• записей
    20
  • комментария
    24
  • просмотров
    4 220

Об этом блоге

Блог вебмастеров проекта

Записи в этом блоге

Saygo

Вера

Однажды профессор университета, который был атеистом, задал одному студенту интересный вопрос:

Профессор: “Бог хороший?”

Студент: “Да”.

Профессор: “А Дьявол хороший?”

Студент: “Нет”.

Профессор: “Верно. А скажи мне, сынок, существует ли зло на Земле?”

Студент: “Существует”.

Профессор: “Зло повсюду, не так ли? И Бог создал все, верно?”

Студент: “Да”.

Профессор: “Так кто создал зло?”

Студент: …

Профессор: “На планете есть уродство, наглость, болезни, невежество? Все это есть, верно?”

Студент: “Да, сэр”.

Профессор: “Так кто их создал?”

Студент: …

Профессор: “Наука утверждает, что у человека есть 5 чувств, чтобы исследовать мир вокруг. Скажи мне, сынок, ты когда-нибудь видел Бога?”

Студент: “Нет, сэр”.

Профессор: “Скажи нам, ты слышал Бога?”

Студент: “Нет, сэр”.

Профессор: “Ты когда-нибудь ощущал Бога? Пробовал его на вкус? Нюхал его?”

Студент: “Боюсь, что нет, сэр”.

Профессор: “И ты до сих пор в него веришь?”

Студент: “Да, верю”.

Профессор: “Исходя из полученных выводов, наука может утверждать, что Бога нет. Ты можешь что-то противопоставить этому?”

Студент: “Нет, профессор. У меня есть только вера”.

Профессор: “Вот именно. Вера — это главная проблема науки”.

Студент: “Профессор, а холод существует?”

Профессор: “Что за вопрос? Конечно, существует. Тебе никогда не было холодно?”

Остальные студенты засмеялись над вопросом молодого человека.

Студент: “На самом деле, сэр, холода не существует. В соответствии с законами физики, то, что мы считаем холодом, в действительности является отсутствием тепла. Человек или предмет можно изучить на предмет того, имеет ли он или передает энергию. Абсолютный ноль (-273 градуса по Цельсию) есть полное отсутствие тепла. Вся материя становится инертной и неспособной реагировать при этой температуре. Холода не существует. Мы создали это слово для описания того, что мы чувствуем при отсутствии тепла”.

В аудитории повисла тишина.

Студент: “Профессор, темнота существует?”

Профессор: “Конечно, существует. Что такое ночь, если не темнота?”

Студент: “Вы опять неправы, сэр. Темноты также не существует. Темнота в действительности есть отсутствие света. Мы можем изучить свет, но не темноту. Мы можем использовать призму Ньютона, чтобы разложить белый свет на множество цветов и изучить различные длины волн каждого цвета. Вы не можете измерить темноту. Простой луч света может ворваться в мир темноты и осветить его. Как вы можете узнать насколько темным является какое-либо пространство? Вы измеряете, какое количество света представлено. Не так ли? Темнота это понятие, которое человек использует, чтобы описать, что происходит при отсутствии света. А теперь скажите, сэр, смерть существует?”

Профессор: “Конечно. Есть жизнь, и есть смерть — обратная ее сторона”.

Студент: “Вы снова неправы, профессор. Смерть — это не обратная сторона жизни, это ее отсутствие. В вашей научной теории появилась серьезная трещина”.

Профессор: “К чему вы ведете, молодой человек?”

Студент: “Профессор, вы учите студентов тому, что все мы произошли от обезьян. Вы наблюдали эволюцию собственными глазами?”

Профессор покачал головой с улыбкой, понимая, к чему идет разговор.

Студент: “Никто не видел этого процесса, а значит, вы в большей степени священник, а не ученый”.

Аудитория взорвалась от смеха.

Студент: “А теперь скажите, есть кто-нибудь в этом классе, кто видел мозг профессора? Слышал его, нюхал его, прикасался к нему?”

Студенты продолжали смеяться.

Студент: “Видимо, никто. Тогда, опираясь на научные факты, можно сделать вывод, что у профессора нет мозга. При всем уважении к вам, профессор, как мы можем доверять сказанному вами на лекциях? ”

В аудитории повисла тишина.

Профессор: “Думаю, вам просто стоит мне поверить”.

Студент: “Вот именно! Между Богом и человеком есть только одна связь — это ВЕРА!”

Профессор сел. Этого студента звали Альберт Эйнштейн.

Saygo

Словно перед камнем на распутье,
Силясь заглянуть за окоём,
Не решусь ни прошлого вернуть я,
Ни жить настоящим скучным днём.

В прошлом - разбереженная рана,
В настоящем - лишь Сизифов труд,
Будущее вовсе из тумана
Мне грозит неволей новых пут.

Попивая жизнь, как мед из чарки,
Чаще я терял, чем находил,
Но судьбы редчайшие подарки
До конца отчаянно любил.

К вам, туманы, холода ночные,
Отправляюсь - мне не привыкать.
Если окажусь без головы я -
Можно будет вечность отдыхать.

Saygo

ОРВИ

Мели метели, высились сугробы,

Полгорода слегло от ОРВИ,

Под заводским брезентом моей робы

Пылало сердце, полное любви.

Пока другие, словно под обстрелом,

Брели согнувшись и вовсю дрожа,

Я как жених шагал во фраке белом,

Любовно и восторженно дыша.

Придя домой с улыбкой лучезарной,

Настроился я думать о любви,

Но показал мне градусник коварный,

Что это лишь симптомы ОРВИ.

Saygo

С Новым годом!

Дорогие друзья! Я поздравляю вас с Новым годом! Год прежний в моей жизни лично был очень непростым. Не потому, что я многое сделал, а скорее потому, как много понял. Я хочу поделиться этим с вами. Многие ведут торг своей жизнью на ярмарке тщеславия и полагают, что потребляя, имея больше власти, денег, достижений и вещей что-то выигрывают. В огромном пространстве ежедневной и ежесекундной лжи вам внушается идея отдать самое дорогое, что у вас есть, в обмен на дешевку, никому не нужные звания и мусор из магазинов. К сожалению пока нет возможности отделить на уровне передачи сигнала правдивые сигналы от лживых, я когда-то мечтал такую систему изобрести, когда был маленьким, да и сейчас иногда об этом думаю. Ваше единственное богатство - это ваша жизнь без остатка, со всеми ее ошибками, поражениями, слезами и радостями. Ваша ценность - это ваши близкие и ваши мгновения, и их утрату никогда и никакие деньги, должности и дипломы не смогут вам возместить. Ничего ценнее этого у вас нет. Не потратьте это огромное отпущенное вам богатство зря. Людям нравятся апокалиптические сюжеты именно потому, что ничего не обязывают делать сегодня, именно потому, что лишают веры в будущее и обязанности его отстаивать и творить. Так будьте мечтателями и стройте реальный мир и иллюзорный сами и ради себя. Забейте на политиканов, на интернет-пропаганду, фильмы о вампирах и зомби, никогда не транжирьте секунды своей бесценной жизни на то, что не является вашей жизнью. Побудьте с вашими детьми и родителями, братьями и сестрами, почувствуйте радость живого общения, оттащите их от переливания из пустого в порожнее в интернете и от компьютерных игр. Ваш смысл жизни в том и заключен, чтобы прожить ее, а все остальное - вероломная кража вашего времени. Очень часто поражения учат вас большему, чем победы, а многие ошибки стоят того, чтобы их совершить. Не бойтесь быть слабыми, иногда слезы спасают, а смех убивает. Забросьте соцсети, не смотрите новости и фильмы-катастрофы, выкиньте из головы страхи, ибо все это вам внушают, чтобы вся планета жила по принципу "после нас хоть потоп" и потребляла больше, чем нужно. Просто живите ради себя и тех, кого любите, а также ради тех, кого ненавидите, потому и друзья, и враги - это те, кому на вас не наплевать, кому вы нужны, живыми или мертвыми. С праздником вас!

В Новом году я прежде всего желаю вам любви. И успеха, и внешней красоты, и ума можно добиться самому, но нельзя самому стать хорошим, добрым человеком. Им вы можете стать только при помощи людей, которых любите. Любимая женщина, дети, настоящие друзья - только они делают вас хорошими, добрыми людьми, и только если у вас это есть, вы себя чувствуете полноценным человеком, потому что в вас исчезает ощущение пустоты. Найдя любовь или друга, вы внезапно понимаете, что кому-то нужны, и тревоги больше вас не затягивают, в груди всегда живет чувство радости, которое изгоняет всякую тревогу и тоску. Бог есть любовь.

Saygo

Кратко о некоторых изменениях, сделанных за последнее время.

9 декабря. Создана группа привилегированных пользователей docens. В нее человек переводится автоматически после 500 постов либо переводится вручную вебмастером, если он известен как профессионал в исторических и смежных науках. Представители группы имеют доступ к загрузке файлов в файловый архив и видеороликов на видеопортал, а также еще некоторые привилегии.

18 декабря. Завершена обработка файлового архива под новый движок. Теперь мы можем туда загружать не только стандартные файлы до 32 Мб, но через него же проводить файлы большого объема, выкладываемые на FTP и в сторонних облачных хранилищах. Это расширяет наши возможности.

19 декабря. Добавлена авторизация с использованием аккаунта Вконтакте. Сейчас авторизоваться на нашем сайте можно через Вконтакте, Facebook и Twitter. Не помню, говорил ли я о некоторых моментах, которые нужно знать для успешной регистрации и после нее. Их два:

а) Никнейм может содержать русские или английские заглавные или строчные буквы, арабские цифры, дефис, пробел и подчеркивание. Никакие другие символы в никнейм входить не могут, иначе регистрация невозможна.

б) Регистрируясь, обязательно проверяйте свою почту, заглядывайте и в папку со спамом. Пока не будет подтверждения письма активации от пользователя, никакой вебмастер или админ ничей аккаунт не одобрит.

Важно! Первые несколько постов на форуме проходят премодерацию. Если ваши сообщения не появились - значит они ее не прошли. Самые распространенные причины - реклама или несоответствие тематике ресурса. Если у вас есть желание что-то прорекламировать - пишите через форму обратной связи и договаривайтесь открыто и честно. Мы тратим на содержание и развитие ресурса деньги и не прочь заработать их. За умеренную плату мы разрешим вам разместить рекламную тему, объявление, красиво прилепим на видном месте баннер. Можем даже сами нарисовать баннер и составить профессиональный рекламный текст. А пихать рекламу куда ни попадя не надо.

20 декабря. Перезапущен видеопортал, теперь и пользователи могут туда вешать видео (пока только представители группы docens). И еще - для нуждающихся в консультации по какому-то одному конкретному вопросу создан специальный раздел - Консультации. Он технически отличается от остальных разделов форума и специально разработан для ответов на вопросы по принципу всяких там ответов@мэйлру.

Всех Николаев с прошедшим праздником!

И вместо аминя, если у кого-то есть проблемы с функционалом или предложения, форма обратной связи внизу страницы к вашим услугам.

Saygo

Переход на IPS 4.1

Товарищи! Рабоче-крестьянская революция, о необходимости которой всё время говорили большевики, совершилась!

"Ленин в Октябре".

Переход нами потихоньку подготавливался давно, но планировался только на лето. Заранее был разработан этот стиль и протестирован на другом домене. Долго мы ковырялись и все продумывали, переписывались с американскими и отечественными специалистами. И все-таки решили ускорить апгрейд. В настоящий момент мы с лордом @Snow тестируем сайт и приводим в порядок приложения. В ближайшее время постараемся устранить все имеющиеся недочеты. В комментах просьба сообщать о замеченных багах. Я не сомневаюсь, что они есть - так всегда бывает при тотальной смене движка. Что ж, приятного вам пребывания на обновленном "Свитке", джентльмены!

Ниже буду пополнять список новых пользовательских возможностей, который рекомендуется читать всем:

1. Чтобы разместить видео с youtube, надо не просто вставить ссылку в окно редактирования, но и сразу после этого нажать enter.

2. При правильной вставке ссылки в редактор снова есть возможность добавить ее название.

3. К любому пользователю можно обратиться по имени так, что он об этом узнает через оповещение, если нажать собачку (как в твиттере) и ввести его ник.

4. При вставке контента с другого сайта можно убирать форматирование (появляется соответствующий запрос).

5. При загрузке изображений есть возможность тут же их редактировать - достаточно дважды кликнуть по картинке левой кнопкой мыши. Также есть контекстное меню для изображения, ссылки или других типов контента - оно появляется, если навести на нужный контент курсор, нажать правую кнопку мыши и одновременно клавишу ctrl.

6. В профиль можно загружать не только фото, но и обложку (как в твиттере или фейсбуке). Также обложку можно загружать в блог.

7. Сайт теперь работает одинаково хорошо на компьютерах и мобильных устройствах.

8. Пользователь сайта теперь не чувствует себя одиноким и брошенным, аккаунт интерактивен и синхронизирован со всеми приложениями, так что обо всех ответах и действиях будут приходить оповещения со звуком.

9. Новая лента активности позволяет видеть все события на сайте, а аналогичная лента в профиле позволяет видеть все действия пользователя (как журнал действий в фейсбуке).

10. Цитирование любого фрагмента любого сообщения делается так, как и в предыдущей версии - выделяем нужное и нажимаем всплывающую кнопку "Цитировать". Также доступны просто цитата и значок "+" - цитата нескольких постов (мультицитата).

11. Теперь везде используется ajax-навигация, что позволяет существенно быстрее перемещаться между страницами тем, форумов и других приложений.

