Вся активность

Этот поток обновляется автоматически   

  1. Последний час
  2. Тексты по военной истории Китая.

    Чу 出 - выходить, жу 入 - входить. В сочетании - to come in and go out. Т.е. подходили на дистанцию схватки и выходили из боя. Тут пригодно и "конные латники", и "отборные конники".
  3. Сегодня
  4. John Whitney Hall. Government and Local Power in Japan, 500-1700. A Study Based on Bizen Province.
  5. Есть. =) Теперь знаю, что 出入 может переводиться "наступать и отступать". А 鐵騎 - и правда точного перевода не имеет? Или я опять ошибся и это именно "отборные всадники"?
  6. Трудности перевода

    Пассажи не Гордоновский текст , а обратный перевод с немецкого . Дневники в редакции Федосова предлагают в Абердине за почти бесплатно https://www.abdn.ac.uk/aup/gordon-general-patrick-119.php
  7. Большая курица

          Или птица струсь?       Любопытные наблюдения и рассуждения по поводу, был ли тираннозавр покрыт перьями, есть у Дэвида Хоуна в его книге       Впрочем, британские ученые группа канадских палеонтологов пришла к выводу, что курицеподобный тираннозавр все же неправдоподобная версия его внешнего вида, ибо хотя общие предки тираннозавров и его оперенных родственников вполне могли иметь оперение. Однако сами тираннозавры впоследствии развили более совершенные механизмы терморегуляции, и оперение исчезло за ненадобностью. Так что, выходит, переснимать "Парк юрского периода" (который совсем не парк юрского периода) торопиться не стоит. Via
  8. Вчера
  9. Цинская артиллерия

    Шапао пишется также через другой иероглиф "ша" (тоже со смыслом "песок") - 沙砲. Это гингальс с трехметровым стволом. Стрелял дробью, но описание очень неконкретное. 
  10. Тексты по военной истории Китая.

    Поэтому отправленные войска энергично атаковали, воины Тайцзу потерпели поражение и после этого отошли на север, до Ичжоу. Тут смысла перепроверять Таскина никакого нет.  
  11. Цитата вдобавок

    Когда после драки начинаешь махать кулаками. В марте 1878 г. в Первопрестольной учреждается Главный комитет для организации Добровольного флота, создаются местные комитеты в губерниях и начинается сбор денег. В прессе появляются обращения Главного комитета. Вот некоторые выдержки из такого документа, опубликованного в ряде газет 28 апреля 1878 г.: «Враг наш силён на море. И числом, и громадностью средств морские силы его далеко превосходят наши. Но есть возможность нанести ему и на морских путях чувствительный удар. Кто не знает, что все интересы врага нашего сводятся к барышу и наживе? Он обладает громадным купеческим флотом. Тридцать тысяч судов его покрывают океаны вселенной. Вот куда следует направить удар. В то время, когда враг запрёт наши моря и, как в Крымскую войну, будет жечь и грабить беззащитные селения на берегах наших, торговый флот его на просторе океанов да подвергнется в свою очередь бедствиям войны. Для этого нам нужны быстрые и крепкие суда, которые являлись бы нежданною грозою на морских торговых путях нашего врага. Последняя война покрыла славой русских моряков, сражавшихся на утлых судах с грозными броненосцами и выходивших победителями из борьбы столь неравной. Дайте им настоящие морские суда, пошлите их в океаны на ловлю вражеского купеческого флота, и враг наш раскается в своей самонадеянности. Дети земли русской, вы, вставшие как один человек, каждый раз, когда опасность угрожала святой матери нашей России, вы и на этот раз единодушно откликнетесь на её призыв и всем миром создадите Добровольный флот, который вновь покажет свету, на что способен русский народ, когда он станет на стражу чести своего Отечества. Но время не терпит. Надо действовать быстро. Хочешь мира — готовься к войне». А кто же создал такую ситуацию? Ну, что там наши моряки на утлых суденышках, и т.д.? Вроде как из статей Парижского мира по Черному морю мы вышли в 1871-м, а на дворе 1878-й. Ответ можно почерпнуть из письма вел. кн. Александра Александровича Победоносцеву: «Морское министерство не желает обращать внимания на хорошие суда, а исключительно занялось погаными поповками и сорит на них русские миллионы десятками». http://risovach.ru/upload/2013/03/mem/borodach_12767640_orig_.jpg Via
  12. Кризис 1885 года

