Скит боголепный

Sign in to follow this  
Followers 0
  • entries
    1,171
  • comments
    5
  • views
    145,617

Contributors to this blog

About this blog

Entries in this blog

Saygo
       Возвращаясь к теме русской пехоты во времена царя Гороха и прародителя его Адама (мир праху их обоих).
      Тема эта необъятная и вельми зело непростая уже хотя бы потому, что, во-первых. чрезвычайно мало сохранилось источников по проблеме, а те, что есть, мутны и непрозрачны (документальных практически нет - только по XVI в. обрывки, летописи ненадежны, про эпос и вовсе говорить не приходится - в общем все плохо); во-вторых, проблема изрядно засорена в прежние времена всякой мифологией, связанной с господствовавшими во все те же прежние времена разного рода методологическими коньцептами (марксистский классовый подход - едва ли не самый вредоносный в данном случае, изрядно поспособствовал, и продолжает способствовать, натягиванию совы на глобус); в-третьих, со времен раннего Средневековья (которое у нас принято именовать Древней Русью) до раннего Нового времени (т.е. до времен последних Рюриковичей - первых Романовых брать не будем, там уже все начинает стремительно, по меркам того времени,из меняться) русская пехота неоднократно меняла обличье, сходила с исторической сцены и возвращалась вновь, почему, говоря о ее роли и месте в военной системе Русской земли, нужно для начала оговориться о времени, а затем - о месте действия, ибо одно дело, когда речь заходит о Северо-Западе, другое - о Северо-Востоке и т.д. И еще одно важное обстоятельство, имеющее хотя и косвенное, однако же во многом определяющее значение для темы - социальное устройство русского общества, характер горизонтальных и вертикальных связей внутри него. Само собой, не стоит забывать и о роли экономического фактора - а хоть и уровня развития ремесел (железоделательного в первую очередь), городов и торговли (впрочем, а сельское хозяйство, аграрный сектор чем хуже - одно коневодство чего стоит!). Сплошная засада и очень зыбкая основа для сколько-нибудь категорических выводов - потому-то русская пехота в это время подобна известному коту из парадокса Шредингера, жива и мертва одновременно.
      Тем не менее, попробуем обозначить некоторые контуры и начнем с хронологии и периодизации. Раннее Средневековье (примерно со 2-й половины IX и по сер. XI вв.) можно условно назвать временем доминирования пехоты (ездящей и судовой в т.ч.) над малочисленной конницей, однако к концу этого времени значение конницы постепенно возрастает, в особенности в пограничных со Степью регионах. И как еще одну черту этого периода я бы отметил наметившуюся тенденцию к постепенной "профессионализации" пешей "милиции"-ополчения - внутри сельских и городских "общин" складывается постепенно слой полупрофессиональных бойцов-"младших сыновей", которые в первую очередь подлежали мобилизации в случае большой войны.
      Следующий период - вторая половина XI - нач. XIII в. Пехота все еще есть, она активно участвует в обороне и осаде городов и в больших походах (к примеру, против той же Волжской Булгарии) но конница играет не в пример более значимую роль, ибо изменился сам характер войны. Набеги, стремительные марши, маневр, "малая" война, а не большие полевые сражения требуют и соответствующей внутренней структуры русских ратей, которая отличалась бы от прежней. Конная дружина, старшая и младшая, наемные половцы и прочие кочевники - главная ударная сила в это время. Пехота отходит на второй план.
      "Монгольская" эпоха (2-я пол. XIII - сер. XV вв.) - пожалуй, самый загадочный и туманный период в истории русской пехоты. А.Н. Кирпичников писал, что "Военная катастрофа в середине XIII в. и связанная с ней общенародная борьба против поработителей в большой мере нарушили дружинную кастовость войска и открыли в него доступ самым разным слоям общества, в том числе смердам и сельским ополченцам. Значение простолюдинов-пехотинцев особенно возрастало, когда они участвовали в крупных операциях и отваживались вместе с конниками вступать в бой с татарами...". Квинтэссенция традиционного взгляда на место и роль пехоты в средневековой Руси, но, как и всякое обобщение, при столкновении с реальностью, оно начинает если и не рушиться, то, во всяком случае, испытывать серьезные проблемы. С одной стороны, на том же Северо-Западе пехота как будто никуда не делась, но она явно не играет серьезной роли, а на Северо-Востоке конница как будто абсолютно доминирует на полях сражений и лишь во время осад или обороны городов пехота еще имеет шанс себя показать. Однако боевые качества ее, гм, не слишком высоки - ход "Войны за золотой пояс" в общем этот вывод подтверждает.
      "Постордынский" период (вторя половина XV - нач. XVI вв.) - период абсолютного доминирования конницы, причем последняя облегчается и "ориентализируется" по мере того, как Москва прибирает к своим рукам и власть, и земли. Однако появление и распространение огнестрельного оружия обозначает перспективу и для пехоты.
      Раннее Новое время (XVI - нач. XVII вв.) - о ренессансе русской пехоты еще рано говорить, конница в численном выражении составляет основу государевых ратей, однако сперва пищальники, а затем стрельцы и казаки, вооруженные ручным огнестрельным оружием, выходят из тени конницы и начинают играть пусть и вспомогательную (по отношению к коннице), но все важную и постепенно растущую по значимости роль в боевых действиях. Вооруженная огнестрельным оружием пехота пусть и не главный, но необходимый и неотъемлемый компонент русских ратей этого времени.
      В первом приближении примерно такая получается картина - очень общий эскиз, который, естественно нуждается в основательной проработке и уточнении как самой схемы, так и отдельных ее деталей.

