Sign in to follow this  
Followers 0
Saygo

Куликова Ю. В. «Галльская империя» от Постума до Тетриков

29 posts in this topic

Введение

ГЛАВА 1. СОЗДАНИЕ «ГАЛЛЬСКОЙ ИМПЕРИИ»

:: § 1. Социально-экономический кризис Римской империи в сер. III в.

:: § 2. Политический кризис Римской империи в сер. III в.

:: § 3. Роль армии в «эпоху солдатских императоров»

:: § 4. Создатель «Галльской империи» Марк Кассиан Латиний Постум

:: § 5. Становление «Галльской империи»

:: § 6. Авреол. Противостояние Постума и Галлиена

:: § 7. Внутренняя политика Постума

:: § 8. Организация вооруженных сил

:: § 9. Религиозная политика Постума

:: § 10. Итоги правления первого галльского императора

ГЛАВА 2. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ И КУЛЬТУРНОЕ РАЗВИТИЕ РЕГИОНА В ПЕРИОД СУЩЕСТВОВАНИЯ «ГАЛЛЬСКОЙ ИМПЕРИИ»

:: § 1. Этнический и социальный состав «Галльской империи»

:: § 2. Сельскохозяйственное производство. Виллы и характерные черты развития сельской архитектуры

:: § 3. Города и городское хозяйство

:: § 4. Ремесленное производство в «Галльской империи»

:: § 5. Основные черты финансовой и фискальной политики галльских императоров

:: § 6. Религиозная политика галльских императоров

:: § 7. «Кельтский ренессанс?»

ГЛАВА 3. НАСЛЕДНИКИ ВЛАСТИ ПОСТУМА

:: § 1. Хронология правления галльских императоров

:: § 2. Лелиан: император или мятежник

:: § 3. «Кельнский властитель»

:: § 4. Викторин

:: § 5. Тетрики

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ПРИЛОЖЕНИЕ. НАДПИСИ ГАЛЛЬСКИХ ИМПЕРАТОРОВ

БИБЛИОГРАФИЧЕСКОЕ ПРИЛОЖЕНИЕ

:: ИСТОЧНИКИ

:: ЛИТЕРАТУРА НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ

:: ЛИТЕРАТУРА НА ИНОСТРАННЫХ ЯЗЫКАХ

Введение

К середине III в. н. э. Римская империя переживала кризис своего общегосударственного строя. Этот кризис определяется в историографии как общий или системный, хотя научные споры о его сущности не утихают до сих пор. Система принципата более не могла существовать в новых реалиях того времени. Неудовлетворенность разных слоев общества политикой, проводимой римскими императорами и его администрацией приводила к быстрой смене императоров, и, как следствие, нестабильности центральной власти. Политический кризис был наиболее глубоким и отразился на всей системе управления Римской империи, затрагивая экономическую, социальную и духовную жизнь государства. Проявление сепаратизма в провинциях, которые стали провозглашать собственных императоров, стало результатом этого кризиса. В этих условиях требовался новый правитель, который будет отвечать чаяниям различных слоев общества и сможет преодолеть последствия кризиса. Военизированная прослойка населения решила самостоятельно решить эту проблему, провозглашая императоров по собственному выбору. Эпоха «солдатских императоров» была тем периодом, за время которого была окончательно разрушена система принципата и закладывались основы совершенно иной системы управления — домината.

«Галльская империя» — название достаточно условное. За пятнадцать лет своего существования географические границы этого государства изменялись, причем подчас невозможно точно установить факт принадлежности того или иного района, или его отношение к галльским императорам. Термин «Галльская империя» стал употребляться во французской и немецкой историографии с конца XIX в. Однако возник он не случайно. За основу были взяты слова Евтропия, вырванные из контекста, — «Gallianim...imperium» = «Imperium Galliarum». Именно в зарубежной историографии появляется наименование феномена сепаратизма в Галлии, как Imperium Galliarum. Таким образом, термины «Галльская империя» и «галльские императоры» в действительности являются отражением исторического факта.

Источники по истории западных провинций середины III в. имеют свои характерные особенности. Во-первых, источники непосредственно этого периода, написанные свидетелями событий, в нашем распоряжении практически отсутствуют. Сохранившиеся же фрагментарны и разрозненны, информация, предоставляемая ими, подчас ничтожно мала. В монографии использованы сведения античных авторов, которые использовали книги и отрывки античных авторов — современников событий сер. III века. Активно привлекались данные нумизматики, эпиграфики, археологии. Ведь для выявления всех аспектов существования «Галльской империи» не обойтись без комплексного использования всех имеющихся в нашем распоряжении разнородных источников, не упуская при этом из виду разумную критику источника. В этом суть источниковедческого принципа, выработанного современной наукой.

Наиболее полный из сохранившихся письменных источников, который датируется IV в., является одновременно и одним из спорных — «Sciptores Historiae Augustae»{1}. Труд содержит биографии римских императоров и события истории Рима.

