Sign in to follow this  
Followers 0

Косарев В. Д. «Изначальные»: складывание древнеяпонского государства как полиэтнический процесс

   (0 reviews)

Saygo

По общему согласию современных исследователей, царство Ямато, начиная с мифологического первоправителя Дзимму и, как минимум, до десятого, реального «первого государя» Судзина (Мимаки), представляло собой архаический родоплеменной союз. Он эволюционировал в раннефеодальное государство весьма медленно - государственность этого уровня стала оформляться лишь в VII - VIII вв., после «реформ Тайка», начатых вслед за одноименным переворотом.

 

По мере трансформации в раннефеодальную государственную систему соответствующие процессы происходили в социальной структуре Ямато. При этом особо сложную специфику имели на протяжении I тысячелетия н. э. изменения в этноплеменном составе. Каким образом и при каких обстоятельствах происходила трансформация «изначальных» в древнеяпонскую народность ямато - весьма спорные вопросы в этнологическом и расогенетическом плане.

 

При разработке этих проблем важно представить реальную суть царства Ямато, его размеры и роль на островах, возможности власти и управления, межэтнические отношения, включая взаимоотношения центра («столиц», постоянно менявшихся, и «внутренних провинций» - Утицукуни) с удельной, преимущественно «варварской» периферией, в том числе состав центральной и провинциальной знати, а также положение простого населения, хозяйственные занятия и особенности эксплуатации которого могут пролить свет на его этнический состав и изменения в нем.

 

Ямато: центр и периферия

 

Собственно царство Ямато долгие века, всю первую половину I тысячелетия н. э. и большую часть второй половины, помимо того, что не являлось царством (государством) в строгом смысле, представляя собой межплеменной союз, еще и занимало весьма малую территорию - несоизмеримо малую по сравнению с размерами Японских островов. Причем реальные пределы этой «империи» расширялись крайне медленно, так что, за редкими исключениями, лишь земля, захваченная (если верить данным «Кодзики» и «Нихонги») дружиной «Небесного воина» Ипарэбико-Дзимму, оставалась твердо контролируемой основой Ямато вплоть до VIII в., когда страна уже именовалась Нихон.

 

Границы царства Ямато, существовавшие при первом достоверном правителе Судзине (IV в.), точно определить трудно; принято считать, что они охватывали пять «внутренних земель» (Утицукуни), зафиксированных во время реформ Тайка в VIII в., - Ямато, Ямасиро, Цу (Сэтцу), Капути (совр. Кавати) и Идзуми к северу и северо-западу и частично в центральной части п-ова Кии (покоренного далеко не полностью даже в VII-VIII вв.), а на западе включали историческую область Киби. Территория Киби, - видимо, единственное завоевание Судзина, существенный прорыв Ямато на запад о-ва Хонсю (вопрос о подчинении им Страны Идзумо весьма неясен и требует отдельного рассмотрения). Все названные владения, кроме Киби (не вошедшей, однако, в Утицукуни), ныне примерно соответствуют треугольнику Нара - Киото - Осака, т. е. землям, лежавшим к югу и юго-востоку от оз. Бива (Н., Св. V, примеч. 24)1.

 

Итак, подконтрольная высшей власти царства территория (Утицукуни) даже в VII в., на момент осуществления «реформ Тайка», замыкалась в рамках будущих провинций, а тогда еще уделов или земель (куни), завоеванных, по «Кодзики» и «Нихонги», во время Восточного похода Дзимму; пределы владений изменялись несущественно, в них входили все те же пять владений - Ямасиро, Ямато, Цу (Сэтцу), Кавати и Идзуми. Но последний удел, лежавший южнее современного г. Осака, был выделен в провинцию лишь при проведении реформы, а вскоре был поделен между Кавати и вновь созданной «внешней провинцией» Кии и поэтому не отражен на картах. Многочисленные сообщения хроник о других завоеваниях и покорениях следует воспринимать критически, так как одни и те же земли «окончательно» подчинялись и присоединялись несколько раз в течение ряда веков, но так и не становились «внутренними землями», т. е. подлинными владениями Ямато. К примеру, так было с провинцией Харима (Парима-но куни), располагавшейся между Утицукуни и Киби; по хроникам, эта земля была покорена еще до Судзина, в царствование Корэя (шестого из «восьми правителей» - седьмого, начиная с «первоправителя» Дзимму), который правил «во дворце Иподо в Курода» в Парима-но куни. Более того, двое его сыновей «заклятие сотворили над землей Киби и ее усмирили» (К., Св. II. С. 49)2. Но Судзину тоже пришлось воевать в Парима-но куни и покорять Киби. И очень похоже, что он покорял здесь предшествующих покорителей, о чем далее пойдет речь. Как отмечал Н. В. Кюнер, «к 478 г. относится сообщение японского правителя китайскому императору о том, что “его отец покорил на востоке 55 государств (племен) мао-жэнь, т. е. “мохнатых людей” (айно) и на западе 66 государств (племен) и-жэнь - “варваров”...». Так что, иронически добавил Кюнер, «покорять больше было уже некого»3. Дата здесь указана по оф. хрон., и видимо, событие имело место еще позже. Вообще считается, что достоверность описываемых в хрониках событий может быть установлена только с середины VI в. Но бесспорно, что ни в V, ни в VI в. сообщение о покорении всех варваров архипелага ни в коей мере не может отвечать истине. В данном случае речь идет о правлении Юряку. Через год, незадолго до смерти, этот царь в указе объявил: «Ныне воистину мир стал единым домом... Сто родов в спокойствии слушаются правителя, четыре окраинных варвара покорены» и т. д. Под ста родами подразумевалось Ямато, под четырьмя варварами - аборигены, усмиренные со всех сторон. Подобной похвальбой о победах над «дикарями» переполнена официальная история Японии. Но едва пленные эмиси, приведенные в страну после очередного «покорения» восточных земель, узнали о смерти Юряку, как тотчас подняли бунт, теперь уже в Киби, куда их пригнали, и бунтарей снова покоряли, теперь уже в опасной близости от «внутренних земель» (Н., Св. XIV).

 

Есть недвусмысленное определение Утицукуни - «область главного японского острова... которая в VII в. находилась под непосредственным управлением царей Ямато и служила их политической и экономической базой»4. Рубежи этой территории, не совпадающие с приведенным перечнем «провинций» Утицукуни, точно указаны во II статье «Манифеста Тайка» (646 г.) и повторены в «Нихонги»: «Внутренние провинции имеют границами: к востоку от реки Ёкокапа в Набари, к югу от горы Сэнояма в Кии, к западу от Кусипути в Акаси, к северу от горы Апусакаяма в Сасанами, что в Апуми» (Н., Св. XXV). Таким образом, контролируемая зона несколько продвинулась в пределы «внешних провинций» Кии и Оми (Апуми), однако и в это время еще не охватила все земли даже в самой центральной провинции - Ямато-но куни; кроме того, верховная власть не была способна полностью занять п-ов Кии, лежащий под боком столицы.

 

В общем, даже в VIII в. понятие «внутренних провинций» сохранялось; их пределы располагались с запада от узкой прибрежной полосы пролива Акаси и Осакского залива и затем на п-ове Кии в пяти указанных провинциях (Карта 1), но полностью их не охватывали. Комментируя своеобразие этих рубежей, К. А. Попов отмечал, что они соответствуют долинам главных рек полуострова, где были пригодные для возделывания и рисосеяния земли, тогда как на горные районы власть двора не распространялась, и там все еще хозяйничали «варвары» (главным образом кудзу и цутикумо).

ccs-2-0-06159600-1445849688_thumb.jpg
Карта 1. Размеры Утицукуни в сравнении с пространствами «внешних земель»

 

Надо сказать, что на протяжении периодов Кофун, Асука и Нара (300-794 гг.) и позже, в эпоху Хэйан (794-1185 гг.), правители Ямато-Нихона весьма своеобразно делили окружающий мир, который считали безусловно подвластным себе или обязанным быть таковым согласно воле небесных богов. По данной модели, в центре находилась «столица» (постоянно блуждающая)5. Район вокруг нее назывался Кинаи (со временем это пространство стало называться Го-Кинаи и расширилось за пределы Утицукуни). Далее простирались отдаленные, но населенные «японцами» земли - Кигаи. Еще дальше лежали земли «ближних варваров» - Сёбан. Наконец, различались земли «прочих варваров» - Итэки. Эта градация пространства соответствовала степени контроля земель царским двором. Мы видим в данной модели две «японские» зоны и две зоны «варваров», или, с точки зрения подконтрольности, три пояса подчиненных территорий и пояс «диких». Причем четвертый пояс по площади значительно превышал первые три; надо еще учесть, что как в Кинаи, так и в Кигаи, не говоря о Сёбан, далеко не все территории и отнюдь не всегда были подчинены и подконтрольны столице, особенно в местностях труднодоступных, не охваченных земледелием.

 

В столице и Кинаи жили преимущественно аристократия и правящий класс, считавшие себя потомками «небесных богов» и государей-предтеч, а также влиятельные кланы, происходившие от «богов земли». В Кигаи располагались кланы удельных правителей, которым подчинялся простой народ - «сёмин». Среди населения Сёбан было много иммигрантов с континента и их потомков, живших замкнутыми общинами и объединенных в профессиональные корпорации бэ, а также «натурализовавшихся», ассимилированных «варваров», живших уже по законам и обычаям Ямато. Наконец, эмиси, хаято и прочие «варвары», не признававшие ни власти, ни традиций «японского племени», населяли Итэки6.

 

Поскольку эта геополитическая схема выглядит явно заимствованной из Китая, то думается, что она была смоделирована довольно поздно, тогда как указанные в ней «зоны» сформировались независимо от логики и воли древнеяпонских правителей. Приведенное четырехчленное деление было вынужденным; на вопрос, почему и по завершении реформ Тайка, с введением административного деления страны на провинции и уезды, понятие Утицукуни не исчезло, почему сохранялось деление на внутренние и внешние провинции, - следует ответить: потому и только потому, что полностью нивелировать статус всех территорий никогда не было под силу правителям Ямато-Нихона - вплоть до эпохи Мэйдзи.

 

Итак, и в VII-VIII вв. все уделы, не относившиеся к пяти провинциям Утицукуни, оставались «внешними землями», часть которых была освоена или осваивалась и контролировалась центром, но размеры и дела многих других в столице представляли смутно, а границы обозначались, так сказать, «теоретически» и периодически перекраивались «издалека», у царского трона - иногда после очередного «покорения» (набега), иногда по произволу двора или в результате интриг удельной знати. Что касается «покорений», то долгое время это были обычные походы с целью грабежа или сбора дани, обычно выдававшегося за «взимание налогов». «Внешние земли», номинально входя в царство Ямато, рассматривались как объекты захватов, которые удавались далеко не всегда и часто ненадолго. То были окраины перманентно мятежные и опасные, особенно «восточные провинции», Адзума-но куни, которые начинались с равнины Канто, включая расположение современного Токио и японской святыни - горы Фудзияма.

 

Уже то, что царский двор постоянно сосредоточивал главное внимание на Утицукуни и сохранял их рамки почти неизменными, несмотря на покорения новых «куни», расширявшие пределы государства, выглядит странно и в то же время красноречиво. Не будет большой ошибкой заключить, что до осуществления реформ Тайка древняя Япония представляла собой не царство, пусть и страдающее от междоусобиц и кланового сепаратизма, но целостное, а группу конфликтующих мини-государств (точнее, квазигосударств, общинно-родовых княжеств) на базе множества этноплеменных и межплеменных территориальных группировок, неустойчивых и подверженных вечным процессам брожения. Все вместе они, безусловно, не были царством: не только не были объединены ни в какой союз, а и не были консолидированы даже на основе конфедерации, поскольку мнение царского двора о единстве страны мало кто из удельных князей разделял, и никакого договора на сей счет не существовало. Ямато в реальной форме Утицукуни было лишь одним из княжеств. Только эта наименьшая часть представляла собой «общеплеменной союз» и пресловутое царство, будучи территорией, на которой сосредоточилась вся экономическая, политическая и духовная жизнь завоевателей и завоеванных ими местных общин.

 

Это квазигосударство, бесспорно, было сильнейшим или одним из сильнейших, но запечатленные в хрониках акты управления страной из царского дворца и проведения им общегосударственных мер представляются результатами либо прямого военного насилия, либо временных договоренностей между отдельными «центральными» и «удельными» правителями на родственной либо той или иной взаимовыгодной основе, либо, наконец, беспочвенным фантазированием царедворцев и хронистов. 

 

Существующая в истории картина могущественной и процветающей на островах «Поднебесной» в сути своей остается на совести составителей «Кодзики», «Нихонги» и других древнеяпонских трудов.

 

Замечу, что подобные или сходные точки зрения ныне все чаще высказывают японские историки, археологи и антропологи. Вот характерное высказывание. «Японский остров Хонсю не был объединен в какую-либо конкретную политическую сущность, а состоял из смеси отдельных государств, над которыми в западном и центральном регионах доминировали Ямато и линия его царей», - пишет Х. Кендзиро, показывая, как в течение периода Кофун и позже (в III-VII вв.) Ямато постепенно распространяло свое влияние на северо-восток, в регионы Канто и Тохоку. Он приводит данные о формировании упомянутой «смеси государств» на базе местного населения, отчасти с культурой яёи, отчасти - дзёмонского (то есть айноидного), но независимо от воли и роли Ямато7.

ccs-2-0-01024200-1445849689_thumb.jpg
Карта 2. Условно контролируемые царским двором территории накануне реформ Тайка (темный цвет)

 

В эпоху зрелого Ямато (поздний Кофун - Асука, рубеж VI-VII вв.), когда по западному побережью Хонсю земли эбису были захвачены до параллели о-ва Садо, а по восточному берегу - по мыс Инубо (параллель современного Токио), - в это же время вся центральная и южная части о-ва Кюсю принадлежали кумасо и хаято (карта 2).

 

По другим данным, ближе к концу означенной эпохи, примерно в середине VII в., владения двора по берегу Японского моря еще не достигали о-ва Садо, по побережью Тихого океана включали лишь п-ов Идзу, не доходя до Токийского залива; центр Кюсю был уже захвачен, но равнина Канто оставалась спорной территорией (карта 3).

 

В любом случае знаменательно то, что именно в год начала реформ Тайка (645 г.), и только тогда, ВПЕРВЫЕ была сделана попытка подчинить центральной власти восточные земли (Адзума-но куни) и наладить в них управление. В анналах об этом сказано вполне ясно: «8-я луна, 5-й день. Были назначены управители восточных провинций. Государь рек перед ними так: “В соответствии с волей Небесных божеств впервые приступаем к собиранию десяти тысяч провинций. Когда прибудете на место назначения, внесите весь государственный народ, больших и малых начальников в подворные списки. Также проведите учет обрабатываемой земли...”. И совсем не лишним было данное при этом повеление: “На пустырях следует построить склады оружия, где будут помещены мечи, доспехи, луки и стрелы, принадлежащие провинциям и уездам. В пограничных [провинциях], близких к эмиси, следует собрать оружие, пересчитать его и раздать прежним владельцам”» (Н., Св. XXV).

ccs-2-0-70657400-1445849689_thumb.jpg
Карта 3. Ситуация в VII в. (Черный цвет - Ямато, белый - независимые земли, косая штриховка - спорная территория Канто)

 

Помня, что реформами Тайка провинции (куни) и уезды (агата) были тоже введены ВПЕРВЫЕ, учтем, что осуществление административной реформы заняло всю вторую половину VII столетия; подворная перепись уездов и характеристики провинций в жанре фудоки («описания земель и обычаев») выполнялись уже в VIII в. - указ об их составлении датирован 713 г., а завершилось их составление в 733-м. Поэтому любые упоминания «провинций» и «уездов» до середины VII в. недостоверны.

 

Точно определить статус «внешних провинций» - задача непростая. Трудности их покорения только сопротивлением живших там «варваров» не исчерпывались. Более того, возможно, это и не было главной трудностью. Не менее важными, если не решающими факторами, на столетия затормозившими расширение царства Ямато и консолидацию государства, были состав правящих кланов, особенности отношений их с царским двором и тенденции к родоплеменному дроблению, постепенно переходившему в типичный феодальный сепаратизм. Эту органически присущую раннеяпонской и средневековой истории рознь многократно усиливали особенности брачных отношений, особенно полигамия государей, «принцев крови» и всей высшей знати, и отсутствие сложившегося наследственного права.

 

В данном отношении весьма красноречив пример царя Опотарасипико (Кэйко), правившего, по оф. хрон., в 71-130 гг. н. э., а реально - в конце III - начале IV в. О нем сказано, что «если посчитать всех вместе, то сыновей и дочерей у этого государя будет восемьдесят. Вот, за исключением Ямато-такэру-но микото, Вака-тараси-пико-но сумэра-микото и Ипоки-ири-бико-но мико, остальные семьдесят с лишним получили [в удел] разные страны-провинции и уезды, и государь распорядился, чтобы они туда отправились». Из записи следует также, что они последовали царскому распоряжению; поэтому те, которые затем в хрониках фигурируют «в разных уездах и провинциях» под титулом вакэ, - «это потомки тех отделившихся [вакэ] принцев и принцесс» (Н., Св. VII). В «Кодзики» сообщается по-другому: большинство из этих 80 отпрысков - 77 принцев, отправив в назначенные им уделы, разделили на куни-но миятуко, вакэ и агатануси (К., Св. II) - категории знати, которые будут охарактеризованы далее.

 

Итак, во-первых, государи и высшая элита плодили многочисленное потомство, среди коего всегда находилось много соперников и претендентов на престол при еще не установившемся наследственном праве. Во-вторых, амбициозные принцы крови и прочие потомки высшей знати, не пробившись к престолу, стремились к удовлетворению своих запросов за счет удельных земель. А потому, в-третьих, двору приходилось, вслед за разветвленным и запутанным потомством, плодить посты, титулы, должности, учреждать, делить и перераспределять уделы - и рассылать по ним «чистопородную» поросль, которую опасно было держать в таком числе возле правителя и аппарата высшей власти.

 

Часто эти пожалования и закрепления представляли собой дележ шкуры неубитого медведя, поскольку назначенные уделы новоявленным «правителям» предстояло - в очередной раз, а то и впервые - покорять. А ведь во многих из них правили совершенно самостоятельные, имеющие собственные, порой уходящие в эпоху Дзёмон линии правителей, со своими воинскими формированиями, отнюдь не склонные признавать власть Ямато. Поэтому занятие «пожалованной» земли было, как правило, делом тяжелым и кровавым. И если даже «назначенцы» справлялись с такой задачей, то дальнейшая судьба удела, власть в котором центр, скорее всего, поддержать не мог, целиком зависела от того, как новый правитель уживется с местной родоплеменной верхушкой и подвластным ей населением. Это неизбежно вело не только к консолидации, но и к дальнейшей метисации знати из правящих кланов «японского племени», которое и само было «варварским» изначально, с «варварами» внешних земель.

 

Таким образом, наряду с нараставшей (по мере пополнения островов группами эмигрантов из Кореи и Китая) монголоидизацией протояпонцев, на просторах Канто и Тохоку происходили и обратные явления - айноидизация, «эмисизация», в общем, «варваризация» удельной аристократии. Со временем, поскольку члены царского рода и высшей знати укоренялись на местах, создавались и разрастались смешанные «японско-варварские» роды удельных правителей, так что сепаратизм возникал здесь вполне естественно и неизбежно, а периодические попытки центра вмешиваться в жизнь уделов и диктовать им волю лишь усиливали его.

 

Словом, при более чем скромных размерах Утицукуни и таких же возможностях двора возникали (а также уже существовали) удельные княжества, далеко не каждое из которых выражало верность центру; это было просто неизбежно в случаях, когда такие княжества формировались на основе сложившихся ранее мини-государств «варваров». В свою очередь центр не мог привести их к верности и даже проконтролировать. В итоге островная «Поднебесная» являла собой мозаику территорий, многие из которых, и чем дальше от «центра», тем вернее, были де-факто независимыми, и о делах в них при царском дворе десятилетиями и даже веками не имели понятия.

 

Но и во «внутренних провинциях», как следует из хроник, редкое правление очередного государя обходилось без заговоров, мятежей, переворотов или их попыток; обильно лилась кровь, «скрещивались лезвия», часто летели головы принцев, высших сановников и военачальников, а порой заговорщики убивали и царей. В такой обстановке бывало не до расширения пределов и усмирения «внешних земель». Думается, современные японцы должны быть благодарны судьбе - той исторической случайности, по которой за все время с момента возникновения Ямато и до начала следующего тысячелетия не было крупных нападений на Японские острова, поскольку в описанных условиях архипелаг непременно стал бы легкой добычей завоевателя, и ни о какой Стране восходящего солнца уже никто бы не узнал.

 

Все сказанное, однако, не означает, что к моменту юридического оформления феодальной государственности Ямато-Нихона, т. е. в VII-VIII вв., центр вообще не контролировал ни одну из внешних земель. Многое зависело от того, кто был правителем, на какие «местные кадры» опирался, и от конкретного расклада центробежных и центростремительных сил. С одной стороны, в VII в. в Утицукуни не входила даже южная часть «столичной» провинции Ямато на п-ове Кии, но с другой - тот факт, что по приказу царского двора были составлены фудоки таких внешних провинций, как Харима к западу от Утицукуни, Хидзэн и Бунго на севере Кюсю и даже Хитати, глубоко вклиненной в восточные земли «варваров» (Адзума-но куни), а также Идзумо, неизменно сепаратистского края, - все эти земли на тот момент подчинялись двору.

 

Иной вопрос, давно ли они были подчинены и как долго это продолжалось далее, ведь в исторических хрониках древней Японии существуют обширные лакуны и, кроме того, налицо фантастические переносы весьма поздних ситуаций на более ранние периоды. Из записей следует, что такие окружавшие Утицукуни земли, как Харима, Оми, Ига и Исэ, были вполне управляемыми, в Исэ даже располагалось знаменитое святилище великой солнечной богини Аматэрасу, куда правители Ямато периодически ездили на поклонение. Сведения об основании святилища относятся ко времени Суйнина (вторая половина IV в.), но церемониально-культовые вояжи сюда правителей Ямато начались позже. Сложнее были отношения с Идзумо-но куни, и статус этой страны совершенно не ясен; данный вопрос следует изучать отдельно.

 

Судя по хроникам, Ямато считало своими исконными землями о-ва Сикоку и Кюсю; но даже север Кюсю, а тем более юг прочно подвластными центру не были или, во всяком случае, были далеко не всегда. Некоторые намеки на реальные пределы Ямато в VIII в. дает помещенный в «Сёку-нихонги» указ от 724 г., который устанавливал три вида «изгнания» (ссылки): 1) дальнее - в Идзу, Ава, Хитати, Садо, Оки, Тоса; 2) среднее - в Суо и Иё; 3) ближнее - в Этидзэн и Аки8. Таким образом, дальним изгнанием были Идзу и Ава - земли, южнее современных Токио и Иокогамы, провинция Хитати, расположенная еще восточнее, о-в Садо на севере Японского моря (ныне - в преф. Ниигата), о-ва Оки в Японском море севернее Идзумо и Тоса - южная провинция о-ва Сикоку. Скорее всего, все эти территории подвластными двору Ямато не были. К слову, термин «изгнание» подразумевает, скорее, удаление за рубеж, нежели в пределы государства, пусть и «в места, не столь отдаленные». Точно так же и тогда, и позже неугодных изгоняли в край Осю (ныне регион Тохоку), не подконтрольный Ямато даже в IX-X вв. Суо и Иё, определенные как места среднего изгнания, располагались по обе стороны Внутреннего моря, первая соседствовала с Идзумо, а вторая занимала северо-запад о-ва Сикоку. Наконец, к местам ближнего изгнания относилась земля Этидзэн - южная часть края Коси, где постоянно бунтовали эмиси, и Аки - территория южнее Идзумо и восточнее Суо, на северном берегу Внутреннего моря.

 

Вопрос о Сикоку также требует выяснения: о нем подозрительно мало сведений в хрониках, хотя упоминается, что сюда отправляли в «ссылку» («изгнание») впавших в немилость подданных. Весьма спорен и вопрос о владениях на Кюсю. Известно весьма загадочное обстоятельство: ни в одном описании местных земель, включая «Бунго фудоки» и «Хидзэн фудоки», т. е. областей на севере о-ва Кюсю, нет ни единого упоминания о «первоправителе» Дзимму; первый царь, там упоминаемый, - Судзин-Мимаки. Существует мнение, что именно при Судзине о-в Кюсю и был покорен, но, как уже показано, это не так. Есть одно историческое недоразумение, которое, возможно, запутывает историографию вопроса: древнее название острова, Тукуси (Цукуси), ранее означало его северную часть, которая, собственно, и была знакома знати Ямато. Что касается южной части вплоть до центра острова, то по меньшей мере до рубежа VI-VII вв. там безраздельно хозяйничали аборигены - хаято, кумасо, ама и цутикумо.

 

Скорее всего, за сценарием Восточного похода Дзимму скрывается исход, если не изгнание или бегство, какой-то части то ли аборигенов, то ли чужаков-завоевателей, то ли смешанного отряда тех и других с территории местных общин на Кюсю. По «Кодзики» и «Нихонги», Восточный поход начинался с юго-востока острова, из страны Пимука, располагавшейся в стране Со, т. е. в ареале одного из двух племенных общностей кумасо. Соответственно, в дружине Дзимму был контингент «великих воинов Кумэ». Кроме того, уже приходилось отмечать айноидные и австронезийские корни предков Дзимму.

 

По описаниям в «Кодзики» и «Нихонги», экспедиция «Небесного воина» покорила какую-то землю на севере Кюсю (эпизод с миятуко Усату-пико и Усату-пимэ, закончившийся тем, что Дзимму отдал в жены своему военачальнику женщину-соправительницу). Но это не значит, что Кюсю тогда же и был присоединен к Ямато. Впоследствии, кроме Судзина, Цукуси покорял царь Кэйко (280-316 гг.), вернее, его сын Ямато-такэру, сведения о подвигах которого в Кумасо-но куни имеют характер сказочный и не внушают никакого доверия, а затем, в середине IV в., царственная чета Тюай и Дзингу, причем последним это не удалось.

 

Соответствующее «историческое» описание похода Тюая и Дзингу на Тукуси (т. е. именно на север Кюсю) подозрительно напоминает рядом деталей перипетии Восточного похода Дзимму, только, так сказать, в зеркальном отражении. Из Ямато-но куни, где близ современного г. Нара был погребен его отец, Тюай с супругой зачем-то отправляются в Тунугу. Это нынешний г. Цуруга в преф. Фукуи, севернее Идзумо-но куни, лежавший, по сути, в южных пределах дикого края эбису - Коси. Что само по себе сомнительно: такое пространство надо было еще с боями пройти и покорить, но о битвах ничего не сообщается. Затем царю приходит в голову «отправиться в южные провинции для осмотра». Дзингу остается в Тунуге (явно со всем войском), а царь-супруг отбывает в дальний путь пешком и без войска (?!) - «пошел дальше налегке, взяв с собой двоих-троих сановников и несколько сотен чиновников». То есть - с самого запада Хонсю на п-ов Кии! Здесь, в стране Ки-но куни, южнее обычной царской ставки в Ямато, царь узнает о бунте кумасо в Тукуси и из «дворца Токороту-но мия», в котором пребывал, пускается в обратном направлении, теперь уже морем.