e730eca6b7ba904d609eb351b8f9bd30



Via

Saygo
       Что же было дальше (после первой части переходи ко второй).
      Первое столкновение между двумя ратями произошло непосредственно под Киевом. Любопытную деталь боевого построения рати Изяслава сообщает летописец: "Кияне же всими своими силами, и на конех, и пеши, и тако сташа, и промежи князи: семо сташа от Вячеслава от Изяслава по праву оли до Изяслава и до Ростислава, а от Ростислава оли и до Олговы могилы, а по леву Вячеслава и Изяслава, оли до Лядьских ворот; и тако сташа около всего города много множество". Выходит, что конные и пешие отряды киевлян встали в промежутках между княжескими "полками". Этот бой Юрий проиграл, несмотря на то, что его сын Андрей действовал, как всегда, бесшабашно и лихо.
       Потерпев неудачу, Юрий, отступил от Киева, не оставляя, однако, надежды, дождавшись Владимирко с галицкой ратью, взять реванш. Изяславово войско следовало за ним, периодически вступая в огневой контакт с арьергардами Юрия ("сторожеве же ехавше под Гюргеве полкы и гонишась с ними"). Юрий отнюдь не стреимлся немедля вступать в бой и пытался уклониться от него, и на протяжении нескольких дней ему это вполне удавалось - если и происходили стычки, то маловажные, между легкой конницей с обеих сторон.
       Маневрирование перед генеральной битвой, сопровождавшееся безрезультатными переговорами, длилось почти неделю, пока Изяслав, опасавшийся скорого прихода Владимирко, не приказал атаковать рать Юрия, когда та, в очередной раз снявшись с позиции, попыталась отступить за Великий Рут, приток Роси. Бросив в бой своих "стрельцов", черных клобуков и русских. Изяславовы стрельцы "начаша наездити в зад полков [Юрия] и стрелятися с ними", а потом и вовсе "почаша у них возы отимати".
       Отбиться от наседающих стрелков Изяслава не получилось, и Юрий со своими союзными князьями, "видивши, оже нелзе им за Руть перейти, оже наездят на зад полков их и возы их отимают", приказали строиться в боевой порядок. Судя по всему, перестроение из походного в боевой порядок совершалось в спешке и привело войско в хаос. Половцы, союзные Юрию, и вовсе решили уклониться от участия в сражении, так что Андрею Юрьевичу пришлось разрываться между построением отцовского "полка" и своей дружины и приведением половцев в чувство ("укрепле е на брань"). На мой взгляд, Юрий поручил старшему сыну роль командира арьергарда - дав ему свою дружину и половцев, Юрий стремился тем самым выиграть время для отхода главных сил за Рут, пока его старший сын будет сдерживать атаки неприятеля.
       Но тут что-то пошло не так, а именно - у половцев сдали нервы. Очевидно, что они не верили в успех Юрия после поражения под валами Киева и бесцельного, как им казалось, маневрирования после этого. Они побежали, не оказав поддержки Андрею. Андрей же тем временем на лихом коне во главе своего "полка" врезался в "полк" Изяслава. Летописец снова рисует картину истинно рыцарского поведения князя: "Андреи же Дюргевич възмя копье и еха наперед, и съехася переже всих, и изломи копье свое". При этом, продолжал летописей описание его геройства, "болоша конь под ним в ноздри, конь же нача совати под ним, и шелом спаде с него, и щит на нем отторгоша", но благодаря свое звезде (время Андрея еще не наступило), он сумел выехать из бой живой и невредимый, чего не скажешь об Изяславе.
       Изяслав, перед боем отдавший приказ союзникам и киевлянам "зрите же на мои полк, а како вы поидет мой полк, тако же и вы поидити", сам, как и Ангдрей, "перед всими полкы въха" в неприятельское войско ("полк" Андрея, исходя из контекста?). В схватке Изяслав "копье свое изломи, и ту секоша е в руку, и в стегно и болоша, и с того лете с коня". Тяжелораненый князь, истекая кровью, рухнул на землю и едва не отдал Богу душу
       Тем временем сила ломит солому, и разбитый арьергард Юрия начал отступление, а затем поток беглецов захлестнул войско Юрия, вслед за половцами побежали черниговские полки, а затем и сам Юрий со своим окружением. "Бежавшим им черес Рут, много дружины потопе в Руте, бе бо грязок, и бежавших им овех избиша, а другыя изоимаша". Поражение превратилось в катастрофу, от которого Юрий так и не оправился.
       А где же тут пехота киевская (о черниговской разговора нет, она, похоже, осталась на Днепре), спросите вы, уважаемый читатель? А пехота все это время отсиживалась в тылу, и только тогда, когда конная схватка закончилась победой изяславовых полков, она выступила вперед и занялась "зачисткой" поля боя. Здесь произошел трагикомический случай - раненый Изяслав пришел в себя и застонал, "и ту хотеша и киеяне пешци убити, мняше ратного, не знаюче его (шлем Изяслава был закрытым, с маской?)...". Изяслав, ошеломленный этим намерением, привстал и заявил, что он князь, и един пешец (ну чистый швейцарец на поле боя под Нанси!), заявил ему: "А так ны еси и надобе" и рубанул его со всей дури мечом по шелому. К счастью для Изяслава, "бе же на шеломе над челом Пантелемон злат", образ святого принял на себя удар меча, разрубившего шлем, но не задевшего голову князя. Тут Изяслав снял шлем с головы и заявил, что де "аз Изяслав есм, князь ваш". Ну и , само собой, народ возрадовался, князя спасенного увидав, запел "Кирие елейсон" и "тако вси полци радующеся, полкы ратных победивше, а князя своего живого ведяче".
       Подведем итог. Пехота сыграла в этой кампании сугубо пассивную роль. Все бои шли в первую очередь с участием конницы, легкой, завязывавшей бой и "травившейся" с неприятелем, и тяжелой, ударом "в копья" (исходя из того, что и Андрей, и Изяслав "изломи" свои копья в схватке, речь явно не шла о фехтовании и вольтижировке с копьем - как там у Прокопия Кесарийского Тотила демонстрировал свою крутость, вертит копьем направо и налево, а о таранном ударе копьем "по франкски") решающей исход сражения. Пехота в лучшем случае "подчищает" то, что осталось после конного шока дружины, в худшем - играет роль последней надежды. Это совсем не то, что было еще полтора столетия или даже столетие назад. Впрочем, другого и не стоило ожидать - кампания носила ярко выраженный маневренный характер, противники все время перемещались, и тащить с собою пехоту конным по преимуществу армиям быо не с руки. Другое дело, что Изяслав, похоже (если летописец не врет), все-таки взял с собой на Перепетово поле киевскую пехоту, но лучшую ее часть - пешец, рубивший Изяслав по шелому мечом, явно не из голодранцев и, раз у него был меч, то он непременно должен был иметь и коня.Однако, подчеркнем это еще рахз, изяславова пехота в сражении сыграла сугубо вспомогательную роль - исход боя решила схватка конницы.

M. 447



Via

Saygo
      Келли ДеФриз пишет:
      "Но одна кавалерия редко выигрывала сражения. Только когда пехота использовалась для поддержки рыцарей, когда лучники "размягчали" противника при подготовке кавалерийских атак, в средневековых сражениях случались великие победы..."

3kaktkqTURBXy8xMjcwMWQ4YWYwYjVmMjQ1YjExNTJmY2U1ZjljY2I3YS5qcGVnkZUCzQOYAMLD


      Другая фраза, Линн Уайт:
      "Античность придумала кентавра, а раннее Средневековье сделало его владыкой Европы..."

36fff25000591ad9fddde8b8830c799a


      Между двумя этими цитата дистанция - одно поколение.


