Скит боголепный

Sign in to follow this  
Followers 0
  • entries
    848
  • comments
    5
  • views
    58,194

Contributors to this blog

About this blog

Entries in this blog

Saygo

За последние годы накопились данные, которые позволили ученым сделать вывод о том, что в середине пермского периода произошло еще одно массовое вымирание. Оно затронуло почти исключительно морскую фауну, но масштаб был таков, что позволил поставить его на третье место после Великого вымирания в конце перми и мел-палеогенового вымирания

s1200

Via

Saygo
то от воли короля зависят его смерть или жизнь, если он захочет ему простить" - "Правда короля Альфреда", конец IX века.

       На ресурсе N+ появился прелюбопытнейший материал о том, как хоронили преступников в старой доброй англосаксонской Англии:
       Вместе с появлением первых англосаксонских королевств на территории Великобритании там появилась и судебная власть, нередко выносившая преступникам смертный приговор. Преступника казнили — а что было потом с его телом и телами других приговоренных, которых суд отправлял на плаху десятилетия за десятилетием? На этот вопрос могут ответить археологи, открывшие несколько древних кладбищ для казненных преступников...
 
10_1001

       P.S. По англосаксонским законам смертная казнь применялась редко, и цитата из законов короля Альфреда вынесена в заголовок не случайно - в ней содержится ответ, почему казненных преступников не так уж и много.

Via

Saygo
      М. Панин. Тайный выезд Ивана Грозного перед опричниной (1911).
 
М. Панин. тайный выезд Ивана Грозного перед учерждением опричнины. 1911.

      Ладно, почти спасенного, ибо картина, украденная нацистами в годы войны, каким-то побытом оказалась за Синим морем-окияном,и оттуда вот-вот вернется в самую свободную страну в мире.

Via

Saygo

Черепа с костями

       Любопытная такая фотография попалась намедни в Сети. Вот она:
 
016

       Каски вроде бы немецкие, вариация на тему М35, кители - как будто тоже, причем явно эрзацы конца войны. Но - рожи какие-то азиатские и нет характерных нагрудных орлов. Зато есть череп с костями на шлеме. Вот и вопрос - кто сии бравые воены? Какие-то азиатские легионеры на службе австрийского художника? Гоминьдановцы (а зачем тогда череп?)? Латиносы? В общем, загадка есть...

Via

Saygo
Феномен опричнины вот уже не одно столетие вызывает споры и среди ученых, и среди обывателей. "Учреждение это, - отмечал в свое время В.О. Ключевский, - всегда казалось очень странным как тем, кто страдал рот него, так и тем, кто его исследовал". Положим, насчет первых я бы не был столь уверен в "странности" опричнины, а вот что до второго - вот тут мэтр попал, что называется, в яблочко. Теорий и концепций, объясняющих суть опричнины, на сегодняшний день порождено превеликое множество, и тот факт, что они продолжают плодиться, говорит о том, что загадка остается.
      Если попробовать взять и свести эти теории (заведомо отбрасывая явно бестолковые, с отсылкой к безумию или полубезумию Tyrann'a - да, спустя несколько столетий дистанционно поставить диагноз, исходя из своих тараканов в голове - это, конечно, здорово, но уж больно этот аргумент смахивает на reductio ad Hitlerum. И потом, это слишком простое объяснение, а я всегда опасаюсь чрезмерного опрощения и упрощения подобного типа), то к числу наиболее популярных можно отнести тезис С.Ф, Платонова, который рассматривал опричнину как составную часть политики Ивана IV, направленную против аристократии и ее могущества. А.А. Зимин полагал, что опричнина направлена была против остатков удельной системы, а А.Л. Юрганов пришел к выводу об эсхатологической природе опричнины, этаком Страшном суде для грешников на земле, который устроил им царь.
      Все хорошо, но есть множество "но", которые не позволяют принять целиком и полностью эти концепции. Борьба с аристократией? Гм, но аристократия успешно справлялась с этой задачей и без Ивана и его кромешников, поедом поедая сама себя без соли и приправ. И могуществу ее положили конец бурные события, последовавшие после смерти Ивана и в годину Смуты. Борьба с остатками удельной системы - опять же гм, как так-то, одной рукой, значит, Иван истребляет уделы, а другой - их снова заводит, жалуя, к примеру, в 1573 г. сына Владимира Старицкого отцовским уделом городом Дмитриевым со всем, что к нему "тянет"? Эсхатология - как будто логично и очень правдоподобно, но опять же, есть одно "но" - а мог ли Иван как православный и искренне верующий человек возложить на себя обязанности Господа?
      Есть ли разгадка этой загадки? На мой взгляд, если и искать его, этот ответ, то на стыке,с одной стороны, обусловленности опричной "реформы" нуждами воюющего государства и необходимостью очередного перебора людишек и мобилизации земельного фонда для продолжения ведения войны на два фронта. С другой стороны, новое есть всегда хорошо забытое старое, и, быть может, прав был В.О. Ключевский, когда писал о том, что, учреждая опричнину, Иван выступал не против системы, но против личностей (и в этом, на мой взгляд, что-то очень важное есть, позволяющее глубже проникнуть в замысел опричнины. В самом деле, если Иван не трогает смой сути удельной системы, сохраняя ее, если при нем продолжает действовать приказная система, которая еще более наращивает свой потенциал и свои возможности, если при нем никуда не исчезает земское самоуправление - ergo, система остается неприкосновенной, дела идут своим чередом, значит, опричнина, не трогая ее, решает иные задачи? Но тогда зачем умножать сущности сверх необходимого, снова обратимся к бумагам - к посланию Ивана в Москву и к указу об учреждении опричнины, ведь там все достаточно четко и недвусмысленно прописано, зачем и для чего учреждается сей необычный для нас институт).
      В общем, надо будет в направлении, указанном Ключевским, порыться более основательно - в рамках предложенного им объяснение находится место для всего. Via
Saygo
Разнообразим наши сообщения с палеонтологического фронта новостью про таинственную эдиакарскую многоножку Yilingia spiciformis. Вот она, осваивает просторы эдиакарского моря:
      Что пишут: Исследователи описали двусторонне-симметричное животное, которое обитало 551-539 миллионов лет назад, сообщается в Nature. Оно было подвижным, что подтверждают оставшиеся после него следы, и внешне напоминало многоножку. Авторы полагают, что Yilingia spiciformis, возможно, относилось к кольчатым червям или членистоногим... Палеонтологи из Китая и США под руководством Шухая Сяо (Shuhai Xiao) из Политехнического университета Вирджинии описали еще одно подвижное билатеральное животное, которое обитало в конце эдиакарского или начале кембрийского периода. У Yilingia spiciformis, как назвали новый вид, было состоящее из примерно 50 сегментов тело. Внешне животное напоминало современных многоножек, его длина достигала 27 сантиметров, ширина не превышала 2,6 сантиметров.

