Скит боголепный

Sign in to follow this  
Followers 0
  • entries
    1,285
  • comments
    8
  • views
    168,005

Contributors to this blog

About this blog

Entries in this blog

Saygo
       Так написал в свое время наш "Геродот" и "последний летописец" Карамзин, и эти слова можно взять в качестве эпиграфа к этому и следующему постам, продолжающим итосрию великого московского пожара 1547 г.
      В предыдущей части мы остановились на том, какк 3 июня рухнул большой колокол в Кремле, и иван поспешил в столицу, оставив избитых и униженных псковских челобитчиков. Вслед за этим событием в столице в первых числах июня случился еще один пожар и в довершение всех бед 21 июня, во второй половине дня («во 12 чяс дня», около 2-х часов) «загореся храм Воздвижение честнаго креста за Неглинною на Арбацкои улице на Острове» (другой книжник добавлял к этому, что "загореся за городом на посаде, на Острову., в монастыре церковь от свечи" - вот вам и сгорела Москва от копеечной свечки!).
       Новый пожар «на третьем часу нощи преста» (после 9-ти часов вечера), однако этих нескольких часов хватило, чтобы огненная буря («и бысть буря велика, и потече огнь якоже молния, и пожар силен», а тут еще и великая сушь) сожгла практически всю Москву. «Прежде убо сих времен памятные книзи временныи пишут, таков пожар не бывал на Москве, как и Москва стала именоватися», – устрашенный увиденным, записал русский книжник. И было от чего содрогнуться – новгородский летописец сообщал, что в столице сгорело дворов «белых и черных» 25 тысяч, а еще 250 церквей и погибло в пламени и в дыму 2700 москвичей (разброс данных о числе погибших в пожаре – от 1700 в «Летописце начала царства» до 3700 в «Хронографе» редакции 1512 г.). Большая часть столицы обратилась в дымящееся пепелище, по которому бродили несчастные погорельцы (и многие из которых – уже не в первый раз), пытаясь спасти то, что еще можно было спасти. «Не видети иного ничего же, но токмо дым и земля и трупия мертвых многолежаще», – подытожил впечатления от случившегося неизвестный русский книжник.
 
original_preview

       Причина невиданного бедствия, обрушившегося на столицу Русского государства, для московского книжника была вполне очевидна – «Божиим гневом сие бысть огненое пламя» и «сие бысть грех ради наших в наказание нам от бога послася, за умножение наших согрешении не пощади бог толико множество святых церквеи и образов святых своих». Новгородский же книжник конкретизировал, за что именно Господь наслал неслыханные прежде пожар на Москву. «Божиим гневом и наказанием за оумножение грехов наших, – писал он, – наипаче же в царствующем граде Москве оумножившися неправде, и по всеи Росии, от велмож, насилствующих к всему миру и неправо судящих, но по мзде, и дани тяжкие, и за неисправление правыа веры пред Богом всего православного христианства». А случилось все это потому, полагал летописец, что бояре и прочие властели «в бестрашии живущее» по той причине, что царь и великий князь Иван Васильевич «оун суще», и без государевой грозы вельможи пустились во все тяжкие.
       Аналогичные мотивы звучали и в повести «О великом и сугубом пожаре и о милостивом защищении, иже на воздусе заступлением Пречистые Богородицы». Ее автор также отмечал, что после смерти Василия III и Елены Глинской «бояре и велможи вси видяще самодержьца наследника царствию юна суща, и яко благополучно и самовластно себе время видяще, и изволиша собрати собе множество имения», а самое главное, они, «вместо, еже любити правду и любовь, в ненависть уклонишася, и кождо их различных санов желающе, и ничто же получаху, но обаче на мало время. И нача в них быти самолюбие, и неправда, и желание на восхищение чужаго имения». «И от похищения чюжаго имения домы их исполнишася, – заключил книжник, – сокровища их направеднаго богатества умножишася». В общем, когда Иван Грозный в письме Курбскому обвинял бояр во всякого рода злодействах и лихоимстве, то, выходит, он лишь отражал общую точку зрения, которая сформировалась к исходу «боярского правления» в среде русских книжников. Действительно, стоит сравнить основные идеи из писаний русских интеллектуалов сер. XVI в. с данной Иваном картины нравов правящей элиты Русского государства времен своего детства.
      Тогда, по словам Грозного, бояре, возрадовавшись малолетству государя, «хотение свое улучившее, еже царьство безо владетеля обретоша, нас убо, государей своих, никоего промышления доброхотного не сподобиша, сами же ринушася богатству и славе, и тако наскочиша друг на друга». И «сильные во Израиле», стремясь к власти и богатству, продолжал первый русский царь, не только «колико боляр, и доброхотных отца нашего и воевод избиша», не только «дворы, и села, и имения дядь наших восхитиша и водворишася в них», не только расхитили казну «матери нашея» и «казну деда и отца нашего безчисленну себе поимаша», но и «на грады и на села наскочиша, и тако горчяйшим мучением многоразличными виды имения ту живущих без милости пограбиша», «неправды и неустроения многая устроиша, мъзду же безмерную ото всяких собирающее, и вся по мзде творящее и глаголюще». И отдельные, проскакивающие тут и там в летописях глухие упоминания о злодействах, учиняемых наместниками, волостелями и их людьми только подтверждают эту картину, выводя ее за рамки литературной формы.
      В общем, все было плохо, и когда Москва сгорела в пламени неслыханного пожара, это было воспринято в "обществе" как знак и, как это всегда бывает в таких случаях, встал вопрос - "Кто виноват?" и "Что делать?". .
       Тем временем юный царь со своим братом Юрием и большой свитой наутро приехал в сгоревшую Москву из подмосковного села Остров. По словам книжника, увидев печальную картину случившегося («и видеше граду погоревшу от огня и святыя церькви и людей погорело много, лежаще трупья мертвых»), Иван расплакался и, зряше беду, створшуюся на граде его и на святых церьквах, и бывшую печаль князем и бояром, и мужем москвичом прослезився тешаиши и рек: «Не скорьбите князи и боляре мои и народи. Господь бог дал, господь взял. Буди имя господне благословенно отныне и до века. Киждо люде мои ставите хоромы по своих местех. А яз вас жаловати ради лготу дати».