    В 1882 году Россия приняла долгосрочную программу строительства кораблей на Черном море. Русский посол в Константинополе А.И. Нелидов в декабре 1882 года предоставил Александру III записку «О занятии Проливов». В документе говорилось о нестабильности в Оттоманской империи, о вероятности ее полного распада и о возможном захвате Босфора и Дарданелл англичанами. Нелидов предлагал, в зависимости от обстановки, три варианта получения контроля над Проливами: 1) открытой силой во время русско-турецкой войны; 2) неожиданным нападением при внутренних сложностях с Турцией или внешней опасности; 3) мирным путем с помощью союза с Портой. Именно этим задачам и была посвящена вся южная политика Российской Империи с 1880-х до Первой мировой. Уже в 1883 году на верфях Николаева заложены четыре эскадренных броненосца — «Екатерина II», «Чесма», «Синоп» и «Георгий Победоносец». Однако еще во времена Александра II, поняв, что не может Mother-Russia состязаться с Англией на море, Россия кинула лозунг: "Asia - first!". То есть , дорогая Англия, на море у нас нет сил, ну так давайте попробуем посостязаться на суше, где ваши броненосцы бесполезны. Англичане на это велись, но умные головы типа лорда Солсбери понимали, что это все химеры: "Объект российской политики - не Калькутта, а Константинополь. Не Ганг, а Золотой Рог. Что и есть главная цель и смысл нынешней российской политики". В феврале 1884 года русские захватили в Средней Азии оазис Мерв и приблизились к британскому протекторату в Афганистане. Непосредственно 30 марта 1885 года произошли первые столкновения между русскими и афганскими войсками. В ответ Гладстон поднял в Парламенте вопрос о выделении экстраординарного кредита в 11 миллионов фунтов на вооружение и войска, чтобы защитить Индию. Кроме того, было решено ввести британскую эскадру в Проливы, бомбардировать Батум и Новороссийск, высадить войска на Кавказе, а дальше.... не, это без литры читать невозможно, ибо мужики по ходу не просыхали недели две... каким-то образом пересечь Каспийское море и атаковать русских с тыла в Туркестане. Но, как вы понимаете, есть проблема - нужно пушечное мясо, которого у Англии нет. Чуть позже, в 1904-м, Первый Лорд Адмиралтействе адмирал Керр озвучил-таки проблему войны между Англией и Россией: ‘Russia’s geographical position is such that she is very un assailable [sic] to a sea power with a small army’. С пушечным мясом не заладилось сразу, ибо на сторону России встала Германия, которая сказала, что мобилизует свой военный флот, если Англия введет свои броненосцы в Проливы. Англичане, не будь дураки, стали планировать уже две операции: против русских на Черном море, и против немцев на Балтике, но большая вероятность того, что русский и немецкий флоты на Балтике объединятся, и столь любимого преимущества в силах у Англии может не получиться, заставило взглянуть на кризис под новым углом. Чарль Дилк (Dilke) предложил тогда атаковать... Владивосток. Ну типа, город находится в жопе мира, связи с основными русскими портами у него нет, усилить его нечем. "Роль Севастополя в Крымской войне должна перейти Владивостоку. Это единственный уязвимый морской пункт на побережье России.". В связи с этим Китайская эскадра получила приказ занять Порт Гамильтон (Комундо), островок у южного побережья Кореи, приблизительно на полпути между Гонконгом и Владивостоком. Теперь "отсель грозить мы будем русским". До Порт Гамильтона срочно был проложен подводный кабель к Вонсану (Woosung). Порт Гамильтон, находящийся в 850 милях от русской базы, в случае войны между Россией и Англией должен был стать передовой базой для действий против Владивостока. Но, как обычно, сделав решительный шаг, англичане начали... бояться. Чего? Да как обычно - а вдруг русские... захватят Порт Гамильтон? Ну десант там высадят, или того хуже - 1500 км пройдут по тайге и сопкам, и с суши атакуют. Это же звери, им все по фиг, у них половине даже оружия не выдают. Кроме того, оказалось, что в Порт Гамильтоне большие проблемы с углем, тогда как у русских с их угольными копями в районе Владивостока и на Сахалине, вообще нет проблем. И что делать? Ведь английская эскадра может быть легко обездвижена русскими маневрами на море! Добавил перцу и губернатор Гонконга - он сказал - а с чего это Китайская эскадра ушла в Корею? Тут война с русскими намечается, они возьмут и начнут нападения на нашу торговлю в Южно-Китайском море, а у нас все корабли в какой-то Корее стоят. Это что за фигня-то? Владивосток тем временем занимался прямо противоположным - в бухте Золотой Рог ставились мины, срочно оснащались пушками береговые батареи. Ни о каком крейсерстве и атаках на Порт Гамильтон мы и не помышляли в принципе. И в дело включились дипломаты. Глава российского МИДа Николай Карлович Гирс предложил своему английскому визави просто договориться о сферах влияния в Азии. В сентябре 1885 года дипломатам удалось договориться о границе в Афганистане, при этом особым пунктом было прописано выдворение английской эскадры из Порта Гамильтон. Кризис сошел на нет, но вот английские корабли в Гамильтоне оставались. И тогда Гирс сделал ход конем - мол, дорогие партнеры, коль вы не выполняете один из пунктов договора, то мы в ответ создадим свою базу на побережье Кореи, вот местечко прям отличное - Порт Лазарев (Вонсан). После чего англичане сразу же убрали корабли из Порт Гамильтона. Via
  13. Е Лун-ли. "История государства киданей". 鐵騎 - тут то ли "крепких/сильных всадников", то ли "железных всадников" - панцирная конница? 五千騎,- 5000 всадников,  為其所困,- сели в осаду? 力戰,- сильный бой 出入數四,- неоднократно входили и выходили? 不解 - беспрестанно 引三百騎橫擊 - повел 300 всадников и ударил сбоку 乃退 - принудил к отступлению 得出 - смог выйти 因縱兵奮擊 - войско энергично атаковало?
  14. "Шестидесятники"

