Вяткин В. В. Алексей Иванович Мусин-Пушкин

   (0 отзывов)

Saygo

Вяткин В. В. Алексей Иванович Мусин-Пушкин // Вопросы истории. - 2013. - № 9. - С. 20-32.

В истории отечественной культуры и Русской православной церкви неизгладимо имя Алексея Ивановича Мусина-Пушкина. Жизнь его уникальна: эффективный и честный труд чиновника он совмещал с культуртрегерством; не только общество, но и церковь остро нуждалась в подобных высоко просвещенных деятелях. Одна лишь находка и публикация им "Слова о полку Игореве" говорит о многом.

Существуют разные взгляды на его труды и личный облик. Уже в 1824 г., спустя семь лет после смерти Мусина-Пушкина, К. Ф. Калайдович подал поводы для его обвинений, заявив, что тот получил Лаврентьевскую летопись из Рождественского монастыря во Владимире, что противоречило объяснению самого Мусина1, которого стали винить в присвоении монастырских рукописей. В советский период в том же смысле выступил Л. А. Дмитриев. В 1964 г. происходила дискуссия о предполагаемой фальсификации "Слова...", причем эта версия А. А. Зимина была отвергнута2. Более сдержанно о "вине" Мусина писал в 1988 г. В. П. Козлов, заявивший об "изъятии" им рукописей из церковных хранилищ, хотя как будто и оправдал, назвав изъятие "традиционным способом собирательства"3. В последнее время вышла наиболее благожелательная работа о Мусине А. И. Аксенова. Но и версии о присвоении рукописей все еще распространяются, Мусина продолжают осуждать: "ловкий царедворец", "предприимчивый вельможа", искавший "максимальной для себя выгоды" и др. Будем считать, что полемика не завершилась. Дальнейшие исследования прольют новый свет на проблему. Важно также изучить деятельность Мусина в Синоде, о чем пока известно мало. Ведь именно в этот период он обрел "Слово о полку Игореве".

Johann-Baptist_Lampi_Musin-Pushkin..thum

Alexei_Ivanovich_Musin-Pushkin_by_Lampi.

Представитель знатного дворянского рода, Мусин родился в Москве 16 марта 1744 года. Не будет преувеличением сказать, что он получил прекрасное для своего времени образование. Сначала - домашнее, а в возрасте 13 лет он поступил в Петербургскую артиллерийскую школу, ставшую в 1758 г. еще и инженерной. В начале 1760-х годов в ней преподавал Я. П. Козельский, энциклопедист и просветитель, увлеченный идеей о справедливом обществе без крепостного права и религиозного мракобесия. Преподавание в школе было поставлено на высоком уровне, воспитанникам выписывали иностранные периодические издания. То было героическое для России время побед над Пруссией, в Семилетней войне. О военной доблести мечтали многие: не избежал этого и юный Мусин. По окончании школы он проходил военную службу. Но время сражений миновало. Вершиной армейского успеха стало адъютантство при влиятельнейшем генерал-аншефе Г. Г. Орлове, фаворите Екатерины II. Казалось, перед Мусиным открывались блестящие перспективы на военном поприще, но в 1772 г. Орлов был отправлен в отставку. Пришлось уволиться и Мусину - уволиться "в чужие края"4.

В 1772 г., освободившись от службы, он отправился в путешествие по Европе, побывал в Германии, Нидерландах, Англии, Франции, Швейцарии и Италии. Хорошее знание языков помогало в общении с зарубежными деятелями культуры. В Европе он начал свой дневник - "Повседневные записки", больше рассуждая о "художествах", но делая заметки также и о сведениях "исторических и политических". Променады по Европе немало значили в формировании мировосприятия русской интеллигенции той поры. Лучшие ее представители, как Мусин, странствуя на чужбине, укреплялись в любви к отечеству, подобно Н. М. Карамзину, который в "Письмах русского путешественника" признался: "Было время, когда я, почти не видав англичан, восхищался ими... Теперь вижу англичан вблизи, отдаю им справедливость, хвалю их - но похвала моя так холодна". И вот Карамзин восторгается: "Берег! Отечество!.." ("Повседневные записки", увы, не дошли до наших дней.)

Вернувшись на родину в 1775 г., Мусин состоял при дворе в звании церемониймейстера; в 1784 г. он дослужился до действительного статского советника и занимал ответственные должности; в 1789 г. он был поставлен управляющим привилегированным учебным заведением - Гимназией (в дальнейшем Корпус) чужестранных единоверцев, открытой первоначально при той Школе, где учился Мусин, но в 1783 г. ставшей самостоятельной. Сюда поступали греческие мальчики, становившиеся по окончании учебы офицерами, подготовленными для участия в решении "Восточного вопроса". При корпусе была своя типография. Благодаря Мусину, попавшему в знакомую ему обстановку, обучение "единоверцев" улучшилось. Прекрасная библиотека пополнялась литературой на разных языках, для занятий естественными науками приобретались физические инструменты. Обстановка интеллектуального подъема требовала таких шагов. Одновременно Мусин старался о духовном воспитании своих подопечных. В 1793 г. он добился, чтобы одна из церквей была передана в ведение Корпуса, и позаботился об утвари для нее5. В 1795 г. в Корпус поступило 40 икон, хранившихся в синодальном архиве6. Педагогическая деятельность Мусина успешно развивалась.

В 1793 г. он получил чин тайного советника. Но на чиновничьей стезе вся широта его натуры не раскрывалась. С наибольшим интересом он посвящал свои усилия археологии, текстологии, нумизматике, публикации памятников старины: "Изучение отечественной истории с самых юных лет было одно из главнейших моих упражнений"7.

Мусин собрал богатую коллекцию монет и старинных рукописей, многие бумаги выдающихся россиян: митрополита Ростовского Димитрия (Туптало), В. Н. Татищева, И. Н. Болтина, И. П. Елагина и др. Летопись патриарха Никона, правленная патриархом, также оказалась в руках Мусина. В 1791 г. он купил "великую кучу" уникальных материалов - архив историка П. Н. Крекшина, включая бесценный "Летописец преподобного Нестора...", известный как Лаврентьевская летопись, а также "Журнал" Петра I (собственноручные его записки) в 27 книгах и многое другое. "Немалыми трудами и великим иждивением"8, как говорил он сам, сформировалась эта коллекция. Потребовалось создать хранилище древностей. Для размещения нумизматических редкостей он завел "мюнцкабинет", где хранилось и "сребро Ярославле". Для своего собрания книг он получал целые библиотеки, как книги профессора Московского университета А. А. Барсова.

О коллекционерстве Мусина знали современники. Поэт Г. Р. Державин подарил ему ряд своих автографов. Коллекция пополнялась и благодаря Екатерине II, передавшей ему, в частности, ряд своих записок для нового Уложения. Порой помогали родственные связи. Супруга Мусина Екатерина Алексеевна приходилась племянницей влиятельному М. Н. Волконскому. Для приобретений в древних русских городах он "учредил комиссионеров", приказав им платить "щедро" за покупки, предназначенные для коллекции9.

В увлечении стариной Мусин не был одинок, сформировав "Кружок любителей отечественной истории", с которым был связан Карамзин. Теоретической базой кружковцев стали взгляды историка Татищева. Участники кружка ставили себе задачей пропаганду знаний о прошлом и считали историю сильным средством воздействия на народ: эпоха Просвещения влияла и на их деятельность. А трудов требовалось много: в XVIII в. российская историческая наука лишь зарождалась.

По свидетельству С. В. Мещерской, он "был любитель всего, достойного замечания", и даже "покровитель всего хорошего"10. Протопоп Архангельского собора Московского кремля Петр Алексеев писал о "достохвальном к редким рукописям любопытстве" "любезно почитаемого ото всех господина обер-прокурора" - Мусина-Пушкина. Одновременно протопоп "порадовался, что из светских людей есть еще особы, занимающиеся не суесловием, а полезными для слышания беседами"11. И действительно, собеседники Мусина, открывая для себя много нового в истории России, проникались гражданственными чувствами. Сын его Владимир стал декабристом.

Обладая тонким эстетическим вкусом, Мусин собрал коллекцию европейской живописи, включая полотна Леонардо да Винчи, Рафаэля, Корреджо, Рубенса, других великих мастеров, обширную портретную галерею. В коллекции были также эстампы и бронза, приобретенные в Европе. В 1785 г. он был избран почетным членом Академии художеств, а в дальнейшем стал ее президентом. На поощрение академических членов - авторов лучших работ он жертвовал собственные средства, поддерживая отечественную художественную школу. В 1797 г. за счет его жалованья премировали скульптора М. И. Козловского, автора группы "Минерва с гением", живописцев А. Е. Мартынова, писавшего виды Италии, и В. Л. Боровиковского, создавшего портреты Бутурлиных. Скульптор получил 500 руб., живописцы - по 200; Боровиковскому Мусин заказал портрет своей жены. В XVIII в. русское светское искусство лишь прорастало, и такая поддержка значила много. Президент-меценат заботился и об академической библиотеке, пополнении ее фондов. Он добился, чтобы профессура Академии была преимущественно русской; в 1796 г. для подкрепления ее средств предложил выдавать ученикам лишь половину выручки от продажи их работ, чтобы остальное шло в казну12. Но не все шло гладко; известно, что не сложились у него отношения с художником Д. Г. Левицким. Но кто сможет избежать конфликтов? Конец президентства был омрачен и кражей вещей, поступивших из Корпуса единоверцев.

В 1789 г. президент Российской Академии наук Е. Р. Дашкова ввела его в Академию действительным членом13. Надежды, возлагаемые на него, он оправдал. Занимаясь российской историей, Мусин написал "Историческое исследование о местоположении Тмутараканского княжения", "Историческое замечание о начале и местоположении... Холопья городка" и др. В этих его опытах А. И. Аксенов усматривает "корни будущего исторического краеведения"14. Особенно много Мусин сделал для изучения истории и топографии Ярославской, Новгородской и Тверской земель. Достигнутые им успехи в науке получали признание, Московский университет избрал его своим почетным членом.

Екатерина II благоволила к нему; по свидетельству княгини Мещерской, императрица "ценила его дарования и даже пользовалась собранием его книг и рукописей"15, ждала от него всего, что ей пригодилось бы при составлении "Записок касательно российской истории"; со своей стороны, она передала ему немало интересных исторических материалов, с тем чтобы важнейшие из них были напечатаны в предоставленной ему типографии Горного корпуса. Черновики к ее "Запискам" тоже попали к Мусину. Порой именно через него она оказывала влияние на деятелей культуры. По ее желанию он поручил Н. Н. Бантыш-Каменскому составить историю униатов, которые в ходе разделов Польши стали во множестве российскими подданными.

Нравственный облик Мусина привлекал многие симпатии; Екатерина II признавала его добродетели; известен случай, когда ей пришлось извиняться перед ним: кланяясь ему, она коснулась рукой земли. О том, что он "носил нарочитое благоволение императрицы"16, писал Державин. И нужно признать, она разбиралась в людях.

Среди тех, кто адресовал ему слова благодарности, были и духовные лица, со многими из которых он имел "короткое знакомство и обращение"17. В феврале 1797 г. митрополит Санкт-Петербургский Гавриил (Петров) просил архимандрита Мелхиседека (Короткова): "Свидетельствуйте мое почтение... его превосходительству Алексею Ивановичу"18; епископ Тамбовский Феофил (Раев) называл Мусина своим "милостивым покровителем"19. Архиепископ Астраханский Никифор (Феотоки) подарил ему редкое греческое Евангелие, архиепископ Екатеринославский Иов (Потемкин) - "многочисленные редкие книги", добытые в Польше. От архиепископа Ростовского Арсения (Верещагина) он получил ростовские и ярославские письменные древности. Еще один иерарх - епископ Архангельский Аполлос (Байбаков), признавая его личные достоиства и ученые заслуги, завещал Мусину ряд книжных раритетов.

Его обер-прокурорские труды в Синоде начались 26 июля 1791 года. Ранее занятые посты за ним сохранялись. Назначая Мусина в церковное ведомство, Екатерина II учитывала в частности и его коллекционерскую практику. 11 августа она приказала собирать в Синоде древние рукописи и старопечатные книги, изымая их в церквях и монастырях. Мусин понимал, момент благоприятный: в богослужении переходили на печатные книги, отчего высвобождались многие рукописи. Дело пошло быстро, провинция не заставила себя долго ждать. Никифор (Феотоки) сообщил в августе 1791 г., что в библиотеке Астраханской духовной семинарии обнаружены две рукописи. В одной из них излагалась история России со времен Алексея Михайловича до Петра III с "предосудительным" высказыванием о последнем20. Поступали и более древние сочинения. Можно представить, как радовался Мусин-историк находкам бесценных сокровищ культуры. Но характерно, что, располагая столь большими возможностями, он помогал материалами и другим историкам. В 1795 г. с санкции Мусина к летописям из библиотеки Московской синодальной конторы был допущен профессор Московского университета Х. А. Чеботарев21. Но будет ошибкой думать, что его поставили обер-прокурором для собирательства.

Об обстоятельствах выдвижения Мусина в Синод свидетельствовал Бантыш-Каменский. По его словам, об этом назначении "неотступно просили" фаворита императрицы Г. А. Потемкина "синодалы"22. Зная о широких светских интересах и запросах Мусина, они рассчитывали на его безразличие к внутрицерковным делам, чтобы держать все в своих руках, что при Екатерине II однажды уже случилось. Но он подошел ответственно и к новым своим обязанностям, во многом оправдывая надежды императрицы на развитие, в интересах государства, обер-прокурорского контроля. Вполне закономерно, что по поводу назначения Мусина в 1794 г. главой Академии художеств иные синодальные члены стали просить императрицу об освобождении его от обер-прокурорской должности. Они жили по своим, корпоративным правилам: талантливый и честный Мусин им оказался не нужен.