      Конечно, это не гигант мезозоя и не наш непосредственный предок, но все же - из таких вот совсем невпечатляющих ни размерами, ни красотой, ни силой и мощью "червячков" со временем образовалось все минувшее и нынешнее разноообразие живой природы. Via
Saygo
Ну вот и дождались - "Янычары" уже в продаже!
 
       «Янычары» Ивана Грозного: стрелецкое войско во 2-й половине XVI – начале XVII вв.

       Не прошло и года...
       P.S. Если верить статистике на сайте, то за первый день продаж ушло полсотни штук. "Добре, сынку, добре!" (с) Via
Saygo
У С.С. Аверинцева есть любопытные наблюдения над природой и сущностью русской святости.
В свое время он писал, что эта самая русская святость, «будучи православной, имеет предпосылки, общие для нее с византийской святостью», однако при этом «эмоциональная ее окраска иная: она отвечает впечатлительности молодого народа, куда более патриархальным устоям жизни, она включает специфические тона славянской чувствительности». В русской православной святости эпохи позднего Средневековья – раннего Нового времени, (времени «бури и натиска», Storm und Drang – Thor), продолжал философ, «контрасты «кроткого» и «грозного» типов святости … не опосредованы цивилизацией, как это в возрастающей мере происходило на Западе, и не транспонированы в «умственную» тональность, как в Византии, – они выступают с такой потрясающей обнаженностью и непосредственностью, как, быть может быть, нигде». «Если святой грозен, – пишет дальше Аверинцев, – он до того грозен, что верующая душа может только по-детски робеть и расстилаться в трепете», и, напротив, если святой кроток, то его кротость «такая бездна, что от нее, может быть, еще страшнее». «Это два полюса единой антиномии, лежащей в самых основаниях «Святой Руси», – приходит к выводу исследователь. И продолжая развивать тему «грозной» святости, он отмечал, что от такой святости «по преимуществу ожидают от «святителей» – епископов, наделенных церковной властью, которую трудно отделить от политической», ибо «власть должна внушать страх», быть жесткой, «крутой». В качестве такого «крутого» святого Аверинцев приводит яркий пример Иосифа Волоцкого, который в одной ипостаси выступает за беспощадное преследование еретиков и тех, кто вовремя не донесет на них, а в другой является перед нами в образе народного заступника и печальника.
      Напрашивается прямая параллель между «крутым» Иосифом Волоцким и «грозным» царем Иваном. Оба они, говоря словами народной песни, «добре круты» и готовы, по словам Аверинцева, как крутые хозяева, без малейшего намека на чувствительность, строить совместную жизнь людей «на «грозе», на крутой строящей воле, не знающей границ» (см. высказывание того самого Пересветова, вынесенное в заголовок. кстати, судя по всему, Пересветов написал свои соичнения на закате "боярского правления", когда бояре окончательно распоясались и тащили в свои домы все, что не прибито гвоздями, а что было прибито - то отдирали и обратно тащили. И простецы, подобные Пересветову, псковичам или москвичам - посадским людям, ждали, когда же наконец царь исполнить свои функции и покарает злодеев). Такой патриархальный «крутой» и действительно «грозный» царь, обладающий высшей властью судить и карать и внушающий страх «злым», в чем-то схожий с ветхозаветным Господом и пророками его, соответствовал, выходит, ожиданиям простого народа и прочно вошел в его память (в качестве персонажа исторических песен).
      P.S. Счас сработает аргумент собаки и бображелатели царю Ивану набегут с язвительными комментариями. Via
Saygo
в руках безумного ученого:
 