Вывод - теперь наш ресурс полностью сочетает в себе как возможности большого сайта и дискуссионной площадки, так и возможности уютненьких социальных сетей.

Saygo

Психолог Михаил Лабковский о том, как избежать ненужных жертв учебе, сохранить мир в семье и одновременно сделать так, чтобы ребенок хорошо учился.

— Повторяю: делать уроки с ребенком не надо! Собирать с ним портфель не надо! Спрашивать «как там, в школе?» не надо. Вы и отношения портите и результат только отрицательный. Вам что, с ним больше поговорить не о чем?

— У ребенка обязательно должно быть личное свободное время, когда он НИЧЕГО не делает: от 2 до 4 часов в день. Тревожные амбициозные родители детей заорганизовывают. Кружки, секции, языки… И получают неврозы и все, что к ним прилагается.

— В отношениях со школой и педагогами вы должны быть на стороне своего ребенка. Берегите детей. Не бойтесь плохих оценок. Бойтесь довести до отвращения к школе и учебе вообще.

— Российские родители ориентированы на оценки. Это еще с советских времен. Например, в моем классе учились два чеха и один поляк. После одной серьезной контрольной на собрании все НАШИ родители спрашивали про оценки, и только чехи и поляки спрашивали что-то вроде: «Как он себя чувствовал? Он волновался?» И это правильно.

— Трудно сказать у кого больше психологических проблем – у отличника или у двоечника. Отличники, которые берут усердием и «высиживают» свои пятерки – тревожные дети с пониженной самооценкой.

— Если ваш ребенок не в состоянии делать уроки сам – у этого всегда есть причина. Лень тут не при чем. Такой категории как лень в психологии вообще не существует. Лень всегда раскладывается на отсутствие мотивации и воли.

— Среди причин, по которым ребенок не делает уроки сам, может быть что угодно: повышенное внутричерепное давление, гипертонус, психологические проблемы, СДВГ (синдром дефицита внимания и геперактивность). И вместо того, чтобы тратить свои вечера на совместное сидение над учебниками – лучше попробовать определить эту причину и работать над ее устранением.

— Есть родители, которые хотят вырастить ответственных, самостоятельных, успешных детей. И бывают родители, цель которых – тотальный контроль над ребенком, а уж каким он там вырастет не так и важно – главное, чтобы не срывался с поводка.

— Как часто из-за тревоги по поводу оценок буквально рушатся семьи, крушатся отношения, родители и дети оказываются разъединены, иногда навсегда.

— Психика у подростков и без того обострена, а месяцы подготовки к ГИА и ЕГЭ становятся по-настоящему черными временами для семьи: всех преследуют неврозы и депрессии, они провоцируют истерики, болезни, чуть ли не суициды.

— Как избежать всего этого кошмара или хотя бы минимизировать последствия?

— Я думаю, сосредоточиться на любви и вечных ценностях.

— Подумать о том, что довольно скоро, когда все оценки и экзамены сотрутся из памяти, будет важно только одно — не утратили ли вы близость, доверие, понимание, дружбу со своим ребенком…

— Ведь можно получить пятерку и потерять дочь. Сдать ЕГЭ, «поступить сына в институт», но уже не восстановить отношений.

— Лекции о воспитании детей, советы психологов и педагогов по поводу отношений в семье эффективны и имеют смысл исключительно в том случае, если сами родители психологически благополучны или хотя бы стабильны.

— БУДУЧИ НЕСЧАСТНЫМИ людьми, вы никак не сможете так выстроить отношения с ребенком, чтобы он был счастлив. А если счастливы родители, то специально и делать ничего не надо.

— Многие считают, что у них, родителей, все нормально, а проблемы только у их детей. И удивляются, когда в одной семье вырастают два совершенно разных ребенка: один уверенный в себе, успешный, отличник боевой и политической, а другой – закомплексованный неудачник, вечно ноющий или агрессивный. А ведь это значит, что дети по-разному ощущали себя в семье, и кому-то из них не хватило внимания. Кто-то был более чувствительным и больше нуждался в любви, а родители этого не заметили.

— Следить за тем, чтобы ребенок был одет, обут и накормлен – это забота, а не воспитание. К сожалению, многие родители уверены, что заботы достаточно. 

— КАК ВЫ ОБЩАЕТЕСЬ с ребенком в его детстве, так он будет обращаться с вами в вашей старости.

— Когда у вас рождается ребенок, вы считаете это чудом, вы счастливы, что стали родителями, делаете все, чтобы ребенку было хорошо, радуетесь общению с ним, восхищаетесь каждой мелочью… Но вот ему исполняется 6 или 7 лет, и между вами и ребенком встает школа. Будто в дом приходит военком и выдергивает дитя из семьи. Хотя, что собственно, происходит такого страшного? Ну, надо ему ходить в школу, получать знания по мере сил, общаться, взрослеть. Зачем же позволять этому естественному процессу разобщать вас? Школа меньше, чем жизнь, и ее надо вывести за рамки ваших отношений с ребенком.

— Школа должна научить не столько математике и литературе, сколько самой жизни. От школы важно получить не столько теоретические знания, сколько практические навыки: умение общаться, строить отношения, отвечать за себя – свои слова и поступки, решать свои проблемы, договариваться, распоряжаться своим временем… Именно эти навыки помогают уверенно чувствовать себя во взрослой жизни и зарабатывать себе на жизнь.

— ЧРЕЗМЕРНЫЕ ПЕРЕЖИВАНИЯ ребенка из-за плохих оценок – это только зеркало реакции взрослых. Если родители спокойно реагируют на двойку или неудачи в спорте, еще на какие-то сбои, если родители улыбаются, говорят: «Мой хороший, не расстраивайся», то и ребенок спокоен, стабилен, обязательно выравнивается в учебе и находит дело, где у него все получается.

— Если в начальной школе ваш ребенок не справляется с программой (тут говорят, уже репетитора наняли в первом классе), если вам приходится подолгу сидеть с ребенком над уроками – проблема не в ребенке, а в школе. Гимназии, лицее. Эти заведения работают исключительно на амбициях родителей и заботятся не о детях, а о собственном престиже и стоимости своих услуг. Сложнее – не значит лучше! Ребенок не должен переутомляться, пытаться догнать программу, составленную педагогами, которым непрерывно требуется помощь родителей, репетиторов, интернета и т.д. В первом классе на подготовку домашнего задания должно уходить от 15 до 45 минут. Иначе вы все долго не выдержите.

— НАКАЗЫВАТЬ ДЕТЕЙ МОЖНО и иногда даже необходимо. Но нужно четко разделять ребенка и его поступок. Например, вы заранее договорились, что до вашего прихода с работы он сделает уроки, поест и уберет за собой. И вот вы приходите домой и видите картину: кастрюля с супом стоит нетронутая, учебники явно не открывались, на ковре бумажки какие-то валяются, а дите сидит носом в планшете.

Главное в этот момент не превращаться в фурию, не орать про то, что «у всех дети как дети» и про то какой он бессовестный мучитель, безответственный урод и что из него вырастет ноль без палочки.

Без малейшей агрессии вы подходите к ребенку. Улыбаясь, обнимаете его и говорите: «Я тебя очень люблю, но планшета ты больше не получишь». Можно еще выдать телефон nokia типа фонарик. Безо всякого интернета.

А орать, оскорблять, обижаться и не разговаривать – вот этого не надо. Ребенок наказан отъемом гаджетов.

— КАРМАННЫЕ ДЕНЬГИ должны быть у ребенка уже лет с 6-ти. Не крупные, но регулярно выдаваемые суммы, которыми он распоряжается сам. И очень важно, чтобы деньги не стали инструментом для манипуляции. Не надо контролировать, на что ребенок их тратит, и ставить сумму траншей в зависимость от его успеваемости и поведения.

— Не надо за детей проживать их жизнь, решать, что им делать и что нет, решать за них их проблемы, давить на них своими амбициями, ожиданиями, указаниями. Вы же постареете, как они сами жить-то будут?

— Во всем мире учиться в университеты идут только самые умные и самые богатые. Остальные идут работать, искать себя и зарабатывать на высшее образование. А у нас что?

— ЕСЛИ РЕБЕНКА ПОСТОЯННО ОПЕКАЮТ – он не знает, что такое нести ответственность за свои поступки, остается инфантильным и падким на любую возможность нарушить запрет.

— Я против постоянного пристального контроля. Ребенок должен быть уверен, что в семье его любят, уважают, с ним считаются и ему ДОВЕРЯЮТ. Вот в этом случае он не свяжется с "плохой компанией" и избежит многих соблазнов, перед которыми не могут устоять сверстники с напряженной ситуацией в семье.

— Когда я работал в школе, то в День знаний говорил, что учиться надо хотя бы потому, что за работу головой платят во много раз больше, чем за физический труд. И что выучившись, вы сможете работать и получать деньги за то, что сами любите делать.

— БАРДАК В КОМНАТЕ ПОДРОСТКА соответствует его внутреннему состоянию. Так внешне выражается хаос в его душевном мире. Хорошо еще, если он моется... Требовать «навести порядок» можно только, если вещи ребенка валяются за пределами его комнаты.

— ВОСПИТЫВАТЬ - НЕ ЗНАЧИТ ОБЪЯСНЯТЬ, как надо жить. Это не работает. Дети развиваются только по аналогии. Что можно, а что нельзя, как надо и как лучше не поступать дети понимают не из слов родителей, а исключительно из их поступков. Проще говоря, если отец говорит, что пить вредно, а сам не просыхает – существует много шансов, что сын станет алкоголиком. Это самый яркий пример, но более тонкие вещи дети улавливают и перенимают не менее чутко.

— Говорить с детьми надо о жизни вообще, а не о том, как НАДО жить. Если же родитель может говорить с ребенком только о проблемах – у него проблема.

— Если ребенок пытается манипулировать взрослыми – у него просто невроз. И надо искать его причину. Здоровые люди не манипулируют – они решают свои проблемы, действуя прямолинейно.

— В разговоре с ребенком (и не только) не критикуйте его, не трогайте его личность, не выходите за рамки анализа его поступков. Говорите не о нем, а о себе. Не «ты – плохой», а «я думаю, ты плохо поступил». Используйте формулировки: «Мне не нравится когда ты…», «Мне не нравится когда ты…», «Мне бы хотелось, чтобы…»

Поменьше критики, побольше конструктива и позитива.

— Ребенок должен ощущать, что родители – это добрые, но сильные люди. Которые могут его защитить, могут ему в чем-то отказать, но всегда действуют в его интересах и, главное, очень его любят.

Saygo

Признаюсь, что уже несколько недель назад, занимаясь другими делами, я мысленно составлял этот пост. Прокручивая в памяти события этих трех лет, как на нашем ресурсе, так и в своей жизни, в мире науки и в мире вообще, я о многом сожалел, кое в чем раскаивался. Я подводил итоги, взвешивал плюсы и минусы проделанной работы. Хватало и того, и другого, но проект в гуманитарной сфере вообще трудно оценить с помощью цифр. Минусы легко оправдать тем, что сложные решения мне почти всегда приходилось принимать в полном одиночестве, а еще проще предложить каждому представить себя на моем месте и подумать, смог ли бы он справиться лучше; однако я не стану оправдывать ошибки – постараюсь просто на них учиться. Раз у меня хватает мужества признавать свои ошибки, раз я научился между удобным и правильным выбирать правильное, научился расставлять приоритеты и уважать чужую позицию, значит сам я за эти годы в чем-то изменился. И, возможно, это могут о себе сказать и другие участники и читатели «Свитка». А это значит, что та неуловимая цель, которую я ставил – помочь развить личность в себе и других – стала немного ближе. Значит, эти три года потрачены не зря, и наша скромная обитель успешно противостоит всем бурям, потрясающим виртуальное пространство. Так давайте же поднимем и опрокинем рюмочку за то, чтобы «Свиток» всегда был надежным оплотом для людей, в чьих сердцах человеколюбие и терпимость сильнее чванства и лицемерия.

Поздравляю Вас с трехлетием «Свитка»!

И песня, которая напомнит нам, что, как и три года назад, зима близко.

Saygo

Татьяна Владимировна Черниговская — российский биолог, лингвист, семиотик и психолог, специализируется в вопросах нейронауки и психолингвистики, а также теории сознания. Доктор филологии и биологии, член-корреспондент Норвежской академии наук, заслуженный деятель науки РФ. По её инициативе в 2000 году впервые была открыта учебная специализация "Психолингвистика" (на кафедре общего языкознания филологического факультета СПбГУ). Ниже приведен конспект ее лекции о влиянии интернета на мозг.

%D0%A2%D0%B0%D1%82%D1%8C%D1%8F%D0%BD%D0%B0_%D0%A7%D0%B5%D1%80%D0%BD%D0%B8%D0%B3%D0%BE%D0%B2%D1%81%D0%BA%D0%B0%D1%8F.jpeg

Что нужно знать о мозге в первую очередь

Рецепт мозга выглядит так: 78% воды, 15% жира, а остальное — белки, гидрат калия и соль. Нет ничего более сложного во Вселенной из того, что мы знаем и что сопоставимо с мозгом вообще. Прежде чем перейти непосредственно к теме, как интернет изменил наш мозг, я расскажу, исходя из современных данных, про то, как мозг учится и как он меняется.