Особое мнение имел Гавриил (Петров), писавший тогда же Екатерине II: "Время довольно открыло его (Мусина. - В. В.) благорасположение к наблюдению истины, твердость намерений, удаленную от пристрастия, приверженность к Церкви, порядочное течение дел. Ныне, услышав, что он пожалован президентом Академии художеств, Синод просит Ваше Императорское Величество оставить его и при Синоде обер-прокурором". Это, добавил Петров, "составит и для Синода и для просителей особливое счастье"23. Тем не менее в Синоде обнаружилось недоброжелательство к Мусину.

Учредив в 1722 г. должность синодального обер-прокурора, Петр I рассчитывал на его контролирующую функцию, не ставя целью расширение его полномочий. Индивидуальное начало в лице обер-прокурора добавлялось к коллегиальному (синодальному присутствию), мирское - к иерархическому, причем не для борьбы, а для объединения сил.

Но государство, созданное Петром, наращивая свой потенциал, не было застраховано от бюрократизации во всех его частях, не исключая прокуратуры. К тому же правовая культура архиереев, само их уважение к закону оказались ничтожны, и Синод был обречен на внутренние коллизии, противостояние синодального присутствия и главного церковного чиновника, долгую "борьбу за преобладание". Еще первые обер-прокуроры24 столкнулись с мощным сопротивлением синодальных архиереев. Но стремление к законности, осторожность в действиях позволяла обер-прокурорам играть в церковных делах благотворную, созидательная роль. Мусин, несмотря на выступление против него, остался в Синоде.

Он был детально осведомлен в обстоятлеьствах церковной жизни, о чем знал и Гавриил (Петров), и другие представители духовенства. В 1793 г. он описал ущерб, причиненный пожаром московскому Рождественскому "девичью" монастырю, и составил смету на восстановительные работы. При изучении дела обнаружилось, что настоятельница не доложила по церковным инстанциям о пожаре, и Мусин предложил Синоду обязать все церковные структуры сообщать "с первой почтой" обо всех чрезвычайных происшествиях, что Синод и исполнил25. В 1794 г. через Мусина прошли дела об исправлении ветхостей ставропигиальных Ново-Иерусалимского и Бизюкова монастырей26. В 1795 г. по ходатайству обер-прокурора был воссоздан Симонов монастырь в Москве, закрытый в 1771 г. для превращения в чумной госпиталь27. Почему-то никто из синодального присутствия не проявил такой заинтересованности, хотя страшная эпидемия не возвращалась.

Могло казаться, ничто не ускользает от его взгляда. В 1796 г. прокурор Синодальной конторы Л. И. Сечкарев получил от Мусина предписание исследовать известия о "якобы бываемых" новых чудесах при гробницах митрополитов Киприана и Фотия в Успенском соборе Московского кремля28. Примерно тогда же он предложил Синоду разобраться с чудесами, будто бы происходившими в Успенском соборе Пскова29. В то время множились разглашения ложных чудес. Мусин же хотел лишь проверенной информации, желая вести дела по-настоящему эффективно. Эпоха Просвещения с ее рационализацией мышления налагала отпечаток на его труд.

Повседневно он ставил генерал-прокурора Сената в известность о событиях церковной жизни, о таких фактах, как смерть архиерея, казус в браке высокопоставленного лица и др.30 Неотступное участие государства в церковных делах отвечало условиям эпохи и требовало такого взаимодействия, сближения с генерал-прокурором А. Б. Куракиным. Вместе с ним Мусин делал предложения Синоду; сотрудничество Синода с Сенатом как задачу ставил пред обер-прокурором еще Петр I.

Используя свою власть и влияние, Мусин вникал и в кадровые перестановки. В 1792 г. при его участии архимандрит Иоанникий (Заварицкий) был переведен из Нижнего Новгорода в Донской монастырь, причем по просьбе светского лица. В том же году, продвигая своего протеже на пост архимандрита Ново-Иерусалимского монастыря, Бантыш-Каменский сообщил Куракину: "Сегодня пишу о сем Алексею Ивановичу г. Пушкину и, прося его о доставлении сего места сему, а не другому..."31. В 1792 г. Мусин занимался также определением архимандрита в Толгский монастырь близ Ярославля32, недалеко от которого располагалось его имение.

Влиятельное положение в нескольких учреждениях позволяло Мусину проводить перестановки. В 1795 г. не без его участия коллежский регистратор П. Вохмин был переведен из Академии художеств на канцелярскую работу в Синод, а в 1797 г. сановник проявил трогательную заботу о дьячке Павле Петрове, и его взяли на службу в ту же Академию33. Троих мастеровых из Московской синодальной типографии отдали в типографию Корпуса единоверцев, которую снабдили и церковными литерами34 и медными досками, выгравированными в Академии художеств. При этом не пострадали церковные интересы: в 1795 г. в Корпусе печатали летопись митрополита Димитрия (Туптало), затем - труды епископа Тихона (Соколова), тоже чтимого православными, и проповеди епископа Амвросия (Подобедова)35. Через обер-прокурора Мусина церкви помогала и Академия наук: Дашкова снабдила грузинским типографским шрифтом епископа Моздокского. Уже через два месяца после назначения Мусина обер-прокурором Академия издала по "требованию" Синода "Латинскую грамматику". Когда Академия испытывала трудности с изданием своих книг, их для нее печатала синодальная типография36.

Таким образом, Мусин умел построить отношения сотрудничества между разными ведомствами, руководствуясь отнюдь не личными целями. Возможности обер-прокурора в этом плане были велики, и это понимали в Синоде. Как заметил профессор Казанской духовной академии Ф. В. Благовидов, членам синодального присутствия приходилось "подчиняться влиянию Мусина-Пушкина и исполнять самые разнообразные предложения прокуратуры"37. Прокуратура развивалась и крепла, и Мусин занимал ключевое положение в церковном ведомстве.

Но позиция императрицы, старавшейся не стеснять "синодалов" в чисто церковных вопросах, влияла на деятельность Мусина в Синоде. К тому же она всегда могла связываться с синодальными членами и без посредничества обер-прокурора; такой порядок культивировал и Павел I, при котором Мусин тоже служил (правда, недолго). Приходилось искать свои пути, усиливавшие влияние обер-прокурора на канцелярском поприще, отсюда стремление "забирать в руки делопроизводство Синода" (неслучайно в 1795 г. он выступил с почином напечатать Инструкцию о делопроизводстве)38, что способствовало бюрократизации прокуратуры. Но бюрократизация усиливалась во всем самодержавном государстве.

Замечая изменения во взглядах императрицы, Мусин немедленно на это реагировал. Известен его циркуляр епархиальным архиереям о необходимости цензуровать все намеченные к произнесению проповеди. Требовалось противодействовать распространению "вольнолюбивых" идей в России - из опасений, связанных с Французской революцией XVIII века. Борясь за политическую выдержанность проповедей, он подчеркивал и важность их риторического качества39. Архиереи его понимали. Епископ Старорусский Афанасий (Вольховский) сообщил Мусину о своем распоряжении о том, чтобы проповедники, основываясь на Священном писании, не касались политических тем. Нашлись, однако, и несогласные. Один из архиереев заявил обер-прокурору, что цензура охладит пыл проповедников, но Мусин возразил, что предварительная цензура лишь освободит проповедников от опасностей40. Лучших церковных ораторов он замечал, как протопопа из Харькова Андрея Прокоповича, чьи проповеди благодаря ему были напечатаны в синодальной типографии41. Здесь угадывается влияние просветителя С. Е. Десницкого, писавшего о значении проповедей.

Укрепление дисциплины в Синоде, да и во всем церковном управлении, Мусин также считал своей задачей. Узнав, что митрополит Московский Платон (Левшин) просит оставить вместо себя в Синоде своего викария Серапиона (Александровского), епископа Дмитровского, Мусин предложил объявить Левшину выговор42. Ту же линию он проводил и в отношении других "синодалов". Наводя порядок, он настаивал, чтобы дела подписывали все, кто в них упомянут43, принимая на себя ответственность за принимаемые решения.

Деятельность всех синодальных чиновников оказалась под его пристальным контролем. Прокурору Московской синодальной конторы он напомнил в 1795 г., чтобы по всем делам связывался именно с ним, что вытекало из Инструкции обер-прокурора. Требовал, чтобы без его ведома и руководящих указаний в синодальной канцелярии ничего не делалось, чтобы, "под опасением взыскания", без его санкции "ни под каким видом" никому не выдавались синодальные дела44. Того же требовал и другой обер-прокурор С. В. Акчурин, работавший в Синоде раньше.

И если тем самым Мусин, как пишет Аксенов, "закрывал для широкого пользования... материалы монастырских архивов, поступавшие в Синод... сконцентрировав в своих руках монопольное пользование этими источниками"45, то по сути речь идет об элементарном порядке, наводя который, Мусин ссылался на "Генеральный регламент", узаконивший хранение служебной тайны46.

Строгость строгостью, но Мусин умел и поощрять. В 1793 г. он провел повышение жалованья канцелярским служащим Синода47. Требуя от других, сам обер-прокурор был образцом уважения порядка. В синодальном делопроизводстве есть любопытный документ - прошение супруги Мусина Екатерины Алексеевны об удалении за оформление незаконных браков священника Михаила Дементьева, служившего близ Калуги48. Понятно, почему поднять вопрос следовало именно ей: Мусин мог и сам решить проблему, тем более что ею уже занимался, предложив Синоду в 1792 г. объявить по епархиям о недопустимости незаконных венчаний49, но он предпочел не испытывать свою административную мощь на провинциальном "попе". К тому же, трудясь рядом с блистательными женщинами - Екатериной II и Екатериной Дашковой, он не был ретроградом в женском вопросе. Да и ценности Просвещения, возвышающие личность женщины, не были ему чужды.

Постепенно ширился круг его забот. В 1792 г. он определял место рукоположения в епископы архимандрита Иова (Потемкина), в 1794 г. занимался пересылкой ризниц "в разные места", оказанием денежной помощи палестинскому духовенству, снабжением утварью синодальной церкви, позже - ремонтом синодальных шлюпок и многими другими делами, чаще далекими от собирательских увлечений50. Оторваться от дел было сложно, на каждую отлучку "в свою деревню", в Ярославскую губернию, требовалось "всемилостивейшее" высочайшее разрешение. Поддерживая связь с епархиями, Мусин продолжал курс предместников, старавшихся контролировать положение на местах, осведомляясь о всем значимом в церковной жизни51. В 1795 г. в Синод был вызван для объяснений секретарь Московской духовной консистории. Дело прошло через обер-прокурора52: прокуратуре предстояло развиваться, и Мусин участвовал в определении пути ее развития.

Имущественные дела Синода тоже попали под его контроль. По его приказу синодальные шлюпки перешли в ведение Адмиралтейств-коллегии53, благодаря чему он разгружался: хлопоты о ремонте шлюпок отпадали. Но оставались другие хозяйственные заботы: ремонт печей в синодальном здании, заготовка дров и др. - хозяйственного управления при обер-прокуроре пока не имелось. В его руках находились и синодальные финансы, что позволяло крепить материально обер-прокурорскую институцию. Но ни в каких финансовых нарушениях его не винили - не в пример его предшественнику обер-прокурору П. П. Чебышеву; была бы зацепка - "синодалы" точно воспользовались бы ею, силясь уничтожить прокурорский надзор над собой.

По сути, все расходы шли через Мусина. Деньги, ассигнованные в 1792 г. епископу Иову (Потемкину), доставлялись получателю через обер-прокурора54, мимо не проходили и финансовые мелочи. Когда в 1794 г. Синод решил выписать для себя газеты, то потребовалось распоряжение Мусина об оплате. В распоряжении указывалось, что оплата пойдет из средств, выделяемых на канцелярские расходы55. Он был строгий финансист: расходы Синода поверял по ведомостям56. Строгий надзор вела и его канцелярия, запросившая в 1795 г. сведений, когда и за какое время выдали деньги служащим типографии57.

Контроль над деньгами означал реальную власть, синодальные архиереи же бесконтрльного распоряжения деньгами лишились. Не случайно Платон (Левшин) возмущался: "Митрополит... Гавриил и обер-прокурор Пушкин в Синоде делали, что хотели"58. Здесь, конечно, видно преувеличение, вызванное обидой и неуваженными притязаниями. Все-таки обер-прокурор, имея схожие с "синодалами" взгляды на церковное управление, был дипломатичен и "любезно обходителен"; избегая конфликтов с ними, он порой закрывал глаза на их злоупотребления и служебную неисправность. Дела об архиерейских беззакониях приходилось возбуждать лишь по приказам высшей власти, а не по желанию обер-прокурора.

Более того, Мусин был благодетелем иерархов. Пятеро из них удостоились по его ходатайствам золотой медали по случаю мира со Швецией59. В 1795 г. он добился прибавки жалованья двум провинциальным иерархам, включая грузинского архиепископа Варлаама (Эристова)60. Не забыл Мусин и Гавриила (Петрова), который в 1796 г. по его ходатайству получил синодальное жалованье за время пребывания в епархии. Кроме того, Петрову были возмещены траты на изготовление серебряных окладов к иконам, поднесенным им членам царского дома61. Благодетелем и здесь выступал Мусин. Для богослужений киевского иерарха он изготовил две серебряных рипиды на собственные средства62. Составляя автобиографию, он, естественно, умолчал о своей благотворительности.

И делал он не "что хотел", а исходя из своего понимания интересов страны. О должностных его злоупотреблениях не возникало подозрения.

Архиереи считались с весом обер-прокурора и видели в нем свое непосредственное начальство. В 1795 г. митрополит Киевский Самуил (Миславский) именно к нему обратился за разрешением сделать заказ в типографии Клево-Печерской лавры63.

