Сергей Махов

Sign in to follow this  
Followers 0
  • entries
    1,038
  • comments
    10
  • views
    17,159

Contributors to this blog

  • Saygo 1044

About this blog

Entries in this blog

Saygo

Мысль вслух

Вообще проигрыш Россией Крымской войны сродни проигрышу Францией Второй Мировой.
Если в 1812 и 1914 годах мы видим у России и соответственно Франции вести войну до последнего, то в 1854 и 1940 годах мы видим желание как можно быстрее закончить войну, пусть и на условиях победителя.
Естественно, с поправкой на эпоху. ИМХО.


Via

Saygo

Поймал себя на мысли, что когда мне скучно и грустно, я опять берусь за тему Крымской войны.
Начнем, пожалуй.
Самое меньшее, что ожидает солдат, отправляясь в далекий поход, это то, что он будет одет, обут и сыт. Без этого, как вы понимаете, солдаты воевать будут не очень хорошо. Так вот, английская армия, начав осаду Севастополя нарушила все эти три требования.
Начать с рациона солдат. Это были сухари и солонина. Желающие могут посидеть на такой диете неделю. Как раз примерно через это время запор у них сменится диареей, потому как пищеварительная система будет сильно нарушена. Делу по идее могли бы помочь овощи и фрукты, но большинство солдат дополнительно к мясу и сухарям получали... 2 картофелины и 1 головку лука в месяц. И все.
Но пищеварительной системой не обошлось. Понятно, что из-за недостатка витамина С началась цинга. И сухари грызть стало сильно проблематично. Англичане с завистью смотрели на французов, которые развернули походные хлебопекарни, а британские генералы с удивлением подумали, что им печь свежий хлеб для войск в голову как-то не приходило.
В результате диета солдат в Крыму оказалась хуже чем у заключенных - те хотя бы получали дополнительно молоко, рыбу, овощи.
К этому добавилась узколобость офицеров снабжения. Я уже много случаев рассказывал - добавлю еще один: в ноябре 1854 года в Балаклаву прибыл пароход со 150 тоннами овощей. Портовый адмирал Боксер затребовал документы на них, и поскольку они были неправильно оформлены, запретил выгрузку. В результате все овощи через месяц сгнили и были выброшены за борт. Раглан, понимая, что творится дурдом, пробовал давать солдатам рис, но его запасы потерялись на складах и нашлись только в марте 1855-го.
Сок лайма, пожертвованный флотом армии, так в части и не попал - генерал-комиссар Филдер (Filder) заторомозил сок на причале, сказав, что это жратва флота, пусть флотские и развозят сок лайма по войскам. Пока флотские бодались с армейскими, прошло два месяца, и цинга собрала обильную жатву жертв. Еще раз - пока солдаты гибли тысячами, на пристанях Балаклавы стояло 278 цистерн с лимонным соком.
Не лучше дело обстояло и с обувью. Дело в том, что в лучших традициях производственных тендеров (ох, сколько я этого видел на своем веку) комиссариат снабжения сбил цену на обувь на столько, что производители поставили в Крым обувь просто некачественную, фиговую. От холода и сырости британские армейские ботинки разваливались за неделю. Так солдаты 55-го полка во время парада перед Рагланом и высшим руководством остались без подошв, которые прилипли и оторвались в крымской грязи. Кроме того, распределители не учли, что при постоянной ходьбе нога опухает, и нужна обувь на размер больше. Тогда линейка размеров была примерно такой - 41-й, 43-й, 45-й. Так вот ботинок 45-го размера не прислали. Таким образом примерно 20 процентов армии оказались либо в маломерках, либо вообще без обуви. Поэтому зимой 1854-55-го годов началась настоящая охота за русскими сапогами, которые британцы снимали с пленных и убитых. Были даже специальные рейды егерей - "за сапогами".
Плюс классные британские палатки - без дна. Плюс - глупость отдела снабжения, которые начал перебрасывать в войска шинели (правда Боксер их все равно потерял на причале), и забил на пледы - в Плимуте скопилось 25 тысяч пледов, из которых в Крым отослали... 800. А ведь их можно было использовать хотя бы в качестве ковров или спальников в британских палатках.
В общем, именно этим разгильдяйством и непрофессионализмом и обусловлены дикие небоевые потери англичан в Крыму.

8458d8c2888d8905b986e9bef6987bbd_600x600


Via

Saygo

Добавочка

Ну и по причинам русско-шведской войны 1788-1790 годов. Их несколько, но начнем мы... с первого раздела Польши.
Что, собственно, произошло?
5 августа 1772 года русские, прусские и австрийские войска просто вошли в пределы Речи Посполитой и захватили области, распределённые между ними по секретному соглашению. Заняв территории, причитающиеся сторонам по договору, оккупационные силы, потребовали ратификации своих действий со стороны польского короля и сейма. Польский король обратился за помощью к западноевропейским государствам, но никакой помощи не последовало. Нет, ему, конечно, посочувствовали, но и только.
От такого действа все малые страны Европы просто оху..., ой... обалдели. Это что, так можно что ли? Подобного раздела безмерно испугались Турция, Дания и Швеция, особенно последняя, ведь новый король Густав III был вполне извещен, что существует русско-прусский секретный договор 1769 года, в котором есть статья, обязывавшая стороны в случае укрепления в Швеции королевской власти захватить шведскую Померанию и Финляндию.
Россию и Пруссию устраивала слабая Швеция, с извечным противостоянием "партии шляп" и "партии колпаков". Густав III реализовал целый комплекс мер, чтобы избежать участи Польши (а этот вариант развития событий ему казался очень вероятным). В 1772 году новый король организовал государственный переворот, отряд его сторонников ворвался в государственный дворец и арестовал всех членов правительства. На следующий день Густав проехал по улицам города, где его встретили толпы восторженных людей. 21 августа 1772 года, при всех регалиях, Густав был коронован, со свойственным ему красноречием произнес перед депутатами риксдага речь, обвинив их в продажности и отсутствии патриотизма, огласил основы новой конституции и распустил парламент.
В том же 1772 году шведский король планировал напасть на Россию, пользуясь тем, что она вела войну с Турцией, а большая часть Балтийского флота была отослана в Средиземное море. Причем аппетиты Густава были прямо-таки чрезмерными, если не сказать – утопическими: он хотел в случае успешной войны вернуть себе часть Карелии, а так же всю Прибалтику, сделав восточную часть Балтики «шведским озером». Эти планы были разрушены Данией, которая опасалась, что шведы хотят захватить у нее Норвегию (Дания и Норвегия были тогда в унии). Копенгаген заключил союз с Петербургом, где обязался нейтрализовать шведский флот и обложить Карлскону в случае начала шведами боевых действий. Кроме того – прусский король Фридрих II предупредил Густава, что согласно договору с Россией он так же, в случае начала Швецией боевых действий против России, атакует шведскую Померанию.
Кроме того, английский посол сообщил Густаву, что в случае агрессии в сторону России в Балтийское море войдут британские эскадры, и что нападение на Россию Британия будет расценивать как нападение на себя.
Странно, да? Оказывается, англичанка не всегда гадит. А знаете почему? Читаем в письме Питта-старшего, написанном в апреле 1773 года, графу Шелбурну: «Ваша Светлость знает, как я доволен Россией. Я верю, что терзая османов, они увлекают Францию в бездну падения, и я всегда говорил, что неотъемлемой частью английской внешней политики должна быть поддержка России в турецком вопросе». Грубо говоря, Франция поставила на Турцию и Швецию, а Англия в пику ей - на Россию и Пруссию. Ничего личного, просто бизнес.
В общем, после выступления Дании и Англии для Швеции это был дипломатический нокаут, и Густав быстро охладел к идее «второго фронта» против Петербурга. И занялся укреплением "вертикали власти" в собственно Швеции. Новые наполеоновские планы к нему в голову пришли в 1783 году.
С начала 1783 года шведский король Густав III пытался договориться с русским Кабинетом о шведской экспансии на Балтике. Король лелеял наполеоновские планы – он хотел отторгнуть от Дании и завоевать Норвегию, а так же высадить свои войска на острове Зеландия, но поскольку Россия и Дания состояли в союзе – нужно было получить согласие России на подобные действия. Переговоры шли полгода, и финальные встречи состоялись 29 июня во Фридрихсгаме, где Потемкин четко сказал шведам, что Россия не допустит расчленения и завоевания Дании, поскольку датско-русский союз для императрицы гораздо важнее шведских амбиций.
Густав пытался было оспорить это решение, мол, вы же вон только 8 апреля сами Крым аннексировали, почему вам можно, а мне нельзя, но письменный ответ Екатерины четко расставил все по своим местам: потому что «Россия – не Швеция». Наследник престола Павел Петрович (прям в стиле героев Джорджа нашего, Мартина) с сарказмом написал Никите Панину: «Нас посетил великий и славный дон Густав Шведский, герой Севера. По этим эпитетам вы можете судить о впечатлении, произведенном им на нас. Это самый блестящий ветреник нашего века. У него были какие-то виды на нас, осуществление которых ему не совсем удалось».
Получив жесткий и решительный отпор в своих амбициях от России, король Швеции решил, что Екатерина настроена на раздел Шведского королевства. Своя логика в этом была. Густав понимал, что став королем, попал в заповедник таких сколопендр и фаланг как Фридрих Великий, Екатерина II, Иосиф II, Уильям Питт-младший, Людовик XVI, и что закон в джунглях только один – либо ты, либо тебя. Он прекрасно видел, что Россия противилась второму разделу Польши, который ей постоянно предлагали Австрия и Пруссия, а чем русские могли заткнуть вечно голодные немецкие рты? Да скорее всего шведскими владениями в Померании, на которые уже давно алчно смотрел Фридрих, а себе скромно по приятельски и по-соседски планировали забрать Финляндию, благо - еще со времен Петра I Швеция была уверена, что мысли насчет Суоми у российских императоров вполне определенные. То есть экспансия Швеции на данном этапе по разумению Густава была не его личной прихотью, а непременным условием выживания.
Собственно именно это и есть первопричины, побудившие Густава пойти на войну с Россией.
Но была еще и вторая причина, не менее важная.
Дело в том, что власть его в Швеции была непрочна. А как укрепить власть без "утра Стрелецкой казни" и "возвращения моего 37-го года"? Да маленькой и победоносной войной! То есть войну против России Густав помимо всего прочего рассматривал как подавление оппозиции в собственно Швеции. И особенно - как удар по финскому сепаратизму, ибо финские сепаратисты смотрели на Россию с придыханием и считали ее избавителем от шведской длани.
Как-то так.

Carl_Gustav_Pilo_-_The_Coronation_of_Kin


Via

Saygo

Вчерашний отзыв на статью на Вархэде лично для меня вызвал непонятную реакцию. Особенно я ждал реакции со стороны автора. И тут я видел два варианта -
1) Поблагодарить меня за указанные ошибки и в будущем более тщательно относиться к написанию статей.
2) С фактами и источниками в руках размазать мои факты и источники по стенке.