    В куче постов о Крымской войне многие из вас, уважаемые читали, высказывали свое "фу" Николаю I, говорили про "слабого царя", про "идиота-романтика", и так далее. Но политика Николая в рамках сохранения Священного союза хотя бы понятна. Ты прикармливаешь своих союзников, но ты и требуешь от них. Собственно весь период 1815-1855 годов прошел под одной главной задачей - не дать возвыситься Франции. В конце концов мы все же этого сделать не смогли, но 40 лет относительно безоблачного существования себе обеспечили. Но вот дальше..... Дальше к власти пришли не рыцари, даже не романтики. Как это назвать без мата - я даже не представляю. Вы знаете о моей нелюбви к Александру II и Горчакову. Еще в юности, когда я читал "Битву железных канцлеров" и "Под стягом Российской империи", мне вообще было ничего непонятно. Я не понимал как стратегии русских войск (хотя силился ее понять, но по поводу осады Плевны у меня был главный вопрос - на фига ее вообще было осаждать, а не просто блокировать; при этом все генералы александровского времени - давайте говорить прямо! - облажались, и пришлось звать генерала николаевского времени - Тотлебена, который Плевну и взял), но еще больше не понимал нашей дипломатии. Во-первых, совершенная непонятка была с целями. Если мы хотели Южную Бессарабию (линия Кагул-Измаил), отнятую у нас по итогам Крымской войны, то надо было ее занять и все. Зачем идти дальше? Если мы хотели Проливы - то наверное нам пришлось бы договариваться. Самый идеальный вариант - с Австрией и Германией (что и произошло в реале, но через анальное отверстие). Вой Англии по поводу Проливов я никогда не считал серьезным - во-первых, после разгрома Франции и Союза Трех Орлов воевать на суше Англии было некем. Во-вторых, я люблю смотреть на карты. В узостях Босфора и Дарданелл флот Англии не играет никакого значения. Во-вторых, а какое нам вообще дело до того, обидится Англия на нас или нет? В этом плане Бисмарк, советуя нам воевать за свои интересы, был абсолютным прагматиком и реалистом. Все эти горчаковские бредни по поводу "европейского концерта", "великой юго-западной славянской державы" и т.д. в результате вышли боком именно нам. Прошло всего несколько лет, и созданная нами Болгария стала нашим же врагом. Уже в 1879 году будущий премьер Болгарии Стоилов четко говорил: «Если нас постоянно попрекают затратами на Освобождение, требуя взамен вечной покорности, это не братство. Пусть подсчитают и выставят счет. Можно с процентами. Мы расплатимся и закроем вопрос». В третьих, нас очень обижало, что та же Австрия требует от нас уступок за невмешательство. Странно, правда? Австрия воевать не будит, а Боснию аннексирует. А мы же не за себя воюем, за болгар и сербов. Что там Обренович в 1877-м, когда мы начали войну, делал? Да сидел тихо на Дрине и не отсвечивал. Войну Турции мы объявили в известной степени из -за братушек-сербов, которые начали восстание против турок, а братушки, когда мы ввязались в войну, решили... не воевать. Ну а че, русские же есть, вот пусть они наши проблемы и решают. А мы тут, в уголку пока посидим. Мы обижались и на Германию, которая просила у нас чисто формального союза против Франции. Мол, если мы вдруг начнем войну с лягушатниками, вы просто продекларируйте, что не против аннексии Эльзаса. Но нет, мы хотели быть правильными и чистыми во всем, и для всех. В результате Россию в дипломатических переговорах кидало то туда, то сюда. Сегодня мы обсуждаем с Андраши, как мы хотим поделить Турцию, а буквально через два дня спрашиваем у охреневшего Бисмарка - если мы нападем на Австрию, Берлин присоединится к войне на нашей стороне? А потом бежим к Андраши, и задаем ему такой же вопрос, но уже относительно Германии. Но основная проблема в том, что мы сами не знали, чего хотели. Как в той песне из средневекового Бременского ансамбля: "Мы свое призванье не забудем - смех и радость мы приносим людям!" Сначала мы говорили, что мы хотим сохранить Турцию. Потом - вычленить из нее Болгарию. Потом - создать в Проливах международную зону аннексии (на фига это нам нужно? Так хотя бы проливы у Турции в руках, а согласно бреду Горчакова - у Англии, Франции, Австрии, Италии, ну и немножко нас). А потом вообще на всех обиделись, и за свое неумение договариваться расплатились Берлинским Конгрессом. Собственно все выше написанное - это прелюдия. Прелюдия к рекламе книги. Игорь Александрович Козлов "По следам «Турецкого гамбита», или Русская «полупобеда» 1878 года" Цитата: "Бисмарк продолжал твердо гнуть свою линию. За два дня до выступления в рейхстаге, вечером 22 ноября (4 декабря), на парламентском банкете он, по сообщению корреспондента «Таймс», высказался предельно четко и откровенно: «В деле сохранения мира, конечно же, нельзя отчаиваться, но если настоящие осложнения все же приведут к войне, которая представляется мне вполне вероятной, то спустя некоторое время Россия и Турция устанут ее вести, и тогда Германия выступит мирным посредником, с гораздо лучшими перспективами на успех, нежели сейчас» «Давать же советы России в настоящий момент» Бисмарк считал занятием «несвоевременным». В отношении Англии канцлер высказал надежду, что она, «несмотря на все обстоятельства, все же не вступит в войну против России». Касательно Австро Венгрии, по словам корреспондента «Таймс», Бисмарк высказывался «очень дружелюбно». Однако он допустил возможность «прийти ей на помощь» только в том случае, если она «будет втянута в войну» и «ее существование как империи будет поставлено под угрозу». По мнению Бисмарка, «Австрия обладает гораздо большей живучестью, нежели многие думают» . Канцлер прямо отвечал своим парламентским критикам и явно клонил к тому, что Австро Венгрия вполне способна без посторонней помощи позаботиться о своих балканских интересах, договорившись о них с Россией. Сравнивая сентябрьские обращения в Берлин из Петербурга и Вены, Сказкин предположил: если еще до инструктажа Швейница в Варцине Бисмарк заявил Мюнху, что он отвергает запрос Горчакова, то тогда слова германского канцлера о союзе с Россией по принципу «в огонь и в воду» не имели особого значения . Имели. И именно для осуществления того замысла, который Сказкин считал основным для Бисмарка – подтолкнуть Россию к войне с Турцией. Германский канцлер не собирался воевать за балканские интересы Габсбургов, здесь он выступал сторонником компромисса Вены с Петербургом и отказывал Александру II в поддержке именно против Австро Венгрии. Однако это вовсе не означало, что Бисмарк не готов был идти с русским правительством «в огонь и в воду», если оно, предварительно сговорившись с Веной, решилось бы ударить по Турции. Ведь оставался еще главный игрок на Востоке – Англия. На случай начала русского наступления на Балканах Бисмарк предлагал и Лондону договориться с Петербургом, но он прекрасно понимал, что эта задача крайне сложная и на какое то время Россия с Англией неизбежно будут обречены на серьезнейшее выяснение отношений с бряцанием оружием. А в этом случае России понадобилась бы помощь Германии. И вот тогда Бисмарк ответил бы: во сколько он оценивает свою решимость идти с Россией «в огонь и в воду». Но только ответ этот уже подразумевал бы не совместный отпор Австро Венгрии, а Англии. Бисмарк был уверен, что на сделанный через Вердера запрос царя надоумил именно его канцлер. «Горчаков старался тогда доказать своему императору, – вспоминал Бисмарк, – что моя преданность ему и мои симпатии к России неискренни или же только “платоничны”» . Похоже, Бисмарк был недалек от истины, и фактор личной зависти и недоверия со стороны Горчакова играл немалую роль. «…Его тщеславие и его зависть по отношению ко мне были сильнее его патриотизма», – писал о Горчакове Бисмарк . Но главное все же было в другом. Это только в начале 1878 г. Горчаков будет готов твердо гарантировать Австро Венгрии и Боснию с Герцеговиной, и стратегически важный Ново Базарский санджак. Станет он и настойчиво советовать представителям Сербии и Черногории не упрямиться и уступить претензиям Андраши. Горчаков начнет сдавать все то, что так не хотелось уступать в предвоенных переговорах и что Бисмарк настойчиво советовал ему осуществить заблаговременно. Но все это будет потом, когда кровь солдат и деньги казны потекут рекой, когда очевидными станут ошибки «Плевны», когда в очередной раз, наступив на те же грабли, русская армия в нерешительности замрет перед распахнутыми воротами Константинополя. Все это будет потом. Осенью же 1876 г. очень многое выглядело иначе… Не успев еще толком договориться с Австро Венгрией, Александр II и Горчаков уже начинали страховаться на случай резкого усиления ее роли на Балканах. Если мы вспомним, чем июльская запись рейхштадтских соглашений Горчакова отличалась от записи Андраши, то последующая сентябрьская настойчивость Александра II в вопросе о роли Германии в возможном вооруженном конфликте России с Австро Венгрией покажется нам вовсе не странной, а вполне даже логичной. И логика эта явно не отличалась глубиной и дальновидностью мышления. Российский император, как и его канцлер, считал, что чем больше дунайская монархия заглотнет на Балканах, тем сильнее она будет угрожать российским интересам в этом регионе. И вот здесь скрывалась принципиальнейшая ошибка. Да и в чем состояли эти российские интересы на Балканах? В поддержке славян в надежде на их пророссийскую ориентацию? На этот вопрос Бисмарк ответил предельно точно, а последующая история только подтвердила его правоту. В дипломатии резкие и непродуманные высказывания порой подобны комете, за которой следует длинный шлейф недоверия и весьма неприятных последствий. Своим запросом в Берлин российская сторона ничего принципиально нового и важного не открыла, но зато сама себе, уже в который раз, осложнила жизнь. Александр II и Горчаков не имели в виду нападение России на Австро-Венгрию, но Бисмарку было выгодно заметить именно это. Он стремился примазаться к русско австрийскому соглашению, особенно со стороны Вены, создав у Андраши впечатление, что именно старания германского канцлера уберегли дунайскую монархию от русской угрозы и способствовали продолжению переговоров с Петербургом по Балканам. Для Петербурга же становилось очевидным, что, в условиях отказа Берлина давить на Вену, рассчитывать на ее бескорыстие в защите балканских славян не приходится. Нужно было быстрее и более решительно договариваться." В общем, давно мне купленная книга не приносила ТАКОГО удовольствия. Вельми, всячески рекомендую. Via
  15. Противопоставление...

