Умблоо

  • записей
    297
  • комментариев
    0
  • просмотра
    7 294

Авторы блога:

Княжна в шкафу

Snow

1 просмотр

Хостинг картинок yapx.ru На Новый год, открывая сезон, в театре Кабуки было принято (да и по сей день принято) ставить пьесы о знаменитых мстителях братьях Сога, героях всеми любимой (и правда очень хорошей) повести, живших в конце XII века. Их накопилось множество — некоторые считают, что, например, в XVIII веке братьям Сога была посвящена добрая половина кабукинских пьес. Многие из них — очень похожи между собою или просто являются обработкой старых пьес; но зрителям требовалось разнообразие. Достигали этого разными средствами. Иногда сочиняли «продолжение» — про детей знаменитых мстителей. Иногда описывали эпизоды, «не вошедшие в канон» или обойдённые в «Повести о братьях Сога» вниманием — такова, например, имевшая бешеный успех история Сукэроку, где действует переодетый Сога Горо:, причём действие происходит во вполне современном весёлом квартале города Эдо, лишь для вида замаскированном под старинную Камакуру. А иногда в привычный сюжет вставлялись куски, вообще с основным сюжетом связанные только условно — сами же братья там могут вообще не появляться. Одну такую историю мы сегодня и перескажем.
Написал её Сакурада Дзисукэ Первый в 1783 году на основе коротенького танцевального номера из новогодней пьесы «Цветы Эдо, или Тройной танец братьев Сога » (江戸花三舛曾我, «Эдо-но хана мимасу Сога»). Через сорок с лишним лет эти сцены включили в очередную, даже более успешную новогоднюю постановку («Пересуды в саду в лучшую пору цветения вишни»), а потом начали ставить уже отдельно; при Мэйдзи за пьесой закрепилось название «Самопожертвование Осюн» (替りお俊, «Мигавари Осюн»).
Мы уже говорили о том, что такое «мигавари», причём сразу в двух значениях. В буддийских «преданиях о подмене тела» (身代伝説, мигавари дэнсэцу) это постоянный мотив — когда человеку грозит опасность или гибель, а будда, бодхисаттва или иной чудесный спаситель — точнее, его изваяние — принимает все раны и весь ущерб на себя. Одна из самых ранних пьес кукольного театра, а потом Кабуки — «Будда Амида с рассечённой грудью» — излагает как раз такую легенду. Но чаще в Кабуки «мигавари» уже не связывается с религией — это рассказы о том, как преданный (или благодарный) подданный пожертвовал за господина (или за дитя господина) собою или собственным ребёнком. Пьес на эту тему множество, некоторые мы пересказывали раньше. В нашем названии «мигавари» — как раз во втором значении.
А кто такая Осюн? Главная героиня нашей пьесы, вообще-то до того никак не связанная с братьями Сога и их временем. История несчастной любви девушки из весёлого квартала по имени Осюн и торговца Дэмбэя, заканчивающаяся их парным самоубийством, — тоже основана на действительном случае, только произошёл он в Киото через пять с лишним сотен лет после гибели братьев Сога. А на сцену попал ещё через восемьдесят — как раз когда сочинял свою пьесу Сакурада Дзисукэ. Это — частый в Кабуки приём «скрещения миров», когда в одну пьесу старались уместить мотивы и персонажей из разных популярных театральных сюжетов — даже плохо сочетаемые, зато любимые и узнаваемые зрителями. Большим мастером по этой части (уже в следующем после Сакурады Дзисукэ поколении) был Цуруя Намбоку, главный кабукинский «мастер ужасов». Кстати, самая знаменитая его пьеса-ужастик, «Страшная история о семье Ёцуя», тоже вставлена в одну из очередных обработок «Сокровищницы вассальной верности»…
Итак, что же происходит с Осюн и Дэмбэем «во времена братьев Сога»?
Осюн — красивая и добрая девушка из весёлого квартала (эдоского, вопреки всякой историчности), уже довольно известная гейша, у неё есть собственный домик, где она принимает не посетителей «по работе», а личных подруг и друзей. Сейчас её самой нет дома — в баню пошла, — а приятели её там репетируют к скорому празднику в местном святилище, поют и играют среди горшков и корзин с цветами. Тут появляется незваный гость — некто Умино Хэйдзи, доверенный воин рода Минамото и лично сёгуна Минамото-но Ёритомо. По его словам, где-то здесь скрывается беглая княжна Соно:-но-маэ, и за её поимку Хэйдзи обещает щедрую награду. Дело в том, что к княжне посватался (заочно, как положено, — он никогда её не видел) Нориёри, родной брат Ёритомо, а она его предложение отвергла, желая сохранить верность своему жениху Цунэваке, юноше из недавно разгромленного рода Тайра. Сама барышня даже не знает, жив ли её жених, но изменять ему с победителем не собирается. Ёритомо, узнав об этом, пришёл в ярость и объявил беглянку в розыск по всей стране. Приятели Осюн, несмотря на все посулы, не рвутся сотрудничать с сёгунским посланцем и потихоньку расходятся, успев по дороге предупредить о происходящем саму Осюн, которая как раз возвращается домой.