То есть я ожидал конструктива по типу нашей дискуссии с Денисом Микшисом по данной теме.
Вместо этого - заочно - знаете какой ответ я получил?
"Про бой у Фридрихсгама я в курсе, упоминал его в предыдущей статье. Неудача, на катастрофу не тянет. Претензия к дате? У меня на руках есть текст диссертации по этой теме, там ссылаются именно на годовщину восшествия на престол. И да, защищенный диссер мне кажется более весомым, чем мнение Махова. В том числе о проигрыше шведами войны вчистую))"
И тут проблема даже не в Михаиле, а проблема.... как вам сказать.
Ладно, чтобы не ограничиваться двумя словами, начну с начала.
В общем, борьба с Наполеоном и вообще Отечественная война 1812 года заслонили собой по масштабности другие войны и исторические события. Нет, все конечно знали, что, там, Крым покоряли, в Молдавии воевали, со Швецией и Финляндией, но в исторических книгах было примерно такое состояние как сейчас - Вторая Мировая - это 90 процентов исследований, 10 процентов - все остальное. В этих 10% флот занимал... десять процентов от десяти процентов. По сути только сильно интересующиеся темой люди могли сказать, чем знаменит Ушаков, Спиридов, старший Грейг, Чичагов, и т.д., не говоря уж о фон Крузе, Нассау-Зигене, Ханыкове, Козлянинове, и т.д. Про этих вообще был темный лес.
И первый раз интерес к русской истории конца 18 века, особенно к теме флота, проснулся только при Александре II. И настоящим прорывом по исследованию темы русско-шведской войны стал труд Виктора Филипповича Головачева " Действия русского флота во время войны России со Швецией в 1788-90 годах" (1870 год). Причем попросил его написать и разобраться с темой сам наследник, будущий Александр III, который очень живо интересовался русской историей.
Но! И тут есть основная проблема. Головачеву пришлось пользоваться не только собственно русскими архивными источниками, но и шведскими (специально для этого он выучил шведский язык), ибо у шведов всплеск интереса к этой теме возник раньше - в 1820-30-е (Лавен, Юлленгранат, Манкель, Пален, Унгерн, и т.д.). И если документами по русскому флоту он пользовался отечественными, то вот дипломатическую переписку не разбирал, и воспользовался выводами шведскими. Это, кстати, видно с самого предисловия книги: "Война 1788—1790 годов поучительна для нас во многих отношениях. Ее начала слабосильная и малонаселенная Швеция против такого государства, каким была уже Россия в царствование Екатерины ІІ-й, и начала именно с тем, чтобы отнять у последней часть принадлежащей ей территории. Эта война отличалась многими боевыми подвигами с нашей стороны, тянулась три года, прославилась большими морскими сражениями и блестящим собранием наших даровитых моряков, каковы были: Грейг, Чичагов, фон-Круз, Козлянинов, Нассау-Зиген, Ханыков, Макаров, Кроун, Карцев и многие другие, заставила нас потратить много усилий, денег и людей — взамен чего не доставила нам ровно никакого приобретения!"
Это прям калька с Юлленграната, опрокинутая на видение России.
Мол, маленькая Швеция нанесла России такие большие потери и так встала костью в горле, что большая Россия, испугавшись шведской моськи, пошла на все ее условия, отказалась от приобретений и аннексий, и доблестная Швеция смогла отстоять свою свободу.
Проблема в том, что дипломатией Екатерины II историки занялись гораздо позже, скажем, ее дневники были впервые напечатаны только в 1907 году. Тома МИРФ, посвященные эпохе Екатерины, были изданы в 1888-1893 годах, дипломатическая переписка Екатерины - 1886 году.
Но - труд Головачева и переведенные шведские труды (плюс статьи по теме авторов типа Кизеветтера) уже жили своей жизнью, тогда как новые данные - своей. И - в этом я виду основную проблему исторической науки - выводы шведов, переведенные Головачевым, начали скакать из книги в книгу. Да, маленькая Швеция напала на Россию. Да, маленькая Швеция нанесла России такие потери, что большая Россия испугалась. Да, для русских война была без приобретений и вообще бесполезная. Складывалось впечатление, что на троне сидела не самая хитрая и умная бестия изо всех правительниц (на мой взгляд Екатерина дала бы фору не только всяким Изабеллам Арагонским но даже английской "бедной Лизе" - Елизавете I, которая в дипломатических играх собаку съела), а какая-то дурочка с переулочка, которая в победной войне даже результатом воспользоваться не смогла. Поскольку такой вывод не был биномом даже для "горе-историков" (извините меня, настоящие исследователи, увлеченные своей темой - Лобин, Великанов, Пенской, Лебедев, Морозов, и иже с ними), надо было что-то придумать. И началось высасывание из пальца. Про английскую и французскую угрозу. Про Пруссию. Ну в общем опять получалось строго по-"гардемерински" - "украли победу, сволочи".
И лишь в 1980-х годах начались первые ревизии причин и итогов русско-шведской войны 1788-1790 годов, что казалось сначала невозможным - ведь данные с течением времени имеют свойство "забронзовевать". А далее... Далее началась интернет-революция, когда исследователь, не выходя из дома, может сразу глянуть в английские, испанские, французские, германские, шведские архивы, сравнить их с русскими. Взять исследование по теме от англичан, сравнить его с шведским, посмотреть на проблему взглядом Дании или Пруссии, и дополнить это все российским взглядом.
Мешало и мешает настоящей исследовательской работе то, что в России научная степень - это не просто признание заслуг, а это еще и всякие ништяки, плюшки от государства, да и просто повышение своего положения в обществе. В результате на одну нормальную исследовательскую работу (типа Гребенщиковой или Лебедева) приходилось с десяток "проходных", повторявших избитые старые тезисы. Типа, люди карьеру строят, на фиг вы тут лезете со своими новыми данными.
И судя по словам "про диссертацию в руках" - дело продолжает расцветать и пахнуть. Кстати, очень часто в этих ваших интернетах я встречаю эту непоколебимую уверенность - мол, я исторический ВУЗ закончил, не фиг мне тут рассказывать. Ребят, вынужден вас огорчить. Ваша квалификация как историков зависит всего лишь от ваших знаний по теме, и ни от чего больше. Потому как хоть вы трижды закончите МГУ, но если по русско-шведской войне вы не читали ничего кроме БСЭ - ну как историк по этому событию вы - ноль. Без обид, это просто факт. Так же как и я - просто ноль по той же ВМВ или, скажем, по ВКЛ XVI-XVII веков.
Да, вы можете стать не нулем, если начнете изучать тему. Как я два с половиной года назад принялся за изучение Крымской, ну затянуло просто. Но для этого надо иметь интерес и желание. А если желания нет, а есть только тяга раздувать щеки... Ну и бог с вами.
В заключение хотел бы сказать, что рассматривать русско-шведскую войну 1788-1790 годов в вакууме - глупо. Понятно, что она была связана с русско-турецкой войной 1787-1791 годов, связана с событиями в Европе, с проблемами в Польше, и т.д. Цитируя Эдуарда Созаева - с его оценкой я согласен на 100%: "В 1790 г. курс серебряного рубля упал на 15%. Т.е. за рубль ассигнациями давали 85 коп. серебром. Было ясно, что Россия не может вести две войны одновременно. Очевидно, выигрыш на юге был гораздо предпочтительнее и более возможен, чем выигрыш на Севере: все лучшие войска были на юге. Екатерина говорила, что нужно, "как можно скорее вытащить лапу из шведской грязи"." Это сказано в апреле 1790 года, задолго до всяких Роченсальмов. И те, у кого "нет под рукой диссертации" понимают, что мягкие условия мира были как раз обусловлены именно этим - "скорее вытащить лапу из шведской грязи".

DSatO4HeNh109QwIvFBuXTyeAxfVndItkirjIRm9


Via

Saygo
Вышла тут статья на Вархэде, про второе Роченсальмское сражение: https://warhead.su/2019/06/11/vtoroy-rochensalm-porazhenie-o-kotorom-molchat-uchebniki?fbclid=IwAR11_S3DBBnF4A9WJEsGTjmAaaN-S488AWP8BnKEGFz1YxUD0UA8uNmrCYI

В свое время профессор Преображенский говорил: "Никогда не читайте на ночь советских газет". То же самое можно сказать и про этот материал. И чтобы показать, почему это так, решил я его разобрать.

Цитата:
У русского парусного и гребного флота было много побед. Несколько бесспорных, и много — «по очкам». Случались и небольшие неудачи. Но катастрофа была только одна. Она произошла в 1790 году — и имя ей Второй Роченсальм (он же Свенкзунд).

Естественно, это не так. Чтобы далеко не ходить за примером - та же самая война. Шведский флот смог в тяжелом бою почти уничтожить отряд Слизова у Фридрихсгама, и подошел к Выборгу, надеясь взять его очень быстро и без проблем. Надежды на это были вполне обоснованы, ведь основные силы Нассау-Зигена были отведены на зимовку в Санкт-Петербург и разоружены, оставили лишь дежурные отряды Слизова во Фридрихсгаме и Козлянинова в Выборге. Козлянинов имел в Выборге 52 боевых единицы – фрегат «Автроил», гребные фрегаты «Биорн-Эресинда», «Рогвальд», «Оден», шебеки «Скорая», «Легкая», «Быстрая», прам «Гремящий», «секретные суда» (аналог шведских удем) «Осторожное», «Наступательное», «Охранительное», 5 бомбардирских судов и мелкие корабли. Шведы, подошедшие к Выборгу, располагали 154 гребными судами и 1600 орудиями, поэтому Козлянинов укрылся на Транзундском рейде под защитой береговых батарей. Слизов потерял 26 из 63 кораблей, в их числе - 1 гребной фрегат. Тоже - катастрофа.
И да, автору бы стоило понять, что в той войне гребной флот с обеих сторон был разменной монетой. Причина самая простая - корабли москитных сил строились быстро и их было банально не жалко.
Идем дальше.

"Возникает вопрос — если война закончилась на такой высокой ноте, победой, то почему же её свели вничью?"

Наверное об этом стоило бы узнать, а не гадать? Вроде как ресурс да и сам автор позиционирует себя как просветитель тру-хистори в пику ложным историческим тезисам? Так зачем их повторять?
Впрочем, об этом ниже.

"Двадцать восьмое июня был днём восшествия на престол Екатерины II. Принц Нассау-Зиген, командовавший русским гребным флотом, решил преподнести императрице подарок — разбить шведский флот и, если удастся, взять в плен шведского короля Густава III.
Любовь к датам — это давняя, ещё досоветская традиция!"


Это любовь журналистов к сенсациям - еще давняя традиция. Ибо, ежели залезть в МИРФ и почитать, то внезапно выяснится удивительное: Только 26 июня основные силы русских прибыли к Аспэ, но до 27-го ждали Козлянинова с 45 судами. В этот же день принц получил от императрицы высочайший рескрипт: «По благополучном успехе над шведскими морскими силами одержанном, надлежит всемерно стараться пользоваться плодами сея победы и, распространяя военные действия, не дать отнюдь неприятелю ни времени, ни способов к его отдохновению. Мысли ваши в реляции вашей (от 25 июня) совершенно сходны с сими, и потому мы их с особым удовольствием приемлем. Уверены мы, что вы теперь первое и главное внимание ваше к тому устремите, чтобы нанести решительные и крайние удары гребному шведскому флоту, а тем и вятше облегчить средства к поискам, одним или другим образом учреждаемым. По доверенности, которую вам усердие к нам и отличные заслуги ваши приобрели, не скроем, что всего полезнейшим, и для прочного на будущее время сохранения покоя, надежнейшим, почитаем совершенное морских неприятельских сил истребление. Доброе уже положено тому начало. К совершению того потребны еще усиленные действия, не только обоих наших флотов, но и сухопутной армии. И так, если представляется вам удобность по разбитии гребным флотом, вами предводимым, шведского такового же, простерти действия ваши к стороне Свеаборга, вспомошествуемые армиею нашею, к Гельсингфорсу, в то самое время, когда корабельный наш флот будет иметь в виду, чтобы не выпустить неприятельские корабли в сей порт зашедшие, ища способов к их истреблению, то мы сие почитаем делом самой верховной важности и для нас выгодным. Предваряя вас о том, мы будем ожидать ваших разсуждений о разных распоряжениях для исполнения онаго потребных».
Ночью 27-го числа был проведен военный совет, где принц предлагал атаковать. Все командиры и капитаны поддержали это решение, и в полночь на 28 июня Нассау-Зиген собрал все свои суда к юго-восточному входу на Роченсальмский плес, где стоял весь шведский армейский флот.

Переводя на обычный русский - внезапно! - решение об атаке шведов было принято не единолично принцем, а военным Советом, и приурочено оно было не к днюхе императрицы, а к расчету, что шведы еще не успели отойти от Выборгского разгрома и не собрались силами. Ну кто бы мог подумать, правда?

