Saygo

Волжская Булгария

2 сообщения в этой теме

И. А. Гагин. Волжская Булгария: от посольства багдадского халифа до походов князя Святослава (X в.)

Волжская Булгария - государство, возникшее в Волго-Камском междуречье приблизительно в конце VIII - начале IX века. Первоначально ее развитие проходило под протекторатом Хазарского каганата; после победоносных походов Святослава в 965 г. на хазар и вплоть до завоевательных походов монгол, Волго-Камская Булгария - независимое государство.

Основателями страны явились булгары - народ тюркского происхождения, проникший в среднее Поволжье после гибели Приазовской, или как еще по-другому называли это полугосударственное образование византийские историки, Великой Болгарии{1}. Становление ее напрямую связано с внешней политикой Византии, использовавшей булгарские племена в борьбе с аварами и славянами. После того как аварская проблема была разрешена, а Великая Болгария усилилась, - что противоречило имперской доктрине "разделяй и властвуй"{2}, - изощренная византийская дипломатия, сыграв на противоречиях между булгарами и хазарами, санкционировала войну между ними.

user posted image

Война была затяжной и окончилась полным поражением булгар. Часть их осталась на месте под владычеством хазар и археологически представлена салтово-маятской культурой{3}, часть во главе с ханом Аспарухом и в союзе со славянами отвоевала у Византии право на создание своего государства в устье Дуная; другая часть, в процессе довольно длительной миграции, обосновалась в Среднем Поволжье. В бассейне Камы булгары-утургуры и савиры возглавили местные племена уральского (финно-угорского) и славянского происхождения. Булгары и савиры вместе покинули Великую Булгарию, вместе шли вверх по течению Волги, вместе пришли в свою новую страну на Каме, но поселились хотя и рядом, но отдельно. В то же время, как считают исследователи, в каганате булгар оставалось больше, чем хазар{4}.

После крупного поражения Хазарского каганата от арабов в 737 г. довольно значительная часть булгар уходит в Среднее Поволжье{5}. Третья волна переселений с территории Хазарского каганата приходится на вторую половину IX века. Она связана с принятием в Хазарии иудейской религии, вызвавшим у булгарского населения бурю возмущений. В каганате начались смуты, которые и явились толчком к новым переселениям{6}.

Четвертое переселение булгар состоялось в конце IX - начале X века. Причиной его явилось мощное наступление на Хазарский каганат печенегов, пришедших с востока. По этому поводу С. А. Плетнева пишет: "Большинство неукрепленных степных поселений и даже некоторые города погибли, были разгромлены и сожжены в начале X в. печенегами. Снова поднялось и большими группами стало отходить из степей Донского бассейна заселявшее их население в начале X века. Шли уже по проторенным дорогам: на Дунай, в лесостепи, в лесные славянские земли (в верховья Дона) и в Волго-Камье. Все это подтверждается, прежде всего, археологически. В Подунавье появились новые болгарские поселения, относящиеся к X в. и аналогичные донским и крымским того же времени. Наконец, в сложившемся к этому времени государстве болгар на Волге также, по данным археологов, хорошо прослеживается болгарская волна эмиграции X века. Таким образом, это была четвертая и последняя волна болгарских и родственных им этносов на территории Восточной Европы"{7}. Ответ на вопрос, почему хазары и здесь, на Средней Волге, не оставили в покое поверженного врага, предельно прост. Средневолжские народы были задействованы в систему международной торговли Востока и Запада еще до проникновения булгарских племен в Волго-Камское междуречье. "Можно смело утверждать, что в V-VI веках эта территория находилась в постоянном и регулярном сношении с арабским миром. Об этом свидетельствуют клады, состоящие из одних сасанидских монет V-VI веков, найденные в землях булгар". На протяжении столетий Волга являлась торговым путем, соединяющим Северную Европу с Востоком. По мнению ряда историков главной торговой магистралью являлась Волга, а не "путь из варяг в греки", а Днепровский торговый путь приобрел свое актуальное значение несколько позднее{8}.

Участок Волги, который начали контролировать булгары, являлся серединным отделением торгового пути, что сулило им очень большие выгоды. Но зависимость от Хазарского каганата не давала Булгарии возможности развиваться не только экономически, но и политически, так как протекторат тормозил становление булгарской государственности.

Основными источниками для написания работы явились данные восточных писателей, и, в первую очередь, таких как Ахмед ибн-Фадлан, который, будучи секретарем посольства багдадского халифа аль-Муктадира к царю волжских булгар Алмасу, лично посетил Среднее Поволжье в 922 г. и оставил об этом отчет, а также Абу-л-Касим Ибн Хаукал, сохранивший в своем произведении известие о разгроме булгар и хазар киевским князем Святославом, которое является дискуссионным в современной историографии.

И. Ю. Крачковский писал: "Хотя у нас нет никаких биографических сведений относительно Ибн-Фадлана, тем не менее никогда не возникало серьезных сомнений в подлинности его записки"{9}. Однако, некоторые сомнения у специалистов все-таки были, так как в повествовании Ибн-Фадлана встречается довольно много, по сути дела, сказочных мест, например, описание костей великана и т.д. Однако в защиту арабского путешественника выступил В. Г. Тизенгаузен. Некоторое время спустя А. П. Ковалевский привел ряд доказательств того, что основная часть написанного Ибн-Фадланом является важным историческим источником.

Рассказы ("Рисале") Ахмеда ибн-Фадлана о его путешествии на Волгу стали достоянием науки благодаря трудам Х. М. Френа и до середины 30-х годов XX в. были известны только в отдельных отрывках, извлеченных из компиляции арабского писателя XIII в. Йакута аль-Хамави ар-Руми, автора "Географического словаря", в котором он делал выписки из различных источников, дающих нужные географические знания арабским путешественникам и купцам. В его труд попали страницы ибн-фалановского отчета о путешествии на Среднюю Волгу посольства багдадского халифа. Кроме Френа данные Ибн-Фадлана в передаче Йакута использовались такими востоковедами XIX столетия, как И. Н. Березин, С. М. Шпилевский, В. В. Григорьев.

