Умблоо

Sign in to follow this  
Followers 0
  • entries
    548
  • comment
    1
  • views
    36,643

Contributors to this blog

Из пьес Ильи Оказова: Золотой век (продолжение 2)

Sign in to follow this  
Followers 0
Snow

32 views

ГЛАВА 6
(на Олимпе грустно сидит Прометей, к нему медленно приближается Афродита – всё как в главе 2)
АФРОДИТА. Ты снова грустишь, Прометей? Или просто привык к такому выражению лица? Теперь всё кончено, наступило Освобождение, и мы, и люди – свободны, как ты и хотел.
ПРОМЕТЕЙ. Свободны? А эти… боги?
АФРОДИТА. Ну, они достаточно нас ценят. Кажется, этот Зевс, по настоянию двух других, даже хочет взять меня в штат. У них, как всегда, вакансия по части любви – пробовали поручить Гере, но та заботится только о законном и многодетном браке, Гестия – вообще непонятно о чём, её сам Зевс боится, а Афина, умница и изобретательница, совершенно не способна даже вообразить себе какую бы то ни было любовь и полагает, что эмоции мешают прогрессу. Если бы не Гефест и Арес, они так бы и остались на уровне размножения по долгу службы…
ПРОМЕТЕЙ (с усмешкой). А сами-то они могут размножаться? Хотя бы по этому самому долгу?
АФРОДИТА. Кто их знает, детей я не видела. Но любить они, как ни странно, умеют…
ПРОМЕТЕЙ. Интересно, кто же это дал тебе такую уверенность? Аполлон?
АФРОДИТА. Нет, не он. Другой. Ну, хотя бы – Арес.
ПРОМЕТЕЙ. Этот человекообразный таран?
АФРОДИТА. Ох, ну ты совсем как этот Зевс: рассматриваешь всех только в разрезе целесообразности.
ПРОМЕТЕЙ. А ты выражаешься даже не как Зевс, а скорее как Афина.
АФРОДИТА. Вот уж нет! Этот синий чулок? Да она, конечно, очень образованна, всё знает, всё умеет; но того, что умею я, – нет. И я не собираюсь выражаться её словами.
ПРОМЕТЕЙ. Не сомневаюсь, что она будет считаться у них ответственной за земной прогресс.
АФРОДИТА. Но ведь действительно прогресс есть, они уже не такие, как прежде, эти маленькие люди. Посмотри-ка на них!
(Они наблюдают с Олимпа за осветившейся нижней частью сцены, где беседуют Мужчина, Женщина и Первый Юноша)
МУЖЧИНА. Где ты пропадал столько времени? Не походе, чтобы ты убил какое-нибудь… Какую-нибудь будущую пищу.
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Убить всегда успеем. Я нашёл нескольких диких баранов и овец, ещё совсем доверчивых, как раньше, и богиня Афина посоветовала мне приручить их.
ЖЕНЩИНА. Что-что?
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Ну, оставить живыми и держать в загоне, чтобы у них рождались новые и новые ягнята, а если мы как-нибудь не сможем никого убить на охоте, то у нас будет запас, который и ловить не надо. Это называется скотоводство.
МУЖЧИНА. Ну вот, ещё одно новое слово! Я за всю жизнь их не произнёс больше, чем придумали за это время – после появления богов.
ЖЕНЩИНА. И не так уж это мясо лучше яблок и кореньев. Мокрое, солёное – даже неприятно. Правда, его тоже можно сушит и вялить, но разве прежде нам приходилось сушить хотя бы грибы? И вообще, делать что-нибудь… как это называется… «на чёрный день». Разве бывают чёрные дни? Чушь какая-то!
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Осторожно, богам может не понравиться, что мы цитируем их и тут же говорим «чушь!»
МУЖЧИНА. Ничего, когда-нибудь и нас будут так цитировать.
ЖЕНЩИНА. Кто?
МУЖЧИНА. Ну, кто-нибудь из потомков.
ЖЕНЩИНА. Кстати, о чём ты беседовал с этой то ли титанидой, то ли богиней – Афродитою, кажется? У них такие трудные имена!
МУЖЧИНА. Ничего особенного – я спрашивал её, почему такие перебои с манной небесной.
ЖЕНЩИНА, ПЕРВЫЙ ЮНОША, ВТОРОЙ ЮНОША (он только что вошёл). Ну и что она говорит?
МУЖЧИНА. Говорит, что скоро её совсем отменят, а нам вместо этого пришлют богиню, которая научит нас возделывать землю.
ПЕРВЫЙ ЮНОША. А что это значит?
МУЖЧИНА. Понятия не имею.
ВТОРОЙ ЮНОША. И зачем это нужно? Землю же есть нельзя!
МУЖЧИНА. Богиня сказала: так надо!
ЖЕНЩИНА. Только об этом вы и беседовали?
МУЖЧИНА. Ну, от тебя ничего не скроется, всеведущая этакая…
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Тсс! Они применяют это слово только к самим мебе. Мы должны чтить их.