Осюн очень встревожена, и не мудрено. Она сама живёт под чужим именем, а на самом деле — не кто иная как Хитомару, дочь знаменитого воеводы Тайра-но Кагэкиё (о них обоих есть замечательное действо Но:, мы его пересказывали вот тут). Сам Кагэкиё уже умер; а дочь его в юности служила при дворе доброй девочке, той самой княжне Соно:-но-маэ. Теперь она очень переживает за свою злосчастную бывшую госпожу и хочет помочь её воссоединиться с Цунэвакой (Осюн-то знает, что тот жив!)
И тут прошлое героини сталкивается с её настоящим. Сейчас она сама любит (с полной взаимностью) воина по имени Дэмбэй, который служит, увы, даже не просто Минамото, а именно оскорблённому отвергнутому Нориёри. И ему господин велел разыскать дерзкую княжну и обезглавить её! Сам Дэмбэй (который выполняет своё поручение, притворившись купцом, что, однако, не обмануло Осюн), впрочем, не подозревает о происхождении Осюн — для него это просто девушка из весёлого дома, которую он любит и хочет при первой возможности выкупить у сводника. Осюн не желает ставить милого в такое нелепое положение — она опасается, что если её разоблачат, то и ему не поздоровится. Так что ещё накануне она устроила ему скандал, заявила о разрыве навсегда, о том, что полюбила другого, и выставила прочь. Но она знает, что Дэмбэй на самом деле её любит — и подозревает, что, в отличие от Нориёри, для него обида не окажется сильнее любви.
Она права — Дэмбэй не может поверить в то, что их отношения так по-дурацки прервались и сейчас прокрадывается в дом возлюбленной — переодетый и скрыв лицо под носатой маской демона тэнгу. Он терзается — может, это всё неправда, ничего не кончено? Или Осюн действительно ему изменила — и тогда честь требует от него зарубить её на месте? Так что он пытается с нею объясниться. «Прежде чем я отвечу, ответь мне сам, — говорит женщина. — Наш общий приятель, борец сумо Сирафудзи Гэнта, сказал мне, что ты на самом деле — никакой не торговец, а воин на службе Минамото и охотишься за головой княжны Соно:-но-маэ. Это так?» Дэмбэю неловко: «Да, так. Прости, что я столько врал тебе раньше. Но, понимаешь ли, моё задание — тайное, я не должен был спугнуть эту княжну… Впрочем, если уж даже Гэнта знает, кто я такой на самом деле, — это, наверное, провал…»
Осюн отворачивается и глухо произносит: «Тогда знаешь что — просто уходи. Уходи сейчас же!» Дэмбэй разочарован и зол: «Так кто же этот другой, которого ты нашла себе взамен меня? Уж не Умино ли Хэйдзи? Ему-то скрываться не надо, он бродит по кварталу во всём самурайском блеске! А я-то тебе ещё шёлковый наряд подарил!»— «Не надо мне твоего наряда, — кричит в ответ Осюн, которой самой тяжело даётся это представление, — вот, если хочешь, сейчас у тебя на глазах его в куски разорву!» Она распахивает платяной шкаф — и видит, что в нём, прижавшись к стенке, стоит княжна Соно:-но-маэ. Та сама разыскала свою бывшую подругу и спряталась, чтобы дождаться Хитомару и попросить у неё помощи — но сперва явились музыканты, потом Хэйдзи, потом Дэмбэй, а она так и сидит в шкафу! Осюн поспешно захлопывает дверцу и говорит Дэмбэю: «Так или иначе, не важно, кто встал между нами. Всё кончено. Хочешь, напиши письмо, что ты отказываешься меня выкупать из весёлого дома из-за моего дурного поведения — пожалуйста! Хочешь — убей на месте! В любом случае, давай всё закончим здесь и сейчас!»
Дэмбэй, однако, успел бросить взгляд в шкаф и заметить беглую княжну, так что для него многое проясняется. Однако ему жаль Осюн — что бы ни связывало ту с княжною, ничего доброго это не сулит… Так что он решает подыграть ей, пишет и вручает ей письмо, где подтверждает разрыв, и с тяжёлым сердцем уходит. Теперь надо сделать всё, чтобы о пособничестве беглянке не узнал свирепый Хэйдзи и не расправился с Осюн…
Осюн, наконец, может выпустить свою бывшую госпожу из шкафа (заодно и дарёное платье выпадает). Они плачут в объятиях друг у друга, и старшая подруга заверяет княжну, что попытается любой ценой спасти её и помочь добраться до Цунэваки — «он ведь жив!» Но тут на пороге слышатся чьи-то шаги, Соно:-но-маэ поспешно прячется обратно, а Осюн идёт открывать — не Дэмбэй ли вернулся? Нет, это борец Сирафудзи Гэнта.
Хостинг картинок yapx.ru
В постановке "пересудов в саду..." 1825 года роль Гэнты исполнял знаменитый Итикава Дандзю:ро: Седьмой, он и попал на большинство гравюр к этой истории…