          Tyrannus vs Тишайший. Немножко так размышлизмов по поводу прочитанного в френте на ФБ. Для начала такой вопрос, животрепещущий, кстати, более чем - а чем, собственно, литература отличается от истории, и есть ли коренное отличие Карамзина или там Валишевского и всяких разных дюмасов и пикулей от, предположим, Соловьева, который Сергей Михалыч и который наше все? Будет ли история историей, если она написана на основе весьма, мягко говоря, субъективных и предвзятых нарративных источников (более того, в рамках сложившейся определенной традиции - предположим, назовем ее "черной легендой". Вспомним про Шарля де Костера и его взгляд на короля-паука Филиппа II Испанского, которого, кстати, в той же Польше почитали за tyrann'a).       Но это так, к слову. Но таки скажу крамольную мысль - сравнение Того, о котором в приличном обществе говорить нельзя (ибо это патология), и Тишайшего, вот как по мне, если и не будет в пользу первого, то, во всяком случае, никак не меньше равнозначного. Что можно поставить в зачет Тишайшему? Ну да, боярам он головы не рубил, они в него были влюблены, но вот что там насчет всестонародства простонародного? Оно, кстати, при нем совсем не безмолвствовало и очень даже громко высказывалось (и весьма порой нелицеприятно) по поводу Тишайшего и (в особенности, впрочем, что и неудивительно - царь все-таки, фигура сакральная, не абы хто) - и во время Соляного бунта, и во время Медного, и Раскол не забудем, и про Разинщину - всенепременно.       Впрочем, не совсем чтобы уж и не было, скажет кто-то из занудливых критиков - а как быть с коломенских конфузом 1546 г.? Или в московским 1547 ? Да, было дело, но, с другой стороны, нет ли ощущения, что Tyrann сделал верные выводы из этого безчинства и в будущем такого не допускал, а ворам, подобных тому же Морозову, виновнику Соляного бунта, своевременно делал обрезание, не доводя дело до перитонита?       Берем внешнюю политику. Чего там у нас добился Тишайший? Огрызка от Украины и вечный геморрой со старшиной, которая все время стремилась уйти то налево, то направо, то еще куда-нить. И, что самое главное - какой ценой? За ради чего была дотла разорена страна ("рать вконец заела казну" - не я сказал) и обострены отношения с Турцией (в результате чего 200-летняя война с Литвой и Польшей сменилась столь же двухсотлетней войной с турками)? Овчинка стоила выделки? Тот, чье имя в приличном обществе упоминать нельзя, конечно, тоже имел немало косяков во внешней политике. но, во всяком случае, Казань брал, Астрахань брал - и не отдал, чтобы там не говорить, и могущество России прирастать Сибирью начало при нем, болезном - и не надо говорить, что он тут не при чем, очень даже при чем. Компания Строгановых - чем не аналог британской Ост-Индской компании? А что до западного направления - так я считал, считаю и буду считать, что раз уж так получилось (не по вине Tyrann'a), что южное и восточное направления русской внешней политики стали главными, то по ним и надо подводить итоги, а по поводу Литвы - здесь, по большому счету, противостояние Москвы и Вильно свелось к ничье. Проблему решали другие люди и в другом столетии. Так что, по общим итогам, Тишайшему незачет выходит, на фоне твердого хорошиста Tyrann'a.       По внутренней политике - что в зачет Tyrann'у поставим? Приказная система при нем была окончательно сформирована? При нем! Дьяки и подьячие как профессионалы, а не жалкие любители, при нем заимели силу (как и положено в нормальном государстве Нового времени) - при нем (что вызвало недюжинный баттхерт у любителей старой доброй старины, в которой князь волен в холопех своих). Отлажена система взаимодействия "земли" и власти - при нем, при Tyrann'e (опять же - что бы там не писали, но именно при Иване Грозном "земство" и его "свободы" были конституированы, легитимизированы и земство получило опыт административной работы - в итоге именно "земство" и "всенародство", научившееся в лице своих "лутчих" людей управлять своей волостью, и спасло страну в годину Смуты. А кто допустил его к власти, к кормилу, дал порулить?). О Тишайшем же такого не скажешь. Он пришел на все готовое, а права земства при нем подвергаются урезанию.       Кстати, о крепостном праве - запрет на переход крестьян и их продажа начались именно со времен Тишайшего, но не при Грозном (тот лишь временно запретил переходы в критической ситуации - временно, а вот его преемники сохранили это "новацию").       Можно и дальше продолжить - допустим, взять ту же церковь. В вину Ивану ставят смерть Филиппа Колычева. Но чем казус Колычевым отличается от казус с Никоном? Только тем, по большому счету, что Никон не умер в заключении при неясных обстоятельствах, и тем что из него не сделали мученика (и то, похоже, по той причине, что для "элиты" он был не свой. Одно дело Колычев из знатного рода - кстати, вот так прямо Филипп забыл про свое происхождение, - и другое дело Никон, мордвин нерусский из страны вечнозеленых помидоров. Есть разница, однако).        общем, проблема в том, что при всех прочих равных вводных крыса выходит хуже хомячка только потому, что у нее пиар хуже, а сама по себе крыса - зверь вполне себе приличный и очень даже себе на уме - умный, сообразительный и в то же время агрессивный. Личность, однако. А хомячок - он и есть хомячок, мелкогрызун с незаслуженной репутацией, любимец публики и слабого пола по причине своей пушистости и интеллектуальной невзрачности и бесхарактерности. Via
  16. Последняя неделя
  17. Цинская артиллерия

    Пушки 河塘砲 (хэтанпао) и 砂砲 (шапао) - букв. "пушка речной дамбы" и "песчаная пушка" соответственно - указываются в качестве основного артиллерийского вооружения гуандунских кораблей в 1816 г. в "Циньдин цзюньци цзэли" (Высочайше утвержденное уложение по оружию и снаряжению). А вот что это - не знают ни китайские словари, ни Интернет. Как прикажете работать?
  18. Таблица государственных расходов в Крымской войне выглядит следующим образом  (все переведено в млн. фунтов стерлингов): 1852 1853 1854 1855 1856 Итого Россия 15,6 19,9 31,3 39,8 37,9 144,5 Франция 17,2 17,5 30,3 43,8 36,3 145,1 Англия 10,1 10,1 76,3 36,5 32,3 165,3 Османская империя 2,8 ? ? 3,0 ? Неизвестно +5,8 Сардиния 1,4 1,4 1,4 2,2 2,5 8,9 Данные из Пола Кеннеди "The Rise and Fall of the Great Powers", 1987, глава 5. Стоит прибавить, что к турецким тратам стоит прибавить еще и внешние займы, направленные на финансирование войны. Via
  19. Браво, Бисмарк!