Можно сказать, что сейчас началась мода на исследования мозга и сознания. Особенно сознания, хотя это опасная территория, потому что никто не знает, что это такое. Худшее, а оно же и лучшее, что можно по этому поводу сказать, это что я знаю, что я есть. Это на английском называется first firsten experience, то есть впечатления от первого лица. Это то, мы надеемся, чего нет почти ни у каких животных и пока нет у искусственного интеллекта. Однако я вечно пугаю всех тем, что недалеко то время, когда искусственный интеллект осознает себя как некую индивидуальность. В этот момент у него появятся свои планы, свои мотивы, свои цели, и, я вас уверяю, мы не будем входить в этот смысл. Об этом, конечно, понятно, снимаются фильмы и т. д. Помните «Превосходство» с Джонни Деппом, о том, как человек, умирая, подключил себя к сети? На премьере этого фильма в Петербурге я во время показа услышала за спиной, как один человек другому говорит: «Сценарий писала Черниговская».

Тема мозга стала популярной, люди стали понимать, что мозг — это загадочная мощная вещь, которую по недоразумению мы почему-то называем «мой мозг». Для этого у нас нет абсолютно никаких оснований: кто чей — это отдельный вопрос.

То есть он оказался у нас в черепной коробке, в этом смысле мы можем называть его «мой». Но он несопоставимо более мощный, чем вы. «Вы хотите сказать, что мозг и я — это разное?» — спросите вы. Отвечаю: да. Власти над мозгом мы не имеем, он принимает решение сам. И это ставит нас в очень щекотливое положение. Но у ума есть одна уловка: мозг сам все решения принимает, вообще все делает сам, но посылает человеку сигнал — ты, мол, не волнуйся, это все ты сделал, это твое решение было.

Как вы думаете, какое количество энергии потребляет мозг? 10 Ватт. Я даже не знаю, есть ли такие лампочки. Вероятно, в холодильнике. Лучшие из мозгов в лучшие из своих креативных мгновений потребляют, скажем, 30 Ватт. Суперкомпьютеру нужны мегаватты , настоящие мощные суперкомпьютеры потребляют энергию, которая нужна для электрификации небольшого города. Из этого следует, что мозг работает каким-то совершенно другим способом, нежели компьютер. Это наталкивает нас на мысли о том, что, если бы мы узнали все-таки, как он действует, это бы повлияло на все сферы нашей жизни, включая даже энергетическую — можно было бы пользоваться меньшим количеством энергии.

В прошлом году все компьютеры мира сравнялись по производительности с одним человеческим мозгом. Вы понимаете, какую длинную дорогу проделала эволюция мозга? Неандертальцы по прошествии некоторого времени превратились в Канта, Эйнштейна, Гете и дальше по списку. За существование гениев мы платим огромную цену. Нервные и психические расстройства выходят на первое место в мире среди болезней, они начинают опережать по количеству онкологию и сердечно-сосудистые заболевания, что являет собой не только вообще ужас и кошмар, но, кроме всего прочего, очень большое динамическое бремя для всех развитых стран.

Мы хотим, чтобы все были нормальными. Но норма — это не только то, что упирается в патологию, но и то, что упирается в другую патологию с противоположной стороны — гениальность. Потому что гениальность — не норма. И, как правило, эти люди дорогой ценой свою гениальность оплачивают. Из них огромный процент людей, которые либо спиваются, либо с собой кончают, или шизофрения, или что-нибудь у них непременно есть. И это огромная статистика. Это не бабушкины разговоры, на самом деле так.

В чем разница между мозгом и компьютером

Мы рождаемся с мощнейшим компьютером в голове. Но в него надо установить программы. Какие-то программы в нем стоят уже, а какие-то туда нужно закачать, и вы качаете всю жизнь, пока не помрете. Он качает это все время, вы все время меняетесь, перестраиваетесь. За те минуты, которые мы сейчас говорили, мозг всех нас, мой, разумеется, тоже, уже перестроился. Главная работа мозга — учиться. Не в узком, банальном смысле — вроде знать, кто такой Драйзер или Вивальди, а в самом широком: он поглощает информацию все время.

В нас больше ста миллиардов нейронов. В разных книжках разные цифры приведены, да и как их сосчитаешь всерьез. У каждого из нейронов, в зависимости от типа, может быть до 50 тысяч связей с другими частями мозга. Если кто умеет считать и сосчитает, он получит квадриллион. Мозг — это не просто нейронная сеть, это сеть сетей, сеть сетей сетей. В мозге 5,5 петабайт информации — это три миллиона часов просмотра видеоматериала. Триста лет непрерывного просмотра! Это ответ на вопрос, не перегрузим ли мы мозг, если мы будем потреблять «лишнюю» информацию. Мы его можем перегрузить, но не «лишней» информацией. Для начала, что такое информация для самого мозга? Это не только знания. Он занят движениями, занят перемещением калия и кальция через клеточную мембрану, тем, как работают почки, что делает гортань, как меняется состав крови.

Мы знаем, конечно, что в мозгу есть функциональные блоки, что есть какая-то локализация функций. И мы думаем, как дурачки, что если мы делаем языковую работу, то в мозгу будут активированы зоны, которые заняты речью. Так вот нет, не будут. То есть они будут задействованы, но остальные участки мозга тоже будут принимать в этом участие. Внимание и память в этот момент будут работать. Если задание зрительное, значит, зрительная кора тоже будет работать, если слуховое — то слуховая. Ассоциативные процессы тоже всегда будут работать. Одним словом, во время выполнения какой-либо задачи в мозге не активируется какой-то отдельный участок — мозг всегда работает весь. То есть участки, которые за что-то отвечают, вроде бы есть, и в то же время их как бы нет.

У нашего мозга иначе организована память, нежели у компьютера — она организована семантически. То есть, скажем, информация о собаке вовсе не лежит в том месте, где собрана наша память о животных. Например, вчера пес опрокинул чашку кофе на мою желтую юбку — и навсегда у меня собака этой породы будет ассоциироваться желтой юбкой. Если я в каком-нибудь простом тексте напишу, что такая собака у меня ассоциируется с желтой юбкой, мне поставят диагноз слабоумие. Потому что по земным правилам собака должна находиться среди других собак, а юбка — рядом с кофточкой. А по правилам божественным, то есть мозговым, воспоминания в мозгу лежат где хотят. Для того чтобы вы в компьютере что-нибудь нашли, вы должны указать адрес: папка такая-то, файл такой-то, а в файле набрать ключевые слова. Мозгу тоже нужен адрес, но он указывается совсем другим способом.

В нашем мозгу большинство процессов идет параллельно, в то время как компьютеры имеют модули и работают сериально. Нам лишь кажется, что компьютер выполняет много работ одновременно. На самом деле он просто очень быстро скачет с задачи на задачу.

Кратковременная память у нас организована не так, как в компьютере. В компьютере есть «железо» и «софт», а в мозгу hardware и software нераздельны, это какая-то смесь. Можно, конечно, решить, что hardware мозга — это генетика. Но те программы, которые наш мозг качает и устанавливает в себя всю жизнь, через некоторое время становятся железом. То, чему вы научились, начинает влиять на гены.

Мозг не живет, как голова профессора Доуэля, на тарелке. У него есть тело — уши, руки, ноги, кожа, потому он помнит вкус губной помады, помнит, что значит «чешется пятка». Тело является его непосредственной частью. У компьютера этого тела нет.

Как виртуальная реальность меняет мозг

Если мы сидим все время в интернете, то появляется то, что в мире признано болезнью, а именно компьютерная зависимость. Ее лечат те же специалисты, которые лечат наркоманию и алкоголизм, и вообще разные мании. И это правда настоящая зависимость, а не просто пугалка. Одна из неприятностей, возникающая при компьютерной зависимости, — лишение социального общения. У таких людей не разрабатывается то, что сейчас считается одной из последних (и то ускользающих) привилегий человека по сравнению со всеми другими соседями по планете, а именно способности строить модель психики другого человека. На русском языке нет хорошего термина для этого действия, по-английски это называется theory of mind, что часто по-идиотски переводится как «теория ума» и ничего общего с этим не имеет. Но на самом деле это означает способность посмотреть на ситуацию не своими глазами (мозгом), а глазами другого человека. Это основа коммуникации, основа обучения, основа сопереживания, эмпатии и т. д. И это настройка, которая появляется, когда человека учат этому. Это чрезвычайно важная вещь. Те люди, у которых эта настройка отсутствует полностью, — больные аутизмом и пациенты с шизофренией.

Сергей Николаевич Ениколопов, большой специалист по агрессии, говорит: ничто не заменит дружеский подзатыльник. Он глубоко прав. Компьютер покорен, его можно выключить. Когда человек уже всех «переубивал» в интернете, подумал, что надо пойти котлету съесть, выключил компьютер. Включил — а они опять живые там бегают. Такие люди лишаются навыка социального общения, они не влюбляются, они не знают, как это делать. И вообще беда с ними происходит.

Компьютер — это хранилище внешней информации. А когда появились внешние носители информации, началась человеческая культура. До сих пор идут споры: кончилась биологическая эволюция человека или нет. И, между прочим, это вопрос-то серьезный. Генетики говорят, кончилась, потому что все остальное, что в нас развивается, — это уже культура. Мое возражение генетикам такое: «А вы откуда знаете, если не секрет?» Мы сколько живем на планете? Значит, даже если забыть про культуру вообще, то люди современного типа живут 200 тысяч лет. Муравьи, например, живут 200 миллионов лет, по сравнению с ними наши 200 тысяч лет — это миллисекунда. А когда наша культура началась? Хорошо, 30 тысяч лет назад, я согласна даже на 50, на 150 тысяч, хотя этого не было. Это вообще мгновение. Давайте проживем хотя бы еще миллион лет, тогда и посмотрим.

Хранилище информации становится все более и более сложным: все эти облака, в которых висят наши данные, видеотеки, кинотеки, библиотеки, музеи растут каждую секунду. Что с этим делать, никто не знает, потому что эту информацию невозможно переработать. Количество статей, связанных с мозгом, превышает 10 миллионов — их просто нельзя прочесть. Каждый день штук десять выходит. Ну, и что мне делать теперь с этим? Доступ к этим хранилищам становится все более сложным и дорогим. Доступ — это не читательский билет в библиотеку, а образование, которое человеку дают, и представление о том, как эту информацию добыть и что с ней сделать. А образование становится все более длительным и все более дорогим. Неважно, кто платит: сам студент или государство, или спонсор — не в этом дело. Оно объективно очень дорогое. Поэтому мы избежать контакта с виртуальной средой уже не можем. Мы оказались в мире, который не просто целиком из информации состоит — это жидкий мир. Это не просто метафора, в ходу термин fluid world. Жидкий потому, что один человек может быть представленным в десяти лицах, в десяти никнеймах, при этом мы не знаем, где он находится. Более того, знать не хотим. Какая разница, в Гималаях он сидит в данный момент, в Перу или в соседней комнате, или он вообще нигде не сидит и это симуляция?

Мы оказались в мире, который стал непонятным объектом: неизвестно, кем он населен, все ли в нем живые люди или нет.

Мы считаем: как хорошо, что у нас есть возможность дистанционного обучения — это ведь доступ ко всему на свете! Вот только такое обучение требует очень тщательного отбора того, что брать, а что не брать. Вот история: я недавно купила авокадо, собираясь сделать соус гуакамоле, и забыла, как его делать. Что туда класть надо? Можно его вилкой, например, помять или блендером обязательно? Я, естественно, лезу в «Гугл», полсекунды — получаю ответ. Понятно, что это неважная информация. Если мне интересно будет узнать, какая грамматика была у шумеров, последнее место, куда я полезу, будет «Википедия». Значит, я должна знать, где искать. Вот тут-то перед нами встает вопрос, неприятный, но важный: насколько цифровые технологии меняют нас самих?

В чем проблема «гугления» и онлайн-образования

Любое обучение стимулирует наш мозг. Даже идиотическое. Под словом «обучение» я не имею в виду сидение в классе и чтение учебников, я имею в виду, любая работа, которая делается мозгом и которая сложна ему, данному мозгу. Искусство передается от мастера к ученику, от личности к личности. Нельзя учиться кулинарии по книжке — ничего не выйдет. Для этого нужно стоять и смотреть, что и как делает другой. У меня есть чудный опыт. Я была в гостях у приятеля, и его мать сделала пирожки, которые едят только на небесах. Я не понимаю, как это можно было испечь. Я ей говорю: «Продиктуйте мне, пожалуйста, рецепт», что не говорит о моем уме. Она мне продиктовала, я это все записала, исполнила точно… и выбросила на помойку все! Есть было невозможно. Вкус к чтению сложной, интересной литературы невозможно привить дистанционно. Человек идет учиться искусству к конкретному мастеру для того, чтобы сесть на интеллектуальную иглу и драйв получить. Есть много факторов, которые электроны не передают. Даже если эти электроны передаются в формате видеолекции, все равно не то. Пожалуйста, пусть 500 миллиардов человек получит это дистанционное обучение. Но я хочу, чтобы сотня из них получила обычное образование, традиционное. Мне сказали на днях: принято решение, что дети скоро вообще не будут писать рукой, а будут только на компьютере печатать. Письмо — мелкая моторика не просто для рук, это моторика правильного места, которое, в частности, связано с речью и с самоорганизацией.

Есть некоторые правила, которые касаются когнитивного и креативного мышления. Одно из них — нужно снять когнитивный контроль: перестать оглядываться и бояться ошибок, не смотреть, как что делают соседи, перестать себя корить: «Наверное, я этого не могу делать, в принципе не могу сделать, не стоит и начинать, я недостаточно подготовлен». Пусть мысли текут, как текут. Они сами притекут туда, куда надо. Мозг не должен быть занят вычислительной работой, как калькулятор. В некоторых фирмах, которые могут себе это позволить (я знаю, что в Японии такие есть), на работу нанимают чумового человека, абсолютного хиппи по поведению. Он всем мешает, ненавидит всех, получает деньги ни за что, приходит не в костюме, как положено, а в каких-то драных джинсах. Он садится, где не надо, все опрокидывает, он курит, где никому не разрешено, а ему разрешено, вызывает мощнейшую негативную реакцию. А потом внезапно говорит: «Знаете, это надо сюда, а это сюда, а это сюда». Результат — прибыль 5 миллиардов.

