внешней торговли, то теперь её заменяют более мелкие бронзовые номиналы, указывающие на значительное проникновение денежных отношений в сферу розничного оборота. Всё это должно было способствовать развитию рабовладельческих отношений, которое, однако, на территории Кушанского царства не сопровождалось систематической пауперизацией мелких производителей; здесь продолжали существовать огромные массы не согнанного с земли крестьянства, общинная организация и т. д. Кадфис I, совершив первые завоевания, стал чеканить монеты по образцу тех, что обращались среди покоренных им народов, но помещал на них свои имя и титул. Все монеты основателя Кушанского царства были медными. При Кадфисе II стали выпускать не только медные, но и золотые монеты. Их вес был строго выдержан (кушанский золотой динар весил чуть больше 8 г; также выпускались монеты достоинством в 2 динара, в 1/2 динара и в 1/4 динара; над изготовлением штемпелей работали квалифицированные художники; надписи — и греческие и индийские (письмом кхароштхи) —были вырезаны уверенной рукой грамотного человека).

587fcf0ee80be_.jpg.c07f83bc777dc605e0ac3

При Кадфисе II или несколько позже произошло повторное завоевание Средней Азии кушанами, сопровождавшееся сооружением ирригационных каналов большой протяженности и земледельческим освоением вновь орошенных земель, а также строительством городов и крепостей. Кушанская держава далеко ушла от тех примитивных княжеств, которые возникли в Бактрии после завоевания её юэчжи. При кушанах расширяется ирригационная сеть: и в Хорезме, и в Согдиане, и в Бактрии, и в Фергане следы наиболее крупных каналов относятся именно к кушанскому времени. Постоянные войны давали, вероятно, большое количество рабов. Строятся новые города, особенно на территории Индии. Растёт торговля, развивается денежное хозяйство.

pamyatniki-zemledelcheskih-rayonov-sredn

Кушанский период был временем расцвета международной торговли Средней Азии. Важнейшие трансазиатские торговые пути проходили через владения кушанов. Ещё в конце II в. до н. э. возник уже не раз упоминавшийся «великий шёлковый путь», по которому шёлк из Китая через степи и пустыни Центральной Азии, через оазисы Восточного Туркестана доставлялся на Запад. Теперь торговля Китая с Западом укрепляется ещё больше. И купцы Передней Азии, и китайцы стремились упрочить торговые связи между Средиземноморьем и империей Хань. Из Сирии через Евфрат торговый путь шёл в Месопотамию, оттуда на Экбатаны в Мидии, затем на Гекатомпил—древнюю столицу Парфии, на юго-восток от Каспийского моря, из Гекатомпила на Антиохию в Маргиане, из Антиохии на Бактры, из Бактр через Комедские горы к «Каменной башне». Конец пути от «Каменной башни» в страну серов — так называли античные авторы китайцев — был известен этим авторам лишь в общих чертах. Помимо этого, через владения кушанов шёл и другой торговый путь из Китая: через Кашгар на Фергану и Хорезм, а оттуда в страну аланов и Южное Приуралье. Наконец, существовал ещё торговый путь из Китая — через Кашгар в район Иссык-Куля, где кочевали усуни. В Индию, входившую частично в состав Кушанской державы, ездили через Бактры и район Кабула. На западе Кушанское царство было связано многочисленными торговыми путями с Парфией, а через неё — с Римской империей. Наконец, через Хорезм и страну аланов Кушанское царство имело связи с Восточной Европой, о чём свидетельствуют находки кушанских монет в Прикамье.

Из Китая везли шёлк и нефрит, изделия из лака и кожи, железо и никель, из Индии — пряности, благовония, тонкие шерстяные ткани, из Римской империи — стекло, из далёкого Прикамья — меха. Среднеазиатские купцы вывозили в Китай стекло, драгоценные камни, украшения. Разумеется, как это было обычно в древности, главную роль в торговле играли предметы роскоши, и торговля мало затрагивала основную массу населения. Несколько глубже было влияние местной торговли, которая велась между кочевниками и жителями земледельческих оазисов: кочевники привозили на городские базары мясо, шерсть, кожи и покупали продукты земледелия. Развитие международной торговли способствовало росту внешних сношений. В 99 г. н. э. кушанское посольство посетило Рим. Изображения кушанов имеются на колонне Траяна. Кушанские (бактрийские, как их называют античные авторы) посольства бывали в Риме и позже — при Адриане, при Антонине Пии.