Via

Saygo
      Продолжение предыдущей части.
      Итак, на протяжении нескольких столетий военное дело славян изменялось крайне медленно (напрашиваются аналогии с процессами, проходившими примерно в это же время, например, у саксов). Однако в IX в., особенно во его 2-й половине, начинаются радикальные перемены. И если мы сравним прежние описания комплекса вооружения и тактики славян, с информацией византийского же историка 2-й пол. X в. Льва Диакона, то остается только поразиться тому резкому контрасту, который предстает перед нами. Сфендославовы «тавроскифы» Диакона – тяжеловооруженные пехотинцы, стремящиеся к ближнему бою. А.Н. Кирпичников и А.Ф. Медведев, касаясь этого метаморфоза, писали, что «большинство форм и видов оружия IX – X вв. не имеют местных корней в культуре предшествующей поры (выделено нами – Thor). Объясняется это тем, что боевые средства славян VI – VII вв. были весьма скудными и в этом смысле ни в какое сравнение не идут с тем, что появляется в киевский период. У обитателей Восточной Европы середины I тысячелетия н.э. преобладали лук и стрелы, метательные дротики; мечи, шлемы и кольчуги почти отсутствовали…».За относительно короткий период количество находок оружия возрастает в разы, а некоторые, например, шлемы, и вовсе появляются впервые.
      Не менее радикальными стали и перемены в тактике, «большой» и «малой». Если ранее византийские авторы сообщали, что славяне «ни боевого порядка не знают, ни сражаться в правильном строю не стремятся, ни показываться в местах открытых и ровных не желают», то теперь все выглядело совершенно иначе. Тот же Лев Диакон неоднократно подчеркивал, что русы Святослава не только не избегают рукопашного боя. Напротив, они стремятся к нему, видят в нем едва ли не единственный способ решить исход войны и битвы. При этом, что характерно, русы сражались в глубоком сомкнутом строю, который Лев Диакон сравнивает с византийской фалангой, пешей или конной. О стремлении русов к рукопашному бою и об их тяжелом вооружении (копье, щит, меч, «оружие наподобие кинжала» – скрамасакс?) говорит в описании их нападения на Барда‘а в 943-944 гг. и перс ибн Мискавайх.
      Обращает на себя внимание тот факт, что Диакон сравнивает строй руссов в сражении под Доростолом со стеной. Случайно ли такое сравнение? Не связано ли оно с хорошо известной из истории военного дела раннесредневековых германцев и скандинавов «стеной щитов» (древнеангл. Scildburh)?
      И еще однy важный момент, касающийся начала процесса профессионализации. как отмечал В.А. Шнирельман, «археологические данные о защитном вооружении имеют принципиальное значение. Ведь если функции ранних видов оружия (охотничьи или боевые) плохо различимы, то защитное вооружение, безусловно, свидетельствует об относительно регулярных вооруженных столкновениях. Кроме того, защитное вооружение в тенденции коррелируется с достаточно дифференцированным обществом, развитием систем более или менее централизованной власти, появлением воинов-профессионалов и т. д. (выделено нами – Thor)…». В самом деле, разнообразное наступательное и оборонительное оружие стоило по тем временам дорого, и далеко не каждый мог себе его позволить, это во-первых, во-вторых, снарядиться в поход также стоило недешево, и, наконец, в-третьих, примитивное аграрное общество, благополучие которого покоилось на мускульной энергии человека и тягловых животных, не могло позволить себе роскошь отвлекать на долгое время значительную и наиболее трудоспособную часть своих членов на военные походы. Те же экспедиции Олега или Игоря на Византию как раз приходились на разгар полевых работ, и ополчение en masse легко и непринужденно могло обрушить хозяйство «пактиотов» русов, да и их самих, в пропасть (ср. рассуждения Мономаха о смердах и половчине). Ergo, в этих походах участвовала только часть потенциальных комбатантов, снаряжаемых по определенной норме «с дымов», и, естественно было бы предположить, что эти полупрофессиональные «вои», обретая определенный опыт, и становятся ядром раннесредневековых русских «полков» и «тысяч». Во всяком случае, представить неопытного ополченца в строю «стены», пусть даже и в заднем ряду, довольно сложно – встать-то он встанет, но как долго он там продержится?
      Ускорение во 2-й половине IX – X вв. процессов политогенеза у восточных славян и складывание постепенно основ раннесредневековой русской государственности, связанные в известном смысле с «военной революцией», которую принесли в эти края норманны-находники, способствует, т.о., изменению внешнего облика русской пехоты, Нет, легкая пехота сохраняется, но ее значение падает. Напротив, большую роль играет пехота тяжелая, способная к ближнему бою. И снова проведем аналогию с той же Скандинавией и раннесредневековой Англией. Специально вернулся к своей статье о сражении при Листвене в 1024 г., написанной пять лет назад, и в общем и сегодня я не откажусь ни от одного слова из нее в той части, что касается характеристики русской пешей рати. Процитирую сам себя:
       «Любопытно, но в «Пряди об Эймунде Хрингссоне» новгородское войско, выступившее на помощь Ярославу, именуется «большой ратью бондов». Скандинавский же бонд – это не только и не столько горожанин, а, как отмечал А.Я. Гуревич, свободный человек, ведущий самостоятельное хозяйство, домохозяин, владелец усадьбы, глава семейства, т.е. и богатый поселянин. Такой «бонд», подобный былинному Микуле Селяниновичу, вполне мог не только сам обеспечить себя оружием и доспехом, но выступить в поход «людно и оружно» во главе свиты из многочисленных домочадцев, «клиентов»… Кстати, в скандинавских судебниках такие домохозяева именуются «maðr», т.е. «муж», а этот термин регулярно встречается на страницах ранних русских летописей. Эти «мужи», «могучие бонды», по словам отечественного археолога и историка Г.С. Лебедева, «опиравшиеся на крупные наследственные земельные владения, многочисленные собственные семьи (включавшие домочадцев, зависимых работников и слуг, рабов), обладавшие разветвленными родовыми связями в округе», будучи чрезвычайно могущественны и влиятельны, «в состоянии были выставить собственные вооруженные силы, организовать военный поход или торговую экспедицию…». Ополчения «мужей» были достаточно сильны и хорошо вооружены, чтобы на равных сражаться с дружинами ярлов и конунгов и одерживать над ними верх – как это было, к примеру, в битве при Стикластадире в 1030 г.».
      Кстати, об Англии. Напомню, что я писал о впечатлениях после прочтения биографии Гарольда Йена Уолкера семь лет назад:
       «Любопытная фраза из уолкеровой биографии Гарольда: «Другая часть войска (Гарольда – Thor) представляла собой фюрд, или ополчение, которое собиралось из населения скиров. Не следует представлять себе фюрд как просто сборище местных жителей, вышедших защищать свою землю; в действительности он состоял из подготовленных людей, которых их земляки избрали на эту роль».
      Другая деталь, касающаяся фюрда, не менее любопытная: «В фюрд входили также отряды, собранные и снаряженные монастырскими общинами, члены которых сами, естественно, не могли сражаться».
      И третья: «Судя по всему, фюрд никогда не созывался целиком за один раз; по-видимому, существовала определенная очередность, с которой воины фюрда должны были откликаться на призыв короля».