       Поподробнее об этой "птичке" можно почитать здесь: Deinonychus antirrhopus Via
Saygo
На сайте Института археологии РАН несколько дней назад появилась статья с результатами исследований находок, сделанных в Ярославле:
      В летописях Ярославль лишь упоминается в одном ряду среди других городов, разоренных войсками Батыя (Бату-хана) во время его похода на земли Владимиро-Суздальского княжества в начале XIII века. Однако реальные масштабы трагедии открылись совсем недавно, когда в 2005 году начались охранные раскопки перед восстановлением Успенского собора, построенного в начале XIII века и взорванного в 1937 году. Менее чем за пять лет в Ярославле, о разгроме которого ничего не говорилось в летописях, было найдено самое большое число могил — 9 массовых погребений и более 300 захоронений людей, умерших насильственной смертью. Предыдущие исследования позволили восстановить детальную картину гибели города и доказали, что эти люди погибли в результате разорения города войсками Батыя в феврале 1238 года

      Черепа со следами смертельных ранений, найденные в ходе раскопок.
  Via
Saygo
А вот и завершение рассказа про Юрия Токмакова, забытого героя Ливонских войн.
       Летом 1572 года князь достиг пика своей карьеры. Готовясь к отражению нашествия крымского «царя» Девлет-Гирея, Иван Грозный отбыл в Новгород, чтобы оттуда направиться «на свое дело и на земское» «на свийские немцы». Царь оставил Токмакова в Москве «для осады» первым воеводой и по факту наместником столицы государства. Обращаясь к нему, посланец из Речи Посполитой Ф. Зенков, прибывший в Россию с известием о смерти Сигизмунда II, именовал в грамоте от польских и литовских панов князя «боярином и намесником и воеводою Московским». За это паны получили выговор от Ивана Грозного: мол, что они «пишут князя Юрия (…) боярином и наместником и воеводою московским не гораздо», ибо князь Юрий «у государя не боярин и не наместник воевода». Via
Saygo
Продолжая тему, начатую вчера.
       "Исход Первой мировой войны во много зависел от судьбы Украины". Так начинается исследование Доминика Ливена "Навстречу огню. Империя, война и конец царской России". И дальше автор пишет, что "для англоговорящей аудитории (а от себя я добавлю - и для русской. Thor. А вот для некоторых наших соседей по планете это прямо таки бальзам на сердце) подобное утверждение может стать окончательным подтверждением тезиса, что большинство профессоров - сумасшедшие (да, в этом что-то есть - Thor)...".
       Но у всякого сумасшествия, в том числе и у этого, есть своя внутренняя логика, и Ливен, обозначив тезис, подводит под него серьезную доказательную базу, после ознакомления с которой тезис, вынесенный в голову поста, уже не выглядит как совершенное сумасшествие и безумие очередного британского ученого...

       "Мой тезис является далеко не лишенным смысла, - пишет сам Ливен дальше, - как кажется на первый взгляд". Почему? Отвечая на этот закономерный вопрос, он продолжает дальше: "Без населения, промышленности и сельского хозяйства Украины Российская империя начала ХХ века перестала бы считаться великой державой", поскольку именно Украина давала большую часть имперского товарного хлеба, угля, стали и чугуна (благодаря Донбассу, кстати). Надо признать, что здесь есть своя логика - Уральский горнорудный бассейн в начале ХХ века уступал Донбассу и сам, в одиночку, не мог гарантировать России статус великой державы во времена, когда "экономика во много зависела от угля и железа". И "если бы Россия не была великой державой, возможно, в Европе стала бы доминировать Германия", пишет дальше Ливен. Здесь напрашиваются параллели с книгой Ф. Фишера о германской стратегии в Первой Мировой, о которой я писал раньше, и Ливен отмечает, что "в 1917 -18918 годах создание Украины отвечало долгосрочной германской стратегии", суть которой (опять вспоминаем Фишера) заключалась в создании Mitteleurope, в которой безраздельно господствовала бы Германия и опираясь на ресурсы которой она могла бы на равных конкурировать с двумя другими империями - Американской и Британской.
       Отсюда вытекает еще один тезис. "Для победы Германии совершенно необязательно было одержать верх на Западном фронте. Ничья на Западе в сочетании с закатом Российской империи (опять Фишер - в предвоенной Германии со страхом смотрели за стремительным, по мнению немцев, ростом русского колосса и опасались ее мощи, ставя в перспективе Россию на одну доску с Британией и Америкой. Оказаться в тисках между тремя этими империями - этого в Германии накануне Первой Мировой опасались едва ли не больше всего в стратегической перспективе - Thor) и доминированием Германии в Центральной и Восточной Европе позволили бы Берлину стать гегемоном на всем континенте".
       Но как быть с Америкой, вступление которой в войну, собственно говоря, и предрешило ее исход. Ливен полагает, что вступление САСШ в войну на стороне Антанты было вовсе не неизбежным событием, продиктованным самой логикой конфликта, но результатом серии ошибок, допущенных германской дипломатией, а эти ошибки стали итогом неправильных расчетов, сделанных германским руководством зимой 1916/1917 гг. Вступив же в войну, положив на весы свою колоссальную мощь и ресурсы, Америка довела дело до победного конца. Антанта победила, Германия отказалась от результатов своих завоеваний, в т.ч. и на Востоке. Украина была поглощена Советской Россией и Российская империя возродилась, но уже в качестве коммунистического государства.
       Один момент, на который обращает внимание Ливен (камешек в огород одного недавно почившего в Бозе поляка, специалиста по игре на Большой Шахматной Доске): "Глядя в прошлое, надо быть очень осторожным, чтобы не стать его пленником. В начале ХХ века Украина играла ключевую роль, потому что в ту эпоху экономика во много зависела от угля и железа, а Европа доминировала на большей части планеты. Сегодня оба этих тезиса утратили силу. Совершенно очевидно, что обладание восточноукраинским "ржавым поясом" - это не путь к глобальному могуществу". А все почему - а потому, что усатый вождь северных эбису, почивающий ныне в кирпичной могиле, озаботился созданием в России собственной угольной и металлургической базы, превосходящей по своему потенциалу украинскую.
       Вот такую вот картинку рисует потомок старинного остзейского рода. Via
Saygo
или отражение атаки арахнидов на Марсе:
 