 

Маршрут ладьи Тюая выявляет либо плохое знание географии территорий и акваторий, которые якобы принадлежат «провинциям» Ямато, либо боязнь открытого моря. То есть опять «римейк» Восточного похода. Ведь с п-ова Кии было бы удобно и в военном отношении правильно пройти прямым путем, южнее о-ва Сикоку, и зайти к кумасо в тыл, высадившись на юго-восточном берегу Кюсю, в той же Пимуке, откуда начинался когда-то Восточный поход Ипарэбико. А Тюай плывет по Внутреннему морю до юго-западной оконечности Хонсю (маршрутом Дзимму, но в обратную сторону) и лишь отсюда поворачивает на Кюсю - здесь два острова разделяет узкий пролив. На траверзе острова Тюай долго кружит, поджидая супругу с войском. Наконец произошла высадка на берег, и «государь достиг угодий На-но агата. Там он остановился во дворце Касипи-но мия».

 

Никаких подробностей боев с кумасо в хрониках не приводится. В «Кодзики» повествование краткое: «...государь, пребывая в обители Касипи-но мия в Тукуси, задумал напасть на страну Кумасо», а супруга-государыня Дзингу, в которую «божество вселилось», была решительно против этого (К., Св. II. С. 80). Но вполне ясно, что кампания против кумасо оказалась царствующей чете не по силам. Оккупировав север Кюсю, Тюай и Дзингу там и завязли. Укрываясь в крепости, они тяжко размышляли о перспективах войны и, видимо, рассорились - Дзингу отговаривала царя от дальнейшего наступления в глубь острова, взамен предлагая нападение на Корею, по ее мнению, более легкое предприятие (?!). Мало того, ее устами божество вещало заведомую неправду о стране, которую Тюай желал покорить: «Зачем, государь, ты пе¬чалишься о неповиновении кумасо? Земля их бесплодна. Стоит ли ради нее собирать войско и нападать? По ту сторону [моря] есть страна, сокровища которой далеко превосходят.». О-в Кюсю - исключительно благодатный край даже по сравнению с регионом Кинаи и п-овом Кии. Может быть, поэтому Тюай не очень-то поверил божественному гласу и, взобравшись на гору, стал вглядываться в западную даль, пытаясь различить там землю, но, естественно, ничего не узрел. Этот эпизод говорит о том, что войско Ямато пребывало на северо-западной оконечности Кюсю, хотя рассказ недостоверен: Тюай должен был знать о существовании Кореи и о том большом расстоянии, которое отделяет ее от Тукуси, поскольку и у его супруги, и у него самого были корейские предки.

 

В конце концов за свое неверие Тюай получил от божества смерть, хотя, по одному из вариантов, он погиб от стрелы в бою (Н., Св. VIII). Но не исключено, что за легендарным описанием стоят заговор и свержение Тюая - быть может, из-за проблем с Кюсю и возникших разногласий. Как бы то ни было, но и при Дзингу, которая после смерти Тюая правила, покуда не подрос Одзин, и после нее остров еще не раз «покоряли», вступая в схватки как с кумасо, так и с айноидными аборигенами - цутикумо, что отражено в «фудоки» северных провинций Кюсю.

 

Известные данные заставляют предполагать, что земли Утицукуни к VII-VIII вв. обзавелись своего рода «буферной зоной», отчасти проникавшей в земли «варваров» - в край Коси на северо-западе и Адзума-но куни на востоке и северо-востоке. Видимо, были пункты контроля и освоенные территории на Кюсю, Сикоку, на востоке п-ова Кии (район святилища в Исэ) и даже много восточнее, что демонстрирует управляемый статус страны Хитати, глубоко «врезанной» в «дикую» страну Хитаками - часть Адзума-но куни.

 

Как сказано, в середине VII в., при правлении Котоку, когда осуществлялись «реформы Тайка», встал многотрудный вопрос объединения территорий, из которых номинально состояло государство Ямато. Отдельные эпизоды позволяют выделить некоторые опорные земли центральной власти, составлявшие пресловутую буферную зону. К примеру, в момент уже описанного решения ВПЕРВЫЕ приступить «к собиранию десяти тысяч провинций» великий оми Сога-но Исикапа-но Маро внушал государю: «Прежде следует почтить богов Неба и Земли и умиротворить их, потом - обсуждать дела управления». И тогда в уделы Вопари и Мино были отправлены высшие сановники «для совершения приношений божествам». В комментариях по этому случаю отмечается, что Вопари (соврем. Овари) и Мино граничили с восточными землями, в которые планировалась экспансия Ямато (Н., Св. XXV; Комм., примеч. 21-22).

 

Если взглянуть на карту провинций Ямато, каковы они были к началу VIII в., то, зная канву предшествующих событий по хроникам, можно предположить, что «буферными» могли быть, наряду с Вопари и Мино, следующие уделы (куни, преобразованные реформами Тайка в провинции), соседствовавшие с Утицукуни:

 

к востоку - Суруга, Сагами, Мусаси;

 

к северу - Оми, Тамба, Вакаса (далее располагалась самая южная часть расчлененного края Коси - Этидзэн);

 

к западу - Харима, Бидзэн, Биттю и Бинго (три части расчлененной общины Киби, которая была серьезным соперником союза Ямато во времена Дзимму-Судзина), а также Аки и, возможно, Суо (далее на запад и север лежали земли Идзумо, где представителям центра бывает неуютно даже в наше время);

 

к югу, точнее, к юго-западу, т. е. на о-вах Сикоку и Кюсю - Иё и Сануки, Хидзэн, Тикудзэн, Будзэн и Бунго.

 

Это лишь предположения, и вовсе не обязательно должно быть так, что каждая из перечисленных земель целиком представляла надежную опору центра или хотя бы заслон от «варварской» периферии; такие опоры и заслоны обычно располагались в отдельных пунктах, где стояли гарнизоны наместников, было собрано достаточно оружия и имелись надежные дружинники, в основном набранные из местного населения. Часто это были приморские укрепления, контролировавшие гавани.

 

Вообще, проникновение во внешние земли войска Ямато предпочитали совершать морем, поскольку со времен Судзина был создан флот, который обновили при Одзине. Благодаря этому удавалось успешно продвигаться на западе и северо-западе Хонсю, все дальше оттесняя к северу «диких эбису» из крупной племенной группировки Коси. В восточном и северо-восточном направлении, начиная с Токая и Канто, завоеватели продвигались по суше, а сухопутные кампании чаще вели к поражениям, чем к победам, как показывает борьба за овладение землями к северу от озера Бива, вплоть до VII в.9, или то, что захват восточного побережья Хонсю отставал от экспансии западного.

 

Таким образом, реальные события, насколько их можно воспроизвести по научным данным, разительно отличались от тех победных эскапад, которые являют собой, к примеру, описания подвигов Ямато-такэру на Кюсю, в землях эбису и в Идзумо или триумфальный морской поход Дзингу в Корею. Можно однозначно сказать, что и к концу I тысячелетия царскому двору не удалось покорить весь остров Хонсю, особенно его север, где лежали «провинции» Дэва и Муцу, на самом деле обширные, малоизвестные и непокорные земли; столетия после того, как, по официальным данным, «восточные земли» были полностью разгромлены, покорены и поделены на провинции, де-факто там существовали даже в начале II тысячелетия княжества «варваров», загадочных «северных эмиси», этническая идентичность которых активно дискутируется по сей день. Это тоже не случайно: этническая история и культурно-историческое развитие северных земель главного японского острова протекали все I тысячелетие почти в полном отрыве от центра - от Ямато-Нихона (Утицукуни).

 

В 1982 году к симпозиуму, который был посвящен исследованию айнов в ранне-исторической Японии, профессор Томио Такахаси - известный исследователь, посвятивший жизнь истории региона Тохоку, - представил статью «Хитаками» - о местности, как полагают, относящейся к современной преф. Иватэ. Здесь существовала грозная Исава - «конфедерация» эмиси, занимавшая также земли современной преф. Аомори и северную часть преф. Акита. В этом обширном регионе, утверждает Т. Такахаси, после того, как японский полководец Саканоуэ-но Тамуромаро в начале IX в. покорил эмиси, не было (или не обнаружено свидетельств) постоянной администрации, и эта зона оставалась пограничной для региональных властей Японии. По замечанию автора, обычные исторические описания племен эдзо после IX в., безусловно, признают, что весь регион находился под полным контролем центрального японского правительства, но это, конечно же, оспаривается современными археологическими свидетельствами10.

 

Необходимо добавить: помимо свежих данных археологии, относящихся к IX - X вв., издавна известны достоверные документы куда более поздней эпохи, в частности, записи европейцев, впервые проникших в средневековую Японию. Они свидетельствуют, что даже в XVI - XVII вв. аборигены северного Хонсю не только сохраняли свои обычаи и образ жизни, но и представляли серьезную угрозу колонизаторам, предпочитавшим укрываться от них за стенами городов-крепостей. Так, в 1565 г. иезуит Людовик Фроэс доносил руководству ордена: «На севере от Японии... находится обширная страна, населенная дикими людьми. Народ этот пристрастен к вину, храбр на войне, и японцы его очень боятся.»; далее он упоминает расположенный на севере Хонсю «японский город Акита, куда сходятся туземцы для торговли; со своей стороны, жители города также ездят к ним, но реже, так как отправляющиеся туда часто убиваются туземцами»11.

 

Истоки яёи и процессы смешанной монголоидизации

 

В таких условиях протекали на Японских островах этносинтетические процессы, приведшие через длительное время к сложению японского этноса, в расово-антропологическом отношении исключительно сложного и, судя по всему, разительно отличавшегося от первоосновы времен Дзимму. Ранее считалось бесспорным, наряду с наличием в праистории Японии «японских» и «неяпонских племен», решающее влияние расового компонента, принесшего на острова культуру яёи, и в связи с этим относительно простое и быстрое появление японского этнорасового типа с участием древнекитайского, древнекорейского и отчасти древнетунгусского элементов. Не изжито еще и старое представление, на мой взгляд, давно не имеющее права на существование: о вторжении с наступлением эпохи яёи неких племен древних японцев (неизвестно, откуда взявшихся и что из себя представлявших) со стороны Кореи на архипелаг.

 

Между тем в последние десятилетия появляется все больше данных о том, что племена, впервые освоившие культуру яёи, были носителями главным образом дзёмонского (т. е. айноидного) антропологического типа, причем этот тип был ощутим повсеместно, вплоть до юга Кюсю, а в центральных и северных регионах Хонсю превалировал даже в эпоху кофун; массовая же монголоидизация островитян произошла позже и даже в начале II тысячелетия не завершилась.

 

В связи с автохтонными истоками культуры яёи следует сказать, что и земледелие как таковое (которое на Японских островах образует один из самых ранних в мире очагов), в том числе рисосеяние, появилось на архипелаге задолго до эпохи яёи, причем не только на юге, но и в более северных регионах. Освоение рисоводства происходило в древней Японии еще в эпоху дзёмон, в течение последнего тысячелетия до н. э.12, тогда как эпоха яёи началась 300 л. до н. э. или, максимум, на столетие ранее. Но предполагается и куда более древнее освоение этой культуры на Японских островах - около 4 тыс. лет назад13.

 

Археологические исследования показывают, что уже в позднем дзёмоне на архипелаге произошли драматические изменения, связанные с тем, что древняя примитивная культивация растений привела к освоению рисосеяния. Переход к земледелию более высокой урожайности всегда и вполне естественно вызывает демографический рост. Но дзёмонское хозяйство процветало не только и не столько за счет земледелия, сколько благодаря комплексности, удачному сочетанию присваивающей (промысловой) и раннепроизводящих отраслей, длительной и успешной адаптации к экологическим условиям региона. По некоторым данным, все это потребовало усложнения социальной организации и усиления власти над обществом. И хотя столь радикальные изменения чаще всего связываются с влияниями извне, однако имеющиеся факты указывают на то, что в основе лежало стабильное локальное развитие, на которое оказывали влияние, во-первых, не массовые вторжения, а постепенные инфильтрации, во-вторых же, это были смешанные миграции - как с северо-востока Азии, в том числе со стороны тунгусо-маньчжур, так и с юга, со стороны Пасифики14.

 

Таким образом, связь эпохи яёи с Кореей, особенно в ее истоках, сильно преувеличена. Так, выясняется, что некоторые ранние глиняные сосуды яёи имеют такой же «веревочный узор», что и дзёмонская керамика, хотя существенно отличаются по форме15. Это серьезно подрывает постулат о том, что керамику яёи занесли на острова мигранты с Корейского п-ова, особенно если учесть уже сказанное о принадлежности племен, впервые освоивших культуру яёи, к дзёмонскому антропологическому типу. В наибольшей мере это касается более северных территорий архипелага. Выясняется, например, что «начальная культура яёи в Тохоку и на Хоккайдо была освоена айноидными предками»16.

 

Думается, однако, что полностью игнорировать континентальное влияние на культуру яёи, учитывая инновации в производстве керамики, металлургию и заливное рисосеяние, невозможно. Но скорее всего, носители новых технологий, проникая из Кореи на Японские острова, попадали в местную дзёмонскую среду, ввиду чего происходили взаимовлияния и постепенные изменения в материальной культуре и способах жизнеобеспечения; так могла появиться керамика переходного от дзёмона к яёи типа. Наличие на керамике яёи дзёмонского орнамента и другие черты, демонстрирующие переход от одной культуры к другой на местной основе, отмечалось и раньше. Так, М. В. Воробьев писал, что «яёи является прямым продолжением древней неолитической культуры дзёмон»17.

 

Сходные процессы должны были происходить в аграрной сфере. Бесспорно, задолго до оформления культуры яёи на Японских о-вах появились ареалы мелкомасштабного суходольного возделывания риса; позже началось освоение заливного рисосеяния. На этом этапе влияние материка не оспорить, но есть надежные данные о том, что впервые рис проник на архипелаг независимо от культуры Кореи, напрямую из Китая (причем отмечается, что китайско-японские связи могли существовать еще 5 тыс. л. н.), минуя Корейский п-ов; это обосновывается тем, что генетически родственный сорт риса, обнаруживаемый и в долине Янцзы, и в Японии, в Корее не найден18. Недавние генетические тесты найденных на юге Японии обугленных рисовых зерен показали их происхождение из дельты Янцзы в Китае (тогда как рис, выращиваемый в Японии ныне, происходит главным образом из Кореи), причем возраст образцов - 2200 лет19.

 

Что касается культуры металла, то ее революционизирующая роль очевидна, как и роль носителей этой культуры, популяций яёи, прибывавших с Азиатского материка небольшими волнами в диапазоне 300 л. до н. э. - 250-300 л. н. э. Принципиально важно выяснить при этом, какое расово-генетическое влияние на аборигенное население архипелага могли оказать пришельцы той эпохи. В последние годы по этой проблеме накоплены новые данные на базе генетических и популяционных исследований, что привело к появлению ряда гипотез. Согласно одной из них, культура яёи действительно вытеснила культуру дзёмона, однако ее носители прибыли на Японские о-ва далеко не в том числе, чтобы оказать существенное воздействие на генетический фонд дзёмонцев. Именно поэтому, считает, например, Масатоси Неи, популяционный генетик из университета в Пенсильвании (США), «в генетическом смысле между людьми дзёмона и современными японцами нет больших различий»20.

 

Революционизирующая роль привносимой с материка культуры ускорила выход из каменного века (а дзёмон Японии охватывает этапы и черты позднего палеолита, мезолита и неолитического перехода от чисто присваивающей экономики к смешанной, присваивающе-производящей) и вступление в эпоху металла, причем с освоением практически одновременно меди, бронзы и железа. Но столь кардинальное воздействие на культуру оказывалось в очень узкой зоне, охватывающей юг о-ва Хонсю, о-в Сикоку и север о-ва Кюсю. Ареал яёи был неизмеримо меньше территории, которую занимала на архипелаге культура дзёмон, и расширялся весьма медленно, что также говорит о немногочисленности мигрантов - носителей яёи. Отсюда понятно, почему расовые черты дзёмона отчетливее всего различаются поныне на севере и юге Японии. По этой же причине, как сказано, инфильтрации со стороны Кореи не могли заметно и быстро изменить этнорасовый облик преимущественно дзёмонского (айноидного) населения Японского архипелага, которое вне этого ареала продолжало жить в прежних традициях еще несколько столетий.

 

Поэтому и масштабы аграрной культуры на Японских о-вах в середине и даже во второй половине I тысячелетия н. э. не следует преувеличивать - хроники дают искаженную картину, может быть, не столько даже реальную для эпохи их составителей, сколько желательную и «списанную» с китайских образцов. Хотя при формировании Ямато в регионе Кинаи уже было распространено земледелие, включая рисоводство, однако еще немалое время ведущим занятием оставалась, как ни странно, охота. На это недвусмысленно указывает продукт, который был избран в качестве натурального налога при первом обложении им населения в правление Судзина: как значится в хронике, «...впервые переписали народ и определили подати и трудовую повинность. Подати эти называют: от мужчин - дань с кончика лука, а от женщин - дань с кончиков пальцев». То есть мужчин обязывали поставлять двору охотничью добычу, а женщин - домотканые изделия. И эта традиция оказалась настолько прочной, что и намного позже, в «Когосюи»21, было записано: «Это с тех пор пошло обыкновение, принятое ныне при отправлении обрядов Богам Неба, Богам Земли - им подносится медвежья и оленья шкуры, рога, полотно» (Н., Св. V; Комм., примеч. 25). Если бы Ямато в момент его формирования уже представляло собой типично аграрное общество рисоводческой культуры, то в качестве главной подати были бы избраны рис и другие злаковые.

 

Кроме того, отмечаемая в хрониках роль риса как ритуально-праздничной, священной пищи, которая была, скорее, роскошью и лакомством на церемониальных торжествах, чем «хлебом насущным», дает основание предположить, что масштабное рисосеяние на Японских о-вах - явление достаточно позднее. По-настоящему земледельческое развитие страны началось с середины VII в., когда в ходе реформ Тайка государство выкупало земли и уравнительно делило их между крестьянами, при этом вводя китайскую систему налогов. Но лишь спустя почти столетие, с 722 г., правительство начинает массовое создание крестьянских хозяйств с освоением целинных земель (планировалось поднять 1,2 млн. кв. км целины, но, конечно, такую площадь освоить не удалось).

 

С изрядной долей условности можно определить, что в дореформенный период этнокультурные особенности разных регионов Японского архипелага, с учетом воздействия культуры яёи, выражались в том, что на юге Кюсю и на о-вах Рюкю преобладали культуры и их носители, связанные с морскими промыслами тропического типа, на юге (Кинаи), юго-западе (Идзумо) Хонсю, на Сикоку и на северном Кюсю развивалась культура земледелия, включая заливное рисосеяние, а в центральных и более северных регионах Хонсю, как и во многих горно-лесных районах юга (т. е. на большинстве территорий архипелага), превалировал охотничье-собирательский комплекс, сопряженный с северным морским, лагунным и речным рыболовством и местами дополняемый ранним земледелием северного типа (включая выращивание суходольного риса, но главным образом проса и гречихи). Такой хозяйственно-экономический расклад дает представление и об этнической структуре региона.

 

Мы вкратце рассмотрели влияние культуры яёи на историческое развитие Японских о-вов. Что же было далее? Решительный перелом - и в культурном отношении, и в этнорасовом - наступил значительно позже. Как заключил Н. И. Конрад, приток переселенцев, прибывавших мелкими группами и прежде, усилился в V-VI вв.22 и далее непрерывно нарастал. Этому способствовала череда бурных событий на континенте: в 478 г. пало небольшое корейское государство Фуюй (яп. Пуё), поглощенное крупной северной державой Когурё (яп. Кома), в 592 г. Япония потеряла свою колонию Кая (яп. Мимана) на юге п-ова, в 663 г. Китай захватил страну Пэкче (яп. Кудара) на юго-западе и, наконец, в 668 г. китайская династия Тан разрушила Когурё, после чего весь п-ов был поделен между Поднебесной и юго-восточной страной Силла (яп. Сирага). За это же время можно констатировать причины лишь одной крупной иммиграции непосредственно из Китая - после 612 г., когда Когурё отразило китайскую агрессию, что привело к беспорядкам в Поднебесной и падению династии Суй. Каждая из этих битв и захватов вызывала массу беженцев, устремлявшихся прочь от Китая, а значит, по большей части на Японские о-ва.

 

Другим фактором было быстрое распространение в Восточной Азии буддизма. В 384 г. новое религиозное учение утвердилось в Пэкче, в 514-539 гг. - в Силле, а уже в 538 г. (по другим данным, в 539-м) из Пэкче и Силлы буддизм проникает в Ямато. Эта активная экспансия шла преимущественно из Китая, сопровождалась китаизацией обращаемых в буддизм стран и народов и активизировала приток иммигрантов в Ямато - для импортных нововведений были нужны соответствующие кадры: учителя, священники, знатоки буддийской культуры, насыщенной догматами даосизма и конфуцианства.

 

Однако не Китаю, а Корее - вернее, корейцам, а не китайцам - суждено было сыграть решающую роль как в коренных изменениях культурных основ Ямато, так и в ее радикальной монголоидизации. Китайцы также внесли свою лепту, но она была заметно скромнее: хотя на островах внедрялась именно китайская культура, распространялась она стараниями ученых кадров преимущественно корейской национальности. Но повторим: весь этот массовый и нарастающий процесс происходил значительно позже эпохи яёи.

 

Третьим элементом, способствовавшим монголоидизации японского населения, был тунгусо-маньчжурский и отчасти палеоазиатский. Можно сказать, что в изрядной мере это был элемент, общий с корейским, поскольку древнекорейское население в значительной части состояло из племен тунгусо-маньчжурского и палеоазиатского происхождения. По данным М. В. Воробьева, чосон (древние корейцы), фуюй (пуё) и население Когурё были палеоазиатами23. Однако этот элемент проникал на архипелаг не только через Корейский п-ов, но и севернее, из Маньчжурии, Приморья и Приамурья - через о-ва Сахалин и Хоккайдо или напрямую по Японскому морю - на север Хонсю. Представителями этой ветви были, в числе прочих, неизученные мисихасэ.

 

О происхождении, дислокации и влиянии на Японию мисихасэ нет устоявшегося мнения; возможно, это были совершавшие из Приморья набеги на Японские острова группы илоу-сушень-мохэ (позднейшие бохайцы); по другой версии, то был народ охотской культуры, живший на Хоккайдо. Но решение этого спорного вопроса может оказаться примиряющим конкурирующие точки зрения, так как носители охотской культуры обнаруживают много сходства с сушеньско-бохайским культурным типом и выглядят выходцами из Приморья и Маньчжурии. Вполне возможно также, что мисихасэ древнеяпонских хроник - это то же, что тончи и коропокгуру айнских легенд. Еще одна гипотеза состоит в том, что среди племен охотской культуры были палеонивхи, а возможно, и другие палеоазиаты.

 

Таким образом, мы видим, что и монголоидизация населения Японских островов была весьма сложным процессом, который детально не изучен. Можно представить, однако, как это многослойное и многокомпонентное наложение генов путает карты антропологам и популяционным генетикам, не позволяя прояснить и выстроить достоверную картину японского этнорасогенеза. Мне вообще представляется, что такая задача едва ли выполнима, во всяком случае, на современном научном уровне, а возможно, и в принципе.

 

Но при всем при том вполне ясно, что распространенное в литературе определение японской нации как «исключительно гомогенной»24 абсолютно не отвечает истине. В 1986 г. премьер-министр Японии Накасонэ Ясухиро публично заявил: «В Японии нет нацменьшинств, дамы и господа. Япония - гомогенная страна»25. Подобные определения резко противоречат научным данным и объясняются совсем не научными мотивами, точно так же, как и глубоко утвердившееся в Стране восходящего солнца представление, будто японцы никогда в прошлом не были варварами26.

 

Происхождение родов и знати Ямато

 

Вполне доступная информация позволяет утверждать, что первые же «потомки богов» и «посланцы неба», т. е. иммигранты-завоеватели Японских островов, герои Восточного похода Дзимму, где бы они первоначально ни располагались и откуда бы ни пришли, очень быстро роднились и смешивались с родоплеменной знатью аборигенов, с вождями так называемых «варваров» или «неяпонских племен». А поскольку первоначально, да и значительно позже пришельцев было несоизмеримо меньше, чем аборигенов, очевидно, что они неизбежно растворялись в местной основе.

 

Этот отчетливо прослеживаемый процесс можно показать как на персонажах мифологии - некоторых из бесчисленных богов «Кодзики» и «Нихонги», так и на примерах исторически достоверных кланов (родов, фамилий), причем самых знатных - таких, как Накатоми, Мононобэ, Сога, Абэ, Фудзивара и других. В целом представляется, что рафинированные и особо приближенные к небесному трону семейные линии все как один имеют в родословных - причем первопредками (нередко женского пола) или их супругами - людей из племен ама, кумасо, хаято, цутикумо, кудзу, саэки, эмиси и т. д.

 

Предварительно будет небесполезно разобраться в категориях древнеяпонской знати. В III-VI вв., до реформ Тайка, установился и стабильно существовал иерархический порядок, в соответствии с которым знатные роды Ямато распределялись по ряду рангов - кабанэ. Высшими кабанэ были оми и мурадзи. За ними следовали более низкие - их насчитывалось до тридцати. Все они условно делились на два типа - знать по происхождению и знать по положению в государстве. Второй тип мог означать простолюдина, чужестранца или «варвара», дослужившегося до высокого поста с присвоением соответствующего титула (заметим, что понятие «варвар» в данном случае исходит от поздних государственных строителей и правоведов). Со време¬нем картина усложнилась - появились смешанные ранги.

 

ПЕРВЫЙ ТИП. К нему относились оми, мурадзи, кими и др. Оми - высшая аристократия, имевшая прямое отношение к созданию союза Ямато и, что важно, родственная правителям через жен. К таким родам относились, например, Сога, Кадураки, Вани, Касуга, Абэ и т. д. Предками оми считался царский род, но неясно, все ли принадлежащие к оми персоны могли претендовать на занятие престола. К категории мурадзи причислялись роды, возводящие свою генеалогию к небесным богам. Это были знатнейшие и могущественнейшие роды, но у них были разные предки с кланом правителей и по этой причине они не могли претендовать на трон. Браков с семьями царей оми не заключали, но зато часто становились главами селений, земель (позже - провинций) - куни.

 

В категорию кими входили владетели областей. Эти роды вели происхождение от «богов земли» и в любом из них правомерно подозревать наследственность от вождей аборигенных племен; подтверждается это и тем, что они были ревностными хранителями старинных религиозных традиций (протосинто) и активно сопротивлялись распространению буддизма, конфуцианства и даосизма. Вероятными выходцами из аборигенной знати были и вакэ - категория самых могущественных родов вождей, правивших землями до объединения племен.