МУЖЧИНА. Ну пойдём, я покажу тебе, чему она ещё меня научила…
(Уходит с Женщиной)
ВТОРОЙ ЮНОША. Слушай, ты не знаешь, куда она пропала?
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Кто?
ВТОРОЙ ЮНОША. Ну, та девушка, которую я когда-то привёл.
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Та девушка, эта девушка… Наверно, нам нужно придумать себе имена, как у Прежних Высоких.
ВТОРОЙ ЮНОША. Отец тебе рассказывал, что ему приснилось, будто его когда-то звали Адам?
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Если столько есть на ночь, и не такой кошмар приснится.
ВТОРОЙ ЮНОША. Но куда она запропастилась?
ПЕРВЫЙ ЮНОША. А я-то почём знаю?
ВТОРОЙ ЮНОША. Боюсь, что знаешь. Больно она тебе тогда… понравилась.
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Совершенно не больно.
ВТОРОЙ ЮНОША. Ну, сильно.
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Ну и что с того?
ВТОРОЙ ЮНОША. И она не сказала тебе, куда идёт?
ПЕРВЫЙ ЮНОША. А почему это она должна передо мною отчитываться? Кто её привёл – ты или я?
ВТОРОЙ ЮНОША. Ну (сквозь зубы) если ты врёшь…
ПЕРВЫЙ ЮНОША. То что, интересно?
ВТОРОЙ ЮНОША. Я тут учился у Ареса, пока тот срочно не отправился на Олимп – не знаю уж, зачем…
ПЕРВЫЙ ЮНОША. А ты меня не пугай. Я сам охотник и учился у Артемиды. Да вот она и сама! Легка на помине
(Входит Девушка)
ДЕВУШКА. Привет!
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Привет, давно не виделись.
ДЕВУШКА. Ты чего такой хмурый?
ПЕРВЫЙ ЮНОША. А с чего мне веселиться? Манну, говорят, отменяют.
ДЕВУШКА. Как, совсем?
ВТОРОЙ ЮНОША. Говорят.
ДЕВУШКА. Не может быть! Слухи всё это.
ПЕРВЫЙ ЮНОША. А зачем богам врать? Они сами сказали.
ВТОРОЙ ЮНОША. Теперь ведь они – Высокие, у них там что-то вышло на Олимпе с титанами, и теперь у нас Кроносом будет Зевс.
ДЕВУШКА. А почему?
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Так надо.
ДЕВУШКА. Ну, тогда что ж поделаешь, им виднее… Только как всё это некстати… Ты знаешь, у меня ведь будет ребёночек.
ВТОРОЙ ЮНОША. От кого это?
ДЕВУШКА. Боюсь, на тебя он похож не будет.
ВТОРОЙ ЮНОША. А на кого же, интересно, будет?
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Какая разница?
ВТОРОЙ ЮНОША. Нет, это порядочная разница – между мною и тобой!
ПЕРВЫЙ ЮНОША. А я-то тут при чём?
ДЕВУШКА. Я не понимаю – что ты так кипятишься? Но он правда тут ни при чём.
ВТОРОЙ ЮНОША. А то его что покрываешь?
ДЕВУШКА. А то чего кричишь, будто хозяин мне? Над нами только Высокие, то бишь боги – Хозяева.
ВТОРОЙ ЮНОША. Боги богами, а этот… этот козёл пока что человек.
ПЕРВЫЙ ЮНОША (беспечно-угрожающе). А за «козла» и схлопотать можно…
ДЕВУШКА. Ну полно вам, что вы ругаетесь? Боги богами – это да, но ребёночек-то будет как раз от бога – этого вот, светлого, золотого, он ещё поёт так хорошо.
ВТОРОЙ ЮНОША. И ты хочешь, чтоб я поверил, будто бог с тобою спутался?
ДЕВУШКА. А почему бы и нет?
ВТОРОЙ ЮНОША. Да он же… он же не такой, как люди или титаны.
ПЕРВЫЙ ЮНОША. С чего ты это взял? Опять сплетни? А потом из-за таких, как ты, нам перестают выдавать манну небесную.
ДЕВУШКА. Бог этот, Аполлон, говорит, что они на Олимпе теперь едят нектар и ещё что-то, а манна, говорит, это пища грубая.
ВТОРОЙ ЮНОША. Так значит, бог Аполлон?
ДЕВУШКА. А что я, врать буду?
ВТОРОЙ ЮНОША. Наследник… ну ладно, если Аполлон, то что поделаешь. Но коли этот аполлон сейчас в двух шагах от меня ухо чешет…
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Слушай, что ты злишься? А если и злишься, то бога-то зачем оскорблять? «Ухо, мол, чешет»!
ВТОРОЙ ЮНОША. Никого я не оскорбляю. И вообще, раз бог, то что уж… Не обижайся, ладно? Просто мне как-то тоскливо стало…
ПЕРВЫЙ ЮНОША. А зачем тосковать? Всё в порядке. Зевс ведь так и объявил: он установит новый порядок на базе обучения и самообеспечения.
(Свет переносится на Олимп)
ПРОМЕТЕЙ. Ну и как тебе это нравится?