На "синодалов" влияли и личный пример, собственная инициатива обер-прокурора. Именно ему принадлежала идея в 1796 г., по случаю победы над Персией и взятия Дербента, провести благодарственные богослужения в Казанском соборе, других храмах Петербурга64. Когда в 1792 г. Синод решил подарить ему 25 экземпляров новоизданной книги, он, проявив скромность, согласился лишь на 1565. Можно отметить и проявления его гуманизма, необычные для тех лет. Однажды, отмечая его заслуги, Павел I подарил ему тысячу крепостных крестьян. Но, "отличный хозяин" и "отец своих подданных", как свидетельствовали современники, он все же отказался от дара, - явив этот пример тогда, когда архиереи приняли в штыки секуляризацию церковных имений; это был пример членам синодального присутствия, всем владельцам крепостных. Узнав об отказе, император наградил его графским титулом. Черты действительного благородства запечатлел в его облике художник И.-Б. Лампи Старший, написавший портрет Мусина. Он не был лишен и дара слова, помимо незаурядных способностей имел также импозантную внешность, что было не лишним для должностей, которые он занимал.

Находясь за обер-прокурорским столом, он не замыкался на чисто церковных делах, положив немало трудов на благо двух Академий, руководя Корпусом единоверцев, разными культурными начинаниями, что требовало большого напряжения.

Влиятельный пост в церковном ведомстве помог ему в сборе древних рукописей, в розыске памятников отечественной старины. В апреле 1792 г. от имени императрицы он потребовал от епархиальных архиереев и настоятелей ставропигиальных монастырей известий о кладбищенских и из других мест надписях и записках касательно знатнейших персон, "особливо из государевой фамилии" - по случаю их погребения "или по другим обстоятельствам". Письму придавалось важное значение, и оно содержало указание: "Если же бы и не оказалось их, то и о том меня уведомить"66.

Собирание древних рукописей и старопечатных книг, поиск памятников прошлого стал одним из главных направлений его деятельности. Сотрудничество с просвещенным протопопом П. Алексеевым оказалось при этом отнюдь не лишним.

Уже к 1793 г. Мусин располагал более чем 1700 рукописями, богатейшим собранием книжных раритетов.

Решению исследовательских задач помогала Синодальная библиотека, но он не хозяйничал в ней. В 1796 г. ему подарили "Кормчую книгу" из ее фондов - но с разрешения синодального присутствия67. Кроме того, ему были доступны церковные и монастырские книгохранилища. В 1794 г. прокурор Синодальной конторы получил его ордер, которым предписывалось "справиться о "Великих Четиях-Минеях" Макарьевских, имеющихся в библиотеке... Успенского собора: из коих источников почерпал он... Макарий (митрополит Московский в XVI веке. - В. В.), запасы, составляющие 12 Миней его, и оное отыскивать в двух библиотеках". Инициатива исходила от императрицы: интересуясь историческими вопросами, она хотела обратиться к этим источникам68.

Как собиратель и публикатор, Мусин познакомил мир с великими памятниками: "Русской правдой", "Словом о полку Игореве" и др. Усилиями Мусина открывались все новые грани древнерусской старины, уже забытой к тому времени. В 1792 г. он издал "Историческое разыскание о времени крещения великой княгини российской Ольги" архиепископа Евгения (Булгари), затем "Духовную великого князя Владимира Всеволодовича Мономаха детям своим". Публикации Мусина укрепляли патриотические чувства в пору известных побед России; эта его деятельность остается немеркнущей заслугой перед мировой культурой.

Честь открытия "Слова о полку Игореве" принадлежит именно Мусину - "известному любителю и собирателю русских древностей"69. В 1795 г. один из его комиссионеров, как заявил Мусин, купил у бывшего архимандрита Спасского монастыря в Ярославле Иоиля (Быковского) сборник рукописей, где и оказался список со "Слова". Копию его Мусин немедленно передал императрице. А сам взялся за исследование драгоценной находки, прибегая к помощи своих ученых друзей - Н. Н. Бантыш-Каменского, А. Ф. Малиновского (к тому времени директора Московского архива Министерства иностранных дел) и др. Рукопись изучал и Н. М. Карамзин, не усомнившийся в ее подлинности. Судьба выделила исследователям рукописи только 17 лет - найденный список сгорел в 1812 году. Будто предчувствуя грядущую утрату, Мусин самостоятельно изготовил новый список, намереваясь напечатать его. Текст, доставшийся ему, был местами неразборчив и содержал искажения, допущенные переписчиками. Не располагая точным текстом, Мусин вынужден был редактировать, и здесь он не был застрахован от ошибок. Но предпринятую сложную работу выполнил целиком. Когда, наконец, "Слово" вышло из печати, это событие вызвало немалый общественный резонанс. Когда мы вспоминаем о "Слове", неизбежно всплывает и имя его публикатора.

8 июля 1797 г., спустя восемь месяцев после смерти Екатерины II, прокурорская карьера Мусина закончилась. Одновременно он лишился президентства в Академии художеств. Связь этих перемен в его судьбе с уходом императрицы очевидна. Новый монарх доверял не всем екатерининским выдвиженцам. "Синодалы", очевидно, тоже поспешили воспользоваться новой конъюнктурой.

А ранее, в декабре 1796 г., он потерял должность управляющего Корпусом единоверцев, который Павлом I был упразднен. Заботами Мусина часть корпусного имущества (книги, инструменты, ризница, разные церковные вещи) поступили в Академию художеств, пока он там был главой70. Таким образом, вещи сохранились. Но президентство он потерял.

За ним оставался пост в Сенате, в VI департамент которого он был назначен 8 июля.

Мусин вышел в отставку в 1799 г. в чине действительного тайного советника и поселился в родной Москве; к возвращению он готовился и раньше. В 1797 г. петербургскому священнику Митрофану Иванову было поручено разобрать престол домовой церкви Мусина для доставки в Москву71.

О возврате на службу при Александре I речи не шло. В 1801 г. Мусину было 57, он принадлежал уже другой эпохе. Его ждали любимые дела: пополнение коллекций, научные труды, осмысление пройденного пути. Им двигала "любовь к Отечеству и просвещению", как говорил он сам. Оставалось еще двадцать лет жизни, и сделано было много.

Он верил в будущее отечественной науки. В статье "О летописи и хронологии российской" Мусин проводил мысль, что историческая истина достижима: для этого надлежит прежде всего собрать воедино древние летописи и другие сочинения, отражающие прошлое России. Свои личные возможности он оценивал трезво, но раритетами его коллекции все так же пользовались и другие исследователи, включая, например, Карамзина.

Да и Синодальная библиотека, где хранились иные древности, в пору его прокурорства не была закрыта для ученых. О доступности библиотеки было известно. В 1795 г. просьба о допуске туда поступила от профессора из Оксфорда72. Мусин заботился о пополнении библиотечных фондов, в 1794 г. в академической книжной лавке для нее купили "Начертание истории..." Г. Ахенвалла73. В бытность его обер-прокурором увлечение стариной способствовало пополнению библиотеки.

Известно письмо Мусина Александру I (не позже 1802 г., когда учредили министерства) с просьбой принять его коллекцию в Московский архив Коллегии иностранных дел74. В силу неизвестных причин передача не состоялась, но к таким пожертвованиям он был предрасположен, не зря СО. Шмидт назвал его меценатом75. Возможно, в данном случае делу повредила его оппозиционность политическому курсу нового монарха.

Собранная им ценная коллекция не сохранилась: московский пожар 1812 г. уничтожил ее почти полностью (сохранились лишь живопись и фамильное серебро, а рукописей - совсем мало: те, что были на руках у других исследователей). Потеря богатейшего собрания, а также гибель сына Александра, проявившего способности в исторической науке, ускорили его конец.

Были и другие обстоятельства, омрачившие последние его годы. Одни, как писал А. С. Пушкин, усомнились в подлинности "Слова о полку Игореве", возбудив "жаркие возражения"76. Другие, как его преемник в должности обер-прокурора В. А. Хованский, винили Мусина в незаконном присвоении монастырских рукописей; при этом обвинения распространялись в обществе, особенно после московского пожара. Можно догадываться, что первоисточником неблагоприятных для него слухов были синодальные иерархи. В истории церковного ведомства немало примеров наветов по адресу обер-прокуроров, из-под контроля которых старались уйти иерархи, стремившиеся и совсем уничтожить прокуратуру в церкви. Для клеветы нашлась питательная почва: огромному успеху Мусина завидовали. Таким образом, действовали большие эмоции, что подтверждает приведенная пушкинская строка, и это лишь отводило от истины.

В 1962 г. версию о "присвоении" поддержал Л. А. Дмитриев77. При этом нередко упускают из виду, что даже если он "присвоил" ту или иную рукопись, то еще вопрос, что лучше для культуры - остаться рукописям в монастырских кладовых, чтобы сгнить безвестно, или быть "присвоенными" тем, кто введет их в научный оборот, сделает доступными для изучения специалистами и, наконец, доведет до опубликования. Многие документы в хранилищах тех лет были обречены на гибель. В XVIII в. архив Переславль-Залесской духовной консистории был устроен "в полатях" под алтарем кафедрального собора, где дела "плесневели и гнили". А в Суздале архив долго хранился сваленным в подвале колокольни, где документы тоже катастрофически портились78, приближаясь к полной гибели. В монастырях было не лучше.

Рукописи Мусин приобретал не лично для себя, не для обогащения, а в интересах науки и всей читающей публики. Несколько рукописей он отдал в Общество истории и древностей российских при Московском университете. Что же касается обвинений в фальсификации "Слова о полку Игореве", то они опровергнуты литературоведами и историками.

Если принять версию Дмитриева, то виновником гибели собрания окажется Мусин. Но такое мнение противоречит благородному образу этого деятеля культуры, тому факту, что собрание было доступно другим исследователям, а значит, незачем было присваивать. К тому же ему, обер-прокурору, никто не мог запретить изучать монастырские рукописи, не лишился он этой возможности и после отставки, ведь со многими иерархами он был накоротке. А продажей вещей из своей коллекции Мусин не занимался. Интерес собственника настолько был ему несвойственен, что, как уже упоминалось, он отказался от крепостных. Более того, большинство вещей из его коллекции вообще не присвоены им самим: ему часто дарили, он многое покупал. Коллекционерская страсть, несомненно, им владела. (Число "изъятых" рукописей В. П. Козлов оценил в "несколько десятков"79.) Но не упустим важный принцип: критикуя умерших, нужно помнить, что они не могут за себя постоять.

Из жизни Мусин ушел 1 февраля 1817 года. Но публикация его трудов продолжилась.

Он был погребен в Ярославской губернии, в своем имении. Утверждают, что крестьяне несли его гроб на руках из самой Москвы (450 верст). Не приходится говорить здесь о принуждении. Выдающиеся заслуги Мусина перед русской культурой обессмертили его имя.

Примечания

1. КАЛАЙДОВИЧ К. Ф. Биографические сведения о жизни и ученых трудах и собрании российских древностей графа Алексея Ивановича Мусина-Пушкина. - Записки и труды Общества истории и древностей российских, 1824, ч. 2, с. 13.

2. Обсуждение одной концепции о времени создания "Слова о полку Игореве". - Вопросы истории, 1964, N 9, с. 140.

3. КОЗЛОВ В. П. Кружок А. И. Мусина-Пушкина и "Слово о полку Игореве". М. 1988, с. 114.

4. Записки для биографии графа Алексея Ивановича Мусина-Пушкина. - Вестник Европы (BE), 1813, ч. 72, N 21 - 22, с. 76.

5. Российский государственный исторический архив (РГИА), ф. 796, оп. 74, д. 356.

6. Там же, оп. 76, д. 351.

7. BE, 1813, ч. 72, N 21 - 22, с. 90. Мусин-Пушкин - Александру I, б/д.

8. Там же.

9. Записки для биографии, с. 81.

10. Воспоминания княгини Софьи Васильевны Мещерской. Тверь. 1902, с. 3.

11. Из бумаг протоиерея Петра Алексеева. - Русский архив (РА). 1882, кн. 2, с. 79.

12. РГИА, ф. 789, оп. 1, ч. 1, д. 1288, 1367, 1255.

13. ДАШКОВА Е. Р. Записки. СПб. 2011, с. 231.

14. АКСЕНОВ А. И. С любовью к Отечеству и просвещению: demetra.yar.ru/oblast/rybinskiy/persons/musin-puslikin_ai/.

15. Воспоминания княгини Софьи Васильевны Мещерской, с. 3.

16. ДЕРЖАВИН Т. Р. Записки. 1743 - 1812. М. 2000, с. 211.

17. Записки для биографии, с. 82.

18. К биографии митрополита Гавриила (Петрова). - Чтения в Обществе истории и древностей российских при Московском университете (ЧОИДР), 1902, кн. 1, с. 14.

19. РГИА, ф. 797, оп. 1, д. 1273, л. 20.

20. Там же, оп. 205, д. 117.

21. Там же, оп. 1, д. 1337.

22. К биографии, с. 14.

23. BE, 1813, ч. 72, N 21 - 22, с. 89 - 90. Прошение митрополита Гавриила (Петрова) Екатерине II, 1794 год.

24. См. Вопросы истории, 2009, N 12, с. 145 - 151.

25. Пермский краевой краеведческий музей, инв. N 35 437. Разные документы Пыскорского Спасо-Преображенского монастыря. 1793 г., л. 11 - 12. Указ Синода о пожаре в Московском Рождественском девичьем монастыре, 23.I.1793.

26. РГИА, ф. 797, оп. 1, д. 1284, 1312.