 

Если судить по характеристикам, которые даны в приложении к «Кодзики» (К., Словарь титулатуры родов и корпораций), значительная, может быть, наибольшая часть категорий местной знати, «больших людей» была аборигенной по происхождению или по крайней мере состоявшей в родстве с аборигенами. Это агатануси, вакэ, инаки, кими и множество лидеров бэ - родо-профессиональных корпораций, гильдий или цехов, объединявших крестьян, рыбаков, ремесленников и т. п. (Правда, часть таких профессиональных групп составляли пришельцы из Кореи и Китая). То же можно сказать и о втором типе кабанэ.

 

ВТОРОЙ ТИП составляла служилая знать, сформировавшаяся при дворе, в основном после V в., и относящаяся к более низким категориям. Именно ко второму типу относилась упомянутая категория миятуко (мияцуко) - старейшин принадлежащих двору уделов и деревень, а также родов-корпораций, в обилии возникших к концу V в. Ранее это были главы локальных общин, в том числе среди племен ама, кумасо, кудзу, цутигумо, саэки и т. д. Мало чем отличалась в этом смысле другая категория второго типа, но более высокого ранга, атапи (атаи) - местная знать, своевременно подчинившаяся центральному двору и благодаря этому сохранившая и наследственно занимавшая в V-VI вв. посты управителей «провинций» (куни-но миятуко, куни-но атапи), т. е. земель или областей, ранее принадлежавших покорившемуся племени или общине.

 

Ко второму типу кабанэ относились и те роды, чье название пошло от их профессионального назначения, затем став титулом рода. Таковы роды пуми-пито (фуми-хито, фубито) - официальных летописцев, воса (оса) - переводчиков и т. п., в том числе паяпито (соврем. хаято) - изначально это было названием племени, жившего на юге Кюсю, впоследствии они служили дворцовой стражей. Точно таким же образом часть народа кумасо, так называемые опокумэ (великие кумэ), которые, по «Кодзики» и «Нихонги», составляли ударную силу дружины Дзимму, позже стали корпорацией, из которой рекрутировались правительственные войска или подбирались военачальники, а затем были слиты с родом Опотомо.

 

СМЕШАННЫЙ ТИП. До реформ Тайка, в V-VI вв., возникали смешанные типы, например, оми-мурадзи, а также великие оми (опо-оми) и великие мурадзи (опо-мурази). Сам факт смешения двух принципиально разных кабанэ говорит о том, что к этой цели соискатели шли через утверждение в статусе самой авторитетной при дворе силы, на что была способна только старая аристократия. К опо-оми относились роды Кадураки, Пэгури, Косэ и, что показательно, Сога; а к опо-мурази - по большей части аристократы областей Кавати (Капути) и Сэтцу - например, роды Мононобэ и Опотомо, формировавшие дворцовую гвардию.

 

После реформ Тайка система родов была реорганизована - и окончательно запутана. Много позже, в 815 г., вышло «Синсэн сёдзироку» - «Новое уложение семей и родов». Оно сохранило и узаконило деление родов по происхождению на «божественные» и «человеческие», установив при этом социальную иерархию, структуру которой теперь стало определять государство - высшая власть царства. Так была создана ситуация, благоприятная для проникновения в высшую власть неаристократов, а значит, для фальсификации генеалогий, т. к. для продвижения на верхние ступени иерархической лестницы по-прежнему было формально необходимым высокородное происхождение.

 

Например, кабанэ сукунэ в VIII в. был одним из рангов, который жаловался родам уровня мурадзи, и в системе, установленной правителем Тэмму во второй половине VII в., он считался третьим среди наивысших. А с периода Хэйан (нач. IX в.) его получают влиятельные люди независимо от происхождения.

 

Теперь рассмотрим, как, начиная с мифологической эпохи, сами «небесные божества», а затем и их посланники на землю (пресловутые тэнсон) роднились и смешивались с «земными богами» - с вождями племен «изначальных», тех, что населяли Японские острова до нашествия цивилизаторов. При внимательном прочтении свитков такие эпизоды часто обнаруживаются еще с «эпохи богов». Так, уже первый «тэнсон» Ниниги-но микото, «пробившись сквозь восемь гряд облаков» и спустившись на пик горы Такатихо на Кюсю, берет в жены дочь «земного бога» О-ямацуми-но ками - Конохана-сакуя-химэ - и производит с ней на свет троих сыновей. А ведь «земные божества» - это вожди туземных кланов.

 

Истоки рода Накатоми. Замечание по ходу: поскольку в исторических событиях, описанных хрониками, менее всего отмечаются враждебные по отношению ко двору Ямато действия таких этнических общностей, как хаято и ама, есть основания подозревать, что именно из них, наряду с кумасо (опокумэ), в основном состояла дружина «пионеров» Хонсю, завоевателей, возглавляемых Ипарэбико-Дзимму.

 

По «Нихонги», Дзимму после высадки на северо-востоке Кюсю, в местности Уса, встретил пару миятуко Уса - Усату-пико и Усату-пимэ. Чета правителей типа хико-химэ (др.-яп. пико-пимэ), то ли супруги, то ли брат и сестра, а может быть, и то, и другое, «построили в верховьях реки Уса-капа дворец на одной опоре и устроили пир в честь прибывших». И главное в эпизоде: «Тогда по высочайшему повелению Усату-пимэ отдали в жены Ама-но танэко-но микото, высокому вельможе. Ама-но танэко-но микото - самый дальний предок рода Накатоми» (Н., Св. III). Таким образом, Дзимму, разрушив местную власть, отдал химэ (соправительницу) в жены своему соратнику, а согласившиеся на это уса-но миятуко получили наследную власть в своих общинно-племенных владениях, ставших в итоге пожалованным им уделом, и к тому же оказались породнены с божественными предками влиятельного рода будущей японской аристократии. Накатоми - один из древнейших родов знати, клан жрецов синтоистских божеств. Жрецы этого рода возглашали молитвы норито, тексты экзорцизмов и занимали ключевое положение в государстве. Характерно при этом, что они были в числе самых упорных противников утверждения буддизма в Ямато.

 

О роде Накатоми есть и более ранняя информация, несколько отличающаяся от приведенной. Один из пяти богов, по велению богини Аматэрасу сопровождавших Нининги-но микото при его сошествии на землю, аттестуется так: «...бог Амэ-но-коянэ-но микото. Есть предок мурадзи [из рода] Накатоми» (К., Св. I, гл. 30). Если так, то сподвижник Дзимму Ама-но танэко-но микото, взявший в жены Усату-пимэ, приходится потомком бога Амэ-но коянэ, сопровождавшего Ниниги, и значит, не он, а этот бог - «самый дальний предок» упомянутого рода. Но это не меняет сути: названный род после эпизода во «дворце на одной опоре» породнился с аборигенами Кюсю.

 

Следует особо подчеркнуть, что, разумеется, за достоверность множества из подобных сообщений поручиться нельзя, важно же совсем другое - а именно то, что даже в VIII в. составители священных текстов, отбирая и записывая мифы и предания, упорядочивая пантеон, приводя в систему родословные «потомков богов», всячески «редактируя» прошлое и «совершенствуя» историю, в ряде случаев не считали нужным утаивать связи предков с «варварами»; очевидно при этом и то, что они не заблуждались относительно этнического состава и истоков своего народа.

 

Анализ текстов «Кодзики», «Нихонги» и других источников убеждает, что местные родовые группировки, кланы - из Ата, Вопари, Сики, Кадураки, Капути, Унэбэ, Киби и т. д., равно как и роды, названия которых происходят от божеств неба или земли, например, Сарумэ, - все отмечены межэтническими браками «богов неба» и «земных богов», т. е. завоевателей и аборигенов. На «варварское» происхождение указывают и входящие в имена знати такие части, как Эмиси, Опокумэ, Кунису и т. п. К примеру, в «Сёку Нихонги» под 700 г. упоминается некто Саэки-но Сукунэ Маро из рода с типом родства симбэцу - «потомки божеств»27, тогда как его имя прямо указывает на аборигенов п-ова Кии, которые считались потомками «богов земли», а не неба.

 

Связь рода Мононобэ с цутикумо. Вспомним еще один эпизод Восточного похода: при высадке воинов Дзимму на Хонсю в бухте Нанипа (у современного г. Осака) произошло столкновение с цутикумо, которых возглавлял вождь Нагасунэ-бико. Война с аборигенами оказалась нелегкой, она затянулась, в конце концов Дзимму, поплутав морем вокруг п-ова Кии и посуху в его горах, пошел на переговоры. В ходе их вождь цутикумо заявил государю: «Когда-то давным-давно потомок Небесных богов сел на Небесный Каменный Корабль и спустился с Неба. Звали его Куси-тама-ниги-паяпи-но микото. Он взял в жены мою младшую сестру, Ми-касикия-пимэ. Еще одно ее имя - Нагасунэ-бимэ, еще одно ее имя - Томия-бимэ. Родился у них ребенок. Имя его - Умаси-мадэ-но микото. Поэтому я почитал Ниги-паяпи-но микото как своего господина. Разве может быть двое потомков Небесных богов?». Итак, вождь презренных «пауков», заявив о своем родстве с небесными потомками, усомнился в небесном происхождении самого Дзимму. И это написано в священных анналах, включая и то, что небесный бог, опередивший «первоправителя» Иварэ-бико на земле Ямато, взял в жены принцессу «варваров». Выложив доказательства высокого родства, «варвар» потребовал, чтобы и Дзимму, в свою очередь, доказал свою божественную миссию. Общего языка найти не удалось. Тогда появился сам Ниги-паяпи: «увидел он, что характер Нагасунэ-бико устроен наоборот, и. убил его, а войска его увел и подчинил своей власти». Этот сюжет о породнении «тэнсон» с «варварами» завершается разъяснением насчет Ниги-паяпи-но микото: «Он - дальний предок рода Моно-но бэ» (Н., Св. III). Версия, изложенная в «Кодзики», где Нагасунэ-бико назван Томибико, намного короче, но сводится к тому же: Нигипаяпи-но микото является на помощь Дзимму, они побеждают, «и вот Нигипаяпи-но микото взял в жены младшую сестру Томибико, [по имени] Томибимэ, и Дитя, у них родившееся, - Умасимади-но микото. Это предок рода Мононобэ...» (К., Св. II. С. 41).

 

Такими же изначально смешанными, «тэнсон-эмиси» или «японо-варварскими», можно считать кланы, подобные Сога и Абэ, относившиеся к оми - высшей аристократии, причастной к созданию Ямато и родственной царям через жен.

 

Клан Сога: связи с чужестранцами и аборигенами. Клан Сога представлял могущественную группировку при царском дворе, это был первый из усилившихся родов в пору сложения японской государственности. С конца VI и до середины VII в. клан фактически правил страной. Как утверждал профессор Н. И. Конрад, «своим возвышением Сога обязаны тому, что при Юряку они стали заведовать «тремя царскими сокровищницами»»; проще говоря, они обогатились при трех крупнейших складах ценностей и продовольствия, устроенных к тому времени при дворе и постоянно пополнявшихся за счет дани, трофеев и всевозможных поборов. Другая причина могущества объяснялась «тесным слиянием» дома Сога с родами Ати-но оми, Вани, Хата и Сиба Датто - «главнейшими группами переселенцев китайского происхождения», представители которых и заведовали означенными «сокровищницами»28.

 

Самый знаменитый член клана, Сога-но Эмиси, создал прецедент отстранения от власти верховного правителя; в 592 г. узурпатор организовал убийство царя Сосюна и возвел на трон свою племянницу, принцессу Тоёмикэ Касикияпимэ (царица Суйко), фактически же правили Эмиси и его сын Ирука. Так продолжалось и при царе Дзёмэе, и после его смерти, когда престол заняла его вдова (посмертное имя Когёку). Как видно, этот эксперимент столь пришелся по вкусу знати, что даже после свержения ненавистного клана посаженный на трон младший брат названной царицы (его посмертное имя - Котоку) власти не получил и был такой же марионеткой, как Суйко, Дзёмэй и Когёку. Как отмечал историк-японист Дж. Б. Сэнсом, с тех пор и до реставрации Мэйдзи императоры Японии у власти не были29.

 

Весьма важна подоплека узурпации кланом Сога верховной власти и ожесточенной борьбы против клана представителей старой аристократии. Род Сога добился в царстве высокого положения очень рано, и уже в IV-V вв. упрочил его. Но во второй половине VI в., после смерти царя Киммэи, Сога столкнулись с сильным противодействием главной военной силы Ямато - рода Мононобэ. Борьба приняла ожесточенный характер из-за того, что Сога были ревностными поборниками буддизма, а Мононобэ столь же ревностно защищали позиции протсинто. В чем были причины таких разногласий?

 

Сога-но Эмиси, захватив верховную власть, опирался на многочисленных корейских и китайских купцов, ремесленников, грамотеев, давно разбогатевших и вхожих в высшие коридоры власти, но и наладил надежную связь совсем с другой стороны - с лидерами аборигенных племен. В частности, у него в союзниках был вождь провинции Этиго, под началом которого состояло несколько тысяч вооруженных и искусных в боях эбису30. Это страшило политических противников и помогало ему творить произвол.

 

Представим специфику эпохи. О стиле правления Эмиси и историческом фоне Дж. Б. Сэнсом писал так: «Суть его внутренней политики состояла в привлечении к себе расположения проживающих в стране чужестранцев, как китайских и корейских поселенцев, известных своими знаниями и мастерством, так и полудиких воинственных эбису на северо-востоке и кумасо на юго-западе, свирепость которых делала их прекрасной личной гвардией. Япония в этот период была этнически неоднородной и не имела стабильного управления. Это были подходящие для мятежей времена; власть центрального правительства распространялась не дальше нескольких дней пути от столицы, и даже здесь ею пренебрегала и бросала вызов жадная и амбициозная знать»31.

 

Сога-но Эмиси открыто вел себя как самодержец, узурпировав прерогативы, привилегии и даже церемониал сумэра-микото (тэнно, верховного владыки). В конце концов это вывело из терпения идеологическую верхушку. Наиболее воинствующей против Сога силой был клан Мононобэ, контролировавший военное дело и, значит, верховную власть. Ведь фактически вместе с царями от власти был отстранен именно он. Сторону Мононобэ принял род Накатоми - наследственных исполнителей культов при дворе и хранителей традиций протосинто. Оба рода происходили от «варваров».

 

Напротив, «новые дворяне», выходцы из разбогатевшего, выслужившегося и добившегося влияния разночинства, особенно корейско-китайских корней, активно поддерживали буддизм. Они - иноземцы и иные «низкие» по происхождению - не могли возвести свои корни к древним божествам синто и утвердиться за счет «божественного происхождения», которого у них быть не могло; отсюда их ставка на буддизм и китайскую культуру; так они пытались повысить свой статус.

 

Сога-но Эмиси стремился к быстрейшей и радикальной китаизации Ямато с тем, чтобы добиться законного закрепления царского престола за собой, что позволяли китайские традиции и законы, но не позволяли древнеяпонские. На его пути стояли наиболее знатные роды Ямато. Не только узурпация власти, но и «вживление» в тело страны чуждой религии, а с ней и комплекса иной культуры наталкивалось на принципиальное сопротивление старой знати - приверженцев протосинто, традиции которого питали их привилегированное положение. Как принято считать в науке, окончательный итог борьбы определило то, что буддизм и китаизация максимально отвечали задачам развития феодализма и централизации государства, тогда как разрозненные культы протосинто несли в себе тенденции децентрализации, сепаратизма. Но последующая история Японии показала, что ни принятие буддизма, ни китаизация строя и культуры не устранили децентрализацию и сепаратизм, а значит, столь великие жертвы были напрасными...

 

В 587 г. по описанным причинам началась подлинная гражданская война. Этому способствовало двойственное отношение правителей Ямато к китаизации и буддизму. Так, Киммэй (правил в 540-572 гг.) не говорил ни да, ни нет как сторонникам, так и противникам буддизма, хотя уже при нем разгорелась вооруженная борьба Накатоми и Мононобэ с кланом Сога. Этот правитель умер, так и не решившись на религиозные нововведения, хотя и не препятствовал буддистам. Сменивший его Бидацу (правил в 572-585 гг.) был почитателем китайской литературы, однако в буддизм не верил. Но именно при нем в 575 г. в Ямато стал окончательно утверждаться буддизм. Через несколько лет из северокорейского государства Силла была привезена и установлена статуя Будды.

 

И тут вновь начались трудности: очередную эпидемию традиционалисты связали с завезенными из-за моря богами и гневом по этому поводу исконных божеств. Весьма красноречива запись хроники от 584 г.: «Мононобэ-но Югэ-но Мория-но Опомурази и Накатоми-но Катуми обратились к государю: “Отчего ты не следуешь словам твоих слуг? И при твоем покойном отце, и в твое правление случается много болезней - силы народа истощаются. И все это из-за того, что Сога-но Опооми поклоняется Закону Будды!”. На что Бидацу ответил: “Вы правы! Следует прекратить.”» (Н., Св. XX).

 

Вследствие этого был разрушен возведенный кланом Сога буддистский храм. Но сооружение вскоре восстановили. А следующий царь, Ёмэй (585-587 гг.), однажды всерьез заболев, принял «Закон Будды». В его правление и началась война. Она разгорелась после гибели Мононобэ-но Мория, который был главным министром при Бидацу и Ёмэе и самым решительным противником чуждого учения, и длилась долго - с 588-го по 593 г. В ходе ее клан Сога совершил убийства царя Сосюна и двух принцев и посадил на престол марионеточную правительницу Суйко (правила в 593-629 гг.), а регентом по его воле стал принц Умаяда (Сётоку-тайси), племянник Суйко и сородич Сога по матери. Именно Сётоку-тайси превратил Ямато в китаизированное буддийское государство.

 

После ранней и загадочной смерти Сётоку-тайси в 622 г. произошло максимальное усиление клана Сога. Он свергает и назначает царей, а в стране нарастает хаос. Наконец, в 644 г. против узурпатора был составлен заговор, который возглавили принц Нака-но Оэ и глава династии синтоистских жрецов Накатоми-но Каматари. Заговорщики осуществили переворот - свергли Эмиси, предварительно убив его сына Ируку, и добились отречения правительницы-марионетки Когёку в пользу ее младшего брата Котоку. В ходе переворота Тайка был вырезан почти весь клан Сога, а фамильный дворец сожжен. Видимо, уничтожение в огне дворца со всеми в нем скрывавшимися людьми создало тайну смерти самого Сога-но Эмиси; по некоторым сведениям, его убили вместе с другими домочадцами, но есть версия, что он покончил самоубийством, а перед этим сжег множество собранных им по всей стране манускриптов, более древних, нежели «Кодзики», «Нихонги» и другие упоминаемые в хрониках труды.

 

Сведения о родовых истоках Сога весьма противоречивы. С одной стороны, по записям в «Нихонги», клан относился к оми - высшей аристократии, прямо причастной к созданию союза Ямато, но не имевшей прав на престол. Почему так, неясно, ведь, по Конраду, сородичи Сога составляли «одну из ветвей рода “канцлера царицы Дзинго” - Такэноути-но сукунэ»32. А это не просто знатное положение - по хроникам, Такэноути-но сукунэ, прославившийся службой жреца, царедворца и военачальника у правителя Тюая, его супруги-регентши Дзингу и затем у ее сына, Одзина, вел гене¬алогию от царя Когэна (из тех «восьми правителей», правивших одновременно в расколовшемся союзе Ямато, речь о которых пойдет далее); стало быть, он мог иметь пра¬во на занятие трона.

 

Но по другим данным, роду Сога положили начало корейские и китайские иммигранты, а они первоначально пребывали на положении, близком к рабскому, входя в низшие слои общества; позже это были, так сказать, «разночинцы», которые могли выслужиться до «дворян», но сравняться с оми и мурадзи, будучи по происхождению чужестранцами, были не способны; их статус маркировался категорией «бэ». Н. И. Конрад прямо отмечает низкое происхождение Сога: «На это указывает и их название - Сога-бэ»33.

 

Поэтому не исключена фальсификация родословной - дело в ту эпоху, по-видимому, весьма обычное. На этот счет есть красноречивая запись в «Нихонги», относящаяся к середине VII в. Государь Котоку однажды изрек: «Во времена недавние... имена божеств и государей отделились и ими стали пользоваться роды оми и мурази. Отделившись, они стали использоваться и миятуко... Неразумные оми, мурази, томо-но миятуко и куни-но миятуко стали использовать имена божеств и правителей, входившие в их имена, по своему хотению, и они стали присваиваться людям и местам. И тогда имена божеств и имена государей, ввиду проведения несправедливых сделок с людьми, стали передаваться рабам, и чистые имена стали грязными» (Н., Св. XXV). Таким образом, в означенное время стерлись грани, разделяющие знатных персон, ведущих генеалогии от «небесных богов», и второстепенных, происходивших от «земных богов», и даже простолюдинов, что привело к массе раздоров и неразберихи, а высшие кабанэ начали обесцениваться.

 

Небезынтересна и третья сторона вопроса: красноречивое имя главы клана - Эмиси, который имел связи с «варварами». Вообще говоря, фальсификацию родословной в клане Сога подозревать не обязательно. Выясняется вот какая странность - в связи с браком, в который вступил восьмой правитель Ямато, государь Когэн. По оф. хрон., Когэн правил почти через 400 лет после первоправителя Дзимму, но тем не менее, по тем же хроникам, он взял в жены младшую сестру Удупико - вождя ама и соратника Дзимму. В данном случае составителям анналов явно отказала бдительность, благодаря чему понятно, что Когэн был современником «первоправителя» и «небесного воина», коли женился на современнике Дзимму, которого тот за особые заслуги назначил управителем земли Ямато. И именно сын Когэна от этого брака, Сога-но Исикава-но сукунэ, стал «предком оми Сога» (К., Св. II. С. 50). Значит, клан происходил по женской линии от рыболовов и мореходов ама; но в связи с чем один из Сога получил имя Эмиси, непонятно.

 

Итак, мы имеем два взаимоисключающих утверждения - о принадлежности Сога к высшей знати (оми) и указание на происхождение из низов («бэ» китайских корней). Неясны и пассажи с фамилией Исикава (тогда - Исикапа); по приведенному источнику, она не менее древняя, чем род Сога, а по другим данным, появляется лишь после свержения Эмиси и Ируки. Утверждается, что «род Исикава изначально носил фамилию Сога. В VI - первой половине VII в. это был наиболее могущественный род, представители которого неизменно занимали ведущие придворные должности. Однако после убийства в 645 г. Сога-но Ируки род утрачивает свои позиции. Фамилия Исикава была пожалована Сога в правление Тэмму (673-686 гг.)»34. Т. е. те члены рода, которым удалось избежать репрессий и сохранить доверие власти, получили новую фамилию, дабы была стерта память об одиозном клане, подвергшемся истреблению. Так или иначе, очень темной оказывается родословная Сога, сыгравшего столь значимую и мрачную роль в построении китаизированной государственности Ямато. Но при всех странностях ясно, что этот род был полиэтническим, как и большинство аристократических кланов.

 

Куро-пая и череда враждующих правителей. Чтобы разобраться с аборигенными первопредками, потомством и неординарной ролью еще одного знатного рода, следует вернуться к некоторым отнюдь не героическим событиям Восточного похода Дзимму. По «Нихонги» (Н., Св. III), будущий первоправитель Ямато, при жизни - Каму-Ямато- ипарэбико-поподэми-но сумэра-микото - был четвертым сыном Пико-нагиса-такэ-укая-пуки-апэзу-но микото, владетеля страны Пимука на Кюсю, от Тама-ёри-пимэ - дочери бога моря. Этнические корни владетеля, как и Тамаёри-бимэ, неясны, известно лишь, что он захватил Пимуку и взял жену, так сказать, в качестве трофея. В пятнадцать лет Поподэми Второй (ибо так же звали его айноидного деда, известного как Хоори и Отрок горной удачи) был провозглашен наследным принцем, а затем взял в жены Апирату-пимэ (Ахирацу-химэ) из селения Ата в той же Пимуке, и их первым сыном стал Тагиси-мими-но микото. Впоследствии первенец Дзимму сыграл довольно злую роль в жизни высшей власти Ямато и очень плохо кончил.

 

Эти и последующие обстоятельства важны потому, что некоторые из последователей Дзимму оказались тесно связанными с родом Пая, первопредком которого был глава локальной группировки Сики. Что же это был за род и что стоит за топонимом Сики? В хрониках не раз упоминается этот округ и его владыка (Сики-но агата-нуси) по имени Куро-Пая (тж. Паэ/Хаэ). Округ Сики, которым владел род Пая еще до того, как Кинаи был завоеван Небесным воином, сыграл не менее видную роль в истории возникновения союза Ямато, нежели север Кюсю, местность Ипарэ, страна Идзумо или земля Киби.

 

Еще при первой высадке на сушу в бухте Нанипа дружина Дзимму столкнулась с сильным сопротивлением воинов Нагасунэ-бико (или Томо-бико) - «земляных пауков» цутикумо. Потерпев в схватке с ними поражение (в бою от «стрелы, боль приносящей», погиб Итусэ-но микото, старший брат Дзимму), завоеватели предприняли плавание, высадку на сушу с восточной стороны п-ова Кии, поход через горы - и в конце концов зашли в тыл Нагасунэ. Перед этим описаны мирные и немирные контакты Дзимму с представителями аборигенных племен; в хрониках не у всех эпизодических лиц обозначена этническая принадлежность, так что трудно судить наверняка, какие из них были, с точки зрения составителей «Кодзики» и «Нихонги», «варварами», а какие принадлежали к «японским племенам». Но во многих случаях можно догадаться.

 

Так, в местности Ёсино Небесному воину встретится человек по имени Випико, вышедший из колодца (?) - «он весь светился, и у него был хвост». Не думаю, что следует причислить к «японскому племени» этого хвостатого героя; в «Нихонги» он аттестуется как «земное божество» и «первопредок обито Ёсино» (обито - в переводе и есть «хвостатые люди»), а в «Кодзики» - как «предок рода кими»35. Возможно, записи сохранили отголоски памяти о древних обитателях горных лесов Ки-но куни, которые задолго до составления хроник были ассимилированы.

 

В Ёсино произошла встреча с еще одним «хвостатым человеком». Это был «отрок из числа раздвигающих скалы» - определенно «варвар», и о нем сообщается: «первопредок рода кунису в Ёсино» (в «Кодзики» - «предок кузу из Ёсино»). Значит, кунису (кузу/кудзу) тоже влились в древнеяпонский этнос.

 

На пути дружине встретились два примечательных селения: почти в самом начале - Уда, а перед самым концом пешего перехода - пресловутое Сики. Истории с их вождями однотипны, сходны даже имена. И там, и там правят два брата, старший и младший, причем старшие упорствуют во вражде и сопротивлении, а младшие описаны как благонравные и лояльные к завоевателям. Иными словами, в лице старших братьев мы видим патриотов, защищающих свои земли и людей от чужеземного нашествия, а в лице младших - предателей не только по отношению к соплеменникам, но и к своим старшим братьям, которых они не просто предают - они доносят Небесному воину об их тайных планах, чем и обрекают тех на смерть.