      Вряд ли стоит сомневаться в том, что раннесредневековое русское общество, находившееся примерно на той же стадии развития, что и Англия IX – нач. XI вв., в вопросах военной организации радикально отличалось от англосаксонского – во всяком случае, я не нахожу для этого веских оснований.
      Подводя итог всему вышесказанному, отметим, что в раннесредневековый период русская пехота, являясь основой войска, прошла эва этапа в своем развитии, эволюционировав от легкой к тяжелой. Конница же все это время оставалась малочисленной и решающей роли на полях сражений не играла (в том числе и по сугубо экономическим и биологическим причинам – грубо говоря, подавляющая масса коней у восточных славян того времени отличалась малым ростом и годилась в лучшем случае для обоза и средства доставки ратника и его имущества к полю боя). Ее время было еще впереди.

Безымянный---



Via

Saygo
       Любопытная деталь, связанная с пехотой русов в конце Х в.
      Император Никифор Фока в своей "Стратегике" (составленной, вероятно, в 60-х гг. Х в.) упоминает русов среди прочих варваров на службе Империи, причем использовались они в качестве легкой пехоты - дротометателей. Стоит напомнить, что немногим ранее император Константин VII Багрянородный отделял славян о русов, равно как и арабские писатели делали то же самое.
      Запомним это и пойдем дальше. Как раз закончил читать исследование А.А. Роменского "Империя ромеев и "тавроскифы". Один из сюжетов книги - отправка Владимиром Святославичем (который Красно Солнышко) в 988 г. (или около того года - дискуссия продолжается) на помощь своему шурину василевсу ромеев Василию II экспедиционного корпуса размером, если верить тогдашним хроникам, аж в 6 тыс. воинов.

14387


      Этот корпус фактически спас Василия II от поражения в гражданской войне и позволил императору выиграть решающее сражение с войсками узурпатора Варды Фоки под Хризополем. Вот здесь и возникает вопрос - если эти русы, кои были присланы Владимиром Василию, сыграли решающую роль в битве, они были такими же дротометателями, что и русы из сочинения Никифора Фоки? Свежо предание, да верится с трудом, тем более что и здесь, и несколько ранее, на Дунае, во время войны императора Иоанна Цимисхия и Святослава Игоревича росы/русы сражались с византийцами лицом к лицу, "фаланга" на "фалангу", а не в рассыпном строю. Во всяком случае, из контекста известий о действиях этого корпуса следует, что они точно не были легкими пехотинцами, но точно - оплитами".
      В общем, странная выходит неувязка. Конечно, можно сказать, что Владимир отправил на помощь императору ставших ему ненужными и опасных норманнов, но, по логике составителя "Повести временных лет", своих варягов, которые помогли ему захватить власть и в Киеве, Владимир отослал в Константинополь чуть ли не сразу после того, как сел на киевский стол. Не подходит, ту явно другой случай.
      И, продолжая эту историю с наемниками-русами на службе Василия II, приведем еще одну любопытную цитату из сочинения армянского хрониста Степаноса Таронского по прозвищу Асохик. Он писал, что в 1000 году византийское войско во главе с самим императором, в состав которого входил и отряд русов, прибыло в западную Армению (нынешняя восточная Турция, р-н Диарбекира). Здесь и произошел случай, о котором написал Асохик в своей хронике:
       Из пехотного отряда Рузов какой-то воин нес сено для своей лошади. Подошел к нему один из Иверийцев и отнял у него сено. Тогда прибежал к Рузу на помощь другой Руз. Ивериец кликнул к своим, которые, прибежав, убили первого Руза. Тогда весь народ Рузов, бывший там, поднялся на бой: их было 6.000 человек пеших, вооруженных копьями и щитами, которых просил царь Василий у царя Рузов в то время, когда он выдал сестру свою замуж за последнего. — В это же самое время Рузы уверовали во Христа. Все князья и вассалы Тайк'ские выступили против них и были побеждены. Тут погибли: великий князь князей, по имени Петриарх, два сына Очопентре — Габриель и Иоаннес, Чортванел внук Абу-Харба и многие другие; ибо гнев Божий тяготел над ними за их высокомерие.
      Из этого рассказа следует, что оные русы - пешие копейщики-гоплиты, но имеющие лошадей (для перемещения или для перевозки снаряжения, или для того и другого - неясно). Пешие копейщики, но никак не дротометатели. Вот и вопрос - почему у Никифора Фоки русы - легкая пехота (есть ли основания не доверять показания императора?), а у Льва Диакона, Скилицы и Асохика - уже тяжелая, при том, что прошло всего ничего лет между этими разными русами. Кто из них вводит в заблуждение почтеннейшую публику и что случилось между концом 60-х и началом 70-х гг. Х в. с русами, так резво реэкипировавшимися и переобучившимися?


Via

Saygo
       На этот раз из Ипатьевской летописи (продолжаем вступление ко 2-й части истории средневековой русской пехоты).
      Итак, на календаре лето 6655 (или, по нашему летоисчислению, 1147/48 год). На Руси (пока еще не святой) идет борьба за наследство Мстислава Великого, сына Владимира Мономаха - кому быть князем киевским и старшим в роду Рюриковичей (а семейство это, надо сказать, переиначив немного классику, было "буйной корпорации детей Ярослава Владимировича, прослывшего Мудрым мудрым, которую, на манер польского сейма, вечно раздирала анархия. Дети подобрались какие-то грубые, жадные, строптивые и мешали друг другу собирать в житницы"). Претендовавший "в отца место" в этом славном семействе Изяслав Мстиславич, намереваясь идти походом на преступивших крестное целование Ольговичей (потомков Олега Гориславича), обратился за помощью и поддержкой к киевлянам с такими словами:
      Ныне же, брате Кияне, чего есте хотели, чим ми ся есте обечали, поидите по мне к Чернигову на Олгович, доспевайте же от мала и до велика: то имеет конь, кто ли не имеет коня, а в лодьи....
      Любопытная выстраивается картина - созывая киевское ополчение en masse, князь предлагает киевлянам снаряжаться в поход соответственно их материальному положению и достатку - те, кто может позволить себе коня, выступает в поход конным, а прочие "молодшие люди", всякая голь перекатная и нищеброды, грузятся в лодьи и играют в плавную (судовую) рать.
      Остается, правда, вопрос - хорошо, с голью перекатной кабацкой все и так более или менее понятно - "молодые люди два третьего покрутили щитом да с сулицею...", но вот как быть с теми киевлянами, которые выступили с князем в поход конными. Сражались ли они конными (верится с трудом - мужик на коне остается мужиком на коне, который обращается с оружием с ловкостью деревенского пожарного) или же выступали в роли ездящей пехоты - на марше конные, в бою спешивались? Второе представляется более вероятным (опять же - есть конкретные новгородские примеры того времени. 1216 г., новгородцы вспоминают былые дни и сражение на Колакше в 1097 году: "Княже, не хощем изъмрети на конех, нь, якоже отци наши билися на Колачькеи, пеши"... Новгородци же съседавше с конеи, и порты сметаша съ себе, еще и сапозе с ног сметавъ, и поскочиша босе, пешь, якоже елене...").