       Сие художественное полотно (Ангус МакБрайд одобряет) изображает (по замыслу живописьца) один из эпизодов заключительной фазы сражения при Молодях в конце июля-начале августа 1572 г. - штурм татарами русского "гуляй-города". Не будем ругать художника - его всякий может обидеть, он ведь как сын степей, что видит (мысленным оком), то и поет и рисует. Получилось весьма умопомрачительно.
       Касательно же итогов сражения - вне зависимости от того, были ли Девлет-Гирей I и его воинство разбиты наголову или только наполовину (или совсем чуть-чуть) - доверять победным реляциям себя обижать, ибо никогда не врут так много, как перед выборами и после войны, - но один итог сражения представляется наиболее важным. На холмах и перелесках под Молодями начался закат имперской мечты крымских Гиреев, которую они вынашивали с начала XVI столетия, после падения Большой Орды. В случае победы Девлет-Гирей стребовал бы с Ивана не только "Магмет-кирееву дань" (а вместе с с ней и признание Иваном своего вассального статуса по отношению к хану), но еще и Казань с Астраханью, заполучив которые, хан автоматически установил бы и контроль над Ногайской Ордой - и вот она, новая Золотая Орда, только в другом обличье. Но не срослось. И вне зависимости от того, что потом писал Иван Девлет-Гирею, бил ли он ему челом или не бил, отсылал ли поминки или не отсылал (и как эти поминки трактовать), Казань и Астрахань остались за Москвой и даже в годину Смуты Крым не сумел их забрать себе. И поражение при Молодях в дальней перспективе означало, что времена, когда Крым выступал в роли "третьего радующегося", наблюдая с холма за схваткой двух тигров в долине, прошли, а в Москве ничего не забыли и спустя двести с небольшим лет Крым утратил политическую субъектность, став частью Российской империи. Via
Saygo
Воспоминания японского матроса, служившего на авианосце "Сёкаку":

      В день отправки в строю дивизиона мы попрощались со старшинами и погрузились в грузовики. Грузовики доставили пополнение к волнолому, откуда десантными катерами роту новобранцев из учебки перебрасывали на полуостров Идзу, где в бухте Атами стояли авианосные дивизии. Несмотря одновременно на южную жару и леденящий страх, мы не могли не насладиться ярким утром и рассекающими утренний океан катерами. Исчез в брызгах из виду волнолом Оппамы, катер углубился в океан, разрезая буруном водную гладь. Добравшись до бухты Атами, на рейде острова Хацу мы увидели бесчисленные ряды кораблей в серой военной окраске

      Не так уж чтобы и часто попадаются такие вот вещи.

      "Сёкаку" собственной персоной:
      И в цвете (картина маслом):
 