АФРОДИТА. Ну, хоть живые стали, не на всё им наплевать, как раньше – зачем да всё равно… Сердце вылупилось.
ПРОМЕТЕЙ. Не знаю я, не знаю… как-то всё очень быстро – вчера или позавчера только свергли Кроноса… Вообще мне как-то погано на душе – я же, выходит, предателем оказался, родных братьев и сестёр этим, богам, выдал…
АФРОДИТА. Но ведь всё хорошо, почти никто не погиб, а что Кроноса и ещё кого-то под землю сослали, так знаешь, Старшего Брата так просто не сошлёшь, если бы он сам того не захотел.
ПРОМЕТЕЙ. Ну, не знаю я, не знаю! И за Кроноса мне стыдно, и за этого их бога, которого братья в клочья разорвали… Ведь, наверное, можно было как-нибудь без этого.
АФРОДИТА. Наверное, но ведь мы не знаем – как. Приходится, – как эта Афина выразилась, всегда она выдумывает, – скачкообразно. Будто бы лягушки какие-нибудь… Но уж как вышло, так и вышло. Ты ведь не о Кроносе тоскуешь, а о себе – будто ты виноват. А Зевс говорит, что это закономерно – Уран, потом Кронос, потом он с богами…
ПРОМЕТЕЙ. А потом?
АФРОДИТА. Я не спрашивала, не такая я дура. Слушай, не сиди ты тут такой надутый, не трави себе душу. Пойдём к богам, там веселее. Нехорошо человеку одному быть.
ПРОМЕТЕЙ (горько). Одному? Я думал, нас двое…
АФРОДИТА. Ну, это у меня так вырвалось… как во сне. Мне снился какой-то занятный сон, я сперва расстроилась даже: будто приглянулся мне какой-то титан, но не из наших, а с косами и весь большой и тёмный; я к нему пошла, нарядилась даже нарочно, а он начал меня обвинять невесть в чём – птицы какие-то, пауки, кедры… А я вроде разозлилась и посла к Кроносу просить, чтобы он на этого, чернокосого, натравил быка пострашнее. Ну, муть какая-то.
ПРОМЕТЕЙ. Да… Не зря Кронос говорил: «Не размышляйте о снах, там мы – не мы и не здесь и не сейчас».
АФРОДИТА. Ну, всё равно я этого тоже не понимаю. А титану всё-таки тоже нехорошо одному, пойдём со мною.
ПРОМЕТЕЙ. Да нет, я уж тут посижу. Привет Аресу.
АФРОДИТА. Обязательно. Как хочешь…
ПРОМЕТЕЙ. Афродита!
АФРОДИТА. Что – Афродита? Я сколько уже веков Афродита – весь Золотой и ещё немного.
ПРОМЕТЕЙ. Послушай… Не ходи. Вон они сами явились.

ГЛАВА 7
(Олимп постепенно заполняется многочисленными богами. Прометей рассеянно следит за ними)
ЗЕВС. Итак, Новые Высокие, как выражаются люди, или боги, как нам следует теперь приучать их называть себя, проведённое мероприятие увенчалось успехом, убедительнейшим примером чему может служить капитуляция лично Кроноса. Как видите, я не скрываю здесь, в нашем кругу, что не я, не Афина, Арес или Аполлон совладали с ним в единоборстве – Кронос фактически добровольно отрёкся от власти и погрузился в Тартар. Из пространства, находящегося между Тартаром и земной корою, Кабиры в благодарность за оказание помощи в области рабочих рук выделили нам участок…
АРЕС. А кто они всё-таки такие, эти Кабиры, что могут выделять или не выделять нам, победителям, жилую площадь?
ЗЕВС. Во-первых, вопрос, кто такие Кабиры, нам лучше до поры до времени не выяснять, потому что – во-вторых, – их мы не побеждали и, признаю откровенно, в случае конфликта имели бы мало шансов на успех. Про них в блоках памяти не содержится фактически ничего. Возможно, они невидимы. Цивилизация их находится на несравненно более высоком уровне, чем у титанов – эти корибанты, медные роботы с достаточно сложными схемами и программой, тому свидетельство; лазерное оружие – прошу обратить внимание, Арес, – и бриареи помогли привести в исправность тоже они. Деловое сотрудничество с дружеское невмешательство должны стать основополагающими принципами во взаимоотношениях нас, богов, и Кабиров, или, как они чаще именуются, Великих Тайных.
АПОЛЛОН. Если я правильно понял, за ними стоит сама Мать-Земля?
ЗЕВС. Или, скорее, они стоят за этой абстракцией. Так или иначе, под землёю нам выделен достаточно обширный слой, предназначенный для заключённых на льготном режиме и душ умерших.
ПРОМЕТЕЙ. Чьих душ?
ЗЕВС. Умерших. Я полагаю, ты знаешь, что люди смертны.
ПРОМЕТЕЙ. В принципе да, но до сих пор ни один…
ЗЕВС. Эра Кроноса кончена, Прометей, и теперь мы должны сами поддерживать демографический баланс. Общины людей разбросаны по всей планете, практически изолированы друг от друга, но прирост населения должен соответствовать смертности. Тебе лично я могу сообщить – остальным это, конечно, известно, – что и в далёком будущем люди будут смертны.