Далее:
Силы у них ещё оставались, но уже 3 августа 1790 года был заключён мир — на условии сохранения довоенных границ и невмешательства Швеции в подписание Россией мирного договора с Турцией.

Смотрим что происходило в реальности:
Наученный горьким опытом, Нассау разработал новый план, который имел все шансы на успех. В помощь гребному флоту были перекинуты линейные корабли «Иоанн Богослов», «Америка» и «Сисой Великий», которые расположились у острова Муссало, дабы перекрыть шведам выход из Роченсальмского архипелага. Были присланы куттеры и фрегаты, в том числе и «Венус», чтобы организовать погоню в случае прорыва. Дополнительно из Ловизе были присланы два линкора вице-адмирала Одинцова, и 1 корабль из Кронштадта. В общем, за дело взялись всерьез, и Густаву III стало понятно, что везение закончилось.
Да, фортуна ему улыбнулась 28 июня, но уже 9 июля стало ясно, что в ближайшее время шведский армейский флот ждет совершенный разгром.
14 июля Нассау-Зиген сообщил участникам военного совета, что эскадра должна преградить путь шведам у островов Муссало и Кунисари. Кораблям Чичагова предстояло отвлечь неприятеля у Поркалаута и Барезунда, а войскам Салтыкова — с суши, тогда как принц намеревался идти прошлогодним путем. Совет постановил провести диверсию с суши и высадить десант на Кутсало-Мулим, чтобы обеспечить действия флотилии. Последней, по предложению принца, следовало атаковать канонерскими лодками, которые наступали в первой линии при поддержке плавучих батарей. Вторую линию составляли галеры. Парусникам следовало демонстрировать готовность перейти в наступление. После того как русские канонерские лодки вступят в бой, галерам следовало на буксируемых плотах доставить десант с артиллерией на остров Кутсало. Устроенные на острове батареи должны были быть в состоянии отразить неприятеля в его нападении калеными ядрами, тогда как часть гребных и парусных судов должна была перейти в наступление по всем проливам, а остальные парусники — поддерживать их. Военный совет постановил иметь сигналы для связи с армией. Атака была назначена на 22 июля.
Но 18 июля 1790 года Густав III через посредников обратился к России с просьбой объявить перемирие и сесть за стол переговоров. Швеция просила мира, ибо, если бы король вдруг попал бы в плен – для скандинавов получилось бы совсем нехорошо.

Как мы видим: 1) Для шведов после победы у Роченсальма ситуация не улучшилась, а даже ухудшилась. Русские реализовали свое право на ошибку и решили взяться за противника всерьез. 2) Обратился с просьбой о мире сам шведский король, а не Екатерина к Швеции. То есть тем самым шведы признавались, что находятся в безвыходном положении.
Так почему же требования русских на мирных переговорах были не суровы?
Русско-шведская война с точки зрения Екатерины была досадным недоразумением. В этот момент Россия стремилась разгромить Турцию, князь Потемкин-Таврический во всю разрабатывал «Греческий проект», решив изгнать Османскую империю с территории Европы и захватить Константинополь, часть Балтийского флота перед русско-шведской войной должна была идти в Средиземное море, дабы атаковать турок с тыла. На Балтике Россия и так была гегемоном, к тому же, имея союз с Данией, она совершенно не боялась ни за свою торговлю, ни за свои берега.
Кроме того, императрица надеялась, что столь мягкие условия произведут беспорядки в самой Швеции, ибо король Густав в этой ситуации будет выглядеть как минимум глупо, а как максимум – его сочтут безумцем. В принципе, расчет Екатерины оказался верен – в результате заговора шведской знати 16 марта 1792 года Густав был смертельно ранен в опере Якобом Юханом Анкарстремом.
Но может быть мы могли бы потребовать себе часть Финляндии, спросит читатель? Встречный вопрос – а зачем? Надо понять, что весь XVIII век Финляндия была убыточной для шведской короны, более того – как раз после русско-шведской войны 1788-1790 годов начал поднимать голову финский сепаратизм, и, оставляя Финляндию Швеции, мы тем самым еще больше ослабляли скандинавов.


А откуда же взялась байка о том, что Роченсальм спас Швецию от разделов типа Польши и от российской оккупации? Так от шведов же! Точнее, от историка Юлленграната. Дело в том, что Швеция вчистую проиграла войну 1788-1790 годов. Она проиграла все сражения линейных флотов, она не смогла ничего добиться с помощью качественно превосходящего русский гребного флота. Это же просто... обидно. И поэтому с такой радостью шведы ухватились за второй Роченсальм. Вот! Вот она - спасительная победа! Вот где шведский ордунг анд элан показал гадким русским варварам, что еще Свенска не сгинела!
И очень хреново, что у нас эту байку не перестают повторять. До сих пор.
e6c68fb823ccbc51aa73fd14edb9ecda6fa976b7

Via

Saygo
"Россия вполне может напомнить нам, как когда-то мы учили французов строить военные корабли, пока они не переросли нас, и на стали нас учить, как эти корабли применять".

Даниэль Дефо, 1705 год.

Уже через 13 лет, в 1718 году, Джеймс Джеффрис (Казначей флота) жаловался: "Реформы его (Петра) в судостроении, произведенные, кстати, с помощью английских кораблестроителей, таковы, что любой моряк не поверил бы, как они вообще возможны у нации, прежде так сторонившейся моря".

Via

Saygo
Читаю тут статью Ника Маттинли (Mattingly) "Natural knowledge and sea power : the cultivation of hemp in the British imperial world" и тихо смеюсь.
Собственно, про пеньковую интригу Петра я уже рассказывал. Русская пенька пришлась Совету по Флоту ко двору и он всеми руками и ногами держался только за нее. Но, блин... На дворе не какие-то лохматые 1500-е, а уже 1700-е, меркантилизм, протекционизм, все дела. Да и за океаном парни из колоний тоже хотят денежку и кушать. И далее цитата:

"Падение цен на табак (1760-е) заставило плантаторов Виргинии и Каролины искать альтернативные источники заработка, и они решили выращивать коноплю и поставлять пеньку на местные канатные заводы. Так, Южная Каролина, согласно отчету лорда Шеффилда, в 1765 году произвела до 5 тонн пеньки, и естественно, британский Совет по Торговле усердно сватал морякам каролинскую пеньку в качестве альтернативы русской, поскольку в Совете преобладали сторонники меркантилизма (плюс, в скобках заметим, часть членов Совета щедро получила на лапу от плантаторов Юга). Однако Совет по Флоту после изучения каролинской пеньки не проявил к этому делу энтузиазма. Третий Лорд Адмиралтейства в своем отчете четко и без прикрас написал, что американская пенька "гниет от любой воды, прозрачная и непрочная (bright and clean)", и русский продукт превосходит североамериканский по всем параметрам.
Кроме того, писал Третий Лорд - в 1770 году Каролина экспортировала всего 4 тонны пеньки. Из Балтики мы привезли 18 тысяч тонн. Небольшая разница, правда? Даже повышение производства пеньки в Каролине и Вирджинии до 27 тонн в год (1775-й) было статистической погрешностью на фоне вала продукта, идущего из России. Поэтому вся каролинская и вирджинская пенька чаще всего продавалась в Бостоне и Филадельфии. Для собственных нужд. Ну а далее началась война за Независимость и об американской пеньке забыли всерьез и надолго."


Ну и данные из другой статьи (Artur Attman "The Russian market in world trade, 1500–1860"), по десятилетиям. Российский экспорт пеньки:
1711-1720 г.г. - на 625 тысяч риксдалеров.
1721-1730 г.г. - на 1 млн. 381 тыс. риксдалеров
1741-1750 г.г. - на 1 млн. 608 тыс. риксдалеров.
Ну и для примера возьмем конец века.
1781-1790 г.г. - на 3 млн. 341 тыс. риксдаллеров.
Кстати, русская (и не только, американская тоже) пенька на экспорт измерялась в shippounds - корабельных фунтах. Это чисто балтийская мера веса, равная примерно 340-380 обычных английских фунтов. Шиппаунд - это 20 лиспаундов (lispound), лиспаунд равен 17-19 фунтам. В разных странах по разному. Россия пользовалась датским значением - то есть 17 фунтов лиспаунд, соответственно - 340 - шиппаунд.

sailboat-1874138_960_720.jpg

Via

Saygo
Из отчетов III Отделения, 1827 год:

"Приходя в соприкосновение с казенными крестьянами и живя с согласия своих господ в городах, крепостные невольно учатся ценить те преимущества, коими пользуются свободные сословия. Надо заметить, что всякий крепостной, которому удалось своим трудом скопить несколько тысяч рублей, употребляет их прежде всего на то, чтобы купить себе свободу. Они хорошо знают, что во всей России только народ-победитель, русские крестьяне, находятся в состоянии рабства; все остальные: финны, татары, эсты, латыши, мордва, чуваши и т. д.- свободны. Среди крестьян встречаешь путешественников, которые говорят им о их положении; сельские священники также им его разъясняют. Доктрины многих сектантов заставляют их почувствовать свое положение, и убежища этих самых сектантов (скиты раскольнические) могут быть рассматриваемы в этом отношении как якобинские клубы. Кроме того шатающиеся по кабакам мелкие чиновники, в особенности выгнанные за дурное поведение, распространяют пагубные идеи среди крепостных, главари и подстрекатели коих находятся среди барской челяди. Среди крестьян циркулирует несколько пророчеств и предсказаний: они ждут своего освободителя, как евреи своего мессию, и дали ему имя Метелкина. Они говорят между собой: «Пугачев попугал господ, а Метелкин пометет их». В начале каждого нового царствования мы видим бунты, потому что народные страсти не довольствуются желаниями и надеждами. Так как из этого сословия мы вербуем своих солдат, оно, пожалуй, заслуживает особого внимания со стороны правительства…"

Крестьянское движение 1827-1869. Вып. I. Под ред. Е. А. Мороховца. М.-Л., 1931, стр. 9.

Via

Saygo
Вообще история Испании и интереснее и сложнее, чем то, что нам рассказывают в учебниках. Вот например мавры в Испании.
Карл V при вступлении на престол выступил в 1519 году перед кортесами в Сарагосе, где поклялся под присягою не трогать мавров Арагона и Валенсии, и не внедрять среди них насильно христианскую веру. Арагонских и валенсийских землевладельцев тоже можно понять - сидят на земле люди, арендаторы, производят ништяки, своевременно платят подати и арендную плату, так на фиг что-то менять? Более того - поскольку они, сука, мавры, то платят налогов раза в полтора больше чем христиане. Всех все устраивает.
Ах да, пеночка. Дворяне специально довольно часто поддерживали ненависть между мусульманами и христианами, чтобы те не могли сговориться между собой о твердых ценах на ту или иную работу. Другими словами, мусульмане часто выступали в роли штрейхбрейкеров, если христиане отказывались от того или иного вида работ за уменьшенную плату.
Но вот в 1521 году начались Итальянские войны. Несмотря на серебро Индий денег Карлу начало не хватать. И он решил поднять налоги. Не только в своем королевском домене - Кастилии, но и в других частях страны. И в 1522 году началось восстание в Валенсии. Которое начали христиане, простой люд. Началось оно по самой простой причине - для борьбы с берберийскими пиратами Карл ввел повинность среди христиан, чтобы комплектовать мобилизованными пехоту и флот. Мол, "комсомольцы, на флот!". При этом мавров не трогали, ибо сомневались в их лояльности. Типа, этих не мобилизуем, пусть себе работают, деньгу платят.
В общем, повышение налогов вкупе с рекрутской повинностью привело к восстанию в 1522 году. Цитата: "Мятежники были почти все люди из народа, питавшие величайшую ненависть к дворянам, а особенно к сеньорам, пользовавшимся некоторой властью над жителями. Повстанцы старались причинить им как можно больше ущерба. Они знали, что для сеньоров будет огромным бедствием, если сделают их мавров-вассалов христианами, так как различие в религии обязывало мавров уплачивать своим сеньорам более обременительные повинности, чем платили лица христианского вероисповедания.
Вследствие этого повстанцы заставляли креститься всех мавров, попадавших к ним в руки; таким способом было крещено более шестнадцати тысяч. Так как насилие более, чем убеждение, принимало участие в этой перемене, они не замедлили вернуться к своему прежнему верованию. Император велел казнить главных вожаков восстания. Много мавров (которых эта суровость заставила опасаться подобного же обращения с ними) уехало из Испании и удалилось в королевство Алжирское, так что в 1523 году более пяти тысяч домов осталось без жителей"