Среднее число запросов в Google в 1998 году было 9,8 тысячи, сейчас их 4,7 триллиона. То есть вообще дикое количество. И мы наблюдаем то, что сейчас называется Google-эффект: мы сели на иглу приятности очень быстрого добывания информации в любой момент. Это ведет к тому, что у нас портится разного вида память. Рабочая память становится хоть и неплохой, но очень короткой. Google-эффект — это то, что получается, когда мы ищем at our fingertips, то есть как бы пальцем ткнул, вот оно — полезло. В 2011 году был проведен эксперимент, опубликованный в журнале Science: было доказано, что студенты, которые имеют постоянный и быстрый доступ к компьютеру (а сейчас это все, потому что планшеты у всех), могут запоминать гораздо меньшее количество информации, чем те, кто был студентом до этой эры. Это значит, что мозг с тех времен изменился. Мы храним в долговременной компьютерной памяти то, что должны были бы хранить в наших мозгах. Это значит, что наш мозг другой. Сейчас все идет к тому, что он становится придатком к компьютеру.

Мы зависим от какого-то тумблера, к отключению которого мы окажемся совершенно неподготовленными. Представляете, как высока наша степень зависимости от него? Чем больше «Гугла», тем меньше мы видим в нем «Гугла» — мы полностью ему доверяем. А вы с чего взяли, что он вам не врет? Вы, конечно, можете мне возразить на это: а с чего я взяла, что мне мозг мой не врет. И тут я замолкаю, потому что ни с чего не взяла, врет и мозг.

Полагаясь на интернет-технологии, на виртуальные миры, мы начинаем терять себя как личности. Мы уже не знаем, кто мы есть, потому что из-за никнеймов мы не понимаем, с кем общаемся. Может быть, вы думаете, что общаетесь с разными людьми, а на деле человек один вместо восьми имен, а то и вместо тридцати. Я не хочу быть воспринята как ретроград — я сама в компьютере провожу дикое количество времени. Недавно я купила себе планшет, и я себя спрашиваю: какого черта, почему я все время у них на игле, почему они мне подсовывают то Windows такой-то версии, то другой? Зачем я свои драгоценные клеточки — серенькие, беленькие, всех цветов — должна тратить на удовлетворение амбиций каких-то интеллектуальных уродов, которые технически хорошо подготовлены? Других вариантов, однако, нет. Пожалуй, на этой ноте и закончу.

Saygo

Несколько лет назад мне показали большой и весьма передовой в техническом отношении азиатский университет. Экскурсию проводил его гордый ректор. Как и подобает столь важным персонам, он передвигался в сопровождении двоих крепких молодых телохранителей в чёрных костюмах и тёмных очках; вероятно, под куртками у них были автоматы Калашникова. Восхищаясь новой замечательной бизнес-школой и самым современным институтом управленческих исследований, ректор сделал паузу, ожидая, что тут я вставлю пару слов грубой лести. Вместо этого я заметил, что, кажется, на территории его кампуса не ведётся никаких критических исследований. Он посмотрел на меня с таким удивлением, как будто я спросил, сколько степеней доктора философии они ежегодно присваивают за танцы на шесте, и сухо ответил: «Мы учтём Ваше замечание». Затем он достал из кармана маленький образчик передовых технологий, легким взмахом открыл его и произнёс несколько резких слов по-корейски — возможно, это был приказ «Убейте его». Прибыл лимузин размером с площадку для игры в крикет, охрана погрузила в него ректора, и машина уехала. Наблюдая, как она исчезает из поля зрения, я задумался, когда же приведут в исполнение мой смертный приговор.

800px-Terry_Eagleton_in_Manchester_2008.jpg

Это случилось в Южной Корее, но могло произойти практически в любой точке планеты. От Кейптауна до Рейкьявика, от Сиднея до Сан-Паулу неуклонно разворачивается событие, такое же значимое в своём роде, как кубинская революция или вторжение в Ирак: медленная смерть университета как центра гуманитарной критики. Университеты, имеющие в Великобритании 800-летнюю историю, традиционно высмеивали как башни из слоновой кости, и в этих обвинениях всегда была доля правды. Однако дистанция, которую они устанавливали между собой и обществом, могла быть как пагубной, так и благотворной: она давала возможность размышлять о ценностях, целях и интересах общественного порядка, настолько слившихся с сиюминутными практическими задачами, что это почти лишало его способности к самокритике. Во всём мире эта критическая дистанция сегодня сократилась почти до нуля, а институты, произведшие на свет Эразма и Джона Мильтона, Эйнштейна и «Монти Пайтон», капитулировали перед беспощадными приоритетами глобального капитализма.

Многое из того, о чём я пишу, будет знакомо американским читателям. Ведь именно Стэнфорд и Массачусетский технологический институт создали саму модель приносящего доход университета. Но то, что происходит с высшим образованием в Великобритании, можно назвать американизацией без выгод — по крайней мере, без выгод американского частного образовательного сектора.

С этим столкнулись даже такие классические институты английской аристократии, как Оксфорд и Кембридж, чьи колледжи всегда были в какой-то степени изолированы от влияния широких экономических сил благодаря тем щедрым пожертвованиям, которые они получали веками. Несколько лет назад я оставил кафедру в Оксфордском университете (событие почти столь же редкое, как землетрясение в Эдинбурге), когда осознал, что от меня ожидают, что я буду вести себя скорее не как учёный, а как гендиректор.

Когда я впервые пришёл в Оксфорд 30 лет назад, на подобную профессионализацию посмотрели бы с патрицианским презрением. Те мои коллеги, которые действительно беспокоились о получении степени доктора философии, предпочитали порой обращение «мистер», а не «доктор», так как последнее указывало на род занятий, не приличествующий джентльмену. Издание книг считалось довольно вульгарным. В порядке вещей было напечатать одну краткую статью о синтаксисе португальского или гастрономических привычках древнего Карфагена примерно раз в десять лет. Было время, когда тьюторы[1] могли даже не беспокоиться о том, чтобы согласовать со своими студентами время встреч. Вместо этого студенты, когда у них возникало желание выпить стаканчик хереса и завязать интеллектуальную беседу о Джейн Остин или функции поджелудочной железы, должны были просто заглянуть в комнату тьютора.

Сегодня «Оксбридж» по большей части сохраняет свою корпоративную этику. «Доны», главы колледжей, решают, как инвестировать деньги колледжа, какие цветы посадить в саду, чьи портреты повесить в профессорской, и как лучше объяснить своим ученикам, почему на винный погреб они тратят больше, чем на библиотеку. Все важные решения члены учёного совета принимают в полном составе, и всё, от финансовых и академических дел до управленческой рутины, утверждают избранные комитеты учёных, несущие ответственность перед всем учёным советом. В последние годы эта замечательная система самоуправления вынуждена была противостоять ряду централизационных меоприятий университетской администрации — вроде тех, что заставили меня уволиться, — но в общем и целом она крепко держалась. И именно потому, что колледжи «Оксбриджа» — это по большей части не соответствующие духу времени институты, они обладают небольшим перевесом, который позволяет им служить в качестве модели децентрализованной демократии, несмотря на те возмутительные привилегии, которыми они продолжают наслаждаться.

В других университетах Великобритании сложилась совсем иная ситуация. Вместо самоуправления учёных здесь господствует иерархия: разветвлённая и запутанная сеть бюрократии, младшие преподаватели — рабочие лошадки — и проректоры, которые ведут себя так, как будто руководят «Дженерал Моторс». Старшие преподаватели стали теперь старшими менеджерами, кругом слышны разговоры об аудите и бухгалтерском учёте. На книги — это отжившее, унылое явление дотехнологической эпохи — всё чаще смотрят с неодобрением. По крайней мере один британский университет ограничил количество книжных полок, которые преподаватели могут иметь в своих кабинетах, чтобы воспрепятствовать созданию «личных библиотек». Корзины для бумаг стали такой же редкостью, как интеллектуалы в «Движении чаепития»[2], так как бумага ушла в прошлое.

Мещане, сидящие в креслах администраторов, покрывают кампусы глупыми логотипами и издают варварские, безграмотно написанные приказы. Один проректор из Северной Ирландии присвоил себе единственную общественную комнату кампуса, которую делили между собой сотрудники и студенты, чтобы превратить её в закрытый обеденный зал, где он мог бы развлекать местных важных персон и предпринимателей. Когда студенты отказались покидать это помещение в знак протеста, он приказал своим охранникам разгромить единственный находившийся рядом туалет. Британские проректоры годами разрушали собственные университеты, но редко настолько буквально. В том же кампусе охрана гоняла студентов, если видела, что они слоняются без дела. Университет без этих взлохмаченных непредсказуемых существ был бы идеален.

В центре развала образования оказались припёртые к стенке гуманитарии. Британское государство продолжает давать университетские гранты на точные науки, медицину, инженерное дело и прочее, но оно перестало тратить хоть сколько-нибудь существенные средства на гуманитарные дисциплины. Нет сомнений, что если ситуация не изменится, в ближайшие годы будут закрыты целые гуманитарные факультеты. Если филологические факультеты и выживут, то, возможно, лишь для того, чтобы учить студентов с отделения бизнеса расставлять точки с запятой — что весьма далеко от того, к чему стремились Нортроп Фрай и Лайонел Триллинг[3]. Гуманитарные факультеты теперь должны держаться в основном за счёт средств, получаемых от платного обучения; это означает, что небольшие учреждения, практически полностью зависящие от этого источника дохода, были успешно приватизированы втайне от общественности. Частные университеты, которым Великобритания так долго сопротивлялась, подбираются всё ближе. А правительство премьер-министра Дэвида Кэмерона курировало резкий скачок расценок за обучение, и теперь студенты, зависящие от кредитов и обременённые долгами, по понятным причинам требуют высоких стандартов преподавания и более индивидуального подхода за свои деньги, в то время как гуманитарные факультеты сажают на скудный финансовый паёк.

Кроме того, в какой-то момент в британских университетах обучение стало менее важным делом, чем научные исследования. Деньги приносят именно исследования, а не курсы по истории экспрессионизма или Реформации. Раз в несколько лет британское государство проводит тщательную инспекцию каждого университета на месте, изучая в мельчайших подробностях результаты научных исследований каждой кафедры. Именно на этом основании предоставляются государственные субсидии. Таким образом, у учёных теперь всё меньше стимулов посвятить себя преподаванию, но много причин писать ради самого письма, штампуя абсолютно бессмысленные статьи, основывая бесчисленные онлайн-журналы, пункутально подавая на внешние исследовательские гранты вне зависимости от реальной нужды в них и получая противоестественное удовольствие, добавляя всё новые строчки в своё резюме.

В любом случае, огромный рост бюрократии в британском высшем образовании, вызванный расцветом управленческой идеологии и жёсткими требованиями государственной аттестации, означает, что у учёных теперь остаётся гораздо меньше времени на подготовку к занятиям, даже если они ещё кажутся им достойным делом — что в последние годы представляется весьма сомнительным. Государственные инспекторы начисляют баллы за статьи с непроходимыми дебрями сносок, но популярный учебник, предназначенный для студентов и широкого круга читателей, обладает для них небольшой ценностью. Учёные, повышающие свой преподавательский статус, скорее всего возьмут отпуск, отнимая время от самого преподавания, чтобы потратить его на дальнейшие исследования.

Они бы заработали ещё больше баллов, если бы вообще ушли из науки и приказали долго жить, сохранив своим финансовым хозяевам столь неохотно выдаваемое жалование и позволив бюрократам развернуть свою деятельность среди и без того перегруженных преподавателей. Многие учёные в Великобритании уже осознали, как страстно их учреждение хотело бы, чтобы все они уволились, кроме немногих известных имён, способных привлечь побольше новых клиентов. Вот и выходит, что нет недостатка в преподавателях, стремящихся уйти на пенсию досрочно, учитывая, что несколько десятилетий назад британская наука была весьма желанным местом работы, но теперь стала невыносимым местом для многих, кто занят в этой сфере. Впрочем, высыпая на рану ещё немного соли, власти собираются урезать и преподавательские пенсии.

***
По мере того, как преподаватели становятся менеджерами, студенты превращаются в потребителей. Университеты ставят друг другу подножки, пытаясь сохранить средства в бесстыдной борьбе. Как только студенты оказываются в их руках, вузы начинают давить на преподавателей, чтобы те не ставили плохих оценок, ведь это риск потерять деньги. Общая идея состоит в том, что провал студента — это вина педагога, точно так же как в больницах ответственность за смерть пациента возлагают на медицинский персонал. Одним из результатов этой погони за студенческими кошельками стало увеличение количества курсов, разработанных с учётом того, что модно сегодня у 20-летних. В моей дисциплине, английской филологии, модны вампиры, а не поэты викторианской эпохи, сексуальность, а не Шелли, фанатские журналы, а не Фуко, современный мир, а не средневековье. Вот сколь сильно стало влияние глубинных политических и экономических сил на составление учебных планов. Любой филологический факультет, который сосредоточит свои усилия на англо-саксонской литературе XVIII века, будет рубить сук, на котором сидит.