ПРОМЕТЕЙ. Те, которые вас создали?
АФИНА. Я думаю, Прометей, что разумнее будет отказаться от подобной формулировки. Не только люди, но и титаны признали нас потомками Кроноса, что юридически всё же надёжнее нежели статус узурпаторов.
ПРОМЕТЕЙ. Скажите, боги, что, через эти несколько десятков тысяч лет все будут изъясняться вроде вас: юридически, узурпация, абстракция? Мне просто интересно, мы ещё не привыкли.
ЗЕВС. Придумают эти слова люди, формы их будут стабилизированы в так называемых канцеляриях или правительственных учреждениях, и к тому времени, как мы будем… как будут созданы квазибелковые андроиды, это своеобразное арго будет принято повсеместно.
ПРОМЕТЕЙ. Афина, Аполлон, неужели это так необходимо – сейчас?
АФИНА. Мне тоже кажется, что это нецелесообразно. Со временем наш язык должен несколько упроститься, чтобы способствовать более успешным субординационным коммуникациям с людьми.
ПРОМЕТЕЙ. Ох!
АПОЛЛОН. Да, и их фольклору, за который ответствен пока что я; но, думается, пророчества – а открыть оракулы в каждом историко-географическом регионе будет совершенно необходимо – и должны излагаться не вполне понятно для людей, опережая, так сказать, уровень их развития.
ПРОМЕТЕЙ. Да, ко многому придётся привыкать… Всё-таки при Кроносе…
ЗЕВС. Кронос в Тартаре. И перестаньте меня перебивать, вы все! Область с душами умерших и прочими, я считаю, следует отдать в управление Плутону.
ПЛУТОН. Почему это именно мне? Вы тут на Олимпе, а я – начальником лагеря?
ЗЕВС. Мы вынуждены, дорогой Плутон, ориентироваться на позднейшую мифологию. А там сказано, что Плутон – в подземном царстве, а двенадцать богов – на Олимпе.
ПЛУТОН. Прошу прощения, я тоже ознакомился с этой информацией. Там сказано, что у Кроноса или Сатурна было шесть детей, а не двенадцать. Да и здесь нас всего двенадцать и есть, не считая Прометея.
АФИНА. В самом деле, где Дионис?
ГЕРМЕС. Как это ни печально, он оказался единственной жертвой с нашей стороны. Незамирённые титаны – вот их список – буквально разорвали его на куски.
ПРОМЕТЕЙ. Вот оно, Освобождение…
ЗЕВС. Только этого не хватало! Гефест, Аполлон, Гестия, справитесь с восстановлением?
ГЕФЕСТ. Понятия не имею. Но сделаю всё, что в моих силах.
ЗЕВС. А эти, по списку – в твоё распоряжение, Арес. Но желательно – малой кровью; если удастся почи… воскресить Диониса, то засунь их просто в Тартар. Пока что нам следует по возможности избегать смертных приговоров Титанам.
ПРОМЕТЕЙ (мрачно). И на том спасибо.
ЗЕВС. Далее: области деятельности мирных титанов и титанид. Гермес, проект составлен?
ГЕРМЕС. С примерными назначениями. Гелиосу лучше оставить солнце, больше он ничего не умеет.
ПРОМЕТЕЙ. Быть солнцем – это уже немалое умение. Ты бы сам попробовал!
ГЕРМЕС. Увольте, это пусть Аполлон пробует, если хочет. Я, конечно, един в трёх лицах, меня вообще следовало бы именовать Трижды Величайшим…
ЗЕВС. Един в трёх лицах… что-то знакомое… Пока что этого выражения лучше не употреблять. Дальше?
ГЕРМЕС. Селена.
ЗЕВС. Тут тоже всё ясно, оставить ей луну. Надзор осуществлять за Гелиосом – Аполлону, за Селеной – Артемиде. Если выйдет какая-нибудь накладка здесь, расхлёбывать придётся долго.
ГЕРМЕС. Атлант.
ЗЕВС. Да, в нём я не вполне уверен – создаст ещё Атлантиду на автономных правах… нужно заставить его сидеть на одном месте, желательно, конечно, почётном. Проводи его в Тунис, поставь там и убеди, что на нём всё небо держится.
ГЕРМЕС. С удовольствием.
ПРОМЕТЕЙ. Нет, признаюсь честно, Зевс, я тебя недооценивал…
ЗЕВС (сухо). Лучше поздно, чем никогда. И лучше поздно, чем слишком поздно.
ГЕРМЕС. Латона.
ЗЕВС. Так. Титаниды – особая статья. Латону мы пока объявим моей любовницей.
ГЕРА. Что?! Это аморально, Зевс, раз уж я твоя законная супруга…
ЗЕВС. Мне нужно пристроить по матерям кучу «детей». Никто не поверит в то, то шестеро богов, не являющихся детьми Кроноса, – инкубаторские. Так или иначе, вы должны происходить от меня, бога-отца.
АРЕС. Ты что, с конвейера раньше сошёл, папаша?