27. Обер-прокурор А. И. Наумов 20 мая 1788 г. рапортовал об упразднении монастыря (там же, д. 933, л. 18).

28. РА, 1910, N 2, с. 313. Из бумаг протоиерея Петра Алексеева.

29. РГИА, ф. 796, оп. 77, д. 51.

30. См., напр.: там же, оп. 1, д. 1294, 1298.

31. РА, 1876, N 11, с. 262. Бантыш-Каменский - Куракину, 6.VIII.1791; с. 272, то же, 24.V.1792.

32. Отдел рукописей Российской национальной библиотеки, ф. 35, д. 9, л. 6об. Гавриил (Петров) - Арсению (Верещагину), 19.VII.1792.

33. РГИА, ф. 797, оп. 1, д. 1365; ф. 789, оп. 1, ч. 1, д. 1280.

34. Там же, д. 1285; ф. 796, оп. 74, д. 359.

35. Там же, ф. 797, оп. 1, д. 1456, 1421, 1455.

36. Там же, д. 1249, 1112, ф. 796, оп. 75, д. 58.

37. БЛАГОВИДОВ Ф. В. Обер-прокуроры Св. Синода в XVIII и первой половине XIX столетия. Казань. 1899, с. 275.

38. Д. Х. Из истории отечественной бюрократии. - РА, 1915, N 3, с. 284; РГИА, ф. 796, оп. 76, д. 286.

39. РГИА, ф. 797, оп. 1, д. 1273, л. 3об.

40. Там же, л. 6об., 10об., 11.

41. Там же, ф. 796, оп. 76, д. 499.

42. Там же, оп. 205, д. 124.

43. Там же, оп. 73, д. 399.

44. Там же, ф. 797, оп. 1, д. 1382; ф. 796, оп. 76, д. 307, л. 1.

45. АКСЕНОВ А. И. С любовью к Отечеству и просвещению. Рыбинск. 1994, с. 24.

46. РГИА, ф. 796, оп. 72, д. 327. Аксенов, кратко излагая прокурорство Мусина, пересказывает данные из труда Ф. В. Благовидова.

47. РГИА, ф. 796, оп. 74, д. 137.

48. Там же, оп. 76, д. 43.

49. Там же, оп. 73, д. 117.

50. Там же, д. 465, л. 8; ф. 797, оп. 1, д. 1321, л. 4.

51. См., напр., выписку из отношения к нему настоятеля Пыскорского монастыря о переводе монастыря на новое место (Государственный архив Пермского края (ГАПК), ф. 193, оп. 1, д. 6, л. 97 - 97об.).

52. РГИА, ф. 797, оп. 1, д. 1363.

53. Там же, ф. 796, оп. 77, д. 651.

54. Там же, оп. 73, д. 465, л. 11.

55. Там же, ф. 797, оп. 1, д. 1320, л. 1, 2.

56. См., напр.: там же, д. 1329.

57. Там же, ф. 796, оп. 76, д. 23.

58. Цит. по: КАЗАНСКИЙ П. С. Отношение митрополита Платона к императрице Екатерине II и императору Павлу I. - ЧОИДР, 1875, кн. 4, отд. V, с. 176.

59. РГИА, ф. 796, оп. 72, д. 310.

60. Там же, оп. 76, д. 375.

61. См.: РГИА, ф. 797, оп. 1, д. 1229, 1334.

62. Там же, ф. 796, оп. 77, д. 121. Можно предполагать, что при этом было израсходовано не менее двух килограммов серебра.

63. Там же, оп. 76, д. 318.

64. Там же, оп. 77, д. 313.

65. Там же, оп. 73, д. 489.

66. ГАПК, ф. 193, оп. 1, д. 6, л. 125 - 125об. Мусин-Пушкин - архимандриту Пыскорского монастыря Иакинфу (Кашперову), 16.IV.1792.

67. РГИА, ф. 796, оп. 77, д. 71.

68. ИКОННИКОВ В. С. Императрица Екатерина II как историк. - РА, 1911, N 7, с. 308.

69. ПЕТУХОВ Е. В. Русская литература: исторический обзор главнейших литературных явлений древнего и нового периода. - Ученые записки Юрьевского университета, 1912, N 3, с. 87.

70. РГИА, ф. 789, оп. 1, ч. 1, д. 1279, 1312.

71. Центральный государственный исторический архив Санкт-Петербурга, ф. 19, оп. 2, д. 1512.

72. РГИА, ф. 796, оп. 76, д. 18.

73. Там же, оп. 75, д. 402.

74. BE, 1813, ч. 72, N 21 - 22, с. 90. Мусин-Пушкин - Александру I, б/д.

75. ШМИДТ С. О. Путь историка. Избр. труды по источниковедению и историографии. М. 1997, с. 590.

76. ПУШКИН А. С. "Песнь о полку Игореве". В кн.: ПУШКИН А. С. Собр. соч. Т. 6. М. 1981, с. 311.

77. ДМИТРИЕВ Л. А. История открытия рукописи "Слова о полку Игореве". В кн.: "Слово о полку Игореве" - памятник XII века. М. -Л. 1962, с. 420.

78. МАЛИПКИЙ Н. В. История Переславской епархии (1744 - 1788 гг.). Вып. 1. Владимир. 1912, с. 4.

79. КОЗЛОВ В. П. Ук. соч., с. 113.




Отзыв пользователя

Нет отзывов для отображения.


  • Категории

  • Темы на форуме

  • Сообщения на форуме

    • Тексты по военной истории Китая.
      Я немного не про это. =) Имел ввиду что-то наподобие такого или такого. Просто список работ.    Плюс, насколько понимаю - часто пишут, что деление на "тьмы"-"тысячи"-"сотни"-"десятки" у кочевников "издавна". То есть - и тут Чингис ничего не изобретал. А "перетряска" владетелей - так и киданьский Абаоцзи других лидеров племени по-вырезал... Возможно, что "чуть сильнее прижал", но с учетом того, что деление, если не ошибаюсь, не известно когда произвели (то ли при Чингисе, то ли при Угэдэе), да и продержалось оно недолго ("племя хэшигтэнов").   По большому счету удивляет, что монголы при Хубилае Южную Сун добили. У киданей, насколько понимаю, сил прижать Сун не хватало. Чжурчжени Сун сильно расколотили, но полностью уничтожить не пытались/не могли, плюс их самих монголы в середине 12 века побили на севере. А завоевания на западе... У Елюй Даши, если не путаю, по началу было от силы несколько тысяч бойцов. У Сельджуков в 1030-х - что-то около 4000 семей, первые походы - у них и тысячи воинов не было. Что-то явно не то творилось на Ближнем Востоке где-то с рубежа 9-10 веков... Плюс попадалось мнение, что весь бедлам с миграцией тюрок в 11 веке спровоцирован вторжением киданей в Кашгарию.
    • Рорик Ютландский и летописный Рюрик
      К сожалению, ключевой документ древнерусской истории отсутствует. Я имею в виду объявление народу и сенату о предстоящей свадьбе Владимира Киевского и Анны Византийской. Обошел ли брат невесты заветы не родниться через брак с северными нечестивцами или удалось найти руса из рода франков..
    • Тексты по военной истории Китая.
      Я его не веду. Устал. Смысла не вижу. А на тему статистики у кочевых народов - есть чудесное поверье у западных монголов (ойратов) - ничего не считать. Если посчитаешь - все посчитанное от тебя уйдет. Посчитаешь деньги - останешься без денег. Посчитаешь скот - передохнет или угонят и не вернешь. Посчитаешь воинов - они погибнут. Посчитаешь людей - попадут в плен или умрут от болезней и голода... Неплохая основа для четкой статистики.
    • Индийские диковины.
      Robert Orme. Historical Fragments of the Mogul Empire, of the Morattoes and of the English Concerns in Indostan. 1805 Страница 417. Страница 464.  
    • Тексты по военной истории Китая.
      Помню, Вы про это часто на xlegio писали. И в книге Владимирцова написано, что "арифметической точности" от этого разделения на "тумены"=>...=>"десятки" ждать не стоит.   Вопрос, возможно, глупый, но - у Вас где-нибудь (на сайте, к примеру) висит полный список работ? Там где видел - они все неполные. 
  • Файлы