       Юный Иван и протопоп Сильвестр во время великого московского пожара 1547 г. Худ. П. Плешанов:
 
800px-Pavel_Pleshanov_001

       В принципе, в описанном сюжете летописной повести нет ничего невозможного – царь не мог не явиться в Москву, узнав о бедствии, постигшем его столицу с тем, чтобы воочию увидеть результаты пожара и на месте принять меры по ликвидации его последствий. Учитывая же впечатлительность натуры Ивана, в том, что он мог расплакаться, также нет ничего невероятного и перед нами не просто оборот речи и не устойчивая литературная формула, а вполне реальная картина, равно как и общий смысл слов, произнесенных им под впечатлением от увиденного, если и не дословно, то довольно близко к тексту был передан книжником.
       На следующий день, 23 июня, Иван снова приехал в столицу и отправился сперва на богослужение в чудом уцелевший Успенский собор («бе бо церкви та соборная невредима от бывшаго пожару молением пречистые владычицы нашея богородица. Толико во пророцех в верху три иконы загорались были с нижних поль и прилучишася подъяки и угасиша, и образов гех невреди огнь»), а оттуда направился с визитом к митрополиту Макарию, который сильно пострадал по время пожара («митрополиту же, убежавшу от пламени огненаго и пришедшу ему к нижним воротом градным, оже прилучися Ивановым людем Федорова сына Наумова с рухлядью стояти, и спустиша митрополита по ужу за град и бысть за три сажени до земли и урвася уже и паде много терпеливый душею, и разбися велми. А егда ис пожару того бежавшу опалеста ему очи от огня») и приходил в себя в «монастыре на Новом». Об этом визите царя «со всеми бояры» к митрополиту упоминает и составитель Постниковского летописца.

       Митрополит Макарий
Macarius_of_Moscow_(19-20th_c.,_Atheism_museum)

       Весьма любопытнее и примечателен рассказ автора повести «О другом великом пожаре, о Московском» о том, что произошло на этой встрече. По его словам, «много и словесы духовными митрополит тешашо царя государя и великого князя, поучая его на всякую добродетель, елико подобает царем православным быти (выделено нами – Thor)…». Трудно не согласиться с мнением С.О. Шмидта, который писал о том, что «поведение Ивана IV, скакавшего со свитой из города в город, грабившего казну храмов и монастырей, разорявшего местное население, безрассудно казнившего своих приближенных, издевавшегося над челобитчиками, вызывало нарекания, становилось предметом обсуждения и поводом общественного недовольства». Такой Иван был весьма далек был от того образа идеального православного государя, который создавался неустанными трудами церковных интеллектуалов и который прочно утвердился в народном сознании. И как тут не вспомнить поползшие по Москве (да и не только по ней) слухи о якобы предсказанном четырьмя вселенскими патриархами рождении во втором браке Василия III наследника престола, который «будет грабитель чюжаго имения, моль же поядает ризы, а чюжого имения граблением и свое все истребит, и наполнится … царство страсти и печали, и будут в та лета убивания многа и муки Сарападасийских родов, и юнош нещадение, и ово на кола, а иным усечение главы, и затоцы без милости, и мнози гради огнем попрании будут»?
       Но вот что любопытно и что обращает на себя внимание в описании этого совета у Макария. В текст т.н. «Царственной книги» при ее составлении спустя почти тридцать лет после трагических событий в Москве рассказ о встрече Ивана и Макария в Новинском монастыре был расширен и дополнен против прежних. В частности, в новой версии случившегося было сказано, что духовник царя протопоп Федор Бармин и бояре И.П. Федоров и Ф.И. Скопин Шуйский «вражиим наветом начаша глаголати», что де пожар на Москве случился по той причине, что некие злодеи «вълхвъванием сердца человеческие вымаша и в воде мочиша и тою водою кропиша и оттого вся Москва погоре». Царь под влиянием этих речей, продолжал составитель «Царственной книги», «велел того бояром сыскати». Боряская "комиссия" занялась "обыском" и очень скоро они дали результаты, но не те, на которые рассчитывал сам Иван, Макарий и, надо полагать, многие бояре.

Via

Saygo
      Читаю тут в перерывах между экзаменами и всякими хлопотами (в т.ч. и написанием нетленки в малых и больших формах) новую работу В.Н. Замулина "Курск-43".
 
287418_9785040981250

      Хорошая обзорная работа, в которой в одном месте собраны все последние наработки по предыстории Курской битвы с немецкой стороны (и это главное ее достоинство - не нужно перелопачивать горы породы в поисках фактуры, она вся тут. Для меня она, эта книга, не стала откровением, большая часть сведений, собранных в ней, где-то как-то кем-то озвучивалась или проскакивала, но для тех, кто не в курсе и не отслеживает публикации на тему - будет полезна). Плохо, что на руках пока только 1-я часть исследования (2-я пока еще в магазинах не появилась) - примерно треть ее составляет обзор советской историографии Курской битвы (скажем так, на мой взгляд, не слишком сильно впечатляющий обзор. Если бы его не было - книга бы ничего не потеряла), а в итоге на главное остается места не столько, сколько хотелось бы, да и целостного впечатления не образуется (ждем 2-ю часть).
      Ну да ладно, не об этом речь. Автор волен распоряжаться собранным материалом так, как он считает нужным. А я хотел высказаться по другому поводу (а я и тут молчать не стану). Как-то режут глаз ссылки на пресловутого Никулина (ну да Бог с ним, с этим Никулиным), но в особенности на некоего доктора исторических наук Мерцалова, не к ночи он будь помянут. Ну вот как по мне, в серьезной работе ссылаться на этого баклана, с позволения сказать, "историка", гм, совсем не comme il faut. Почему?
      В свое время, когда я был студентом и жадно читал все подряд, что касается истории, а истории Второй мировой и Великой Отечественной (а Курской битвы в особенности) в первую очередь, попалась мне вот эта книга этого самого баклана "историка".
 
1005532212

      На разоблачение ихней историографии я сразу забил и занялся фактурой - а что делать, до ихних книг в 88-м году было не дотянуться, а тут хоть и в перепеве Рабиновича, но составит некое представление о ариях Карузо можно было, да и некоторые любопытные моменты и факты по истории войны и их трактовки - они были налицо. В общем, на безрыбье и рак рыба, а на безмясье - и жук мясо, и книжка очень хорошо зашла, особенно во введении к курсовой работе по истории Курской битвы. Автора я запомнил на всякий случай - ну а как вдруг он еще что-нить такое напишет - пригодится в хозяйстве. Написал, да, "Сталинизм и войну". Гнуснейшая совковая (хоть и не люблю этого слова, но в данном случае на все 146 % подходит) агитка, комиссарство (это состояние души, профессия, так-скать и призвание) и пропагандонство - Епишев и ГлавПур бы одобрили, в их стиле. Доктор, однако, переобулся в полете, да. В общем, Волкогонов 2.0, только пожиже и пониже. И вот, на тебе, жив курилка (кстати, а жив ли оный доктор или же нет - Сеть ничего об этом не сообщает), и на него даже ссылаются. Ну как же так, ну зачем же тянуть в приличное издание это пропагандонство - что это, ритуальное "ку" типа того, какое было принято в советской историографии, когда без ритуального же упоминания классиков нельзя было обойтись никак от слова "совсем"? Но сейчас же это не нужно. В общем, я сильно опечалился...