Почему крестили насильно - в общем-то понятно, теперь мавр становился христианином и его теперь тоже касались указы о вербовке на флот и увеличение налогов.
Был у восставших и религиозный подтекст - агерманаты (самоназвание) верили в братство всех христианских народов, и что обращение всех мусульман наверняка спасло бы как их души, так и души их детей.
В общем, в 1525 году в Валенсию ввели войска. Как раз, когда пошла ответочка от мавров, и понятно, почему: "белые придут - грабють, красные придут - грабють, и куды бедному крестьянину податься?". Кроме того, Совет Валенсии, рассмотрев обстоятельства крещения мавров принял решение - нехай будут христианами, бо на крещение пошли добровольно. Тут мавров подорвало неслабо - ни хрена себе добровольно - выбор был - либо голову топором снесут, либо иди крестись. И без малого 16 тысяч человек таким образом крестили ведь.
Карл V особым милосердием не отличался, и приказал валенсийской и арагонской милиции мавров помножить на ноль. Однако... тут как раз сыграли мотивы, о которых я говорил выше. Войска были из местных, чаще всего - мелкие дворянчики, у которых эти самые мавры арендуют землю, платят повышенные налоги. Зачем уничтожать куриц, несущих золотые яйца? Ах да, когда король налоги поднял, он призывал дворян налоги у своих арендаторов не поднимать, а самим тряхнуть мошной, оставив себе меньше дохода. Как вы думаете, дворяне это выполнили? Ага, как же! Естественно, вся дельта упала на арендаторов и крепостных. Ибо любой дворянин затянуть пояса был не готов.
В общем, армия продолжала объедать мавров, а вот с репрессиями как-то затягивалось, пытались мавров утихомирить добрым словом, чтобы вернулись к работам и продолжали платить денежку. Наконец Карлу это надоело. Цитата: "Раздраженный этим, Карл V убедил себя, что не следует терпеть мавров в государстве, и попросил папу освободить его от присяги, данной на собрании кортесов в Сарагосе. Папа сначала ответил, что подобная уступка будет скандалом. Император настаивал, и она была ему дана 12 марта 1524 года. Папа только обязал его своим отдельным бреве поручить инквизиторам ускорить обращение мавров, объявив им, что в случае отказа перейти в христианскую веру их обяжут выехать из королевства под страхом быть обращенными в пожизненное рабство. Они подпадут под исполнение этой угрозы, если пропустят предоставленный им срок, не крестившись или не выехав из Испании."
И в результате император, плюнув на все клятвы, прислал в Валенсию 4000 солдат-немцев, ландскнехтов (кстати, немцы по испански звучат классно - tudescos (Тадеско) - сам чуть не поймался на эту удочку). Этим, как все понимают, было по фиг на все политесы, и в результате они вырезали от 5 до 6 тысяч мавров. Остальные в ужасе бежали. Чаще всего - на берберийский берег, к пиратам.
Понял Карл, что совершил ошибку, лишь в 1528 году, когда все участники бучи были помилованы, но было уже поздно.
Кстати, после этой резни 1525 года ненависть Берберийского Берега к испанцам стала просто иррациональной. Вернее не иррациональной, а кровной. Именно поэтому стороны дрались в полным ожесточением - мавры знали, что в случае поражения их не пощадят. Испанцы знали, что в случае поражения их ждет мучительная смерть. Теперь главным было слово "месть".


Via

Saygo

С началом Тридцатилетки голландцы, англичане и французы начали селиться на пустых островах Карибского моря и заниматься пиратством и контрабандой в испанских колониях в Америке. Впрочем, ничего нового. Это прежде всего необитаемые острова в заливе Фонсека, а так же Сент-Киттс, Барбадос, Сан-Андерс, Кюросао и Тобаго. На Барбадосе высадилось до 1700 англичан под началом Томаса Уорнера, на Сент-Киттс - 500 головорезов Пьера д'Эснамбука. Первое, что сделали англичане и французы - это уничтожили индейцев-карибов на островах. Ибо во-первых, скучно же, а во-вторых, карибы тяготели к испанцам. Далее последовали захваты Невиса и Синт-Эстатиуса. В общем, для Испании это стало большой проблемой, потому как под угрозой стал вывоз серебра из Перу и Картахены. И в 1629 году к побережью Америки была направлена эскадра из 17 галеонов под началом дона Фадрике де Толедо. Авангардом командовал дон Антонио де Окендо, арьергардом - дон Мартин де Вальдесилья.
Испанцы пребывали на Антильские острова по частям, и первые два галеона были атакованы восемью неизвестными судами. Однако пираты жестоко просчитались - это были не торговцы, а военные, и потерпев жестокий урон пираты предпочли скрыться. В сентябре все корабли прибыли в Карибское поре, и 17 сентября началась высадка на острове Невис. Десять пиратских судов были захвачены, а в живых остались только двое пиратов, остальных просто поубивали.
Далее настал черед Сент-Киттса, где англичане выстроили сильный форт Чарльз с 22 орудиями и 9 мелкими пушками (перьерами). Кроме того, французы имели еще три форта - Шарль, Басс-Терре и Ришелье, 11, 9 и 14 орудий соответственно.
Опять десанты испанцев, которые атакой взяли Басс-Терре, там погиб французский начальник форта, сами французы бежали в джунгли. Потом атака Шарля с тем же результатом. Форт Ришелье, видя такое развитие событий, предпочел сдаться без боя, так же как и английский форт Чарльз. По итогу испанцы взяли в качестве трофеев 129 орудий (считая пушки и с кораблей), 46 перьеров, и до 1350 единиц ручного огнестрельного оружия. 2300 пленных были доставлены в Англию и Францию при условии, что их правительства компенсируют испанцам издержки на экспедицию. И самое смешное - Лондон и Париж - деньги реально возместили.
Ну а испанский флот взял курс на Порто-Белло, где взял под охрану Серебряный Флот и сопроводил его в Кадис. Серебро и корабли пришли в Испанию 1 августа 1630 года.
К сожалению, это была разовая акция. На следующий год англичане и французы вернулись в Карибское море, начали обживать Антигуа, Барбадос, Монтсеррат, и т.д. В 1632 году Окендо повторил поход Толедо, но его успехи тоже были половинчатыми. Сил, которые был можно было постоянно держать в Карибском море, у Испании просто не было, флот был буквально нарасхват в Европе и в Азии, кораблей и экипажей не хватало. Кстати, в 1631 году испанский адмирал Бенито Ариас Монтано имея под рукой 40 испанцев и 117 индейцев атаковал на пирогах и захватил два французских корабля с грузом серебра на 30 тысяч пессо. Примечательно место действия - некий островок Тортуга, где водилось много черепах.
На у в 1633 году была проведена спецоперация против острова Сен-Мартен. Эскадра из 55 кораблей (24 галеона и 5 фалькат в составе - фалькаты - это парусно-гребные суда с мощным вооружением) уничтожили 12 голландских кораблей и взяли после ожесточенной осады форт ван Кампен (по имени начальника голландцев). Несмотря на то, что его защищали всего-то 300 человек (испанский десант составлял 1300 человек), расположен он был по типу Гибралтара - позиция просто не берущаяся. Тем не менее испанцы сделали три попытки штурма, и потери защитников были столь велики, что они предпочли почетно капитулировать. Домой отплыли лишь 70 человек, которые остались в живых.

ataque-isla-san-cristobal.jpg


Via

Saygo
Прослушал первые 25 минут, насчитал с десяток крупных ошибок. Уже не знаю, есть смысл слушать дальше?....
И опять сказки про то, что Испания с Фландрии имела чуть ли не половину бюджета.. Мать, я устал уже это постить!

Доход с Нидерландов в 1520-е составлял 360 тыс. дукатов в год, иногда дотягивая аж до 520 тыс. дукатов (Фландрия - 240 тыс. дукатов, Брабант - 200 тыс. дукатов, Голландия - 80 тыс. дукатов).
И для сравнения:
Стоимость обеспечения армии во Фландрии ДО МЯТЕЖА - 1.1 млн дукатов
Первые годы ПОСЛЕ мятежа - 1.83 млн. дукатов.
Общий доход Испании в среднем - 7,6 млн дукатов (мог просесть до 5 миллионов, мог увеличиться до 12, здесь именно средняя цифра).


Данные из James D. Tracy "Emperor Charles V, Impresario of War: Campaign Strategy, International Finance, and Domestic Politics "

Эти данные вполне бьются с данными, приведенными уважаемым antoin.
По пунктам при Филиппе II общая сводка доходов выглядела так: За период 1555-1596 (Drelichman & Voth):
1) налог с продаж - 85 628 000 дукатов;
2) таможенные сборы - 38 155 000;
3) платежи за монополии - 23 900 000;
4) прямые налоги - 17 993 000;
5) millones - 8 018 000;
6) церковные взносы - 41 383 000;
7) конфискации - 7 407 000;
8) доходы от Индий - 56 622 000.
Всего 279 094 000 дукатов. (То есть по 6.8 млн. дукатов в год в среднем)
https://antoin.livejournal.com/878448.html
Первая циферка - это конечно же алькабала, НО... Теперь вспоминаем, когда она была введена во Фландрии. Вспомнили? Правильно, при герцоге Альбе! То есть в основной доход Фландрия до 1566 года не вносила вообще ничего. Ноль. Зеро.
Это своего рода маркер, по которому можно узнать, насколько человек владеет темой о причинах,приведших к Нидерландской революции.
И да, говоря про первую АГВ не сказать о роли личности в истории (Кромвель) - это пять с плюсом. По идее, если бы сэр Оливер не разозлился, воевать было бы не зачем. Идея фикс сэра Оливера - это союз протестантских стран против католиков. Голландии предложили вступить в такой союз на правах младшего брата, и очень обиделись, когда голландцы англичан с таким предложением просто послали. Собственно вся война и шла ради того, чтобы Голландия изменила свое решение. И самое смешное, что даже победив Голландию, ее не смогли склонить к вступлению в этот союз.
Разбирать можно долго и много, но... стоит ли?...
И опять - тема заявлена одна, а говорят аж чуть ли не про Наполеона. Какое отношение он имеет к англо-голландским войнам? Если только к четвертой, да и то - кем от тогда был? Слушателем артиллерийских курсов?....



Via

Saygo
Как всем известно, Испания вообще не интересовалась Восточным вопросом и не участвовала в Крымской войне, тем не менее позиция ее с самого начала конфликта была протурецкой. Прежде всего потому, что царь Николай I не признавал королеву Изабеллу II законным правителем. Да и было от чего – дело в том, что наследовать королю Фердинанду VII должен был его брат Карл, знаменитый нам по роману Дюма «Граф Монте-Кристо» дон Карлос. Но дон Карлос был реакционер и ретороград, и в результате король, узнав о беременности своей жены, Марии-Кристины, издал Прагматическую санкцию, согласно которой родившийся ребенок, независимо от пола, становился правителем Испании. Все бы ничего, и на признание этого документа Россия скорее бы всего согласилась, однако в 1832 году тяжко заболевший Фердинанд подписал указ об отмене Прагматической санкции. Потом королю стало лучше, и он опять изменил свое решение, на этот раз подтвердив Прагматическую санкцию. Дон Карлос отказался признавать ее, был арестован и отправлен в ссылку в Лиссабон. Таким образом после смерти Фердинанда в 1834 году правительницей Испании в обход дона Карлоса стала двухлетняя Изабелла.
В этой ситуации Николай I как поборник законов и обычаев был на стороне дона Карлоса, и действительно не считал Изабеллу законной королевой, а лишь самозванкой на троне, что и обусловило в 1830-50-е годы позицию Испании относительно России: "а баба-яга против".