Парфянские купцы стремились не допустить прямых торговых сношений между Римской империей и Китаем, купцы Кушанского царства, в свою очередь, конкурировали с парфянскими и стремились быть монопольными посредниками в торговле между Парфией и Китаем. Особенно активно участвовали в торговле с Китаем согдийцы. После подчинения Восточного Туркестана кушанскому влиянию согдийцы создают на его территории, а также в Китае многочисленные торговые колонии.

Включение значительных индийских территорий в Кушанское царство способствовало оживлению их экономических и культурных связей с внешним миром, но оно не оказало заметного воздействия на внутреннюю жизнь индийского населения. Влияние индийской культуры на кушан было более сильным. Как уже упоминалось, их цари начинают принимать индийские имена и титулатуру. Ускоряется распространение в Средней и Центральной Азии буддизма.

Большие и малые кушанские города, как ранее существовавшие, так и вновь построенные, образовывали целую систему, связанную дорогами и караванными путями. Объединявшая их развитая внутренняя и внешняя торговля составляла характерную черту Кушанского государства. На одном из первых мест стояли торговые связи с западными странами — с Римской империей и прежде всего с ее восточными провинциями. Торговля велась как по суше, так и по морю — через западные порты Индостана. Сухопутная дорога шла на север, в Бактрию, и далее в Китай. В портовых городах западные купцы встречались с местными торговцами, а нередко и последние предпринимали путешествия на далекий Запад, достигая, например, Александрии Египетской, важнейшего торгового порта в Средиземном море.

Товары, двигавшиеся по этим торговым путям, были многочисленны и разнообразны. В Рим направлялись пряности, благовония, драгоценные камни, слоновая кость, сахар. Особенно большое значение имела торговля рисом и хлопчатобумажными изделиями. Транзитом из Китая шли шелк, кожи и другие изделия. Из Рима доставлялись ткани и одежды, рассчитанные на местные вкусы, изделия из стекла и драгоценных металлов, статуи и различные вина. В большом количестве ввозилась золотая и серебряная римская монета, клады которой довольно часто встречаются на территории Кушанской державы. Римское золото использовалось кушанами для чеканки собственных монет.

Не меньшее значение имел внутренний товарообмен в государстве кушан. Городские центры снабжали прилегающую округу высококачественными произведениями ремесел. Внутренняя торговля вела к развитию денежного обращения, хорошо прослеживаемого по находкам кушанских монет. Наряду с золотом кушанские правители в огромных количествах выпускали мелкую медную монету, предназначенную для розничной торговли. Кушанское правительство получало немалые доходы в результате взимания таможенных пошлин с привозимых товаров. Имеются сведения о том, что царь считался владыкой гаваней, рудников и таможен. При раскопках дворца наместника в городе Беграме была обнаружена сокровищница, заполненная вещами из Рима, Индии и Китая, которые скорее всего попали сюда в качестве пошлины с проходивших караванов

В период складывания Кушанского царства центр его продолжал оставаться на территории Средней Азии, в Согдиане (в Кушании на Зарафшане). Однако при третьем кушанском царе — Канишке — политический центр государства переместился в Индию. По вопросу о времени его правления существуют значительные расхождения среди исследователей. Скорее всего, оно относится к первой трети II в. н. э. При нем произошло определенное смешение главного центра Кушанской державы в сторону индийских владений. Столицей был город Пурушапура (совр. Пешавар). Широкая веротерпимость этого царя засвидетельствована его монетами, на которых изображались многочисленные божества — не только иранские (бог солнца Михр, бог луны Мах, бог изобилия и царской славы Фарр, богиня плодородия Ардохш, бог огня Атш и др.), но и греческие (Гелиос, Селена, Гефест) и индийские (Шива). Встречаются, правда весьма редко, на монетах Канишки и изображения Будды. Но он здесь — лишь один из многих, и ничто не указывает на его особое место в кушанском пантеоне или на то, что буддизм был государственной религией Кушанского царства, как это предполагали некоторые исследователи.