Жадные до денег, некоторые британские университеты позволяют сегодня студентам, никак не проявившим себя в бакалавриате, поступить в магистратуру, а иностранные студенты (вынужденные, как правило, платить втридорога) могут оказаться в докторантуре, не владея уверенно английским языком. Долгое время презиравшие курс литературного мастерства как вульгарное американское занятие, факультеты английской филологии вынуждены теперь нанимать от отчаяния второсортных писателей или слабых поэтов, чтобы привлечь графоманские орды потенциальных Пинчонов[4]. Их цинично обчищают до нитки, прекрасно понимая, что шанс напечатать в лондонском издательстве чей-то первый роман или томик стихов, пожалуй, меньше, чем шанс проснуться и понять, что вы превратились в гигантского жука.

Конечно, образование должно реагировать на потребности общества. Но это не значит, что стоит полностью подчинять себя нуждам современного капитализма. В действительности, бросив вызов этой отчуждённой модели обучения, можно удовлетворить нужды общества гораздо лучше. Средневековые университеты великолепно служили широким слоям общества, но они делали это, выпуская священников, юристов, теологов и чиновников, помогавших укрепить церковь и государство, а не хмурясь при виде любой интеллектуальной деятельности, не сулящей быстрой прибыли.

Но времена изменились. Для британского государства все финансируемые им научные исследования должны быть теперь частью так называемой экономики знаний, и их влияние на общество должно стать измеримым. Это влияние проще оценить для авиационных инженеров, чем для историков античности. В игре с такими правилами скорее победят фармацевты, чем феноменологи. Те, кто не привлекает выгодные гранты от частного бизнеса или не может заинтересовать больше количество студентов, переживают состояние хронического кризиса. Научные заслуги зависят от того, сколько денег вы способны заработать, в то время как хорошее образование приравнивается к трудоустройству. Не лучшее время для палеографов или нумизматов — специалистов, даже смысл названия чьих профессий мы вскоре перестанем понимать, не говоря уже о том, чтобы работать ими.

Последствия этого снижения роли гуманитарного образования могут ощутить все, вплоть до средней школы, где изучение языков в катится под откос, изучение истории ограничивается лишь новой историей, а изучение классики в целом ограничено частными учреждениями вроде Итона. (Борис Джонсон, известный итонец и мэр Лондона, постоянно вставляет в свои публичные заявления отсылки к Горацию). Действительно, философы всегда могут открыть на углу службу помощи, отвечающую на вопросы о смысле жизни, а лингвисты — установить пункты своих услуг в самых оживлённых местах, где может потребоваться что-то перевести. В общем, идея состоит в том, что университеты должны оправдывать своё существование, помогая бизнесу. Если воспользоваться холодной формулировкой правительственного отчёта, они должны работать как «консультирующие организации». В действительности сами вузы стали высокодоходной отраслью, в которой работают отели, концертные и спортивные залы, точки общественного питания и прочее.

***
Если гуманитарные науки чахнут на корню, то это из-за того, что они послушны капиталистическим силам и при этом лишены средств к существованию. (В британском высшем образовании отсутствует традиция частных пожертвований, принятая в Соединённых Штатах, главным образом потому, что в Америке гораздо больше миллионеров, чем в Великобритании.) Кроме того, мы говорим об обществе, в котором, в отличие от Соединённых Штатов, образование традиционно не рассматривается как товар, который можно покупать и продавать. В самом деле, большинство студентов в сегодняшней Великобритании, вероятно, убеждено, что образование должно быть бесплатным, как в Шотландии; хотя здесь очевидна степень личной заинтересованности, это мнение также достаточно справедливо. Обучение молодых людей, как и защиту их от серийных убийц, следует рассматривать в качестве социальной ответственности, а не как повод для получения прибыли.

Сам я, будучи получателем государственной стипендии, семь лет учился в Кембридже совершенно бесплатно. Да, рабская зависимость от государства в столь нежном возрасте сделала меня мягкотелым и деморализованным, я не стою твёрдо на ногах и не смогу защитить свою семью с оружием в руках, если будет такая необходимость. В моей малодушной зависимости от государства я дошел до того, что знаю, как вызвать пожарных, вместо того чтобы тушить пожар своими мозолистыми руками. Но, несмотря на эту слабину, я готов отдать мужественную независимость за семь бесплатных лет в Кембридже.

Да, когда я учился, студентами были лишь 5% населения Великобритании, и кое-кто утверждает, что сегодня, когда эта цифра достигла 50%, такая духовная щедрость стала нам просто не по карману. Тем не менее, допустим, Германия, предоставляет бесплатное образование значительному количеству своих студентов. Если британское правительство всерьёз хочет снять с плеч молодого поколения невыносимо тяжкое бремя, оно могло бы сделать это за счёт повышения налогов для некоторых богатых до неприличия граждан и взыскания миллиардов, которые ежегодно исчезают из-за уклонения от уплаты налогов. Это также возродило бы почётное прошлое университета как одного из немногих мест в современном обществе (другое — искусство), где преобладающие идеологии могут подвергаться пристальному изучению. Что если ценность гуманитарных наук состоит не в умении приспосабливаться к доминирующим идеям, а в способности им противостоять? Приспособление как таковое не имеет ценности. В былые времена деятели искусства были гораздо более, чем в современную эпоху, встроены в общество, но, помимо прочего, это значило, что они часто становились идеологами, агентами политической власти, защитниками существовавшего положения. Современный деятель искусства, напротив, не находит в социальном порядке столь безопасной ниши, но именно по этой причине он отказывается принимать как должное почтительность к авторитетам.

Однако пока не создана лучшая система, я решил разделить участь твердолобых мещан и грубых искателей выгоды. К моему стыду, я теперь вынужден спрашивать старшекурсников в начале семестра, могут они позволить себе мое великолепное понимание литературных произведений в лучшем виде, или им придется ограничиться добротным, но менее блестящим анализом.

Устанавливать цену в зависимости от степени погружения в текст — неприятное занятие и, возможно, не лучший способ создать дружелюбные отношения со студентами; но оно логически следует из нынешнего академического климата. Кое-кто сетует, что этот климат создаёт индивидуальные различия между студентами, но хочу заметить, что те, кто не в состоянии заплатить за мои наиболее проницательные изыскания, могут свободно перейти на бартерную основу. Свежая выпечка, бочонки домашнего пива, вязаные свитера и прочная обувь ручной работы — всё подойдёт. В конце концов, в жизни есть вещи поважнее денег.

Примечания:

1. Индивидуальные кураторы студентов..
2. Консервативное движение в США, выступающее за полную свободу индивидуального предпринимательства от государственных ограничений, за резкое сокращение налогообложения и, соответственно, против повышения расходов федерального бюджета, в т.ч. в социальной сфере.
3. Канадский филолог и американский критик, преподаватели литературы, оказавшие большое влияние на расширение роли гуманитарных дисциплин в высшей школе Северной Америки.
4. Американский писатель-постмодернист, снискавший громкую славу по выходу романа «V.» через несколько лет после окончания Корнелльского университета по литературной специальности.

Перевод Елены Бучкиной под редакцией Дмитрия Субботина.

Saygo

В прошлом году газета The New York Times назвала Митио Каку одним из самых умных людей Нью-Йорка. Американский физик японского происхождения, провёл ряд исследований в области изучения чёрных дыр и ускорения расширения Вселенной. Известен как активный популяризатор науки. В активе учёного — несколько книг-бестселлеров (многие переведены на русский язык, в т.ч. «Введение в теорию суперструн», «Физика невозможного», «Физика будущего»), циклы передач на BBC и Discovery. Каку — преподаватель с мировым именем: он профессор теоретической физики в нью-йоркском Сити-колледже, много путешествует по миру с лекциями. Недавно Митио Каку рассказал в интервью изданию «Власть Денег», каким он видит образование будущего.

1024px-Michio_Kaku_in_2012.jpg

В своей книге «Физика будущего» вы пишете, что образование будет базироваться на интернет-технологиях и гаджетах типа Google Glass. Какие еще глобальные изменения произойдут в сфере обучения?

Митио Каку. Самое главное — учёба уже не будет базироваться на запоминании. Совсем скоро компьютеры и очки Google Glass трансформируются в крохотные линзы, предоставляющие возможность загружать всю необходимую информацию. Уже существуют очки дополненной реальности, у которых есть такая функция. Поэтому через год-два школьники и студенты на экзаменах смогут запросто искать ответы на вопросы в интернете: достаточно моргнуть — и появится нужная информация. С одной стороны, не нужно будет перегружать мозг бесполезными знаниями, основной процент которых, как показывает практика, впоследствии не используется. С другой — освободившийся умственный резерв переориентируется на развитие способности думать, анализировать, аргументировать и принимать в итоге верные решения.

В таком случае отпадет необходимость и в экзаменах, и в преподавателях?

М. К. Безусловно, мы станем более автономными, будем брать большую ответственность за свою жизнь, соответственно, не понадобятся какие-либо «контролирующие органы». Люди станут образовывать сами себя, причём реально осознавая, какие именно знания им нужны. А если необходима консультация, они получат ее, например, у «умной» стены. Очень скоро такие устройства, основанные на технологиях искусственного интеллекта, будут располагаться повсеместно: в квартирах, офисах, на улицах. Достаточно будет приблизиться к стене и сказать: «Я хочу поговорить с профессором биологии». И тут же на стене появится ученый, который может дать вам всю нужную информацию. Такая система будет применима не только в области образования, но и в других сферах: медицине, юриспруденции, дизайне, психологии и пр. Конечно, реальные специалисты, например хирурги, будут нужны, но простые проблемы можно будет решить виртуально. Что касается учителей, то они «живьем» уж точно не понадобятся.

Смогут ли люди быстро перестроиться на самообразование, онлайн-обучение?

М. К. Университетские онлайн-курсы уже существуют, это действительно блестящая идея. Правда, процент бросивших учёбу на таких программах пока очень высок. Это связано с тем, что люди еще не перестроились, не научились работать без наставника по принципу «только ты и монитор компьютера», у них нет высокой мотивации. С другой стороны, онлайн-система только зарождается, ее нужно корректировать. Но развивается и совершенствуется она довольно быстро, и, безусловно, именно за ней образование предстоящих 50 лет. Университеты сохранятся, но это будут преимущественно виртуальные вузы, обучение в которых основано на облачной системе. Тех, кто посещает лекции в традиционных учебных заведениях, будут считать неудачниками. О них будут говорить: «Он не смог сам сконструировать свое образование».

Сейчас подтверждением полученного багажа знаний является диплом. Каким образом в будущем специалист будет подтверждать свою компетентность в той или иной области?

М. К. Дипломы исчезнут за ненадобностью — прежде всего потому, что образование перестанет ограничиваться какими-либо временными и пространственными рамками. По всей видимости, появятся центры сертификации, в которых специалисты будут сдавать квалификационные экзамены, определяющие набор навыков и компетенций. В зависимости от результата человек получит или не получит определенную должность. Вероятно, со временем введут также унифицированную шкалу баллов — их количество позволит занять определенное положение в обществе. Соответственно, университеты становятся поставщиками услуг, которые сами эти услуги не оценивают. В США, Канаде, Японии, Европе очень популярна система портфолио, когда за время учёбы человек накапливает дипломы, свидетельства, сертификаты и предоставляет их работодателю. В будущем накопленный интеллектуальный багаж станет одним из ключевых элементов системы образования, а информационные технологии сделают заслуги человека доступными и прозрачными.

Если от взрослых можно ожидать сознательного подхода к образованию, то дети вряд ли будут учиться без постоянного контроля…

М. К. Будут активно развиваться детские образовательные сервисы. В ближайшие 10—15 лет возможности того, что сейчас называют внесистемным образованием, станут безграничны. В частности, будет такой сервис, как педагогика онлайн. Причем онлайн — это не значит, что все сидят перед компьютерами и глядят в мониторы: меняется сама среда, в которой люди живут, и интерфейсы, которые с ними взаимодействуют. Города будущего, наполненные информационно-коммуникационными решениями, станут сами по себе активными участниками новой образовательной среды. В частности, станут предлагаться большие игры для детей, которые на протяжении многих дней и месяцев будут проходить в реальных городских или специально подготовленных пространствах. Учебники научатся начинять искусственным интеллектом, и он сможет подбирать образовательные материалы — фото, тексты, видео, задания, схемы под потребности каждого конкретного ученика вне зависимости от того, сколько ему лет — шесть или шестьдесят. Таких разработок очень много, они постепенно внедряются.

Сейчас, чтобы стать хорошим специалистом, нужно нарабатывать базу знаний и приобретать опыт. Что нужно будет для того, чтобы стать успешным человеком в будущем?

М. К. Чтобы добиться реального успеха, нужно развивать те способности, которые недоступны роботам: креативность, воображение, инициативу, лидерские качества. Общество постепенно переходит от товарной экономики к интеллектуально-творческой. Не зря Тони Блэр любит говорить, что Англия получает больше доходов от рок-н-ролла, чем от своих шахт. Гораздо больше шансов на успех у тех стран, которые смогут сбалансировать товарные рынки и когнитивно-креативный потенциал. Нации, которые верят только в сельское хозяйство, долго не протянут, они обречены на бедность.

Большинство футурологов предрекают, что львиную долю рабочих мест скоро займут роботы. Что останется человеку?

М. К. Самыми денежными будут биотехнологии, нанотехнологии и искусственный интеллект. Меняется не только система образования, но и система работы. Совсем скоро не останется людей на фабриках, зато появится много новых специальностей в интеллектуальной сфере. Самое главное — вовремя сориентироваться и переключиться. Проблема большинства людей в том, что они инертны и ни шагу не могут сделать без оглядки на толпу. Первое, чему нужно научиться, если вы хотите добиться успеха в будущем, — не бояться быть непохожим на других, брать на себя полную ответственность за свою жизнь, не страшиться в один день все изменить и последовать по новому пути.