  • Похожие публикации

    • Пилипчук Я. В. Из военной истории финнов и карел
      Автор: Saygo
      Пилипчук Я. В. Из военной истории финнов и карел // Финно-угроведение - № 2. - Йошкар-Ола, 2016. - С. 55-70.
      В данном сообщении раскрываются особенности военной истории некоторых прибалтийско-финских народов - карел, финнов (хяме и суоми). Тактика карел была типичной для своего региона. Они совершали морские набеги, которые были стремительны как походы викингов. Сухопутные операции также отмечались быстротой и в основном были вызваны соперничеством с квенами и норвежцами за торговлю мехами и дань с саамов. Походы карел на Норвегию и Швецию не согласовывались с Новгородом. Общие операции с новгородцами и другими прибалтийско-финскими народами осуществлялись в случае войны против Хяме, Суоми и Тевтонского Ордена. Первые два шведских похода по сути не были крестовыми походами, а преследовали цель покорения племен суоми и хяме. Третий шведский крестовый поход был направлен на подчинение Карелии, что удалось лишь частично. Тактика Хяме походила на карельскую. Они совершали нападения на лодках с моря, озер и рек. Для Хяме и Суоми был характерен приблизительно тот же комплекс оружия, что и для карел, то есть меч, топор, копье, лук со стрелами. Основными противниками Хяме были карелы и новгородцы. Покорение шведами земель хяме можно датировать 1249 г. Поход шведов в устье Невы был осуществлен Ульфом Фаси и епископом Томасом, а не Биргером ярлом. Покорение шведами земель суоми можно датировать началом XIII в. Третий шведский крестовый поход был целой серией событий конца XIII в.
      Одним из интереснейших аспектов военной истории Восточной Европы является история балтийско-финских народов. В данном сообщении раскрываются особенности военной и этнополотической истории прибал­тийско-финских народов в период эпохи викингов и крестовых походов Наиболее изученным аспектом в этом отношении является военное дело карел. В советское время историей карел занимались С. Гадзяцкий, Д.Бубрих, И Шаскольский, В.Седов [1; 2; 3; 4; 5]. В современной России историю карел исследуют С. Титов, С. Кочкуркина и А. Сакса [6, 7; 8, 9: 10, 11]. В финской историографии этим вопросом занимались П. Уйно, А. Койвисто и Ю. Корпела [12; 13; 14: 15; 16] Вопросами истории завоевания шведами Финляндии и Карелии занимаются европейские исследователи Д. Кристиансен. Ф. Лине, Д. Линд [17; 18; 19] Истории хяме посвящены статьи А. Кузнецова [20. 21]. Д. Хрусталева и П. Аалто [22, 23; 24] История суоми интересовала О. Прицака. П. Виранкоски, В. Напольских, А. Эрви-Эско [25; 26; 27; 28].
      Одним из самых воинственных народов Севера были карелы Самоназванием этого народа было karjalaiset, финны же называли их karjalaiset. При этом у прионежских карел самоназвание было luudiläine (людики), а у олонецких карелов livvikoi (ливвики). Северные карелы называли людиков vepsä из-за вепского компонента в их этногенезе. Людики же называли северных карелов lappi, указывая на участие в их формировании саамов. Скандинавы называли карелов kirjalar/kanalar, а их страну Kirjalar. Торговая деятельность карелов распространялась от Новгорода до Ботнического залива [27, с. 6-7. 14-16; 25. с. 556-557].
      Вооружение карел состояло из меча, копья, топора. На территории Карелии находили каролингские мечи. Дня богатых карел мечи украшались серебром или позолотой. Мечи были обоюдоострыми, а копья аналогичны древнерусским. Наконечники стрел представлены срезнями, черешковыми и ромбическими, а также гранеными черешковидными бронебойными. Бронебойные наконечники были необходимы для того, чтобы противостоять шведам. Позже появились арбалеты. Топор был широко распространенным оружием как пеших рядовых воинов, так и конницы. В погребениях карел найдено пять мечей длиной около метра. Также нашли тридцать наконечников копий. Это были копья с ланцетовидным наконечником и узкие наконечники, предназначенные как для охоты, так и для боя. Среди наконечников стрел найдены только черешковые. Также найдено много топоров разных типов. Типы топоров были аналогичны распространенным в Восточной и Центральной Европе в это время. В договорах Новгорода с Готским берегом русские предупреждали, что не могут гарантировать безопасность купцам в землях карел [7, 11, с. 97-102, 6, с, 64-152].
      Мечи карел и финнов обычно делят на мечи эпохи викингов и мечи эпохи крестовых походов. К эпохе викингов относятся 11 мечей. Мечи эпохи крестовых походов характеризуются трехчастным навершием, основания навершия и перекрестья изогнуты для того, чтобы оружие было удобным в ближнем бою. Это оружие поступало из Восточной Европы и Прибалтики (той части, которую населяли балты). Мечи с латинскими надписями, вероятно, производились в Германии. В Прибалтике эти мечи снабжались балтскими рукоятями. Мечи с линзовидным навершием и длинным перекрестием производились в Западной Европе. На них найдены надписи, созданные европейскими мастерами, производившими мечи. Также встречались мечи с дисковидным навершием и прямым стержевидным перекрестьем, которые обычно изготовляли для европейских рыцарей, Был найден и меч с шарообразнным навершием, который был удобен для манипулирования им в бою. Карелы снабжались привозными мечами.
      Необходимо сказать, что Финляндия ощутила территориальные изменения в эпоху викингов. Аландские острова были полностью заняты шведами. В связи с набегами викингов прекратили существование и поселения в западной Уусимаа на Карье около 800 г. Южное побережье Финляндии в сагах о Ньялее и Святом Олафе называлось Балагарсиддом. В упадок пришли районы Острботнии, которые до того активно развивались. В Финляндии появились англо-саксонские, немецкие и арабские монеты. Вдоль восточного пути суоми, хяме и карелы также активно торговали в районе полуострова Ханко, Порккалы и островов в Финском заливе Также они торговали с восточными финскими народами. Так, в Финляндии найдены изделия, произведенные в Пермском Предуралье и Прикамье. В финском эпосе это время отмечено как война стран Калева и Похйолы. В район озер Миккели проникает финское племя хяме. Западнофинское население проникает в район Ладоги. Также западные финны и карелы начали проникать в регионы, где раньше жили саамы. Карелы, хяме и суоми активно обживали внутренние районы Финляндии [29; 30, р. 470-482; 6. с. 71-92].
      В народном эпосе финнов «Калевала» отмечена эпоха, когда финны и карелы расселялись на север. Естественно, в сказаниях нет точной датировки, однако О. Прицак предполагает, что это происходило уже в 800-1200 гг. Карелы наступали на север от Ладоги. Карелы взяли под свой контроль торговый путь от Ладожского озера до Ботнического залива. Балтийские финны активно взаимодействовали и со славянами, что было обусловлено экспансией славян и их аккультурацией среди местного прибалтийского населения. Так, в IX в. в рамках государства Русь славяне активно взаимодействовали с вепсами, а в XII—XIII вв. Новгород взаимодействовал с карелами. Инфильтрация славян по археологическим данным в эпоху викингов достигала Карельского перешейка и северного берега озера Ладоги. В связи с этим неудивительно заимствование финнами у славян слов, обозначавших земледелие, дом, христианство, одежду, рабочий инвентарь, рыболовство, общество, еду, торговлю. П. Уйно датирует время заимствования VIII в. Язык, в который они проникли, называется финскими учеными восточным прото-финским или протоладожским. Однако гидронимия региона Приладожья была почти исключительно финской Финский субстрат ощущался и в новгородском диалекте. Местное население до прихода славян занималось рыболовством Керамика делалась вручную без гончарного круга. Поселение Старая Ладога было в окружении финского населения, что однако не исключало присутствия славян, которое обозначено поселением Любша. Старой Ладогой правили скандинавы, которые были связаны торговыми связями с западом, обоснование скандинавов в этом регионе позволило им путешествовать по путям «Из варяг в греки» и по Великому Волжскому пути.
      Процесс взаимодействия славян и финнов был обоюдным и наблюдалась конвергенция. Так, в Новгороде находили финскую керамику. Кроме того, там были Неревский и Людинский концы. Людин конец можно связать с карелами-людиками. Карельские вещи находились на всех концах Новгорода. Кроме того, среди берестяных грамот найдена одна финская, написанная кириллицей (по мнению Е. Хелимского, заклинание), а карельских грамот было обнаружено восемь. Нужно сказать, что предшественник Новгорода - Рюриково городище - также имело финский компонент [30; 25, с. 548-549, II, с. 343-352; 2; 13. р. 356-357. 359-369; 31; 32; 33; 8, с. 272-275].
      Впервые о карелах славянские источники заговорили достаточно поздно. Корела была упомянута в контексте противостояния Новгорода и Хяме в 1143 г. Позже карелы займут важное место в конфликтах между новгородцами и шведами. Корела пользовалась широкой автономией в составе Новгородской Республики. С появлением новгородских и немецких купцов языческая северная ориентация покойников в захоронениях была заменена на христианскую западную. Нужно сказать, что христианство среди прибалтийских финнов активно распространялось благодаря английским и скандинавским проповедникам. Среди населения Корелы было и иноэтничное население (эсты, захваченные в рабство) (18, р. 85-88; 7; 15; 14; 32; 36]
      Пожалуй, самым известным эпизодом истории прибалтийско-финских народов являлось нападение на Сигтуну. В «Хронике Эрика» сказано, что карелы наносили большой урон шведам. Отмечалось, что их походам не мешали штормы, и они доходили до озера Меларен. Шхерами они дошли до Сигтуны и сожгли ее. Олай Петри, Лаврентий Петри, Юхан Магнус и Иоханес Мессениус называли напавших эстами (эстонцами). В различных источниках указывается, архиепископ Уппсалы Иоанн погиб от рук язычников у Альмарнум, и те же сожгли Сигтуну в августе 1187 г.
      Олай Петри и Лаврентий Петри приняли язычников не за карел, а за эстонцев. Олай Петри говорил, что ингры, эсты и русские то и дело проникали в озеро Меларен, а посему Биргер ярл приказал соорудить Стокгольм. Йоханн Лоццений считал, что на Сигтуну нападали эсты, карелы и русские. Йоханнесс Мессений упоминал об эстах и куршах. В 1198 г. новгородцы напали и взяли город Або (Турку) в шведской части Финляндии |3; 22, с. 154-155; 26. s. 67; 39. s. 40. 84. 39. s. 49; 40, с, 56;41, s. 43; 42, s. 13, 107].
      В «Истории Норвегии» монаха Теодорика отмечено, что во времена хрониста (XII в.) на северо-восток от Норвегии живут кирьялы, квены (финно-скандинавское население Ботнии), рогатые финны (саамы). В «Легендарной Саге о Олафе Святом» сказано, что через Кирьяланд Олаф добрался в Гардарики. В саге «Красивая кожа» также сказано об этом. Снорри Стурлусон говорил, что конунг Уппсалы Эйрик покорил Финнланд, Кирьялаланд, Эйстланд (Эстония в целом) и Курланд (земля куршей). В «Саге о Эгиле Скалагримсоне» написано, что конунг квенов Фаравид просил Торольва прийти на помощь, поскольку кирьялы победили его. Квенов было три сотни, а норвежцев была четвертая сотня, и они напали на карел, которые находились вверху на горе. Они нанесли поражение карелам. Потом Торольв и Фаравид совершили нападение на Кирьяланд. Снорри Стурлусон вспоминал, что когда-то Эйрик конунг Уппсалы покорил Финнланд, Кирьялаланд, Эйстланд, Курланд. В «Саге о Хальфдане сыне Эйстейна» сказано, что Грим правил и в Кирьялботнаре. Хальфдан и Харек не нашли его в этой стране. В Кирьялботнар отправили Свида Смелого в нападение, он должен был стать хёвдингом и владеть землями ярла Скули. Позже Валь убил Свида и завладел Кирьялботнаром. В «Саге об Одде Стреле» сказано, что в Новгороде собралось большое войско, куда также входили войска из Кирьялаланда, Реваланда (эстонский мааконд Ревеле), Борланда (эстонский мааконд Вирумаа), Эйстланда, Ливланда (земля ливов). В древнескандинавском сочинении «Какие земли лежат к мире» упомянуты Кирьяла, Ревала, Тавейстланд (Хяме), Вирланд, Эйстланд, Ливланд. В «Описании земли III» в Европе упомянут Кирьяланд. В «Фрагменте о древних конунгах» упоминалось, что конунг Ивар приходил в Кирьялботнар. С этой земли начиналось королевство Радбарда. В середине XIII в согласно данным Стурлы Тодарсона в «Саге о Хаконе Хаконарсоне» было сказано, что правитель русских и норвежский король договорились между собой. Русский правитель обязывался не допускать нападений финнов (саамов) и карел на норвежские земли. В исландских анналах сохранился ряд данных об их нападениях на Норвегию. В 1271 г. карелы и квены совершили большие опустошения в Халогаланде. В 1279 г. карелы схватили Торберна Скени, управляющего конунга Магнуса и убили тридцать человек. В 1296 г. господин Торсгиль разбил карел и две части их крестил. В 1302 г. на Норвегию с севера напали карелы и Эгмунд Унгаданц воевал против них. При этом в источниках повторяются сообщения, что карел заставали на горах. Карелы селились на возвышенностях и через сигнальные башни передавали информацию. В землях саамов карелы основывали свои крепости для того, чтобы удачно конкурировать с норвежцами. После побед над квенами и норвежцами карелы получали большое количество мехов горностая, бобра, соболя, куницы. В «Деяниях архиепископов Гамбургской церкви» Адам Бременский упоминал о стране женщин. Он неправильно перевел древнескандинавское Kvenir как женщины, а не как квены (43. 36: 44; 45; 11. с 315-319; 46]
      Экспансия привела карел на побережье Ботнического залива. В зону влияния Новгорода попала Южная Лапландия. Археологические исследования дают возможность говорить о продвижении карел в зону шведской Лапландии. Часто финны, квены и норвежцы нападали на карел. Карелы жили в основном в селищах на каменистых возвышенностях, где строились крепости из дерева. В XII—XIV вв. карелы начали ограждать свои селища каменными стенами. Политическими центрами Корелы были несомненно города Кякисялми (Корела) и Тиури (Тиверский городок). Тиури возник значительно позже, чем Кякисялми. Дендрохронологические данные позволяют датировать существование Корелы от 1184 г до времени приблизительно 1332-1420 гг. Первоначально Корела была городищем карел и была центром средневековой Корелы. Городище находилось на речке Вуокса. Местное население, кроме рыболовства, занималось ремеслами, торговлей и земледелием. Возникновение у карел городищ обозначило важную веху - образование Корельской земли. Ее население было нацелено на торговую и военную экспансию. Для защиты от Хяме на речке Вуокса у карел строились более хорошо укрепленные городища. Корела находилась на важном перекрестке торговых путей. В 800-1000 гг. там торговали скандинавские викинги. В 1000-1150 гг. с Новгородом начали торговать готландцы, а с 1150 г - немцы. Сами карелы поставляли меха в Ладогу и Новгород. В Новгороде карельские грамоты датируются периодом 1100-1300 гг. Карельские купцы благодаря торговле богатели, и их погребения были с богатым инвентарем.
      Куда приходили купцы, туда рано или поздно приходят проповедники. Карелия была посередине пути из Швеции в Новгород, и шведы хотели контролировать этот путь. В Карелию с запада проникали католические проповедники. Отобразилась христианизация и в археологических находках. Из 87 погребений в 11 были обнаружены вещи с христианской символикой. Это подвески в форме креста и броши с орнаментом в форме креста. Умерших хоронили по обряду ингумации в эпоху крестовых походов (XII-XIV вв.). Погребения с языческой ориентацией на север сменились христианской западной ориентацией в конце XIV в. Карелы контактировали с христианским миром, и часть из них принимала христианство, но христианство у карел было синкретичным. Язычество долгое время не было изжито, и у карел, и у финнов бьло двоеверие. Финский мыслитель Михаэль Агрикола указывал, что было 12 карельских и 12 финских богов. Язычники поклонялись богам Укко. Рауни, Пелонпекко, Вираннканос, Егрес. Кондос, Хийси, Ведхенеме, Нюкрес По сведениям русских церковных иерархов, карелы продолжали поклоняться лесам, камням, солнцу, луне, звездам, холмам, а также приносили им в жертву животных. Из христианских святых особую популярность приобрел святой Илья. В карело-финском эпосе было много нехристианских персонажей. В эпосе смешивались языческие и христианские представления. В 1137 г. в землях карел были установлены погосты для взимания дани. Ее платили люди, жившие вокруг озер Ладога и Онега, а также реки Свирь. В 1216 г. Семен Петрилович уже брал дань с Терского берега. В 1227 г. Ярослав Всеволодович совершил рейд в Карелию, что обусловило зависимость от Новгородской республики всей Корельской земли. В 1278 г русские под командованием Дмитрия Александровича снова воевали в Карелии. П. Лиги считал, что элита карел была христианизирована в XI—XIII вв. [5: 11, с. 164-277, 320-342; 47. р 215, 48, с. 117-130; 14, р. 167-176; 15, р. 111-114; 16, р. 21, 23-26, 47-56, 105-106,33;8,с. 242-243, 255-258].