Абу-л-Касим Ибн Хаукал является младшим современником и, по словам Крачковского, продолжателем ал-Истархи{10}. Свои путешествия он начал из Багадада в мае 943 года. Под видом купца долго странствовал по северной Африке, по Испании, бывал в Неаполе и Палермо, знал Месопотамию, Иран, часть Индии, Хорасан. В центре внимания Ибн-Хаукаля лежала "область ислама", кроме того он сделал записи о разгроме хазар русами Святослава.

Долгое время считалось, что Ибн Хаукал также как и Ибн-Фадлан побывал в Булгаре. В частности, он довольно подробно сообщает о городах Волжской Булгарии, о торговле булгар мехами с русами, о соседях булгар{11}. Предположение строилось на заявлении Ибн Хаукаля о разгроме Булгара русами Святослава и довольно убедительном описании бедствий разгрома. Д. А. Хвольсон был первым, кто отметил и обосновал сомнительность данного предположения в одном из приложений к изданному им в 1869 г. переводу сочинений арабского путешественника Ибн-Русте{12}.

Историография проблемы довольно обширна. Практически все исследователи, изучавшие Древнюю Русь и ее взаимодействия со странами Востока, высказали ту или иную концепцию. В любом случае войны Руси с Хазарией закончились победой Руси и окончательным освобождением Волжской Булгарии от хазарской зависимости. С этого момента Булгария начинает бурно развиваться экономически и уже через двадцать лет становится гегемоном в обширном средневолжском регионе.

Для того, чтобы понять подоплеку стремления булгар освободиться от хазарской опеки, необходимо рассмотреть, что из себя представляли два этих государства в первой половине X века. Из анализа экономического состояния Хазарского Каганата и Волжской Булгарии следуют выводы, неутешительные для Хазарии. Каганат существовал за счет эксплуатации торговых путей, взимая пошлины с проходящих караванов. Волжская Булгария, обладая растущей экономикой и находясь в центре Волжского торгового пути, вынуждена была отдавать львиную долю доходов своему врагу и сюзерену.

В российской историографии долгое время сохранялась точка зрения, указывающая на положительную роль Хазарского каганата для судеб народов Восточной Европы, в том числе славян и волжских булгар{13}.

Б. А. Рыбаков пишет: "Паразитарное государство хазар, жившее за счет таможенных пошлин, держало в своих руках все выходы из Восточной Европы на Восток в страну гузов, Хорезм и остальные владения Халифата. Хазарский каган брал большие пошлины при проезде и возврате, а в случае благоприятного для него соотношения сил просто грабил возвращавшиеся караваны, как это было в 913 году"{14}.

Производительные силы Хазарии находились на слишком низком уровне для того, чтобы обеспечить ее нормальное развитие. "Страна хазар не производит ничего, чтобы вывозилось на юг, кроме рыбьего клея, ибо мед, воск, меха, которые Персия получает из Хазарии, ввозятся туда из Руси, Булгар и Киева", - сообщает мусульманский путешественник Мас'уди{15}.

Таким образом к началу X в. экономика Хазарии опиралась только на широкие международные торговые связи, при этом главную роль играла транзитная торговля, нередко спекулятивная перепродажа. Перед нами вырисовывается образ государства-монстра, совершенно непохожего на благодетеля зависимых от него народов.

Объективная причина, превратившая Хазарию, имевшую огромное экономическое и политическое влияние на большое количество восточноевропейских народов, остановившую армии непобедимых арабских полководцев, в типично паразитарное государство, была. Письмо царя Иосифа к чиновнику Кордовского халифата Хаздаю бен Шафруту, рассказывающее о величии Хазарии, всего лишь упоминание об этом ушедшем величии{16}.

Л. Н. Гумилев, много лет занимавшийся археологическим исследованием Хазарского каганата, основную причину падения экономики страны видит в резких климатических изменениях. В начале X в. на севере Восточной Европы на протяжении довольно длительного времени шли обильные дожди, что в конечном итоге привело к подъему уровня Каспийского моря. В результате этого природного катаклизма хазарские поля, пастбища и рыбные угодья оказались под водой. Экономика каганата рухнула. Хазары потеряли две трети своей территории, и, следовательно, и свои богатства{17}. Это заставило хазар существовать за счет эксплуатации волжского торгового пути.

Но это не означает, что Хазария пришла в полный упадок. Ко времени правления кагана Иосифа (40 - 60 гг. X в. - И. Г.) государство хазар, окруженное со всех сторон многочисленными враждебно настроенными племенами номадов, потеряло былое величие, но оставалось еще могущественным.

На фоне Каганата Волжская Булгария экономически выглядела намного выгоднее. В начале X в. основу ее экономики составляли довольно развитые для своего времени сельское хозяйство, ремесленное производство и разветвленная торговля. Арабский географ и путешественник Ибн-Русте писал, что "болгаре народ земледельческий и возделывает всякого рода зерновой хлеб, как то: пшеницу, ячмень, просо и другие"{18}. По свидетельству Ибн-Фадлана, "их пища - это просо и мясо лошади, но и пшеница, и ячмень у них в большом количестве"{19}. Продукты земледелия служили важной статьей дохода булгарского экспорта. Лаврентьевская летопись под 1024 г. сообщает о волнениях и голоде в Суздальской земле. "Бе мятеж велик и голод по всей той стране; идоша по Волзе вси луддье в Болгары и привезоша жито, и тако ожиша"{20}.