FOnSJdAi8ArzzIt7rveAI7LfjI3NY9i0MbxmPobLtVnMxak8DVP6Zgcr0PP3GGhahxZ2c6q8aBclepJZrYUZuVNMRTG0H6tJapluDo0aQLwqmn1YVqgJf4nsV9rRafOV



Via

Saygo

Шпроты

      В свое время, дпвным-давно. когда я еще учился в старших классах средней школы № 93 славного города Пермь и читал много чего про древнюю жизнь, среди прочего читал и про таинственных конодонтов (ныне конодонтовые элементы).
 
xagn03.jpg.pagespeed.ic.nw_xYp7BUz

      Эти крохотные зубчики (размеры в лучшем случае первые миллиметры) в бесчисленных количествах находили в палеозойских осадочных породах - и так много, что их стали использовать для стратиграфии осадочных пород. Но как выглядели носители этих зубчиков - долгое время оставалось загадкой. Но, похоже, нет ничего тайного, что рано или поздно не становится явным - так и здесь, в этом случае. В 1983 г. в собрании Института геологических наук в Эдинбурге был обнаружен отпечаток загадочного существа, который при пристальном рассмотрении и оказался тем самым конодонтом (или, как сейчас пишут - конодонтоносителем).
 
picture_of_the_day_conodonta_1

      Вот так представляет себе конодонтофора Н. Зверьков.

      А это другая реконструкция:
 
6a00d8341bf67c53ef0134888f7f83970c (1)

      Так или иначе, но эти примитивные хордовые существа, судя по всему, в неисчислимых количествах населяли палеозойские моря и не пережили грандиозного вымирания на границе триаса и юры. А подробнее о них можно прочитать здесь и здесь.

Via

Saygo
       Ну вот и дождались - "Янычары" уже в продаже!
 
67928086_2589525151274687_2326066940763701248_o

       «Янычары» Ивана Грозного: стрелецкое войско во 2-й половине XVI – начале XVII вв.

       Не прошло и года...
       P.S. Если верить статистике на сайте, то за первый день продаж ушло полсотни штук. "Добре, сынку, добре!" (с)

Via

Saygo

Шелом

       Камрад andrewbek_1974 на днях у себя на страничке разместил несколько фотографий вот такого вот шелома, который якобы сделан в России во 2-й половине XVI в., из коллекции Worcester Art Museum.
ШЕЛОМ 1

       Данные на шелом: высота 364 мм, ширина 212 мм. Размеры нащечников: 143х128 мм и 144х130 мм. Вес боевого наголовья 2 кг 350 г.
 
1
 
2
 
3
 
4
 
5
 
6

       Вот есть у меня сомнения относительно этого шелома. Во-первых, уж очень он чистый и гладенький, во-вторых, конструкиця внушает сильные сомнения - по форме само боевое наголовье как будто нормальное, таких сохранилось немало, но вот датировка его 2-я ли половина XVI в. И потом, если науши еще и можно к нему привязать по времени (ибо есть реальные находки), то вот наносник? И вообще, русский ли это шелом? Не турецкий ли или восточный? Я бы на османов поставил...

Via

Saygo
Все-таки серьезное дело надо доводить до логического завершения, а не ограничиваться полумерами. Первая част рассказа про год утраченных возможностей в Ливонии: Делёж ливонского пирога
      Смотря на всю эту истрорию с высоты четырех с гаком веков, невольно приходишь к мысли, что надо было Tyrann'у сразу идти на Ригу и Ревель и брать всю Ливонию разом, пока они были тепленькими, а потом торговаться. Однако хотели как лучше...
Датские послы в Москве. Миниатюра из Лицевого летописного свода

      Збавно смотреть на то, как миниатюрист стремился отразить на рисунке своеобразие европейской моды того времени.

Via

Snow
      Долгие путешествия за справкой для того, чтобы обменять водительские права класса В (да уж, 10 лет прошли как один день), стояние в очередях и и прочие бюрократические прелести (справку я таки получил, осталось дело за малым - права обменять) дали много не то чтобы свободного (какая ж это свобода - стоять в очереди туда-сюда или мотаться из одного конца города в другой?). Однако ж какой-никакой, а определенный досуг появился, и вот, перемещаясь в пространстве или стоя в очереди (или уже дома, вечером, размышляя о бренности бытия) измыслил я такую ересь относительно "Русского централизованного государства".
      Суть ереси не в том, что оно было "недоцентрализованным" (это старая идея, давно существующая в историографии), а в развитии этого тезиса. Обычно "недоцентрализацию" связывают с сохранением удельной системы (я с этим несогласен - корни "недоцентрализации" гораздо глубже, удельщина только внешний признак ее, этакий атавизм, хвост на копчике) и далее пишут о том, что вот мол, Иван III и прочие великие князья (до Tyrann'a включительно) борются с удельщиной, всяко разно изживают ее и истребляют - типа, такая вот целенаправленная политики из поколения в поколение выходит, по централизации. И всякие основания подводятся, и обвиняется косвенно тот же Иван III в некое макиавеллизме до Макиавелли - мол, у себя удельщину истребляет, а вот на границе, на русско-литовском фронтире, ее поддерживает, отчего и бегут к нему с уделами тамошние литовские князья (этакая гибридная война с "зелеными человечками" и сепарами конца XV в. Хотя, как я у же писал раньше, отжали когда-то силой Гедиминовичи земли Рюриковичей,о чем и сами с гордостью писали, дал де Бог мочи взять земли те, а теперь Рюриковичы вошли в силу и взыскуют свое, наследственное, отчинное, по праву "старины").
      Так вот - а если подойти к вопросу с другой стороны? Не было никакой целенаправленной борьбы с уделами как с идеей, как с принципом политической организации. А что же было, спросите вы, уважаемый читатель? А была борьба с конкретными людьми, с конкретными князьями, которые где-то когда-то как-то "згрубили" великому князю, и великий князь с ними разобрался, лишил удела (а то и еще кое-чего, что подороже и невосполнимо)...

      Да и мог ли великий князь, что Иван III, что Василий III, что Иван IV, поступать иначе? Они были частью системы, воспитывались во вполне определенной среде, настроенной очень и очень консервативно, нацеленной на воспроизводство традиционных ценностей, а удельная "старина" - это основа основ этой системы. И великий князь не мог пренебрегать мнением "политической нации", ибо от этого зависел успех его правления и выполнение его миссии - сохранения православного царства, III Рима. А, значит, выходит, не было никакого макиавеллизма, а великий князь был вполне себе непротиворечив в своих устремлениях. Потому удельщина и воспроизводится в каждом поколении, и даже Иван Грозный не отходит от этого принципа - он оставляет за сыном казненного Владимира Старицкого Василием отцовский удел, и наделяет уделом сперва Федора, своего среднего сына,а потом и Дмитрия (хотя есть сомнения в этом)...
Saint_Dmitriy_icon_02_BIG

Via

Saygo

Чудо-юдо,

но не рыба и не кит, а древний, очень древний ихтиозавр Sclerocormus parviceps
Sclerocormus_small
      Находка была сделана китайским палеонтологами в провинции Аньхой
300px-Anhui_in_China_(+all_claims_hatched).svg