 

Отличие же состоит в том, что старшего правителя из Уда по имени Э-Укаси легко и быстро убивают, хотя с его людьми расправиться оказалось сложнее. Второй непокорный правитель, Э-Сики, ожесточенно борется, возглавляя войско: он располагает свой лагерь в селении Ипарэ (будущая временная ставка победителя, затем - «столица» нескольких государей) и перекрывает все дороги, не пропуская Дзимму. И у того, и у другого, сказано в хрониках, - по «восемь десятков молодцов» (80 - обозначение большого множества в японской мифологии), а кроме того, фигурируют еще «восемь десятков молодцов» без упоминания вождя, местности и племени. Впечатление в общем таково, что против Дзимму выступают родственные или союзнические племена либо локальные группы одного племени. Когда же завоеватели вероломно, пригласив на пир и напоив, истребляют воинов Э-Сики (весьма характерная для японцев «военная хитрость», применявшаяся на протяжении многих столетий), звучит ликующая песня со знаменитыми словами: «Хотя говорят люди, / что один [воин] эмиси / равен ста, / но они [сдались] без сопротивления!». А в «Кодзики» эти несчастные прямо названы «хвостатыми людьми тутикумо». Правомерно заключить, что и люди Э-Укаси, и воины Э-Сики были «варварами».

 

А вот предатели неплохо устроились на службе у завоевателей. О первом в «Кодзики» сказано: «Этот младший брат Ото-Укаси. Предок рода Мопитори в Уда» (К., Св. II. С. 39). А Ото-Сики, младший брат правителя упомянутой местности, стал видным деятелем при Дзимму; по итогам Восточного похода за ним был закреплен «округ Сики», так что в дальнейшем «имя его - Куропая - стало титулом управителя угодий в Сики» (Н., Св. III). Вскоре Куропая (Куро-хаэ) сумел не только сохранить за собой удел, но и войти в тесный круг сподвижников «первоправителя», тесно с ним породнившись.

 

Для ясности дальнейшего изложения напомним череду правителей созданного Небесным воином, согласно «Кодзики» и «Нихонги», союза Ямато, пронумеровав в нем римскими цифрами интересующих нас «восемь правителей».

 

После Дзимму (1) правили: Суйдзэй (2-I), Аннэй (3-II), Итоку (4-III), Косё (5-IV), Коан (6-V), Корэй (7-VI), Когэн (8-VII), Кайка (9-VIII); далее воцарился Судзин (10), которому наследовал Суйнин (11).

 

Теперь возвратимся к старшему сыну Дзимму - Тагиси-мими, ветерану Восточного похода, выходцу из Пимуки на Кюсю, с которого, собственно, началась смута «восьми правителей». После смерти Дзимму он узурпировал власть и, дабы закре¬пить ее за собой, взял в жены собственную мачеху Пимэ-татара-и-сукиёри-бимэ - вдову Дзимму, его вторую супругу из рода Идзумо. Но подросшие дети Небесного воина убили узурпатора, и к власти пришел законный наследник Каму-нунакапа-мими - правитель Суйдзэй (2-I).

 

Обстоятельства и проблемы этого таинственного периода подробно изучал Д. А. Суровень36. Он убедительно показывает, что со смертью Дзимму развернулась борьба претендентов на престол, и это были не только узурпатор Тагиси-мими и законный наследник, будущий государь Суйдзэй. Видимо, едва созданный союз со смертью его основателя распался на враждующие группировки и даже, более чем вероятно, территории. В далеком будущем составители хроник изобразят яростно враждовавших представителей одного-двух, максимум двух-трех поколений как череду закономерно сменявших друг друга последователей, прямую линию - от отцов к сыновьям - восьми «потомков Неба», занявшую 450 лет. Эта череда потребовалась им еще и для того, чтобы сократить колоссальный «сдвиг времен», поскольку официальная дата воцарения Дзимму, т. е. начала династии «императоров», была отнесена к 660 г. до н. э., хотя это или соответствующее ему событие не могло состояться раньше наступления нашей эры.

 

Д. А. Суровень подсчитал, что Восточный поход проходил в конце III в. н. э., Дзимму правил примерно с 300-го по 316 г., а в 319-320 гг. был убит узурпатор Тагиси-мими и воцарился второй после Дзимму правитель Суйдзэй - первый в череде враждующих претендентов. Вся эпопея «восьми правителей», растянутая в хрониках на 450 лет, заняла 316-324 гг., после чего пришел к власти десятый правитель Судзин-Мимаки. «То есть на всех восьмерых приходится всего девять лет, причем пять из них приходится на правление Тагиси-мими и борьбу за власть с ним Суйдзэя, а четыре - на остальных семерых...», - заключает Д. А. Суровень.

 

Исследователь полагает, что после смерти Дзимму в 316 г. борьба за престол Ямато развернулась между наследниками из Кюсю (начиная со старшего сына Тагиси-мими от Апира-пимэ) и потомками по линии правителей Идзумо (Каму-яви-мими и Каму-нунакапа-мими от Химэ-татара). Мне, однако, представляется, что расклад сил и причины раздора могли быть значительно более сложными. Разбираясь в них, надо помнить, что составители хроник сознательно искажали реальные события (или сами были дезинформированы существовавшей в VIII в. мифологической версией), что показывает последовательное расположение ими на длительной хронологической дистанции героев, живших и действовавших в одно и то же весьма короткое время.

 

Вот, думается, какие могли быть мотивы и обстоятельства. Как проследил Д. А. Суровень, по крайней мере первая половина «восьми правителей» были людьми одного поколения, женатыми на женщинах из рода Куро-Пая, а в целом женщины этого рода стали супругами шестерых из «восьми правителей» между Дзимму и Судзином. И даже Судзин, десятый правитель Ямато, не был чужд роду Хаэ, правда, по побочной линии - по хроникам, он был сыном правителя Кайки от «неглавной жены» Икаси-комэ или Икагаси-комэ из рода Куро-Пая.

 

Таким образом, не исключено, что возбудителями смуты, вольно или невольно, как инициаторы или как объекты, стали потомки «презренного паука» цутикумо, предателя собственного брата, по неизвестным нам причинам вошедшего в особое доверие к «первоправителю» Дзимму, приобретшего при нем особое влияние и тем снискавшего ненависть со стороны «чистокровных» завоевателей - ведь завоеватели всегда проявляют расовое превосходство над покоренными. А тут к тому же был случай, когда покоренный возвысился над победителями, бесперебойно поставляя своих дочерей, племянниц и внучек двору в супруги правителям. Так что главное противостояние должно было сложиться не между выходцами с Кюсю и потомками Идзумо (хотя и оно более чем вероятно), а «чистым» потомством Дзимму и «полукровками» - отпрысками предателя и царского фаворита, «варвара» Куро-Пая. Кроме того, вражда должна была неминуемо разгореться и потому, что - в силу полигамных обычаев и завоевателей, и аборигенов - появилось слишком много лиц царской крови, связанных с родом Пая, которые просто-напросто передрались из-за престола.

 

Учитывая ограниченные островные пространства, а тем паче зону, первоначально захваченную дружиной Дзимму, будем иметь в виду, что раскол и смута произошли на маленькой территории, в которой тем не менее можно выделить отдельные точки дробления Ямато. Это, если судить по «столицам» и местам погребения первых десяти правителей, в первую очередь местность Сики, затем окрестности горы Унэби, далее селение Кадураки и, видимо, Курода в земле Харима (Парима).

 

Мог возникнуть и дополнительный повод к распре. С наследованием Дзимму существует явное недоразумение, которое допустили составители «Кодзики» и «Нихонги» своими противоречивыми записями. Что мы читаем в них: 1) Каму-нунакапа-мими был самим Дзимму заранее определен как наследник (Н., Св. III), и в этом случае Тагиси-мими действительно был незаконным правителем, узурпатором; 2) Но по этой же причине Каму-яви-мими не мог рассчитывать на престол, хотя в хрониках сказано нечто противоположное: при расправе братьев с узурпатором Каму-яви-мими-но микото сплоховал и, сознавая свою вину, уступил власть младшему брату, у которого рука не дрогнула (К., Св. II. С. 44; Н., Св. IV); 3) Наконец, по тем же записям, Тагиси-мими не был узурпатором. По расчетам Суровеня, накануне смерти «первоправителя» наследник был еще слишком мал - ему должно было быть 14-15 лет, а Тагиси-мими, сказано в хронике, «годами его превосходил и уже поднаторел в делах двора. Поэтому государь ему доверил управление и обходился с ним как с ближайшей родней» (Н., Св. IV).

 

Возможно, все эти противоречия и разночтения не случайны, и смута началась из-за того, что три брата не поделили наследство отца, прежде всего трон, причем отец сам тому невольно способствовал, сначала определив наследником одного сына, а затем поручив управлять страной другому. Далее же в ссору были вовлечены и другие потомки, и, как снежный ком, стали разрастаться междоусобицы, охватившие всю территорию едва возникшего союза. Весьма вероятно при этом, что округ Сики стал главным гнездом мятежа, которое Судзин в конце концов разгромил. Видимо, он захватил это владение, на что указывает то, что именно там Судзин был похоронен. Примечательно также, что со времени Судзина род Куро-пая не фигурирует в хрониках.

 

Но выясняется самое важное обстоятельство: и сам Мимаки-Судзин, возвративший порядок в стране, т. е. расправившийся с участниками смуты, сын Кайки и внук Когэна, по матери был потомком Мононобэ - рода, у истоков которого, как уже выяснялось, стояла дочь вождя цутикумо! Не будем забывать, что все происходило спустя какие-то двадцать лет после Восточного похода; действующие лица были его участниками, жертвами или свидетелями либо потомками оных в первом поколении. Так что будущий десятый правитель рос, надо полагать, под впечатлением судьбы своего предшественника Нагасунэ, погибшего в борьбе против завоевателя Ипарэбико. И он знал, кто такой Куро-Пая, какое тот совершил предательство и как цинично им пользуется. Распря могла стать удобным поводом для сведения счетов с предателем, актом долгожданной мести. К тому же трофеем стала столь важная для Ямато местность Сики, можно сказать, самый центр «государства», которую Судзин после своей полной победы сделал «столицей» Ямато.

 

Расправа с Куро-Пая и захват Сики автоматически означали смертельную схватку с большинством из «восьми правителей», поскольку они были тесно связаны с родом предателя. Так, супругой Суйдзэя (2-I) была то ли дочь (по «Нихонги»), то ли младшая сестра (по «Кодзики») Куро-Пая; Аннэй (3-II), Косё (5-IV) и Коан (6-V) были женаты на дочерях правителя Сики; Итоку (4-III) - на племяннице или внучке Хаэ; Корэй (7-VI), который, по «Нихонги», родился от дочери Хаэ и правителя Коана, взял в жены сразу двух сестер из рода Хаэ; и т. д. И уже имя третьего правителя, Аннэя (3-II) - Сики-ту-пико-таматэми-но сумэра-микото, - включает топоним Сики («Юноша из Сики...»), маркирующий родство по женской линии, причем его жена Капату-пимэ, провозглашенная государыней, была дочерью Хаэ.

 

Можно представить, какие внутренние противоречия раздирали созданный силой оружия родоплеменной союз, буквально сбитый из разношерстных этнических кусков, какие в нем действовали центробежные силы, какая взаимная ненависть бушевала. И какие противоречивые чувства обуревали исторических персонажей, в которых смешалась кровь завоевателей и побежденных, туземцев и чужаков. Думается, род профессиональных воителей Мононобэ на протяжении столетий мог тайно гордиться своим предком - неистовым и непокорным вождем цутикумо. Уместно учесть и такие любопытные факты: две младшие жены Судзина-Мимаки происходили от потомков племени ама - одна из Ки-но куни, другая из Вопари; а к Кайке, отцу Судзина, восходит информация о сложении рода Окинага-тараси-химэ (регентши Дзингу), корейское происхождение которого давно никем не оспаривается.

 

Краткое обобщение изложенного материала

 

По возможности кратко обобщим изложенные данные и предположения.

 

Я исхожу из того, что события Восточного похода, с которых начинается возникновение союза Ямато - будущего древнеяпонского государства Нихон, - события, крайне искаженные по причинам, которые здесь не место обсуждать, все-таки реально происходили. На это указывает целый ряд тщательно выписанных эпизодов, ситуаций, подробностей. В других случаях, когда вероятна поддельная вставка и измышления хронистов, такой детализации мы в хрониках не видим.

 

Состав дружины Дзимму вполне отражал предшествующую ситуацию контакта: видимо, на юге о-ва Кюсю - айноидных и австронезийских (южномонголоидных элементов в смеси с австралоидными) племен. Разумеется, это - мифологическая память о временах более древних. Скорее всего, этот контакт к моменту, предшествующему описанным событиям, не был всецело мирным, и здесь могла скрываться причина исхода группы, возглавляемой будущим Дзимму, с о-ва Кюсю на о-в Хонсю. Ведь страна Пимука, откуда отбыл в Восточный поход Дзимму, не так давно была захвачена дедом «Небесного воина», т. е. этот клан там был чужим; по дальнейшему изложению событий можно предположить, что для основателей союза Ямато Кюсю стало потерянной территорией (в дальнейшем ее пришлось долго завоевывать). Далее: в группу завоевателей Ямато, включая вождя, входили представители не менее трех этнорасовых «таксонов» - горных охотников (эбису, айноидов), морских рыболовов (хаято/паяпито) и точно не идентифицированных кумасо/кумабито (возможно, это восточные монголоиды, судя по тотемному имени: кума - медведь).

 

События похода показывают, что, как обычно бывало при первобытном и общинно-родовом строе, встречи разноплеменных социумов, в том числе разных рас, легко ведут как к вражде с взаимным истреблением, так и к тесному породнению, включая межэтнические брачные союзы, препятствий к которым в традициях той эпохи или соответствующей ступени культуры не было. Мы проследили, как выдаваемые составителями хроник за представителей «японского народа», «цивилизованного племени» завоеватели последовательно адаптируют в свой состав, через браки, принятие в подданство и на службу, вождей таких племен, как ама, гипотетическое уса, кудзу (кунису), цутикумо.

 

При возникновении союза Ямато начинается дальнейшее взаимодействие с разными территориальными группами аборигенов. С этого момента нарастают и активизируются этносинтетические процессы. В описании Восточного похода есть момент, когда Дзимму покинули некоторые его соратники. Можно предположить, что уже тогда началось разбредание отдельных дружинников по просторам неведомой страны, которые всегда так манят авантюристов. Возможно, какая-то часть из них далее заложит основы некоторых «варварских мини-государств», из которых целую эпоху, с III по VII-VIII вв., будет состоять пресловутая держава «небесных императоров».

 

Постепенная экспансия, чаще вооруженная, чем мирная, союза Ямато из Кинаи в Токай и Канто, на запад, в Идзумо, на юг, на о-ва Сикоку и Кюсю, на северо-запад, в современный регион Хокурику и в край Коси, и, наконец, на северо-восток, в Адзума-но куни, Хитаками, Мициноку (современный регион Тохоку), запустила работу сложного этногенетического «котла», так как пришельцы с юга Кюсю, изначально неоднородные в этнорасовом отношении, интенсивно смешиваются с аборигенными племенами; это, помимо уже перечисленных, - саэки/сапэки, малоизвестные идуми/идзуми (возможно, родственные ама), «хвостатые люди» обито (но «хвостатыми» названы также кудзу и цутикумо), упомянутые в «Хитати-фудоки» нисимоно и яцукахаги и, конечно, эбису-эмиси. За этим обобщенным и вольно употребляемым в Ямато этнонимом скрывались в первую очередь предки айнов (но не только они), а позже, с VI - VII вв., - так называемые северные эмиси, в которых исследователи подозревают переходный тип от айноидных, дзёмонской культуры племен к древним японцам на Хонсю и к айнам - на Хоккайдо.

 

Не забудем важный аспект: так как контингент завоевателей, вторгшихся с Кюсю на Хонсю, был немногочисленным, а завоеванный ими регион был густо населен, то не может быть и речи об ассимиляции пришельцами аборигенов. Всё происходило противоположным образом, и сегодня японцы, видимо, мало чем отличались бы от древних и современных айнов, если бы не нарастающие волны другой миграции - со стороны Корейского п-ова, которые начинают оказывать существенное влияние на расовый облик населения Ямато примерно с V-VI вв., а с наибольшей силой еще позже. Этот процесс я пока лишь отмечаю, поскольку он требует отдельного, тщательного и детального рассмотрения. Добавлю, что монголоидизация древней Японии растянулась на всю вторую половину I тысячелетия н. э. и далеко не завершилась в начале II тысячелетия.

 

Следует учитывать, что поглощение формирующейся культурной и этнорасовой общностью Ямато различных «варварских» элементов архипелага не было равномерным ни во времени, ни в пространстве. Поэтому наряду с аристократическими родами, сосредоточенными преимущественно в Утицукуни, которые интенсивно роднились с корейскими и китайскими иммигрантами и довольно быстро составили своеобразную этнорасовую касту, простое население царства, особенно на периферии, жило более замкнутыми общинами и длительное время сохраняло основные черты, а позже - реликты своего племени. Поэтому знакомство антропологов с современной Японией выявляет существенные этнорасовые различия в местном населении между регионами Кинаи, Канто и особенно Тохоку: здесь жители сохраняют ощутимый сдвиг к «айноидности», который не заметен, скажем, в треугольнике Киото - Нара - Осака или на западе Хонсю.

 

Кроме постепенно растворявшихся в массиве формирующегося народа ямато потомков аборигенных племен, долгое время существовали общины более чистой этнолокальной специфики, жившие собственным этноплеменным укладом и в основном сохранявшие расово-антропологический тип «изначальных». На момент составления хроник не только была жива память о происхождении тех или иных аристократов от кудзу, саэков, ама, кумасо, хаято и т. д., но и во множестве существовали территориально-племенные группы ама, хаято, кумасо и эмиси.

 

«Цивилизаторская» политика царей Ямато по отношению к местному населению диктовалась стремлением не только к порабощению, покорению и истреблению, но и к аккультурации и ассимиляции. Широко практиковались переселения непокорных общин после очередного «умиротворения», т. е. распыление и размещение в местах, где контроль их поведения был бы облегчен, а их возможности к сопротивлению - затруднены. Это вело к сложному смешению различных этнорасовых групп; примерно то же происходило при бегстве аборигенов под натиском завоевателей из родных мест в чуждые пределы, где они смешивались с местными иноплеменниками. В обоих случаях должны были возникать ареалы культурного синтеза, но это явление совершенно не изучено.

 

Наконец, отметим действие в общих этносинтетических процессах возвратных явлений, если можно так выразиться, вторичной айноидизации представителей формирующейся народности ямато при их отрыве от общего массива Утицукуни и попадании в туземную среду: уже монголоидизированные и усвоившие китайский стиль жизни аристократы, заполучив удел в Канто, Коси или Тохоку, роднились с незатронутой еще древнеяпонским влиянием туземной знатью, а воины их дружин - с простолюдинами. В дальнейшем жизнь их потомков вдали от китаизированной цивили¬зации, например, в Тохоку, могла продолжаться столетиями, и понятно, что промежуточным итогом становилось появление популяций «варваризованных» японцев, которых ныне ученые затрудняются идентифицировать и отделить от собственно эмиси. Еще позже, с наплывом в Тохоку, а ближе к позднему средневековью и на Хоккайдо возрастающей массы японцев уже выраженного монголоидного облика, активизировался процесс «вторичной монголоидизации», и тогда становилось еще сложнее разобраться, кем в этнорасовом смысле были эти метисы, как в случае с семейством Абэ или северной ветвью клана Фудзивара. Впрочем, это - материал для будущего рассмотрения.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

 

1. Н. - «Нихонги» или «Нихонсёки». Здесь и далее сноски на этот документ, включающий свитки I-XXX, даются внутри текста по изданию: Нихон сёки - анналы Японии. Т. I—II. М., 1997. Пер., введ. и комм. Л. М. Ермаковой и А. Н. Мещерякова.
2. К. - «Кодзики». Здесь и далее сноски на «Кодзики», как и на «Нихонги», даны в тексте; источник цитируется по двум изданиям: 1) Кодзики - записи о деяниях древности. Свиток I. Пер. и комм. Е. М. Пинус; 2) Кодзики. Записи о деяниях древности. Свитки II—III. Пер., введ. и комм. Л. М. Ермаковой и А. Н. Мещерякова. - СПб., 1994.
3. Кюнер Н. В. Айны: рукопись редакции 1946 г. // АЛЧИЭ. Ф. 8. Оп. 1. Ед. хр.119. Л. 20.
4. Манифест Тайка. - Предисловие: Ямато (Япония) VII в. / Пер. К. А. Попова, М., 1961.
5. Каждый новый государь основывал собственную «столицу». Первоначально это был просто военный лагерь и ставка вождя. За 250 лет до переворота Тайка, в течение которых правили 23 царя, в регионе Ямато была построена 31 столица - в основном на крохотном участке земли в юго-западной части долины Асука.
6. Дискриминируемые группы населения в Японии. 2008. - asia08.ru/readarticle.php?article_id=68&rowstart=0.
7. Kenjiro H. The Expansion of Yamato into the Kanto. 2004-2007. - emishi-ezo.net/emishi_kofun.html. Еще в первой половине прошлого века историк Ё. Такэкоси писал: «Только после реформ, проведенных в период Тайка императором Котоку, Япония стала государством. До реформ Тайка она была просто группой племен» (Takekoshi Yosaburo. The economic aspects of the civilization of Japan. Vol. I, 1930. P. 7).
8. Сёку-нихонги - Продолжение записей о Японии.
9. Кюнер Н. В. Айны: Рукопись редакции 1946 г. // АЛЧИЭ. Ф. 8. Оп. 1. Ед. хр. 119. Л. 29.
10. Takahashi T. Hitakami. - In: Egami Namio ed. Ainu to Kodai Nippon. Tokyo, 1982. P.50-51.
11. Анучин Д. Н. Материалы для антропологии Восточной Азии. I. Племя айнов // Известия Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии. Т. XX: Труды антропологического отдела. Кн. 2. Вып. I. М., 1876. С. 80-81.
12. Archeology Wordsmith: Dictionary. - reference-wordsmith.com.
13. Toyohiro Nishimoto. The Jomon culture. 2000. - um.u-tokyo.ac.jp/dm2k-umdb/publish_db/books/dm2000/english/02/02-09.html.
14. Dolan R. E., Wordon R. L., eds. Japan: A country study. Washington, 1994.
15. Suzuka Tamora. Ainu language and Japan’s ancient history. 2001. - dai-3gen.net/epage0.htm.
16. Kenjiro H. Origins of the Jomon. 2006. - emishi-ezo.net/Jomon%20origins.htm.
17. Воробьев М. В. Древняя Япония. М., 1958.
18. Zhimin An. Effect of prehistoric cultures of the Lower Yangtze River on Ancient Japan. - Kaogu (Archaeology), 1984. Vol. 5. - http-server.carleton.ca/~bgordon/Rice/papers/zhimin84.htm.
19. Xiang Ah. The Huns. - republicanchina.org/Hun.html.
20. Travis J. Jomon Genes: Using DNA, researchers probe the genetic origins of modern Japanese. 2002. - pitt.edu/~annj/courses/notes/jomon_genes.html.
21. «Когосюи» - древнеяпонский литературный памятник, написанный в 807 г., автор Хоринари Имубэ, представитель старинного жреческого рода. - hattori.narod.ru/books/kogosyui.html.
22. Конрад Н. И. Древнейший родовой строй: Лекции по истории Японии. Ч. 30. - katsurini.narod.ru/New_Diz/pra_rodovoi_stroy.html.
23. Воробьев М. В. Маньчжурия и Восточная Внутренняя Монголия: С древнейших времен до IX в. включительно. Владивосток, 1994. С. 134 и далее.
24. К примеру, такой образец: «Население Японии отличается редкостной этнической гомогенностью...». Говоров Ю. И. История стран Азии и Африки в средние века. Кемерово, 1998.
25. The Ainu natives of Japan. - geocities.com/ominobu/ainu.htm.
26. Этот вопрос подробно рассмотрен в работе: Hamada Shingo. Anthropology in social context: the influence of nationalism on the discussion of the Ainu. Portland, 2006.
27. Сёку Нихонги. Продолжение Анналов Японии. Св. I. Восток. № 1. 2006.
28. Подр. см.: Конрад Н. И. Древнейший родовой строй. Ч. 30.
29. Сэнсом Дж. Б. Япония: краткая история культуры. СПб., 2002. - evrasiabooks.narod.ru/Pilgrim/SansomJapan_text.htm.
30. Воробьев М. В. Япония в III - VII вв. М., 1980. С. 117-118, 140-144.
31. Сэнсом Дж. Б. Япония: краткая история культуры.
32. Конрад Н. И. Древнейший родовой строй. Ч. 30.
33. Там же.
34. Сёку Нихонги. Св. I.
35. Кими - почетный титул провинциальной, изначально аборигенной знати. Словарь дает значение этого слова как устаревшее «государь», видимо, в древности - «вождь».
36. Суровень Д. А. Проблема периода «восьми правителей» и развитие государства Ямато в царствование Мимаки (государя Судзина) // Известия Уральского госуниверситета. № 13. Вып. 2. 1999.


Sign in to follow this  
Followers 0


User Feedback

There are no reviews to display.