Via

Saygo

А была ли альтернатива действиям России на 1875 год? Как ни странно - да. И предлагал это граф Игнатьев.
Итак, напомню, Австрия хочет Боснию и Герцоговину, там началось восстание славян, вмешались в кризис Турция и Сербия. Султан, чтобы предотвратить вмешательство в конфликт великих держав, предложил славянам очень большие послабления.
И далее граф Игнатьев предлагает султану встречу в Петербурге с Александром Вторым. По факту русский царь после переговоров становится гарантом реформ в Турции и имеет право защищать христиан, если турки начнут что-то делать не так.
Александр по совету Горчакова отказался. А давайте представим, что нет? Получается интересная картина. Австрия не получит желаемого, и побоится выступить без поддержки великих держав. Англия на тот момент ведет политику невмешательства. Германии плевать на Балканы, и данные переговоры явно не сведут Россию и Австрию в войне, и поэтому канцлер отнесется к договоренностям индифирентно. Францию можно вообще не учитывать.
Ну а Россия одним простым действием получит влияние вообще на все Балканы и по сути подчинит турецкую политику русской. То есть воссоздастся ситуация 1833 года.
При этом не надо тратить почти миллиард рублей и жизни сотен тысяч солдат.
Как-то так.


Via

Saygo

Проблема Балкан в XIX веке – это не проблема самоопределения наций, это конфликт интересов великих держав, а именно – России, Турции, Австрии, Англии и Франции. Понятно, что такому большому количеству игроков было весьма сложно договориться друг с другом, поэтому каждый Балканский кризис грозил перерасти в войну больших государств.
Собственно, в Вене это хорошо понимали.
Тут надо отметить, что для Австро-Венгрии после того, как ее выкинули из Италии и Германии, вопрос дележа Балкан составлял первостепенное значение. Это было единственное направление экспансии, которое Вена могла себе позволить. И начала Вена с... ослабления итальянского элемента в Далмации и Истрии, и с усиления хорватского элемента. В принципе, довольно удачно. И опять - читаешь, и как будто сводки из сегодняшних газет. В 1872 году в Далмации был запрещен итальянский язык. Теперь основными языками провинции стали немецкий и хорватский. На тот момент 69% жителей говорили на итальянском. К 1883 году иатльяский язык был полностью заменен хорватским.
Но мы с вами не об этом.
В 1874 году Франц-Иосиф совершил так называемый Далматинский тур, где были приняты депутаты Боснии и Герцоговины, которые умоляли императора избавить их от власти турок и принять под свою ласковую австрийскую руку. Дело даже не в том, была это постановка или нет, а в том, что именно в этот момент стало ясно, куда будет направлена экспансия Австро-Венгрии.
В том же Габсбурги в 1874 году заключили торговые соглашения с Румынией и Сербией, а так же хотели присоединить к себе Боснию и Герцеговину. И одновременно присоединения новых территорий опасались. Министр иностранных дел Австро-Венгрии, граф Дьюла Андраши говорил: «Мадьярская ладья переполнена богатством, всякий новый груз, будь то золото, будь то грязь, может ее только опрокинуть». Опасались не столько славянского элемента, сколько реакции других партнеров по Балканам – пример Крымской войны страшил всех.
Но как быть, когда экспансии хочется, а последствий, подобных Крымской нет?
И тут начинается большая игра, по другому и не скажешь, с Россией. Для начала, в 1875 году в Боснии и Герцоговине началось восстание против турецких сборщиков податей. Понятно, что турки и сами немало набедокурили, но герцоговинцам - тайно - была обещана австрийская помощь. Однако, как вы знаете, "а подмога не пришла, подкрепленье не прислали". Естественно, на втором этапе в войну влезла Сербия. Которую просто разбили. Размазали. Но... за Сербию конечно же вступилась Россия, и дело покатилось к очередной русско-турецкой войне.
При этом Австрия остается нейтральной, но понимает, что для России ее позиция крайне важна. И естественно Александр II и Горчаков едут договариваться в Вену, при этом проведя консультации с Бисмарком.
В результате в Шенбурне стороны договариваются о том, что Австро-Венгрия будет нейтральна во время войны, но за это ей позволят оккупировать Боснию и Герцоговину. То есть ловкие товарищи, играя вторым номером, без аналога Крымской получат то, что хотели изначально. Основные жертвы и основные траты понесет Россия, она же навлечет на себя противостояние с Англией.
Россия начинает войну, к зиме 1877-1878 годов она ее безоговорочно выигрывает, и далее... согласовывается Сан-Стефанский договор. В котором вместо аннексии Боснии и Герцоговины Австро-Венгрией прописывается какая-то непонятная автономия провинций. В принципе, Вену можно понять. Русские договорились перед войной об одном, а в результате на ходу переобулись и решили совсем другое. Естественно, реакция Вены была очень жесткой. Австро-Венгрия теперь была против оккупации русскими Болгарии, и против взятия русскими Константинополя. И естественно же, она пошла на переговоры с Англией. Требуя за поддержку Веной Лондона... конечно же Боснию и Герцоговину! На что англичане с радостью согласились.
Русские, понимая, что сильно сглупили, посылают в Вену графа Игнатьева, которому Андраши выдвигает ультиматум, в случае принятия которого Австро-Венгрия готова следовать предвоенным договоренностям. Естественно, жесткий:
– Австро Венгрия занимает Боснию, Герцеговину с учетом ее южных округов;
– граница Черногории изменяется так, что она лишается выхода на побережье Адриатики;
– территориальные приобретения Сербии со стороны Боснии и Старой Сербии сокращаются, взамен она получает от турок Вранью и Тырновац;
– из состава Болгарии исключается Македония, а южная болгарская граница отодвигается от Адрианополя;
– срок оккупации Болгарии русскими войсками сокращается с двух лет до шести месяцев.

Заметьте, ни слова о Константинополе и проливах! А ведь это ключевой вопрос и согласно нашим понятиям, и согласно предвоенным договоренностям.
Но нет, Россия не может поступиться принципами и этот ультиматум отвергает. Результат - Берлинский конгресс. Где Австро-Венгрия получила право на оккупацию Боснии и Герцеговины. Причем, согласны с этим все страны-подписанты.
Еще раз - начни Австро-Венгрия войну за Боснию и Герцоговину в 1874 году - против нее скорее всего образовалась бы коалиция держав, включая как минимум Италию, Англию, Сербию, возможно - и Россию с Турцией. Вена же сыграла вторым номером, и в 1878 году великие державы просто упрашивали ее забрать себе Боснию и Герцоговину.
Лично я считаю, что в тот момент на дипломатическом поле нас сделали просто вчистую. Оказалось, что русская армия своими жизнями и Россия своими золотыми рублями обеспечила Австро-Венгрии аннексию Боснии и Герцоговины.
И вишенка на торт. В отношении проливов Босфор и Дарданеллы конгресс подтвердил их режим, установленный Парижским договором 1856 года и Лондонской конвенцией 1871 года.
Как-то так.

871px-Die_Gartenlaube_%281872%29_b_697.j


Via

Saygo

Во первых, благодарю finnian_light за поправку, действительно князья перепутаны, в 1802—1806 Мурузи был господарем Молдавского княжества, а Ипсиланти - Валашского. Но хотел бы о другом. Я недаром привел ссылку на Вархэд, где название прям кричит - зачем мы воевали с Турцией? До Екатерины причины войн действительно ясны и понятны, вообще проблем нет. Понятно было, что Крымское ханство и Северный Кавказ, живущие набеговыми экономиками, по любому должны уйти, Боливар не вынесет двоих. Либо мы, либо они.
А вот дальше...
Давайте начну с цитаты, где выделю на мой взгляд самое интересное болдом. И. Дзюба, предлагая взглянуть на события Кавказской войны XIX в. через восприятие известных российских писателей-современников, отмечает обратную сторону проблемы присоединения к империи: «В европоцентрической модели цивилизации самобытная культура горцев, имевшая древние корни и традицию, представлялась бесперспективной, рудиментом патриархального состояния, обреченной уступить место принесенному извне прогрессу. Субъектом цивилизирования должна была стать Россия, и Пушкина тревожило лишь одно: чтобы способы цивилизирования были помягче... Лермонтову пришлось восстать против стойких предубеждений и представлений своего общества и своей офицерско-дворянской касты и представить Кавказ как арену исторической драмы, превращенный в грандиозную бойню, место удовлетворения тщеславий, высвобождения атавистических инстинктов, добычи чинов, орденов, пенсий, карьер, богатств... Лев Толстой снял экзото-романтизирующий визию Кавказа, дал в контексте мирообъясняю-щих поисков личности суровую реалистическую картину столкновения двух сил, стихийно-автохтонной и государственнонаправленной, жуткую конкретность уничтожения целого самобытного мира».
Собственно, тут причина двойственная.
1. Мы помним, как пришел к власти Александр I. Понятно, что заговорщики наверняка хотели им крутить/вертеть, и сделать из него опереточного правителя. Соответственно, как можно избавиться от "революционной ситуации" в столице? Да война! Война же! Тогда он уже не марионетка, а спаситель отечества, тем более, что коней на переправе не меняют.
Кстати, война со Швецией за Финляндию была начата по такому же принципу - после Тильзита "властитель слабый и лукавый" сильно опасался, что из загашников вынут табакерку, коей уконтрапупили его папашу. Выход был найден только в войне, "маленькой и победоносной".
Ради интереса посмотрите на реальную власть Александра I после 1815 года. То есть когда мир-дружба-жвачка, авторитет царя вроде непререкаемый, победитель Наполеона все-таки, а... заговоры плетутся на раз-два.
2. Как мы с вами говорили в теме о крепостном праве - 90% "класса паразитов" - у нас просто нищеброды с одной разваливающейся деревенькой. А денег хочется. И в люди тоже выбиться хочется. Самый простой вариант - война. На войне можно отличиться, попрет карьерный рост, денег дадут или земельки, все одно - выбиваемся в люди.
Так вот, на мой взгляд, война 1806-1812 года, так же как и война 1853 года (про 1829 мало знаю) - они не объясняются внешнеполитически ничем. Вообще ничем. Хотя эти причины есть, и они озвучиваются. Но вот реально, неужели можно предположить, что та же Крымская началась из-за ключей к Храму Христа Господня? Нет, конечно. Началась она из-за ввода русских войск в Дунайские Княжества. То есть хотели войны маленькой и победоносной, а получили....
И гораздо больше причины этих войн объясняются внутриполитической ситуацией в России и той вертикалью власти, которая сложилась.
Война 1877-1878 года здесь стоит особняком, но тут сразу можно сказать - австрийцы шикарны! Мастер-класс по дипломатии. Вообще, чем больше узнаю про этих парней из Тироля, тем больше восхищаюсь их сметке и рациональности.
Но об этом может быть в другой раз.

1482183482_battle_of_athos_1807.jpg


Via

Saygo

Я уже приводил как-то эту цитату из Пальмерстона:
Palmerston's criticism was indeed not lacking in fact:
"the Russian Government has always had two strings to its bow-moderate language and disinterested professions at Petersburg and at London; active aggression by its agents on the scene of operations. If the aggressions succeed locally, the Petersburg Government adopts them as a fait accompli which it did not intend, but cannot, in honour, recede from. If the local agents fail, they are disavowed and recalled, and the language previously held is appealed to as a proof that the agents have overstepped their instructions."

Ссылка на Letter to Clarendon, May 22, I853. E. Ashley, Life of Palmerstonz (1London, I876), II. 273.

Сама статья The Diplomatic Preliminaries of the Crimean War
Author(s): Bernadotte E. Schmitt.