ЗЕВС. Арес, при Прометее и Афродите… они, конечно, почти всё знают, но я попросил бы тебя оставить подобный тон и тем более – такие воспоминания. Ты будешь моим законным сыном от Геры, вместе с Гефестом.
АРЕС. Как тебе это нравится, братишка?
ГЕФЕСТ. Я что – мне всё равно. Я и задуман-то был как инженерно-технический персонал.
ГЕРМЕС. Майя…
ЗЕВС. Вот тебе она и будет мамой.
ГЕРМЕС. Мне? Да она вообще из какой-то другой мифологии или даже философии, видимость одна…
ЗЕВС. Одна видимость – это совсем не так уж плохо. Особенно при твоих привычках…
ГЕРМЕС. Ну, будь по-твоему.
ЗЕВС. Не тот тон! Тоже мне, Трижды Величайший нашёлся! На-все-руки-мастер! Понижу до курьера!
ГЕРМЕС. Готов на совместительство при условии предоставления спецодежды и спецобуви.
ЗЕВС. Будут тебе твои «спец» – Гефест, будь добр, обеспечь.
ГЕФЕСТ. Почему всё я да я? Почему как что сложное делать, работать – я один за всех? Я ро… бог серийный, я не предусмотрен для универсальных функций, как вон Гермес. Диониса воскрешать – мне, спецодежду выдумывать – мне, всё мне! Я требую справедливости!
ПРОМЕТЕЙ. Уже?
ЗЕВС. Прометей, не вмешивайся пока. Гефест, хочешь, я дам тебе красавицу-жену?
ГЕФЕСТ. Что?
ЗЕВС. Гера, Гестия, позаботьтесь – утром нужно будет обвенчать Гефеста с Афродитой.
ПРОМЕТЕЙ. Как?!
АРЕС. Почему – его?!
АФРОДИТА. А меня ты и не спрашиваешь, Зевс? Прямо так, раз-два и выдаёшь за этого работягу, да ещё хромого, да и только ли ногу он повредил…
АФИНА. Что ты несёшь?
АРТЕМИДА. Слушать противно!
ЗЕВС. Афродита! Не забывай, что твоё происхождение достаточно сомнительно, ты – из бывших, а место на Олимпе охотно займёт Плутон!
АФРОДИТА (презрительно). Да мне что, я в кузнице коптиться не буду. Только уж не пеняй потом, Зевс, если в кого влюбишься…
ГЕРА. Слушай, ты, Уранов срам…
ПРОМЕТЕЙ. Я не позволю!..
АФРОДИТА. Да ладно уж, Прометей, хочешь жить, умей вертеться. Посмотрим, что тебе достанется.
АФИНА. Погодите! Я не желаю, чтобы мне в матери записали какую-нибудь совершенно незнакомую титаниду! Я требую для себя партеногенеза.
ЗЕВС. Ладно, считай, что ты родилась прямо из моей головы – только я тебя выдумал, и ты тут как тут, в шлеме и с копьём. Теперь ты, Прометей: с тебя по праву следовало бы начать список, как с хорошо зарекомендовавшего себя союзника. Не правда ли, ты доволен происходящими на земле изменениями? Твои люди развиваются – то есть мои люди. Культурно-эмоциональный рост. Технический и аграрный прогресс. Личностные качества. Нелюбимый тобою вопрос «зачем?» звучит всё реже…
ПРОМЕТЕЙ. А когда звучит, на него отвечают: «Так уж бог велел!»
ЗЕВС. Естественно.
ПРОМЕТЕЙ. И это, по-твоему, называется свободой воли?
ЗЕВС. Свобода развития, не надо подтасовывать. И это свободу мы культивируем. А с волей – подождут.
АФИНА. Да, дай им только волю!..
АПОЛЛОН. Сколько лет в их воле были, а как не пожелали – списывать на запчасти, заменять блок мышления…
АРЕС. Всех бы их…
ЗЕВС. Спокойствие! Вы что, хотите, чтобы я стёр вам память о вашем происхождении?
ПОСЕЙДОН. А при нашем теперешнем положении она нам ни к чему.
ГЕСТИЯ. Как психолог, поддерживаю.
ЗЕВС. Хорошо. Мы это ещё обсудим. Так чем же ты недоволен, Прометей? Условия жизни людей усложнились, им приходится развиваться, вот Деметра скоро научит их пахать и сеять, а Аполлон – петь молитвы и гимны богам, так называемые гомеровские…
ГЕРА. Ещё жертвы нужны.
ЗЕВС. Да-да, первые всходы, лучшую овечку из стада…
ПРОМЕТЕЙ. Что, вы думаете, они всё это на Олимп принесут?
ДЕМЕТРА. Не дай бог!
ЗЕВС. Не дам; но не забывай, что ты и сама теперь – богиня.
ДЕМЕТРА. Кстати, вот научу их земледелию и уйду в декрет. Кажется, я…
ГЕРА. Не может быть?
АПОЛЛОН. Ну а что, у меня уже три сына и две дочки на земле.