Сейчас уровень безработицы высок как никогда, в первую очередь среди молодежи. Стоит ли списывать это только на мировой кризис или доля вины лежит в том числе и на неэффективной системе образования?

М. К. Действующая система образования готовит специалистов прошлого. Мы учим их для того, чтобы они шли на работу, которой уже не существует, обеспечиваем теми интеллектуальными инструментами, которые давно неэффективны. Поэтому в мире такой высокий процент безработных. С какой стати владельцу бизнеса принимать на работу выпускников: мало того, что у них нет надлежащих знаний, так еще и отсутствует опыт. Как результат, в большинстве ведущих мировых компаний доминируют 50—60-летние. А ведь они будут продолжать учиться — как только люди будут спокойно доживать до 120 лет и следовать неизбежной, по моему мнению, концепции непрерывного образования. Поэтому сейчас специалисты образовательной сферы кардинально пересматривают учебные программы по естественным наукам, которые имеют непосредственное отношение к технологиям будущего.

Но ведь далеко не все имеют склонности к интеллектуальному труду. Благодаря каким талантам не склонный к умственной деятельности человек сможет выжить в мире роботов?

М. К. Ни один высокоразвитый искусственный интеллект не в состоянии полностью заменить человека. У нас на самом деле гораздо больше преимуществ перед машинами, чем мы себе может представить. К примеру, у роботов отсутствует образное мышление, у них нет сознания, интуиции. Поэтому они, скажем, не могут заменить фондовых брокеров, для которых главное не интеллект, а интуиция. Выживут садовники, строители, работники физического труда, у которых работа завязана на креативе — то есть предполагается не автоматическое исполнение функций, а изменение подхода на разных этапах. В ближайшее время «рабочими» будут признаны специальности, которые сейчас считаются интеллектуальными: программирование, веб-дизайн, 3D-проектирование. Чем бы человек не занимался, у него ко всему должен быть творческий подход, живое воображение, способность быстро ориентироваться в меняющихся обстоятельствах и хорошо развитая интуиция.

Какие изменения ожидают человеческий интеллект в связи с развитием современных технологий — от медицины до кибернетики?

М. К. Вполне реально, что до 2050 года будет создан сверхразум, значительно превосходящий лучшие умы человечества практически во всех областях. К примеру, совсем недавно интернациональная команда ученых в рамках европейского проекта Human Brain Project с инвестициями в $1 млрд создала уникальную карту человеческого мозга Big Brain, показывающую его детализированную структуру с точностью до 20 микрометров. Такой анатомический атлас не только упростит работу неврологов и нейрохирургов, поможет лечить тяжелые заболевания, но и предоставит возможность увидеть, как мозг обрабатывает эмоции, воспринимает информацию. Это существенно ускорит процесс создания сверхразума, а также позволит максимально безопасно совершенствовать и стимулировать естественные когнитивные процессы, нарабатывать базу знаний. Мозговые чипы, обеспечивающие непрерывную подачу информации, — технология недалёкого будущего.

Saygo

Финское образование давно и стабильно занимает лучшие позиции во всевозможных рейтингах, перечислять которые не позволяет масштаб статьи. Однако самый главный «приз» образовательной системы страны стоит упомянуть: согласно международным исследованиям, которые раз в 3 года проводит авторитетная организация PISA, финские школьники показали самый высокий в мире уровень знаний. Они также стали самыми читающими детьми планеты, заняли 2-е место по естественным наукам и 5-е – по математике.

Но даже не это так восхищает мировое педагогическое сообщество. Невероятно, что при таких высоких результатах финские школьники проводят наименьшее количество времени за учебой, а финское государство затрачивает на свое качественное и бесплатное образование весьма умеренные средства в сравнении со многими другими странами.

В общем, есть какая-то тайна, разгадать которую пытаются педагоги разных держав. Финны ничего не скрывают и с удовольствием делятся опытом, организуя семинары, как в своей стране, так и по всему миру.

Среднее общеобразовательное обязательное обучение в Финляндии включает школу двух ступеней

– нижняя (alakoulu), с 1-го по 6-й класс

– верхняя (yläkoulu), с 7-го по 9-й класс.

В дополнительном 10-м классе учащиеся могут улучшить свои оценки. Затем дети отправляются в профессиональный колледж, либо продолжают учебу в лицее (lukio), 11–12 классы, в нашем, привычном понимании.

Финская школа исповедует постепенную нагрузку, доведенную до максимума только для добровольцев, выбравших «лукио», тех, кто очень хочет и способен учиться.

7 принципов «средней» ступени финского образования

1. Равенство:

– школ.

Нет ни элитных, ни «слабеньких». В самой крупной школе страны учится 960 учеников. В самой маленькой – 11. Все имеют абсолютно одинаковое оборудование, возможности и пропорциональное финансирование. Почти все школы – государственные, есть десяток частно-государственных. Разница, кроме того, что родители вносят частичную оплату, в повышенных требованиях к ученикам. Как правило, это – своеобразные «педагогические» лаборатории, следующие выбранной педагогике: Монтессори, Френе, Штайнера, Мортана и Вальдорфская школы. К частным относятся и учреждения с преподаванием на английском, немецком, французском.

Следуя принципу равенства, в Финляндии существует параллельная система образования «от детских садов до университетов» на шведском языке.

Не забыты и интересы саамского народа, на севере страны можно обучаться на родном языке.

До недавнего времени финнам было запрещено выбирать школу, следовало отдавать детей в «ближайшую». Запрет сняли, но большинство родителей так и отдают детей «поближе», ведь все школы одинаково хороши.

– всех предметов.

Углубленное изучение одних предметов в ущерб другим не приветствуется. Здесь не считается, что математика важнее, к примеру, искусства. Наоборот, единственным исключением для создания классов с одаренными детьми могут быть склонности к рисованию, музыке и спорту.

– родителей.

Кто по профессии (социальному статусу) родители ребенка, учитель узнает в последнюю очередь, в случае необходимости. Вопросы учителей, анкеты, касающиеся места работы родителей, запрещены.

– учеников.

Финны не сортируют учеников на классы, учебные заведения по способностям или карьерным предпочтениям.

Также нет «плохих» и «хороших» учеников. Сравнение учеников друг с другом запрещено. Дети, как гениальные, так и с большим дефицитом умственных способностей, считаются «особенными» и учатся вместе со всеми. В общем коллективе обучаются и дети на инвалидных креслах. При обычной школе может быть создан класс для учащихся с заболеваниями органов зрения или слуха. Финны стараются максимально интегрировать в общество тех, кому требуется особое отношение. Разница между слабыми и сильными учащимися – самая маленькая в мире.

«Меня возмущала финская система образования, когда в школе училась моя дочь, которую по здешним меркам можно отнести к одаренным. Но когда в школу пошел сын, у которого обилие проблем, мне сразу все очень понравилось», – делилась впечатлениями русская мама.

– учителей.

Нет «любимых» или «ненавистных грымз». Учителя тоже не прикипают душой к «своему классу», не выделяют «любимчиков» и наоборот. Любые отклонения от гармонии ведут к расторжению контракта с таким учителем. Финские учителя должны лишь выполнять свою работу наставника. Все они одинаково важны в трудовом коллективе, и «физики», и «лирики», и учителя труда.

– равенство прав взрослого (учителя, родителя) и ребенка.

Финны называют этот принцип – «уважительное отношение к ученику». Детям с первого класса объясняют их права, в том числе, и право «жаловаться» на взрослых социальному работнику. Это стимулирует финских родителей к пониманию, что их ребенок – самостоятельная личность, обижать которую запрещено как словом, так и ремнем. Унижать учеников у педагогов не получается в силу особенностей профессии учителя, принятых в финском трудовом законодательстве. Главная особенность состоит в том, что все учителя заключают контракт только на 1 учебный год, с возможным (или нет) продлением, а также получают высокую зарплату (от 2 500 евро – помощник, до 5 000 – учитель-предметник).

2. Бесплатность:

Кроме самого обучения, бесплатны

– обеды

– экскурсии, музеи и вся внеклассная деятельность

– школьное такси (микроавтобус), которое забирает и возвращает ребенка, если ближайшая школа находится дальше двух км.

– учебники, все канцелярские принадлежности, калькуляторы, и даже ноутбуки-планшетники.

Любые сборы родительских средств на любые цели запрещены.

3. Индивидуальность:

Для каждого ребенка составляется индивидуальный план обучения и развития. Индивидуализация касается содержания используемых учебников, упражнений, количества классных и домашних заданий и отводимого на них времени, а также преподаваемого материала: кому «корешки» – более подробное изложение, а от кого требуются «вершки» – кратко о главном.

На уроке в одном и том же классе дети выполняют упражнения разного уровня сложности. И оцениваться они будут согласно персональному уровню. Если отлично выполнил «свое» упражнение начальной сложности, получи «отлично». Завтра дадут уровень выше – не справишься, ничего страшного, снова получишь простое задание.

В финских школах, наряду с обычным обучением, есть две уникальные разновидности образовательного процесса:

– Поддерживающее обучение «слабых» учеников – то, чем в России занимаются частные репетиторы. В Финляндии репетиторство популярности не имеет, школьные учителя добровольно справляются с дополнительной помощью во время урока или после него.

– Коррекционное обучение – связано с устойчивыми общими проблемами в усвоении материала, например, из-за непонимания неродного финского языка, на котором ведется обучение, или в связи со сложностями с запоминанием, с математическими навыками, а также с асоциальным поведением некоторых детей. Коррекционное обучение проводят в малых группах или индивидуально.

4. Практичность:

Финны говорят: «либо мы готовим к жизни, либо – к экзаменам. Мы выбираем первое». Поэтому экзаменов в финских школах нет. Контрольные и промежуточные тесты – на усмотрение учителя. Существует только один обязательный стандартный тест по окончании средней общеобразовательной школы, причем, учителя не пекутся о его результатах, ни перед кем за него не отчитываются и детей специально не готовят: что есть, то и хорошо.

В школе преподают только то, что может понадобиться в жизни. Логарифмы или устройство доменной печи не пригодятся, их и не изучают. Зато здешние детишки с детства знают, что такое портфолио, контракт, банковская карта. Умеют высчитать процент налога на полученное наследство или заработанный в будущем доход, создать сайт-визитку в Интернете, просчитать цену товара после нескольких скидок, или изобразить «розу ветров» на данной местности.

5. Доверие:

Во-первых, к школьным работникам и учителям: нет проверок, РОНО, методистов, обучающих как обучать и проч. Программа образования в стране – единая, но представляет собой только общие рекомендации, и каждый педагог использует тот метод обучения, который считает подходящим.

Во-вторых, доверие к детям: на уроках можно заниматься чем-то своим. Например, если на уроке литературы включен учебный фильм, но ученику не интересно, он может читать книгу. Считается, что ученик сам выбирает, что для него полезнее.

С этим принципом тесно связаны два других:

6. Добровольность:

Учится тот, кто хочет учиться. Педагоги постараются привлечь внимание ученика, но если у него начисто отсутствует интерес или способности к учебе, ребенка сориентируют на практически полезную в будущем, «несложную» профессию и не будут бомбить «двойками». Не всем строить самолеты, кто-то должен хорошо водить автобусы.

В этом финны тоже видят задачу средней школы – выявить, стоит ли данному подростку продолжать обучение в лицее, или достаточно минимального уровня знаний, кому полезнее пойти в профессиональное училище. Надо отметить, что и тот и другой путь в стране одинаково ценится.

Выявлением склонностей каждого ребенка к определенному виду деятельности путем тестов и бесед занят штатный школьный специалист – «учитель будущего».

В общем, процесс обучения в финской школе мягкий, деликатный, но это не значит, что можно «забить» на школу. Контроль школьного режима обязателен. Все пропущенные уроки будут «отсижены» в прямом смысле. Например, для ученика 6-го класса учитель может найти «окошко» в расписании и посадить его на урок во 2-м классе: сиди, скучай и думай о жизни. Будешь мешать младшим – час не засчитают. Не выполняешь заданное учителем, не работаешь на уроке – никто не будет вызывать родителей, грозить, оскорблять, обращаясь к умственной неполноценности или лени. Если родители так же не озабочены учебой своего ребенка, он спокойно не перейдет в следующий класс.

Оставаться на второй год в Финляндии не позорно, особенно после 9-го класса. К взрослой жизни нужно готовиться серьезно, поэтому в финских школах есть дополнительный (необязательный) 10-й класс.

7. Самостоятельность:

Финны полагают, что школа должна научить ребенка главному – самостоятельной будущей успешной жизни.

Поэтому здесь учат размышлять и самим получать знания. Новых тем учитель не рассказывает – все есть в книгах. Важны не заученные формулы, а умение пользоваться справочником, текстом, Интернетом, калькулятором – привлекать нужные ресурсы к решению текущих проблем.

Также школьные педагоги не вмешиваются в конфликты учащихся, предоставляя им возможность подготовиться к жизненным ситуациям всесторонне, и развить умение постоять за себя.

Школа, школа, ты мне снишься

Учебный процесс в «одинаковых» финских школах, тем не менее, организован очень по-разному.

1. Когда и сколько учимся?

Учебный год в Финляндии начинается в августе, с 8 по 16, единого дня не существует. А заканчивается в конце мая. В осеннем полугодии имеется 3–4 дня осенних каникул и 2 недели рождественских. Весеннее полугодие включает по неделе февральских – «лыжных» каникул (финские семьи, как привило, отправляются вместе кататься на лыжах) и пасхальных.

Обучение – пятидневка, только в дневную смену. Пятница – «короткий день».