Наряду с земледелием большое значение в экономике булгар имело животноводство, которое служило источником сырья для ремесленного, прежде всего, кожевенного и косторезного производства. Булгарские сапоги, прозванные "булгари", пользовались на Востоке огромной популярностью{21}. В отличие от Хазарии Волжская Булгария была страной ремесел, продукция которых также служила важной статьей экспорта. Изделия булгарских мастеров, в частности, ювелирные, использовались как обменный эквивалент у народов Севера и Пермского края на дорогостоящий на Востоке мех соболя, куницы, бобра и горностая.

По мере роста торговли со странами Востока, в Булгарии стали появляться восточные мастера, а вслед за ними и ученые, способствовавшие развитию местной культуры{22}. Якубовский называет Булгар в полном смысле слова восточным городом. По его мнению, только благодаря оживленным отношениям Булгарии с Хорезмом объясняется столь быстрая мусульманизация страны{23}.

Булгарская экономика развивалась быстрыми темпами, которые искусственно сдерживались политикой каганата. Подобное положение вещей не могло устроить ни булгарскую знать, ни купечество, терпящего значительные убытки при сбыте товаров. Приезжие купцы, вынужденные платить налоги, также были заинтересованы в усилении роли государства у булгар, что могло гарантировать безопасность их торговли, торговых путей и "развития товарно-денежных отношений". Алмас, булгарский эльтебер, вынужден был платить хазарам десятину от вырученных доходов.

После неудачного сватовства хазарского кагана к дочери царя булгар, когда Алмас сделал свой жесткий выбор, понимая, что "отказ отдать дочь был в то время отказом от признания вассальной зависимости"{24}, и все могло закончиться большим конфликтом, он посылает миссию в Багдад к халифу Джафару аль-Мукдадиру-биллаху, рассчитывая на его поддержку. И главный козырь в его игре - желание принять веру из рук самого повелителя правоверных.

Почему Алмас не обратился за помощью к хорезмийцам - своим экономическим партнерам? Ургенч, столица Хорезма, значительно ближе, чем Багдад. Проникновение ислама в Волжскую Булгарию началось благодаря тесным контактам с хорезмийскими купцами, а также благодаря успешной миссионерской деятельности, проводимой на рубеже IX-X вв. хорезмийским правительством{25}.

Прибывший к булгарам в 922 г. Ибн-Фадлан сообщает о существовании в Булгарии хорезмийской колонии, а также о пяти тысячах принявших ислам баранджарах, которые, по мнению А. Х. Халикова являлись одной из последних групп булгар, переселившихся из Хазарии{26}. Следовательно, булгары еще до прибытия посольства халифа Муктадира были знакомы с исламом через Хорезм и определенная часть булгарского общества уже была исламизирована{27}. Если верить Ибн-Русте, который писал несколько раньше Ибн-Фадлана, Алмас становится мусульманином где-то в начале X столетия, будучи еще молодым человеком{28}. Скорее всего, ислам приняла вся семья булгарского царя, который, возможно, явился инициатором принятия религии. Получается, что Алмас, будучи мусульманином, решает принять ислам еще раз. Только политический расчет мог подвигнуть его на такой неординарный шаг.

В одном из трех писем, отправленных с посольством, булгарский повелитель просит халифа "о присылке к нему людей из тех, кто научил бы его вере, преподал бы законы ислама, построил бы для него мечеть, воздвигнул бы для него минбар, чтобы совершалась на нем молитва за него (царя) в его городе и во всем государстве"{29}.

Алмас мог обратиться с подобной просьбой к саманидскому эмиру и тот с радостью отправил бы в Булгарию своих мастеров для постройки мечети и минарета, а особенно имамов и муэдзинов, тем более, что знакомство с исламом у булгар произошло именно посредством Саманидской державы задолго до описываемых событий. Не зря ведь эмир Наср ибн-Ахмед даже не хотел пропускать через свои территории посольство халифа в Волжскую Булгарию, выразив свое недовольство тем, что не к нему, повелителю державы Саманидов, обратился булгарский эльтебер. Хорезмшах Мухаммад ибн-Ирак выразил это недовольство следующей фразой: "Великий эмир, то есть эмир Хорасана, имел больше прав воздвигнуть проповедь за [в пользу] повелителя правоверных в этой стране, если бы он нашел возможность, так как вы далеко и так как между вами и этой страной, о которой вы говорите, [есть] тысяча племен неверных"{30}.

На самом деле Алмас довольно тонко и дальновидно просчитал ситуацию. Для усиления роли централизованной власти необходимо было принятие государственной идеологии, ставившей Булгарию на один уровень с другими суверенными державами, исповедующими одну из мировых монотеистических религий. Заключив военный союз с гузами, Алмас тут же наживал себе врага в лице Хорасанского эмира, что подорвало бы торговые связи с Хорезмом. В то же время держава Саманидов не могла быть союзницей Волжской Булгарии в борьбе с Хазарией, так как иудейская Хазария и Хорезм были связаны тесными экономическими и политическими узами.

Хорезм X столетия представлял собой небольшое владение в низовьях Аму-Дарьи и был разделен на две части - южную, со столицей Кят, и северную, с главным городом Гурганджем (Ургенчем). Обе части Хорезма состояли в вассальной зависимости от саманидских государей, столицей которых была Бухара, но вели почти совершенно независимую политику. При этом Ургенч играл крупную роль в торговле. По свидетельству Истахри, даже в Хорасане хорезмийцы были главными представителями торгового сословия. Именно они держали в своих руках торговлю с кочевниками и находились в оживленных сношениях с хазарами и волжскими булгарами{31}.

Союз с Хорезмом политического освобождения от хазарской зависимости Волжской Булгарии принести не мог. Кроме того, он серьезно поссорил бы булгар с гузами, их ближайшими соседями, находившимися с хорезмийцами в состоянии военных действий, сменяющихся активной торговлей. Алмас прекрасно понимал, что обращение в Хорасан не даст ожидаемого результата в проведении религиозной реформы, так как это приведет к идеологической зависимости от бухарского эмира.