  • Categories

  • Files

  • Blog Entries

  • Similar Content

    • Англосаксонская хроника. Манускрипт А.
      By Сергий
      Манускрипт А (хроника Паркера)
       
      В тот год, когда минуло 494 зимы100 от Рождества Хри­стова, Кердик и его сын Кюнрик приплыли к Берегу Кер- дика101 с 5 кораблями. Кердик был сыном Элесы, Элеса сын Эслы, Эсла сын Гевиса, Гевис сын Вия, Вий сын Фреавине, Фреавине сын Фритугара, Фритугар сын Бронда, Бронд сын Белдея, Белдей102 сын Водена103. И через 6 лет после того, как они приплыли, они захватили королевство западных саксов104; это были первые короли, которые отняли уэссек- ские земли у бриттов. Кердик правил 16 лет; когда он умер, его сын Кюнрик стал королем и правил 17 зим. Когда он умер, Кеол стал королем и правил 6 лет. Когда он умер, его брат Кеолвульф стал королем; он правил 17 лет, и его род восходит к Кердику. Потом Кюнегильс, сын брата Кеол- вульфа, стал королем и правил 31 зиму; он первым из уэс- секских королей принял крещение. Потом Кенвалх стал ко­ролем и правил 31 зиму; Кенвалх был сыном Кюнегильса; и после него Сеаксбург, его жена, правила год. Потом Эск- вине, чей род восходит к Кердику, стал королем и правил 2 года. Потом Кентвине, сын Кюнегильса, стал королем Уэс- секса и правил 7 лет. Потом Кеадвалла, чей род восходит к Кердику, стал королем и правил 3 года. Потом Ине, чей род восходит к Кердику, стал королем саксов и правил 37 зим. Потом Этельхеард, чей род восходит к Кердику, стал ко­ролем и правил 14 зим. Потом Кутред, чей род восходит к Кердику, стал королем и правил 17 лет. Потом Сигебрюхт, чей род восходит к Кердику, стал королем и правил год. Потом Кюневульф, чей род восходит к Кердику, стал коро­лем и правил 31 зиму. Потом Беорхтрик, чей род восходит к Кердику, стал королем и правил 16 лет. Потом Эгбрюхт стал королем и правил 37 зим и 7 месяцев. Потом Этель- вульф, его сын, стал королем и правил девятнадцать с по­ловиной лет. Этельвульф был сыном Эгбрюхта, Эгбрюхт сын Эалхмунда, Эалхмунд сын Эавы, Эава сын Эоппы, Эоп- па сын Ингельда, Ингельд сын Кенреда, и Ине сын Кенре- да, и Кутбург дочь Кенреда, и Квенбург дочь Кенреда, Кен- ред сын Кеолвальда, Кеолвальд сын Кутвульфа, Кутвульф сын Кутвине, Кутвине сын Келмина, Келмин сын Кюнри- ка, Кюнрик сын Кердика. И потом его105 сын Этельбальд стал королем и правил 5 лет. Потом его106 брат Этельбрюхт стал королем и правил 5 лет. Потом его брат Этельред стал королем и правил 5 лет. Потом его брат Эльфред стал ко­ролем; ему тогда было 23 года, и 396 зим минуло с тех пор, как его родичи отняли уэссекские земли у бриттов.
      За 60 зим до воплощения Христа Гай Юлий107, первый римский кесарь, приплыл в Британию; он разбил бриттов в битве и покорил их, но так и не сумел завоевать их коро­левство108.
      Октавиан правил 66 зим, и на 62-й год его правления родился Христос.
      2   Тогда звездочеты из восточных земель пришли покло­
      ниться Христу, и в Вифлееме были убиты младенцы из- за того, что Ирод хотел погубить Христа.
      3  Тогда109 умер Ирод; он заколол сам себя, и его сын Архе-
      лай стал царем. б110 От сотворения мира до этого года минуло 5 тысяч 200 зим.
      11  Тогда сын Ирода Антипы стал царем в Иудее111.
      12  Филипп и Ирод поделили Лисанию112, и Иудею поде­лили на четыре части.
      16 Тогда Тиберий стал править113.
      26 Тогда Пилат стал правителем иудеев114.
      30 Тогда Христос принял крещение, и Петр с Андреем об­ратились, и Иаков, и Иоанн, и Филипп, и 12 апостолов.
      33   Тогда Христос был распят через 5 тысяч 226 зим после сотворения мира.
      34   Тогда Павел обратился, и святого Стефана забили кам­нями.
      35    Тогда блаженный апостол Петр основал епископскую кафедру в крепости Антиохия.
      39 Тогда Гай115 стал править.
      44    Тогда блаженный апостол Петр основал епископскую кафедру в Риме.
      45   Тогда умер Ирод; он убил Иакова за год до своей смерти.
      46    Тогда Клавдий, другой римский король116, приплыл в Британию и завладел большей частью острова, и при­соединил Оркнейские острова к римскому королевст­ву117. Это было на четвертый год его правления; и в тот же год случился жестокий голод в Сирии, о котором Лука рассказывает в книге Actus Apostolorum118.
      62    Тогда Иаков, frater Domini119, принял мученическую смерть.
      63   Тогда евангелист Марк умер.
      69   Тогда Петр и Павел приняли мученическую смерть.
      70   Тогда Веспассиан стал править.
      71   Тогда Тит, сын Веспассиана, убил в Иерусалиме 61 ты­сячу иудеев.
      81 Тогда Тит стал править. Он говорил, что день, в кото­рый он не сделал ничего хорошего, для него потерян120.
      83   Тогда Домициан, брат Тита, стал править.
      84  Тогда евангелист Иоанн на острове Патмос написал кни­гу Апокалипсис.
      90 Тогда Симон Петр был распят, и евангелист Иоанн упо­коился в Эфесе121.
      92 Тогда умер папа Климент122.
      110 Тогда епископ Игнатий принял мученическую смерть.
      155 Тогда Марк Антоний и его брат Аврелий стали императорами.
      167 Тогда Элевтерий стал епископом в Риме и с честью за­нимал кафедру 15 зим. Король бриттов Луций отпра­вил ему письмо с просьбой, чтобы он его покрестил, и Элевтерий исполнил то, о чем тот просил. И бритты с тех пор до правления Диоклетиана придерживались правой веры123.
      189 Тогда Север стал править и правил 17 зим; он перего­родил Британию валом и рвом от моря до моря. Он скон­чался в Йорке, и его сын Бассиан стал править124.
      200 Две сотни лет.
      283 Тогда претерпел мученическую смерть святой Альбан-мученик.
      300 Три сотни лет.
      379 Тогда Грациан стал править.
      381 Тогда кесарь Максимиан125 — он родился в Брита­нии126 — стал править; он отправился в Галлию и убил там кесаря Грациана, а его брата, которого звали Валентиниан, изгнал из страны. Валентиниан после этого собрал войско, убил Максима и стал императором. В то время ересь Пелагия127 рас­пространилась по всему свету.
      409 Тогда готы разрушили Рим, и римляне с той поры не правили в Британии. Это случилось через 1110 зим после то­го, как Рим был построен. Всего они правили в Британии четы­реста семьдесят зим, с того времени, как Гай Юлий впервые при­плыл в эту землю.
      418 Тогда римляне собрали все золото, которое было в Бри­тании, и часть его закопали, так что никто не может най­ти, а часть увезли с собой в Галлию.
      423 Тогда Феодосий младший128 стал править.
      430 Тогда папа Целестин отправил епископа Палладия к скоттам129, чтобы он укрепил их веру130.
      443 Тогда бритты послали весть в Рим и просили у римлян помощи против пиктов, но не получили ничего, поскольку те воевали с Атиллой, королем гуннов. И бритты тогда обратились к англам и просили о том же знатных людей из их народа.
      449 Тогда Мавриций и Валентин стали императорами и правили 7 зим. Во дни их Хенгест и Хорса131 приплыли в Британию по призыву короля бриттов Вюртгеорне132 и вышли на берег в том месте, что теперь зовется Эббс- флит133. Они поначалу помогали бриттам, но потом под­няли оружие против них. Король повелел им сражаться против пиктов, что они и делали, и где бы ни вступали в битву, всегда побе­ждали. Тогда они отправили весть в Ангельн134, и велели прислать подкрепления, и рассказали о ничтожестве бриттов и о том, что эта земля избранна. После этого им послали подкрепления. И приплы­ли сюда люди из трех племен Германии — старых саксов135, англов и ютов. От ютов произошли жители Кента, острова Уайт (то есть тот народ, что сейчас живет на острове Уайт) и те из жителей Уэссекса, которых до сих пор называют ютами. От старых саксов произошли жители Эссекса, Суссекса и Уэссекса. Из Ангельна, который теперь остался пустой землей между владениями ютов и саксов, вышли жи­тели Восточной Англии, Мидленда, Мерсии и всей Нортумбрии136.
      455 Тогда Хенгест и Хорса сражались против короля Вюрт­георне в том месте, что теперь зовется Брод Эгеля137, и Хорсу, брата Хенгеста, убили. После этого стали коро­лями Хенгест и его сын Эск.
      457 Тогда Хенгест и Эск сражались против бриттов в том месте, что теперь зовется Брод Крега138, и убили там 4000 воинов. После этого бритты покинули земли Кен­та и в великом страхе бежали в Лондон.
      465 Тогда Хенгест и Эск сражались против валлийцев139 у Ручья Виппеда140 и убили там 12 валлийских элдорме- нов141. И там погиб один их тэн142, которого звали Виппед.
      473 Тогда Хенгест и Эск сражались против валлийцев и за­хватили несчетное количество добычи, и валлийцы бе­жали от англов143, как от огня.
      477 Тогда Элле и три его сына — Кюмен, Вленкинг и Кисса — приплыли в Британию на трех кораблях и вышли на берег в том месте, что теперь зовется Берег Кюмена144, и там уби­ли множество валлийцев, а некоторых настигли во время бегства в том лесу, что теперь зовется Андредским145.
      485 Тогда Элле сражался против валлийцев на берегу Ру­чья Меаркреда146.
      488 Тогда Эск стал королем и 34 зимы был королем Кента.
      491 Тогда Элле и Кисса окружили крепость Андерит147 и убили всех, кто там жил: ни одного бритта не осталось там после этого в живых.
      495 Тогда два элдормена — Кердик и его сын Кюнрик — приплыли в Британию на 5 кораблях и вышли на берег в том месте, что теперь зовется Берег Кердика148, и в тот же день сражались против валлийцев.
      501 Тогда Порт приплыл в Британию с двумя сыновьями — Бедой и Мэглой — на 2 кораблях и вышел на берег в том месте, что ныне зовется Устье Порта149, и убил одного юного бритта очень высокого рода.
      508 Тогда Кердик и Кюнрик убили короля бриттов по име­ни Натанлеод и пять тысяч людей с ним. После этого всю область до Брода Кердика150 стали называть Ната- новым лугом151.
      514 Тогда западные саксы приплыли в Британию на 3 ко­раблях и вышли на берег в том месте, что ныне зовется Берег Кердика, и Стуф с Вихтгаром сражались против бриттов и обратили их в бегство.
      519 Тогда Кердик и Кюнрик стали королями Уэссекса, и в том же году они сражались против бриттов в месте, ко­торое теперь называют Брод Кердика. С того дня правит уэссекский королевский род.
      527 Тогда Кердик и Кюнрик сражались с бриттами в том месте, что ныне зовется Кердиков луг152.
      530 Тогда Кердик и Кюнрик захватили остров Уайт и уби­ли много людей в Вихтгарабурге153.
      534 Тогда Кердик умер, а его сын Кюнрик правил еще 26 зим. Они даровали двум своим родичам154, Стуфу и Вихтгаре, весь остров Уайт.
      538 Тогда солнце померкло за 14 дней до мартовских ка­ленд155, на время от рассвета до третьего часа156.
      540 Тогда солнце затмилось в 12 календы июля157, и звез­ды появились примерно на полчаса после третьего часа158.
      544 Тогда Вихтгар умер, и его похоронили в Вихтгара- бурге159.
      547 Тогда Ида стал королем; от него пошел королевский род Нортумбрии. Он правил двенадцать лет и построил Бам- бург, который был сначала обнесен частоколом, а потом — ва­лом. Ида был сыном Эоппы, Эоппа был сыном Эсы, Эса сын Ингви, Ингви сын Ангенвита, Ангенвит сын Алока, Алок сын Беонока, Беонок сын Бранда, Бранд сын Бел- дея, Белдей сын Водена, Воден сын Фритовульфа, Фри- товульф сын Финна, Финн сын Годвульфа, Годвульф сын Геата160.
      552 Тогда Кюнрик сражался с бриттами в том месте, что ныне зовется Сеаробюрий161, и бритты бежали. Кердик был отцом Кюнрика, Кердик сын Элесы, Элеса сын Эс- лы, Эсла сын Гевисса, Гевисс сын Вия, Вий сын Фреави- не, Фреавине сын Фритогара, Фритогар сын Бранда, Бранд сын Белдея, Белдей сын Водена162.
      556 Тогда Кюнрик и Кеавлин сражались с бриттами у Бар- бери163.
      560 Тогда Кеавлин стал королем в Уэссексе, и Элле стал королем в Нортумбрии и правил 30 зим. Элле был сы­ном Юффы, Юффа сын Ускфрея, Ускфрей сын Вилгиса, Вилгис сын Вестерфалкны, Вестерфалкна сын Севугла, Севугл сын Себалда, Себалд сын Сигегеата, Сигегеат сын Свевдея, Свевдей сын Сигеара, Сигеар сын Вейдея, Вей- дей сын Водена, Воден сын Фритовульфа164.
      565 Тогда Колумба, священник из скоттов165, прибыл в Бри­танию, чтобы наставлять пиктов, и основал монастырь на острове Иона166. Тогда167 Этельбрюхт стал королем Кента и правил 53 зимы. В его дни Григорий Великий дал нам христи­анскую веру, а священник Колумба пришел к пиктам и обратил их ко Христу. Они живут на севере в болотистых землях. Их ко­роль даровал Колумбе остров, который называют Иона. Говорят, он занимает пять гайд. Колумба построил там монастырь и был в нем настоятелем 32 зимы; он умер в нем, когда ему было 77 лет. Тем островом и поныне владеют его преемники. Южных пиктов крестил еще раньше епископ Ниниа; он учился в Риме, его мона­стырь Уиторн посвящен святому Мартину. Там он покоится со многими святыми. И до сего дня на Ионе есть настоятель, а не епископ, и все епископы скоттов должны ему подчиняться, по­скольку Колумба был настоятелем, а не епископом168.
      568 Тогда Кеавлин и Кута169 сражались с Этельбрюхтом и прогнали его в Кент; они убили двух элдорменов на Хол­ме Вибба170, Ослафа и Кнеббу.
      571 Тогда Кутвульф171 сражался с бриттами у Бедканфор- да и захватил 4 города — Лимбери, Эйлсбери, Бенсон и Эйнсгем; в тот же год он умер.
      577 Тогда Кутвине и Кеавлин сражались с бриттами и уби­ли 3 их королей — Коинмайла, Кондидана и Фаринмай- ла — в том месте, что ныне зовется Диргэм, и захватили три крепости — Глостер, Сайренчестер и Бат172.
      583   Тогда Маврикий стал правителем Рима173.
      584   Тогда Кеавлин и Кута сражались с бриттами в том мес­те, что зовется Луг Войска174, и Куту убили. Кеавлин за­хватил много городов и несчетное количество добычи и в гневе ушел восвояси175.
      588 Тогда король Элле176 умер, и Этельрик правил после него 5 лет.
      591   Тогда Кеолрик177 правил 5 лет.
      592    Тогда кровопролитное сражение произошло у Курга­на Водена178, и Кеавлин был изгнан. Григорий стал па­пой в Риме.
      593     Тогда Кеавлин, и Квикхельм, и Крида179 приняли смерть, и Этельферт стал королем в Нортумбрии.
      596   Тогда папа Григорий послал в Британию Августина и множество монахов; они проповедовали слово Божье народу англов180.
      597   Тогда Кеолвульф стал править в Уэссексе и всех, с кем сражался, побеждал, будь то англы, валлийцы, пикты или скотты181. Он был сыном Куты, Кута сын Кюнрика, Кюнрик сын Кердика, Кердик сын Элесы, Элеса сын Эс- лы, Эсла сын Гевиса, Гевис сын Вия, Вий сын Фреавине,
      Фреавине сын Фритугара, Фритугар сын Бронда, Бронд сын Белдея, Белдей сын Водена.
      601 Тогда папа Григорий передал палий архиепископу Ав­густину182 и послал в Британию великое множество про­поведников ему в помощь. И епископ Паулин обратил Эадвине, короля Нортумбрии, в христианскую веру183.
      603   Тогда произошло сражение у Камня Эгеса184. Аэдан, ко­роль скоттов, сражался вместе с людьми Дал Риады185 против Этельферта, короля Нортумбрии, у Камня Дея186, и почти все его войско погибло.
      604   Тогда восточные саксы обратились в христианскую ве­ру и погрузились в купель крещения при короле Себрюх- те. Августин рукоположил 2 епископов — Мелита и Юста. Мели- та он отправил проповедовать веру восточным саксам; там правил король по имени Себрюхт, сын Риколе, сестры Этельбрюхта; Этельбрюхт поставил его королем. И Этельбрюхт отдал Мелиту епископскую кафедру в Лондоне, а Юсту — в Рочестере; он нахо­дится в 24 милях от Кентербери.
      606    Тогда Григорий умер, через 10 лет после того, как он дал нам христианскую веру; его отца звали Гордиан. То­гда Этельферт повел свое ополчение187 к Честеру и там убил не­счетное множество валлийцев; так исполнилось пророчество Ав­густина188, который сказал: «Если валлийцы не примирятся с нами, они погибнут от руки саксов». Там погибли 200 священни­ков, которые пришли, чтобы молиться за валлийское войско. Их элдормена звали Скрокмайл, он один спасся из пятидесяти.
      607   Тогда Кеолвульф189 сражался с южными саксами.
      611 Тогда Кюнегильс стал королем в Уэссексе и правил
      31 зиму. Кюнегильс был сыном Кеола, Кеол сын Куты, Кута сын Кюнрика190.
      614 Тогда Кюнегильс и Квикхельм сражались у Горохово­го Холма191 и убили 2046 валлийцев.
      616 Тогда Этельбрюхт, король Кента, умер, и его сын Этельбальд стал королем; в тот год минуло от сотво­рения мира 5800 зим. Он забыл свое крещение и жил по языческим обычаям, взяв в жены жену своего отца. Тогда Лав­рентий, который был тогда архиепископом в Кенте, решил все бросить и уплыть на юг, за море. Но к нему явился ночью апо­стол Петр и жестоко выпорол его за то, что он хотел покинуть Божье стадо. Петр повелел Лаврентию пойти к королю и про­поведовать ему правую веру, и он так и сделал, и король обра­тился в правую веру. Во дни этого короля Лаврентий, который был архиепископом Кента после Августина, умер в 4 ноны фев­раля192; его похоронили рядом с Августином. После него стал архиепископом Мелит, он был епископом Лондона. Спустя 5 зим Мелит умер. После него стал архиепископом Юст, он был епископом в Рочестере, и Романа рукоположили и поставили туда епископом.
      625   Тогда архиепископ Юст рукоположил Паулина в епи­скопы Нортумбрии193.
      626  Тогда Эанфлед, дочь короля Эадвине, приняла креще­ние в канун Пядитесятницы. И Пенда правил 30 зим; ему было 50 лет, когда он стал королем. Пенда был сы­ном Пюббы, Пюбба сын Крюды, Крюда сын Кюневоль- да, Кюневольд сын Кнеббы, Кнебба сын Икеля, Икель сын Эомера, Эомер сын Ангелтеова, Ангелтеов сын Оф- фы, Оффа сын Вермунда, Вермунд сын Вихтлея, Вихт- лей сын Водена194.
      627    Тогда король Эадвине принял крещение вместе со своими людьми на Пасху.
      628   Тогда Кюнегильс и Квикхельм сражались с Пендой у Сайренчестера и заключили с ним договор.
      632   Тогда Эорпвальд195 принял крещение.
      633   Тогда Эадвине был убит, и Паулин вернулся в Кент и занял епископскую кафедру в Рочестере196.
      634   Тогда епископ Бирин проповедовал западным саксам крещение.
      635  Тогда Кюнегильс принял крещение от епископа Бири- на в Дорсете, и Освальд197 был его крестным отцом.
      636   Тогда Квикхельм принял крещение в Дорсете и в том же году умер. И епископ Феликс проповедовал восточ­ным саксам198 христианскую веру.
      639  Тогда Бирин крестил Кутреда в Дорсете, и тот стал его крестником.
      640  Тогда умер Редбальд, король Кента; он правил 25 зим. У него было двое сыновей — Эарменред и Эаркенбрюхт, и Эар- кенбрюхт правил после отца. А у Эарменреда было двое сыно­вей, они потом приняли мученическую смерть от Тунора199.
      642   Тогда Освальд, король Нортумбрии, был убит.
      643  Тогда Кенвалх стал королем в Уэссексе и правил 31 зи­му; он повелел построить церковь в Винчестере.
      644  Тогда умер Паулин, он был архиепископом в Йорке200, а потом в Рочестере.
      645   Тогда король Пенда изгнал Кенвалха.
      646   Тогда Кенвалх принял крещение.
      648 Тогда Кенвалх даровал своему родичу Кутреду 3 тыся­чи гайд201 земли у Эшдауна202. Кутред был сыном Квик- хельма, Квикхельм сын Кюнегильса.
                  Тогда Эгельбрюхт, галл, стал епископом Уэссекса203, по­сле Бирина, римского епископа.
                  Тогда король Освине204 был убит, и епископ Айдан умер205.
                  Тогда Кенвалх сражался у Брадфорда на Эйвоне.
                  Тогда жители Мидлсекса во главе с элдорменом Пеа- дой206 приняли правую веру.
                  Тогда король Анна207 был убит, и Ботульф начал стро­ить монастырь в Иканхо208.
                  Тогда Пенда принял смерть, и мерсийцы стали хри­стианами. От сотворения мира минуло 5850 зим. И Пеа- да, сын Пенды, стал королем в Мерсии.
      657   Тогда умер Пеада209, и Вульфхере, сын Пенды210, стал королем в Мерсии.
      658  Тогда Кенвалх сражался с валлийцами у Пенселвуда и оттеснил их к Паррет. Это сражение произошло сразу после того, как он вернулся из Восточной Англии. Он жил там три года в изгнании — Пенда его изгнал и от­нял у него королевство за то, что тот оставил его сестру211.
      660  Тогда епископ Эгельбрюхт покинул Кенвалха212, и Ви­не был епископом 3 года213. Эгельбрюхт стал епископом в Париже на Сене, в Галлии.
      661   Тогда Кенвалх сражался на Пасху у крепости Посен- та214, и Вульфхере, сын Пенды разорил все земли до Эш- дауна, и Кутред, сын Квикхельма, и король Коенбрюхт умерли в один год. А Вульфхере, сын Пенды, захватил остров Уайт и отдал его жителей в подчинение Этель- вальду, королю Суссекса, поскольку Вульфхере был его крестным. И священник Эоппа по повелению Вилфер- та215 и короля Вульфхере первым принес жителям Уай­та христианскую веру216.
      664 Тогда солнце померкло, и Эаркенбрюхт, король Кен­та, умер, и Кольман со своей братией вернулся в родные земли217. В тот же год разразился жестокий мор218, а Кеа- да и Вилферт были рукоположены. В тот же год умер Деусдедит219.
      668   Тогда Теодора рукоположили в архиепископы220.
      669   Тогда король Эгбрюхт даровал Рекалвер221 священ­нику Бассе, чтобы построить там монастырь.
      670  Тогда умер Осви, король Нортумбрии, и Эгферт правил после него. Хлотхере, племянник епископа Эгельбрюх- та222, стал епископом в Уэссексе и оставался епископом 7 лет, его рукоположил епископ Теодор. Осви был сы­ном Этельферта, Этельферт сын Этельрика, Этельрик сын Иды, Ида сын Эоппы.
      671   Тогда умерло много птиц.
      672  Тогда умер Кенвалх, и его жена Сеаксбург правила год после него.
      673   Тогда умер Эгбрюхт, король Кента. В тот год был си­нод в Хертфорде, и святая Этельтрют основала мона­стырь в Или223.
      674  Тогда Эсквине стал королем в Уэссексе, он был сыном Кенвуса, Кенвус сын Кенферта, Кенферт сын Кутгиль- са, Кутгильс сын Кеолвульфа, Кеолвульф сын Кюнрика, Кюнрик сын Кердика.
      675   Тогда Вульфхере, сын Пенды, и Эсквине сражались у «Головы Беды»224. В тот же год Вульфхере умер, и Этель- ред стал королем.
      676  Тогда Эсквине умер, и Хедде стал епископом225, а Кен- твине стал королем. Кентвине был сыном Кюнегильса, Кюнегильс сын Кеолвульфа. И Этельред, король Мер- сии, разорил земли Кента.
      678   Тогда явилась звезда-комета, и король Эгферт изгнал епископа Вилферта из его епархии226.
      679  Тогда был убит Эльфвине227, и святая Этельтрют умер­ла.
      680   Тогда архиепископ Теодор собрал синод в Хатфилде, для того, чтобы восстановить правильную веру228. В тот же год умерла Хильд, настоятельница Уитби.
      682 В этом году Кентвине прогнал бриттов к самому мо­рю.
      685    Тогда Кедвалла начал войну за свое королевство. Кедвалла был сыном Коенбрюхта, Коенбрюхт сын Кадды, Кадда сын Куты, Кута сын Кеавлина, Кеавлин сын Кюнрика, Кюнрик сын Кердика. А братом Кед- валлы был Мул, его потом сожгли в Кенте. И в тот же год короля Эгферта убили; Эгферт был сыном Осви, Осви сын Этельферта, Этельферт сын Этельрика, Этельрик сын Иды, Ида сын Эоппы. И Хлотхере229 умер в тот же год.
      686  Тогда Кедвалла с Мулом разорили Кент и остров Уайт.
      687   Тогда Мула сожгли в Кенте, и еще 12 человек вместе с ним; в тот же год Кедвалла снова разорил Кент.
      688   Тогда Ине стал королем в Уэссексе и правил 37 зим230; он построил монастырь в Гластонбери. В тот же год Кед­валла отправился в Рим и принял крещение от папы — папа его назвал Петром, — а через 7 ночей он умер. Ине был сыном Кенреда, Кенред сын Кеолвальда, Ке- олвальд был братом Кюнегильса, и они были сыновь­ями Кеавлина. Кеавлин сын Кюнрика, Кюнрик сын Кердика.
      690 Тогда умер архиепископ Теодор, и Беорхтвальд стал вместо него епископом231. До того были римские епи­скопы, а с этих пор — английские.
      694 Тогда жители Кента заключили договор с Ине и дали ему 30 манкусов232 за то, что они сожгли Мула. И Вих- тред стал королем Кента и правил 33 зимы. Вихтред был сыном Эгбрюхта, Эгбрюхт сын Эаркенбрюхта, Эаркен- брюхт сын Эадбальда, Эадбальд сын Этельбрюхта.
      703   Тогда умер епископ Хедде; он был епископом в Вин­честере 27 зим.
      704   Тогда Этельред, сын Пенды, король Мерсии, принял постриг; он правил 29 зим; потом Коенред стал королем.
      705   Тогда Алдферт, король Нортумбрии, умер, и епископ Сеаксвульф.
      709   Тогда умер епископ Алдхельм233, он был епископом к западу от леса234; во дни Даниила земли Уэссекса поде­лили на две епархии — а раньше была одна, — и в одной был епископом Даниил, а в другой — Алдхельм. После Алдхельма стал епископом Фортхере. Кеолред стал ко­ролем Мерсии, и Коенред отправился в Рим, и Оффа235 с ним.
      710   Тогда элдормен Беорхтферт сражался с пиктами, а Ине и его родич Нун сражались с валлийским королем Геренте236.
      714   Тогда умер святой Гутлак237.
      715   Тогда Ине и Кеолред сражались у Кургана Водена.
      716   Тогда Осред, король Нортумбрии, был убит; он пра­вил 7 зим после Алдферта. Потом Коенред стал коро­лем и правил 2 года, потом Осрик — и правил 11 лет. В этот же год умер Кеолред, король Мерсии, и прах его покоится в Личфилде, а прах Этельреда, сына Пенды, — в Бардни. Тогда Этельбальд стал королем в Мерсии и правил 41 зиму. Этельбальд был сыном Алвео, Алвео сын Эавы, Эава сын Пюббы, чье родословие записано ранее. И почтенный муж Эгбрюхт238 вернул монахов с острова Иона на путь праведный, чтобы они правильно отмечали Пасху и носили правильную тонзуру239.
      718 Тогда умер Ингельд, брат Ине240; его сестрами были Квенбург и Кутбург. Кутбург основала обитель в Уим- борне; ее отдали в жены нортумбрийскому королю Алд- ферту, но они при жизни расстались.
      721   Тогда Даниил241 отправился в Рим. В тот же год Ине убил Кюневульфа.
      722   Тогда королева Этельбург разрушила Таунтон, кото­рый Ине прежде построил. И Алдбрюхт-изгнанник бе­жал в Суррей и Суссекс, а Ине сражался с жителями Суссекса.
      725 Тогда умер Вихтред, король Кента, чье родословие да­но выше. И Эадбрюхт242 стал королем Кента. Ине сражался с жителями Суссекса и убил Алдбрюхта.
                  Тогда Ине отправился в Рим и там окончил свою жизнь; Этельхеард стал королем Уэссекса и правил 14 лет. В тот же год сражались Этельхеард и этелинг243 Освальд; Ос­вальд был сыном Этельбальда, Этельбальд сын Кюне- бальда, Кюнебальд сын Кутвине, Кутвине сын Кеавлина.
                  Тогда появилась звезда-комета, и святой Эгбрюхт244 умер.
                  Тогда умер этелинг Освальд.
                  Тогда Осрик, король Нортумбрии, был убит; Кеол- вульф245 стал королем и правил 8 лет. Кеолвульф был сыном Куты, Кута сын Кутвине, Кутвине сын Леодваль- да, Леодвальд сын Эгвальда, Эгвальд сын Алдхельма, Алдхельм сын Оги, Ога сын Иды, Ида сын Эоппы. И ар­хиепископ Беорхтвальд умер. В тот же год Татвине был рукоположен в архиепископы.
      733  Тогда Этельбальд246 разорил Сомертон247, и солнце по­меркло.
      734  Тогда луна словно бы налилась кровью, и умерли Тат­вине и Беда248.
      736  Тогда архиепископ Нотхельм249 получил палий от рим­ского епископа250.
      737   Тогда епископ Фортхере и королева Фритогит отпра­вились в Рим.
      738 Тогда Эадбрюхт, сын Эаты, сына Леодвальда, стал ко­ролем Нортумбрии и правил 21 зиму; его братом был архиепископ Эгбрюхт, сын Эаты; они оба похоронены в Йорке в одном приделе.
      741 Тогда умер король Этельхеард, и Кутред стал королем Уэссекса; он правил 16 зим и яростно сражался с Этель- бальдом. Кутбрюхт был рукоположен в архиепископы, а Дун — в епископы Рочестера.
      743   Тогда Этельбальд и Кутред сражались с валлийцами.
      744  Тогда Даниил обосновался251 в Винчестере, и Хунферт стал епископом.
      745   Тогда Даниил умер; 43 года минуло с тех пор, как он стал епископом.
      746   Тогда убили короля Селреда252.
      748 Тогда Кюнрик, этелинг из Уэссекса, был убит. Эад­брюхт, король Кента, умер. И Этельбрюхт, сын короля Вих- треда, стал королем.
      750 Тогда король Кутред сражался со своевольным элдор- меном Этельхуном.
      752    Тогда Кутред в 12 год своего правления сражался с Этельбальдом у Курганного Брода253.
      753   Тогда Кутред сражался с валлийцами.
      754   [756]254 Тогда Кутред умер; Кюнехеард стал епископом в Винчестере после Хунферта, и Кентербери сгорел в тот год; а Сигебрюхт стал королем в Уэссексе и правил год.
      755   [757] Тогда Кюневульф и уэссекские уитэны255 отня­ли у Сигебрюхта, за его неправые деяния, все королев­ство, кроме Гемпшира. Он владел Гемпширом, но потом убил элдормена, который дольше всех оставался при нем, и тогда Кюневульф прогнал его в Андредский лес; там он жил, пока его не заколол один пастух у реки Прай- вет — он отомстил за своего элдормена Кумбрана. И у Кюневульфа было много жестоких битв с бриттами, а когда он пробыл королем 31 зиму, решил он изгнать од­ного этелинга по имени Кюнехеард256 — этот Кюнехе­ард был братом Сигебрюхта. Кюнехеард узнал, что ко­роль с дружиной отправился к женщинам257 в Мертон, и приехал туда, и его воины окружили королевские по­кои, прежде чем люди короля его заметили. Когда ко­роль это обнаружил, он вышел к двери и доблестно за­щищался, пока не увидел этелинга. Тогда он бросился на него и нанес ему множество ран. После этого Кюне- хеард и все его люди бились с королем, пока не убили его. Королевские тэны поняли по крикам женщины, что случилась беда, и побежали со всех ног в королевские покои. Этелинг же предложил им жизнь и богатство258, но никто из них не согласился. И они бились, пока не погибли все, кроме одного заложника-бритта259, кото­рый был тяжело ранен. Наутро остальные королевские тэны — элдормен Осрик, тэн Виферт, и другие воины, которые не поехали с королем, — узнали, что он убит, и поскакали к бургу260, где лежал убитый король, и об­наружили, что этелинг там внутри, а ворота закрыты. Тогда этелинг предложил им любые богатства и зем­ли, какие они пожелают, если они позволят ему быть королем, и добавил, что при нем находятся их родичи, которые не хотят его покидать. На это люди короля от­ветили, что повелитель им дороже любого родича, и они ни за что не станут служить его убийце, и предло­жили своим родичам выйти с миром и сказали, что это же предлагается их сотоварищам, которые были с ко­ролем. Тогда люди этелинга ответили, что им «до все­го этого не больше дела, чем вашим сотоварищам, ко­торые были с королем убиты». И они сражались у ворот, пока воины короля не прорвались внутрь и не убили этелинга и всех его людей, кроме одного чело­века — он был крестным элдормена, и тот спас ему жизнь, хотя он был сильно изранен. Король Кюне- вульф правил 31 зиму, и прах его покоится в Винчесте­ре, а прах этелинга — в Эскминстере; их род восходит по прямой к Кердику. И в тот же год в Секинтоне уби­ли Этельбальда, короля Мерсии, и его прах покоится в
      Рептоне. После этого Беорнред стал королем и правил недолго и несчастливо; и в тот же год Оффа стал коро­лем и правил 39 зим, и его сын Эгферт правил 141 день. Оффа был сыном Пинферта, Пинферт сын Эанвульфа, Эанвульф сын Осмода, Осмод сын Эавы, Эава сын Пюб- бы, Пюбба сын Креоды, Креода сын Кюневальда, Кю- невальд сын Кнеббы, Кнебба сын Икеля, Икель сын Эо- мера, Эомер сын Ангелтеова, Ангелтеов сын Оффы, Оффа сын Вермунда, Вермунд сын Вихтлея, Вихтлей сын Водена.
      758   [760] Тогда архиепископ Кутбрюхт261 умер.
      759   [761] Тогда Бреговине262 был рукоположен в еписко­пы в день архангела Михаила263.
      760    [762] Тогда Этельбрюхт, король Кента, умер, он был сыном короля Вихтреда.
      761   [763] Тогда была долгая зима.
      763   [765] Тогда Ианбрюхт был рукоположен в архиепи­скопы на сороковой день после середины зимы264.
      764   [766] Тогда архиепископ Ианбрюхт получил палий.
      768 [770] Тогда умер Эадберт, сын Эаты, король Кента.
      772   [774] Тогда епископ Милред265 умер.
      773   [776] Тогда красный знак Христов266 появился на не­бе после захода солнца. В тот же год мерсийцы и кент- цы сражались у Отфорда267, и в Суссексе видели удиви­тельных змей268.
      777 [779] Тогда Кюневульф и Оффа сражались у Бенсона, и Оффа захватил этот город.
      780 [782] Тогда старые саксы сражались с франками269.
      784    [786] Тогда Кюнехеард убил короля Кюневульфа, и был убит, и 84 человека с ним. Беорхтрик стал королем в Уэссексе; он правил 16 лет; его прах покоится в Уэрхе- ме; его род по отцу по прямой восходит к Кердику. В то время король Эалхмунд правил в Кенте.
      785   [787] Тогда был шумный синод в Челси; архиепископ Ианбрюхт отдал часть своей епархии, и король Оффа избрал Хюгебрюхта270; и Эгферта271 помазали в короли.
      787 [789] Тогда король Беорхтрик взял в жены дочь ко­роля Оффы. И в его дни впервые приплыли три кораб­ля, и герефа272 поскакал к ним и хотел отвести корабель­щиков в королевский город273, поскольку он не знал, кто они такие; и его убили. Так впервые корабли данов274 приплыли в землю англов.
      790 [792] Тогда архиепископ Ианбрюхт умер, и в тот же год настоятель Этельхеард был избран епископом275.
      792 [794] Тогда Оффа, король Мерсии, повелел отрубить голову королю Этельбрюхту276.
      794 [796] Тогда папа Адриан и король Оффа умерли; Этельреда, короля Нортумбрии, убили его подданные; епископ Кеолвульф277 и епископ Эадбальд278 покинули эти земли; Эгферт стал королем Мерсии и в тот же год умер279. И королем Кента стал Эадбрюхт, иначе его зва­ли Прен280.
      796   [798] Тогда Кеолвульф281, король Мерсии, разграбил Кент до Ромни Марч и, захватив короля Прена, привез его скованного в Мерсию.
      797   [799] Тогда римляне вырвали язык и выкололи глаза папе Льву282, и прогнали его с кафедры, но вскоре, с Божьей помощью, он опять мог видеть и говорить, и сно­ва был папой283.
                  [801] Тогда архиепископ Этельхеард и Кюнебрюхт, епископ Уэссекса, отправились в Рим.
                  [802] Тогда король Беорхтрик и элдормен Ворр умер­ли; Эгбрюхт стал править в Уэссексе. В тот же день Этельмунд, элдормен Хвикке284, поскакал к Кепсфор- ду285, и там его встретил элдормен Веокстан с жителями Уилтшира. Там было большое сражение, и оба элдорме- на погибли, и уилтширцы победили286.
      802   [804] Тогда Беорнмод был рукоположен в епископы Рочестера.
      803    [805] Тогда архиепископ Этельхеард умер, и Вульф- ред был рукоположен в архиепископы, и аббат Фортред умер.
      804   [806] Тогда архиепископ Вульфред получил палий.
      805    [807] Тогда Кутред умер, король над кентцами287, и настоятельница Кеолбург288, и элдормен Хеахбрюхт.
      812   [814] Тогда король Карл289 умер, и он правил 45 зим. Архиепископ Вульфред с Вигбрюхтом, епископом Уэссекса290, вместе отправились в Рим.
      813   [815] Тогда архиепископ Вульфред, с благословения папы Льва, вернулся в свою епархию. И в тот год ко­роль Эгбрюхт прошел войной весь Корнуолл от восточ­ной границы до западной.
      814   [816] Тогда благородный и святой папа Лев умер; по­сле него Стефан стал править291.
      816 [817] Тогда папа Стефан умер; после него Пасхалий был посвящен в папы, и в тот же год сгорела «Англий­ская школа»292.
      819 [821] Тогда Коенвульф, король Мерсии, умер; Кеол- вульф стал править, и элдормен Эадбрюхт умер.
      821   [823] Тогда у Кеолвульфа отняли его королевство293.
      822   [824] Тогда два элдормена — Бургхельм и Мука — бы­ли убиты, и собрался синод в Кловешу294.
      823   [825] Тогда бритты и жители Девона сражались у Гал- форда. В тот же год король Эгбрюхт сражался с коро­лем Беорнвульфом у Эллендуна; Эгбрюхт победил, и многие были убиты295. Тогда он отправил своего сына Этельвульфа, и своего епископа Эалхстана, и своего эл­дормена Вульфхеарда в Кент с большим отрядом из ополчения, и они прогнали короля Балдреда296 на се­вер, за Темзу. Кентцы покорились Эгбрюхту, и жители Суррея, Суссекса и Эссекса, поскольку прежде их неспра­ведливо разлучили с их родичами297. В тот же год ко­роль Восточной Англии и его подданные искали покро­вительства и защиты у короля Эгбрюхта из страха перед мерсийцами. В тот же год жители Восточной Англии убили Беорнвульфа, короля Мерсии.
      825 [827] Тогда мерсийский король Лудека был убит, и 5 его элдорменов с ним; Виглаф стал королем.
      827   [829] Тогда луна померкла в праздничную ночь на се­редину зимы298. В тот же год король Эгбрюхт захватил мерсийское королевство и все земли южнее Хамбера. Он был восьмым «бретвалда»299 — первым, кто владел та­ким большим королевством, был Элле, король Суссек­са, вторым — Кеавлин, король Уэссекса, третьим — Этельбрюхт, король Кента, четвертым — Редвальд, ко­роль Восточной Англии, пятым — Эадвине, король Нор­тумбрии, шестым был Освальд, он правил после него, седьмым — Осви, брат Освальда, восьмым Эгбрюхт, ко­роль Уэссекса. Эгбрюхт повел ополчение в Дор300 про­тив нортумбрийцев; они выказали ему свою покорность и добрую волю, и на том разошлись.
      828   [830] Тогда Ви(г)лаф301 опять стал королем Мерсии302. Епископ Этельвальд умер. В тот же год король Эгбрюхт повел ополчение против жителей Уэльса и заставил их смиренно покориться.
      829   [832] Тогда архиепископ Вульфред умер.
      830    [833] Тогда Кеолнот был избран епископом303 и ру­коположен; настоятель Феологид304 умер.
      831   [834] Тогда архиепископ Кеолнот получил палий.
      832   [835] Тогда язычники305 разорили Шиппи306 .
      833    [836] Тогда король Эгбрюхт сражался в Каргемпто- не307 против 35308 корабельных дружин309; многие бы­ли убиты, и даны завладели полем битвы310. Два епи­скопа, Хереферт и Вигферт311, умерли, и два элдормена, Дудда и Осмод, умерли.
      835   [838] Тогда большой флот312 пришел в Корнуолл; они объединились с бриттами и пошли войной на Эгбрюх- та, короля Уэссекса. Он узнал о том, с ополчением вы­ступил и сражался у Хингстона, обратив в бегство брит­тов и данов313.
      836   [839] Тогда король Эгбрюхт умер. А прежде — до то­го, как он стал королем, — Оффа, король Мерсии, и Бе- орхтрик, король Уэссекса, изгнали его на 3 года из зем­ли англов в землю франков314. Беорхтрик помогал Оффе, поскольку дочь Оффы была его женой. Эгбрюхт правил 37 зим и 7 месяцев; его сын Этельвульф стал королем в Уэссексе; он поставил своего сына Этельстана править в Кенте, Эссексе, Суррее и Суссексе.
      837    [840] Тогда элдормен Вульфхеард сражался в Саут- гемптоне против 31 корабельной дружины, многих убил, и победил; в тот год Вульфхеард умер. И в тот же год dux315 Этельхельм с жителями Дорсета сражались про­тив войска данов у Портленда; они долго теснили это разбойничье войско, но потом даны завладели полем битвы и убили элдормена.
      838   [841] Тогда элдормен Херебрюхт316 и многие мерсий- цы были убиты язычниками. В тот же год они многих убили в Линдси, в Восточной Англии и в Кенте.
      839   [842] Тогда много людей погибло317 в Лондоне, Квен- товике318, Рочестере.
      840    [843] Тогда король Этельвульф сражался в Каргем- птоне против 35 корабельных дружин; даны завладели полем битвы.
      845 [848] Тогда элдормен Эанульф с жителями Сомерсе­та, и епископ Эалхстан, и элдормен Осрик с жителями Дорсета сражались против данов в устье реки Паррет, многих убили, и победили. В тот же год король Этель- стан и dux Эалхере убили множество разбойников в Сан- дуиче в Кенте; они захватили 9 кораблей, а остальные обратились в бегство319.
      851 [850] Тогда элдормен Кеорл с жителями Девона сра­жался против язычников у Виканбеорга320, многих убил, и победил. В тот же год король Этельстан и dux Эалхере убили множество язычников у Сандуича в Кенте; они захватили 9 кораблей, а остальные обратились в бегст­во; язычники в первый раз остались на зиму. В тот же год даны пришли на трехстах пятидесяти кораблях в устье Темзы, разграбили Кентербери и Лондон, разби­ли мерсийского короля Беорхтвульфа321 с его ополче­нием и отправились на юг, через Темзу, в Суррей. Ко­роль Этельвульф и его сын Этельбальд сражались про­тив них у Аклеи322, убили там великое множество языч­ников — доселе мы о другом таком сражении не слыша­ли—и победили.
      853 Тогда Бургред, король Мерсии, и его уитэны попроси­ли короля Этельвульфа, чтобы он помог им покорить жителей Уэльса. Он так и сделал: пошел с ополчением через Мерсию в Уэльс, и все жители Уэльса ему подчи­нились. В тот же год король Этельвульф отправил сво­его сына Эльфреда в Рим. Тогда его святейшество323 Лев324 был папой в Риме; он помазал Эльфреда в коро­ли325 и был его свидетелем326 при миропомазании. То­гда, в том же году, Эалхере с жителями Кента, и Худа с жителями Суррея сражались на острове Тенет против войска язычников и сначала побеждали; там много лю­дей погибло и утонуло с обеих сторон. Потом, после Пас­хи, король Этельвульф отдал свою дочь в жены королю Бургреду, из Уэссекса в Мерсию327.
      855 Тогда язычники впервые остались на зиму на Шиппи. В тот же год король Этельвульф составил грамоту и да­ровал десятую часть своих земель по всему королевству для прославления Бога и для своего вечного спасения328. В тот же год он отправился в Рим с большой пышно­стью и жил там 12 месяцев. На обратном пути Карл329, король франков, отдал ему свою дочь в жены330. Потом Этельвульф вернулся к своим подданым, и они были это­му рады. Он умер через два года после того, как приехал от франков, и его прах покоится в Винчестере; он пра­вил восемнадцать с половиной лет. Этельвульф был сы­ном Эгбрюхта, Эгбрюхт сын Эалхмунда, Эалхмунд сын Эавы, Эава сын Эоппы, Эоппа сын Ингильда. Ингильд был братом Ине, короля Уэссекса, который потом ушел к Святому Петру331 и там отдал душу Богу; они были сыновьями Кенреда, Кенред сын Кеолвальда, Кеолвальд сын Куты, Кута сын Кутвине, Кутвине сын Кеавлина, Ке­авлин сын Кюнрика, Кюнрик сын Кердика, Кердик сын
      Элесы, Элеса сын Эслы, Эсла сын Гивиса, Гивис сын Вия, Вий сын Фреавине, Фреавине сын Фритогара, Фрито- гар сын Бронда, Бронд сын Белдея, Белдей сын Водена, Воден сын Фритувальда, Фритувальд сын Фреавине332, Фреалаф сын Фритувульфа, Фритувульф сын Финна, Финн, сын Годвульфа, Годвульф сын Геата, Геат сын Тет- вы, Тетва сын Беава, Беав сын Скельдвеа, Скельдвеа сын Херемода, Херемод сын Итермона, Итермон сын Храт- ра333, который родился в ковчеге, Ной, Ламех, Мафусал, Енох, Иаред, Малеил334, Камон335, Енос, Сиф, Адам primus homo et pater noster est Christus, amen336. Потом два сына Этельвульфа стали королями: Этельбальд в Уэссексе, а Этельбрюхт в Кенте, Эссексе, Суррее и Суссексе; Этель­бальд правил 5 лет.
      860 Тогда король Этельбальд умер, и его прах покоится в Шерборне; Этельбрюхт, его брат, стал править всем ко­ролевством и правил им по общему согласию и в доб­ром мире. В его дни пришел больший флот и даны раз­рушили Винчестер. Элдормен Осрик с жителями Хвикке и элдормен Этельвульф с жителями Беркшира сража­лись против разбойничьего войска и обратили его в бег­ство, и завладели полем битвы. Этельбрюхт правил 5 лет, и прах его покоится в Шерборне.
      865   Тогда язычники обосновались на острове Тенет и за­ключили договор с жителями Кента; те обещали им пла­ту. Но под предлогом договора и обещанной платы раз­бойничье войско ускользнуло ночью и разграбило весь восточный Кент337.
      866    [865] Тогда Этельред, брат Этельбрюхта, стал коро­лем в Уэссексе. В том же году пришло большое разбой­ничье войско в землю англов, и зимовало в Восточной Англии. Там они обзавелись лошадьми; жители Восточ­ной Англии заключили с ними мир.
      867    [866] Тогда пришло разбойничье войско из Восточ­ной Англии через устье Хамбера в Нортумбрию к Йор­ку. Тогда была большая смута среди нортумбрийцев. Они изгнали своего короля Осбрюхта и признали королем без рода и права Эллу338. Позже в тот год они собрались сражаться с данами339, созвали большое ополчение, ок­ружили данов в Йорке и попытались взять эту крепость. Некоторые прорвались внутрь, но очень много нортум- брийцев было убито, и снаружи, и внутри. Оба короля погибли, а те, кто остались в живых, заключили мир с разбойничьим войском. В тот же год епископ Эалхстан умер; он 50 лет занимал епископскую кафедру в Шер- борне, и прах его покоится в этом городе.
      868    [867] Тогда пришло то же войско в Мерсию, в Нот­тингем, и зимовало там. Мерсийский король Бургред и его уитэны просили Этельреда, короля Уэссекса, и его брата Эльфреда помочь им сразиться с данами. Они по­шли с уэссекским ополчением в Мерсию к Ноттингему, окружили разбойничье войско в крепости, но там не бы­ло серьезного сражения340, и мерсийцы заключили мир с данами.
      869   Тогда разбойничье войско опять пришло в Йорк и ос­тавалось там год.
      870   Тогда даны отправились верхом через Мерсию в Вос­точную Англию и зимовали в Тетфорде. В ту зиму ко­роль Эадмунд341 сражался против них; даны победили, убили короля и захватили всю ту землю. В тот же год архиепископ Кеолнот умер. И Этельред, епископ Уилтшира, был избран архиепископом Кентербери.
      871    Тогда разбойничье войско пришло в Уэссекс, в Ре- динг, и спустя 3 ночи два эрла отправились верхом на вылазку. Элдормен Этельвульф встретил их на Ингл- филд, сражался с ними, и победил. Спустя 4 ночи ко­роль Этельред и его брат Эльфред привели большое войско ополчения к Редингу и сражались против да­нов; многие были убиты с той и с другой стороны, эл­дормен Этельвульф342 там погиб, и даны завладели по­лем битвы. Спустя 4 ночи король Этельред и его брат Эльфред сражались против всего разбойничьего вой­ска на Эшдауне. Оно было поделено на две части: в од­ной — короли язычников, Бэгсиг и Хеалвдене, а в дру­гой — эрлы343. Король Этельред сражался против ко­ролей, в этом сражении погиб Бэгсиг. А его брат Эльфред сражался против эрлов, в этом сражении па­ли эрл Сидрок Старый, эрл Сидрок Юный, эрл Осберн, эрл Френа и эрл Харальд. Оба войска язычников бе­жали, много тысяч людей были убиты, битва продол­жалась до ночи. Спустя 14 ночей король Этельред и его брат Эльфред сражались против разбойничьего вой­ска в Базинге, и даны победили. Спустя 2 месяца ко­роль Этельред и его брат Эльфред сражались против того войска у Мертона; оно было поделено надвое. Они теснили данов, побеждали целый день, много было убитых с обеих сторон, и даны завладели полем бит­вы. Там погиб епископ Хеахмунд344 и много добрых людей. После той битвы приплыл большой летний флот345. Затем, после Пасхи, король Этельред умер; он правил 5 лет, и прах его покоится в Уимборне. Тогда его брат Эльфред, сын Этельвульфа, стал королем в Уэссексе, и спустя месяц король Эльфред с небольшим отрядом сражался против всего разбойничьего войска в Уилтоне. Он теснил их целый день, и даны завладели полем битвы. В тот год произошли 9 больших сраже­ний с разбойничьим войском в королевстве к югу от Темзы, а кроме того, Эльфред, брат короля, и элдор- мены без него, и королевские тэны верхом совершали вылазки несчетное число раз. В том году погибли 9 эр­лов и один король, и в тот год жители Уэссекса заклю­чили мир с разбойничьим войском.
      872   [871] Тогда разбойничье войско пришло из Рединга в Лондон и зимовало там; и мерсийцы заключили мир с этим войском.
      873    [872] Тогда разбойничье войско пришло в Нортум- брию и зимовало в Торкси, в Линдси; тогда мерсийцы заключили мир с этим войском.
      874   [873] Тогда разбойничье войско пришло из Линдси в Рептон и там зимовало; даны изгнали короля Бургреда за море после того, как он правил королевством 22 зи­мы, и захватили всю ту землю. Бургред отправился в Рим и остался там, и прах его покоится в церкви святой Ма­рии в Английской школе. В тот же год даны отдали мер­сийское королевство одному немудрому королевскому ТЭНу34б. он Принес им клятву и дал заложников, что от­даст им королевство по первому их желанию, и сам бу­дет к их услугам со всеми своими людьми.
      875   [874] Тогда разбойничье войско ушло из Рептона; Хе- алвдене увел часть людей в Нортумбрию, и они зимова­ли на реке Тайн. Они захватили ту землю и ходили войной на пиктов и бриттов из Стратклайдского коро­левства. А 3 короля — Годрум, Оскютель и Анвюнд — отправились с большим войском из Рептона в Кембридж и оставались там год. В это лето король Эльфред вывел флот в море и сражался против 7 кораблей; один захва­тил, а остальные обратились в бегство.