      И. Шаскольский считал, что квены (каяне) составляли особенную группу населения в подвластной новгородцам Приботнии. В. Нагюльских считает их группой смешанного финно-скандинавского населения Квены были известны Адаму Бременскому, также упоминались в норвежских исторических сочинениях и сагах. Скандинавы знали их как Kvenir. В сочинении норвежского автора ХП в. Николаса Бсргссона упомяну то о двух Квенландах. В «Истории Норвегии» сказано, что на восток от Норвегии живут язычники карелы и квены В «Северном Таттре» указано, что Сигурд защитил свою страну от забегов куров (куршей) и квенов В «Саге о Фиинмарке» упомянуто, что Торольф путешествовал с сотней людей и, что он пошел на восток в Квенланд, где встретил короля квенов Фаравида. В «Саге о Эгиде Скларагримсоне» сказано, что Кирьяланд восточнее, чем Финнмарк, а Финнмарк восточнее, чем Квенланд. Сказано, что квены активно торгуют в землях саамов. В «Орозии короля Альфреда» Вульфстан указывал, что квены живут около Ботнического залива. Этот этноним упомянут в форме Cwenas. Около 1056 г. шведский принц Апунд воевал против квенов Йоханнес Мсссениус сообщал, что этот принц погиб в битве против квенов со всей дружиной. Следует отметить, что и сейчас в Норвегии проживает этот финский субэтнос [25, с 553-555, 44; 49, 27, с. 11-12; 50; 36]
      Первый шведский крестовый поход является гипотетическим. Однако некоторые ученые, как К. Гретенфельт и Р. Йохансен, верят в его реальность. Данные о нем содержатся в «Житии Святого Эрика», составленном в конце XIII в., и «Шведской хронике» Олая Петри. С. Тунберг указывал, что в «Житии Святого Эрика» соединены факты, вымыслы и агиографические клише. Э. Кристенсен указывал, что Первым шведским крестовым походом стоит считать целую серию рейдов шведских войск. Установление христианства в Финляндии он считает результатом датских крестовых походов в 1191 и 1202 гг. Т. Линдквист выступал против возможности этого. С ним соглашался Р. Йохансен. Сообщалось, что король основал Або (Турку), назначил туда епископа. В Новгородской Первой летописи зафиксировано, что 60 шведских шнеков во главе с епископом напали на три новгородских корабля и находились вблизи от финского побережья в 1142 г. Вероятно, и эта кампания может быть интерпретирована как первый шведский крестовый поход. Однако, кроме военного давления, использовались и мирные способы влияния. Первые миссионеры появились в Финляндии в 70-х гг. XI в. Их возглавлял Иоанн из Бирки. В шведских рунических надписях на камнях упоминалась страна Finnland. В 1123 г. в флорентийском документе упоминалась епископия Findia. Название Finlandia для обозначения территорий с финским населением впервые употребил Марино Санудо в своей карте мира. Потом это название переняли шведы. Обращением в христианство финских племен (суоми и хяме) занимались католические миссионеры. Один из них - епископ англичанин Генри около 1157 г. нашел свою смерть на льду Кейллие от руки финна Лалли. Человек с таким именем упоминается в собрании финских песен - «Кантелегар». Католичество было принято под давлением со стороны христиан-шведов. Судьбе же Генри было посвящено «Житие и Чудо Святого Генриха». Олай Петри указывал, что король Эрик, когда был избран, решил распространить христианство в Финляндии и двинулся во главе войска вместе с уппсальским епископом Генрихом. Он нанес поражение финнам в битве. Генриху он приказал проповедовать христианство среди финнов и оставил его в Финляндии епископом. Всего через год после похода Генрих был убит финнами. В позднем финском историческом сочинении Йоханнес Мессениус датировал поход 1154 г. и сообщал, что Эрик Святой и уппсальский епископ затеяли крес­товый поход. Финнам предлагаюсь признать власть короля и принять хрис­тианство, но те отказались от этого и дали бой. Они были побеждены, но еще не скоро война закончилась, пока край не оскудел людьми. После этого финны покорились. Полулегендарный первый шведский крестовый поход в Финляндию Г. Мейнандер и Л. Эря-Эко датировали 1155 г. Д. Хрусталев счи­тает датой похода 1157 г. Дж. Линд полагал, что к Первым шведским похо­дам относятся кампании 50-60-х гг. XII в. Р. Йохансен датировал его 50-ми гг. XII в. А. Эря-Эско предполагал, что легенда о гибели епископа Генри неис­торична, и археологические исследования указывают на то, что в районе Эура-Кёйлиё было достаточно людей, чтобы организовать сопротивление и нанести поражение захватчикам. Однако, уже с середины XI в. обряд кремации у финнов заменяется ингумацией. Христианство не вытесняет, а сосуществует с язычеством [25, с. 545-550, 552, 554—555; 18. р. 81-83, 97; 22, с. 153-154; 26, с. 65-66, 51, с. 212-213; 52, 40, с. 47; 39, s. 270-277, 331-343, 50, 28, 19; 53; 54; 55, р. 14-19; 17].
      Римский Папа Александр III в письме от 1171 г. указывал, что шведская власть утвердилась в Финляндии. Отмечалось, что финны обращены в христианство под угрозой вторжения, однако были готовы от него отречься, как только угроза для них исчезла. В письме от 1216 г. Папа Иннокентий III писал, что финские земли были отняты предками Эрика Кнутсона у язычников. В 1193 г. Кнут Эриксон совершил поход для того, чтобы распространить влияние католической церкви на востоке. Это было зафиксировано в папском письме. Экспедицией командовал Эрик Эдвардсон. Вероятно, эта его кампания и запомнилась как первый крестовый шведский поход. Для обращения Хяме в католичество в 20-х гг XIII в. было создано самостоятельное Финское епископство. Возглавлял его англичанин епископ Томас.
      Страна племени Хяме была известна в шведских рунических надписях как Тавастланд. На руническом камне из Гастрикланда указывалось, что викинги совершили рейд в страну Тафсталонти. Русские называли ее Емь, сами же финны называли ее по самоназванию - Хяме (Hame). В 1042 г. Ярослав совершил поход на Хяме. В 1123 г. новгородцы во главе с Всеволодом воевали против Хяме и победили их. Также отмечается конфликт в 1142 г., тогда хяме пришли в новгородские земли Новгорода, но проиграли бой у Ладоги и потеряли четыре сотни воинов. В 1143 г. карелы совершили набег на земли Хяме. В 1149 г. хяме организовали нападение в ответ. Однако, новгородцы вместе с водью их разгромили и преследовали. Целью похода хяме было завоевание води. Войско новгородцев насчитывало 500 человек, а сколько было води неизвестно. Хяме потеряли все войско - около тысячи человек. В 1178 г. карелы совершили поход на шведские владения в Финляндии, и от их рук погиб второй финский епископ Родульф. В 1186 г. новгородцы Вышаты Васильича совершили рейд на Хяме и вернулись с добычей. В 1191 г. новгородцы и карелы ходили походом на Хяме и уничтожали даже скот врага. Согласно «Хронике епископов Финляндских» Паави Юстена, в 1198 г новгородцы сожгли Або. Во время этих событий погиб третий финский епископ Фольквин. В 1226 или 1227 гг. Ярослав во главе с новгородцами ходил походом на Хяме. В 1228 г. Хяме совершили нападение на Ладогу, но были разбиты. Новгородцы собрали войско и отправили его на судах ro главе с князем. Посадник Ладоги Владислав дал бой, не дожидаясь новгородцев. Одна из ночных атак была результативной. Хяме бежали, бросив полон. По следам Хяме двинулись воины из Ижоры и многих перебили, а кто уцелел, того добивала корела. Летописец считал, что погибло около 2 тыс., а то и больше. Под 1240 г. в Новгородской Первой летописи сказано об участии хяме и суоми в составе войск шведов. Собственно эта информация была в описании «Жития Александра Невского», которое было вставлено в Новгородскую Пер­вую и Лаврентьевскую летописи [27. с. 10: 51, с. 21,26-28.38-39, 205-206, 212— 215, 228, 230-231, 270-272, 291-295, 327; 52, 57; 16. р 20, 150; 20; 21; 6. 165-170]. В «Хронике Эрика» при описании второго шведского крестового похода отмечено, что шведский король собрал войско со всей страны —рыцарей и бондов. Войско возглавил Биргер ярл, который командовал вооруженным войском, и несмотря на то, что язычники Тавастланда были готовы встретить шведов, это не помешало шведам высадиться, а часть хяме мигрировала в глубину страны. Местом битвы было то место, которое прозвалось Тавастоборгом (Хямеэнлина). Отмечалась шведская колонизация региона и то, что язычников (тавастов, то есть хяме) убивали мечами. Завоевание Тавастланда (земли Хяме) состоялось в 1249 г. Петри Олай в целом повторял текст «Хроники Эрика», однако размещал рассказ о походе между 1248 и 1250 гг. Сказано, что когда Биргер ярл в 1250 г. находился в Финляндии, скончался король Эрик. Говорилось, что строительство Тавастборга должно было держать в узде строптивых хяме. Эрик Олай указывал, что против христиан восстали тавасты. Шведы пришли морем и высадились. Они победили тавастов и после этого построили Тавастборг. Сообщалось, что в 1250 г., когда умер король Эрик, христианство победило в Тавастланде. Йоханнес Месенйус отмечал, что бунтовал народ тавастов. Эрик Шепелявый отправил на судах войско под началом Бригера ярла, которое высадилось в Крестовой бухте, соорудили крепость, что привело к повиновению язычников Эстерботнии. Шведы напали на тавастов, которые отчаянно сопротивлялись, но были побеждены и принуждены принять христианство. Хяме покорились финскому епископу. Бьёрн Грелсон Балк стал епископом и брал большую подать с тавастов. После завоевания Папа издал буллу о защите исповедующих христианство в Финском диоцезе. Поход Биргера ярла был так называемым Вторым шведским крестовым походом, хотя, по сути, является походом завоевания шведами земель племени хяме [37; 25, с. 550; 18, р. 74; 40, с. 5: 8. 52-53; 55, р. 27-55].
      Во время нахождения Хяме под шведской властью новгородцы осуществили несколько походов. В 1256 г. новгородские и владимиро-суздальские отряды совершили нападение на владения шведов на территории Хяме. В Первой Новгородской летописи указано, что перед походом новгородцев на Хяме был поход шведов с суоми и хяме на земли Новгорода в бассейне Нарвы. В летописи отмечен успех похода русских на Хяме. В папской же булле от 1257 г. сказано, что владения шведского короля Вольдемара особенно пострадали от нанадения карел и язычников близлежащих областей. Поздние финские хронисты пишут даже о бегстве епископа Томаса на Готланд. В 1292 г. новгородцы с атаковали земли Хяме. Сказано, что в поход выступили воеводы с новгородскими воинами. Они удачно воевали. В том же году 800 шведов атаковали ижору и корелу. Ижора уничтожила отряд в 400 шведов. Шведы, пришедшие в Корелу, были частично или уничтожены, или взяты в плен. В противостоянии шведов с русскими хяме и суоми выступали на стороне Швеции, а карелы на стороне Новгорода. В 1310 г. новгородцы совершили поход на земли Хяме и дошли до самого сердца земли Хяме - Хакойстенлины, взяли город, однако не его цитадель [51, с. 308-309, 327, 333-335; 23, с. 49-50. 60-62. 272-279; 50 6,с. 171-186].
      Ал-Идриси упоминал, что в стране Табаст находился город Рагвалд на берегу моря. И. Коновалова указывала, что этот город не находился в земле Хяме. О разделении финнов на Суоми, Хяме и Корелу арабский хронист не знал. Касательно городов, то в Тавастланде (Хяме) в конце XIII - в начале вв. находились 19 средневековых городищ, среди них самые исследованные Рапола и Хямеэнлина. Также большим было городище Хакойстенлины, который в Первой Новгородской летописи был назван городом Ванаен, в котором был неприступный детинец, который не смогли взять новгородцы [с. 125-126, 259-261; 18, р. 96-100; 23, с 65-69, 51. с. 333-335].
      Большинство походов новгородцев против Хяме завершались успехом. Походы же хяме на Русь обращались большими потерями для нападавших. В отражении нападений хяме часто принимали участие прибалтийско-финские союзники Новгорода. Наиболее часто походами на хяме ходили карелы. Xяме не исчезло сразу после шведского завоевания. В 1280 и 1284 гг. «немцы (термин мог обозначать как шведов, так и финнов) нападали на Ладогу». Пол мнению И. Шаскольского шведский командующий Трунда во главе шведско-финского отряда пришел на Ладогу. 9 сентября 1284 г. у истоков Невы этот отряд был разбит. В ответ на это новгородцы напали на землю Хяме. Отвлечение внимания русских на Хяме облегчило шведам задачу колонизации части Корелы. Они основывают крепости Выборг и Ландскрону. В папской булле в 1256-1257 гг. провозглашалась необходимость предпринять крестовый поход против язычников-карел. В 1275-1276 гг. в переписке шведского короля с Папой Римским поднимался вопрос относительно карел [37; 4. 18, р. 89-96; 26,5 76-79; 6, с. 171-175].
      Еще в 1274 г. Папа Римский призвал архиепископа Уппсалы совершить поход против карел, которые беспокоили границы Швеции. В Третий шведский крестовый поход вошли кампании 1280, 1284, 1293, 1295, 1300 гг. При этом в «Хронике Эрика» мы не встречаем термина крестовый поход. Этот термин более характерен для папских посланий. В 1293 г. шведы осуществили экспансию в Карелию. В «Хронике Эрика» сообщалось, что шведы построили в стране язычников крепость из камня, сообщаюсь, что из-под власти русских была изъята земля, которая прежде принадлежала им. Фогт шведов покорил своей аласти 14 погостов карел. В хронике указывалось, что шведы были вынуждены совершить поход, чтобы помешать вторжениям карел в земли, которые находились под властью шведского короля. Эрик Олай трактовал события в похожем ключе, указывая, что ярость карел вызвана их язычеством, от которого страдали христиане. Сообщалось, что карелы нападали на Тавастланд и Финляндию. Кроме того, сказано, что против русских и карел воевали маршал Тюргильс Кнутссон и епископ Петер Вестероский. У Олая Петри сказано, что в 1293 г. в ответ на карельские походы в Тавастланд и на Финляндию шведы совершили поход. Господин Торгильс и вестероский епископ Петер возглавляли его. Кексгольм был взят шведами, по вскоре был отвоеван русскими. В «Древней Хронологии» указано, что в 1293 г. была большая война в Карелии, и что был сооружен замок Выборг. В источниках, написанных в год проведения крестового похода, указано, что шведы победили карел. Йоханес Мессеииус констатировал, что флот с войском в 1293 г. прибыл к берегам врагов. Епископ Вестероса и маршал Торкель возглавили войско, которое смело сразилось с русскими, и не устояли против них карелы. Шведы построили Выборг, который потом русские не смогли взять. Кексгольм (Корелу) шведы не смогли отстоять из-за немногочисленного гарнизона и недостатка продовольствия. Однако в 1294—1295 гг. они соорудили на месте прежнего карельского поселения свой форт. Шведы в 1295 г призвали на помощь конунга Биргера Магнуссона и основали Ландскрону, она же Нотебург, между Невой и Черной рекою. Сообщалось, что русские нападали на Финляндию. В Новгородской Первой летописи указано, что зимой 1293-1294 гг. у новгородцев и карел было мало сил, они вышли неподготовленными, поэтому они и не смогли отвоевать занятые шведами земли. В 1293 г. шведы покорили Западную Карелию, включительно с Саволаксом [37, 4; 26, 5. 81; 38, 8. 42, 63, 87; 39, я. 71; 40. с. 70; 50; 69, р 41; 16, р. 25; 55, р 46-63; 6, с 178-184].