Далекий Багдад, по точному рассуждению Алмаса, не мог оказать политического воздействия на Булгарию, тем более, что к данному времени (первая четверть X в.) Халифат Аббасидов претендовал на основную массу своих бывших территорий лишь номинально{32}. Но в то же время, принять ислам практически из рук самого повелителя правоверных - более чем престижно.

Это давало Алмасу массу возможностей как клиента самого халифа, но самое главное заключалось в том, что он, булгарский эльтебер, повелитель пока небольшого, но набирающего силы государственного образования, становился вровень с эмирами Хорасана. Алмас возлагал на своих послов очень большие надежды.

Возглавил посольство Абдаллах ибн Башту по прозвищу "Хазарин". Скорее всего, он был влиятельным эмигрантом из Хазарии, находившимся в оппозиции политической линии кагана и по этой причине вынужденный покинуть свою страну и поступить на службу к булгарскому царю. А. П. Ковалевский считает, что Абдаллах ибн Башту был великолепным дипломатом и сумел убедить всесильного начальника гарема халифа и его ближайшего советника Назира аль-Харами сделать так, чтобы халиф принял булгарских послов. Несомненно, этот человек был наслышан о булгарском царе, тем более, что одно из писем Алмас адресовал именно ему; и, наверняка, многое знал о булгарском рынке, через который на Восток поставлялось огромное количество славянских рабов.

Булгар в X в. стал одним из центров ввоза на Восток белых рабов. Историк М. Н. Покровский отметил, что "русские купцы, которых удалось близко наблюдать арабам, вместе с мехом соболей и чернобурых лисиц привозили в болгарскую столицу молодых девушек, привозили в таком числе, что по арабскому рассказу, можно, пожалуй, принять этот товар за главную статью русской отпускной торговли"{33}.

Можно сделать безошибочное предположение, что Алмас порадовал аль-Муктадира ценным подарком в виде прекрасной славянской рабыни и, скорее всего, не одной. Тем более, что представлен булгарский эльтебер халифу был как "царь славян", то есть, повелитель того самого мира, откуда черпались неисчислимые ресурсы прекрасных рабынь и выносливых рабов. Можно согласиться с Ковалевским, считавшим, что название "царь славян" булгарскими послами употреблялось, чтобы возвеличить Алмаса в глазах халифского двора, представить его могущественным владыкой северных народов, к которым на Востоке причислялись и булгары{34}. Титул "царь славян" - дипломатический ход булгарского посольства, который помог убедить Назира аль-Харами представить их халифу.

Абдаллаху ибн Башту удалось заинтересовать аббасидского повелителя, и он принял предложение булгарского эльтебера. Посольство халифа Муктадира насчитывало пять тысяч человек, среди которых были купцы, ремесленники, воины и духовные лица при трех тысячах вьючных животных, не говоря о верховных{35}. По тем временам это был огромнейший караван.

12 мая 922 г., через полгода после отправления из Багдада, посольство халифа прибыло в ставку Алмаса. 16 мая, в четверг, состоялось торжественное облачение булгарского эльтебера властью. Развернули два знамени, оседлали лошадь привезенным из Багдада седлом, надели на Алмаса официальное черное одеяние аббасидских вельмож: "савад" и тюрбан. На другой день произошло первое богослужение, когда была провозглашена новая хутба с новым мусульманским именем царя и титулом "клиент повелителя правоверных". С этого момента Алмас становился булгарским эмиром Джафаром ибн-Абдаллахом.

В Хазарии весть о прибытии в страну булгар посольства халифа и об окончательном утверждении там ислама вызвала большое возбуждение среди местных мусульман. Возмутителями спокойствия оказались представители мусульманского духовенства. Для начала репрессивных мер, в качестве предлога, каган выдвинул разрушение мусульманами синагоги где-то на территории Ирана{36}. Царь хазар приказал, "чтобы минарет [в столице Хазарии] был разрушен, казнил муэдзинов и сказал: "Если бы, право же, я не боялся, что в странах ислама не останется ни одной не разрушенной синагоги, я обязательно разрушил бы и мечеть"{37}.

Ярко выраженный гнев халифа указывает на то, как болезненно им была воспринята весть о посольстве халифа к булгарам. Судя по накалу, весть эта

была неожиданной. Узнал он о свершившемся, как факте, уже во время пребывания посольства халифа в стране булгар летом 922 года. Как бы ни был разгневан хазарский каган, власть его над булгарами значительно ослабла. И в то же время, к величайшему огорчению Алмаса, молодая страна не смогла избавиться от протектората хазар. Связано это было с невыполнением посольством халифа одного из условий договора: деньги, обещанные Багдадом для постройки крепости, прикрывающей Булгарию от набегов хазар, посольство привезти не смогло.

Алмас был разгневан, так как рушилась часть тщательно продуманного плана. Ибн-Фадлан рассказывает: "Когда прошло три дня по прочтении письма [халифа] и вручении подарков, он прислал ко мне. До него дошли сведения о четырех тысячах динаров... Итак, когда я вошел к нему, он приказал мне сесть, и я сел, а он бросил мне письмо повелителя правоверных и сказал: "А деньги, упомянутые в них обоих, что с ними сделано?" Я сказал: "Трудно было их достать, время было стеснено, мы боялись упустить возможность для приезда [сюда], так что мы оставили их, чтобы они следовали за нами". Тогда он сказал: "Действительно, приехали вы все вместе, и то, что на вас истратил мой господин, он истратил для доставки этих денег, чтобы я построил на них крепость, которая бы защитила меня от иудеев, которые поработили меня... Я не требую денег ни у кого, кроме тебя, поэтому отдавай деньги и это будет самое лучшее для тебя"{38}.