в нижнетриасовых отложениях (примерно 250 млн лет назад), и появилось наше чудо-юдо (а оно именно чудо-юдо, ибо, будучи ранним ихтиозавром, оно на него не похоже от слова совсем - классические ихтиозавры, хорошо известные всем еще по школьным урокам биологии, обладали веретенообразным телом, длинным рылом, усаженным острыми зубами, и мощным хвостовым плавником. Такое строение делало ихтиозавров скоростными и маневренными охотниками на нектонных организмов – рыб, головоногих моллюсков и прочих активно передвигающихся в толще воды животных. Склерокормус же выглядит настоящей карикатурой на своих далеких потомков. Его голова очень короткая, а челюсти лишены зубов ... Хвост Sclerocormus parviceps также не имеет ничего общего с более поздними ихтиозаврами. Он представлял собой длинный, лишенный плавников хлыст. Так что выгребать против течения склерокормусу, по всей вероятности, приходилось с помощью конечностей) буквально сразу после великого пермского вымирания, расчистившего сушу и море для новых причудливых существ.
sclerocormus_parviceps_by_ngzver-da3pv1n

Via

Saygo
       Из Кореи пишутЪ, что... В общем, читайте по ссылке про двуногое беззаконное чудо-юдо заморское:

      Австралийские, американские и корейские палеонтологи во главе с Мартином Локли (Martin G. Lockley) из Колорадского университета в Денвере описали несколько новых серий следов, которые они обнаружили в формации Чинджу. Судя по форме, отпечатки принадлежали ихнороду Batrachopus. Следы животного назвали Batrachopus grandis, так как они достигали 24 сантиметров, а у близких видов — 8 сантиметров и менее. Судя по этим значениям, длина тела того, кому принадлежали следы Batrachopus grandis, составляла около 3 метров

      Вот он, наш красавЕц:

image-1-1024x683



Via

Snow
      Вчера натыкаюсь на вот этот указ Петра I Синоду от 19 апреля 1724 г. (собственно, сам указ читал давно, но вот над смыслом текста призадумался только сейчас):
      "Намедни разговорами давно побуждал, а ныне писмено, дабы краткие поучения людям зделат [понеже ученых проповедников зело мало имеем]; также зделат книгу, где б из'яснит, что непременный закон Божей, и что советы, и что предания отеческая, и что вещи средния, и что толко для чину и обряду (дабы знал, что в каковой), и что непременныя и что по въремени и к случаю пременялас, чтобы знат могли, что в каковой силе имет.
      О первых, кажетца, мне, чтоб просто написат так, чтоб и поселянин знал, или на двое: поселянам простяя, а в городах - покрасивее, для сладости слышащих, как вам удобнее покажетца, в которых бы наставъления, что ест прямой пут спасения, истолкован был, а особливо веру, надежду и любоф [ибо в первой и последней зело мало знают, и не прямо что и знают, а о середней и не слыхали, понеже всю надежду кладут на пение церковное, пост и поклоны и прочее, тому подобное, в них же строение церквей. свечи и ладон]№ и что о стродании Христовом толкуют толко за один первородный грех, а спасение делами своими получат, как выше писано.
      О вътором же, чтоб книгу сочинит, мне кажетца, (чтоб) не лучше л оную катехисисом начат и к тому и протчие вещи последователно, что в Церкви обретаетца, внесть с пространным толком, також приложит, когда и от кого и чего ради в Церкоф внесено".
      Я выделил пару мест в наказе, особо меня заинтересовавших. Первое понятно - мало провоедников ученых, значит, мало, это извечная проблема. Но вот вторая часть - выходит, что, по мнению Петра, краткий катехизис с изложением основ православной веры, обряда и всего, что до Церкви достоит, должен быть изложен простым и понятным для поселян (sic -!) языком! Вместо проповедника (которых нет) - книга, печатная, простым языком - значит ли это, что в деревнях было достаточно грамотных людей, способных читать и потом пересказать своим ближним прочитанное? Если бы таковых не было или было очень мало, имело бы смысл заниматься всей этой работой? Или же Петр не владел информацией и полагал крестьян более образованными, нежели они были на самом деле? По мне, так первое предположение ближе к истине...
      Кустодиев Б.М. Земская школа в Московской Руси:
0010-010-

Via

Saygo
      В завещании митрополита Фотия, написанном в 1431 г., есть такие строки, обращенные к великому князю Василию Васильевичу и его матери Софье, и дядьям великого князя:
      "Как есми пришел на Москву на митрополию после своего брата святого Кипреяна митрополита Киевъского всея Руси, не обретох в дому церковнам ничто же, и что, сыну князь велики, откуду мне мне пришло в вочине великого вашего государства и в Литовьскои земли, и от инех земль, от благородных и благоверных князеи и от всех православных христьян, кто что дал в милостиню мне от искуплении грехов своея душа, от злата ли кто дал, от сребра ли ли от судов от серебреных, а иные велели дати во Цареград или во Святую Гору, и от того что не успех отправити мятежа ради бывшего плотного, еже о церки божиеи, и потом не в строениих и в делех земских, и о том о всем благословляю тебя, сына своего великого князя, чтобы то все соблюденно, а не подвигнуто бы было ничто же ни от кого...".
      Гм, это что же такое получается - выходит, у великого князя московского есть, выходит, законный повод вмешаться в дела Великого княжества Литовского под предлогом того, что де посягают там всякие латины на имущество святой христианской церкви?
Фотий

Via

Saygo
       Вот такая вот есть, гм, графика - картина не картина, фотография не фотография:

77308462_2596171797329276_4686173679191588864_o


       Понятно что это не теплая ламповая масляная живопись под старину, изображающая гишпанцев на молитве перед баталией, но тогда что это& Гугление толкового результата не дало. Может, кто подскажет?


Via

Saygo
      Намедни случилась у нас очередная годовщина Куликовской битвы - и прошла бы она незаметнько так, ибо не круглая и вообще. Однако есть еще порох в пороховницах и так далее - нашелся "ирой, который всех прочих ироев иройством своим превосходит и затемняет". И ведь затемнил и превзошел - я так полагаю, что и сам Фоменко позавидовал бы.
      Итак, цитата:
"В этот день в 1380 году состоялась Куликовская битва (место столкновения неизвестно). Задумка вел.кн. Дмитрия Ивановича была неплохой - бить врагов по частям (если это задумка, конечно), в первой части его воины, в ходе ожесточенного сражения разбили отряды узурпатора Мамая, но понесли такие потери, что подошедшие войска ВКЛ (западно-русского гос-ва) и отряды Олега Рязанского без особого труда нанесли им сокрушительное поражение, после чего заняли Москву. Дмитрий бежал на с-в княжества.
      Отбить Москву смог Тохтамыш (чингизид) в 1382 году, но при этом он полностью разрушил город, перебил или увел его жителей - так что как минимум до 2-й пол. 15 в. Москва НЕ была столицей (в это время в ее качестве указывают обычно Коломну).
      Вдобавок после 1382 г. Дмитрию пришлось выплачивать Империи "недоимку" по налогам - для чего пришлось серьезно "ободрать" оставшихся подданных - наверное он тоже повысил им пенсионный возраст и НДС с акцизами на бензин поднял...
      В целом правление Дмитрия "Донского" стоит оценивать как бедственное для Руси, а самого его - как обладателя весьма спорных качеств (например отраженное в летописях его участие в Куликовской битве в качестве "простого воина" вообще в это время было неприемлемым!)...
".
 
zYAAAgOOEOA-960
      Хорошо, что у меня привычка есть - читать ленту сидя, а то ведь от набора таких перлов и кондратий может обнять. Олег Рязанский на пару с литвинами занял в 1380 г. Москву, которую потом отбил Тохтамыш и столица Московского княжества на время (на полстолетия, выходит) переехала в Коломну. Коломна - столица Московского княжества, Карл, столица! А Тохтамыш - ее освободитель!