2. Чему учимся?

1–2 кл.: изучаются родной (финский) язык и чтение, математика, природоведение, религия (согласно вероисповеданию) или «Жизнепонимание» для тех, кого религия не волнует; музыка, ИЗО, труд и физкультура. На одном уроке может изучаться сразу несколько дисциплин.

3–6 кл.: начинается изучение английского языка. В 4-м классе – еще один иностранный язык на выбор: французский, шведский, немецкий или русский. Вводятся дополнительные дисциплины – предметы по выбору, в каждой школе они свои: скорость печатания на клавиатуре, компьютерная грамотность, умение работать с деревом, хоровое пение. Почти во всех школах – игра на музыкальных инструментах, за 9 лет обучения дети попробуют все, от дудочки до контрабаса.

В 5-м классе добавляется биология, география, физика, химия, история. С 1-го по 6-й класс обучение ведет один учитель почти по всем предметам. Урок физкультуры – это любая спортивная игра 1–3 раза в неделю, в зависимости от школы. После урока обязателен душ. Литература, в привычном для нас понимании, не изучается, это скорее, чтение. Учителя-предметники появляются только в 7-м классе.

7–9 кл.: финский язык и литература (чтение, культура края), шведский, английский, математика, биология, география, физика, химия, основы здоровья, религия (жизнепонимание), музыка, ИЗО, физкультура, предметы по выбору и труд, который не разделяется отдельно «для мальчиков» и «для девочек». Все вместе учатся варить супы и вырезать лобзиком. В 9-м классе – 2 недели знакомства с «трудовой жизнью». Ребята находят себе любое «рабочее место» и с великим удовольствием отправляются «на работу».

3. Кому нужны оценки?

В стране принята 10-балльная система, но до 7-го класса применяется словесная оценка: посредственно, удовлетворительно, хорошо, отлично. С 1-го по 3-й класс отметки в любых вариантах отсутствуют.

Все школы подключены к государственной электронной системе «Wilma», что-то вроде электронного школьного дневника, к которому родители получают личный код доступа. Педагоги выставляют оценки, записывают пропуски, информируют о жизни ребенка в школе; психолог, социальный работник, «учитель будущего», фельдшер тоже оставляют там нужную родителям информацию.

Оценки в финской школе не имеют зловещей окраски и требуются только для самого ученика, применяются для мотивации ребенка в достижении поставленной цели и самопроверки, чтобы мог улучшить знания, если пожелает. Они никак не отражаются на репутации учителя, школы и районные показатели не портят.

Мелочи школьной жизни:

– территория школ не огорожена, охрана при входе отсутствует. Большинство школ имеет систему автоматического замка на входной двери, попасть в здание можно только согласно расписанию.

– дети не обязательно сидят за партами-столами, могут и на полу (ковре) разместиться. В некоторых школах классы оборудованы диванчиками, креслами. Помещения младшей школы устланы коврами и ковриками.

– форма отсутствует, так же как и какие-то требования по поводу одежды, можно прийти хоть в пижаме. Сменная обувь требуется, но большинство детей младшего и среднего звена предпочитают бегать в носках.

– в теплую погоду уроки часто проводятся на свежем воздухе у школы, прямо на травке, или на специально оборудованных в виде амфитеатра лавочках. Во время перемен учеников младшей школы обязательно выводят на улицу, пусть даже на 10 минут.

– домашнее задание задают редко. Дети должны отдыхать. И родители не должны заниматься с детьми уроками, педагоги рекомендуют вместо этого семейный поход в музей, лес или бассейн.

– обучение «у доски» не применяется, детей не вызывают пересказывать материал. Учитель коротко задает общий тон уроку, затем ходит между учениками, помогая им и контролируя выполняемые задания. Этим же занимается и помощник учителя (есть такая должность в финской школе).

– в тетрадях можно писать карандашом и стирать сколько угодно. Мало того, и учитель может проверить задание карандашом!

Первый раз в первый финский класс

Одна моя знакомая, недавно переехавшая в Финляндию, в прошлом году повела ребенка в 1-й класс. Она волновалась и готовилась к событию, как и положено, согласно русским традициям. Позже эмоционально делилась необычным опытом:

«Сбор возле школы в 9 утра, 14 августа. Первый шок. Впечатление, что дети «как спали, так и пришли». Мой сын в пиджачке с галстуком и букетом выглядел как приглашенный артист. Цветов кроме нас никто не дарил, бантов, шаров, песен и прочих атрибутов праздника не было. Директор школы вышла к школьникам 1–4 классов (старшие – в другом здании), сказала пару приветственных слов и поименно указала ученикам, кому в какой класс. Все. Здравствуй, наше самое первое сентября!

Все иностранцы определены в один класс: шведы, арабы, индус, англичанка, по паре детишек из Эстонии, Украины, России. Финская учительница и 3 переводчика. Некоторые дети посещают 1-й класс второй год, поэтому они тоже «на подхвате», в помощь.

Второй шок, уже с положительной стороны: от родителей никакой подготовки к школе не требуется. Буквально все, «от ранцев до сланцев» (портфель, наполненный «канцелярией», шлепки для бассейна, даже полотенце) ребенку выдали в школе. От родителей вообще ничего не требуется: «все хорошо, ваш ребенок замечательный», говорят всем. Единственное, о чем заботятся – достаточно ли времени проводят вместе ребенок и родители.

Третий, запомнившийся момент – столовая. На сайте школы меню на месяц, ребенок сам накладывает себе, что хочет из предложенного, на его школьной странице в Интернете есть «корзина». Меню учитывает любые предпочтения ребенка, любую диету, если таковая имеется, нужно только сообщить, также есть вегетарианская кухня. В столовой дети, как и в классе, сидят каждый за своим столом».

Вот так выглядит финское среднее образование в очень кратком изложении. Может быть, кому-то оно покажется неправильным. Финны не претендуют на идеал и не успокаиваются на достигнутом, даже в самом хорошем можно найти минусы. Они постоянно исследуют, насколько их школьная система соответствует происходящим изменениям в обществе. Например, в данный момент готовятся реформы, предполагающие разделить математику на алгебру и геометрию, и увеличить часы преподавания по ним, а также выделить литературу и общественную науку как отдельные предметы.

Однако самое главное финская школа определенно делает. Их дети не вскрикивают по ночам от нервного перенапряжения, не мечтают поскорее вырасти, не испытывают ненависти к школе, не терзают себя и всю семью, готовясь к очередным экзаменам. Спокойные, рассудительные и счастливые, они читают книжки, легко смотрят фильмы без перевода на финский язык, играют в компьютерные игры, гоняют на роликах, великах, байках, сочиняют музыку, театральные пьесы, поют. Они радуются жизни. И между всем этим успевают еще и учиться.

Наталья Киреева, Хельсинки

Saygo

Сегодня мы празднуем (лично я состоянием души, а многие - чаркой) появление первого в Беларуси Нобелевского лауреата и, кстати, первого лауреата, пишущего на русском языке, со времен Бродского. Позравляем Светлану Алексиевич и желаем ей здоровья, надежных друзей и творческих успехов - в общем того, что в последние годы даже по талонам не дают. Надеюсь, что теперь интерес к русскоязычной литературе возрастет, пишущая братия немного ободрится и вместо злобного желчеотделения начнет писать что-нибудь жизнеутверждающее.

2DEE5D35-502A-474E-BB58-3D212CCBDD65_cx0_cy10_cw0_mw1024_s_n_r1.jpg

Saygo

5 августа 2015 г. скончался Геннадий Андреевич Кошеленко (21 января 1935 - 5 августа 2015) - чл.-корр. РАН, д. и. н., профессор, главный научный сотрудник Института археологии РАН, зам. главного редактора журнала "Вестник древней истории".

Г. А. Кошеленко был крупнейшим отечественным специалистом по археологии и истории Парфии, по истории эллинистического Востока в целом, автором теоретических работ по феномену древнегреческого полиса в эпохи классики и эллинизма. Он сыграл выдающуюся роль в создании классических для отечественного антиковедения работ по истории древней Греции и эллинизма - "Античная Греция" (т. 1-2, 1983), "Эллинизм: экономика, политика, культура" (1990), "Эллинизм: восток и запад" (1992). Практически все антиковеды используют научные результаты Г. А. Кошеленко в своих исследованиях и в преподавании, а его вводная глава в двухтомнике "Античная Греция" давно стала общепризнанным введением в исследования древнегреческого полиса для студентов.


unddD8dABFc.jpg

Г. А. Кошеленко является одним из основоположников подводной археологии в СССР (раскопки в Крыму и на Тамани); он был в числе первых гражданских лиц, получивших удостоверение лёгкого водолаза-аквалангиста.

Геннадий Андреевич - выпускник исторического факультета МГУ, где позднее, в 1975-1985 гг., читал лекции по отдельным спецкурсам Кафедры истории древнего мира. Он был научным руководителем диссертаций двух преподавателей Кафедры истории древнего мира - недавно ушедшего С. В. Новикова и А. В. Стрелкова.

Кончина Геннадия Андреевича - большая потеря для отечественного антиковедения, оборвавшая еще одну из нитей, которые связывают нас с масштабными археологическими исследованиями в Средней Азии и с теоретическими дискуссиями 60-80-х гг. прошлого века. Светлая память о коллеге останется навсегда в наших сердцах.

Saygo

Mad as a hatter

В XIX веке в Англии была поговорка "Mad as a hatter" - "Безумен, как шляпник". Это объяснялось просто - шляпники обрабатывали свою продукцию нитратом ртути, чтобы придать фетру мягкость и эластичность. Токсичное соединение вызывало у людей, профессионально занимающихся изготовлением и продажей шляп, неприятные профессиональные симптомы - галлюцинации, афазию, тремор, потерю кратковременной памяти, дезориентацию. Похожие симптомы мы наблюдаем в сказке Льюиса Кэррола у Безумного Шляпника (в не очень досконально продуманных наших переводах его кличут Болванщиком, что непонятно), но ребенку он кажется просто забавным дурачком. Кстати, американцы, в опровержение всей той чуши, что квакает о них дядя Миша, люди довольно начитанные и образованные, о чем свидетельствуют многочисленные аллюзии на английскую классику в их масс-культуре. Например в S3E4 винрарного сайнс-фикшн сериала Fringe "Do Shapeshifters Dream of Electric Sheep?" зритель может услышать все о ртути и Шляпнике из уст Уолтера Бишопа, пока тот ковыряется в голове биомеханического гибрида из параллельной Вселенной.


Alice_par_John_Tenniel_38.png
800px-De_Alice%27s_Abenteuer_im_Wunderland_Carroll_pic_27.jpg
78hattas_tea.jpg


Прототипом персонажа мог послужить так сказать ученый Теофил Картер, который изобрел кровать с будильником. Суть изобретения такова: когда будильник звонит, кровать вышвыривает спящего в ванну с холодной водой - пробуждение гарантировано, хотя можно в качестве бонуса схлопотать и инфаркт. Теофил Картер имел привычку носить высокий цилиндр набекрень. Позже он стал владельцем магазина мебели и всегда встречал посетителей в дверях в своём высоком цилиндре, за что удостоился прозвища «Безумный шляпник». Как минимум с него могли писаться иллюстрации к первому изданию "Алисы", те, что созданы Джоном Тенниелом. На иллюстрации Тенниела к сцене чаепития на шляпе Болванщика изображена карточка или ярлык с надписью "In this style 10/6". Число 10/6 означает 10 шиллингов 6 пенсов или, если кратко, то полгинеи, цену шляпы в английских деньгах до их перевода в десятичную систему.

Saygo

Генерал Харьков

Замечательный во многих отношениях британский премьер от либеральной партии Ллойд-Джордж породил очень известный в начале XX века, но ныне изрядно забытый мем. 16 апреля 1919 года в своей речи в поддержку Белого движения в парламенте он заявил:

Цитата
Мы не можем сказать русским, борющимся против большевиков: «Спасибо, вы нам больше не нужны. Пускай большевики режут вам горло». Мы были бы недостойной страной!… А поэтому мы должны оказать всемерную помощь адмиралу Колчаку, генералу Деникину и генералу Харькову.

 

800px-David_Lloyd_George.jpg
Дэвид Ллойд-Джордж

"Генерал Харьков", что называется, попал в струю. Английский король наградил его орденом Св. Михаила и Св. Георга, как Джеймса Бонда, но когда представители комиссии по награждению приехали в ставку к Деникину, то генерала Харькова там не оказалось. Чтобы не везти почетный орден обратно, его решили вручить Май-Маевскому.

Тем не менее генерал Харьков прочно вошел в европейский обиход: появились товары с маркой Kharkov, как-то кофе, детали дамских и мужских туалетов и тому подобное.

Владимир Набоков, видимо, застал следы одержимости "генералом Харьковым" и в своей "Университетской поэме" написал:

Цитата
… Виолета
жила у тётки. Дама эта,
одна из тех учёных дур,
какими Англия богата,
была в отличие от брата
высокомерна и худа,
ходила с тросточкой всегда,
читала лекции рабочим,
культуры чтила идеал
и полагала, между прочим,
что Харьков — русский генерал.

Источник: Вл. Крикунов. Баллада о доблестном рыцаре Харькове // Очевидное и невероятное (приложение к НиТ). — № 3, 2008. С. 89-92.

Saygo

Ариец из Хоббитании

Джон Рональд Руэл Толкиен: Я не арийского происхождения

(предисловие, перевод и публикация М. Я. Горелика и А. М. Горелика)
Cтатья была опубликована в журнале "Новое время" в 1991 г.