Via

Saygo
       Продолжим историю про веилкий московский пожар и волнения, охватившие Москву после него.
       О том, что случилось после того, как 23-го июня Иван с боярами побывал на совете с Макарием, есть две версии - ранняя, составленная вскоре после событий, и поздняя, появишаяся на свет спустя три десятка лет после описываемых событий, дополняющая и вместе с тем иначе расставляющая акценты в рассказе о июньских происшествиях в столице.
       В советской историографии с ее классовым подходом к изучению социальных движений и подчеркнутым почтением к "черной легенде" относительно Tyrann'a (один лишь Виппер попробовал отойти в сторону от нее), безусловное предпочтение отдавалось ранней версии - там и народ выглядел как вполне самостоятельная политическая сила, и Tyrann'a не было видно (а, значит, его показания к делу можно не подшивать - по принципу "здесь пишем, тут не пишем, а вот тут - рыбу заворачиваем"). Но еще старики римляне говорили: " Аudiatur et altera pars ", поэтому мы не будем отбрасывать позднюю версию с ходу, так как считаем, что обе они прекрасно дополняют друг друга, рассматривая одно и тоже событие с разных сторон. Совместив же их, в итоге мы получим "стереоскопическое" изображение московских событий июня 1547 г.
 
пожар

       26 июня на площадь перед Успенским собором прибыли уже упоминавшиеся прежде протопоп Федор Бармин, бояре князья Ф.И. Скопин-Шуйский и Ю.И. Темкин-Ростовский, И.П. Федоров, Г.Ю. Захарьин, окольничий Ф.М. Нагой и «инии мнози» «и начаша въпрашать: кто зажигал Мсокву» у собравшейся перед собором толпы? Толпа же отвечала, что во всем виновата Анна Глинская, бабка Ивана IV, «з своими детми и с людми вълхвовала: вымала сердца человеческия да клала в воду да тою водою ездячи по Москве да кропила, и оттого Москва выгорела». И дальше составитель «Царственной книги» указывал (на что кстати, не особенно принято обращать внимание), что «сие глаголаху черни людие того ради, что в те поры Глинские у государя в приближении и жалование, а от людей их черным людем насилство и грабеж, они же их от того не унимаху (выделено нами – Thor. Не покрывает Tyrann своих родственников, не покрывает)…». "Группа ответственных товарищей", у которых рыльце у самих было в пушку, решила перенацелить гнев москвичей на Глинских - а что, удобно же, он "чужаки", "понаехавшие", их не жалко. Заодно и Ивану урок - в очередной раз он не сможет защитить своих близких.
       Князь Ю.И. Глинский, по словам книжника, присутствовавший при этом на площади, попытался было укрыться в церкви, однако бояре (выходит, это те самые «болшие люди» новгородской летописи – Thor) «по своей к Глинским недружбе наустиша черни», которая и убила князя прямо в соборе, после чего, «извлекоша передними дверми на площадь и за город и положиша перед Торгом, идеже казнят». Иван Грозный в письме Андрею Курбскому также отмечал, что его дядя был убит толпой прямо в церкви, «против митрополичья места».
       Продолжатель Хронографа редакции 1512 г. добавил к этому описанию интересную деталь – по его словам, посадские люди собрались «вечьем» и указывает на примерное время убийства Глинского – «на обедне на Иже-херувимской песни». Еще одну деталь сообщает новгородский книжник. По его словам, князя Юрия убили на Москве « болшие и чорные люди (выделено нами – Thor)…», которые «извекли из церкви едва жива (т.е. Глинского избили еще в церкви – Thor), и скончаша злою смертию, извлекоша из града привязана ужем».

       Убийство Глинского москвичами:
Убийство Глинского

       Убийство Глинского стало сигналом для начала погромов в Москве, которые шли два дня, 27-го и 28-го июня. Ярость москвичей обрушилась на Глинских и их дворы, «людей княже Юрьевых безчислено побиша и живот княжей розграбиша, ркуще безумием своим, яко «вашим зажиганием дворы наши и животы погореша». Заодно под горячую руку попалось и множество понаехавших северских служилых людей, к несчастью своему оказавшихся на Москве в те дни. "Называючи их Глинского людми", московская чернь не давала пощады и им, отличавшимся от коренных и видом, и говором.

       Московские погромы:
погром

      Но убийство Юрия Глинского и погромы отнюдь не стали кульминацией событий. Своего апогея волнения в столице достигли на следующий день. 29-го июня взвинченная толпа двинулась на Воробьево, где в это время находился Иван со своей молодой женой. Ситуация в столице окончательно вышла из-под контроля властей.
       «А после того убийства на третей день приходиша многия люди чернь скопом ко государю в Воробьево», – писал составитель «Царственной книги», – с требованием выдать им на расправу княгиню Анну Глинскую и князя Михаила Глинского, брата убитого Юрия. Новгородский книжник сообщал еще одну любопытную деталь этого похода. «По кличю палачя», писал он, московские посадские люди «поидоша» в Воробьево «с щиты и з сулицы, яко же к боеви обычаи имяху». Связано ли это было с тем, что Глинских обвиняли не только в умышленных поджогах, но и в том, что они «норовили иноплеменным» и навели на Русскую землю татар («бе же тогда пришол со многою силою царь Крымскои и стоял в полях»), или же это была форма давления на верховную власть – сегодня трудно сказать что-либо определенное. Но вот что представляется несомненным – так это то, что этот поход явно состоялся в рамках продолжавшегося «обыска» виновников пожара (о чем косвенно свидетельствует, в частности, указание летописи на то, что поход состоялся «по кличю палачя»), учиненного московским "вечьем" 26-го июня.
       Для Ивана IV явление в его загородном селе огромной толпы народа, да еще и вооруженной, было пренеприятнейшим сюрпризом. Страшный пожар и картины оставленных им опустошений и без того потрясли до глубины души его впечатлительную натуру («и от сего бо вниде страх в душу мою и трепет в кости моя, и смирися дух мой, уи умилихся, и познах своя согрешения, и прибегох ко святей соборней и апостольстей церкви»), а здесь, оказавшись фактически один на один с бушующей толпой, не имея за спиной силы, способной в случае чего поддержать его, он растерялся («князь же великыи, того не ведая, оузрев множество людеи, оудивися и оужасеся»). Позднее, в послании князю Курбскому он вспоминал, что изменники бояре наущали народ, что де он знал о том, что его бабка занималась ведовством и подговаривали рядовых москвичей убить его, государя, за то, что он де прячет Анну Глинскую и ее сына Михаила у себя в Воробьеве. Так это было или не так, но состояние Ивана можно легко представить, если провести аналогию с поведением Алексея Михайловича, точно также представшего перед возмущенным «черным людом» московским в дни Соляного бунта и вынужденным пойти на серьезные уступки восставшим. Судя по всему, он позволил произвести обыск в Воробьево с тем, чтобы московский черный люд смог убедиться воочию, что он не прячет в своей загородной резиденции Анну и Михаила Глинских (князь Михаил в то время находился во Ржеве на службе и, видимо, к нему бежала из Москвы с началом всех этих событий Анна Глинская). Не найдя Глинских, москвичи удалились из Воробьева, тем более что юный царь обещал им исправиться, лично заняться наказанием «лихих людей» и выполнять как должно возложенные на него Господом обязанности православного государя.
       В этой истории одно остается неясным – в силах боярства было не допустить похода москвичей на Воробьево. Уж кто-кто, а они-то уж точно знали, что ни Михаила, ни Анны Глинских там не было. Однако же они этого не сделали. Почему? Насколько прав был Иван Грозный, обвиняя впоследствии их в том, что некоторые из них умышляли на убийство его или же это те самые «детские страшилы», отпечатавшиеся в его сознании во время переговоров с бушующей толпой? На эти вопроса однозначного ответа нет.
       Вооруженный поход московских посадских людей на Воробьево 29 июня 1547 г. стал жирной точкой в истории московского бунта 1547 г. Летописи больше ничего не сообщают о том, что происходило в городе, однако само это молчание красноречиво свидетельствует в пользу того, что в Москве наступила тишина и спокойствие. Этому способствовал целый ряд обстоятельств. Здесь очевидно, и меры, предпринятые «правительством» по преодолению последствий пожара (о которых объявил Иван еще 22 июня 1547 г.), и удаление от дел наиболее одиозных личностей вроде того же псковского наместника князя И.И. Пронского Турунтая, на которого жаловались псковичи и которых накануне пожара не стал слушать Иван, или Михаила Глинского (оба они вместе с женами, а Михаил – еще и с матерью, в ноябре 1547 г. попытались даже бежать в Литву, предварительно списавшись с Сигизмундом II, но были перехвачены по пути и принуждены вернуться в Москву). Нельзя не упомянуть и о начавшемся преследовании особенно «отличившихся» на стезе мздоимства должностных лиц. Так, в псковской 3-й летописи сохранилось любопытное свидетельство о целой военной операции под началом новгородского дворецкого С.А. Упина, предпринятой в целях ареста «пошлинника» Салтана Сукина, а новгородская летопись подтверждает факт мобилизации новгородцев для этого похода и многочисленных арестов «разбойников» в Опочке и отправки их в Москву. Свою, несомненно, сыграл также и отказ Ивана от преследования рядовых москвичей-участников июньских волнений (за исключением зачинщиков бунта и, возможно, непосредственных виновников убийства Юрия Глинского – как писал новгородский летописец, царь, «обыскав, яко по повелению приидоша, и не оучини им (черным людям – Thor) в том опалы, и положи ту опалу на повелевших кликати»). Царствование Ивана IV началось...