      И модель: Via
Saygo
Намедни была у нас тут годовщина Куликовской битвы и, само собой, отдельно одаренные альтернативно личности знатно порезвились и оттоптались на этом поле.
       Есть такой блохер обо всем, великий специалист и эксперт во всем - и в танкостроениии, и в авиастроении, и в судостроении, и в геополитике, и в стратегии, и в экономике и, само собой, в истории (а что тут такова - буквы знаем, складывать из них слова умеем, а из слов умеем и предложения и даже тексты набираем, стуча по клаве) - nosikot ему имя (и, как полагается топ-блохеру, что правому, что левому, мягко говоря, человек не шибко воспитанный).
      Этот nosicot намедни порадовал меня, грешного (день вчера был тяжелый, работа не клеилась, прухи не было и через силу приходилось писать), новым открытием из истории Куликовской битвы и того, что за ней последовало. В своей уйютненькой он изволил отписать следующее (под кричащим заголовком "В этот день Дмитрий Донской вчистую проиграл Куликовскую битву". О как! А мужик-то и не знали, кабы не топ-блохер, так бы и померли в неведении, не зная об истинном результате и итоге куликовской битвы):
       "В этот день (8 сентября сиречь - Thor) в 1380 году состоялась Куликовская битва (место столкновения неизвестно). Задумка вел.кн. Дмитрия Ивановича была неплохой - бить врагов по частям (если это задумка, конечно), в первой части его воины, в ходе ожесточенного сражения разбили отряды узурпатора Мамая, но понесли такие потери, что подошедшие войска ВКЛ ... и отряды Олега Рязанского без особого труда нанесли им сокрушительное поражение, после чего заняли Москву. Дмитрий бежал на с-в княжества.
       Отбить Москву смог Тохтамыш (чингизид) в 1382 году, но при этом он полностью разрушил город, перебил или увел его жителей - так что как минимум до 2-й пол. 15 в. Москва НЕ была столицей (в это время в ее качестве указывают обычно Коломну)...".
       Вот как-то так выходит. Именно так и совершаются коперниканские перевороты в науке. Правда, автор сего открытия скромно так умолчал об источнике сего озарения, но я так полагаю, что если посидеть в темной пещере, слушая крики муравьев, лет этак тридцать, то и не такое озарение можно получить. В общем,
  Via
Saygo
Продолжая анализировать текст "Рождения государства" М.М. Крома.
       Автор, анализируя события времен боярского правления, касается той роли, которую играл в них малолетний государь. На наш взгляд, наиболее важный момент в этом сюжете – выделенная исследователем одна из важнейших функций правителя в ту эпоху, когда, в силу слабости «жил власти», ее инфраструктуры, роль личности монарха была еще чрезвычайно высока. Речь идет о той функции правителя, «которую мог выполнять только взрослый и дееспособный государь», а именно о контроле над придворной элитой. По мнению автора, к 30-м годам XVI в. значение этой функции монарха возросло тем более, если принять во внимание крайне неоднородный состав русской аристократии на то время. «Расколотая взаимной враждой придворная аристократия остро нуждалась в верховном арбитре, каковым никак не мог быть ребенок на троне». И развивая свой тезис дальше, М.М. Кром отмечает, что «малолетний наследник не мог держать придворную элиту в узде» и, как результат, при отсутствии официально признанного регенства, эта ситуация вела «к длительной политической нестабильности и частым вспышкам насилия».
       Соглашаясь в общем с подобным описанием ситуации при дворе, сложившейся в эпоху пресловутого «боярского правления», все не согласимся с уважаемым автором «Рождения государства» в одном аспекте. Безусловно, если бы существовал некий закон, который официально установил бы регенство и четко очертил бы круг его обязанностей и прав, то было бы неплохо. Однако предупредило бы наличие официального регенства вспышку борьбы при дворе и насилия? Исследователь ссылается на пример Франции, где порядок управления королевством при малолетнем монархе как будто был отработан, в т.ч. и в законодательном порядке. Но спасло ли это Францию от той же самой Фронды при юном Людовике XIV? Закон сам по себе ничего не представляет, это просто лист бумаги, но если за ним стоит реальная сила, способная заставить остальных выполнять требования, изложенные на этом листе бумаги, тогда закон становится действительно законом, а не фикцией. Так и в нашем случае – проблема заключалась не в том, что отсутствовал узаконенный порядок правления «вдовствующим царством» при малолетнем государе, а в том, что после неожиданной смерти матери великого князя ни одна придворная группировка, ни один боярский клан не обладал должной силой, влиянием и авторитетом для того, чтобы навязать свою волю остальным и заставить их подчиниться этой воле. Именно в этом, на наш взгляд, а не в отсутствии писаного закона, и заключалась пресловутая «ахиллесова пята» самодержавия, о которой пишет М.М. Кром.
       И еще один момент, на который, на наш взгляд, стоило бы обратить внимание в этом (и подобных им) случаях. Московское общество (вслед за «древнерусским») не испытало, по замечанию В.М. Живова, «римской прививки». Видимо, это сыграло решающую роль в том, что в русском обществе светская письменность подвергалась замедленной институционализации и, по замечанию С. Франклина, очень долго не мог сложиться светский орган управления, «чей авторитет и функционирование основывались бы на письменных предписаниях и операциях». И, развивая свой тезис далее, британский исследователь писал о том, что это обстоятельство «указывает на устойчивость традиционных социальных отношений, на осознанную обществом функциональную адекватность традиционных способов поведения без участия письменности, на самодостаточность традиции». Принимая эти тезисы (и памятуя о «холодности» московского раннемодерного общества - по Леви-Строссу), можно сделать очевидный вывод – необходимости в строгой регламентации посредством некоего писаного закона порядка управления при малолетнем государе московская элита не видела, тем более что для нее эта ситуация отнюдь не была новостью. Другое дело, что система дала сбой, но этот сбой был вызван не органическим ее пороком («ахиллесовой пятой»), а конкретно-историческими условиям, которые сложились к исходу 30-х гг. XVI в. Via
Saygo
В 1815 г. "Колумб российских древностей" Н.М. Карамзин писал брату, В.М. Карамзину: «Дописываю осьмой том, содержащий в себе завоевание Казани и Астрахани, а в девятом надобно описывать злодейства царя Ивана Васильевича», и для "последнего летописца" Terrible своими злодействами превосходил и затемнял Калигулу и Нерона.
      Работа над этим томом затянулась и вчерне завершилась лишь к началу 1820 г. В январе этого года Карамзин писал И.И. Дмитриеву, что он выступал перед академиками, «читал около 80 минут, не «Обозрение Европы, а о перемене Иоаннова царствования, о начале тиранства, о верности и геройстве россиян, терзаемых мучителем». Чтение произвело фурор – по словам Карамзина, «с начала Академии, как говорят, не бывало такого многолюдного, блестящего собрания. Забыли правило, и раздалось всеобщее рукоплескание, когда добрый президент, выдал мне огромную медаль с изображением Екатерины».
      Но вот ведь что любопытно - 9-й том "Истории", в которой совершенно в духе Солоневича обличалось тиранство Ивана Грозного, был представлен императору Александру I, и Благословенный, ознакомившись с рукописью, дал добро на выступление Карамзина перед академиками. Интересно было бы узнать, какими мотивами руководствовался Александр, давая свое разрешение на эту презентацию, которая явно была не к месту и не ко времени - двадцатью годами прежде, в "дней александровых прекрасное начало", все было бы в порядке, но в начале 20-х гг.? Via
Saygo
во всемогущества закона...
       Общее место во всех рассуждениях относительно того, что Московия - это не Европа, потому как в европах есть парламенты и закон (а того еще лучше - конституции), и вот эти самые законы и конституции вместе с парламентами ограничивают верховную власть (тех же королей и императоров), не позволяя им пускаться во все тяжкие и заниматься всяким тиранством, деспотизмом и разгуливаться в депрессиях. В Московии же нет ни законов, ни конституций, ни парламентов, почему там и стала возможной такая мрачная фигура, как Terrible, поползновения которого к тирании и безудержному разгулу произвола никто и ничто не сдерживал.
       Есть, правда, отдельные скептики, которые полагают, что таки да, не было у диких и темных московитов парламентов и законов, но у них был другой Закон, который не мог преступить даже и сам царь - Закон Божественный. На что оппоненты возражают - этого недостаточно, чтобы ограничить самодержавие, маловато будет, даешь закон, конституцию (ну хотя бы в виде "Великой хартии вольностей или, на худой случай, "Генриковых артикулов") и до кучи - еще и парламент.Нет их - никакой Закон не поможет, будет вам и опричнина, и казни, и вот это вот все, что изображено на сей картине видного украинского художника рукама:
 