      876    [875] Тогда разбойничье войско ускользнуло от уэс- секского ополчения и пришло в Уэрхем. Король заклю­чил мир с ними; они поклялись ему на священном коль­це — так они прежде ни одному народу не клялись, — что они быстро уйдут из его королевства. Но под этим предлогом они ускользнули ночью от уэссекского опол­чения и верхом отправились в Эксетер. И в тот год Хе- алвдене поделил землю в Нортумбрии347, и они ее вспа­хали и стали с нее жить.
      877    [876] Тогда разбойничье войско пришло из Уэрхема в Эксетер, а флот данов поплыл кружным путем на за­пад, но попал в жестокий шторм: 120 кораблей погибли у Свонтежа. Король Эльфред отправился с ополчением за конным войском к Эксетеру, но не смог догнать да­нов, и они засели в крепости, куда нельзя было войти. Даны дали Эльфреду столько знатных заложников, сколько он захотел, поклялись суровыми клятвами, и добрый мир заключили. Потом, осенью, разбойничье войско ушло в Мерсию, где они часть земли поделили, а часть оставили Кеолвульфу348.
      878  Тогда на середину зимы, после двенадцатой ночи, раз­бойничье войско проскользнуло в Чиппенгем; даны за­хватили земли Уэссекса, поселились в них и многих лю­дей изгнали за море. А большую часть тех, кто остался, они победили и подчинили, но не короля Эльфреда. Он с небольшим отрядом с трудом прошел через леса и нашел убежище среди болот349. В ту же зиму приплыл брат Ин­вара и Хеалвдене в Уэссекс, в Девоншир с 23 кораблями, и его там убили, и 800 человек, которые были с ним, и 40 человек из его дружины350. Затем на Пасху король Эльф­ред с небольшим отрядом возвел укрепление на острове Этелни351, и оттуда вел войну против разбойничьего вой­ска, вместе с людьми Сомерсета, которые жили поблизо­сти. На седьмую неделю после Пасхи он поскакал к кам­ню Эгбрюхта у восточного края Селвуда; к нему туда пришли все жители Сомерсета и Уилтшира, и те жители Гемпшира, которые не уплыли за море; они были ему ра­ды. Спустя одну ночь король Эльфред отправился из сво­его лагеря в Айленд Вуд352, и спустя еще одну ночь — в Эддингтон. Там он сражался против всего разбойничье­го войска, обратил данов в бегство, преследовал их до их крепости и стоял там 14 ночей. Тогда они дали ему важ­ных заложников, поклялись суровыми клятвами, что они уйдут из его королевства, и пообещали, что их король примет крещение353. Они так и сделали: спустя 3 недели тридцать самых прославленных людей из войска данов — и Годрум среди них — приехали к Эльфреду в Эллер, что неподалеку от Этелни. Король был крестным Годру- ма, а церемония снятия белых одежд354 была в Уэрмо- ре355. Годрум оставался 12 ночей с королем, и тот почтил его и его спутников, поднеся им богатые дары.
      879   [878] Тогда разбойничье войско ушло из Чиппенгема в Чичестер и оставалось там год. В тот же год собралась
      шайка викингов и расположилась на острове Фалгем на Темзе. В тот же год солнце померкло на один час.
      880   [879] Тогда разбойничье войско ушло из Чичестера в Восточную Англию, поселилось в той земле и поделило ее. В тот же год даны, которые прежде стояли на Фалге- ме, уплыли за море в землю франков и оставалось там год.
      881    Тогда разбойничье войско ушло в землю франков; франки с ними сражались, и даны добыли себе коней после этого сражения.
      882   [881] Тогда разбойничье войско поднялось вверх по Маасу, вглубь франкских земель, и оставалось там год. В тот же год король Эльфред вывел в море флот и сра­жался с четырьмя кораблями данов; он захватил два ко­рабля — все люди, которые на них плыли, были убиты. А люди с двух других кораблей сдались, но они были сильно изранены, прежде чем покорились.
      883   [882] Тогда разбойничье войско поднялось по Шель­де к Конде356 и оставалось там год.
      884   [883] Тогда разбойничье войско прошло по Сомме к Амьену и оставалось там год.
      885    [884] Тогда разбойничье войско, о котором прежде говорилось, разделилось надвое, часть данов осталась на востоке, а другие подошли к Рочестеру357. Они окру­жили город и построили собственные укрепления, но жители города защищалась, пока король Эльфред не по­дошел с ополчением. Тогда даны ушли к своим кораб­лям, бросив лагерь; они остались без лошадей358 и вско­ре уплыли за море. И в тот же год король Эльфред отправил флот в Восточную Англию. Как только кораб­ли вошли в устье Стура, им встретились 16 кораблей ви­кингов; они359 с ними сражались, захватили все кораб­ли, а людей убили. Потом они отправились в обратный путь со своей добычей и встретили большой флот ви­кингов, в тот же день с ними сразились, и даны победи­ли. В тот же год перед серединой зимы Карл360, король франков, умер; его убил вепрь. Годом раньше умер его брат, он правил тем же западным королевством. Они оба были сыновьями Людовика361; он тоже правил в запад­ном королевстве и умер в тот год, когда затмилось солн­це. Людовик был сыном Карла362, чью дочь Этельвульф, король Уэссекса, взял в жены. В тот же год собрался большой флот в земле старых саксов363, и за год про­изошло два больших сражения364, в которых саксы по­бедили; с ними были фризы. В тот же год Карл365 стал королем западного королевства366 — и всего западного королевства, которым владел его прадед, по эту и по ту сторону Средиземного моря367, кроме Бретани. Карл был сыном Людовика368, брата Карла, — тот был отцом Юди­фи, которую взял в жены король Этельвульф. Они бы­ли сыновьями Людовика369, Людовик был сыном старо­го Карла370, Карл был сыном Пиппина371. В тот же год умер добрый папа Марин; он освободил Английскую школу от податей по просьбе короля Эльфреда и отпра­вил ему богатые дары и кусок креста, на котором стра­дал Христос. В тот же год разбойничье войско из Вос­точной Англии нарушило мир с королем Эльфредом.
      886   [885] Тогда разбойничье войско, которое прежде стоя­ло на востоке, вернулось на запад, поднялось по Сене и там зимовало372. В тот же год король Эльфред занял Лон­дон373, и весь народ англов ему покорился, кроме тех, кто был под властью данов. Этот бург374 был передан375 элдормену Этельреду376.
      887   [886-7] Тогда разбойничье войско прошло на кораб­лях под мостом в Париже, поднялось вверх по Сене до Марны к Шези и стояло в двух местах — там и на Йон- не — два года. В тот же год умер Карл377, король фран­ков; Арнульф, сын его брата378, отнял у него королевст­во за 6 недель до того, как он умер. Потом королевство поделили на 5 частей, и пять королей были помазаны, однако это было сделано с согласия Арнульфа, и они со­гласились править под его рукой, поскольку никто из них не принадлежал к королевскому роду по отцу. Ар- нульф остался в землях к востоку от Рейна, и Рудольф379 стал королем в центральных землях, Одо380 — в запад­ной части, а Беренгар381 и Гвидо382 — в земле лангобар­дов383 и в землях по эту сторону гор. Они384 сильно враждовали, между ними произошло два крупных сра­жения385, а кроме того, они постоянно разоряли свою страну и отнимали ее друг у друга. В тот год, когда раз­бойничье войско прошло под мостом в Париже, элдор­мен Этельхельм386 отвез в Рим дары от жителей Уэссек­са и короля Эльфреда.
      888  Тогда элдормен Беокка387 отвез в Рим дары от уэссекс- цев и короля Эльфреда. Королева Этельсвит, сестра ко­роля Эльфреда388, умерла, и прах ее покоится в Павии389. В тот же год архиепископ Этельред390 и элдормен Этель- вольд391 умерли в один месяц.
      889   В этом году никто не ездил в Рим, кроме двух гонцов, которых король Эльфред посылал с письмами.
      890   Тогда настоятель Беорнхельм392 отвез дары от жите­лей Уэссекса и от короля Эльфреда в Рим. Годрум, ко­роль норманнов, умер; его крестильное имя было Этель- стан393, он был крестником короля Эльфреда и жил в Восточной Англии, а прежде эту землю захватил. В тот же год разбойничье войско ушло из Сены к городу Сен- JIo394, который находится между землями бретонцев и франков; бретонцы сражались с данами и победили; они оттеснили их в реку, где многие утонули. Тогда Плегмунд был избран Богом и всеми святыми395.
      891  Тогда разбойничье войско отправилось на восток396, и король Арнульф вместе с восточными франками, сакса­ми и баварцами сражался против конных данов, преж­де чем подошли их корабли397, и обратил их в бегство. Три скотта398 прибыли к королю Эльфреду: они приплы­ли из Ибернии399 в лодке без весел, поскольку хотели странствовать во славу Бога, неважно где. Лодка, на ко­торой они плыли, была сделана из двух с половиной шкур400; они взяли с собой еды на семь ночей — и на седь­мую ночь пристали к берегу в Корнуолле; сразу после этого они отправились к королю Эльфреду. Их звали так: Дубслане, Макбету и Маэлинмун. А Суифне401, лучший проповедник среди скоттов, умер402. В этот же год после Пасхи — в молебственные дни403 или раньше — явилась звезда, которую на ученом языке называют «комета»; некоторые говорят, что на английском она называется «волосатая звезда», поскольку от нее расходятся длин­ные лучи — иногда в одну сторону, иногда во все.
      892  Тогда, в этом году, пришло то большое войско, о кото­ром прежде говорилось, из восточного королевства404 в Булонь. Там они — вместе с конями и всем прочим доб­ром — погрузились на корабли и приплыли на 250 ко­раблях в устье Лимне405. Это устье расположено на вос­токе Кента, у восточной оконечности большого леса, который мы называем Андредским. Лес тянется с вос­тока на запад на сто двадцать миль, если не больше, а ширина его — тридцать миль. Река, о которой мы преж­де говорили, вытекает из него. Даны провели свои ко­рабли на веслах 4 мили по этой реке — от внешнего края устья до леса — и там разрушили укрепление в болотах; в нем были несколько керлов406, и оно было недострое- но407. Вскоре Хэстен408 с 80 кораблями вошел в устье Темзы, и они стали лагерем в Милтоне, а другое разбой­ничье войско409 стояло в Эплдоре.
      893   В этом году, через двенадцать месяцев после того, как даны построили укрепления в восточном королевстве410, жители Нортумбрии и Восточной Англии принесли клятвы королю Эльфреду, а в Восточной Англии ему да­ли 6 знатных заложников. Но вопреки этому договору, всякий раз, когда другие даны отправлялись в поход, они тоже ходили грабить — иногда с ними, иногда сами по себе411. Король Эльфред собрал ополчение и разбил свой лагерь между лагерями данов, на ближайшем расстоя­нии от лесных укреплений и укреплений на реке, так что,
      попытайся одно из войск покинуть лагерь, король мог легко его перехватить. После этого отряды данов, пе­шие и конные, стали выбираться из леса в тех местах, где не было стражи, и их день за днем — и даже ноча­ми — ловили воины из ополчения и из бургов. Король поделил свое ополчение надвое, так что во всякое вре­мя половина людей была дома, а половина в походе, не считая тех воинов, которые защищали бурги412. Только дважды даны в полном составе покидали лагерь: пер­вый раз — когда они только сюда пришли, прежде чем было созвано ополчение; а во второй раз — когда захо­тели сняться с места. Они собрали большую добычу и решили уйти на север за Темзу, в Эссекс, к своим кораб­лям, но воины ополчения преградили им путь, срази­лись с ними в Фернхеме, обратили их в бегство, а добы­чу отобрали. И даны переправились через Темзу без брода, а затем поднялись вверх по течению Колна и ук­рылись на маленьком острове. Воины ополчения сте­регли их там, пока не закончились припасы. Но уста­новленный срок службы истек, припасы иссякли, и король направился им на смену с теми скирами, кото­рые были с ним в ополчении413. Пока он был в пути, а другие воины пошли домой, — а даны оставались на ост­рове, поскольку их король был ранен в сражении и не мог идти, — жители Нортумбрии и в Восточной Анг­лии414 снарядили около сотни кораблей и поплыли вдоль побережья на юг. И еще примерно сорок кораб­лей отправились вдоль побережья на север и осадили крепость в Девоне у Северного моря, а те, кто двигались на юг, осадили Эксетер. Когда король об этом услышал, он повернул на запад, к Эксетеру, со всем ополчением, кроме небольшого отряда воинов, который отправился на восток. Они пришли в Лондон, после чего вместе с лондонским гарнизоном и теми подкреплениями, кото­рые прибыли с запада, направились на восток, в Бен- флит. Хэстен еще раньше пришел туда со своим войском, которое прежде стояло в Милтоне, и сюда же явилось то большое войско, которое прежде стояло в Эплдоре, в устье Лимне. Хэстен построил укрепления в Бенфлите и после этого отправился грабить, а большое войско ос­тавалось на месте. Воины ополчения пришли туда, раз­били данов, разрушили укрепления, захватили все, что было внутри, — добро, женщин, детей — и привезли в Лондон. А из кораблей часть разбили, часть сожгли, часть отвели в Лондон или Рочестер. Жену Хэстена и двух его сыновей отправили к королю, и он вернул их Хэстену, поскольку один из мальчиков был его крест­ником, а другой — крестником элдормена Этельреда415. Они стали их крестными до того, как Хэстен пришел в Бенфлит, и Хэстен тогда принес клятвы и дал заложни­ков, а король поднес ему много даров, и так же посту­пил, когда возвращал жену и детей. Но как только люди Хэстена пришли в Бенфлит и встали там лагерем, они начали грабить как раз те самые земли в королевстве Эльфреда, которыми владел его кум Этельред. Когда разрушили его лагерь, он их грабил во второй раз. Ко­роль же, как я раньше говорил, отправился с ополчени­ем на запад к Эксетеру — этот бург осаждали даны, — и когда он туда пришел, они вернулись на свои корабли. И пока король на западе сторожил то разбойничье вой­ско, два других войска сошлись в Шубери в Эссексе и построили там укрепления, а потом вместе отправились вверх по Темзе, и к ним еще пришло большое пополне­ние из Нортумбрии и Восточной Англии. Они подня­лись по Темзе до Северна, и затем вверх по Северну. То­гда элдормен Этельред416, элдормен Этельхельм417, элдормен Этельнот418, королевские тэны из крепостей, свободные в тот момент от службы419, — из всех бургов, расположенных к востоку от Паррет, к западу и к восто­ку от Селвуда, к северу от Темзы и к западу от Север­на, — и часть жителей Северного Уэльса420 собрались все вместе, напали на данов с тыла, у Батинтона, на берегу
      Северна, и взяли в осаду их лагерь на двух берегах ре­ки421. Они стояли много недель по обеим берегам реки, а король в Девоне стерег флот, и у данов422 закончились припасы, так что они съели почти всех своих коней, а остальные кони умерли от голода. Тогда они напали на воинов, которые стояли на восточном берегу реки, и сра­жались с ними, и христиане423 победили. Там был убит королеский тэн Ордхех, и многие другие королевские тэны; из данов спаслись только те, кто сумел убежать. Они отправились в Эссекс, где был их лагерь и стояли их корабли, но в начале зимы все, кто уцелел, собрались из Восточной Англии и из Нортумбрии опять в боль­шое войско. Они оставили своих жен, корабли и добро в Восточной Англии и шли, не останавливаясь ни днем ни ночью, пока не добрались до заброшенной крепости на Уиррел, которая называется Честер. Воины ополче­ния не сумели нагнать их прежде, чем они оказались в крепости, но осаждали ее два дня, захватили весь скот, который был в окрестностях, убивали всех данов, пой­манных вне крепости, сожгли все посевы и пустили сво­их коней, чтобы те съели все в округе. Это было через двенадцать месяцев после того, как даны пришли сюда из-за моря.
      894 Вскоре, в этом году, разбойничье войско ушло от Уир­рел в Северный Уэльс — они не могли находиться в кре­пости, поскольку ни зерна, ни скота, которые можно бы­ло бы захватить, там не осталось. Из Северного Уэльса даны со всей добычей, которую там награбили, отпра­вились через Нортумбрию и Восточную Англию, где ополчение не могло их настичь, к восточной границе Эс­секса, к острову, что расположен в море, которое назы­вается Мереей424. А разбойничье войско, которое осаж­дало Эксетер, по пути домой стало грабить в Суссексе, у Чичестера, но воины из этого бурга прогнали их, много сотен людей убили и захватили несколько кораблей. В тот же год, ближе к зиме, даны, которые стояли в Мер- сее, провели на веслах свои корабли вверх по Темзе, а потом вверх по Ли. Это было через два года после того, как они пришли сюда из-за моря.
      895   В этом году разбойничье войско, о котором говори­лось прежде, стало лагерем на Ли, в двадцати милях вы­ше по течению от Лондона. Летом большая часть гар­низона этого бурга и другие люди напали на лагерь данов, но отступили, и четыре королевских тэна погиб­ли. Той осенью король встал лагерем в окрестностях бур­га425 на то время, пока шла жатва, чтобы даны не отня­ли зерно. Как-то раз король поскакал вдоль берега вверх по течению и заметил, что в одном месте можно перего­родить реку, и тогда даны не смогут там пройти на сво­их кораблях. Так и сделали: построили два укрепления на двух берегах реки. Когда люди Эльфреда в них рас­положились и начали перегораживать реку, даны поня­ли, что они не сумеют вывести корабли. Они их броси­ли, отправились по суше в Бриднорт и стали лагерем на берегу Северна. После этого ополчение поскакало на за­пад за данами, а люди из Лондона захватили корабли и сломали те из них, которые нельзя было увести, а те, которые можно было использовать, привели в Лондон. Своих жен даны оставили в Восточной Англии, когда покидали лагерь. А сами они обосновались на зиму в Бриднорте. Это было через три года после того, как да­ны пришли сюда, в устье Лимне, из-за моря.
      896   После этого, летом в этом году, разбойничье войско разошлось, кто в Восточную Англию, кто в Нортумбрию, и те, кто были бедны, погрузились там на корабли и уп­лыли за море на юг, в Сену. По милости Господа не су­мело разбойничье войско до конца сокрушить народ анг­лов, при том что еще больше зла в эти три года принес мор среди людей и скота, и главное — многие королев­ские тэны, лучшие в этой земле, умерли за это время. Среди них были Свитульф, епископ Рочестера, и Кеол- мунд, элдормен Кента, и Беорхтульф, элдормен Эссек­са, и Вульферт, элдормен Гемпшира, и Эалхеард, епископ Дорсета, и Эадульф, королевский тэн из Суссекса, и Бе- орнульф, викгерефа426 Винчестера, и Эгульф, королев­ский конюший, и еще многие, хотя я назвал самых из­вестных. В тот год разбойничье войско из Восточной Англии и Нортумбрии не раз нарушало покой в уэссек- ских землях: они отнимали зерно и скот на южных побе­режьях, но худшей бедой были эски427, которые сохра­нились с прежних времен. Тогда король Эльфред повелел построить длинные корабли, чтобы сражаться против зе­ков. Они были почти вдвое длиннее: у некоторых — по 60 весел, а у некоторых больше. И они были быстроход­нее, прочнее и выше, чем эски; и построены ни на фриз­ский манер, ни на данский, а так, как, по мнению короля, было лучше всего. И как-то раз, в этом же году, приплы­ли шесть кораблей на Уайт, и много зла содеяли на этом острове, в Девоне и повсюду на побережьях. Тогда ко­роль повелел, чтобы девять новых кораблей отправились за ними и перекрыли им путь из устья в открытое море. Три корабля данов стали против них биться, а три стоя­ли на суше выше по течению, в дальнем конце устья: лю­ди, бывшие на них, ушли вверх по реке. Корабельщики Эльфреда захватили два из трех кораблей на выходе из устья и убили людей, а один корабль пробился, хотя на нем осталось в живых только пять человек. Тогда девять кораблей прошли дальше в устье, туда, где стояли другие корабли данов. И они встали очень неудобно, три — на той стороне, где стояли корабли данов, а все прочие — на другом берегу, так что не могли друг к другу добраться428. Когда вода была за много форлонгов от кораблей, даны с оставшихся кораблей пришли к тем трем кораблям, что стояли на суше на их берегу в ожидании прилива, и сра­жались с людьми, которые на них были. Там были убиты королевский герефа Лукумон, фриз429 Вульфхеард, фриз Эббе, фриз Этельхере, Этельферт, приближенный коро­ля, и всего фризов и англов 62 человека, и 120 данов. Да­ны сумели уйти по приливной воде раньше, чем христиа­не смогли столкнуть свои корабли430, и вышли на веслах в открытое море. Но люди были настолько изранены, что не сумели отойти на веслах от суссекского побережья, и два корабля выбросило на сушу. Корабельщиков отпра­вили в Винчестер к королю, и он повелел их повесить. А те, кто приплыл в Восточную Англию на третьем ко­рабле, были сильно покалечены. В то лето не меньше 20 кораблей затонули у южного побережья, с людьми и всем прочим. В тот же год умер королевский конюший Вульф- рик, он был к тому же валийский герефа431.
      897 Тогда, в этом году, Этельм, элдормен Уилтшира, умер за девять ночей до середины лета432; тогда Хеахстан умер, он был епископом Лондона.
      900 Тогда Эльфред, сын Этульфа433, умер за шесть ночей до дня Всех Святых; он был королем всего народа англов, кроме тех, кто был под властью данов, и правил королев­ством 29 с половиной зим; его сын Эадвеард стал коро­лем. Тогда Этельвальд, сын его дяди по отцу434, захватил королевские поместья в Уимборне и Твингеме без дозво­ления короля и его уитэнов. Тогда король с ополчением поскакал туда и встал лагерем в Бедберне, неподалеку от Уимборна. Этельвальд оставался в усадьбе со всеми свои­ми людьми; он закрыл перед королем все ворота и зая­вил, что хочет жить здесь или умереть435. Но под этим предлогом он ускользнул ночью и добрался до разбой­ничьего войска в Нортумбрии; король повелел скакать за Этельвальдом, но его не удалось нагнать. Тогда воины захватили жену Этельвальда, которую он взял без дозво­ления короля и вопреки предписаниям епископа, пото­му что она раньше была пострижена в монахини436. В этом же году Этельред, элдормен Девона, умер за четыре не­дели до короля Эльфреда.
      902 Тогда элдормен Этульф, брат Эалхсвит437, умер, и Вер­гилий, настоятель из скоттов438, и священник Грим- бальт439 в 8 иды июля.
      903 Тогда Этельвальд пришел из-за моря с флотом, с ко­торым он был в Эссексе.
      904Тогда Этельвальд подговорил разбойничье войско из Вос­точной Англии начать смуту; они разорили земли Мерсии до Криклейда, потом перешли Темзу, захватили в Брайто­не и окрестностях все, что попалось под руку, и ушли на­зад. Король Эадвеард отправился за ними, как только со­брал ополчение, и разорил все их земли между валами440 и Уайсси до Фене441. Решив уходить, он передал ополче­нию приказ, чтобы они уходили все вместе. Но жители Кента отстали, не послушав приказа короля, хотя он от­правил к ним семь гонцов. Тогда разбойничье войско ок­ружило их, и они сражались. Там был убит элдормен Си- гульф, и элдормен Сигельм442, и королевский тэн Эадвольд, и настоятель Кенульф, и Сигебрехт, сын Сигульфа, и Эад- вальд, сын Акки, и еще многие, хотя я назвал самых из­вестных443. На стороне данов были убиты их король Эох- рик444, и этелинг Этельвальд, который подговорил их начать смуту, и Бюрхтсиге, сын этелинга Беорнота445, и холд446 Юсопа, и холд Оскютель, и еще очень многие, ко­го мы сейчас не можем назвать. На обеих сторонах многие были убиты, но данов погибло больше, хотя они завладе­ли полем битвы. И Эалхсвит447 умерла в этот же год.
      905 Тогда, в этом году, Эльфред, герефа Бата, умер. В этом же году в Тидинфорде был заключен мир с жителями Восточной Англии и Нортумбрии, как король Эадвеард решил.
      908   Тогда Денульф умер; он был епископом Винчестера448.
      909   Тогда Фритестан стал епископом Винчестера449; после этого умер Ассер, он был епископом Шерборна450. В тот же год король Эадвеард послал ополчение из Уэссекса и Мерсии, и они учинили жестокий грабеж у северного войска451, захватили людей и разное добро, и много да­нов убили. Они были в походе пять недель.
      910   Тогда даны из Нортумбрии нарушили мир, они отверг­ли все соглашения, которые им предлагали король Эад- веард и его уитэны, и разорили земли Мерсии. Тогда ко­роль собрал несколько сотен кораблей; он сам находился в Кенте, а корабли пошли на восток вдоль южного по­бережья ему навстречу. Даны решили, что большая часть королевских воинов плывет на кораблях, и они могут беспрепятственно идти, куда захотят. Когда король уз­нал, что они отправились грабить, он послал ополчение из Уэссекса и Мерсии; они нагнали данов на обратном пути, сражались с ними, и обратили их в бегство; они много тысяч данов убили, и там король Эквильс452 был убит.
      911  Тогда Этельред, элдормен Мерсии, умер, и король Эад- веард получил Лондон, Оксфорд и все те земли, кото­рые к ним относились453.
      912   Тогда, в этом году, около дня святого Мартина454, ко­роль Эадвеард повелел построить бург на севере, у Херт- форда, между реками Маран, Бейн и Ли. После этого, тем же летом455, между молебственными днями и сере­диной лета, король Эадвеард отправился со своим вой­ском в Эссекс, к Мэлдону, и стоял там все то время, пока строился бург в Уитгеме. Большинство людей, которые прежде были под властью данов, ему подчинились. Часть его войска тем временем строила бург в Хертфор- де, на южном берегу Ли456.
      913  Тогда, в этом году после Пасхи, прискакало разбойни­чье войско из Нортгемптона и Честера и нарушило мир; было убито много людей в Хук Нортоне и округе. Вско­ре, когда эти даны ушли, собралось другое конное вой­ско и прискакало в Латон. Но местные жители держали оборону; они сразились с данами, обратили их в бегст­во и отняли все, что те захватили, а также их коней и большую часть оружия.
      914   Тогда, в этом году, пришел сюда большой флот с юга, из Бретани, и с ним два эрла, Охтор и Хроальд. Они от­правились вдоль берега на запад до устья Северна и гра­били на побережьях Уэльса повсюду, где им вздумает­ся; они захватили Камелеака, епископа Эрченфилда457, и увели его с собой на корабли. Потом король Эадвеард выкупил его за 40 фунтов. После этого все разбойничье войско сошло на берег и хотело идти дальше грабить Эрченфилд. Но люди из Херефорда, Глостера и сосед­них бургов встретили их, сражались с ними и обратили их в бегство; они убили эрла Хроальда, брата эрла Ох- тора, и многих из этого войска. Даны нашли убежище в одном форте, и они держали их там в окружении, пока те не дали заложников, пообещав, что уйдут из владе­ний короля Эадвеарда. Король повелел нести стражу на южном берегу в устье Северна, от Корнуолла на западе до устья Эйвона на востоке, чтобы даны не могли выса­диться нигде на этом побережье. Однако два раза они высадились ночью, ускользнув от стражи: один раз — восточнее Уотчета, другой раз — в Порлоке. Но оба раза их разбили, так что немногие из данов вернулись, кро­ме тех, кто добрался вплавь к кораблям. После этого да­ны расположились на острове Флатхольм458 и стояли до тех пор, пока у них не кончились припасы; многие их люди умерли от голода, поскольку они не могли добыть никакой еды. Тогда они отправились в Дивед, а отту­да—в Ирландию; это было осенью. После этого, в том же году, перед днем святого Мартина, король Эадвеард отправился в Бакингем со своим ополчением и стоял там четыре недели; он построил бурги на обоих берегах ре­ки459, до того как оттуда ушел. И эрл Туркютель со все­ми холдами, почти все влиятельные люди из окрестно­стей Бедфорда460, а также многие из окрестностей Нортгемптона попросили его быть их повелителем.
      915 Тогда, в этом году, перед днем святого Мартина, ко­роль Эадвеард отправился с ополчением к Бедфорду и захватил этот бург; почти все люди, которые там жили, ему подчинились. Король стоял там четыре недели; он повелел построить бург на южном берегу реки461, до то­го как оттуда ушел.
      916   Тогда, в этом году, перед серединой лета, король Эад- веард пришел в Мэлдон; он построил там бург и укре­пил его, до того как оттуда ушел. В тот же год эрл Тур- кютель с теми людьми, которые захотели последовать за ним, отправился за море в землю франков, с дозволе­ния и при поддержке короля Эадвеарда.
      917  Тогда, в этом году перед Пасхой, король Эадвеард по­велел идти в Таучестер и построить там бург; после это­го, в том же году, он повелел построить бург в Вигинга- мере462. В то же лето, между ламмасом и серединой лета463, разбойничье войско из Нортгемптона, Лестера и земель к северу от них нарушило мир и отправилось к Таучестеру; они сражались за этот бург целый день и рас­считывали его захватить. Но люди, которые были в бур­ге, защищали его, пока не подошла помощь, и тогда даны отступили. Вскоре после этого они опять отправились ночью на грабеж, напали неожиданно и захватили не­мало пленников и добычи между Бернвудом464 и Айл- сбери. Тем временем даны из Хантингдона и Восточной Англии стали лагерем в Темпсфорде465, поселились там и построили укрепления, оставив свой прежний лагерь в Хантигдоне. Подумав, что теперь они смогут шире се­ять вражду и смуту, даны отправились в поход и подо­шли к Бедфорду; но люди, которые были в бурге, вы­ступили против них, сражались с ними, обратили их в бегство и многих из них убили. Но после этого вновь собралось большое разбойничье войско из Восточной Англии и мерсийских земель466; даны подошли к бургу Вигингамере, окружили его, сражались за него целый день и захватили весь скот в округе. Но люди, которые были в бурге, защитили его, и тогда даны отступили. По­сле этого, тем же летом, во владениях короля Эадвеарда люди из всех ближайших бургов, которые могли прий­ти, собрались в большое войско467; они подошли к Тем- псфорду, осадили этот бург и сражались за него, пока его не захватили. Они убили короля данов468, эрла Тог- ла, эрла Манна, и его сына, его брата, и всех, кто был в бурге и хотел защищаться, а всех прочих и все, что бы­ло в бурге, захватили. Вскоре после этого, осенью, лю­ди из Кента, Суррея, Эссекса и всех ближайших бургов собрались в большое войско; они подошли к Колчесте- ру, окружили этот бург и сражались за него, пока его не захватили. Они убили весь гарнизон, кроме тех, кто пе­релез через стены, и захватили все, что было в бурге. Но после этого, в ту же осень, собралось большое разбой­ничье войско в Восточной Англии, из местных жителей и тех викингов, которых они призвали себе на подмогу. Подумав, что теперь они смогут отомстить за свои по­тери, даны подошли к Мэлдону, окружили этот бург и сражались за него, пока к воинам бурга не подошло большое подкрепление, тогда даны отступили. После этого люди из бурга и те, кто пришел им на помощь, вы­ступили и обратили разбойничье войско в бегство, и много сотен данов убили — и людей с эсков469 , и про­чих. Вскоре после этого, в ту же самую осень, король Эадвеард отправился с уэссекским ополчением к Пас- сенгему470 и стоял там, пока строился бург в Таучестере с каменной стеной. Тогда эрл Турферт, его холды, и все даны, жившие в окрестностеях Нортгемптона и дальше на север до Уэлленда, подчинились ему и просили его стать их повелителем и защитником. Когда одна часть ополчения разошлась по домам471, выступила другая; они отправились к бургу в Хантингдоне и по повелению короля Эадвеарда починили укрепления и отстроили их заново в тех местах, где они были разрушены. Все мест­ные жители, которые там еще оставались, покорились королю Эадвеарду и просили у него мира и защиты. Вскоре после этого, в том же году, перед днем святого Мартина, король Эадвеард с уэссекским ополчением от­правился к Колчестеру, починил укрепления и отстро­ил их заново в тех местах, где они были разрушены. То­гда множество жителей Восточной Англии и Эссекса, которые прежде были под властью данов, подчинились ему, и все даны из Восточной Англии как один ему по­клялись, что они хотят всего того, чего он хочет, и хо­тят мира с теми, с кем король хочет мира, на суше и на море. А даны из окрестностей Кембриджа сами по себе признали короля Эадвеарда своим повелителем и защит­ником и скрепили это клятвами, как король решил.
      918   Тогда, в этом году, между молебственными днями и серединой лета, король Эадвеард с ополчением отпра­вился к Стамфорду и повелел построить бург на южном берегу реки472; все те люди, которые жили в окрестно­стях северного бурга, покорились ему и просили его быть их повелителем. Когда король расположился в этом месте, в Тамуорте умерла его сестра Этельфлед за 12 ночей до середины лета. Он поскакал в бург в Тамуор­те, и там все жители Мерсии, которые прежде были под­данными Этельфлед, короли Уэльса — Ховел, Кледаук473, и Иотвелл474 — и все жители Уэльса подчинились ему и попросили его быть их повелителем. Оттуда король от­правился в Ноттингем, вошел в этот бург и повелел его восстановить и поселить людей — англов и данов. Тогда ему подчинились все жители Мерсии — и англы, и да­ны.
      919   Тогда, в этом году, на исходе осени, король Эадвеард отправился с ополчением в Телуолл и повелел постро­ить там бург, заселить его и поставить там гарнизон. Дру­гому отряду ополчения, также из жителей Мерсии, ко­роль повелел, пока он находится здесь, отправиться в Нотумбрию, в Манчестер, и восстановить его, и поста­вить там людей. Тогда умер архиепископ Плегмунд.
      920   Тогда, в этом году, перед серединой лета, король Эад­веард отправился с ополчением в Ноттингем; он пове­лел построить бург на южном берегу реки, напротив дру­гого бурга, и мост через Трент между этими двумя бургами; а оттуда он отправился в Пик Дистрикт к Бай- куэлл и повелел построить бург по соседству и поста­вить там людей. Тогда король скоттов, весь народ скот­тов475, Регнальд476, сыновья Эадвульфа477 и все, кто жи­ли в Нортумбрии — англы, даны, норманны478 и про­чие, — признали его своим отцом и повелителем, и так же король Стратклайдского королевства, и все жители Стратклайдского королевства.
      924 Тогда король Эадвеард умер; его сын Этельстан стал королем. Родился святой Дунстан479. Вульфхельм стал архиепи­скопом Кентерберийским.
      931    Тогда Бюрнстана рукоположили в епископы Винче­стера в 4 календы июня480; он был епископом два с по­ловиной года.
      932   Тогда епископ Фритестан481 умер.
      933  Тогда король Этельстан отправился в землю скоттов с флотом и войском и сильно ее разорил. Епископ Бюрн- стан умер в Винчестере в день Всех Святых482.
      934  Тогда епископ Эльфхеах занял епископскую кафедру483.
      93^484 в эт0 лет0485 Этельстан державный,
      кольцедробитель, и брат его, наследник, Эадмунд, в битве добыли славу и честь всевечную мечами в сечи под Брунанбургом486: рубили щитов ограду, молота потомками487 ломали копья Эадверда отпрыски, как это ведется в их роде от предков, ибо нередко недругов привечали они мечами, защищая жилище, земли свои и золото, и разили противника: сколько скоттов и морских скитальцев обреченных пало — поле темнело от крови ратников с утра, покуда, восстав на востоке, светило славное скользило над землями, светозарный светоч бога небесного, рубились благородные, покуда не успокоились, — скольких северных мужей в сраженье положили копейщики на щиты, уставших, и так же скоттов488,
      сечей пресыщенных; косили уэссекцы, конники исконные, доколе не стемнело, гоном гнали врагов ненавистных, беглых рубили, сгубили многих клинками камнеостренными; не отказывались и
      мерсии489
      пешие от рукопашной с приспешниками Анлафа490,
      прибывшими к берегу по бурным водам,
      себе на пагубу подоспевшими к сече
      на груди ладейной — вождей же юных
      пятеро пало на поле брани,
      клинками упокоенных, и таких же семеро
      ярлов Анлафа, и ярых мужей без счета,
      моряков и скоттов. Кинулся в бегство
      знатный норманн — нужда его понудила
      на груди ладейной без людей отчалить, -
      конь морской491 по водам конунга уносит
      по взморью мутному, мужа упасая;
      так же и старый пустился в бегство,
      к северу кинулся Константин державный492,
      седой воеводитель; в деле мечебойном
      не радость обрел он, утратил родичей,
      приспешники пали на поле бранном,
      сечей унесенные, и сын потерян
      в жестокой стычке — сталь молодого
      ратника изранила; игрой копейной
      не мог хитромыслый муж похвастать,
      седой воеводитель, ему же подобно Анлаф
      рать истратил: их не радовала,
      слабейших в битве, работа бранная
      на поле павших, пенье копий,
      стычка стягов, сплетенье стали,
      ошибка дружинная, когда в сраженье
      они столкнулись с сынами Эадверда.
      Гвоздьями скрепленные ладьи уносили
      дротоносцев норманнов через воды глубокие,
      угрюмых, в Дюфлин493 по Дингес-морю494, плыли в Ирландию корабли побежденных. И братья собрались в путь обратный, державец с наследником, и дружина с ними к себе в Уэссекс, победе радуясь; на поле павших лишь мрачноперый черный ворон клюет мертвечину клювом остренным, трупы терзает угрюмокрылый орел белохвостый, войностервятник, со зверем серым, с волчиной из чащи. Не случалось большей сечи доселе на этой суше, большего в битве смертоубийства клинками сверкающими, как сказано мудрецами в старых книгах, с тех пор, как с востока англы и саксы пришли на эту землю из-за моря, сразились с бриттами, ратоборцами, гордые, разбили валлийцев, герои бесстрашные этот край присвоили*.
      940 Тогда король Этельстан495 умер в 6 календы ноября496, через сорок зим без одной ночи после того, как умер ко­роль Эльфред; этелинг Эадмунд стал королем, ему бы­ло 18 зим. Король Этельстан правил 14 лет и 10 недель. Тогда Вульфхельм был архиепископом в Кентербери.
      942 Тогда король Эадмунд, властитель данов,
      защитник сородичей, благородный вершитель
      деяний,
      захватил землю Мерсии, которую Дор497 отделяет,
      Уитуэлл Гайп и река Хамбер,
      широкий поток; пять бургов -
      Лестер и Линкольн,
      Ноттингем, Стамфорд и Дерби.
      Даны прежде были под властью
      норманнов498 и не по доброй воле жили
      "Перевод В. Г. Тихомирова
      в оковах язычества долгое время, пока их не освободил к своей славе повелитель воинов, потомок короля Эадвеарда, король Эадмунд. Король Эадмунд стал крестным короля Анлафа499, и в тот же год, спустя какое-то время500, он стал свидетелем на миропомазании короля Регенальда. Тогда король Эад­мунд даровал Гластонбери святому Дунстану501, который стал там первым настоятелем.
      944   Тогда король Эадмунд захватил всю Нортумбрию се­бе во владение и изгнал двух королей, Анлафа, сына Сюхтрика, и Регенальда, сына Гутреда502 из этих земель.
      945   Тогда король Эадмунд захватил все земли Камбрии503 и уступил их Малкольму504, королю Шотландии, на том условии, что тот будет его союзником на суше и на море.
      946   Тогда король Эадмунд умер в день святого Августи­на505; он правил шесть с половиной лет. Его брат, эте­линг Эадред стал королем; он захватил всю землю Нор­тумбрии себе во владение, и скотты дали ему клятвы, что они хотят всего, чего он хочет.
      951 Тогда Эльфхеах, епископ Винчестера, умер в день свя­того Григория506.
      955 Тогда король Эадред умер в день святого Климента507 во Фроме508; он правил девять с половиной лет, и Эад- вий, сын короля Эадмунда, стал королем и изгнал святого Дунстана из страны509.
      958   Тогда король Эадвий умер в октябрьские календы510, и его брат Эадгар стал королем.
      959   Тогда он послал за святым Дунстаном и отдал ему винчестер­скую епархию, а затем лондонскую.
      961   Тогда архиепископ Одо умер, и святой Дунстан стал архиепископом.
      962  Тогда Эльфгар, родич короля, умер в Девоне, и его прах покоится в Уилтоне; король Сигферт511 убил себя, и его прах покоится в Уимборне. В тот же год был очень жес­токий мор512 и большой пожар в Лондоне; собор Павла сгорел, и в тот же год его начали строить опять. В тот же год священник Этельнот отправился в Рим и там умер в 18 календы сентября513.
      963   Тогда диакон Вульфстан умер в День избиения мла­денцев514, и после этого священник Гюрик умер. В том же году настоятель Этельвольд515 стал епископом Вин­честера; его рукоположили в канун дня святого Анд­рея516, это было воскресенье.
      964   Тогда король Эадгар изгнал священников в городе517 из Олд-Минстера и Нью-Минстера, а также из Чертей518 и Милтона519, и заменил их монахами520. Он поставил настоятеля Этельгара521 в Нью-Минстер, настоятеля Ордбрихта522 — в Чертей, а настоятеля Кюневеарда523 — в Милтон.
      971 Тогда этелинг Эадмунд524 умер, и его прах покоится в Рамси.
      973 Тогда был Эадгар, повелитель англов,
      с большой пышностью помазан в короли525 в древнем городе, Акеманнескеастре, который жители острова иначе называют Батом. Была радость великая в тот благословенный всеми почитаемый день, который дети праха именуют Пятидесятницей526. Там, как я слышал, собралось множество священников и ученых
      монахов.
      И тогда минуло, согласно писаниям, по счету лет, от рождества прославленного Короля, пастыря
      светочей,
      десять сотен зим без двадцати семи.
      И минула почти тысяча лет
      по приходе победоносного Господа, когда это
      случилось.
      А потомок Эадмунда, доблестный в битвах, прожил двадцать и девять зим до того времени, когда это происходило, и на тридцатую зиму был помазан в короли.
      975 Тогда Эадгар, король англов, оставил земные радости,
      призвал его иной свет, прекрасный, исполненный
      счастья,
      и он оставил эту ничтожную, бренную жизнь. Называют люди на земле, дети смертных, те, кто прежде были обучены правильному счету, повсюду в отчих землях июлем тот месяц, когда юный Эадгар, кольцедаритель, умер в
      восьмой день, и стал королем его сын, предводитель воинов, малолетний ребенок, которого звали Эадвеард. А десятью днями позже покинул Британию прославленный муж, епископ славный, добродетельный от века, которого звали
      Кюневеард527.
      Тогда в Мерсии, как я слышал,
      почтение к Господу умалилось повсюду.
      Многие мудрые служители Бога
      в изгнание отправились, на горе тем,
      в чьих сердцах горела любовь к Вседержителю528.
      Оскорбили люди Творца Славы, Властителя Небес,
      Повелителя Побед тем, что презрели его завет.
      И был изгнан бесстрашный муж,
      Ослак529, из родной земли;
      через ложе валов, купальню бакланов,
      через землю китов, через бездну кипящую530,
      муж седовласый, мудростью славный
      и красноречием, пустился в путь,
      лишившись дома.
      И тогда была явлена высоко в небесах, на небосводе звезда, которую повсюду мужи благоразумные, стойкие, мудрые люди, вещие пророки называют кометой. Гнев Вседержителя люди познали,
      голод на земле.
      Но потом Страж Небес, Владыка Ангелов все исправил, излил опять благословение на жителей острова через плоды земные.
      978 Тогда король Эадвеард был убит531. В тот же год его брат, этелинг Этельред, стал королем.
      983   Тогда элдормен Эльфхере532 умер.
      984   Тогда добронравный епископ Этельвольд533 умер; его преемника, епископа Эльфхеаха534, которого иначе зва­ли Годвине535, рукоположили в 13 календы ноября536; он вступил на епископскую кафедру в Винчестере в день двух апостолов, Симона и Иуды537.
      988 Здесь святой Дунстан архиепископ умер538.
      993 Тогда, в этом году, пришел Унлаф539 с девяносто тремя кораблями в Фолкстоун и разграбил его окрестности; затем он отправился в Сандуич, а оттуда — в Ипсуич, все эти земли разорил и пришел в Мэлдон. Элдормен Бюрхтнот выступил со своим ополчением и сражался против данов, но те убили элдормена и завладели по­лем битвы540. После этого был заключен мир541 с Унла- фом, и король стал его свидетелем при миропомазании по совету Сигерика, епископа Кентербери, и Эльфхеаха, еписко­па Винчестера.
      1001 Тогда, в этот год, было большое немирье в англий­ской земле из-за корабельного войска. Даны повсюду грабили и жгли, и за один переход добрались до Эте- лингс Уоллей. Тогда жители Гемпшира выступили про­тив них и сражались с ними; там были убиты Этель- веард, королевский главный герефа, Леофрик из Уитчерча, Леофвине, королевский главный герефа, Вульфхере, епископский тэн, Годвине из Уорти, сын епископа Эльфсиге542 — всего восемьдесят один чело­век. И там погибло очень много данов, хотя они завла­дели полем битвы. Оттуда даны отправились на запад и подошли к Девону; там к ним присоединился Палий со всеми кораблями, какие он смог собрать, ибо он пре­дал короля Этельреда, вопреки всем обещаниям, кото­рые он ему давал, хотя король щедро его одарил поме­стьями, золотом и серебром. Даны сожгли Кингстейн и много других хороших поместий, которые мы не мо­жем перечислить; после этого местные жители заклю­чили с ними мир. Оттуда даны отправились в устье Эк­са и за один переход добрались до Пинхо. Там королевский главный герефа Кола и королевский ге- рефа Эадсиге вышли против них с ополчением, какое смогли собрать, но отступили; многие были убиты, и даны завладели полем битвы. Наутро они подожгли по­местья в Пинхо, в Клисте543 и много хороших помес­тий, которые мы не можем перечислить, а затем отпра­вились на восток, пришли на остров Уайт и наутро сожгли поместье в Уолтеме и много других усадеб. Вскоре после этого люди с ними договорились и заклю­чили мир.
      1005   Тогда архиепископ Эльфрик умер.
      1006   Тогда Эльфхеах544 был возведен в архиепископы.
      1017 Тогда Кнут545 был избран королем.
      1031 Тогда Кнут вернулся в землю англов. Он даровал со­бору Христа в Кентербери гавань в Сандуиче и все те привилегии, которые из этого проистекали, в землях по обе стороны гавани. Всякий раз, когда прилив был са­мый полный и самый высокий, корабль подходил к зем­ле близко, насколько возможно, и человек, который сто­ял на корабле и держал топор-секиру в руке...546
      1036 Кнут умер.
      1038 Тогда умер архиепископ Этелънот.
      1040 Тогда архиепископ Эадсиге отправился в Рим. Ко­роль Харальд умер547.
      1042   Тогда король Хардакнут548 умер.
      1043   Тогда Эадвеард549 был помазан в короли.
      1050 Тогда архиепископ Эадсиге умер; Роберт стал архи­епископом.
      1053 Тогда эрл Годвине умер.
      1066 Тогда король Эадвеард умер, и эрл Харальд550 стал королем; он правил 40 недель и один день; и тогда при­шел Вильгельм551 и завоевал землю англов. Тогда, в этом году, сгорел собор Христа. И тогда явилась комета в 14 календы мая552.
      1070 Тогда Ланфранк, настоятель Кана, прибыл в землю англов и через несколько дней после этого стал архи­епископом Кентерберийским. Его рукоположили в 4 ка­ленды сентября553 в его собственной резиденции554 во­семь епископов, которые ему подчинялись; другие — те, кто не был на церемонии, — сообщили через гонцов или в письмах, почему они не могут приехать. В этом году Фома555, которого избрали епископом Йорка, по древ­нему обычаю556 приехал в Кентербери, чтобы его там рукоположили. Когда Ланфранк потребовал, чтобы Фо­ма подтвердил клятвой свою покорность, тот отказался и сказал, что не должен этого делать. Тогда архиепископ Ланфранк, разгневавшись, приказал всем епископам и монахам, которые собрались по его повелению, отслу­жить службу, снять облачения, и они послушались. Фо­ма так и уехал в тот раз без благословения. Вскоре по­сле этого случилось так, что архиепископ Ланфранк отправился в Рим, и Фома с ним. Когда они приехали и поговорили обо всем другом, о чем хотели поговорить, Фома завел речь о том, как он приехал в Кентербери, и архиепископ потребовал, чтобы он клятвой подтвердил свою покорность, а он отказался. Тогда архиепископ Ланфранк ясно объяснил, что он по праву требовал то­го, чего он требовал, и подкрепил это убедительными доводами перед папой Александром и всеми советника­ми, которые там собрались, и с тем отправился домой. После этого Фома приехал в Кентербери, смиренно ис­полнил все, что архиепископ от него требовал, и после этого получил благословение.
       