       Наказание погромщиков Иваном:
наказание погромщиков

Via

Saygo

      А может, и не помогали, а может, и не мушкетерам. Короче, помните такой мультик советских времен?

      Как будто в основе сюжета мультика лежит история про то, как запорожцы Дюнкерк брали на закате Тридцатилетней войны, всяких там капитанов алитристев побеждали (собственно, а если атаман Сирко с капитаном Алатристе встретится - кто кого сборет?). А вот разбор этой истории:

      Почему украинская история красивее. Осада Дюнкерка 1646

Via

Saygo
      Про Ливонскую войну (которая, по момему, должна называться войнами за Ливонское наследство) я много чего разного писал в свое времпя (и, надеюсь, еще напишу), но все задумки не успеваешь воплотить в жизнь по банальной нехватке времени. Вот если бы я был бы пушкиным, имел бы поместье немалое и душ этак с 400 мужиков, то тогда, конечно, я мог бы посвятить все свое время созданию нетленки, а так приходится зарабатыватьв потел лица на хлеб наш насущный... В общем, камрад von_buddenbrock опубликовал серию любопытных постов об шведской армии времен короля Эрика XIV:

      Неожиданный Эрик XIV
272528

      Шведский у нас не так чтобы очень уж в почете, поэтому такой опыт представляется весьма полезным и важным. Для ознакомления с серией нужно пройти по ссылкам:
Армия, которая впервые закрыла для России «Окно в Европу»-1
Армия, которая впервые закрыла для России «Окно в Европу»-2
Армия, которая впервые закрыла для России «Окно в Европу»-3
Армия, которая впервые закрыла для России «Окно в Европу»-4
      А пресловутое "окно в Европу" - это, конечно же, Нарва-Ругодив.

Via

Saygo
      Нет, все-таки сколько же прежде жило самых что ни на есть невозможных и преудивительных тварей:
      Древние рептилии Eretmorhipis carrolldongi, жившие около 250 миллионов лет назад, охотились на ощупь. Как говорится в Scientific Reports, у них были слишком маленькие глаза, чтобы они могли полагаться на них. Ученые не нашли признаков того, что рептилии искали добычу по запаху или по звуку, и заключили, что, вероятнее всего, они полагались на тактильные ощущения.
      Наш герой:
000

      А еще об этом творении Эволюции можно почитать и здесь: К нам сегодня заходил стегоуткокрокодил

Via

Saygo
или завершение печальной истории про то, как царь Иван на Крым ходил и что из этого вышло: «Война двух царей»: последний аккорд.
 
Поход ногаев и казаков на заднепровские крымские улусы. 1559 г.

      Да, если друг оказался вдруг, и не друг, и не враг, а так... Вот и делай после этого дела со всякими татарами, ногайскими и прочими, когда они хозяева своего слова - хотят, дают, хотят, обратно берут. Впрочем, а может, оно и к лучшему вышло, что план посадить в Крыму "своего" хана не задался. Баба с возу - телеге легче...