    «Когда Англия и Франция говорят сообща, то под именем Европы разумеют самих себя и как бы забывают о существовании других держав. Я знаю Россию, знаю Англию, знаю ту державу, к которой обращаюсь, но решительно не знаю того, что любят обозначать неясным термином Европа». Via
  20. Визуализация объектов и событий

    Постепенно становится более понятной вся ситуация с высадкой 1860 г. Но не все планы ясны до сих пор.  Нашел много фото Бэйтана, но связать их воедино сложно. Похоже, открытый путь для орудий шел на кавальер южного форта с изгибом под прямым углом, артиллерия должна была размещаться на кавальере, а остальное ложилось на стрелковую оборону валганга, вокруг которого эспланада была намечена лишь условно - все сожрала жилая застройка. К тому же, если китайцы сняли гарнизон с фортов Бэйтан, почему там остались орудия и почему они стоят так хаотически живописно - со скинутыми стволами, в горах каких-то обломков? Не снят и вопрос про пленных в Дагу - Бутаков и Тизенгаузен, проработав английские материалы, ничего об этом не сказали. Общие потери англо-французов убитыми и раненными составили в около 400 человек, китайцев - около 2000. А где тут пленные, которых, по надписи на фото, только в большом северном форту взяли 2000 человек?
  21. Непобедимая армада

    Дневние солдата: 5 августа А для нас          юбилей ―                   ремонт в пути, постоял ―          и дальше гуди.           В. В. Маяковский. Не юбилейте! Репродукция из альбома The Tapestry Hangings of the House of Lords: representing the several engagements between the English and Spanish Fleets in the ever memorable year MDLXXXIII, 1739, Rijksmuseum Продолжим чтение Дневника солдата. В пятницу, 5 августа, праздник Девы Марии Снежной (N[uest]ra S[eñor]a de las Niebes), ввиду тихой погоды противник не мог подойти к нам ближе, чем на одну лигу. Поэтому в этот день мы получили возможность изготовить шкали (ximielgas) для фок-мачты, которая, как упоминалось ранее, была насквозь пробита ядром; с этой целью была опущена и фор-стеньга, которая находилась в шатком состоянии. Мы работали всю ночь, вне видимости со стороны противника, чтобы тот не догадался о повреждении, которое получила мачта. До рассвета мы изготовили семь шкалей с тремя бугелями (arretaduras) для их крепления. Мы просмолили их, чтобы следов ремонта не было видно. Примечание 14. В данном отрывке из записок Рекальде содержится уникальная информация о ремонте корабля во время боевых действий и необходимой маскировке этих действий, чтобы ввести противника в заблуждение об истинном техническом состоянии своего корабля. Чувствуется большой опыт Рекальде в морской практике. Уточним некоторые термины, использованные в переводе текста на русский язык. Шкáли – «накладные брусья на мачты и реи для скрепы.» (В.И.Даль) В Дневнике солдата используется астурийский термин ximielgas, Pieza [de madera que se pon na verga d’una embarcación onde s’axunta col palu pa protexela]. (Diccionariu de la Llingua Asturiana) в английских текстах он переводится как ‘fishes’. В испанских словарях имеется термин jimielga: la jimielga es un refuerzo de madera, en forma de teja, que se da a los palos, vergas, etc. Ремонт сломанного рангоутного дерева с помощью шкалей. Единственное число и.п. русского термина – шкало. Пришел он к нам из голландского (sсhааl, мн. sсhааlеn). Адмирал К.И.Самойлов в Морском словаре определяет этот термин следующим образом: «ШКАЛО — доска (реек, горбыль), накладываемая на сломанное рангоутное дерево для его скрепления, которая затем стягивается с ним бугелями или найтовами.» Термина arretaduras в испанских словарях нет. Скорее всего он имеет португальское происхождение. Переводить его следует скорее как бугель, чем как найтов. Примечание 15. На английской стороне день 5 августа был посвящен торжествам по случаю недопущения высадки испанцев на берега южной Англии. Лорд-адмирал Чарльз Говард в связи с этим посвятил в рыцари командующих эскадрами Хокинса и Фробишера и нескольких капитанов, проявивших себя в боевых действиях последних дней. Церемония прошла на борту Ark Royal. Говард посвящает в рыцари Хокинса и Фробишера. Из набора игральных карт с изображением сюжетов Армады. Английская школа. Конец 17 в. Но за всеми этими торжествами англичане не забывали о том, что перед ними еще очень сильный противник. За все время боевых действий не удалось существенно ослабить Армаду, личный состав и капитаны кораблей продолжали соблюдать строжайшую дисциплину, боевой ордер оставался безупречным, испанские корабли использовали любую возможность для сокращения дистанции с противником и перехода к абордажным схваткам. Единственное, что продолжало тревожить испанского командующего – это отсутствие надежного места для якорной стоянки в ожидании ответа от герцога Пармы. Беспокоило также сокращение боеприпасов на борту кораблей Армады. Если запасы пороха были еще достаточно велики (порох в Лиссабоне брали с расчетом как на огонь морской артиллерии, так и для действия на суше), то с ядрами было очень плохо. Если англичане, которые тоже испытывали нехватку ядер, могли пополнить их запас в любом порту, то источником пополнения боеприпасов у испанцев была только армия герцога Пармы. И Медина-Сидония пишет срочное послание герцогу, просит его подготовить ядра, так много, как возможно, всех калибров, но особенно 10-, 8- и 6-фунтовых. Кроме того, командующий проводит инвентаризацию боеприпасов на всех кораблях Армады и дает указание перераспределить их в пользу наиболее мощных галеонов. Продолжение последует. Via
  22. Пятнадцать мальчиков подряд

