Скит боголепный

Sign in to follow this  
Followers 0
  • entries
    1,906
  • comments
    8
  • views
    314,361

Contributors to this blog

Дежа-вю

Sign in to follow this  
Followers 0
Saygo

55 views

      Или немного ностальгии.
      Давным-давно, еще в конце 80-х, в бытность мою в Сумах, когда у меня была возможность читать книги из библиотеки тамошнего артиллерийского училища (там была хорошая подборка военно-исторической литературы времен Интербеллума, коорая издавалась Воениздатом), попалась мне в руки работа комдива А.М. Вольпе "Фронтальный удар"

      Автор

А._М._Вольпе


      Книга - та самая, и именно в такой обложке

5013985817_0


      С тех прошло уже, почитай, три с половинйо десятка лет, и вот, листая (внимательное чтение впереди) исследование А. Кривопалова (того самого, который про фельдмарщала Паскевича писал и стратегию Николая I) "В тени теории глубокой операции. Подготовка Красной Армии к войне на западной границе в 1926-1941 гг."

104503780_v-teni-teorii-glubokoy-operatsii-podgotovka-krasnoy-armii-k-voyne-na-zapadnoy-granitse-1926-1941-gg-yauza


встречаю знакомые места из той старой книги, прочитайнно Бог весть когда. Ну вот, к примеру, эта:

      Еще задолго до мировой войны германский генеральный штаб констатировал, что со стороны русской армии нельзя ожидать смелых, быстро проводимых маневров; что русская армия малоподвижна и тяжеловесна. Эти качества целиком подтвердились уже в начале мировой войны и получили дальнейшее развитие и углубление по мере того, как русская армия росла численно. Уже в начале 1915 г. выяснилось, что единственная форма операций, на которую эта армия ещё более или менее способна, это — фронтальное сражение. Выравнивание фронта, оглядывание на соседей, боязнь изгибов фронта и оголённого фланга стали столь сильными, что летом 1915 г. даже отдалённая угроза возможности попасть под охват вынуждала русскую армию к отходу, причём противнику уступалось большое пространство.
      Причины, приведшие русскую армию к такому положению, разнообразны и уходят вглубь основных политических и экономических факторов государства российского.
      После того как осенью 1914 г. и особенно зимой 1914/15 г. основные кадры русской армии были истреблены в бесполезных и безумно расточительных операциях, в армии остались малообученные контингенты ратников старших возрастов и новобранцев, не бывавших в рядах войск. Достаточно упомянуть, что русская армия, развернувшая по мобилизации до 4 млн. чел., имела по официальным данным в течение 1914—1915 гг. 3 403 013 чел. потерь. В феврале 1916 г. численность армии достигла 6 206 743 чел., т.е. армия не только переменила, но и удвоила весь свой состав. Необученная же массовая армия, не имеющая в войне никаких интересов, ни классовых, ни даже национальных, неспособна к маневрированию, ибо последнее качество обычно является принадлежностью хорошо подготовленных войск. Сражение с перевёрнутым фронтом нельзя осуществить с плохими войсками, они могут сражаться лишь фалангой, линейным порядком, каре, словом — лишь тем боевым порядком, который обеспечивает чувство локтя, т.е. фронтальным построением. Русская царская армия до конца мировой войны так и не могла дойти до групповой тактики.
      Не имела русская армия и достаточно подготовленного офицерского состава. Кадры мирного времени были перебиты. По мобилизационному развертыванию в 1914 г, армия имела 55 668 офицеров, врачей и чиновников. В течение 1914—1915 гг. она понесла потерь в этом составе 45 115 чел. В феврале 1916 г. в армии числилось 127 308 офицеров, врачей и чиновников. Эти цифры подтверждают, что уже в начале 1916 г. русская армия управлялась не кадровым офицерским составом, а армией прапорщиков, ибо Россия подготовленного в мирное время широкого запаса офицерского состава не имела. Эти прапорщики с военношкольной подготовкой в 3-4 месяца не были таким командным костяком, с которым можно было бы осуществлять смелые маневры ...
      До тех пор, пока части находились в нерасстроенном виде в руках начальников, они двигались вперед, но лишь только они попадали в расположение противника, где отражение контратак требует максимальной устойчивости со стороны бойцов и младших начальников, как войска сдавались в плен


      И вот ведь что интересно - тогда повполне понятным причинам (меня интеерсовала прежде всего техническая сторон авопроса - количество штыков, батальонов, орудий и пр.) я на это место внимания и не обратил - так, рассуждения в сторону и и ни о чем, но сейчас - другое дело. По сути, здесь, хотя речь и идет о РИА образца Первой Мировой войны обр. 1916 г., однако, по большому счету, недостатки и проблемы, переживаемые ею в эту кампанию после тяжелейших боев 14-го и в особенности 15-го годов, когда старый кадр был выбит практически полностью и армия состояла преимущественно и по большей части (пехота, конечно же, в артиллерии, кавалерии и технических войсках ситуация была получше) из слабоподготовленных и плохо обученных (и уж тем более немотивированных) ратников ополчения и прочих им подобных новобранцев (опять же) в массе своей призванных из деревни, однако все это вполне применимо к РККА обр. лета 41-го и 42-го годов - детищу пресловутой перманентной мобилизации. Практчески те же самые проблемы чуть ли не один в один. И снова - едва ли не самая главная причина военной катастрофы 41-го и 42-го годов (со всеми вытекающими отсюда последствиями - а хоть бы и в виде колоссальных потерь) связана с общей культурной отсталостью СССР (на фоне той же Германии) и, соотвествтенно, низким качеством призывного контингента. Хотя бы частично компенсировать этот недостаток можно было, наверно, посредством жестокой муштры (как в той же японский императорской армии), но "Шурик, это же не наш метод!" (с). Увы, ставка на сознательного бойца и младшего командира не сработала.


Via


Sign in to follow this  
Followers 0


0 Comments


There are no comments to display.

Please sign in to comment

You will be able to leave a comment after signing in



Sign In Now