(предисловие, перевод и публикация М. Я. Горелика и А. М. Горелика)
 

Mabel_Suffield_Christmas_Card.jpg
Мейбл Толкин, в девичестве Саффилд - мать писателя - сидит в кресле с Артуром, маленьким Рональдом и тремя слугами. 1892 год
Tolkien_1916.jpg
1916 год. Именно тогда, на Сомме, Толкиен прошел те испытания, которые позже будут переживать герои в его книгах

Советские читатели стали понемногу знакомиться с творчеством одного из самых популярных писателей англоязычного мира - Джона Рональда Руэла Толкиена (1892 - 1973). Впрочем, почему же только англоязычного - его книги переведены почти на все европейские языки, да еще на иврит и на японский. В СССР вышел "Хоббит", первые две части эпопеи "Властелин Колец" и несколько рассказов. Причина популярности писателя - редкостное сочетание глубины и занимательности и возможность прочтения на разных уровнях, что делает его книги привлекательными для читателей разного возраста и уровня культуры.

Читая Толкиена, трудно удержаться от политической интерпретации, но сам автор всегда решительно против этого возражал. Тем не менее его романы дают к тому немало оснований. Дело в том, что трагичный, полный борьбы, порой кажущийся безысходным, но никогда не безысходный мир писателя представляется иногда первичным по отношению к реальным событиям: и наши дети, как и мы, будут, открывая газету, видеть в последних новостях отраженный мир толкиеновских романов.

В его книгах люди разных народов (подчеркнуто разного физического облика), разных традиций, разных менталитетов, порой мучительно преодолевая взаимные фобии, противостоят тьме, готовой поглотить мир.

Ныне, когда в России в некоторых литературных кругах расизм становится хорошим тоном и национально озабоченные писатели суетливо обнюхивают друг друга: русским ли духом пахнет - предлагаемые письма Толкиена полувековой давности представляют особый интерес.

Обстоятельства появления двух этих писем таковы. В 1938 году издательство Рюттен & Ленинг из Потсдама вело переговоры с английским издательством Аллен & Анвин о переводе на немецкий язык и издании "Хоббита". Однако это издание могло быть осуществлено, разумеется, только при условии, что автор - ариец. Видимо, фамилия писателя внушала немецкой стороне кое-какие подозрения, и потсдамское издательство обратилось с соответствующим запросом в Англию.

Первое письмо написано Толкиеном Стэнли Анвину, главе фирмы Аллен & Анвин. Анвин переслал писателю письмо, полученное из Германии, и Толкиен подготовил два варианта ответа. Один из них (публикуемый) сохранился в архивах Аллен & Анвин, второй (несохранившийся) - по-видимому, был послан. Несомненно, что содержательно оба варианта ответа были более или менее идентичны.

Перевод "Хоббита" на немецкий язык впервые появился почти через двадцать лет после написания этих писем - в 1957 году.

Текст писем приводится по: Letters оf J. R. R. Tolkien. Unwin Paperbacks, London - Sidney - Wellington, 1990. На русском языке письма публикуются впервые.

Из письма к Стэнли Анвину 25 июля 1938 года

Должен сказать, что на вложенное письмо от Рюттен и Ленинг ответить слегка затруднительно. Связана ли эта нелепость с моей немецкой фамилией, или же их безумные законы требуют сертификат об "arisсh" (*) происхождении ото всех людей во всех странах?

Лично я склоняюсь к тому, чтобы отказаться давать им какое бы то ни было Bestatigung(**) (хотя и могу это сделать), и пропади пропадом немецкий перевод. Во всяком случае я возражаю против появления любой декларации такого рода в печати. Я не рассматриваю (вероятное) полное отсутствие еврейской крови как нечто непременно почетное; у меня много друзей-евреев, и я не могу дать повода подумать, будто подписываюсь под этой абсолютно вредной и ненаучной расовой доктриной.

Вас это касается в первую очередь, и я не могу без Вашего одобрения рисковать возможностью немецкого издания. Поэтому я предоставляю вам два наброска возможных ответов.

Рюттен & Ленинг Ферлаг

25 июля 1938 года Нортмур Роуд 20, Оксфорд

Уважаемые господа,

Благодарю за ваше письмо. <...> Боюсь, не до конца понимаю, что вы разумеете под словом arisсh. Я не арийского происхождения: арийское - это ведь индо-иранское; а насколько мне известно, никто из моих предков не говорил на хиндустани, персидском, цыганском и родственных языках. Но если я должен понимать, что вы осведомляетесь, не еврейского ли я происхождения, могу ответить, что, к моему сожалению, у меня, похоже, нет предков из этого избранного народа. Мой прапрадед попал в Англию из Германии в восемнадцатом столетии; потому я большей частью английского происхождения, к тому же я - английский подданный, и этого должно быть достаточно. Я привык, тем не менее, с гордостью носить свою немецкую фамилию, и делал это даже на протяжении последней прискорбной войны, в которой служил в английских войсках. Не могу, однако, не отметить, что если неуместные изыскания этого рода становятся правилом в литературе, то недалеко время, когда немецкая фамилия не будет больше источником гордости.

Ваш запрос сделан, несомненно, в соответствии с законами вашей страны, однако они не могут быть применены к подданным другого государства, даже если это имело бы (а оно не имеет) какое бы то ни было отношения к качеству моей работы и ее пригодности к публикации, в чем вы, похоже, удовлетворены и без ссылок на мое Abstammung. (***)

Надеюсь, вы найдете этот ответ удовлетворительным, и остаюсь с совершенным почтением

Дж. Р. Р. Толкиен.

Примечания

(*) арийское (нем.)
(**) подтверждение (нем.)
(***) происхождение (нем.)

Saygo

Июньская жатва

Еще двух ученых не стало. В ночь с 23 на 24 июня скончался востоковед и философ Эдуард Сальманович Кульпин-Губайдуллин, не дожив до 76 лет. И 24 же июня ушел из жизни Олег Викторович Творогов на середине своего 87-го года - замечательный исследователь древнерусской литературы, который разоблачил поддельную "Велесову книгу" и критиковал антинаучные конструкции так называемых новохронологов. В рядах отечественной науки образовалась очередная брешь, которую непросто будет заполнить.

%D0%AD%D0%B4%D0%B8%D0%BA1-1-228x300.jpg___Tvorogov.gif

R.I.P.

Saygo

 

Список из 23 советов начинающему исследователю

1. Не нужно считать, что без архивных документов исследование проведено быть не может. Многие источники опубликованы и по вашей конкретной теме могут просто оставаться неосмысленными. Знакомство с архивами имеет смысл только после знакомства с публикациями. Поверьте, после знакомства с публикациями документов ощущения от знакомства с оригиналами будут не менее сильными, а уровень осмысления материала — куда более глубоким.

2. Не нужно тревожить документы по пустякам. В редком архиве вам будут рады и встретят с распростертыми объятиями, если вы будете заподозрены в праздном любопытстве, желании «поискать чего-нибудь интересненькое» — и вовсе не из-за лени или снобизма. И напротив, если вы сами будете осознавать свою цель, точно ее формулировать, вам придут на помощь и архивисты, и сами рукописи. Если не быть постоянно готовым к открытию, то никогда его не совершишь, и никакие описи и картотеки не помогут. Большинство архивных находок происходят случайно, но это хорошо подготовленные случаи.

3. Не стоит идти в архив, не выяснив номера и названия нужных фондов, а по возможности — и шифры документов. Если в библиотеку смело можно идти с темой, но еще не зная авторов и названий книг, с которыми будешь работать, то в архиве вы рискуете потратить уйму времени, роясь в огромных каталогах или толстых описях. Сейчас в Сети (не говоря уже про библиотеки) есть куча документов про все что угодно. Если вы приходите в архив, то лучше заранее максимально изучите вопрос, который вас интересует, по доступным источникам. Это поможет вам гораздо лучше ориентироваться в архиве и более грамотно выстроить свою работу.

4. Не забудьте взять с собой:

а) отношение — то есть письмо от организации, к которой вы «приписаны», с просьбой разрешить вам поработать в архиве;

б) паспорт — ни с каким другим документом в архив не пустят;

в) запасную батарею для лэптопа, карандаш и бумагу (и не удивляйтесь, если вам не дадут подзарядить компьютер от сети).

5. Не идите, не узнав заранее:

а) где находится архив;

б) часы его работы;

в) время, которое проходит от заказа материалов до их получения;

д) условия копирования;

е) можно ли пользоваться компьютером и на каких условиях.

6. Не приходите в последний день перед каникулами, проверкой фондов и т. п.

7. Не заказывайте дело сразу по шифру, списанному из книжки, всегда сверяйте его с описями. Не только автор книжки или наборщик могли ошибиться, но и опись могли переработать.

8. Не относитесь к сотрудникам архивов как к обслуживающему персоналу, который нужен только чтобы надоедать формальностями, приносить и уносить архивные дела. Очень часто человек в синем халате на самом деле сам — замечательный исследователь, обладающий глубокими и нетривиальными знаниями, которые даются только долгим опытом. Проявленное терпение и уважение нередко приносят ощутимые плоды: вы вдруг получаете шесть дел вместо положенных пяти, и не через неделю, а послезавтра или даже завтра. Сотрудник архива может продлить дело сверх положенного срока, сделать заказ по телефону. Но самое ценное: он может сказать вам то, что не попало ни в какие описи. Описи делались давно и часто впопыхах, а сотрудник архива как раз вчера зачем-то обратил внимание на документ, который вам может очень и очень пригодиться. Или посоветует посмотреть в тот фонд, который никак не входил в ваши планы, но там-то как раз и отложилось что-то. Просто вы не можете учесть все существовавшие каналы перетекания и распространения документов, а сотрудник архива с цепкой профессиональной памятью давно сделал соответствующие наблюдения, но не удосужился, замученный рутиной, написать об этом статью. В общем, никогда не ссорьтесь с архивариусом.

9. Не берите без спросу книгу с полок подручной библиотеки архива или отдела рукописей. Вы потом ее поставите не туда, и все намучаются ее искать.

10. Не рвать, не мять, не перегибать. Это очевидно.

11. Не водите по рукописи пальцем. Ваш природный жир не очень полезен ни для бумаги, ни для пергамена, ни для фотоэмульсии. Да, перелистывать дела в перчатках не очень удобно, но, во всяком случае, при работе с толстыми, требующими поддержки и расправления делами стоит надеть на левую руку специальную перчатку из тонкого белого трикотажа. И архивные сотрудники оценят, и степень вашей свободы будет повыше. К тому же это совершенно новый уровень общения с архивным делом. Не потребительский, а уважительный. Это просто: всегда при походе в архив имейте с собой пару тонких перчаток. Соблюдение этого простого правила, помимо прочего, положительно скажется на вашей профессиональной самооценке.

12. Не оставляйте дела открытыми. Обычно говорят про опасность прямых солнечных лучей, но и рассеянный ультрафиолет не полезен бумаге и особенно чернилам и красителям. За время вашей отлучки в буфет или по другим важным делам погода может перемениться. Если вы прерываете работу с делом, оно должно быть тут же закрыто.

13. Не приходите в архив с чернильными или шариковыми авторучками. Запаситесь карандашом. Неизвестно, насколько ценен будет ваш вклад в науку, а документы, напротив, должны храниться вечно.

14. Не кладите свой листок для выписок поверх архивного дела: на бумаге останется продавленный след от вашей ручки.

15. Не кладите на рукопись не только термос или салат, но и конфеты и шоколад. И не только на рукопись, но и рядом с ней. Запретите себе любую пищу рядом с документами. Дело даже не в том, что лично вы неаккуратны, а в том, что бывают досадные случайности.

16. Не заказывайте дело повторно — по возможности. Архивное дело страдает от каждого, даже аккуратного пролистывания. Если заказали дело — посмотрите и отработайте сразу или отложите за собой в читальном зале, но постарайтесь обойтись без повторного заказа.

17. Не пытайтесь фотографировать, не спросив разрешения у сотрудника читального зала. Если спросите — скорее всего вам откажут, хотя бывают места удивительные. Но если вы попытаетесь тайком сфотографировать дело и вас поймают — лишат читательского билета.

18. Не разговаривайте по телефону. Это мешает.

19. Не берите в столовых кофе, он почти всегда плохой. В некоторых архивах вообще нужно быть осторожнее при выборе меню в столовой.

20. Не выдавайте свое внутреннее ликование по поводу находки, если таковая случилась. Сохраняйте непроницаемое лицо.

21. Не пытайтесь нарушать установленные правила. Демонстрировать свою крутость или безобидность (сумел переснять дело на телефон, ну и что-кому-от-этого-хуже-простите-больше-не-буду) не стоит. Как начинающий исследователь, вы еще не имеете своей «кредитной истории», и церемониться с вами, скорее всего, не будут. Самое легкое, что вам предстоит испытать, — это острое ощущение собственного невысокого статуса.

22. Никогда несанкционированно не выносите документы из архива. Даже если вы сотрудник архива и честно собираетесь вернуть их на место. Если с вами что-то случится — вы попадете под машину или умрете дома, — документы тоже пострадают.

23. Никогда не уходите из читального зала последним — по крайней мере, в отечественном архиве. Такой поступок начинающего исследователя — залог тайной недоброжелательности и устойчивой неприязни коллег-архивистов.

Saygo

Блоги созданы!

Собственно еще вчера. Потребовалось время, чтобы закинуть на сервер и более-менее перевести все это (хотя бы публичную часть) с английского. Надеюсь, не слишком напортачил. Приложение пока в процессе тестирования. В комментах можете писать замечания по обнаруженным багам и вопросы по функционалу, который я сам еще не вполне освоил.