Via

Saygo
этом стихотворении?

      День - ночь - день - ночь - мы идем по Африке,
      День - ночь - день - ночь - всё по той же Африке.
      (Пыль - пыль - пыль - пыль - от шагающих сапог.)
      Нет сражений на войне.

      Восемь - шесть - двенадцать - пять - двадцать миль на этот раз,
      Три - двенадцать - двадцать две - восемьдесят миль вчера.
      (Пыль - пыль - пыль - пыль - от шагающих сапог.)
      Нет сражений на войне.

      Брось - брось - брось - брось - видеть то, что впереди.
      Пыль - пыль - пыль - пыль - от шагающих сапог.
      Все - все - все - все - от нее сойдут с ума.
      И нет сражений на войне.

      Ты - ты - ты - ты - пробуй думать о другом,
      Бог - мой - дай сил - обезуметь не совсем.
      (Пыль - пыль - пыль - пыль - от шагающих сапог.)
      Нет сражений на войне.

      Счет - счет - счет - счет - пулям в кушаке веди.
      Чуть - сон - взял - верх - задние тебя сомнут.
      (Пыль - пыль - пыль - пыль - от шагающих сапог.)
      Нет сражений на войне.

      Для - нас - всё - вздор - голод, жажда, длинный путь,
      Но - нет - нет - нет - хуже, чем всегда одно -
      Пыль - пыль - пыль - пыль - от шагающих сапог.
      И нет сражений на войне.

      Днем - все - мы - тут - и не так уж тяжело,
      Но - чуть - лег - мрак - снова только каблуки.
      (Пыль - пыль - пыль - пыль - от шагающих сапог.)
      Нет сражений на войне.

      Я - шел - сквозь - Ад - шесть недель, и я клянусь,
      Там - нет - ни - тьмы - ни жаровен, ни чертей,
      Но - пыль - пыль - пыль - пыль - от шагающих сапог,
      И нет сражений на войне.

Via

Saygo
      Нужно ли говорить о том, какой "вклад" сделал последний наш летописец, Н.М. Карамзин, в формирование "черной легенды" об Иване Грозном? И неважно, какими мотивами он руководствовался, создавая такой запоминающийся образ - важно то, что этот образ не без его легкой руки устоялся в общественном сознании и обрел независимое от желания исследователей существование (поди теперь. поспорь с "как известно"!).
      Но даже Карамзин был вынужден написать такие строки:
      «Добрая слава Иоаннова пережила его худую славу в народной памяти: стенания умолкли, жертвы истлели, и старые предания затмились новейшими; но имя Иоанново блистало на Судебнике и напоминало приобретение трех царств могольских: доказательства дел ужасных лежали в книгохранилищах, а народ в течение веков видел Казань, Астрахань, Сибирь как живые монументы царя-завоевателя; чтил в нем знаменитого виновника нашей государственной силы, нашего гражданского образования; отвергнул или забыл название мучителя, данное ему современниками…».
      Почему так получилось? В чем причина такого устойчивого отношения к Ивану в "народной памяти" (и, кстати, раз уж зашел об этом разговор - каким остался в "народной памяти" Тишайший?). И напрашивается ответ (впрочем, он, по большому счету, известен достаточно давно - Р.Ю. Виппер, не из "тусовки" историков-русистов", писал в эмиграции, что Ивану Грозному «не посчастливилось на литературных защитников») - злодеяния Ивана коснулись прежде всего и в первую очередь элиты общества и ее обслуги, ее клиентелы. А уж она постаралась отомстить Tyrann'у в литературном наследстве, особо не заморачиваясь тем, насколько тот образ, который она нарисует, соответствует реальному образу. Вам нужен злодей - их есть у меня! Как же - он, злодей, попытался посягнуть на святое, на ее, элиты, жадной толпой обступившей трон, властные прерогативы, неприкосновенность и право единолично, в свое удовольствие доить корову. Такое не прощается и о каком sine irа et studio может идти речь при таких раскладах?
02

      P.S. Еще со студенческой скамьи не оставлял меня в покое вопрос - как так получилось, что Римская империя не рухнула при таких моральных уродах, как, к примеру, Нерон или Калигула (много их, список можно расширить)? Может, дело в том, что они не такие уж и моральные уроды, а таковыми они стали потому, что конфликтовали с сенатской оппозицией, а уж она постаралась отомстить, не только убив императоров-уродов, но и создав им соответствующий имидж уродов?