ГЕРМЕС (подпрыгнув). Так вырвались? Вырвались-таки из заколдованного круга! Вот зачем нам люди и титаны, вот лучшие жертвы!
ЗЕВС. Я приму к сведению, Деметра; ребёнка пусть запишут за мной.
ГЕРА. Почему опять за тобой?
ПЛУТОН. В самом деле, почему не за мной? Я – тоже сын Кроноса, даже старше тебя…
ЗЕВС. Если родится девочка, женю тебя на ней.
ДЕМЕТРА. Ну, об этом ещё рано думать.
ПРОМЕТЕЙ. Так что же вы мне ответите – я вам о свободе воли, а вы мне – манны не дадим, а вот жертвы пусть будут любезны?.. У них же даже огня ещё нет! Ты же знаешь, Зевс, я не ради себя, я ради людей…
ЗЕВС. Но сам-то ты – титан?
ПРОМЕТЕЙ. Я уже не уверен, Зевс, не лучше ли было в Золотой Век – людям, а не вам?
АРЕС. Может, арестовать его? Крамола…
ЗЕВС. Спокойно. Не надо горячиться. У Прометея имеются немалые заслуги перед нашим правительством. Пусть отнесёт людям огонь. В конце концов, когда титан представляет интересы людей, или наоборот – это даже перспективно…
ГЕРА. Тоже мне, народный трибун!
ГЕРМЕС. Демагог; а эту специальность я тоже уже застолбил.
ЗЕВС. Хватит! Возьми огонь, Прометей; отдай его людям, пусть сжигают жертвы – не есть же нам их, в самом деле; а по дыму удобно будет фиксировать недоимщиков. Возьми!
АПОЛЛОН. Зевс, будь осторожен… Всё-таки он брат Кроноса…
ЗЕВС. Прометей не глупее Кроноса. Я доверяю ему. Ты доволен, Прометей?
ПРОМЕТЕЙ. Да, Зевс. Пока я доволен. Надеюсь, и впредь мы сможем работать вместе.
АПОЛЛОН. Ну-ну!
(Прометей с огнём спускается вниз, на тёмную землю)
ЗЕВС. Всё-таки это лучше, чем оппозиция среди олимпийцев.
АПОЛЛОН. Пожалуй. Хотя, быть может, одно другого не исключает…
АРЕС (готовно). Взять его?
АПОЛЛОН (презрительно). Руки коротки, Марсик! Не советую начинать вооружённую междоусобицу в трудный период становления нашей божественности.
ЗЕВС. Правильно говоришь, правильно… Убери оружие, Арес. Твой щит с копьём что-то мне сильно напоминает…
АФРОДИТА. Я потом объясню тебе, Зевс.
ГЕФЕСТ. Она что, издевается над нами? Невестушка, так её перетак!
ЗЕВС. Спокойствие! Объявляю перерыв. Гестия, пойдём обсудим… ммм… психо-мнемоническую проблему, которая была затронута в ходе беседы. Все свободны!
(Боги расходятся)

ГЛАВА 8
(Мужчина и Женщина, уже не такие молодые и цветущие, как в начале, беседуют, сидя на земле)
МУЖЧИНА. Куда они оба запропастились?
ЖЕНЩИНА. Наверное, бегают за этой, пришлой.
МУЖЧИНА. А она, говорят, с Новым Высоким гуляет…
ЖЕНЩИНА. Нужно называть их – боги, так они сами сказали.
МУЖЧИНА. А какая разница?
ЖЕНЩИНА. Не знаю, какая, а им виднее. Всё-таки они – Высокие…
МУЖЧИНА. Высокие… Прежние Высокие – те правда жили у себя на Олимпе, в небе, но, на горах и островах, куда нас не пускали…
ЖЕНЩИНА. А мы и не рвались – зачем нам это было нужно?
МУЖЧИНА. Незачем, всё верно – ни нам, ни им. Даже манну выдавали не сами – сыпалась откуда-то сверху и сыпалась, и благодарили мы всех их вместе. А Новые – то и дело по земле бродят, учат чему-то, девчонок портят…
ЖЕНЩИНА. А тебе и жалко, старый козёл?
МУЖЧИНА. Замолчи, женщина – кто в доме хозяин?
ЖЕНЩИНА. В каком это доме? В этой-то хибарке?
МУЖЧИНА. Слушай, ты. Я же знаю, куда ты ходишь в новолуние. К Матери Богов.
ЖЕНЩИНА. Да, и это очень благочестиво. А если ты станешь подсматривать за таинствами, она нашлёт на тебя львов и барсов.
МУЖЧИНА. Что я там потерял? А львов я не боюсь, хотя, конечно, в старое время они спокойнее были и на человека не бросались. А вот как научила нас новая богиня, Артемида, охотиться – так и звери нас рвать в куски стали. Вон, чуть руку не оттяпали…
ЖЕНЩИНА. А ты бы не лез, молодые без тебя обошлись бы.
МУЖЧИНА. Да? Ну так слушай: что бы вы там у Старшей Сестры или Божьей Матери, как хочешь, ни делали, меня это не касается. Хоть камни баюкайте, хоть кусты стригите. Но здесь у нас, слава богам и Старым Высоким тоже, пока что как-никак патриархат.