Имя Канишки окружено легендами и славой в буддийской традиции, чтившей его как праведного царя — покровителя и даже реформатора буддизма. Действительно, в кушанскую эпоху буддизм переживает очень важные перемены: из учения с ограниченным числом приверженцев, одной из многих в древней Индии сект, он превращается в «мировую» религию, завоевавшую в сравнительно короткий срок десятки стран и миллионы последователей. Этот бурный процесс буддийской экспансии был связан с появлением в буддизме нового толка—учения Махаяны («Большой Колесницы»), провозглашавшего «широкий путь» спасения. Гибко находя в своем пантеоне место чужеродным по происхождению божествам, буддизм Махаяны был хорошо приспособлен к внедрению в новой для него среде. С именем Канишки буддийская традиция связывает созыв буддийского собора, на котором якобы нашли окончательное оформление принципы Махаяны, а также постройку наиболее знаменитых монастырей и священных для буддистов сооружений — ступ. Утвердившийся при Канишке вариант буддизма значительно упростил «путь к спасению», иногда ограничивая его простыми дарами, совершаемыми    подносителями. Все это способствовало превращению буддизма в подлинно массовую религию, популярную как у рядовых горожан, так ив среде городской верхушки. Вместе с тем увлечение буддизмом не привело к вытеснению местных народных культов и зороастризма. Продолжали сооружаться монументальные храмы огня и небольшие домашние святилища, в которых центральное место занимал алтарь для возжигания священного пламени. Исключительной популярностью пользовались терракотовые фигурки духов-покровителей, в основном в образе женщин. Довольно много терракотовых изображений всадников на конях в полной упряжи — всадники были важнейшей частью кушанского войска.

Важное место в кушанских культовых представлениях занимало поклонение царю. Кушанская держава представляла собой, во всяком случае в пору расцвета, централизованное государство во главе с «царем царей», личность которого иногда обожествлялась. Кушанские правители стремились создать особый династийный культ, посвящая ему специальные храмы. Глава государства опирался на разветвленный административный аппарат, в котором существовало множество рангов и градаций. С ослаблением центральной власти, особенно при неудачах во внешних столкновениях, роль и значение правителей отдельных, прежде всего богатых, областей возрастали, что в конечном итоге повлияло на распад единой державы. Городами, возможно, также управляли царские наместники.

Царские (или династийные) святилища, представлявшие собой величественные архитектурные сооружения, украшенные статуями, возводились в разных частях государства. Но конкретные формы, в которых осуществлялся этот культ, далеко не всегда известны.

Ко времени Канишки относится и появление кушано-бактрийской письменности: для передачи бактрийского языка был приспособлен несколько дополненный греческий алфавит. Новым письмом выполнены надписи на монетах Канишки и его преемников. В последние годы был открыт ряд надписей (в том числе и официального содержания), сообщающих очень важные сведения по истории Кушанского царства. При преемниках Канишки (их было не менее пяти, а правили они более семидесяти лет) постепенно усиливается индианизация правящей верхушки и самой династии. На монетах последнего Кушанского царя, носившего индийское имя Васудева, уже не изображаются никакие другие божества, кроме индийского Шивы.

Канишка расширил владения кушанов в Индии и успешно воевал с Парфией; наиболее важным из внешних событий его царствования была многолетняя борьба с Китаем. В ходе этой борьбы кушанское войско вторглось в Восточный Туркестан. Однако оно потерпело поражение от китайского наместника Западного края Бань Чао, который подчинил Китаю Фергану и Хорезм и даже заставил Канишку признать (вероятно, только номинально) верховную власть китайского императора.

Однако вскоре, после смерти Бань Чао, Китай стал терять одно за другим свои владения на западе. Хорезм снова подчиняется Канишке (во II в. здесь безраздельно господствуют монеты кушанской чеканки). Переходит под власть кушанов и Фергана. Эмиссары Канишки провоцируют антикитайские настроения правителей городов-государств Восточного Туркестана, и в 105 г. здесь начинается вооружённая борьба против Китая. Китайский наместник Западного края был осаждён восставшими в своей резиденции. К концу правления Канишки важнейшие города-государства Восточного Туркестана — Кашгар, Яркенд и Хотан — вошли в состав Кушанской державы. Только на крайнем востоке Восточного Туркестана, который был ближе к Китаю, чем к государству кушанов, остался небольшой китайский гарнизон в 300 человек. Держава кушанов достигла наибольшего территориального расширения.