Ибн-Фадлан деньги достать нигде не мог, так как хорезмиец Ахмед ибн-Муса, который должен был привезти необходимую сумму, не смог или не захотел догнать караван. Несколько дней Алмас ждал и, полностью разуверившись, приказал вновь ввести среднеазиатский обряд двойной икамы{39}, замененный после приезда посольства халифа на багдадский, когда муэдзин, приглашая верующих к молитве в мечети, читает икаму только один раз.

Чтобы был ясен смысл действий булгарского эмира, необходимо рассмотреть некоторые особенности суннитского ислама, в котором уже во второй половине VIII - начале IX в. возникли разные партии или так называемые мазхабы{40}, отличающиеся друг от друга в деталях богослужения, в том числе и чтении икамы.

В Аравии и Багдаде с начала IX в. утвердились школы богословов Шафии и Ханбали (шафиты и ханбалиты), правовая система которых отличалась крайней нетерпимостью ко всякого рода новшествам, отрицанием свободы мнений в религии, фанатичной строгостью в соблюдении обрядовых и правовых норм шариата. В Средней Азии получило распространение учение Абу Ханифа. Успешному распространению ханифитского права способствовали относительная терпимость к инакомыслящим и широкое пользование местным обычным правом, сложившимся до ислама. Вследствие этого ханифизм охотно принимали кочевники, сохраняя тем самым свои старинные патриархальные обычаи. Кроме того, ханифиты более терпимо, чем последователи других мазхабов, относились к иудеям и христианам и более широко применяли в правовых вопросах райя (личное мнение, основанное на здравом смысле) и кыяс (суждение по аналогии). Удвоение икамы как раз было характерно для ханифитов.

Вопрос об икаме был вопросом не только религиозным, но и политическим, вопросом престижа, поэтому Ибн-Фадлан, возмущенный тем, что муэдзин удваивает икаму, делает ему выговор. Алмас призывает к себе все посольство и устраивает "диспут", подсказанный ему советниками из среднеазиатского духовенства, на котором показывает послам ошибочность совершенного ими поступка. На основании этого булгарский повелитель отказывается принять багдадский мусульманский обряд и остается при среднеазиатском. Однако, при этом он не снимает с себя титул клиента повелителя правоверных.

Когда утихли страсти и багдадское посольство начало собираться на родину, Алмас признался Ибн-Фадлану, что деньги на постройку крепости у него есть и с избытком, но он верил в силу динаров, переданных на это дело самим халифом, а значит освещенных им{41}. Двойственность ситуации оказалась на руку булгарскому эмиру. Багдадский мусульманский обряд не был приемлем для булгарской действительности. Кроме того, сохранение ханифитского права являлось необходимым ввиду уже давно установившихся торговых и культурных связей со странами Средней Азии.

user posted image

Башня «Чёртового городища» в Елабуге

Однако, столь необходимая булгарскому эмиру крепость, которая прикрывала бы столицу от хазарских и буртасских набегов, построена не была. Возможно, как раз тогда было принято решение перенести столицу в глубь страны, за леса, подальше от алчных хазарских беков. Вероятно, именно так появился на реке Малый Черемшан город Биляр, ставший в последствии одним из самых крупных городов Европы{42}, известный по русским летописям, как "Великий город булгарский". Джафару ибн Абдаллаху пришлось временно смириться со сложившимся положением и заняться обустройством Булгарии, продолжая выплачивать Хазарии положенную дань.

Алмас, по всей видимости, сразу и не понявший этого, нашел изумительный повод, чтобы, не задев достоинства халифа и оставшись его клиентом, сохранить в государстве не принятый Багдадом религиозный толк ислама. В частности, он говорил: "...я не принимаю от вас помощи в деле своей веры, пока не придет ко мне такой человек, который будет правдив со мной в том, что он говорит"{43}. Приняв имя Джафара - имя багдадского халифа - Алмас скрестил свою светскую власть с духовной властью халифа. Цель была одна - укрепление своего политического авторитета. Одним из первых шагов новоиспеченного булгарского эмира явилась попытка приведения к покорности группы племен, противившихся исламизации.

Постепенно булгарскому эмиру удается подавить очаги сопротивления жаждущих независимости племенных булгарских вождей. К середине 60-х годов X в. Волжская Булгария приобретает очертания цельного государственного образования. Судя по городищам, изученным археологами на сегодняшний день, территория Булгарии занимала три обширных региона Среднего Поволжья - Предволжье, Предкамье и Закамье.

Предволжье характеризуется, в основном, своеобразным "горным" рельефом, который представляет собой один сплошной хребет. Тянется эта возвышенность от с. Верхний Услон (напротив Казани) до Самарской Луки, занимая всю его излучину, а также проходит по территории современной Пензенской области. Удобные пути для прохода в Предволжье с запада, юго-запада и юга находятся в долинах р. Свияга и ее притоков, например: Цильны, Булы, Кубни и др. Именно на них и расположено подавляющее большинство булгарских городищ, которые несли наиболее важную функцию - оборону территории. Укрепленные поселения булгар как бы "запирают" эти долины, передавая своеобразную "эстафету" друг другу{44}.

Второй регион - Предкамье, занимающий междуречье Волги и Вятки, а с юга ограниченный Камой. По характеру рельефа эта территория делится на три части: "Во-первых, Вятско-Волжский водораздел, который ближе к юго-востоку переходит в Вятско-Камский; затем, длинный и пологий спуск к Волге, и, наконец, короткий спуск к Каме, создающий ее правый берег"{45}.

Основная концентрация булгарских городищ находится в местах, наиболее защищенных природой и удобных для проживания. Они тяготеют к Каме и контролируют течение, доминируют над местом слияния с Вяткой или господствуют над бассейном реки Омарки, правого притока Камы.

Третий регион - Закамье. Это самая значительная по площади территория государства булгар. Она отличается от остальных частей равнинным характером местности, имея слегка "волнистый вид", характерный для заволжских равнин{46}. Однако, имеются и резко асимметричные части в долине Малого Черемшана, где левый берег почти незаметно спускается к реке, а на правом возвышаются обрывистые высоты Балынгуз, поднимающиеся над рекой на 40 - 50 метров.