ЖЕНЩИНА. Пока что.
МУЖЧИНА. И всегда будет. Что наверху, то и у нас, только помельче. Кто был прежде? Кронос. Кто теперь главный? Зевс. А не Гера, и не Мать Богов.
ЖЕНЩИНА. А до того Уран и Мать-Земля, говорят, вместе правили…
МУЖЧИНА. Ну, нас тогда и в помине не было. А слышал я, что Урану, Великому Небу, это не на пользу пошло.
(Входит Второй юноша – как и остальная молодёжь, он уже сильно возмужал, но для простоты мы будем обозначать всех их по-прежнему)
ВТОРОЙ ЮНОША. Что ты говоришь, отец? Как только ты можешь судить о Высоких – что кому на пользу? Их польза для нас непостижима.
ЖЕНЩИНА. Это-то не страшно, только вот наоборот – тоже… Зачем им, чтобы отец – охотился, ты – землю пахал да растил, что не Небом сажено, брат твой – со скотиною возился… Нехорошо даже – барашки эти ни в чём не повинные к нему привыкают, он их и лаской, и кормом, а потом вдруг под нож…
ВТОРОЙ ЮНОША. Мне тоже это не по душе, раньше мы со всем живым честнее были, да и мирней. Но теперь нам ведь объяснили: на Олимпе боги нами правят, а мы здесь – цари природы, и вся она должна нам быть покорна…
МУЖЧИНА (ощупывая раненную руку). Покорны они, как же! Что ни ночь то мне, то тебе с рогатиной сторожить приходится, барабанить, чтоб не напали в темноте…
ВТОРОЙ ЮНОША. Огня они боятся…
ЖЕНЩИНА. Ты к чему это? Сам, что ли, не боишься? Огонь – это, наверное, не природа, ему только боги – цари, как и нам.
МУЖЧИНА. Верно, верно…
(Входят Первый Юноша и Девушка – уже молодая женщина)
ПЕРВЫЙ ЮНОША. О чём это вы тут?
ЖЕНЩИНА. О священном – по-хорошему, по-благочестивому, ничего такого…
ДЕВУШКА. Да что вы так? Меня, что ли, испугались?
МУЖЧИНА (браво). С чего нам тебя пугаться? Из-за этого, златовласого, что ли? Мы – люди смирные, что велят, то и делаем.
ВТОРОЙ ЮНОША (задумчиво). А ведь раньше и слова такого не знали – пугаться, страх…
ЖЕНЩИНА. Страх божий. Они его принесли и нам даровали, вместе с твоим плугом, его кнутом, его рогатиною да…
ДЕВУШКА. Моим Ребёнком. Он всё-таки наполовину бог. И когда вырастет… Но вы-то меня не бойтесь, я сама – боюсь. А Златокудрый ушёл, и я его с тех пор так и не видала. Что ему до нас?
МУЖЧИНА. Им виднее. Я ничего не говорю, может, правда твой сын совсем особенный будет и главный среди всех…
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Это почему же? Ведь бог-то про него вроде бы и думать забыл?
ДЕВУШКА (сердито). А ты почём знаешь? Он ведь и невидимым может быть. Он о маленьком заботится, помнишь – все простыли, захворали, а мой – даже не чихнул.
ЖЕНЩИНА. Да, холодает…
МУЖЧИНА. Говорят, ледник с гор идёт.
ВТОРОЙ ЮНОША. Не с гор, а с Севера.
ЖЕНЩИНА. Ох, замёрзнем мы все – шкуры, конечно, вещь хорошая, но если совсем мороз будет и реки застынут…
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Как это – реки застынут? Такого не бывает, они всегда текут.
ЖЕНЩИНА. Так мне сказали. Она Сама, Старшая, сказала.
ВТОРОЙ ЮНОША. Хватит, мать, а то проболтаешься и сових таинствах, а нас покарают за то, что слушали.
ПЕРВЫЙ ЮНОША (быстро). Мы не слушали.
ВТОРОЙ ЮНОША. Ну, что – слышали.
ПЕРВЫЙ ЮНОША (кивая на девушку). Не бойтесь! Знаете, чему её Афина научила?
ЖЕНЩИНА. Афина – это такая статная, рослая, в медной шапке?
ДЕВУШКА. Она самая. Оказывается, вот его овец можно стричь, и из их шерсти нити прясть, а потом из этих нитей совсем другие шкуры… я забыла, как называется… ну, тёплую такую одежду ткать или вязать. Вязать – проще. Но и ткать – она мне станок обещала.
ЖЕНЩИНА. Ох, до чего мы дожили – станки понадобились!
ВТОРОЙ ЮНОША. Так велела богиня.
ЖЕНЩИНА. Это конечно, велела – значит, надо учиться ткать… Только ведь всё равно замёрзнем. Вода как камень станет, и…
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Мы ничего не слышим.
МУЖЧИНА. И вообще, что ты слухи распускаешь? Мать Богов – она, конечно, Мать Богов, но чья она Старшая Сестра?