angus-mcbride-shapur-i.jpg.ad0bb33b86f73

Несмотря на большое число надписей кушанской эпохи (главным образом индийских), часто датированных (даты отсчитывались от первого года правления Канишки — «эра Канишки»), о последних десятилетиях существования Кушанского царства известно мало. Власть кушан на индийских территориях, более удаленных от их столицы, г. Пурушапуры (ныне Пешавар в Пакистане), была недолговременной. Уже к середине II в. н. э. вполне независимым стал Гуджарат; зависимость от кушан расположенного здесь государства, в науке условно называемого государством Западных кшатрапов, и раньше была слабой, а временами и вовсе номинальной. К концу II в. отпадают области в долине Ганга; возникшие здесь государства были невелики, и только два в западной части долины, оба возглавлявшиеся династиями Нагов (возможно, родственными), со столицами в Матхуре и Падмавати, играли важную роль в политической жизни Северной Индии во II—IV вв. В первой половине III в. независимыми стали области Раджастхана и Пенджаба. Здесь находилось несколько республик (ган) с племенными наименованиями; крупнейшими из них были ганы яудхеев, арджунаянов и малавов. К концу III в. под властью кушан в Индии оставалась небольшая территория по среднему течению Инда.

В III в. н. э. кушаны потерпели поражение в столкновении с Сасанидским государством, пришедшим на смену Парфии. Некоторое возрождение кушан отмечается в IV в., но они уже не достигли былой славы. Т.е, можно сказать, что Кушанское царство пало под ударами сасанидских армий на западе и возвышающейся индийской державы Гупт на востоке. И произошло это не позднее последних десятилетий IV в.

Parthians_and_Sassanid_07.jpg.6f69041ea7

О социально-экономическом строе Кушанского царства известно мало. Держава кушанов была одной из великих империй этого периода. Она охватывала большое количество стран с различным общественным устройством: в неё входили и богатые торговые города с развитыми рабовладельческими отношениями, и плодородные земледельческие области, свободные общинники которых сохраняли в своём быту многочисленные пережитки первобытно-общинного строя, и степи, населённые кочевниками. Образование Кушанской державы способствовало развитию рабовладельческого строя на всей её территории. Сами кушаны, бывшие за столетие с небольшим до Кадфиса I сравнительно немногочисленным кочевым племенем и долго сохранявшие многие особенности своего быта и после поселения в Бактрии, став теперь во главе огромной державы, претерпели, по-видимому, значительные изменения в своём общественном строе.

Основной производственной единицей в сельском хозяйстве являлась сельская община налогоплательщиков. Вместе с тем здесь существовали и крупные централизованные хозяйства, принадлежавшие храмам и крупным собственникам. Можно предполагать, что в этих хозяйствах значительную роль играл труд рабов. Скорее всего формы эксплуатации в кушанском обществе были весьма разнообразны, включая различные варианты рабского и полурабского состояния.

Объединение огромных территорий в рамках одного государства способствовало культурному смешению. Это культурное смешение облегчалось тем, что народы Средней Азии говорили на весьма сходных между собой иранских наречиях. Тем не менее отдельные племена и народности, входившие в состав Кушанской империи, имели своеобразную культуру, а потому задачи управления требовали наличия официального общеимперского языка с развитой письменностью. Международное значение на территории Средней Азии имели в это время арамейский язык, письменность которого легла в основу различных систем иранского письма, в т. Ч. согдийской и хорезмийской (с конца II — начала III в. н. э.), а также греческий, который употреблялся на монетах первых кушанов. Позднее на основе греческого алфавита сложилось особое кушанское письмо. Наконец, в связи с нарастающим индийским влиянием появляются и индийские системы письма (письмо деванагари встречается рядом с кушанским письмом на монетах).

Нигде синкретизм не проявился столь ярко, как в области религии. Об этом можно судить главным образом по монетам. На территории Средней Азии почитались самые различные божества: местные (Митра, Анахита, Сиявуш), зороастрийские (Ахурамазда), греческие (Зевс, Гелиос, Селена), индийские (Шива). Происходит синкретическое слияние образов божеств различных народностей, в результате чего видоизменяются и образы местных божеств: так, иранская и среднеазиатская Анахита сливается с греческой Афродитой.