       Все так, все так, однако гложет душу червячок сомнения - ежели самодержец легко переступает через Закон и начинает творить вот это вот все, то что ему,в таком случае, просто закон, придуманный грешными людишками? Кто и что может остановить монарха, наплевавшего на Закон? Нет, я все понимаю, для нынешних "легистов" закон - это сила, dura, так-скать, lex - sed lex, но у тогдашних людишек душа была, и она, эта душа, даже у самого закоренелого злодея и мерзавца, нет-нет, да встрепыхнется и задумается над тем - что будет потом, после того как она пересечет Стикс? И зная о посмертном воздаянии, о котором твердили семо и овамо (а в раннее Новое время в особенности), стоит ли нарушать Закон, подвергая тем самым свою душу угрозе посмертного воздаяния? Terrible, кстати, об этом знал - не зря же он спрашивал у Курбского: "Почесому же и учитель души моей и телу моему? Кто убо постави тя судию или властеля над нами? Или ты даси ответ за душу мою в день Страшнаго суда?"? потому как на Страшном суде всякий, и царь в том числе, лично ответит за свои деяния... Via
Saygo
Это как "Санта-Барбара" - все новые и новые серии, одна за другой. Вот и сейчас очередное открытие и новая серия "мыльной оперы" про первопредков:
       С момента обнаружения австралопитеков среди антропологов бушуют яростные споры о действительном эволюционном положении даже не видов, а конкретных палеопопуляций. В качестве аргументов идут всякие шаманские понятия типа высоты жевательной бугристости относительно верхней высоты лица или степени закруглённости-приострённости нижне-бокового края грушевидного отверстия. Естественно, спор осложняется вечным фактологическим голодом – находок всегда не хватает, сохранность всегда не радует, датировки зачастую гуляют, а пределы возрастной, половой, индивидуальной, межгрупповой и патологической изменчивостей никому точно не ведомы. В этом свете любая находка ценится на вес не то что золота, а прям-таки не то криптонита, не то вибраниума

       И реконструкция нашего героя:
 