И вспомнить ее меня заставила вот эта статья. Понимаете ли, в чем проблема...
Ладно, давайте поясню на примере.
Итак, что про начало очередной русско-турецкой войны пишет тот же Зайончковский? Читаем: "В начале XIX в. Россия, в составе коалиции европейских государств, увлечена была борьбой с Наполеоном. Как дальновидный и искусный политик, Наполеон стремился ослабить Россию, в которой видел самого опасного для себя противника, и прилагал все усилия, чтобы нарушить ее мирные отношения с Турцией. Блестящая аустерлицкая победа возвысила престиж Наполеона и поколебала политическое значение его врагов. Считая Россию ослабленной борьбой с Наполеоном, Турция в 1806 г. резко изменяет курс своей политики. Мечтая о возвращении Крыма и черноморских земель, Турция спешно готовится к новой войне с Россией, не скрывая уже своих явно враждебных замыслов. Император Александр I, увлеченный борьбой с Наполеоном, понимал всю несвоевременность для России новой войны с Турцией. Однако после безрезультатных попыток заставить Турцию исполнять свои обязательства, вытекавшие из ранее заключенных мирных договоров, Александр I должен был нарушить мир. Осенью 1806 г., спасая на Висле Пруссию от окончательного разгрома ее Наполеоном, Россия одновременно вынуждена была для защиты своих нарушенных интересов втянуться в долгую и упорную борьбу на южном фронте."
То есть что мы видим в данном фрагменте? Русские схватились на Наполеоном, проиграли несколько раз, и турки подлейше готовят удар в спину. И токмо ради спасения и обороны Отечества Российского царь Александр I начинает войну с Турцией.
Если же почитать, что было в реальности, то... очень некрасиво получается. По крайней мере реальная история вообще не соответствует изложенному. Итак, два княжества - Валахия и Молдавия. Валахию возглавляет князь Александр Мурузи, бывший драгоман Селима III. Настроен к Порте лояльно, проводит реформы, развивает производство, но... проблема в том что экономически Валахия тяготеет к Австрии, у местных бояр на Австрию завязан весь бизнес. В результате - восстания, жестко подавляемые Мурузи, недовольство, ожидание удара в спину от боярской верхушки.
Хочет объединения двух румынских княжеств под своим началом при протекторате Порты.
Молдавия, правитель - князь Константин Ипсиланти. Настроен строго прорусски и антифранцузски. Деньгами швыряется направо и налево, хочет объединения румынских княжеств под своим началом при протекторате России. Через Молдову русские агенты следуют в Сербию, Болгарию, Грецию, и т.д., где организуют схроны с оружием, входят в контакт с недовольными и т.д.
В общем, к 1805 году такой беспредел в Княжествах султану порядком надоел. И Ипсиланти лишают трона. Ипсиланти бежит в Питер, и в начале 1806 года возвращается к границам Молдавии при 20-тысячной русской армии.
Османы, чтобы не злить русских, убирают с поста князя Валахии и протурецки настроенного Мурузи, однако... Александр I предъявляет туркам ноту, где высказывает, что согласно положениям Ясского мира Порта не может назначать и снимать князей Молдавии и Валахии без согласования с Россией. И вводит войска в Молдавию, где сажает обратно на трон Ипсиланти.
Не кажется ли вам, что с учетом вышесказанного проблема не в нашей войне с Наполеоном и не в подлых турках, а... в абсолютно непонятной политике Александра I?

1280px-Alexandru_Moruzi_at_Curtea_Nou%C4


Via

Saygo
Текст этот был написан давно, просто валялся в загашнике с 2016 года. Иногда я его доставал, отряхивал от пыли, читал, и снова клал обратно на полочку, а вот сегодня решил выложить. Почему? Сейчас попробую объяснить.
Текст этот являлся ответом на вот этот пост remi_meisner Крепостники, нацисты и "непрерывность русской истории".
В свое время на этот ответ я хотел забить, но последнее время remi_meisner часть начала появляться у Гоблина и нести в массы "просвещение". И тут я понял, что время выложить текст пришло. Хотя бы в качестве "взгляда со стороны".

Итак, ответ:
По факту, главный призыв Господина Мейснера в данном скэтче - это призыв к началу гражданской войны.
Причем призывает подленько, в стиле попа Гапона. Почему? Да потому что ставить на гражданскую войну есть смысл, когда у класса/группы людей и т.п. есть хотя бы теоретический шанс выиграть. А в предлагаемой альтернативе у крестьянства шансов выиграть нет. Никаких.
Дело тут даже не в численности и не в администрации, а в том, что организация – настоящая организация – это прежде всего уровень образованности, который на 18030-40-е году у крестьянства вообще никакой. По оценкам военного ведомства Российской империи в Крымскую кое-как образованы были (то есть умели писать, читать, считать) были от 3 до 7% призывников. Вот вам реальный срез общества на конкретный период.
Соответственно, организации «крестьянской войны» хватит на что-то типа восстания Пугачева или Разина. Как они закончились – мы с вами знаем.
Кроме того, как известно, начать гражданскую войну несложно, а вот остановить гораздо сложнее. И постигнет ли или нет Мейснера судьба альтернативного Гапона, лично мне неинтересно, просто я знаю, что Гражданская война - это уничтожение не только управленческих связей, но и промышленности, сельского хозяйства и т.п., чего, честно говоря, хотелось бы избежать.
Ну а теперь немного о другом.
На мой взгляд главная проблема России во все времена - доктринерство. То есть мы выбрали одну доктрину, подходящую на данный момент, и держимся ее до последнего. Уже и ситуация изменилась, и доктрина себя исчерпала, но мы упорно держимся за эту доктрину, а любые попытки ее даже просто пересмотреть считаем антигосударственными. В качестве примера отлично подходит как раз крепостное право.
Да, в какой-то момент времени крепостное право помогло сплотить страну и просто увеличить свое население. Эта задача отмерла уже ко времени Екатерины II, поскольку то же Дикое Поле приходилось заселять через задницу - директивно переводя крестьян из одной местности в другую. По идее - вот самый тот момент для отмены крепостного права и восстановление свободы передвижения.
Но нет, у нас же доктрина, "мы не можем поступиться принципами", и в результате к царствованию Николая I уже ЛЮБОЕ решение грозит массовыми смертями, голодом, обрушением экономики и гражданской войной.
При этом 90% "класса паразитов" владеют одной развалившейся деревенькой, и сами по себе нищеброды, поэтому вынуждены служить на госслужбе, чтобы попытаться выбиться с люди. При «революции» (а вернее крестьянской войне) ударит вариант господина Мейснера прежде всего по ним, а не по владельцам многотысячных латифундий - тем как раз гораздо легче все перевести на капиталистические рельсы, ибо они - рыночнее.
Схема же - "все взять и поделить" - вообще не решает проблему товарного производства хлеба. Ибо помещичье хозяйство/колхоз/грандж - это своего рода аккумуляторы зерна, которые имеют запасы на голодный год, имеют излишки, которые можно продать, плюс - это платежеспособные организации, которые могут отдавать кредиты гораздо эффективнее, нежели куча частных лиц.
Именно поэтому я и писал не раз, что я бы на месте альтернативного Николая I/Александра II поступал по американскому образцу, сняв запрет на свободу передвижения, и предложив на неосвоенных землях чуть ли не по 50 десятин на человека и возможность безвозвратной ссуды при условии использования земли по назначению. Плюс - освобождение от налогов на пять лет.
Да, был бы бугурт, но здесь тем же помещикам пришлось бы улучшать условия труда и жизни крестьян, просто чтобы они остались у них, а не ушли на целину. То есть в этом варианте есть шанс обойтись без потрясений.
Господин же Мейснер предлагает сначала все разрушить, пролить реки крови, перераспределить собственность, а потом начать думать - что будем строить? Вот на Украине собственно это мы уже 5-й год в прямом эфире и видим, то есть Мейснер предлагает ровно украинский вариант.
А подумать на самом деле есть над чем.
Лично мое мнение, для меня люди определяются полезностью для государства/общества. Так вот, в случае революционных реформ главная проблема в том, кем заменить правящий класс. На 1830-40-е заменить этих самых "однодворцев" некем. Я бы с удовольствием поставил на их место хоть крестьянина, хоть рабочего, хоть нищего - но НЕТУ ни у одного, ни у второго, ни у третьего даже самого примитивного образования, которое ему поможет выполнять свои функции.
Если же говорить о революции, созревшей в недрах крестьянства, то тут начинает играть роль закон больших цифр – допустим, начали восстание крестьяне образованные, из этих самых образованных 3%, а как быть с бюрократией на местах? Нужны кладовщики, логисты, управленцы, и т.д., которые будут браться из 97% необразованных. С известным результатом.
Я знаю, что навлеку сейчас на себя еще кучу обвинений, но на тот момент наши крестьяне по уровню мышления - Шариковы, оперирующие самыми простейшими понятиями: "все взять и поделить", "хлебушка хошь? А ты станцуй" и т.д.
И вот эти люди будут проводить реформу или устраивать Революцию? Полноте! Их хватит только на бунт, который государство как организованная машина вполне подавит.
Если говорить не о виртуальной реальности господина Мейснера, а об исторической - то большевики оказались умнее. Во-первых, до них уже лет 70 занималось просвещением крестьянства государство и всякие народовольцы/эсеры. Во-вторых, к 1910-м значительной силой стал класс рабочих, их число к 1916 году достигло 4 миллионов человек. В третьих, большевики привлекли к себе на службу и часть спецов старой власти. К примеру, тот же генерал Слащев преподавал на Военных Курсах РККА, а ведь это по понятиям Мейснера - ВРАГ.
Возвращаясь же к ситуации 1830-40-х годов, получается что прежде аграрной реформы нужна была реформа управления, а перед ней – еще и реформа образования. А время уже упущено, причем упущено не Николаем, а его предшественниками. Не в плане, что можно уже и не начинать, а плане, что данные изменения уже произошли в Европах, и мы опять отстаем, находимся в роли догоняющего. Более того, в то же правление Екатерины из-за гораздо меньшего населения эти проблемы можно было совершить безболезненно, в 1830-40-е же приходится выбирать один из путей, на котором жертв будет меньше. То, что они будут - не обсуждается в принципе.
И да, я еще раз говорю - революцию легко начать, но тяжело закончить. Вряд ли Генеральные Штаты, требовавшие равенства сословий, думали, что все выродится сначала в якобинский террор, а потом в империю Наполеона. Вряд ли господа Гучков и Родзянко, смещая царя, думали, что очищают дорогу большевикам и эсерам. И так далее, вплоть до сегодняшней Украины.
То, что Мейснер называет классовой солидарностью/нехваткой яиц у Николая - это трезвый взгляд на ситуацию, и мучительные попытки выхода из нее человека, который вообще царем стал случайно и к этому делу не готовился.
И еще немного о рассуждениях данного товарища, который уже полюбился на довольно популярных ютуб-каналах. По факту Мейснер предлагает предлагает решить проблему перенаселения гражданской войной - то есть поубиваем в гражданской войне кучу народу - выжившим жить получше станет на какое-то время. Это я называю самой примитивной логикой.
А теперь о логике непримитивной. Опять постараюсь изложить просто. Крестьянам, коли их освобождают от крепостного состояния, надо что-то предложить. Промышленности у России на 1830-40-е почти нет, соответственно туда такой массе народа пойти не получится. Европейская часть России перенаселена, значит начнутся самозахваты, поджоги тех же крестьянских хозяйств и т.п., короче "война все против всех". Остается третий вариант - свободные земли. Вот на этом и был смысл сосредоточить усилия.
Власть же у нас, как и всегда (как и сейчас), просто слилась, решив оставить решение насущных проблем «на потом», а «потом» сделала реформу, больше похожую на один из 40 способов Остапа Бендера по отъему денег у населения, ну что-то типа перехода на онлайн-кассы, когда сначала говорили, что вообще будет бесплатная программка на андроиде или иосе, которая на любом мобильнике работает, а потом оказалось, что надо покупать онлайн-кассу, фискальный регистратор, фискальный накопитель, и т.д., то есть получилось обязательное впаривание всякой фигни под угрозой штрафов и административной ответственности. Просто кто-то решил заработать до хрена денег.
Так вот, деньги, полученные от крестьянской реформы, просто… прое…. Все как обычно.