    Исторические сугороку тоже, конечно, были в ходу — особенно много их развелось с приближением 2600-летия державы (его справляли в 1940 году). Но и задолго до того выходило много настольных игр, в которых каждое поле иллюстрировало какое-нибудь историческое событие или представляло национального героя. Наша сегодняшняя игра — ещё мэйдзийская, 1909 года, и называется она «Пятнадцать мальчиков Японии» (日本十五少年双六, «Нихон дзю:го сё:нэн сугороку»; кто художник, мы не нашли). Имеются в виду, конечно, «пятнадцать образцовых мальчиков». И действительно, многих из них мы уже встречали в серии гравюр «Поучительные примеры решительных поступков» — в детском возрасте или уже взрослыми. Здесь, в сугороку, взрослое будущее героев ещё впереди. Кое-какие пояснения к той подборке гравюр мы тут повторим. Первым у нас будет юный Сугавара-но Митидзанэ (菅原道真, 845‒903), будущий сановник, поэт, каллиграф и жертва клеветы. Потомственный знаток заморской книжности, он с детства сочинял китайские стихи — и хорошие. Здесь Митидзанэ одиннадцать, и он слагает строки о том, что луна бела как снег, а цветы сливы подобны россыпи звёзд. Это то самое его любимое сливовое дерево, которое через много лет чудом перенеслось вслед за ним на Кюсю, где Митидзанэ умирал в почётной ссылке... Знакомый нам по гравюре Ёситоси Сэссю: То:ё: (雪舟 等楊, 1420–1506), живописец, монах и путешественник. Его маленьким ещё отдали в храм, а ему хотелось не пребывать в сосредоточении по всем дзэнским правилам, а рисовать. Чем он и занимался. В наказание монахи привязали его к дереву (или к столбу храма), но Сэссю: и тут не удержался и пальцами ноги нарисовал на земле мышку — да такую, что настоятель принял её за живую. А в более поздних историях эта мышка превратилась в несколько мышей, которые правда ожили и перегрызли верёвки, связывавшие мальчика. Токугава Такэтиё (徳川竹千代), более известный нам как Токугава Иэясу (徳川 家康, 1543-1616) — первый из сёгунов этого прозвания и последний и наиболее успешный из «трёх объединителей Японии». Юный Такэтиё, сидя на плечах приставленного к нему дядьки, командует потешной битвой сверстников, которые лихо кидаются камнями на берегу реки Анэгавы. Он наставительно разглагольствует о том, что битвы выигрываются не числом, а умением, — и все, кто это слышит, поражаются «божественному полководческому дару, которым этот отрок, не иначе, наделён с рождения». История эта взята со свитка XVII века «То:сё: дайгонгэн энги», а насколько уж она правдива — кто её знает. Начинается второй ряд снизу (в игре-то фишки ходят не по рядам, а в замысловатом порядке, по броску кости). Маленький Ниномия-но Киндзиро (二宮 尊徳), будущий Ниномия Сонтоку (二宮 尊徳 , 1787–1856), усердно учится в бедной крестьянской хижине где он провёл детство. В одной из хижин — своего хозяйства его родители лишились, потом умерли, и Киндзиро батрачил, чтобы прокормить младших сестёр. Потом он вырос, выучился, стал учёным агрономом, философом, чиновником и основателем сельскохозяйственных кооперативов (при Мэйдзи и позже ему даже святилища воздвигали!). В Японии Сонтоку — такой же символ юного крестьянского самородка с неуёмной жаждой знаний, как у нас Ломоносов, и детям его приводили (и приводят) в пример неустанно. (Кстати, он походил на Ломоносова и богатырским ростом и сложением — не только по японским меркам!) Это ещё не самая жалостная картинка — чаще всего изображается сцена, когда батрачонок Киндзиро тащит на спине в непогоду огромную вязанку хвороста и одновременно читает книжку; даже памятник ему такой стоит. С горы обозревает окрестности Нагао Торатиё, будущий Уэсуги Кэнсин (上杉 謙信, 1530‒1578). Его родовые земли захвачены противниками, но подросток указует перстом немногим своим сподвижникам: «Всё это мы ещё вернём!» (по другому изводу: «Взобравшись на гору Ёнэ, он взглянул на лежавший внизу город и сказал: "Когда-нибудь, когда я соберу армию, чтобы вернуть свои земли, я посталю лагерь здесь"»). И вернул, а потом начал бороться за власть на более широкой арене… Главным противником Кэнсина стал другой знаменитый полководец, Такэда Сингэн (武田信玄, 1521-1573) — им не посчастливилось оказаться соседями. Существует множество поучительных историй об их кровопролитном, но безупречно рыцарственном соперничестве. Они боролись, пока на них обоих не нашёлся ещё более грозный хищник — Ода Нобунага. Старым врагам пришлось примириться. Но здесь Сингэн предстаёт ещё мальчиком, героем удивительной истории. Как-то будущий полководей играл в войну — и вдруг его деревянная лошадка начала задавать ему хитроумные вопросы по стратегии. Он сперва отвечал, а потом разозлился и замахнулся на неё мечом. Тут-то и оказалось, что говорила вовсе не лошадка, а вселившийся в неё барсук-оборотень, тануки… Юный герой его одолел. Не можем удержаться и не привести динамичную картинку Ёситоси с этой сценой: Третий снизу ряд. В середине — клетка выигрыша, оставим её напоследок. Справа обливается холодной водой, чтобы не заснуть за учебными книжками, юный Араи Хакусэки (新井白石, 1657-1725). Выходец из бедной самурайской семьи, Хакусэки сумел стать выдающимся и весьма многогранным учёным — три сотни его сочинений охватывают множество областей от законоведения и экономики до истории, географии и живописи. А тут он ещё один (не последний!) пример школярского рвения. Слева — царевич Умаядо, он же Сё:току-тайси 聖徳太子 (574–622), один из основателей японской государственности и покровитель буддизма, раздаёт сверстникам проект своей конституции побуждает сверстников учиться китайской грамоте. Вырастет — всю страну многому научит. Новый ряд. Минамото-но Ёсицунэ (源 義経, 1159 –1189), пока просто Усивака-мару (牛若丸), сражается с разбойным монахом Бэнкэем на мосту Годзё:. Потом они подружатся на всю жизнь. Подробности и другие картинки — здесь. Каллиграфией занимается малолетний Такэтиё (竹千代), будущий сёгун Токугава Иэмицу (徳川 家光 ; 1604–1651). Он был нелюбимым сыном у родителей, которые продвигал в наследники его брата. Верная кормилица нашего героя Касуга добилась, чтобы Такэтиё предстал перед своим великим дедушкой, Токугавой Иэясу, и явил ему свои таланты. Иэясу был впечатлён и решил спор о наследовании в его пользу. (А с братом-соперником Иэмицу лет через двадцать ещё сочтётся насмерть, но до этого пока далеко…) У заснеженного колодца мы видим почтительного сына Накаэ То:дзю: (中江 藤樹, 1608–1648). Он с отрочества нёс воинскую службу у знатного господина. Когда То:дзю: прослышал, что его старая и одинокая мать заболела и не справляется больше с хозяйством у себя дома, он попросил у господина отпуск по уходу за ней; тот его просьбой пренебрёг. Тогда паренёк ушёл самовольно и вернулся к матери в деревню (их встреча и изображена) — прекрасно зная, что вообще-то его за дезертирство могут казнить или приговорить к самоубийству. Но господин оказался совестливым, и всё обошлось — а сам Накао То:дзю: стал потом видным конфуцианцем (и, между прочим, большим поборником женского образования). Наконец, верхний ряд. Кусуноки Масацура (楠木正行, 1326–1348), сын знаменитого государева сподвижника Масасигэ, после гибели отца на войне с мятежным Асикагой хотел покончить с собой, но мать ему не позволила и велела лучше готовиться к государевой службе. «Играя с детьми, он всегда придавал играм такой вид, что гонится за убегающим врагом, говоря при этом, что это он гонится за Асикага; он изображал, как будто рубит голову и говорил, что это он добывает голову Асикага» — что и изображено на нашей картинке. Потом он и впрямь отправился воевать за государя. Масацура был верен отцовским обыкновениям: и военными хитростями прославился, и благородным обращением с соратниками и даже с врагами. Государь Гомураками доверял Масацуре «больше, чем своим рукам и ногам». Кусуноки Масацура погиб в двадцать два года так же доблестно, как и его отец. (А с барсуками у него в детстве всё складывалось так же сложно, как и у Сингэна, но это уже отдельная история…). Дальше — маленький Бонтэнмару (梵天丸), он же Датэ Масамунэ (伊達 政宗, 1567–1636), будущий великий воин и политик. Он посещает храм (на спине у няни) и оборачивается на изваяние грозного Светлого Государя Неподвижного, Фудо:. Дитя, однако, не испугалось, а спросило монаха, почему Фудо: такой страшний и свирепый. «Это он только снаружи такой, а в сердце своём добр, спокоен и сострадателен», — ответил монах. Говорят, с него Масамунэ и решил брать пример в дальнейшем. В левом верхнем углу — Сайго: Такамори (西郷隆盛, 1827-1877), самурай из Сацумы, был одним из самых видных деятелей антисёгунского движения и раннего Мэйдзи, одним из «Троих великих героев Реставрации». О нём мы подробнее писали здесь. А на нашей картинке он — ещё подросток по имени Китиноскэ, который делит своё время между военными занятиями (вон за спиною у него оружие и доспехи сложены) и книжными. Что, собственно, предлагается и пользователям этой игры. А клетка выигрыша в этом сугороку довольно неожиданная. Это Хиёси-мару, он же впоследствии один из «объединителей Японии» Тоётоми Хидэёси (豊臣 秀吉 1536-1598), подростком на большой дороге нанимается на свою первую службу, к самураю Мацусите Кахэю. «Что ты умеешь делать?» — спросил Кахэй. «Ничего, господин. Но у вас я смогу научиться всему — и, если надо, умру за вас», — ответил Хиёси-мару и был зачислен на службу. С одной стороны, для выигрышного поля это не самый удачный пример: несколько позже Хидэёси не только не умер за своего господина, но бросил его и перешёл к более многообещающему — к Нобунаге. С другой стороны, Нобунагу он встретил, именно выполняя задание Кахэя (в области, так сказать, промышленного шпионажа — требовалось узнать, как устроены доспехи нового образца в войске Ода). Так или иначе, детство кончается трудоустройством, и правильный выбор тут может обернуться выигрышем — даже если на первый взгляд этот выбор и выглядит непритязательно! Via
  23. Как в воду глядел Вяземский