       Страхолюден, конечно, бибизян бибизяном, но искра разума в нем уже есть. Via
Saygo
Еще раз перечитываю, на этот раз с карандашом в руках, "Рождение государства" М.М. Крома (на предмет рейцензии, впрочем, это даже не столько рецензия, сколько размышления над прочитанным и выстраивание собственной концепции происхождения раннемодерного Русского государства - как-никак, но с 15-го года я этой темой плотно занимаюсь).
       Егор Холмогоров уже сделал свой вариант рецензии на эту книгу: Михаил Кром. Рождение государства: Московская Русь XV-XVI веков. Стоит прочесть - но прежде книгу (благо в Сети ее видимо-невидимо), а потом рецензию.
       Но, собственно, я не об этом на этот раз. М.М. Кром отказывает Русскому государству в эпоху раннего Нового времени в статусе "национального", а Е.С. Холмогоров его за это весьма жестко критикует, доказывая, что Русское государство изначально (в отличие от той же Франции, к примеру) строилось как национальное. Такая вот вышла заочная дискуссия.
       Еще раз внимательно перечитав аргументы сторон, а склоняюсь (но с определенными поправками) принять сторону Крома. Тут ведь в чем вопрос - что есть "нация"? Примордиалисты полагают, что "нация" существавола всегда, изначально. почва, так-скать, и кровь, Blut und Boden и прочий Volksgemeinschaft, тогда как конструктивисты исходят из того, что "нация" суть конструкт, "воображаемое сообщество", возникшее в результате целенаправленных усилий власти ли, национально повернутой интеллигенции ли или обеих вместе взятых, уже в эпоху Нового времени, причем позднего, в XIX в. (нацбилдинг и все такое). И я склонен принять позицию конструктивистов, различая "этнос" и "нацию", которые суть не одно и тоже, никак не синонимы. Когда Н. Хеншелл писал, что «подобно большинству европейских монархов, французский король правил не национальным государством, его подданные не обладали развитым национальным самосознанием. Понятие “нация” в политическом, расовом или лингвистическом смысле было слишком туманным, чтобы рождать ту верность, которая была в этот период основой всех отношений внутри государства. Люди были преданы своей семье, своему господину, своему городу, своей провинции, своему классу, своей религии или своему королю», то, положа руку на сердце и вооружившись историческим опытом - разве эти слова не относятся и к России раннего Нового времени?
       Нет, я не хочу сказать, что такого этноса, как русские, тогда не было - он был, но границы его размыты и еще не оформлены, и в случае необходимости представитель русского "этноса" раннего Нового времени мог не только ополячиться (см. судьбу "русской" шляхты в Речи Посполитой), но и "ошведиться" («Русские бояре» в Эстляндии (конец XVI – начало XVII в.), поменяв не только подданство, но национальную принадлежность и веру. "Национальное чувство" в то время было весьма туманным и неопределенным, чтобы на него можно было полагаться, выстраивая на нем государство. Религия - да, это совсем другое дело, и в Москве это хорошо, судя по всему, понимали, раз и при Иване III, и при Иване IV власть рука об с Церковью активно занималась проблемами конфессионализации (цитата: "в послереформационной Европе процессы конфессионализации – движения в рамках католической и протестантской конфессий, направленные на четкое формулирование вероучения и дисциплинирование членов общины, – дополняли усилия власти по консолидации общества вокруг государства и церкви"). Само собой, параллельно шел процесс и определения подданства (кстати, если взять порубежные территории между Москвой и Вильно, то здесь именно верность своему суверену, подданство, а не вера или национальное чувство определяло выбор - перейти на сторону Москвы или же остаться на литовской стороне. Ведь и ту, и там были вроде бы русские и православные, но поди ж ты, как все было непросто в самоопределении).
       В общем, я так полагаю, что Русское государство в "долгий XVI век" (т.е. с сер. XV по сер. XVII вв.) еще не может считаться полноценным национальным государством, ибо процесс сформирования русской ((великорусской) нации еще не был завершен (впрочем, вот как по мне, он и сейчас не завершен - то империю строили, некогда было создавать великорусский народ, потом новую историческую общность, "советский народ", пытались создать, нынче вот "дорогих россиян" пытаются вылепить, а русским нет места в этих конструктах). Но вот вести речь о некоей этно-культурной (читай, этно-религиозной) общности, о дюркгеймовском "нравственном сообществе" - вот об этом, пожалуй, можно говорить. Это "нравственное сообщество" - своего рода эмбрион будущей "нации", а вот вырастет ли ребенок и превратится ли он во взрослого?
       P.S. Предвижу возражения - а как быть... Ну, к примеру, с литературой, с "О Русская земля, ты уже за холмом!" и прочее. Отвечу - а никак. Книжный мир - это как мир Мордокниги или ЖуЖи сейчас, особый, замкнутый мирок, который с внешним миром если и сообщается, то через очень узкие трубочки, пытается навязать внешнему миру свое его, этого мира, видение, но вот только внешний мир не особенно торопиться прислушиваться к мнению самозваных учителей. Так и здесь - мир книжников сам по себе, мир простонародья - сам по себе. Верность семье, клану, господину, "земле" перевешивает все остальное. Via
Saygo
Есть такой персонаж в нашей истории - Василий Васильевич II, он же Темный.
 