pS2e5rVVerG1j0eD6s9csDD_5DYuAlhXuj8TP3o8

Via

Saygo
Вообще, пребывание Осуны на посту вице-короля Неаполя - это сгусток не только жарких боев, но и дипломатических интриг, которые заткнут за пояс любые фэнтази и исторические сериалы.
Начнем, наверное, с повторения уже когда-то изложенного. Во Фландрии Осуна проштудировал и изучил устройство английского флота, и на Средиземноморье прибыл с твердым убеждением, что господство на море обеспечивают не галеры, а парусные корабли. Понятно, что с его прибытием в Неаполь были заложены сразу несколько галеонов, но когда они еще построятся?... Поэтому осенью 1617 года в Англию был послан купец Александр Роуз с 12 тысячами марок, с задачей нанять 4 или 6 галеонов в Голландии или Англии, которые должны были прибыть в Неаполь (для маскировки) с грузом сушеной рыбы, а далее - вооружены и приняты в состав неаполитанского флота.
Венецианцы, узнав об этом, немедленно отправили своих представителей в Лондон и Гаагу с задачей приложить все усилия, чтобы этот план не был реализован. Посол Венеции во Франции Контарини, прибыв в Лондон, сказал королю Якову, что Венеция бы не поняла, если бы Яков разрешил своим подданным участвовать в подобных делах. В результате Роуз, уже прибывший в Англию, был вызван на Большой Совет и тщательно допрошен. Хотя он сохранил в тайне, что капитаны нанимаемых им судов должны были впоследствии служить Осуне, король, явно что-то подозревая, собрал всех судовладельцев Лондона и Плимута из заставил их поклясться, что они не будут служить в испанском флоте. Король, по совету Контарини, так же предупредил купцов не посылать свои корабли в Неаполь, так как они там могут быть захвачены и взяты на испанскую службу.
Когда в феврале 1618 года Роуз вернулся, Осуна был страшно разочарован. Он попытался действовать через другого английского купца, Гарсета, которому выделил деньги на найм - страшно сказать! - 40 парусных кораблей. Однако Гарсет был пойман в Плимуте, препровожден в Лондон и там казнен, а деньги его конфисковали. Такая суровая мера отпугнула всех английских коммерсантов от возможных выгод сотрудничества с Неаполем, и до конца 1618 года ни один английский корабль не появлялся в итальянских портах. Осуне лишь удалось захватить два мелких английских и три голландских судна, которые были перевооружены и вошли в состав неаполитанского флота.
Понятно, что даже такое количество парусников вызвало резкое осложнение отношений с Венецией, и в результате испанские корабли оказались запертыми в Мессине, тогда как берберийский пират-ренегат Сансон грабил побережье Калабрии фактически безнаказанно.
Что касается Венеции. Уже весной 1617 года она наняла 3200 голландцев и англичан для защиты под командованием Йохана Эрнеста Нассауского. Но... венецианцы решили в какой-то момент сэкономить на наемниках, и начали задерживать им жалование. В результате в январе 1618 года чуть не возник бунт, который был подавлен, а в марте часть наемников пополнила ряды заговорщиков Жака Пьера (см. прошлый пост). Там не менее, ситуация с деньгами у наемников не улучшилась, процветали грабежи, дуэли и полный разброд и шатание.
На море венецианцы, не удовлетворившись своими силами наняли английские и голландские суда (7 английских и 12 голландских кораблей), которые 27 июня прибыли на Корфу. Прибытие этих эскадр сделало Венецию доминирующей силой на Средиземноморье, но... ненадолго. Причиной опять стал денежный вопрос. Венецианцы платили и меньше оговоренного, и не в срок. В результате, примерно 8 кораблей... переманил на свою службу Осуна, который четко выполнял свои обязательства и платил как в элитном банке - день в день. Еще два корабля ушли к пиратам, в Тунис, где нанялись на службу мусульманам. Таким образом, уже к августу 1618 года господство на море перешло к Осуне, что заставило Венецию в январе 1619 подписать с англичанами договор о найме еще 5 английских судов, чтобы как-то противостоять испанцам.
Король Яков, однако, не хотел ссориться ни с Венецией, ни с Испанией. И он ответил отказом.
Был и еще один момент. Вообще ренессанс испанского флота вызвал в Англии неприкрытую тревогу. На начало 1618 года в действующем флоте у англичан оставалось только 6 кораблей - 2 в Дувре, 2 в Плимуте, 2 в Шотландии (Ньюкасл-эпон-Тайн). Офицеры и матросы имели трехгодовую задолженность по зарплате, что вызвало бунт в феврале 1618 года. Остальные корабли (24 единицы), стоящие в Медуэе, просто сгнили.
В общем, Англия начала судорожное корабельное строительство. Испанцы, узнав о такой реакции англичан, отказались от усиления эскадр в Ла-Корунье и Сантандере, и сообщили, что увеличивают численность только средиземноморского флота, понятно дело, что для борьбы с пиратами. Даже пригласили англичан в совместную "охоту за головами", однако те отказались. Причина проста - началась англо-голландская торговая конкуренция, а конкурентные войны выигрываются с пушками гораздо лучше, чем в честной борьбе. Ну и после убийства Кончито Кончини начались до кучи сложности с Францией. Дошло даже до того, что губернатор Нормандских островов получил приказ вооружить все корабли и быть готовым к началу каперской войны против соседей.

В общем, эта вялотекущая война "всех против всех" стала прологом Тридцатилетней войны.

Defenestration.jpg

Via

Saygo

Те, кто читали мои записи по Николаю I, знаю, что царь пытался бороться с коррупцией, но большей частью безуспешно. Причина тут была комплексной (внимание, количество параллелей с нашим временем зашкаливает, особо впечатлительным не читать).
1. Рост чиновничьего аппарата сильно понизил зарплаты чиновников. Так, в каком-нибудь селе или малом городе стандартная зарплата того же исправника составляла 120 рублей в год. Ассигнациями. Зарплата кучера в среднем городе - 401 руб. Писец при министерстве иностранных дел получал почти как кучер - 375 рублей в год. Понятно, что тут два варианта - либо работать на двух работах, либо... воровать.
2. Коррупционные схемы были отлажены донельзя. Вот что например застал Канкрин, став министром финансов: «Новый министр начал с очищения своего ведомства от накопившихся осадков прежнего времени: лихоимства и злоупотреблений. Удаление недостойных чиновников и несколько примеров строгого наказания показали служащим по министерству, что благое гурьевское время миновало безвозвратно. Казенное управление питейным сбором заменено отдаваемым с публичных торгов откупом, и весьма значительное увеличение вследствие этой меры казенного дохода наглядно обнаружило, какие по этой части практиковались злоупотребления. Словом, благодаря Канкрину финансовое дело в России, обеспеченное по возможности от прежнего систематического грабежа».
3. Совершенная непонятка с наказаниями коррупционеров. Лишь с 1845 году было принято уложение о Наказаниях, где воровство делилось на два пункта: а) Мздоимство - это получение какого-либо преимущества путем своего служебного положения и законных действий. И б)- Лихоимство - обогащение путем незаконных действий. В Своде законов Российской империи 372 статья 6 главы 5 раздела 15 тома «О мздоимстве и лихоимстве» гласила, что если тот, кто состоит на службе примет денежную взятку, за какое-либо действие или бездействие по службе, и не вернет этот подарок не более чем через три дня, то с него могли взыскать сумму равную двум полученным взяткам. Также не допускалось и принятие взяток, через кого-то другого. Дети, жены и другие родственники чиновника тоже не могли принимать такие подарки. Лихоимство уже было уголовной статьей со всеми вытекающими - то есть отрешение от должности, взятие под арест, и т.п. Но еще раз - это все начало действовать с 1845 года.
Ну а теперь вопрос. Понятно, что взятки со сцены не сошли, и вообще, традиционно считалось, что если проситель преподносит подарок - это законно. Чиновник имел два варианта - принять подарок или отказаться. Но 99,9% чиновников конечно же не отказывались. Почему?
ЗЫ: там было твердое обоснование, выдвинутое еще губернатором Сибири Пестелем и заявленное им перед ревизорами Сената, и которое сенаторы приняли как смягчающее обстоятельство. Так вот, почему от добровольно поднесенного подарка чиновник не может отказаться?

ОТВЕТ: Правильно ответил chieftain_yu. Чиновник не мог отказаться от добровольно подносимого подарка, потому что это было бы невежливо, НЕ-ВЕЖ-ЛИ-ВО, СУКА!!!! Впервые это заявил Пестель Сенатской комиссии, когда его в коррупции обвинять стали. Мол, как я от подношений откажусь, это же невежливо. Сенаторы подумали, и... согласились)


Via

Saygo

Сразу говорю, что эти (и предыдущие) описания взяты из работы "El Gran Duque de Osuna y su marina" Сезарео Фернандеса Дуро.

О Франсиско де Рибейре я уже немного писал. Вообще это был сын дворянина, чей отец умер, когда ребенку было 4 года. Соответственно оплачивать его обучение оказалось некому и нечем. И парень выбрал военную карьеру. Как у всякого настоящего толедца, характер его был просто взрывным, и естественно, что это принесло неприятности. В Кадисе, будучи сержантом морской пехоты, он крупно поспорил со своим капитаном, вызвал на дуэль и убил. Понятно, что пришлось бежать. Он бежал на Сицилию, где попросился на службу к герцогу Осуне.
На дворе 1615 год, Осуна только что стал вице-королем Сицилии, проблем у него выше крыши, но самая главная - это непрекращающиеся набеги турецких и берберийских пиратов. Галер у Осуны всего 9 штук, и чтобы создать хоть какой-то вменяемый флот, он обратился за помощью к Мальтискому ордену и Флорентийской республике. Вместе они смогли выставить в море 22 галеры, которые под началом дона Педро де Лейвы захватили у побережья Италии 11 карамузалей (caramuzales) и галеру-капитану турка Асана Мариоля. Все бы ничего, но в этот момент появились на горизонте пиратские  берберийские галеры и корабли. В самый неудобный момент, когда стоя как такогового нет, только что прошел бой, непонятки, что делать с призами... На счастье испанцев с другой стороны вдруг появились паруса испанского галеона - небольшого, 36-пушечного. Это и был галеон де Рибейры, которому доверили командование спешно переделанным торговым судном. Из-за спешки команду полностью набрать не успели - в результате под командованием бравого капитана было всего 120 мушкетеров и 80 моряков. У тунисских пиратов же было два парусных судна - 40-пушечное и 36-пушечное, на каждом не менее 300 корсаров. Понятно, что на галеры тунисцы забили, и решили сначала разобраться с парусником, тем более, как казалось, проблемы он не представлял.
Тем не менее бой длился 5 часов, команда Рибейры отбила 6 попыток абордажа, крутясь волчком, начало темнеть, и Рибейра... приказал зажечь топовые и бортовые огни, приглашая тунисцев на еще один абордаж - мол, мы готовы, парни, ждем вас. Корсары, уж на что с сорванной башней, покрутили у виска и решили, что с таким психом воевать не будут. Есть цели и полегче, да и побогаче.
Де Рибейра же взял путь... в Тунис. И дальше начался сюр. В лучах заходящего солнца расчеты береговых батарей не смогли сразу определить, что за судно входит на рейд. Когда корабль приблизился - стал хорошо виден испанский флаг и вымпел герцога Осуны. Берберийцы сначала просто охренели от такой наглости. Меж тем Рибейра вошел в бухту, и начал неторопливо топить там пиратские корабли - сначала сбросили "зажигалку" на 18-пушечную шебеку, потом обстреляли и сожгли 20-пушечного капера. Батареи начали торопливый и неприцельный огонь по испанцу, тот вздрагивал от попаданий, но берегу не отвечал, сосредоточено топя корабли в гавани. Вот двумя залпами под ватерлинию потоплен 37-пушечная фрегата, 19 фламандских судов, стоявших в гавани под арестом, были освобождены, призовыми командами там открыли люки (команды были заперты в трюмах), и вышедшие на волю команды стали торопливо ставить паруса. И далее Рибейра вместе с освобожденными судами и с тремя мелкими призами, которые смог увести, стал уходить к Италии. После боя на его галеоне насчитали 42 попадания. Потери от обоих акций составили 12 человек убитыми и 17 раненными.
Осуна был в восторге, и обратился к королю и Совету с просьбой дать Рибейре звание капитана. Ответ был холодным душем: поскольку Рибейре предписывалось крейсировать в домашних водах, а он нарушил приказ и проследовал с акцией в Тунис, король отказывается награждать моряка, признавая, однако, его смелость, "потому что храбрость поступка уравновешивается нарушением приказа". Осуна, которому нужен был флот, и который создавал этот флот, решил ответ короля проигнорировать. И в 1616 году де Рибейра стал капитаном.