    • Морские разбои вагров
      By Mukaffa
      Юмор что-ли такой?
      Читайте своего любимого Гильфердинга:
      "Изо всех балтийских племен, вагры, передовые бойцы на суше против немцев, были первыми удальцами и на море. Имея землю, вдававшуюся углом в море и остров Фембру, они сами собой приучились к морской жизни, так что современники называли их страну морской областью славян. С другой стороны, их положение впереди всех славянских народов, среди врагов, саксов и датчан, развивая в них любовь к бранной жизни, отнимало возможность мирного, торгового судоходства, которое у других балтийских славян имело великое значение. Таким образом, главными занятием вагров стала война на море с датчанами, как на суше с немцами, главным их промыслом — морские разбои."
      https://litresp.ru/chitat/ru/Г/giljferding-aleksandr-fedorovich/istoriya-baltijskih-slavyan
    • Варяги - народ или сословие?
      By Mukaffa
      В этой фразе -  "Афетово же колено и то - варязи, свеи, урмане, готе, русь, агляне, галичане, волохове, римляне, немци, корлязи, венедици, фрягове и прочии, приседять от запада къ полуденью и съседятся съ племенем Хамовомъ."(ПВЛ) варяги и русь отдельно, т.е. поданы как разные этнонимы, разные народы. Вот как-раз и тема для "моравского" следа. А "варязи" здесь балт.славяне, других подходящих вариантов попросту не остаётся. А русь локализуется скорее всего в Прибалтике(в "Пруськой земле").
       