       А и в самом деле, чем не Джоффри? Взошел на престол в юном возрасте, имея на руках дурную наследственность (ходили упорные слухи, преданные Сигизмундом нашим Герберштейном, который наше фсио и который врать не будет, что де Васильевич вовсе не Васильевич, и прижила его евонная матушка не от батюшки, а от проезжего молодца), жесткую, суровую и властолюбивую матушку (всю в своего батюшку - великого князя литовского Витовта. Сынками Господь его не сподобил, ну так зато дочечька Софьюшка, удалась на все 146 % - истинная королевна!) и проблемы с престолонаследованием. Дедушка любимый, Дмитрей Иванович, так хитро сформулировал завещание, что и юный Васенька мог полагать себя великим князем, и дядюшка его, Хранитель Севера удельный князь звенигородский и галицкий Юрий Дмитриевич, тоже мог полагать себя достойным сего венца (по Хуану сомбреро).
       И быть бы великой войне за престол, ан нет - великий септон митрополит всея Руси Фотий и дедушка Васеньки, Хранитель Запада и хозяин Бобрового Утеса великий князь литовский Витовт не дали Васеньку в обиду и Юрий, скрепя сердце (и скрипя зубами), был вынужден признать власть нашего Джоффри Васеньки. Но, увы, Фотий и Витовт оказались не вечны и вскорости померли, и понеслось. Хитроумный Мизинец боярин Иван Всеволожский на суде у Великого Кхала хана Золотой Орды Улуг-Мухаммеда перебил аргументы Юрия и добился ярлыка на великое княжение для Васеньки (или таки не добился - темная история, всякое говорят старинные хроники). Казалось бы, вот и сказке конец, да не тут-то было - на свадьбе Васеньки его суровая матушка смертельно оскорбила одного из сыновей Юрия, содрав с него прилюдно драгоценный пояс, якобы принадлежавший дедушке Васеньки.
       И началась война. Правда, дальше сюжет отличается от хорошо известной нам саги. Васенька не умер на свадьбе или от еще чего-то там (яду там или в окошко прыгнул), но повзрослел, возмужал, резко поумнел в конечном итоге вышел победителем из войны, сумев избавиться от всех своих врагов и не только сохранить, но и приумножить свои владения, не доведя их до всеконечного разорения и порухи. Его сын Иван, имея отменные стартовые позиции, довел до конца дело отца и построил (вчерне, доделал начатое им уже внук, другой Иван. тоже Грозный, но под другим номером, 4-м) Русское государство. И если начистоту, то подлинным основателем Русского государства все-таки надо бы считать Василия II, который не слился после жестоких неудач, но выстоял и не только вернул себе власть, и заложил прочный фундамент для последующего строительства своего "господарства".
       P.S. А ведь по аналогии с карамзинско-курбской концепцией "двух Иванов" можно сказать, что у нас есть и другая - "двух Василиев". В самом деле, Васенька в юности и Василий в зрелости и старости - совершенно разные люди. Перековался Васенька, изменился - "Так тяжкий млат, Дробя стекло, кует булат". Недооценили Васеньку ни его враги и соперники, ни его потомки, а зря, очень зря. "Большая ошибка!" (с). Via
Saygo
Неделю назад у нас была новость про уберпингвинов, а теперь настало время новости про уберпопугаев - встречайте Heracles inexpectatus, "Геракла неожиданного" (хотя я бы перевел как "нежданного").        Почему "геракл" - надо полагать, из-за его размера - воистину богатырского (для попугаев, конечно):        Для сравнения - "рост" нашего "геракла" в сравнеии с моа и современным человеком. А подробнее про новозеландского "геракла" (Новая Зеландия, оказывается, родина не только гигантских пингвинов!) можно прочитать здесь: Жившего 19 миллионов лет назад крупнейшего попугая назвали «Неожиданным Гераклом». Via
Saygo
или беда, коль пирога начнет тачать сапожник.
       Старый конь борозды не испортит (хоть может, глубоко и не вспашет, но да это не такая уж и беда). В общем, сейчас с большим удовольствием читаю "Навстречу огню" Доминика Ливена - силен бес, однако!
       Дошел сейчас примерно до середины - не оторваться. "Вкусняшек" по тексту разбросано много, но вот об одной не могу сейчас умолчать. Суть ее в том, что обчественное мнение суть зло, нет, не такЪ, а такЪ - Зло. А потому, что оно иррационально по своей сути, живет одним днем (клиповая память), ориентировано на инстинкты и эмоции и само себя возбуждает, накручивает и подогревает (впрочем, а сейчас разве не так? Так, да еще и в превосходной степени). Политические решения должны приниматься на холодную голову, с грубым и циничным расчетом, без привлечения эмоций типа "Ах, братушки славяне страдают! Ах, надо им помочь, нашим православным братьям!Ах, Константинополь, Царьград, крест на святой Софии!" и прочая лабутень. А вопрос, между тем, должен ставиться иначе - страдают? Это, конечно, плохо, но стоят ли кости даже одного померанского гренадера проливать кровь русского солдата и расходовать выжатые из русского рабочего и крестьянина копейки на помощь этим самым братушкам, если Россия от этого не будет иметь ничего, кроме геморроя и головной боли (не считая прочих иных проблем)?
       И другой момент - Ливен неоднократно подчеркивает, что введение демократии, всеобщего избирательного права и прочих атрибутов типа современного модерного общества в России начала ХХ века преждевременно, ибо все это автоматически привело бы к социальному взрыву и революции. Умеренность, постепенность и аккуратность на этом пути дали бы больший эффект (положительный, конечно), нежели спешка и торопливость. Впрочем, события 17-го года наглядно все это подтверждают - так все оно и получилось. Смех смехом, но демократия - это действительно не лобио кушать... Via
Saygo
Подумалось тут - а ведь между Крымской Восточной войной и войной Ливонской (той, которая 1558-1561 гг.), можно провести определенные параллели. И в том, и в другом случае речь идет о разделе "наследства" "больного человека Европы". И в том, и в другом случае в разделе этого наследства желали поучаствовать многие претенденты. И в том, и в другом случае как будто локальный конфликт, который затрагивал интересы "больного человека" и одного из претендентов, вылился в другом в крупномасштабный военный конфликт, результатом которого стали коренные перемены в расстановке политических сил в регионе и чуть ли не радикальная смена декораций на сцене политического театра. Самое забавное - стороны-участник конфликта получили в результате совсем не то, чего они хотели, когда начинали все это безобразие. И в том, и в другом случае мир, который получился после этой (этих) войны (войн), отнюдь не стал лучше и стабильнее - скорее, наоборот, породил множество проблем и новых конфликтов.
      И last but not least - обе войны стали результатом ошибочных действий дипломатов и дипломатической службы вообще. Кстати, не только русской, но и других - а хоть бы и литовской. Почему - решения, которые принимали монархи, определялись теми вводными, которыми они располагали на момент принятия этого решения, и именно дипломатия должна была дать в руки государей эти самые точные вводные. Итоги войны показывают, что она с этой задачей не справилась.
  Via
Sign in to follow this  
Followers 0