Via

Saygo
      В своей фундаментальной (без преувеличения!) работе о движении цен на русском рынке XVI в. (никто так и не смог не до что превзойти эту работу, но даже и приблизиться к ней, а ведь с тех пор сменилось по меньшей мере два поколения историков и третье к концу подходит) А.Г. Маньков пишет:
      «Итак, семидесятые годы (XVI века – Thor) — период наиболее низкого уровня цен на хлеб за вторую половину века. Резко меняется картина в 80-х годах в связи с известным хозяйственным кризисом этих лет», и, как признак этого кризиса – следующее явление:
      «Цены на рожь в 80-е годы XVI в. поднялись дружно и повсеместно. Кризис охватил все государство».
      Причины этого кризиса Маньков полагает следующими:
      «В советской исторической литературе кризису конца 70-х и 80-х годов уделено значительное внимание. И причины, и характер, и размеры территориального распространения кризиса выяснены с основательной полнотой. Длительное перенапряжение всех народно-хозяйственных сил в тяжелую Ливонскую войну, неудачный исход ее разорение и запустение целых районов с развитым сельским хозяйством в результате опричной ломки боярского и княжеского землевладения, перераспределение земель и ≪перетряхивание людишек≫, ломка вотчинного хозяйства находит, между прочим, выражение в стремлении господствующих классов и других имущих элементов, используя хлебные запасы в условиях благоприятной рыночной конъюнктуры, нажиться на народном бедствии путем повышения цен…».
      Как там. в сказке про Федота-стрельца, говорилось? «Это как же, вашу мать, извиняюсь, понимать», не так ли? Война – понятно, перенапряжение государственного организма и общественного – да, цепь неурожаем и эпидемий - безусловно, нарушение торговых связей – конечно, разорение земледелательного чина от прохождения войск своих и чужих – конечно, но какое отношение к кризису самого конца 70-х – начала 80-х гг. имеет опричнина и «перетрахивание» (с) людишек и вотчинишек, которые как будто, если верить советской же историографии, закончились с отменой оной опричнины в 1572 г (sic!)? Кризис ждал, почитай, десяток лет, чтобы вдарить - силушку накапливал? Если факты противоречат теории, то тем хуже для фактов, тем более что если эта теории прогрессивная и все такое. Да и вообще, известно жи есть, что Tyrann во всем виноват – такой уж ему придел положен. И даже в партикулярном своекорыстном интересе – тоже он виноват, не говоря уже о часовне на холме, разрушенной по его приказу.
      P.S. Чуть выше Маньков пишет о том, что после резкого скачка хлебных цен в 40-х – нач. 50-х гг. XVI в. пошел процесс их неуклонного снижения, достигший своего апогея в середине 70-х гг. (за исключением 1570-71 г., тогда неурожаи и мор обусловили резкий скачок цен), и они достигли наинизшего уровня за всю вторую половину века. Т.е. выходит, что эпоха пресловутых репрессий и зловредной опричнины – время экономического подъема, а после отмены ее наступает спад? И Маньков, почувствовав, что прежде этого он сморозил чепуху, пишет в заключении (но с оговорочкой и реверансом), что «60-е годы и середина 70-х годов — период наибольшего экономического благополучия Русского государства за вторую половину XVI в. Вместе с тем устойчиво низкий уровень хлебных цен в 60-е и до конца 70-х годов заставляет предположить, что опричнина не сопровождалась сразу же, непосредственно резким упадком производителоных сил в таких размерах, как это принято считать (а вот и оговорочка, ритуальное «ку» – Thor). Результаты разорения и запустения ряда земель сказались позднее». Хе-хе...
02a9d7da3aab

Via

Saygo
Я знал его, Горацио; человек бесконечно остроумный, чудеснейший...
 
50574173_1206338859543993_5198937395025674240_o

      Череп солдата американской Гражданской войны. Интересно, чем это его так угораздило - картечиной?

Via

Saygo
       Из записок графа Роже де Дама:
       Несходство турецкой армии с армиями всех европейских государств неисчислимо. Дисциплина, вооружение, тактика, даже одежда не поддаются никакому сравнению; получается трудно разрешимая загадка: почему превосходство русских над турками неизменно, а австрийцев над турками - весьма сомнительно. В австрийской армии нет недостатка в чести, храбрости, есть хорошие генералы и превосходные солдаты, во всех отношениях лучшая кавалерия, чем у русских, и тем не менее у них часто бывают неудачи, у русских же никогда. Неужели существует нравственное и бессознательное влияние одного народа на другой, перед которым бессильны заслуги? Русский презирает турка, австрийский офицер считается с численностью неприятеля, а солдат его боится; австрийский генерал, рассуждая на основании военных правил, маневрирует перед турками, а русский генерал просто нападает; первый часто терпит поражение, второй поражает сам и всегда приводит в бегство неприятеля. Я стараюсь разгадать, отчего это происходит, так как австрийские войска в общем хороши, и не могу понять причины. Мне заметят, может быть, что ведь принц Евгений, а также и Лодок побивали же турок, но загадка остается неразгаданной, так как австрийцам требуются таланты для достижения того, чего русские достигают со всеми своими генералами - несоответствие становится еще более заметным. После я видел, как 15 000 австрийцев были побиты 4000 турок при Джурджеве, но не было примера, чтобы 15 000 турок противостояли 4000 русских.
       Можно бы удивляться, что я называю загадкой то, очевидность чего должна бы уничтожить всякие сомнения; тем не менее это загадка, потому что, кто видел австрийскую армию в действии, тот должен был признать, что у нее есть и основание, и данные считаться одной из лучших армий Европы. Я полагаю, что австрийские генералы так же ведут войну, как игрок, впадающий в уныние, если проигрывает два раза подряд; игрок, теряющий голову, проиграв в вист первый роббер, почти наверное проиграет второй. Плохое расположение или неизбежное неудобство поля действия могли быть случайно причиной поражения австрийцев при первой схватке; впечатление этого первого урока повлечет за собой второй и обеспечит третий, так как армия не может, как игрок, сыграв партию, уплатить и уйти; она платит, но в ней остается досада, отвращение и является сознание, что она ниже неприятеля.
       Тактика русской армии во время войны, о которой я говорю, была ниже тактики какой-либо из остальных армий великих держав, особенно невежественна была кавалерия, но твердость людей в строю, обращение с оружием, выправка и дисциплина стояли на высшей степени совершенства; единственной эволюцией русских против турок было быстрое построение каре; это обстоятельство да еще непоколебимая устойчивость неизменно обеспечивают успех. Недостаток познаний в русской армии вознаграждается дисциплиной и твердостью духа, а против турок последние два пункта важнее первого.
       Более сведущая австрийская армия колеблется, она нерешительна в выборе момента атаки и таким образом, потеряв время, чаще подвергается атаке, чем сама атакует. По отношению к туркам это более предосудительно, пожалуй, чем по отношению к какой-либо европейской армии, так как можно соперничать превосходством маневрирования с маневрирующими войсками; но в борьбе с войсками, сила которых заключается в численности и стремительности, это лишь трата времени. Из этого рассуждения вытекает предположение, что если бы русские генералы и офицеры, побившие турок, перешли в австрийскую армию, они бы их вновь побили, а если бы перемена произошла в обратную сторону, русские, может быть, были бы побиты, но что в то же время, если бы русские воевали с австрийцами, успех был бы очень сомнителен и переменчив. Как важно поэтому изучить национальный характер армии, с которой воюешь! Политическое положение Европы может часто изменяться - великие державы вступают в союзы и становятся во враждебные отношения одни к другим; им невозможно для каждого нового врага не изменять своей тактики и способов ее применения, в противном случае держава падет жертвой своей неприспособленности
.
      В общем, все как всегда - умом Россию не понять...
i-28

Via

Saygo
      Давненько я ничего не постил о моих любимых тру-европейцах - неандертальцах. Это вам не какие-нибудь черномазые вертлявые брунэты, понаехавшие в европу, а истинные автохтонные голубоглазые и рыжеволосые богатыри, на лицо не столь ужасные, как прежде, и добрые внутри. Вот, к примеру, реконструкция молодой неандертальской женщины (француженки, если хотите):
Прапредок французов, некогда она жила на территории современной Франции , в местности Сан-Лазар

      А вот суровый брутальный неандертальский мужик:
 
1518428463223518269

      И для разбавления картиноке печатным словом - небольшая статья про неандертальский хайтек: Неандертальцев заподозрили в обработке деревянных орудий огнем