ВТОРОЙ ЮНОША. Отец, если нам нужно будет об этом толковать – боги сами укажут, а пока лучше не надо.
ПРОМЕТЕЙ (появляется из темноты с огнём). Не надо!
ЖЕНЩИНА. Кто это?
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Высокий…
МУЖЧИНА. Старый Высокий – из мирных, наверное…
ПРОМЕТЕЙ. Да, я титан Прометей, младший брат Кроноса и сподвижник Зевса Олимпийского.
ПЕРВЫЙ ЮНОША. А как это – и то, и другое? Не понимаю…
ПРОМЕТЕЙ (грустно). Твоё счастье. Но мёрзнуть вам всё же не придётся. Смотрите!
МУЖЧИНА. Ну, горшок.
ЖЕНЩИНА. Гефест показывал похожие, тоже с крышкой, только без дырочек.
ДЕВУШКА. И Аполлон говорил что-то про закрытый сосуд и какую-то Пандору…
ПРОМЕТЕЙ (поморщившись). Пандора тут ни при чём, этот миф они решили не трогать. Я принёс вам огонь.
(Снимает крышку с горшка с углями)
ДЕВУШКА. Ой!
МУЖЧИНА. Горящие угли? Что ты хочешь сделать?!
ЖЕНЩИНА. Право, Высокий Прометей, мы не виноваты. Мы ничего друного и не думали, и я ничего не говорила…
ПРОМЕТЕЙ. Да это боги дарят вам огонь – сам Зевс!
ВТОРОЙ ЮНОША. Дарят?
МУЖЧИНА. С чего бы это? И зачем?
ПРОМЕТЕЙ. Ну, много зачем. Вообще, постепенно природа будет всё больше переходить вам в руки, вы правда царями станете… не знаю, что из этого выйдет, но я-то в вас верю.
ПЕРВЫЙ ЮНОША. В нас? Верят – в богов.
ПРОМЕТЕЙ. А я – в человечество.
ВТОРОЙ ЮНОША. Наверное, это гораздо труднее… Ну, на то ты и титан.
ПРОМЕТЕЙ (не ответив). Огонь нужно поддерживать дровами, деревом. Если станет гаснуть, только тлеть – раздувайте. Разводите на ночь костры вокруг дома – дикие звери не посмеют подойти.
ЖЕНЩИНА. Да как же мы уснём среди ЭТОГО-то?
ПРОМЕТЕЙ. Привыкнете. Выживать в огненном кольце – этому полезно научиться. Гефест вам потом покажет, как вот такие горшки обжигать, а не сушить на солнце – крепче будут и не раскиснут. Можно жарить на этом огне мясо, варить похлёбку. Можно будет руду… ну, это потом. Главное – не бойтесь: если осторожно, то ничего страшного он вам не сделает. Он будет служить вам.
ПЕРВЫЙ ЮНОША. Мы его приручим?
ПРОМЕТЕЙ. Ну, в общем, да. А если погаснет… эх, вы всё равно не запомните, я потом объясню, а пока следите, чтобы не потух. Теперь вам никакие льды не страшны.
МУЖЧИНА. Благодарим тебя, Высокий.
ПРОМЕТЕЙ. Вы лучше научитесь с ним управляться побыстрее, тогда и благодарить будете… и меня, и Зевса, по воле и милости которого я принёс вам этот огонь.
ЖЕНЩИНА. Слава Олимпийцам!
ВТОРОЙ ЮНОША. Слава Мирным Старым Высоким!
ПРОМЕТЕЙ. Тебя я знаю, мне Деметра говорила. Ты потом научишься молоть зерно и печь хлеб.
ВТОРОЙ ЮНОША. Но я же не знаю, что это такое – хлеб!
МУЖЧИНА. Раз он так говорит – будешь знать. Не спеши.
ПРОМЕТЕЙ. Да… И ещё Зевс повелел приносить ему жертвы.
ЖЕНЩИНА. Это как же?
ДЕВУШКА. Ой, это детей, как Кронос?
МУЖЧИНА. Молчи!
ПРОМЕТЕЙ. Ну что за ерунда, каких детей? Боги ведь не едят, ничего земного по крайней мере. Но в знак уважения часть плодов и мяса кладите на камень – он называется алтарь, – на дрова и сжигайте, чтобы к небу шёл дым и Олимпийцы почуяли, что вы им благодарны. Так велел Зевс.
МУЖЧИНА. Мы всё выполним.
ПРОМЕТЕЙ. Ну вот и хорошо. Берите горшок, не бойтесь… ну, вот ты бери.
ВТОРОЙ ЮНОША. Спасибо.
ЖЕНЩИНА (деловито). Но вообще следить за ним буду я.
МУЖЧИНА. Ладно. Пойдём – попробуем что-нибудь поджарить.
ПЕРВЫЙ ЮНОША. У меня как раз есть овца…
(Люди уходят; Прометей смотрит им вслед, потом на два камня – будущие алтари, – и хмурится)


Via


Sign in to follow this  
Followers 0


0 Comments


There are no comments to display.

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now