Combate_naval%2C_por_Juan_de_la_Corte.jp


Via

Saygo
Полностью статья тут: https://warspot.ru/14708-krymskaya-voyna-azovskiy-razgrom

25 мая 1855 года англо-французская флотилия вошла в Азовское море. Теоретически на море им должна была противостоять флотилия русских пароходов контр-адмирала Вульфа, только что прибывшая в Бердянск из Керчи. Однако… Вульф предпочёл сжечь и затопить суда, оправдывая свой поступок тем, что они слабо вооружены. Заметим, можно было перебросить пароходы под защиту пушек Арабатской крепости, уйти к заливу Сиваш или в гирло Дона в надежде на перевооружение и последующее противостояние с противником. Но у страха глаза велики. Вульф сжёг и взорвал последние корабли, поэтому англичане и французы в одночасье обрели господство на Азовском море. А дальше началось избиение младенцев. 27 мая пароходы союзников вошли на рейд Бердянска, где методично сожгли все парусные русские корабли, уничтожили склады, устроили пожары в зерно- и рыбохранилищах. Проблема заключалась в том, что у Бердянска не было артиллерии вообще — так же, как и войск. Жителям города оставалось только безучастно смотреть на уничтожение имущества.
28 мая союзники появились под стенами Арабатской крепости. Её вооружение состояло из десяти 24-фунтовых орудий. Для суперновейших пароходов даже такая устаревшая по всем меркам крепость оказалась крепким орешком. Результатом полуторачасовой перестрелки с русскими стали два сорванных со станков орудия крепости и… уход союзников подальше. Когда вокруг много беззащитных лакомых целей, зачем рисковать жизнью в борьбе с вооружённым противником? Тем более два русских ядра попали во французский «Люсифер», а одно — в «Медину», что здорово остудило пыл моряков.
В тот же день союзники подошли к Геническу, где методично уничтожили до 48 русских торговых кораблей, а 29 мая начали обстреливать город ракетами и 24-фунтовыми пушками, установленными на баркасы. Ситуация повторилась. Геническу отвечать на стрельбу союзников было нечем: из артиллерии здесь имелось только шесть 3-фунтовых фальконетов с дальностью стрельбы в 600–700 ярдов (550–640 м). Возглавлявший местный гарнизон Михаил Борисович Лобанов-Ростовский приказал войскам отступить от города. Высадившиеся на берег десантные партии дожгли всё, что не смогли уничтожить пушки и ракеты.

2-bd66f1dbd28150655516f2cc5eecfca8.jpg

Via

Saygo

Вообще герцог Осуна - мой любимый исторический персонаж. Иногда даже кажется, что я его обожаю больше чем Турвилля. И есть за что. Вот вам пример. Итак, в 1611 году он был назначен вице-королем Сицилии. На тот момент в Сицилии творилась полная жё-па - финансовый кризис, деградация производства, и т.д. что отразилось на сицилийских армии и флоте - для защиты острова от турок и берберийских пиратов осталось ровно 9 галер. Проблема была даже не в самих кораблях, а в гребцах, которых просто не было. Что делает Осуна?
Это прекрасно! Он организовывает турнир по... прыжкам в высоту. Кто берет первую высоту - приз - дублон. Вторую высоту - 4 дублона. Третью - 10 дублонов. Естественно народу было тьма, в соревновании участвовали пожалуй все жители Мессины. А теперь - внимание - действо. Естественно за призом сбежались все попрошайки Мессины - эти якобы хромые, слепые, одноногие и т.д., и все они регистрировались для участия. Поэтому сразу после турнира они были схвачены, осуждены за мошенничество (это как ты, хромой, взял первую высоту, если ты хромой? А как ты, слепой, вообще знал, куда бежать, если ты слепой?) и... получили по дублону (за участие в соревнованиях) и по 10 лет на галерах! Бинго!
Кстати, примерно такое же он провернул и в Неаполе, когда стал его наместником в 1616 году. Пустил по городу повозки с серебряными реалами, которые просто стали разбрасывать на улицах. А всех якобы увечных, срочно излечившихся, чтобы поднять денежку, паковали в крытые повозки и отправляли на галеры. Но мы сейчас не об этом. Прибывший в Неаполь Осуна застал очень сложную политическую ситуацию. Дело в том, что Венеция к 1607 году отошла от традиционного союза с Испанией, и стала поддерживать Францию, особенно же дож вредил испанцам в Северной Италии, как раз там, где проходила "дорога жизни" во Фландрию. Неаполю же была нужна поддержка Венеции в борьбе против турок. И герцог начал действовать. Причем - чужими руками.
В Венецию приехал французский авантюрист Жак Пьер, который якобы раскрыл заговор против дожа, но на самом деле его задачей было совершить переворот в республике. Жак Пьер сумел втереться в доверие правительству Венеции, и в середине мая 1618 года чуть не произвел переворот. Помешал этому немного выпивший и разговорившийся в таверне французский солдат удачи Бальдассар Жювен. Потом уже, согласно показаниям Пьера, стали понятны масштабы предприятия - заговорщики в самой Венеции должны были убить дожа и большинство дворян, а герцог Осуна с флотом курсировал бы в это время по соседству, при этом имея легкие барки, специально построенные для перевозки солдат в лагуну. Далее должен был произойти классический захват города в испанском стиле.
Осуна доверил командование десантным соединением английскому авантюристу Роберту Эллиоту. Тот прибыл в Неаполь из Рима, где предлагал Папе галеас собственной разработки, который по уверениям англичанина, эффективно смог бы бороться с берберийскими пиратами на мелководьях.
Так вот, Эллиот, получив по начало 7 бригантин... решил забить на саму Венецию, а немножечко пограбить Венецианские владения в Истрии и поправить свое финансовое положение. Он сделал два рейда, с января по апрель 1618 года, а в начале мая вместо Венеции вообще пошел к Анконе, собирая призы. Добычи он взял на 60 тысяч дукатов, а к Венеции... просто не пошел. Узнав в Анконе о провале заговора. Заговорщики же, захваченные в Венеции, на суде заявили - если бы бригантины Эллиота прибыли вовремя - заговор бы увенчался громким успехом.
Кроме того, осуна смог вовлечь в заговор английского посла в Венеции Уоттона, который предоставил свои апартаменты для ввоза в Венецию авантюристов-иностранцев, которые должны были создать массовые беспорядки во время ежегодного карнавала. Среди них был один шотландский инженер (не знаю, возможно ли такое слово применить к XVII веку), который разработал взрывное устройство, которое должно было сработать при включении фонтана на площади Св. Марка.
30 мая 7 главных заговорщиков были казнены, испанский король открестился от заговора, так же как и герцог Осуна, сваливший все на авантюризм спятивших иностранцев, и формально он был прав - испанцев в заговоре не было. В результате военные действия сошли на нет, а венецианцы резко убавили свою активность в Северной Италии.

Bartolom%C3%A9_Gonz%C3%A1lez_y_Serrano_-


Via

Saygo
Дипломатическая. Стимпанковая. И очень смешная.
Итак, Россия объявила о пунктах Сан-Стефанского договора. Выше уже писал, что в Англии от этого был шок. Собрался кабинет министров, и начал думать думу - что делать-то будем в ответ? После трех часов обсуждения пришли к решению.
Вопрос - к какому?)))
И да, это трэш, ад, и угар, не ищите в нем смысла, но... решение было абсолютно в британских интересах))) Угадать будет сложно)))

Ответ: , Дизраэли предложил «издать декларацию, объявляющую чрезвычайную ситуацию и одновременно отправить экспедицию из Индии для захвата Кипра» (у Турции, естественно). 27 марта 1878 года.
Первым правильно ответил karbyt.

Via

Saygo
Предыстория. Самый разгар русско-турецкой войны, Плевна полностью отрезана, и ясно, что падение ее произойдет вот вот. Ну и запись от 21 октября 1877 года.

"В британском кабинете министров целых шесть партий. Партия войны любой ценой: Харди, Меннэрс, Бич. Партия за объявление войны России, если она дойдет до Константинополя: Кросс, Смит, Кернс. Партия, которая не против занятия русским Константинополя, но за войну, если они оттуда не уйдут: лорд Солсбери. Партия, поддерживающая русскую вечеринку в храме Св. Софии: лорд Карнавон. Партия мира любой ценой: лорд Дерби. И партия, которая примиряет все эти партии: королева и Дизраэли". Оставался еще один член кабинета - Норкот, но там Диззи записал: "этот, полагаю, еще не определился".
Ах да, еще одна запись, и она прекрасна. 4 декабря 1877 года, это уже Дерби: "Оккупация Константинополя русскими не повод для страха, нас она приведет лишь к мелким неприятностям в виде увеличения военного бюджета."
Самое прекрасное произошло 7 февраля 1878 года. В "Морнинг Пост" была опубликована передовица, что русские вышли на окраины Константинополя и турецкая столица захвачена. Началась паника, королева "послала Дерби несколько телеграмм, бессвязных и нервных". Британский кабинет министров послал по телеграфу Франции официальный запрос с предложением послать флот к Проливам, и тут... отлично сработал Бисмарк. Канцлер вызвал французского посла и сообщил ему, что при любом движении французского флота из баз он введет войска в Бельгию и пройдет маршем по Пикардии и Нормандии. Поэтому ответ французского правительства британцам был крайне нервным, смысл его: "разбирайтесь сами и нас в это дерьмо не вмешивайте".

U264526_The-British-Fleet-steaming-up-th

Via

Saygo
Четыре великих компании итальянских купцов были разорены в результате сделок с английскими королями - Риккарди из Лукки при Эдуарде I, Фрескобальди из Флоренции при Эдуарде II и Барди и Перуцци при Эдуарде III.
Две последние упомянутые компании выделили 73 500 фунтов стерлингов Эдуарду I и его преемнику, и, похоже, они выделили не меньше (если учесть их вклад в содержание королевской семьи), чем 359 600 фунтов стерлингов, для Эдуарда III. Это дает общий займ в размере не менее 433 000 фунтов стерлингов английской короне в период между 1290 и 1345 годами только купцами торговых компаний Барди и Перуцци (Флоренция).
Таким образом, есть серьезное основание для следующего заявления: отказ от своих обязательств Эдуардом III Английским "пожалуй основная, если не единственная причина заката одной из величайших республик - Флорентийской республики" ("se non fu fu allora la sola causa per cui decadde la prosperitÀ della repubblica di Firenze, ne fu certamente una delle maggiori") (Эдвард Рассел).

https://www.british-history.ac.uk/manchester-uni/london-lay-subsidy/1332/pp93-135

Это к вопросу о банках и возврате больших долгов.

AjArPf_yjiFuLYS7Jecuy_RCnPAnNPtwrCmmUEhj

Via

Sign in to follow this  
Followers 0