Via

Saygo
       Намедни по случаю годовщины победы под Сталинградом ув. А. Исаев aka dr_guillotin поместил пост об этом событии и его оценках в Неметчине: Слова про Сталинград на DW
       Вставлю-ка и я свои пять копеек в эту тему. Последующее обсуждение поста меня немного, гм, удивило. Почему-то все уперлись в пережевывание одной и той же темы - ах, вермахт, ох, вермахт и вот это вот все. Нет, я понимаю, что когда ганс пишет о больном, то его зацикленность на страданиях юного Вертера в степях под Сталинградом (и какого хера он там делал, за тридевять земель от родного фатерлянда, баварского и сосисок?) вполне понятна и не вызывает нареканий - у кого что болит, тот о том и говорит.
       Однако нам-то, говоря о Сталинграде и вообще о том, что случилось зимой 42/43-го годов, нужно помнить не только о разгроме 6-й армии Паулюса, окруженной хорошими людьми. В ходе серии операций, начавшихся 19 ноября 1942 г. и связанных в единый комплекс, не только 6-я армия вермахта осталась в донских степях. Нет, там же остались еще и 8-я итальянская армия (а это не много ни мало, а целых 14 дивизий - для круглого числа), 2-я венгерская армия (еще 10 дивизий) и пара румынских армий, 3-я и 4-я (на круг еще 17 дивизий).
       Не беда, что эти союзнички не отличались высокой боеспособностью (за исключением, быть может, мадьяр, да и то это как посмотреть). Однако свою роль пушечного мяса и завесы на фронте протяженностью больше 500 верст они исправно выполняли, позволив немецкому командованию высвободившиеся немецкие дивизии использовать в других, более важных местах. И вот к весне 43-го эти дивизии, корпуса и армии перестали существовать как боеспособные соединения, а то, что осталось, было отведено в тыл и снято с передовой. Гансам пришлось теперь отдуваться за себя и за того парня - а вот и причина плача в канун Курской битвы: "Ах, где взять резервы?". А нет их, резервов, и свободных дивизий тоже нет, и все потому, что нет союзников на фронте. А где они, союзники -как где, или лежат в донских степях, или сидят, унылые, в лагерях военнопленных. А теперь представим, что эти четыре армии остались на фронте и дальше исправно выполняют роль пушечного мяса? Как разворачивались бы события летом 43-го?
       В общем, я категорически не согласен с такой постановкой вопроса. Сталинград - это не только катастрофа III Рейха, но и не меньшая, если не большая, катастрофа и для его союзников. И в каком-то смысле это обстоятельство будет поважнее, чем разгром 6-й армии Паулюса. А вот разгром ГрА "Центр" летом 44-го - вот это чистая немецкая катастрофа, тут ни на кого вину не свалишь, ни на макаронников, ни на мамалыжников, ни на любителей чардаша.
9f40208f270b6ae4_1024

Via

Saygo
       В музее Чарторыйских в Кракове хранится один любопытный и вместе с тем не очень-то и известнчый экспонат.О нем писал в своей победной реляции гетман Жолкевский, когда разбил под Клушино войско брата царя Василия Шуйского Дмитрия: "Знамен осталось несколько десятков, в числе которых и Бутурлина, начальствовавшего передовым войском, также хоругвь самого Шуйского, весьма отличная, штофная, с золотом".
       Вот она, эта хоругвь? одна из немногих, уцелевших от того времени:
 
Польский трофей_ знамя князя Дмитрия Шуйского_взятое под Клушино в 1610 г.
       Одна сторона знамени
 
museum007_01

       Другая сторона знамени
 
Знамя_2

       О самом знамени см. подробнее, например, здесь.

Via

Saygo
       Читаю сейчас Бенно Тешке "Миф о 1648 г.).
Sold2bs_enl

       Тяжелая книга, надо сказать. За последние годы четыре я изрядно поднаторел в изучении современной (лет эта за двадцать пять -тридцать последних) литературы, посвященной развитию государства и его институтов в эпоху Высокого и Позднего Средневековья и, само собой раннего Нового времени (как стало возможным скачивать с JSTORE статьи, так карта и пошла!). Вроде бы как в курсе последних тенденций в изучении особенностей государственного строительства в той самой Европе в эти столетия, причем всяких - от ортодоксальных до новомодных постмодернистских. Однако ж как все сложно - текст вязкий, тягучий, перенасыщен замуным научным типа языком (всякие там акторы и прочие каузальности на пару с эпистемами и плюриверсумами. Продираешься через текст как через бурелом или как пытаешься разжевать древний, как говно мамонта засушенный при царе Горохе до состояния твердокаменности пряник. Не идет, и все тут, я прямо таки разочарован - ну как так можно написать об увлекательнейшей теме да таким суконным псевдонаучным канцеляритом? К тому же автор - явный левак-троцкист-постмодернист да еще и постструктуралист (гремучая смесь, однако!) и к тому же и догматик-"фундаменталист" (учение Маркса верно, потому что оно верно), ибо, поскольку за пределами его теории фактам нет места, то тем хуже для последних.
       Кстати, стоит заметить еще, что есть у него одна проблема - он таки не историк, и с историографической вопроса знаком далеко не в лучшей степени (полтораста лет развития мировой историографии прошли мимо Бенно), но при этом пытается делать обобщения вселенского масштаба. И когда читаешь очередное обобщение или глубокомысленный вывод, сделанный на основании говна мамонта древнего твердокаменного пряника времен моего раннего детства, поневоле задумаешься - а к чему все это, если в этом чтении толк? Хотя, впрочем, о чем это я - для историографического раздела пойдет, но с сугубо отрицательной оценкой - не делайте так, не надо писать таким образом , это не идет на пользу...
      Но вообще-то я не о том, а о другом. Вот наш Бенно пишет с удивлением, что, мол, "как объяснить то, что Англия, вдвое меньшая Франции по территории и втрое - по населению, Англия, опиравшаяся в период Столетней войны на гораздо меньшую базу налогообложения, чем Франция, в то же время на протяжении столетий превосходила ее? ".
 
f065823d9546885e1a011f9843330586

      Споткнулся я об это место, почесал затылок к недоумении - в само деле, почему? Чувствую, что что-то здесь не так, но вот что именно? Насчет территории и базы налогообложения? Англия на протяжении столетий превосходила Францию? Каких столетий? Неужели образы Азенкура, Пуатье и Креси настолько замстят взор, что за пределами этой магической триединой формулы вообще ничего не видно? Ну хорошо, автор, как и полагается ультралибералу, англоман и англофил, для него Англия - единственный свет в окошке во мраке Средневековья, страна, где началось Новое время, капитализм и прочие блага цивилизации (не то, что какая-то там Франция с ее абсолютизмом и деспотизмом), одним словом, сияющий белый храм на зеленом холме на берегу синего моря под ласковым июльским солнцем. Однако, вне зависимости от того, являешься ли ты англоманом и англофобом, все же любовь не должна мешать по возможности максимально беспристрастному анализу фактов. А иначе неверные выводы со всеми вытекающими отсюда последствиями. Одним словом, пичальбида, я сильно разочарован...