В основном равнинная местность Закамья предопределила довольно равномерное распределение булгарских городищ по ее территории. Основная их часть находится в бассейнах рек Большого и Малого Черемшана, Шешмы, Ахтая, Бездны, Сульчи и покрывает своеобразной сетью всю местность. Подобная равномерность распространения укрепленных поселений как нельзя лучше служит обороне всей территории. Согласно таблице "Городища Волжской Булгарии", приведенной в монографии А. М. Губайдуллина, из исследованных 167 булгарских городищ 124 были основаны именно в X веке{47}. Немалое их количество располагалось на правобережье Волги. Именно сюда, к границам булгарского государства, подошли в 965 г. войска Святослава.

Если верить Абу-л-Касиму ибн Хаукалу, киевский князь должен был пройти через эти укрепленные городки, взяв их, и двигаться к Булгарской столице, расположенной на левом берегу Волги. Но никаких разрушений, датируемых X в., на городищах не обнаружено; не отмечено таких разрушений и на Булгарском городище. Практически все они прекратили свое существование в XIII в. - это действительно фиксируется археологами: монгольское нашествие стерло с лица земли основную массу булгарских поселений, но это произошло через 270 лет после рассматриваемых событий.

Какие выводы можно сделать, исходя из выше сказанного? Только один: если Святослав и подходил к границам Булгарского государства, то никаких военных действий не предпринимал. Вспомним предположения исследователей о походе Святослава на Хазарию. Совершенно по-разному в них рассматривается положение Волжской Булгарии. По одним - столица ее была разорена, как и хазарские города, по другим - булгар громили скандинавы и т.д. Особого внимания заслуживает гипотеза Т. М. Калининой{48}. Она пришла к выводу, что войско Святослава вообще не было на Средней Волге. По ее мнению, в 965 г. Святослав прошел по Днепру до границ с Хазарией, захватил Белую Вежу и, разгромив войско кагана, двинулся в земли ясов и касогов, затем он вернулся в Киев{49}. Это соответствует летописной версии, которая ни словом не упоминает о волжских булгарах.

Во время первого похода 965 г. Святослав, согласно Лаврентьевской летописи, "иде на козары. Слышавше же Козари, изидоша противу с князем своим Каганом, и соступишося бити; и бивши брани, одолел Святослав Козаром и град их Белевежу взя. Ясы победи и Касогы"{50}. Калинина считает, что рейд дружины Святослава был не слишком глубоким, но если учесть, что он действовал в союзе с кочевниками, которые, согласно ибн-Мискавейху, в 965 г. также напали на страну хазар, удар был чувствительным. Кагану пришлось просить помощи у хорезмийцев и только это тогда спасло страну от полного разгрома{51}. В расплату за оказанную эмиром Хорасана поддержку большинство хазар принимает ислам (исключая кагана и его ближайшее окружение).

Вполне возможно, что хорезмийцы, проводившие среди кочевников активную миссионерскую деятельность, помогли хазарам заключить с печенегами какой-либо договор. Каган, жаждущий сатисфакции за разгром и пользуясь отсутствием увязшего в Балканской войне Святослава, натравляет печенегов на беззащитный Киев. Летописец сообщает: "В год 6476 (968). Пришли впервые печенеги на Русскую землю, а Святослав был тогда в Переяславце, и заперлась Ольга со своими внуками - Ярополком, Олегом и Владимиром в городе Киеве. И осадили печенеги город силой великою: было их бесчисленное множество вокруг города, и нельзя было ни выйти из города, ни вести послать, и изнемогли люди от голода и жажды"{52}. Как сказано в летописи, Святослав был предупрежден смекалистым киевским "отроком" и, неожиданно для всех, его дружины появились под Киевом, что вынудило печенегов поспешно снять осаду и уйти за пределы Руси.

Святослав должен был наказать хазар. Личная дружина киевского князя не принимала участия в карательной экспедиции, поэтому и молчат о ней русские летописи. Но скандинавские наемники Святослава, принимавшие участие в войнах на территории Дунайской Болгарии, нанесли сокрушительный удар по хазарским городам, который так поразил Ибн-Хаукала, что он написал: "...и сказал тот, кого я спрашивал: "Там виноградники или сад такой, что был милостыней для бедных, а если осталось там что-нибудь, то только лист на стебле". Пришли на него русийи, и не осталось в городе не винограда, ни изюма. А населяли тот город мусульмане, группы приверженцев других религий и идолопоклонники, и ушли (они)..."{53}.

По мнению Калининой, Хазария испытала два вторжения: первое было предпринято в 965 г. под руководством князя Святослава и это зафиксировано в летописях. Второе вторжение было совершено в 969 г., но Святослав не принимал в нем участия, поэтому об этом походе и молчат летописные источники. Набег совершили скандинавские наемники Святослава, сам князь в это время находился в Дунайской Болгарии. Сведения эти дошли до Ибн Хаукаля, который писал практически исключительно об "области ислама", о чем было сказано выше, поэтому он и отметил мусульманский Булгар, возможно элементарно перепутав две страны.

На мой взгляд концепция Калининой является верной, но следует внести в нее небольшие дополнения. В первую очередь вспомним, что Святослав в 964 г. пришел на Оку к вятичам. Летописец сообщает: "И иде на Оку реку и на Волгу и налезе Вятича, и рече Вятичем: "кому дань даете?" Они же реша: "Козарам по шьлягу от рала даем, по беле и веверице от дыма"{54}. Вопрос, зачем? Возможно причиной столкновения Руси с Хазарским каганатом явились вятичи, до 964 г. платившие дань хазарам.