    " Лучше иметь для нас сбоку слабую Турцию, старую, дряхлую, нежели молодую, сильную демократическую Славянию, которая будет нас опасаться, но любить нас не будет. И когда были нам в пользу славяне? Россия для них – дойная корова, и только. А все сочувствия их уклоняются к Западу. А мы даем доить себя, и до крови… Сохраните письмо мое… Хочу, чтобы потомство удостоверилось, что в пьяной России раздавались кое-какие трезвые голоса". Via
  24.       Эти слова Макара Нагульнова вспомнились, когда на глаза попалась вот эта картина, приписываемая Себастьяну нашему Франксу и Яну Брейгелю Младшему: Via
  25. Крымская, флот против берега.

    Наибольший интерес с точки зрения использования береговой артиллерии представляет сражение 5 октября 1854 года. В 7 часов утра осадные батареи союзников начали бомбардировку Севастополя. Русская артиллерия открыла ответный огонь. Около 9 часов наблюдательные посты обнаружили главные силы вражеского флота, двигавшиеся к внешнему Севастопольскому рейду. У всех кораблей, даже у парусных, на 2/3 был снят рангоут, паруса не поднимались. Парусные корабли буксировались пароходами лагом (борт к борту). Личный состав русских береговых батарей находился в полной готовности и мог в любую минуту открыть огонь. [103] Вражеский флот занял позицию на внешнем рейде — от Херсонесской бухты до Волоховой башни. Его правый фланг составляли 14 французских и два турецких корабля, расположенных по дуге в средней дистанции 1600 метров от батареи № 10. Одиннадцать английских кораблей, составлявших левый фланг, сосредоточились главным образом против Константиновской батареи в средней дистанции 1200 метров. Против батарей Карташевского и Волоховой башни находился специальный отряд английских кораблей, имевший задачу подавить огонь этих батарей и действовать по Константиновской батарее с тыла и фланга. Таким образом, основные усилия неприятельского флота были направлены против фланговых батарей (№ 10 и Константиновской). План атаки Севастополя со стороны моря предусматривал уничтожение или подавление массированным огнем на первом этапе боя батарей № 10 и Константиновской, а затем Александровской. Решив эту задачу, неприятельский флот должен был ворваться на внутренний рейд и, пользуясь численным превосходством в артиллерии, подавить отдельные русские береговые батареи, после чего открыть огонь по оборонительным сооружениям Севастополя с тыла, и этим помочь штурму города с суши, намеченного на этот же день. Соотношение сил флота и береговых батарей было таково. Корабли правого фланга противника имели 746 орудий одного борта, которые стреляли преимущественно по батарее № 10 и частично по Александровской батарее. Франко-турецкой эскадре противостояли 33 орудия батареи № 10, 17 орудий Александровской батареи и 23 орудия закругленной части Константиновской батареи. Всего 73 орудия. Следовательно, на этом участке противник имел более чем десятикратное превосходство в артиллерии. Пять английских кораблей, из числа находившихся на левом фланге, в строю одной кильватерной колонны располагались к западу от Константиновской батареи и вели по ней огонь из 259 орудий с начальной дистанции 1400 метров. Батарея могла отвечать только 18 орудиями, а батарея № 10 и Александровская — 36. Таким образом, англичане имели здесь [104] почти пятикратный перевес, при этом батарея № 10 и Александровская стреляли в заведомо невыгодных условиях: с большой дистанции (1900 метров). Четыре других английских корабля, вооруженные 169 орудиями одного борта, находились северо-западнее Константиновской батареи и обстреливали ее с дистанции 1000 метров, а сами подвергались обстрелу из 15 орудий Александровской, Константиновской и № 10 батарей. Здесь противник имел одиннадцатикратное превосходство, не говоря уже о том, что батареи № 10 и Александровская действовали с больших дистанций. Правда, в некоторые моменты сражения по английским кораблям стреляли отдельные орудия Волоховой башни и батареи Карташевского, но это не могло изменить соотношение сил. Английский линейный корабль «Аретуза» (25 орудий одного борта) обстреливал батарею Карташевского, а линейный корабль «Альбион» (45 орудий борта) вступил в бой с башней Волохова. Таким образом, флот противника действовал по пяти внешним батареям из 1244 орудий, а русские вели ответный огонь только из 152 орудий{116}, часть которых стреляла почти с предельных дистанций. Основные действия развернулись в районах батарей № 10 и Константиновской. В 12 час. 40 мин. батарея № 10, в зону которой вошел французский линейный корабль «Шарлеман» и другие, открыла по ним огонь. Несколько позже начали стрельбу Александровская батарея и батарея № 8 с бастионом батареи № 7, но их огонь по сравнению с огнем батареи № 10 из-за дальности расстояния был менее эффективен. Главная тяжесть боя пала на батарею № 10, по которой сосредоточили основную массу огня французские и турецкие корабли. Артиллеристы батареи быстро пристрелялись и, достигнув попаданий, повели огонь с максимальной скорострельностью. В 13 час. 10 мин. по сигналу с флагманского корабля французские и турецкие корабли открыли огонь по батареям № 8, 10 и Александровской из 746 орудий. Пороховой дым, которым окутались корабли, [106] поднимался вверх и расползался по морю. Артиллеристы противника не могли наблюдать за падением снарядов и корректировать свою стрельбу. Артиллеристы же береговых батарей успели пристреляться, кроме того, корректировать стрельбу им несколько облегчали вспышки выстрелов корабельных орудий. Французское командование, упустив время для пристрелки, допустило и другую ошибку. Вместо того, чтобы сосредоточить весь огонь по наиболее важному объекту — орудиям береговых батарей, — оно рассредоточило его. Орудия крупных калибров (бомбовые пушки), находившиеся на нижних деках (палубах), должны были разрушить подошву земляного бруствера батареи № 10, сбить орудия и лишить орудийную прислугу защиты; орудия среднего дека вели стрельбу непосредственно по орудиям батареи № 10 и, наконец, орудия верхнего дека — по району расположения батареи с целью уничтожить здесь все живое, а также пресечь помощь батарее извне. Однако противник, не зная точного расстояния до батареи № 10 и не пристрелявшись, посылал снаряды из орудий нижнего дека не в бруствер, а ниже, в скалистый берег, отражаясь от которого, они поднимали перед батареей фонтаны воды. Орудия средних деков стреляли с большим перелетом (после боя на территории батареи было найдено 2700 ядер и неразорвавшихся бомб и большое количество осколков). Пушки верхнего дека били слишком высоко, их снаряды ложились за батареями, где не было ни орудий, ни личного состава. Лишь отдельные ядра и бомбы падали в расположении батареи. Личный состав батареи № 10 и остальных внешних батарей хорошо видел количественный перевес противника и грозившую опасность, но проявлял бесстрашие, воинскую доблесть и умение. Один из артиллеристов батареи № 10 так писал о действиях личного состава: «...