Via

Saygo
снова про загадочные фразы у Бенно нашего Тешке.
       Вот, к примеру, его вопрос относительно судьбы Голландии:
       Как объяснить, если отбросить понятия военного гения и исторической случайности, то, чт Голландские провинции освободились от "Испанского ига" и с успехом противостояли многим попыткам Франции взять их под свой контроль, несмотря на уступающие ресурсы и население....
       И в самом деле - как? Действительно, вопрос на миллион бакинских рублей в передаче "Стань миллионэром". Нет, если, конечно, брать сферическую испанию и сферические "Де зевен провинсиен" в сферическом же вакууме, то проблемы выглядит нерешаемой в принципе - ежели Бог на стороне больших батальонов, то как вот это вот все получилось? Правда, если принять во внимание, что Голландия отнюдь не была единственным местом приложения сил и средств для Испании и не забыть при этом про те же логистические проблемы, то все вроде бы как встает на свои места. Но кто ж будет интересоваться такими мелочами, когда на горизонте выстраиваю.тся такие захватывающие перспективы нового учения?
       Опять же вопрос - сферические Голландские провинции противостояли сферической же абсолютистской Франции в сферическом же вакууме? И вообще - Людовик наш XIV, который Солнышко наше ясное в окошке - он такую задачу перед собой ставил, покорение Голландии и превращение ее в французскую провинцию? Или он хотел обкорнать и обобрать Голландию?
 
demotivators.cc_xy835njn70exhrsq
       В общем, как-то я совсем разочарован...

Via

Saygo
      Для отвлечения от современности и Модерна - назад, в прошлое, в палеолит. Появилась заметка Уточнены датировки археологических находок в Денисовой пещере.
      В частности, в ней А. Марков пишет, что "В Денисовой пещере на Алтае добыт бесценный археологический материал, включающий костные остатки четырех денисовцев, трех неандертальцев и одного неандертальско-денисовского гибрида. Международному исследовательскому коллективу удалось уточнить датировки находок при помощи оптико-люминесцентного и радиоуглеродного датирования многочисленных проб грунта, костных фрагментов, верхнепалеолитических костяных изделий и частиц угля. Исследование показало, что пещера была обитаема уже около 300 тысяч лет назад. Надежные генетические свидетельства присутствия в пещере денисовцев охватывают диапазон от 200 до 50 тыс. лет назад, неандертальцев — от 190 до 100 тыс. лет назад. Следов присутствия в пещере палеолитических сапиенсов пока не найдено. Древнейшие датированные верхнепалеолитические костяные изделия оказались чуть моложе последних денисовцев и соответствуют по своему возрасту (около 45 тыс. лет назад) сапиенсу из Усть-Ишима (1000 км к северо-западу от Денисовой пещеры). Это оставляет открытым вопрос о создателях алтайского верхнего палеолита. Традиционно верхний палеолит связывают с сапиенсами, но нельзя исключить и возможность параллельного развития высокой культуры у денисовцев".
      Между прочим, пока есть все основания предположить, что денисовцы - не совсем неандертальцы, во всяком случае, они отличались (третье человечество?) от "классических" поздних неандертальцев, поскольку генетические исследования показывают, что денисовцы довольно рано отделились от общей с ранними неандертальцами ветки и дальше их развитие пошло по расходящимся оиниям. А вот "понаехавших" черномазых и курчавых типа сапиенсов в тех краях обратно не было.
      Для разрядки - смеха ради немцы нарядили классического неандертальца в костюм-двойку:
 
1547733559-a80efc0f06b6562092be2ba93d91b0d4

      Брутальный вышел мужик, однако, ему на лицо не сядешь!

Via

Saygo
      А вот новая история - об осаде замка Ринген осенью 1558 г.  Триста рингенцев.
 
>Гарнизон Рингена отражает приступы ливонского войска. Пересылки между Кеттлером и бюргерами Юрьева_Миниатюра из Лицевого свода

      Это один из тех случаев, основываясь на которые, потом "интуристы" будут писать о чрезвычайно стойкости и упорстве русских, севших в осаду и стоявших до последнего.

Via

Saygo

Бытовуха

от Александра Ротхауга:
       Авторская интерпретация классического сюжета - Менелай находит Елену в Трое
Менелай находит Елену после взятия Трои_Александр Ротхауг. (2)

       Тесачина в руках главного героя особенно впечатляет...

       Краткая биография мастера:
       "Художник Александр Ротхауг (Alexander Rothaug) родился в марте 1870 года в Вене, в семье Теодора и Каролины Ротхауг. Мама будущего художника была из семьи известных в Австрии художников и скульпторов, однако первые уроки рисования Александру дал отец.
       В 1884 году Alexander Rothaug начал изучать искусство скульптуры под руководством Иоганна Шиндлера, а в 1885 году поступил в Венскую Академию искусств.
       В 1892 году Александр Ротхауг перебрался в Мюнхен, где получил работу художника-иллюстратора юмористического журнала «Летающие листья».
       В 1896 году художник женился.
       После свадьбы Alexander Rothaug вместе с супругой отправился в путешествие по Европе, изучал живопись Италии и Испании. В 1910 году семейство Ротхауг вернулось в Вену, где художник жил и работал до самой своей смерти. Умер Alexander Rothaug в марте 1946 года".