Вятичи - восточнославянские племена, которые в X-XII вв. жили в районе Средней и Верхней Оки, в местах, богатых пушным промыслом{55}. Ока имела большое значение в становлении торговых связей Восточной Европы со странами Халифата{56}. Находки восточных монет известны на всем протяжении Оки в пределах территории, занятой вятичами, от ее верховьев до Старой Рязани, что убедительно подтверждает значение реки как важной торговой артерии в системе Волжского торгового пути{57}.

Владеть землей вятичей - владеть важной частью торговой магистрали, связывающей Восточную Европу с Халифатом. Это Святослав прекрасно понимал, поэтому столкновение с хазарами было предрешено. Скорее всего, Волжскую Булгарию киевский князь в то время опасной не считал. Связи с ней были налажены давно, так как "в Булгаре сходились торговые пути, которые шли и из северных областей Восточной Европы, и из Киева через Рязанскую землю"{58}.

Святослав владел информацией о том, что булгары тяготятся своей зависимостью от хазар, и как искусный полководец, а также дипломат должен был воспользоваться такой благоприятной ситуацией, рассчитывая, по крайней мере, на булгарский нейтралитет. Возможно, как это практиковалось в средневековой дипломатии, перед заключением соглашения с булгарами была предпринята демонстрация силы, но не более. А. П. Новосельцев пришел к выводу, что "Волжская Булгария в X в. не была союзницей Хазарии и никаких следов погрома Булгара этого времени археологически не обнаружено"{59}.

Умолчание летописца о движении через Булгарию может говорить о том, что Святослав практически здесь не задержался. Где-то на подступах к городу Булгару произошла встреча русского князья и булгарского эмира, на которой, скорее всего, был достигнут договор о нейтралитете волжских булгар, который в данных условиях был обоюдовыгодным. Подтверждением можно считать мнение татарского историка Ш. Марджани, полагающего, что мирный договор 985 г. между булгарами и русами был повторением более раннего мира, заключенного во время похода Святослава 965 года{60}.

События, последовавшие за походом Святослава, являются главным доказательством того, что войска русов не опустошали булгарские земли. В частности, разгромом Хазарии воспользовались не столько русские, сколько булгары. К ним перешло наследие хазар от нижнего до среднего течения Волги. Булгары усилились настолько, что уже через несколько лет сыну Святослава Игоревича Владимиру пришлось совершить новый, более внушительный поход на Булгарию{61}.

Полной независимости от хазар волжские булгары смогли добиться в связи с русско-хазарскими противоречиями. Их основная причина - жажда Руси и Хазарии влиять на территории, составляющие важную часть Великого волжского торгового пути, а именно - земли вятичей.

Примечания

1. ЛИПЩИЦ Е. Е. Никифор и его исторический труд. Военный вестник. 1950, т. 3.

2. УДАЛЫДОВА З. В. Дипломатия ранней Византии. - Вопросы истории, 1983, N 12.

3. ХУЗИН Ф. Ш. Булгарский город в X - начале XIII вв. Казань. 2000, с. 56.

4. БАРИЕВ Р. Х. Волжские булгары: история и культура. СПб. 2005, с. 47.

5. ХАЛ И КОВ А. Х. Изучение археологической культуры ранних болгар на Волге. Плиска-Преслав. Прабългарскта култура. Материали от българосъветската среща. Шумен. 1976. София. 1981, с. 39.

6. ПЛЕТНЕВА С. А. Древние болгары в восточноевропейских степях. - Татарская археология, 1997, N 1, с. 45 - 46.

7. Там же, с. 48 - 49.

8. ВИЛИНБАХОВ В. Б. Балтийско-Волжский путь. - Советская археология, 1963, N 3, с. 132, 127; КРОПОТКИН В. В. Торговые связи Волжской Булгарии в X в. по нумизматическим данным. Славяне и их соседи. М. 1970, с. 147; ЯНИН В. Л. Нумизматика и проблемы товарно-денежного обращения Древней Руси. - Вопросы истории, 1956, N 8, с. 84 - 87.

9. КРАЧКОВСКИЙ И. Ю. Избранные сочинения. Т. IV. М. 1957, с. 185.

10. Там же, с. 198.

11. КАЛИНИНА Т. М. Древняя Русь и страны Востока в X в. (Средневековые арабо-персидские источники о Руси). Автореф. канд. дисс. М. 1976, с. 14.

12. ХВОЛЬСОН Д. А. Известие о хазарах, буртасах, болгарах, мадьярах и руссах Абу-Али Ахмеда бен-Омар Ибн-Даста. СПб. 1869, прим. 8, с. 86.

13. КЛЮЧЕВСКИЙ В. О. Курс русской истории. Т. I. М. 1987, с. 139 - 140; МАВРОДИН В. В. Образование Древнерусского государства. Л. 1945, с. 19.

14. РЫБАКОВ Б. А. Киевская Русь и русские княжества XII-XIII вв. М. 1982, с. 376.

15. ГАРКАВИ А. Я. Сказания мусульманских писателей о славянах и русах. СПб. 1870, с. 133.

16. КОКОВЦЕВ П. К. Еврейско-хазарская переписка в X в. Л. 1932, с. 99.

17. ГУМИЛЕВ Л. Н. Тысячелетие вокруг Каспия. М. 1992, с. 123; его же. Открытие Хазарии. М. 2003.

18. ХВОЛЬСОН Д. А. Ук. соч., с. 21.

19. КОВАЛЕВСКИЙ А. П. Книга Ибн-Фадлана, с. 136.

20. Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. 1. М. 1997, стлб. 147.

21. ХЛЕБНИКОВА Т. А. Кожевенное дело. Город Болгар. Очерки ремесленной деятельности. М. 1988, с. 145.

22. ВАЛЕЕВА Д. К. Искусство волжских булгар (X - начало XIII вв.). Казань. 1983, с. 9.

23. ЯКУБОВСКИЙ А. Ю. К вопросу об исторической топографии Итиля и Болгар в IX-X вв. Советская археология. 1948, т. 10.