      Дж. Линд высказал мнение, что Третьим шведским крестовым походом может считаться не только поход 1293 г., но и весь период 1285-1323 гг. с несколькими кампаниями шведов против русских. В 1295 г., согласно сведениям «Хроники Эрика» указано,что Кексгольм был взят христианами. Отмечено, что много язычников было убито в тот день. Пленных же увели в Выборг. Сообщалось, что русские быстро подошли и около недели держали город в осаде, из осажденных спаслось только два шведа. Командующим шведов в «Хронике Эрика» назван Сиге Локке, в «Хронике Эрика Олая» - Сиге Лоба, в «Древней Хронологии» - Сиго Лоба. В «Древней хронологии» в 1295 г. сказано об уничтожении русскими шведского гарнизона Кексгольма, а в «Аннотированной хронологии» Арвирда Тролля погибель шведов датируется 1296 г. В новгородских летописях назван воевода Сиг. После победы над шведами карелы значительно укрепили свою столицу - Корелу. Они построили новые стены из бревен, которые были лучше, чем старые. В 1310 г. ее укреплением занялись новгородцы. В 1314 г. карелы восстали против новгородцев и впустили шведов в город. Однако, в том же году новгородцы и проновгородско настроенные карелы отвоевали Корелу. В 1317 г. шведы проникли на Ладогу. Новгородцы ответили набегом на Хяме в 1311 г., а также походом на Або в 1318 г. В 1300 г Тюргильс Кнутссон с войском из 800 человек пришел в устье Невы. Задачей похода было овладение Карельским перешейком и, если повезет, берегами Невы. В 1322 г. попытка шведов овладеть Корелой была неудачной В 1323 г. между новгородцами и шведами был заключен мир, по которому признавалась шведская власть над Суоми, Хяме и Западной Карелией с Саво и городом Выборгом. Опорным пунктом новгородцев и карел была крепость Кякисалми (Корела) [4; 47. р. 215-221,26, я 82; 39, р. 72; 19; 6. с. 182-191].
      Таким образом, военная история финских народов фиксируется новгород­скими летописцами и шведскими хронистами в связи с историей своих стран. Карелы отличались большей автономностью, и их часто упоминают отдельно от Новгорода. Карелы в новгородских летописях упоминались в контексте походов и отражения нападений Хяме. Активное взаимодействие карел с новгородцами датируется ХII-ХIII в. Отдельные карельские отряды могли участвовать в войнах против Полоцка и его литовских союзников. Кампании карел против шведов и норвежцев не согласовывались с Новгородом. Комплекс вооружения карел характерен и для Хяме, и для Суоми. Карелы продолжительное время сохраняли свою обособленность от Новгорода, принимая христианство в синкретической форме.
      ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА
      1.    Гадзяцкии С. Карелы и Карелия в новгородское время. — Петрозаводск Государственное издательсгво Карело-Финнской СССР, 1941. 196 с.
      2.    Бубрих Д.Н. Происхождение карельского народа. - Петрозаводск: Государственное издательство Кармо-Финской СССР, 1947, 50 с.
      3.    Шаскольский И.П. Борьба Руси против крестоносной агрессии на берегах Бал гики в XII—XIII вв,— Л.: Наука ЛО, 1978.
      4.     Шаскольский И.П Борьба Руси против шведской экспансии в Карелии конец XIII- XIV в. — Петрозаводск: Карелия, 1987.
      5.     Седов В.В. Корела // Финно-угры и балты в эпоху Средневековья. - М : Наука, 1987 С. 44-52.
      6.     Титов СМ. Очерки военной истории древней корелы. - Петрозаводск: Изд-во ПетрГУ, 2008. 234 с.
      7.     Кочкуркина С.И. Корела и Русь - Л.: Наука ЛО, 1986, 144 с.
      8.     Кочкуркина C If. Этнокультурные процессы эпохи Средневековья // Проблемы этнокультурной истории населения Карелии (мезолит - средневековье). - Петрозаводск: КарНЦ РАН. 2006. С. 230-275.
      9.     Кочкуркина С И. Древнекарельские городища эпохи средневековья. — Петрозаводск, 2010. 262 с.
      10.     Кочкуркина С. И. История и культура народов Карелии и ее соседей - Петрозаводск Республика Карелия. 2011. 240 с.
      11.     Сакса А Н. Древняя Карелия к конце 1 - начале II тысячелетия н.э.: происхождение, история, культура населения летописной Карельской земли. — СПб.: Нестор История, 2010. 400 с.
      12.    Uino P. Ancient Karelia: archaelogical studies.-Helsinki: Suomenmuinaismuistoyhdistis, 1997. 426 p.
      13.     Uino P. The Background of the Parly Medieval Finnic Population in the region of the Volkhov liver Archaelogical aspects // Slavica Helsingiensia. Vol. 27 - Helsinki, 2006. p. 355— 373.
      14.     Koivisto A. Trade Routes and their significance in Christianization of Karelia // Slavica Hdsingcnsia. VoV. 21. - Helsinki: University of Helsinki Press, 2006. P. 167-178.
      15.     Koivislo A. Thoughts on the Karelian Baltic Sea Trade in the Tweltli and Thirteenth Century AD // Slavica Helsingiensia. Vol. 32 - Helsinki University of Helsinki Press. 2007. p. 111—115.
      16.     Korpela.J. The World of Ladoga: Society, Trade, Transformation. State Building in the Eastern Fcnnoscandian Boreal Forest zone, c. 1000-1555 - Berlin: Lit, 2008. 400 p
      17.     Chritucansen E. The Northern Crusaders. London: Penguin Books. 1997. 320 p.
      18.     Line P. Swedenes Conquest of Finland: A clash of Cultures? // The clash of cultures on the medieval Baltic frontier. Leeds: Ashgatc, 2009 p 73—102.
      19.     LindJ. The First Swedish Crusafe a part of the Second Crusade?!! The Second Crusade The Holy War on the periphery' of Latin Christedom. Tumhout Brepols, 2015. pp. 303-322,
      20.     Кузнецов А.А. Элементы военной экономики в отношениях владимирских князей с мордвой и емью в 1220-е годы // Восточная Европа в древности и средневековье. XXV чтения В Т. Пашуто - М.: Инстиэут всеобщей истории РАН, 2013. С. 164-169
      21.     Кузнецов А. А. Конфликты Руси с финно-угорскими племенами (на примере мордвы и еми ) // Альманах но истории средневековья и Раннего Нового Времени. № 3-4. 2012- 2013 -Нижний Новгород: М-Принт. 2012—2013. С 69-76
      22.    Хрусталев Д.Г. Северные крестоносцы, Русь в борьбе за сферы влияния в Восточной Прибалтике ХII-ХIII вв T. I. - СПб. Евразия, 2009. 416 с.
      23.    Хрусталев Д.Г. Северные крестоносцы . Русь в борьбе за сферы влияния в Восточной Прибалтике XII-XIII вв Т. 2. - СПб. Евразия, 2009 464 с.
      24.    Aalto Р Swells of the Mongol-Storm around the Baltic // Acta Orientalia Academiae Scientiarum Hungaricae. T. XXXVI . (1-3). - Budapest: Akademiai Kiado, 1982. P. 5-15.
      25.     Прицак О. Походження Pyci. Т.2. — К.: Обереги, 2003. 1304 с.
      26.    Virankoski Р. Suomen historia 1-2. - Helsinki: Suomalaisen Kirjallissuden Sura, 2009. 1138 s.
      27.    Напольских И В. Введение в историческую уралистику. - Ижевск: Удмуртский институт истории, языка и литерау гры, 1997. 268 с.
      28.     Эря-Эско А. Племена Финляндии // Славяне и скандинавы. М.. 1986.
      29.     Кирпичников A.M. Историко-археологические исследования древней Корелы // Финно-угры и славяне, — Ленинград: Наука ЛО, 1979.
      30.     Edgren Т. The Viking age in Finland // The Viking World. - London-New York: Routledge, 2008. P. 470-184.
      31.     Пашков А.А. Средневековые источники.
      32.     Вареное А.В. Карельские древности в Новгороде. Опыт -голографирования // Новгород и Новгородская земля. История и археология. Материалы международной научной конференции. - Новгород, 1997.
      33.     Ленрот Э. Калсвата. — М., 1985.
      34.    Сакса А.И. Древняя Корела в эпоху железного века // In situ. К 85-летию профессора А.Д. Столяра. - СПб.: СПбГУ, 2006. С. 282-307.
      35.     Шаскольский И.П. К происхождению карел // Финно-угры и славяне. — Л.: Наука ЛО. 1979.
      36.     Кочкуркина С.М., Спиридонов А.М , Джаксон ТМ. Письменные известия о карелах. — Петрозаводск, 1996.
      37.     Хроника Эрика. Перевод А.Ю, Желтухин, - VI.: РГГУ, 1999.
      38.Scriptores Rerum Svecicarum Medii Aevi. Tl. — Upsaliae,1828.
      39.     Scriptores Rerum Svecicanun Medii Aevi T. II. -Upsaliae, 1828.
      40.     Олаус Петри. Шведская хроника. — М.: Наука, 2012. 421 с.
      41.     loanni Loccenii. Rerum Svecicarum Historia. Stockholmiae: Ex officina Johanis Kanssonii, 1654.
      42.    Messenii Johanes. Scondia illustrata: seu Chronologia de rebus Scondiae hoc Sueciae. Daniae, Norvegiae atque una Islandiae, Gronladiaeque. Stockholmae: Typis O, Enaei, 1700.
      43 Спиридонов AM. Исландские саги как источник по раннесредневековой истории Карелии И Скандинавский сборник Вып. XXXII - Таллин: Ээсти Раамат, |‘)88.
      44.    A History' of Norway and the Passion and Miracles of the Blessed Olaffi — London University College. 2001. 
      45.    Isländske Annaler. Oslo Gröndal und Sons Bogtykkeri. 1977. 
      46.     Адам Бременский. Деяния архиепископов гамбургской церкви. Перевод В.В. Ры­баков // Из ранней истории шведского государства: первые описания и законы. - М.: Изд-во РГГУ, 1999. 
      47.    Zettchcrg Г.. Saksa A., flino I’. The early history of the fortress of Kakisalmi. Russian Karelia. as ev idenced by new dendrochronological dating results // Fennoscandia archaelogica Vol 12. 1995 p. 215-221.
      48.     Сакса А.И. От племенного городка карел к административному центру Новгородской земли Кякисалми-Корсла в XIII—XIV вв. // Ладога и Ладожская земля в нюху средневековья —СПб., 2014. С 117—130.
      49.    Мату юна В.И. Английские средневековые источники IХ-ХIII вв —М, Наука, 1979.
      50.     Мессениус lfoxane.ee Рифмованная хроника о Финляндии и ее обитателях. Пер, Я Лапатка. Электронный вариант 2013 года, http: /wvvw.vostlit .info/Tcxts/rusl 7 Messein’us_ I frametext.htm
      51.      НПЛ 1950 - Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов. - М : Изд-во АН СССР, 1950. 640 с
      52.     ПВЛ — Повесть временных лет: Прозаический перевод на современный русский язык  Д.С. Лихачева.
      53.     Финляндская хроника. Перевод Я. Лапаткаэ
      54.     Legendi Sanctici Henrici.
      55.     Johansen R. The Political impact of Crusading Ideology in Sweden 1150-1350. Master thesis. Oslo: Department of Linguistics and Scandinavian Studies, 2008 96 p.
      56      Alexander Papa III Vpsellcnsi Arcluiepiscopo e sufffagensis eius e c. Guthermo duci
      57.     Chronicon episcoporum Finlandensium
      58.     Paavi lnnocentius IV: n sunjelukirje kristillisen opin tunnustajille Suoniesa.
      59.     Pope Innocentis IV Letter of Protection to confessors of Christian faith in Finland. 27 august 1249.
      60.     Мейпапдер Г. (crop in Фшлянди. Jlinii. структури, переломи! момент - Львiв: Л А Пграмща. 2009 216 с
      61.      Липд Д.Г. Невская битва и ее значение.
      62.     Послание епископа Вик-Эзельского Генриха 12 апреля 1241 г // Матузова В.И. Крестоносцы и Русь. Конец ХП в. - 1270 г. - М. Индрик, 2002.
      63.     LindJ.H. Early Swedisli-Russian rivaln. The battle on the Neva in 1240 and Birger Magnusson// Scandinavian Journal of History Vo). 16. Issue 4. - Oslo: Rouledge, 1991. pp. 269- 295~
      64.     Рукописание Магнуша.
      65.     Svenska medeltidens rim-krönikor I. Gamla eller Eriks-krönikan. Folkungames brödrastrider med en kon öfversigt af nännast föregående tid. 1229-1319. Stockholm: Nord- sted P.A. und Söner. Kongi. Boktryckare, 1865. 
      66.     Бегунов Ю.К. Древнерусские источники об Ижорце Пелгусии-Филипле участнике Невской битвы 1240 г.
      67.     Шаскопьский И.Л. Борьба Александра Невского против крестоносной агрессии конца 40-50-х годов XIII в. 
      68.     Коновалова И. Г. Ал-Идриси о странах и народах Восточной Европе. М. Восточная литература, 2006. 352, [3] 
      69.      Kankainen Т., Saksa A., Liino R. The early history of the fortress of Kakisalmi, Russian Karelia-archaelogical and radiocarbon evidence// Fennoscandia archaelogica. Vol. 12. Helsinki University of Helsinki Press. 1995. p. 41—47.
    • Прасол А. Ф. Объединение Японии. Тоётоми Хидэёси
      Автор: Saygo
      Прасол А. Ф. Объединение Японии. Тоётоми Хидэёси / А. Ф. Прасол. — М.: Издательство ВКН, 2016. — 464 с. — Ил.
      ISBN 978-5-9906061-7-3
      Эта книга - вторая часть трилогии, посвященной объединению Японии в конце XVI века. Центральное место в ней занимает жизнь и деятельность Тоётоми Хидэёси, одного из самых популярных персонажей японской истории. Сын простого крестьянина, в 17 лет примкнувший к воинскому сословию, он за счёт личных качеств сумел победить своих более именитых соперников и стать первым единовластным правителем страны. Книга рассказывает о том, как это произошло.Важную часть издания составляют сведения о культуре, быте и нравах эпохи междоусобных войн. О том, как жили и воевали японцы в XVI веке, что думали о жизни и смерти, чести и позоре, верности и предательстве. Автор даёт читателю возможность заглянуть в эту уже далёкую от нас эпоху и получить представление о некоторых малоизвестных реалиях японского общества того времени. Книга написана в жанре живой истории и будет подарком для тех, кто её любит. Текст снабжён множеством рисунков, гравюр и картографических схем, которые помогут читателю лучше разобраться в том, что происходило в Японии четыре с половиной столетия назад.
      Оглавление
      Часть первая. ЭПОХА И ЛЮДИ........................................5
      Военно-политический ландшафт..........................................5
      Общество................................................................................. 18
      Города и форты....................................................................... 26
      Семейная стратегия и тактика.............................................36
      Боевые реалии........................................................................ 43
      Перед походом.........................................................................55
      В походе...................................................................................68
      Поощрения и наказания....................................................... 86
      Оружие................................................................................... 101
      Жизнь и смерть самурая......................................................113
      Часть вторая. ТОЁТОМИ ХИДЭЁСИ......................... 125
      Безымянный воин.............................................................. 125
      Полководец...........................................................................144
      Гибель Нобунага............................................................171
      Преемник Нобунага...........................................................177
      Акэти Мицухидэ............................................................ 177
      СибатаКацуиэ................................................................ 195
      Замок Осака....................................................................222
      Токугава Иэясу...............................................................228
      Повстанцы Икко.............................................................241
      Придворная карьера...................................................... 247
      Остров Сикоку................................................................250
      Восточное партнёрство................................................254
      Остров Кюсю..................................................................258
      Столичное событие....................................................... 280
      Последние противники на востоке.............................284
      Сэн Рикю........................................................................ 304
      Правитель.............................................................................311
      Подготовка к войне........................................................311
      Агрессия в Корее:  начало.............................................328
      Перемирие...................................................................... 359
      Проблема наследника................................................... 366
      Война в Корее: заключительный этап........................380
      Восстановление отношений........................................ 403
      Несостоявшаяся династия............................................412
      Итоги................................................................................439
      ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧНИКИ................................... 443
      ХРОНОЛОГИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ 451
    • Прасол А. Ф. Объединение Японии. Тоётоми Хидэёси
      Автор: Saygo
      Просмотреть файл Прасол А. Ф. Объединение Японии. Тоётоми Хидэёси
      Прасол А. Ф. Объединение Японии. Тоётоми Хидэёси / А. Ф. Прасол. — М.: Издательство ВКН, 2016. — 464 с. — Ил.
      ISBN 978-5-9906061-7-3