Via

Saygo
с Бенно Тешке продолжается.
       "Ах, Англия! Нет в мире лучше края...". Как пришли континентальные либералы в стародавние времена к этой мысли, так с тех пор они в ней и остались, и Тешке как образцовый либерал да еще марксистского розливу - вместе с ними. Как вам, к примеру, такой вот заголовок одного из разделов: "Классовый характер морской торговли и ее геополитические последствия"? Вот слабо так написать и дойти до такого своим умом - тут нужна долгая и основательная подготовка и воспарение к эмпиреям.
       А еще мне очень понравилась такая фраза (я ее долго смаковал по всякому, очень, знаете ли, такое особенное послевкусие, с нотками не пойми чего): "Англия, успешно преобразовала себя в капиталистическое общество уже к концу XVII в.". К концу XVII в., да, не позже, но и не раньше.
       Любопытно - как сочетать эту фразу со следующей: "В целом абсолютистский военный аппарат не может считаться армией Нового времени. Хотя король пытался присвоить и централизовать средства насилия, он просто персонализировал и приватизировал их, подчинив собственному командованию и направив их на реализацию собственных целей, которые он пытался уравнять с целями государства. Но при этом он был вынужден реприватизировать и снова децентрализовать их путем систематической продажи офицерских должностей и найма военных предпринимателей. Поэтому он должен был делить военную власть с другими независимыми акторами". Гм, предположим, вся эта гневная филиипика относится к Франции короля-Солнце, но как тогда быть с продажей офицерских патентов в Британии, которая продержалась до конца XIX в.?
      А еще мне безмерно понравилась фраза насчет того, что гости с континента, посетившие Британию, безмерно удивлялись тому, что на Острове армия находилась не под династическим, но под национальным (национальным, Карл, национальным!) контролем. Нет, конечно, если считать 3000 семей нацией - то да, та и есть, контроль национальный, куда уж там всяким континенталам. Главное - с какой стороны поглядеть. А то ведь получается, что во Франции раннего Нового времени политические институты выступали в роли "корпораций, действующих в качестве посредников между интересами короны и различными, достаточно могущественными региональными элитами". В Англии, конечно же, все было иначе, правильно.
      В общем, все вокруг плохо, кругом сплошной феодализм, мрак и тлен безысходности и реакции, и в только в Англии все развивается путем в нужном направлении семимильными шагами. И что самое интересное Тешке знает о том же Хеншелле и его "Мифе абсолютизма", но в упор не замечает его доводов в пользу близости политических режимов Франции и Британии XVIII в. Да и то верно - Хеншелл ведь не мраксист, чего с ним считаться и вообще, о чем с ним можно говорить? Но как тогда расценивать эту фразу: "".Королевство на протяжении столетий формировалось как силой, так и уступками, провинциальные элиты пользовались различными свободами, освобождением от налогов и правами самоуправления". Нет, конечно, это все у лягушатников, а в Англии все было по другому...
 
Vanderbank_-_George_I_on_Horseback,_Windsor_Castle

Via

Saygo

На днях Клим Жуков анонсировал свою лекцию о русско-литовском противостоянии, назвав ее "Начало русской столетней войны". Из анонса вроде бы как следует, чт речь пойдет сперва о временах Ольгерда и Дмитрея Ивановича, а потом про все остальное.

Неправильное название, на мой взгляд - при любом раскладе неправильное. И если уж вести речь о столетней войне между Москвой и Вильно, то тогда нужно выбирать иной временной период и иные хронологические рамки. Снова вернемся к тому, о чем уже говорилось и писалось прежде, ибо повторенье - мать ученья!
       В свое время отечественный историк А.И. Филюшкин писал, характеризуя сложившееся в русской книжной традиции раннего Нового времени изображение пресловутой Ливонской войны: «В российском историческом нарративе этого времени нет никакой Ливонской войны. Есть отдельные кампании, походы, сражения – но они не сливаются в сознании современников в единую 25-летнюю кампанию борьбы за Прибалтику». На закономерный вопрос – почему так получилось, историк дает ответ: «В Москве считали: с Великим княжеством Литовским и Королевством Польским война беспрерывно идет с 1487 г., и годы боевых действий перемежаются лишь короткими перемириями (выделено нами – Thor)…». Естественно, продолжал исследователь, что «летописец и не выделял новый виток противостояния с Литвой и Польшей из-за Ливонии в отдельную войну, для него это была часть кампании, тянущейся уже почти столетие».
       А теперь, если продолжить мысль историка дальше, то неизбежно мы придем к выводу о том, что, поскольку русско-литовское противостояние отнюдь не закончилось в XVI в., а перешло в новое столетие, то и начавшийся в 1486 г. конфликт между двумя восточноевропейскими державами также не прекратился, а продолжился. И конец ему был положен только в 1686 г., когда после долгих и тяжелых переговоров (впрочем, как будет показано дальше, переговоры между Москвой и Вильно, а затем Краковом и Варшавой, всегда были чрезвычайно трудны) был подписан, наконец-то, «Вечный мир». Он положил конец растянувшемуся на десятки лет конфликту, который может по праву быть назван «Двухсотлетней войной» (и с большим на то основанием, чем, к примеру, знаменитая Столетняя англо-французская война, которая вовсе не столетняя).
       В этой забытой (да, именно так, забытой – увы, но к немалому сожалению, в отечественной историографии до сих пор нет обобщающего труда об этом противостоянии - ест лишь отдельные исследования по отдельным войнам, кампаниям и сражениям) Двухсотлетней войне в точности в соответствии со схемой, обрисованной А.И. Филюшкиным, можно выделить четко периоды обострения отношений между двумя государствами, когда война «холодная» перерастала в войну «горячую». Таких «горячих» войн в этой двухсотлетней истории можно насчитать великое множество. Только на протяжении «длинного XVI века» их было, по меньшей мере, девять. Вот их перечень – помимо Пограничной войны 1486-1494 г., открывшей этот «каталог», в список входят войны 1500-1503 и 1507-1508 гг., 1-я Смоленская война 1512-1522 гг., Стародубская война 1534-1537 гг., Полоцкая война 1562-1570 гг., Московская или Баториева война 1579-1582 гг., война (или войны?) 1609-1618 гг. (когда король Речи Посполитой Сигизмунд III Васа вмешался в гражданскую войну в России, ту самую Смуту, и попытался подчинить Россию своей власти) и, наконец, 2-я Смоленская война 1632-1634 гг. Но на этом история русско-литовско-польского противостояния не завершилась – в 1654 г. началась очередная, десятая и оказавшаяся последней в летописи этого затянувшегося конфликта, война, «Тринадцатилетняя». Андрусовское перемирие, подписанное в 1667 г., остановило боевые действия. Однако только лишь спустя почти два десятилетия, в 1686 г., был подписан «Вечный мир» между Россией и Речью Посполитой, который подвел черту и под этой войной (точнее, ее последствиями), и под всей историей затянувшегося на два столетия противостояния.
       Так что, как ни крути, но речь надо вести именно о "Двухсотлетней войне" 1486-1686 годов, а события XIV - начала XV вв., от Семена Ивановича до Василия Васильевича - не более чем пролог, прелюдия к этой войне.

102825_original.jpg

 

Via

Saygo

Годовщина

13-15 февраля 1945 г. союзная бомбардировочная авиация разбомбила Дрезден - событие, коорое вызывает споры и по сей день. Вспомнил об этом, увидев этот трейлер:

А после этого трейлера вспомнил про стародавнюю статью, прочитанную с десяток лет назад (познакомиться с ней можно. к примеру по ссылке): Год сожженных детей
И как ко всему к этому относиться? Война, конечно, грязное дело, жестокое и беспощадное, но все же, как бы то ни было, одно дело, когда на поле боя гибнут солдаты, и другое - когда в тылу под бомбами женщины, старики и дети. И понятие "коллективная ответственность" - это реликт древних времен или все же реальность, ставшая де-факто нормой?
      P.S. Есть, кстати, британская же короткометражка, снаятая в 2013-м г.

Via

Saygo
       Любопытную карту нашел.
51260298_10216862197683559_7899023501107920896_n

       Самые "просвещенные" страны Европы в раннем Новом времени "отличились" на поприще преследования ведьм и колдунов, а вот самые "темные" и "невежественные" - нет. К чему бы это?

Via

Sign in to follow this  
Followers 0