Со времени Канишки особенно сильным стало влияние буддизма. Канишка переносит свою столицу из Согдианы в Пешавар (Пурушапура). В Индии кушаны, как до них эллины и македоняне, должны были неминуемо стать на сторону буддизма. Для них, «варваров» и завоевателей, не было места в варнах брахманской Индии. Напротив, учение, обращавшееся ко всем людям независимо от их происхождения, должно быдо найти в кушанах своих приверженцев. Буддизм во времена кушанов был уже далеко не тем, чем он был вначале, — учением, выросшим на основе протеста широких масс индийского населения против сословного неравноправия и религии брахманов; слившись с древними культами, он стал одной из мировых религий того времени и в качестве таковой отвечал характеру разноплемённой и огромной империи кушанов. На кушанских монетах появляются буддийские символы (как уже ранее — на монетах некоторых греко-бактрийских царей), в частности изображения Будды, сопровождаемые греческими надписями. Именно этот синкретический, перемешанный с местными верованиями буддизм позднее получил распространение в Тибете, Монголии, Китае и Японии. Торговые связи с Индией и покровительство кушанов буддизму способствовали распространению его в Средней Азии. Наиболее сильное влияние буддизм оказал на Бактрию: по приказанию Канишки в начале II в. был построен большой буддийский храм в Бактрах. В целом буддизм распространился в Средней Азии довольно широко, но нигде глубоко не укоренился, затронув, в отличие от Индии, в основном только господствующие слои населения. Этим и объясняется сравнительно незначительное влияние буддизма на местные религии и исчезновение его в дальнейшем с территории Средней Азии. Синкретизм нашёл отражение и в искусстве кушанского периода. Памятники его дошли как из Средней Азии и Восточного Ирана, так и из Северной Индии. Искусство это обычно называют гандхарским, поскольку большое количество его памятников дошло из области Гандхары в Северо-Западной Индии (здесь находилась столица Канишки), или греко-буддийским, поскольку оно сочетает эллинистические формы с буддийской тематикой; правильнее, однако, было бы назвать его кушанским, поскольку это было искусство Кушанской державы, выросшее на основе слияния среднеазиатских, иранских, индийских и эллинистических форм.

Длительный период относительного мира и благополучия, расцвет городов, интенсивные связи с основными центрами древнего мира привели к необычайному расцвету культуры кушанской эпохи. Ее характерной чертой является тесная связь с городами и распространение урбанизированной культуры в сельской местности. Раскопки сельских поселений кушанского времени в Бактрии показывают, что они уступают городам лишь размерами и отсутствием ремесленных производств и монументальной архитектуры. Весьма показательно распространение буддизма, который именно при кушанах широких масштабах проникает в Бактрию и в некоторые другие области Средней Азии.  

В кушанской архитектуре, скульптуре и живописи определенное отражение и преломление нашли три художественные традиции. Прежде всего это весьма древние традиции бактрийской культуры с ее большими достижениями в области монументальной архитектуры. Вторым важнейшим компонентом было греческое искусство, глубокие корни которого в Бактрии определялись как значительным числом греко-македонских колонистов, так и проникновением эллинистических традиций в местную среду. Наконец, третьим компонентом было искусство Индии, пришедшее с распространением буддизма, который принес готовые архитектурные решения культовых сооружений и определенные художественные традиции и эстетические концепции. В кушанской архитектуре внешняя монументальная парадность дворцовых и храмовых комплексов сочеталась с пышностью внутреннего убранства. Живописные и скульптурные композиции последовательно и с большой детализацией развертывали на стенах храмов и дворцов религиозные сцены и групповые портреты членов царской семьи в окружении воинов и слуг. Именно такая скульптурная группа была открыта при раскопках раннекушанского дворца на городище Халчаян в Северной Бактрии. Стремление к передаче индивидуальных черт, в какой-то мере к психологическим характеристикам было особенно заметно на ранних этапах кушанского искусства. Позднее "официальные» изображения кушанских владык в соответствии с требованиями династийного культа приобретают черты застывшей отрешенности, а воспроизведения буддийских персонажей несут неизменный штамп утонченного типа красоты. Наоборот, в изображениях лиц, сопровождающих официальных персон, виден тот жизненный реализм и индивидуальные черты, которые связаны с греческой традицией. Несомненно, развитие городов, торговли, а значит, в какой-то мере творческой инициативы способствовало утверждению этих черт кушанского искусства.

Такова была многообразная жизнь Кушанской империи в период её расцвета, который совпадает с временем правления Канишки. Уже при его преемнике империя сокращается в размерах и за кушанами сохраняются лишь Средняя Азия и часть Северной Индии. Время следующего царя, Васудевы, как показывает само его имя, характеризуется ростом индийского влияния на кушанов. Кушанские правители всё более и более становились индийскими царями, культура кушанов в Индии постепенно теряет свои среднеазиатские элементы. Всё это способствовало дальнейшему ослаблению связей между кушанскими царями и Средней Азией. В следующем, III столетии начинается распад огромной Кушанской державы.


1 person likes this
Sign in to follow this  
Followers 0


User Feedback

There are no reviews to display.