Via

Saygo
       Если бы князь М.И. Воротынский проиграл бы сражение при Молодях? Нет, речь не идет о том, что на Руси установилось бы классическое ордынское иго в той его форме, какое появилось при Батыге злоумудренном и его преемниках - с баскаками, гарнизонами и пр. подробностями. Все-таки Крым - не Золотая Орда, и Девлет-Гирей не Батый. Но все же.
       Попробуем представить как могли бы развиваться события. при таком сценарии. исходя из тех требований, которые предъявлял Девлет-Гирей Ивану Грозному перед тем, как. Само собой, Казань и Астрахань отходили под крымский протекторат и оказывались в сфере влияния Крыма. На их столе оказывались крымские "царевичи" (этого добра в Крыму хватало с избытком, вечные проблемы с их пристройством возникали), окруженные свитой из крымских же аристократов (разбавленных местной знатью). Ногайская Орда окончательно склонялась к тому, чтобы также принять верховенство Бахчисарая - во всяком случае, с побежденным Иваном Грозным ногайские мурзы дружить явно не собирались, а вот поживиться шерстинкой медведя - очень даже были не против. И тогда тот " le cauchemar des coalitions", мучивший Ивана, когда Крым был одной саблей, Казань - другой, Астрахань третьей, а ногаи - четвертой, становился печальной реальностью. И отбиться от этого единого татарского фронта было бы крайне сложно, если вообще возможно.
       Однако это только одна из неприятностей, ожидавших Ивана и его ближайших преемников (вопрос в том, как долго просуществовало бы 2-е издание Золотой Орды в крымской редакции?) . Другая, не меньшая, а, может, и большая неприятность - превращение подарков-поминков в регулярно выплачиваемую дань-выход - "Магмет-Кирееву дань" как знак признания своего вассального положения, с регулярными поездками великого князя (о царском титуле пришлось бы забыть) в Крым, выдачей (за соответствующее вознаграждение, естественно) "царского "ярлыка" на правление, унизительные церемонии приема послов и аудиенций при ханском дворе и пр. Вассальное положение Русского государства по отношению к Крыму становилось реальностью, и ни о каком "братстве" между двумя государями речи и быть не могло - более того, при ханском дворе с московским великим князем начали бы местничаться тамошние князья - те же Ширины и Мангыты.
       Само собой, выход стали бы требовать еще и казанские и астраханские "цари" и, не исключено, те же ногайские бии - эти последние, возводившие свой род к самому Едиге, полагали, что по "местническому" счету ничуть не хуже московских великих князей, а еще можно было померяться летами и выяснить, кто кому приходится "отцом", а кто - "сыном".
       Правда, есть и нюансы. Речь Посполитая, возникшая после Люблинской унии 1569 г., представляла собой государство более мощное, нежели захиревшее к тому времени Великое княжество Литовское. Разобравшись внутри себя, оно неизбежно стало бы претендовать на верховенство в Восточной Европы (что и произошло затем на самом деле, при Стефане Батории и при первых Васах). А вот это ни в коем случае не устраивало Крым. И тогда можно было ожидать, что благосклонный взгляд крымских "великих царей " обратится в сторону Москвы - ведь теперь она - слабейший игрок в "Большой Игре" восточноевропейской. И вряд ли бы крымские "цари" пошли бы на то, чтобы передать Речи Посполитой тот же Смоленск или Северщину, не говоря уже о Рязани или Пскове с Новгородом (на которые в свое время выдавал ярлык Менгли-Гирей I Сигизмунду I). Москва становилась нужно Крыму для того, чтобы противостоять Речи Посполитой, и здесь у Москвы появлялся шанс постепенно, играя на противоречиях между Речью Посполитой и Крымом и внутри самой рыхлой Крымской "сверхдержавы", вернуть себе прежний статус. Но для этого потребовалось бы время, и не малое - по меньшей мере одно поколение, а то и больше. В известном смысле можно вести речь об откате к ситуации начала XV в., ко временам Витовта и Василия I.

1064751_original.jpg


       P.S. А вот интересно - как бы себя повели в такой ситуации тот же Новгород или Псков? Не попытались ли при таких раскладах ни попробовать "прислониться" к Речи Посполитой?


Via

Saygo

Читаю

сегодня с утра пораньше насчет Малюты Скуратова - вот, мол, упырь, и все такое...
       А с чего, собственно, упырь? Верный слуга государев, аки пес, измены выгрызал, ничего не пожалев - даже славы своей в потомках, всем пожертвовал. И смерть честную принял, солдатскую, в бою с врагами государевыми. Так что взъелись-то на него? За то, что он, гнусный замкадыш, со своим суконным рылом да в калашный ряд попытался пролезть?

552077_original.jpg



Via

Saygo
       В 410 г. Алкивиад, этот, по выражению И.Е. Сурикова, "античный денди", командуя афинским флотом, наголову разгромил спартанскую эскадру у Кизика (в в Малой Азии, в Ионии). Командовавший ею наварх Миндар, спартиат, пал в сражении, и его заместитель-эпистолей, тоже спартиат, Гиппократ, отправил в Лакедемон послание, извещавшее о постигшей спартанское войско и флот катастрофе - письмо, представляющее собой самый что ни на есть чистейший, дистиллированный образец спартанской лаконичности:
      "Коры­та погиб­ли. Мин­дар пре­ста­вил­ся. Эки­паж голо­да­ет. Как быть, не зна­ем".



      Стоит заметить, что вместо "корыт" можно вставить другое слово - "дрова" (использованное Гиппократом дорийское слово κᾶλα может быть переведено скорее как "дрова", "дерево").


Via

Saygo
      Сим сообщаю, что на Warspot'e появилась третья, предпоследняя вторая статья из истории кампании 1567 г. на "Литовском фронте":
       12 ноября на Ршанском яме (возможно, это был так называемый Велильский ям, учреждённый в 1540 году в полутораста верстах к юго-востоку от Новгорода, в Деревской пятине, ныне деревня Ям) состоялось совещание царя с прибывшими к нему земскими воеводами. Помимо самого царя, его сына, Владимира Старицкого и ближних бояр присутствовали великолуцкие воеводы бояре и князья И.Ф. Мстиславский, И.И. Пронский, П.С. Серебряный, а также И.В. Шереметев Меньшой, И.П. Яковлев, Л.А. Салтыков и М.И. Вороной. На этом без преувеличения историческом военном совете обсуждался один, но чрезвычайно важный вопрос: стоит ли царю продолжать поход в Ливонию, к «неметцким городом или поход свой отставить», отменить прежде сделанные распоряжения и повернуть обратно, распустив большую часть войска по домам?
      Посовещавшись с воеводами, Иван решил поход отменить. Сам царь со своим старшим сыном и с князем Владимиром должен был через Великие Луки идти к Москве. «Большим» же воеводам с собравшейся к тому времени ратью «для береженья» от нечаянного нападения литовцев совет велел остаться на время в Великих Луках и в Торопце. Наряд же, с превеликими трудами двигавшийся из Великого Новгорода на соединение с войском, решено было оставить пока в Порхове...
.
      А вот чем царь и его воеводы объясняли свое решение свернуть кампанию досрочно и какую роль в этом сыграл "брат" Жигимонт - об этом и пойдет речь в статье.

102825_original.jpg


      P.S. И снова, как обычно, премного благодарен буду за доброе слово и лайк на Warspot'e после прочтения статьи! 1PtLiIpk4Rk2dMHtaJJ1EHFp8WJNIFd6uQI3a3VX


Via

Saygo
       Воспоминания японского матроса, служившего на авианосце "Сёкаку":

      В день отправки в строю дивизиона мы попрощались со старшинами и погрузились в грузовики. Грузовики доставили пополнение к волнолому, откуда десантными катерами роту новобранцев из учебки перебрасывали на полуостров Идзу, где в бухте Атами стояли авианосные дивизии. Несмотря одновременно на южную жару и леденящий страх, мы не могли не насладиться ярким утром и рассекающими утренний океан катерами. Исчез в брызгах из виду волнолом Оппамы, катер углубился в океан, разрезая буруном водную гладь. Добравшись до бухты Атами, на рейде острова Хацу мы увидели бесчисленные ряды кораблей в серой военной окраске

      Не так уж чтобы и часто попадаются такие вот вещи.

      "Сёкаку" собственной персоной:
Japanese_aircraft_carrier_shokaku_1941

      И в цвете (картина маслом):
 
art-flot-korabl-voennyy-729

      И модель:
SHO_L_002.jpg4259027E-4DC9-405D-A252-35AD42B116C6Default

Via

Sign in to follow this  
Followers 0