Осюн бросает опасливый взгляд в сторону шкафа — Гэнта улыбается: «За княжну боишься? Да я ж её сам к тебе проводил и присоветовал так спрятаться!» Осюн благодарит его и предлагает станцевать для друга; сумоист не готов отказаться. Танец очень завлекательный и соблазнительный (хотя, конечно, ничего непристойного — в Кабуки не положено!) Осюн объясняется ему в любви — притворно, но она опасается, что Дэмбэй где-то прячется и подслушивает их, уж лучше пусть он считает, что она изменила ему с Гэнтой, чем с этим жутким палачом Хэйдзи! «С Дэмбэем я порвала, вот письмо, если не веришь — я прямо ему сказала, что или он меня оставит, или лучше я умру!» Гэнта смотрит на неё со странным выражением: «Ну, лучше так лучше». Он выхватывает меч и обрушивает его на Осюн. Женщина падает, задевает горящий светильник, и тот гаснет. В темноте слышится возня и зловещие непонятные звуки.
Хостинг картинок yapx.ru
На гравюре Тоёкуни Третьего Гэнта хватает Осюн и сейчас зарубит, а Дэмбэй — уже здесь, за перегородкой, но вмешаться не успеет…

Тут в дом врывается Дэмбэй с фонарём — он почуял что-то неладное. С ужасом он видит окровавленное тело на полу — и Гэнту, который протягивает ему корзинку для цветов, стоявшую на сцене с самого начала. «Вот голова княжны, которую ты разыскиваешь — доставь её в ставку и получи награду». Дэмбэй заглядывает в корзину — и видит там отрубленную голову своей возлюбленной. Он обменивается долгими взглядами с сумоистом. «То есть она всё же решила пожертвовать собою вместо этой девушки?» — словно спрашивает он. «Да, — кивает Гэнта, — она погибла, чтобы выиграть время для княжны. Ты ведь не подведёшь её?» Дэмбэй печально гладит волосы Осюн: «Да, это голова Соно:-но-маэ. Я отвезу её господину Нориёри и доложу, что его приказ выполнен».
Тут с треском опрокидывается ширма в глубине комнаты (или, в других постановках, распахивается задняя дверь) — и перед ними появляется Умино Хэйдзи. Тут-то зрители и могут вспомнить, что они не обратили внимания, куда делся сыщик, пока суетились со своими инструментами и нарядами музыканты и танцоры из первой сцены. А Хэйдзи всё это время сидел в засаде и всё слышал, если и не всё видел. «Так вот оно что, — восклицает он. — ну ладно, борец, ну ладно — весёлая девица! Но и ты, Дэмбэй, принял участие в этом заговоре? То-то порадуется князь Нориёри, узнав, что ты помогаешь беглянке, оскорбившей его, и её женишку из проклятых Тайра! Да и сама эта Осюн, похоже, была вовсе не так проста!» Со зловещим хохотом он шагает к шкафу — и падает, сражённый мечом Дэмбэя. А тот заворачивает корзинку с головой в подаренный им когда-то покойной наряд и оправляется в путь — обманывать собственного господина. А Гэнта, тяжело вздохнув, отодвигает труп сыщика и идёт к шкафу — выпустить княжну и помочь ей в поисках жениха…

А при чём тут братья Сога? А они как раз в это время готовятся к своей славной мести. Для Кабуки такое нормально…

Via




0 комментариев


Нет комментариев для отображения

Пожалуйста, войдите для комментирования

Вы сможете оставить комментарий после входа



Войти сейчас