      Эта книга - вторая часть трилогии, посвященной объединению Японии в конце XVI века. Центральное место в ней занимает жизнь и деятельность Тоётоми Хидэёси, одного из самых популярных персонажей японской истории. Сын простого крестьянина, в 17 лет примкнувший к воинскому сословию, он за счёт личных качеств сумел победить своих более именитых соперников и стать первым единовластным правителем страны. Книга рассказывает о том, как это произошло.Важную часть издания составляют сведения о культуре, быте и нравах эпохи междоусобных войн. О том, как жили и воевали японцы в XVI веке, что думали о жизни и смерти, чести и позоре, верности и предательстве. Автор даёт читателю возможность заглянуть в эту уже далёкую от нас эпоху и получить представление о некоторых малоизвестных реалиях японского общества того времени. Книга написана в жанре живой истории и будет подарком для тех, кто её любит. Текст снабжён множеством рисунков, гравюр и картографических схем, которые помогут читателю лучше разобраться в том, что происходило в Японии четыре с половиной столетия назад.
      Оглавление
      Часть первая. ЭПОХА И ЛЮДИ........................................5
      Военно-политический ландшафт..........................................5
      Общество................................................................................. 18
      Города и форты....................................................................... 26
      Семейная стратегия и тактика.............................................36
      Боевые реалии........................................................................ 43
      Перед походом.........................................................................55
      В походе...................................................................................68
      Поощрения и наказания....................................................... 86
      Оружие................................................................................... 101
      Жизнь и смерть самурая......................................................113
      Часть вторая. ТОЁТОМИ ХИДЭЁСИ......................... 125
      Безымянный воин.............................................................. 125
      Полководец...........................................................................144
      Гибель Нобунага............................................................171
      Преемник Нобунага...........................................................177
      Акэти Мицухидэ............................................................ 177
      СибатаКацуиэ................................................................ 195
      Замок Осака....................................................................222
      Токугава Иэясу...............................................................228
      Повстанцы Икко.............................................................241
      Придворная карьера...................................................... 247
      Остров Сикоку................................................................250
      Восточное партнёрство................................................254
      Остров Кюсю..................................................................258
      Столичное событие....................................................... 280
      Последние противники на востоке.............................284
      Сэн Рикю........................................................................ 304
      Правитель.............................................................................311
      Подготовка к войне........................................................311
      Агрессия в Корее:  начало.............................................328
      Перемирие...................................................................... 359
      Проблема наследника................................................... 366
      Война в Корее: заключительный этап........................380
      Восстановление отношений........................................ 403
      Несостоявшаяся династия............................................412
      Итоги................................................................................439
      ЛИТЕРАТУРА И ИСТОЧНИКИ................................... 443
      ХРОНОЛОГИЧЕСКИЙ УКАЗАТЕЛЬ 451
      Автор Saygo Добавлен 17.09.2017 Категория Япония
    • Прасол А. Ф. Объединение Японии. Ода Нобунага
      Автор: Saygo
      Прасол А. Ф. Объединение Японии. Ода Нобунага / А. Ф. Прасол. — М.: Издательство ВКН, 2016. — 432 с. — Ил.
      ISBN 978-5-9906061-2-8
      Япония, середина XVI века. В разгар междоусобных войн в провинции Овари появляется молодой военачальник, один из многих местных предводителей, воевавших на территории страны. Действуя решительно и нестандартно, он побеждает сначала своих близких и дальних родственников, затем соседей, и, наконец, покоряет столицу. Начинается история его победного шествия к высшей власти, наполненная драматическими поворотами непредсказуемой воинской судьбы. Интересно изложенная история жизни и смерти Ода Нобунага позволяет читателю заглянуть в ту эпоху и получить представление о малоизвестных культурно-этических и бытовых реалиях средневековой Японии. Книга написана в жанре живой истории и будет подарком для тех, кто её любит. Из неё можно узнать об отношении японцев XVI века к вопросам жизни и смерти, чести и позора, верности и предательства. Читатель найдёт в ней много интересных деталей воинского быта, боевой стратегии и тактики, правил выживания семьи в условиях непрекращающихся междоусобных сражений.
      Большая часть сведений, относящихся к жизни и деятельности первого объединителя Японии, публикуется в нашей стране впервые. В толковании некоторых ситуаций и обстоятельств, до сегодняшнего дня остающихся предметом спора историков, автор придерживается принципа здравого смысла и практической логики, избегая художественной экзотики пьес и романов на исторические темы, во множестве написанных японскими сочинителями в последующие столетия.
      Текст книги обильно иллюстрирован рисунками, гравюрами и картографическими схемами, облегчающими понимание событий, которые происходили в Японии четыре с половиной столетия назад.
      Оглавление
      Часть первая. Портрет эпохи....... ......................................5
      Военно-политический ландшафт..........................................5
      Общество................................................................................. 15
      Города и форты....................................................................... 23
      Семейная стратегия и тактика.............................................29
      Заложники................................................................................35
      Боевые будни.......................................................................... 44
      Жизнь и смерть самурая....................................................... 58
      Часть вторая. Ода Нобунага.............................................77
      Предки......................................................................................77
      Первые шаги............................................................................89
      Сайто Досан.............................................................................94
      Война с родственниками...................................................... 99
      Начало большого пути......................................................... 110
      Поход на столицу................................................................. 128
      Укрепление позиций............................................................140
      Двоевластие...........................................................................148
      Первый кризис.......................................................................154
      Провинция Оми.................................................................... 179
      Конфликт с сёгуном.............................................................186
      Второй кризис.......................................................................191
      Ликвидация сёгуната.......................................................... 201
      Долгожданная победа  ........................................................ 209
      Южный поход....................................................................... 218
      Провинция Этидзэн.............................................................223
      Храм Исияма хонган............................................................227
      Переломный год................................................................... 231
      Замок Адзути........................................................................ 253
      Третий кризис....................................................................... 263
      Сайка и Нэгоро..................................................................... 271
      Уэсуги Кэнсин...................................................................... 276
      На западном направлении.................................................. 284
      Придворные титулы.............................................................296
      Северо-западное направление — Тамба и Танго......... 301
      Череда измен..........................................................................306
      Мир с Исияма хонган...........................................................322
      Парады в столице.................................................................329
      Отношения с императором.................................................337
      Провинции Инаба и Биттю................................................341
      Разгром клана Такэда...........................................................352
      Остров Сикоку...................................................................... 362
      Последние дни...................................................................... 364
      После 2 июня........................................................................ 374
      Измена века — мотивы....................................................... 390
      Наследие................................................................................400
      Литература и источники..................................................414
      Хронологический указатель...........................................421
    • Прасол А. Ф. Объединение Японии. Ода Нобунага
      Автор: Saygo
      Просмотреть файл Прасол А. Ф. Объединение Японии. Ода Нобунага
      Прасол А. Ф. Объединение Японии. Ода Нобунага / А. Ф. Прасол. — М.: Издательство ВКН, 2016. — 432 с. — Ил.
      ISBN 978-5-9906061-2-8
      Япония, середина XVI века. В разгар междоусобных войн в провинции Овари появляется молодой военачальник, один из многих местных предводителей, воевавших на территории страны. Действуя решительно и нестандартно, он побеждает сначала своих близких и дальних родственников, затем соседей, и, наконец, покоряет столицу. Начинается история его победного шествия к высшей власти, наполненная драматическими поворотами непредсказуемой воинской судьбы. Интересно изложенная история жизни и смерти Ода Нобунага позволяет читателю заглянуть в ту эпоху и получить представление о малоизвестных культурно-этических и бытовых реалиях средневековой Японии. Книга написана в жанре живой истории и будет подарком для тех, кто её любит. Из неё можно узнать об отношении японцев XVI века к вопросам жизни и смерти, чести и позора, верности и предательства. Читатель найдёт в ней много интересных деталей воинского быта, боевой стратегии и тактики, правил выживания семьи в условиях непрекращающихся междоусобных сражений.
      Большая часть сведений, относящихся к жизни и деятельности первого объединителя Японии, публикуется в нашей стране впервые. В толковании некоторых ситуаций и обстоятельств, до сегодняшнего дня остающихся предметом спора историков, автор придерживается принципа здравого смысла и практической логики, избегая художественной экзотики пьес и романов на исторические темы, во множестве написанных японскими сочинителями в последующие столетия.
      Текст книги обильно иллюстрирован рисунками, гравюрами и картографическими схемами, облегчающими понимание событий, которые происходили в Японии четыре с половиной столетия назад.
      Оглавление
      Часть первая. Портрет эпохи....... ......................................5
      Военно-политический ландшафт..........................................5
      Общество................................................................................. 15
      Города и форты....................................................................... 23
      Семейная стратегия и тактика.............................................29
      Заложники................................................................................35
      Боевые будни.......................................................................... 44
      Жизнь и смерть самурая....................................................... 58
      Часть вторая. Ода Нобунага.............................................77
      Предки......................................................................................77
      Первые шаги............................................................................89
      Сайто Досан.............................................................................94
      Война с родственниками...................................................... 99
      Начало большого пути......................................................... 110
      Поход на столицу................................................................. 128
      Укрепление позиций............................................................140
      Двоевластие...........................................................................148
      Первый кризис.......................................................................154
      Провинция Оми.................................................................... 179
      Конфликт с сёгуном.............................................................186
      Второй кризис.......................................................................191
      Ликвидация сёгуната.......................................................... 201
      Долгожданная победа  ........................................................ 209
      Южный поход....................................................................... 218
      Провинция Этидзэн.............................................................223
      Храм Исияма хонган............................................................227
      Переломный год................................................................... 231
      Замок Адзути........................................................................ 253
      Третий кризис....................................................................... 263
      Сайка и Нэгоро..................................................................... 271
      Уэсуги Кэнсин...................................................................... 276
      На западном направлении.................................................. 284
      Придворные титулы.............................................................296
      Северо-западное направление — Тамба и Танго......... 301
      Череда измен..........................................................................306
      Мир с Исияма хонган...........................................................322
      Парады в столице.................................................................329
      Отношения с императором.................................................337
      Провинции Инаба и Биттю................................................341
      Разгром клана Такэда...........................................................352
      Остров Сикоку...................................................................... 362
      Последние дни...................................................................... 364
      После 2 июня........................................................................ 374
      Измена века — мотивы....................................................... 390
      Наследие................................................................................400
      Литература и источники..................................................414
      Хронологический указатель...........................................421
      Автор Saygo Добавлен 17.09.2017 Категория Япония