24. КОВАЛЕВСКИЙ А. П. Ибн-Фадлан. Докт. дисс. М. 1948, с. 642.

25. История Узбекской ССР. Т. 1. Ташкент. 1955, с. 221.

26. ХАЛИКОВ А. Х. О столице домонгольской Булгарии. - Советская археология, 1973, N 3, с. 87.

27. ХАЛИКОВ А. Х. Ислам и урбанизм в Волжской Булгарии. Биляр - столица домонгольской Булгарии. Казань. 1991, с. 48.

28. ХВОЛЬСОН Д. А. Ук. соч., с. 22.

29. КОВАЛЕВСКИЙ А. П. Книга Ибн-Фадлана, с. 122.

30. Там же, с. 123.

31. БАРТОЛЬД В. В. Очерк истории туркменского народа. Т. 2. М. 1963, ч. 1, с. 397.

32. ЛЛОЙД, СЕТТОН. Реки-близнецы. М. 1972, с. 178 - 180.

33. ПОКРОВСКИЙ М. Н. Русская история с древнейших времен. Т. 1. М. 1966, с. 137.

34. КОВАЛЕВСКИЙ А. П. Посольство халифа к царю волжских булгар. Т. 34. Исторические записки. 1951, с. 210.

35. Его же. Книга Ибн-Фадлана, с. 126.

36. АРТАМОНОВ М. И. История хазар. М. 1962, с. 372.

37. КОВАЛЕВСКИЙ А. П. Книга Ибн-Фадлана, с. 146.

38. Там же, с. 133.

39. Икама - второй призыв к молитве.

40. Мазхаб - религиозно-правовая школа, переводится с арабского как "путь следования".

41. КОВАЛЕВСКИЙ А. П. Книга Ибн-Фадлана, с. 140.

42. ГУБАЙДУЛЛИН А. М. Фортификация городищ Волжской Булгарии. Казань. 2002, с. 77.

43. КОВАЛЕВСКИЙ А. П. Книга Ибн-Фадлана, с. 134.

44. ГУБАЙДУЛЛИН А. М. Ук. соч., с. 23.

45. ВОРОБЬЕВ Н. И. Предкамье. Очерки по географии Татарии. Казань. 1957, с. 128.

46. Там же, с. 132.

47. ГУБАЙДУЛЛИН А. М. Ук. соч., с. 210.

48. КАЛИНИНА Т. М. Древняя Русь и страны Востока в X в., с. 26.

49. Ее же. Сведения Ибн-Хаукаля о походах Руси времен Святослава. Древнейшие государства на территории СССР. Материалы и исследования. 1975 год. М. 1976, с. 100.

50. ПСРЛ. Т. 1. М. 1997, стлб. 27.

51. ТОЛСТОВ С. П. По следам древнехорезмийской цивилизации. М. 1948, с. 227.

52. ПВЛ. Повести Древней Руси. М. 1983, с. 148.

53. КАЛИНИНА Т. М. Древняя Русь и страны Востока в X в., с. 12; ее же. Сведения Ибн-Хаукаля, с. 92.

54. ПСРЛ. Т. 1. М. 1997, с. 27.

55. НИКОЛЬСКАЯ Т. Н. Земля вятичей. К истории населения бассейна Верхней и Средней Оки в IX-XIII вв. М. 1981, с. 237.

56. ЯНИН В. Л. Денежно-весовые системы русского средневековья. М. 1956, с. 105.

57. МОНГАЙТ А. Л. Старая Рязань Т. 49. МИА. 1955, с. 154.

58. НИКОЛЬСКАЯ Т. Н. Ук. соч., с. 276.

59. НОВОСЕЛЬЦЕВ А. П. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. М. 1990, с. 225.

60. ХАЛИКОВ А. Х. Волжская Булгария и Русь (этапы политических и экономических связей в X-XIII вв.). Волжская Булгария и Русь. Казань. 1986, с. 10.

61. ПСРЛ. Т. II. М. 1998, стлб. 71.

Гагин И.А.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах


Матчасть

Статья Зимоньи - http://www2.lingfil.uu.se/afro/turkiskaspr...7/ZimonyiIP.pdf

У него еще есть книга The Origins of the Volga Bulgars выпущенная в 1990 году.

Голубовский П. Болгары и Хазары

http://www.runivers.ru/lib/book3039/9587/

Илиев В. - Велика Волжка Булгария

http://www.kroraina.com/fadlan/vb_index.html

Фахрутдинов Р. Об имени и титуле правителя Волжской Булгарии

http://www.kroraina.com/fadlan/almush.html

Давлештин Г. - Сведения об ученных и писателях вышедших из Волжской Булгарии

http://www.kroraina.com/fadlan/v_bulgars.html

Федорова Н. - Торевтика Волжской Булгарии

http://www.yamalarchaeology.ru/index.php?m...page&pageid=185

Хакимзянов Ф. Эпиграфические памятники города Булгар

http://tashlar.narod.ru/text/hakimz-bolgar.htm

Березин Н. - Булгар на Волге

http://www.bulgari-istoria-2010.com/booksR..._Volge_1853.pdf

Губайдуллин А. М. Фортификация городищ Волжской Булгарии. Казань, 2002.

http://bulgari-istoria-2010.com/booksRu/A_...jdulin_FGVB.pdf

Исхаков Д. М., Измайлов И. Л. Этнополитическая история татар в VI - первой четверти XIV в. Казань, 2000.

http://www.tataroved.ru/publicat/ish_izm.pdf

История татар. Том II. Волжская Булгария и Великая Степь. Казань, 2006.

http://www.tataroved.ru/publication/histat/2/

Список публикаций Фаяза Шариповича Хузина

http://www.tataroved.ru/institut/arheolog/ns7/

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Пожалуйста, войдите для комментирования

Вы сможете оставить комментарий после входа



Войти сейчас