Следовало защищать честь оружия, дух войска, честь и славу отечества. Нужны были неимоверные усилия... Прислуга для ускорения стрельбы порешила вовсе не прикрываться бруствером. Смутно сознавалось, что при такой громадной силе неприятеля бруствер был ничтожной защитой. Заряжать, прикрываясь им, было бы и бесполезно, и неудобно, и медленно, [107] тогда как была необходимость стрелять как можно скорее, чтобы быстротой стрельбы вознаградить слишком малое число орудий. Сознавалось, что ежели надлежало погибнуть неминуемо, то следовало погибнуть достойно и мужественно, не рассчитывая ни на прикрытие, ни на соразмерность сил, а нанося врагу возможно большее поражение в высшей степени ускоренной пальбой из тех немногих орудий, которыми приходилось отбиваться от неприятеля»{117}. Французский линейный корабль «Шарлеман», имея тяжелые повреждения и значительные потери в личном составе, вскоре покинул район боя. Когда дым несколько рассеялся, корабль со сбитой грот-мачтой и другими повреждениями был обнаружен в Стрелецкой бухте. После двух выстрелов по нему из 5-пудовой мортиры с батареи № 10 французский корабль покинул и это убежище и совсем вышел из боя. В ходе сражения на многих кораблях противника занимались тушением пожаров и устранением повреждений. Строй и боевая организация неприятельского флота были нарушены, огонь становился менее эффективным, а потом совсем прекратился. Получив серьезные повреждения, французские и турецкие корабли в 18 часов покинули район боя. Боевая деятельность береговой артиллерии в целом и, в частности батареи № 10, получила высокую оценку защитников Севастополя. Адмирал П. С. Нахимов, ставший после гибели вице-адмирала В. А. Корнилова{118}руководителем героической обороны, на следующий день прибыл на батарею и обратился к артиллеристам с такими словами: «Вы защищались как герои, — вами гордится, вам завидует Севастополь. Благодарю вас. Если мы будем действовать таким образом, то непременно победим неприятеля. Благодарю вас, от всей души благодарю вас» {119}. Теплые, душевные [108] слова прославленного адмирала, героя Синопа и любимца всех солдат и матросов вдохновили артиллеристов на новые воинские подвиги. Расположенная на возвышенности Константиновская батарея представляла хорошую цель для двух групп английских кораблей, обстреливавших ее. Как только неприятельские суда входили в зону обстрела батареи или соседних с ней батарей Карташевского или Волоховой башни, артиллеристы немедленно производили пристрелку и, добившись попаданий, развивали максимальную скорострельность. Здесь так же, как и на левом фланге, пороховой дым постепенно закрывал корабли, и русские артиллеристы корректировали стрельбу по вспышкам неприятельских залпов или по самим кораблям, если они появлялись в разрывах дыма. Противнику тоже удалось добиться попаданий в Константиновскую батарею. Одна бомба попала во дворик батареи и взорвала там несколько ящиков с боеприпасами, другая — в верхнюю незащищенную платформу батареи. Личный состав, находившийся здесь, был выведен из строя, а орудия оказались поврежденными. Оставшись у единственного уцелевшего орудия, фельдфебель 3-й артиллерийской роты Григорий Брилевич геройски продолжал стрельбу, не обращая внимания на летящие кругом ядра и бомбы. Командир английского линейного корабля «Агамемнон», решив, что Константиновская батарея после взрыва на дворике и повреждения верхней площадки выведена из строя, направил свой корабль к входу в бухту с тем, чтобы начать прорыв на внутренний рейд, подав тем самым пример остальным кораблям. Но, подвергшись сосредоточенному обстрелу с закругления Константиновской и Александровской батарей и батарей № 8 и 10, получил много попаданий и только бегством спасся от грозившей ему гибели. Бой в районе Константиновской батареи носил такой же характер, как и в районе батареи № 10: вражеские корабли, получив повреждения, или при возникновении пожаров, выходили из боя, устраняли последствия повреждений, а затем снова вступали в бой. Но огонь их становился все менее эффективным, и в 18 час. 11 мин. английские корабли вышли из зоны огня севастопольских [109] береговых батарей, которые до последней возможности вели обстрел противника. По официальным данным, на английских и французских кораблях было 520 убитых и раненых. Турецкие потери не сообщались. Однако учитывая, что в бою принимало участие 27 крупных военных кораблей, из которых 20 буксировались пароходами, и что все они получили повреждения, следует считать потери соединенного флота более значительными. Отдельные французские корабли противника пострадали изрядно. Так, например, французский флагманский линейный корабль «Париж» получил 153 попадания, линейный корабль «Наполеон» имел опасную подводную пробоину, на линейном корабле «Шарлеман» 3-пудовая бомба пробила все палубы, разорвалась в машине и разрушила ее. Характеризуя состояние французской эскадры после боя, один из командиров французских кораблей говорил: «Еще одно такое сражение, и половина нашего Черноморского флота не будет годна ни к чему».{120}. Английские линейные корабли «Аретуза» и «Альбион», действовавшие против башни Волохова и батареи Карташевского, были настолько повреждены, что их пришлось отправить в Константинополь для капитального ремонта. «Альбион» получил 93 пробоины в надводной части борта и несколько — в подводной, потерял все мачты. Он с трудом держался наплаву. Линейный корабль «Агамемнон», подвергшийся сосредоточенному обстрелу нескольких батарей, получил 240 попаданий и, по выражению корреспондента газеты «Обсерваторе Триестино», был «пробит ядрами, как решето». На флагманский линейный корабль «Британия» упало 70 ядер и бомб. На линейном корабле «Террибл» бомба, разорвавшаяся на верхней палубе, уничтожила прислугу двух орудий, другая бомба разрушила три каюты в нижней палубе и зажгла бомбовый погреб, третья повредила обшивку, в результате чего корабль стал наполняться водой, четвертая разорвалась в борту в районе ватерлинии. Английские корабли так же, [110] как и французские неоднократно попадали в свои же корабли{121}. http://rufort.info/library/denisov-perechn/denisov-perechn.html Via
  26. Визуализация объектов и событий

    Да, в форту было 2 кавальера, судя по китайскому плану.
  27. Разные кавальеры? 
  28. Визуализация объектов и событий

    Северный форт Бэйтан - 2 кавальера, 9 орудий. Южный форт Бэйтан - 2 кавальера, 13 орудий.
  29. Визуализация объектов и событий

    И вот: Это все - 2-й Северный форт. Кто найдет различия и объяснит их?
  30. Загрузить больше активности