       
    • Хазанов А.М. Кочевники и внешний мир.
      By hoplit
      Просмотреть файл Хазанов А.М. Кочевники и внешний мир.
      Хазанов А.М. Кочевники и внешний мир. Издание третье, дополненное. Алматы. 2002. 604 с.
      Первое издание было в 1984-м. В 2008-м - вышло четвертое.
      Благодарности и уведомления………………………………. 5
      Предисловие ко второму изданию…………………………… 8
      Предисловие к третьему, казахстанскому изданию………….. 57
      Введение. Феномен номадизма: мифы и проблемы….. 66
      Глава I. Номадизм как особый вид производящей экономики……………………………………………… 83
      Что такое номадизм……………………………………...  83
      Основные формы скотоводства………………………… 86
      Видовой состав стада……………………………………. 97
      Численность стада……………………………………..… 101
      Характер использования экологических зон…………… 107
      Характер перекочевок…………………………………… 112
      Характер утилизации продуктов скотоводческого
      хозяйства и системы питания…………………………… 115
      Основные типы кочевого скотоводства………………… 116
      Проблемы баланса и неавтаркичность кочевого хозяйства…………………………………………………. 153
      Глава II. Происхождение кочевого скотоводства…………….. 174 
      Глава III. Социальные предпосылки взаимоотношений номадов с внешним миром……………………………………… 217
      Аборигенная модель (native model), научная модель и реальная действительность ……………………………………… 217
      Проблема собственности в кочевых обществах…………….  222
      Семья, хозяйство и община в кочевых обществах………….  227
      Родство и происхождение в кочевых обществах…………..  242
      Сегментарные системы в кочевых обществах………………  250
      Высшие уровни социально-политической организации в кочевых обществах .......................... ………………………………………. 256
      Имущественное неравенство и социальная дифференциация в кочевых обществах…………………………………………… 262
      Кочевые вождества…………………………………………. …………. 279
      Тема и вариации ................................ ............. ……...……………….......... 285
      Глава IV. Способы адаптации номадов к внешнему миру..................................................................... ………………............................. 323
      Седентаризация ............................................... ………………................ 324
      Торговля и торговое посредничество....... …………………………………. 328
      Подчинение и различные формы зависимости кочевников от оседлых обществ ........................... ………………….…..................... 341
      Подчинение и различные формы зависимости оседлых обществ от кочевников ......................... ………………………... ……… 354
      Глава V. Номады и государственность……...……………………………… 362
      Кочевая государственность и условия ее возникновения……………………………….................................... 362
      Основные типы и тенденции возникновения и эволюции кочевой государственности  ………………………………........... 366
      Евразийские степи, полупустыни и пустыни…………………………… 369
      Средний Восток .............................................. ……………………………….. 408
      Ближний Восток............................................. ……………………………….. 422
      Восточная Африка ......................................... ………………………………. 444
      Выводы…………………………………………………………………… 450
      Вместо заключения: внешний мир и кочевники……………… …. 461
      Послесловие, к третьему изданию.
      Кочевники в истории оседлого мира .................. ………………………………… 464
      Сокращения……………………………… ………………………………. 489
      Библиография........................................................................................................... 491
      Оглавление...........................................................................................................603
      Автор hoplit Добавлен 27.05.2020 Категория Великая Степь
    • Хазанов А.М. Кочевники и внешний мир.
      By hoplit
      Хазанов А.М. Кочевники и внешний мир. Издание третье, дополненное. Алматы. 2002. 604 с.
      Первое издание было в 1984-м. В 2008-м - вышло четвертое.
      Благодарности и уведомления………………………………. 5
      Предисловие ко второму изданию…………………………… 8
      Предисловие к третьему, казахстанскому изданию………….. 57
      Введение. Феномен номадизма: мифы и проблемы….. 66
      Глава I. Номадизм как особый вид производящей экономики……………………………………………… 83
      Что такое номадизм……………………………………...  83
      Основные формы скотоводства………………………… 86
      Видовой состав стада……………………………………. 97
      Численность стада……………………………………..… 101
      Характер использования экологических зон…………… 107
      Характер перекочевок…………………………………… 112
      Характер утилизации продуктов скотоводческого
      хозяйства и системы питания…………………………… 115
      Основные типы кочевого скотоводства………………… 116
      Проблемы баланса и неавтаркичность кочевого хозяйства…………………………………………………. 153
      Глава II. Происхождение кочевого скотоводства…………….. 174 
      Глава III. Социальные предпосылки взаимоотношений номадов с внешним миром……………………………………… 217
      Аборигенная модель (native model), научная модель и реальная действительность ……………………………………… 217
      Проблема собственности в кочевых обществах…………….  222
      Семья, хозяйство и община в кочевых обществах………….  227
      Родство и происхождение в кочевых обществах…………..  242
      Сегментарные системы в кочевых обществах………………  250
      Высшие уровни социально-политической организации в кочевых обществах .......................... ………………………………………. 256
      Имущественное неравенство и социальная дифференциация в кочевых обществах…………………………………………… 262
      Кочевые вождества…………………………………………. …………. 279
      Тема и вариации ................................ ............. ……...……………….......... 285
      Глава IV. Способы адаптации номадов к внешнему миру..................................................................... ………………............................. 323
      Седентаризация ............................................... ………………................ 324
      Торговля и торговое посредничество....... …………………………………. 328
      Подчинение и различные формы зависимости кочевников от оседлых обществ ........................... ………………….…..................... 341
      Подчинение и различные формы зависимости оседлых обществ от кочевников ......................... ………………………... ……… 354
      Глава V. Номады и государственность……...……………………………… 362
      Кочевая государственность и условия ее возникновения……………………………….................................... 362
      Основные типы и тенденции возникновения и эволюции кочевой государственности  ………………………………........... 366
      Евразийские степи, полупустыни и пустыни…………………………… 369
      Средний Восток .............................................. ……………………………….. 408
      Ближний Восток............................................. ……………………………….. 422
      Восточная Африка ......................................... ………………………………. 444
      Выводы…………………………………………………………………… 450
      Вместо заключения: внешний мир и кочевники……………… …. 461
      Послесловие, к третьему изданию.
      Кочевники в истории оседлого мира .................. ………………………………… 464
      Сокращения……………………………… ………………………………. 489
      Библиография........................................................................................................... 491
      Оглавление...........................................................................................................603