Некоторые современные исследователи считают SHA не очень надежным и малоинформативным источником, но сведения, предоставляемые авторами SHA, подтверждаются археологическими, эпиграфическими и нумизматическими данными{2}. Дискуссия не утихает по вопросу о том, был ли автором SHA один человек, или несколько. Существовал ли человек, назвавший себя «Требеллий Поллион»? Книги под его именем (их четыре) освещают 40-60-е гг. III в.: «Двое Валерианов», «Двое Галлиенов», «Тридцать тиранов» и «Божественный Клавдий». Последняя книга более похожа на панегирик, чем на историческое повествование.

Требеллий Поллион отразил в своем произведении двойственное отношение к Галлиену и узурпаторам. Биограф, осуждая любое сопротивление сопротивление законной власти, не может не признать таланты первого галльского императора Постума и значимость его политики для Римского государства. Требеллия Поллиона отличает одна особенность: он не видит разницы между императором и «тираном»: он открыто симпатизирует и Валериану, и Постуму. Многие фразы и, особенно, использованная в SHA титулатура заимствована, видимо, из традиции греческих авторов. Например, указанная Требеллием Поллионом должность Постума — «dux per Germanias», «dux transrhenani limitis».

Несмотря на попытки некоторых исследователей дискредитировать SHA, этот труд остается важным источником, без которого немыслимо научное исследование истории западных провинций середины III в.

Авторы SHA использовали в качестве источников труды многих своих предшественников. Среди них можно с уверенностью назвать историка III в. Публия Эрения Дексиппа, труды которого сохранились фрагментарно{3}. Дексипп Афинский, умер в конце 70-хгг. III в., т. е. он являлся современником «Галльской империи». Одним из сочинений этого автора была «Скифская война», сохранившиеся до нашего времени, отрывки из которой затрагивают 267-271 гг., т.е. период правления Галлиена, Клавдия Готского и Аврелиана, а также галльских императоров от Постума до Тетрика. Вероятно, Зосим и Зонара использовали именно произведения Дексиппа, поскольку вслед за ним называет всех германцев «скифами».

Труд Евтропия{4} «Краткая история Рима» был написан в IV в. на латинском языке, а впоследствии дважды переводился на греческий{5}. Евтропий акцентирует внимание на роль императоров в построении римской государственности. Причины мятежей III века он видит в нестабильности верховной власти в Риме и в личности императора Галлиена, неспособного справиться с ситуацией. Если учесть положение Евтропия при императорском дворе и тот факт, что труд писался, прежде всего, для императора, то тем любопытнее оценка, которую дает автор Постуму, говоря, что только благодаря его храбрости и благоразумию потерянные провинции были возвращены и восстановлены. Слова Евтропия о галльских «императорах» скупы, но порой очень ярки в определениях и точны фактологически.

Научная традиция закрепила за именем Секста Аврелия Виктора{6} четыре произведения «Происхождение римского народа», «О знаменитых мужах города Рима», «О Цезарях», «Извлечения о жизни и нравах римских императоров». При этом несомненное авторство Аврелия Виктора можно признать лишь за сочинением «О Цезарях», поскольку в нем присутствуют ссылки автора на детали его собственной биографии. Труд начинается с биографии Августа и охватывает историю императорского Рима вплоть до 360 г. н. э. Сам Секст Аврелий Виктор—личность известная по источникам и надписям, он был весьма авторитетен как историк Римской империи. Известный богослов и отец церкви конца IV — нач. V вв. Иероним Далматский в письме к некоему Павлу просит прислать ему историю Аврелия Виктора, чтобы почерпнуть оттуда сведения о преследованиях христиан (Hieron., Ер., 10,3).

Взгляды Аврелия Виктора были весьма диалектичными, поскольку, сделав акцент на объективном факторе, он тут же говорит о важности и даже определяющей роли субъективного. Античнй автор строит свою концепцию истории на особой роли деяний выдающихся исторических личностей. Так, считая, что все хорошее и плохое в государстве может быть изменено волею правителя, Аврелий Виктор предъявляет высокие требования к его нравственности, поскольку моральные качества правителя могут поднимать состояние государства на большую высоту или приводить его в упадок. Это в полной мере относится и к главе, посвященной правлению Валериана и Галлиена.

Интересно, что и Аврелий Виктор больше внимания уделяет личностям галльских императоров, чем информации о самой «Галльской империи». Можно предположить, что, несмотря на негативное отношение Аврелия Виктора к «пагубному правлению Валериана и Галлиена» для Римского государства, он тем не менее столь же негативно относится и к инициаторам мятежей против законной власти.

В трудах античных авторов много неточностей и фактологических ошибок, которые особо ярко видны при сравнении текстов. Так, SHA утверждает, что Постуму наследовали Викторин, Марий и Тетрик. Другие античные авторы дают следующий порядок: Марий, Викторин и Тетрик. В то же время только SHA дает информацию, что Постум являлся наместником Галлии и обеих Германий, тогда как другие авторы подчас путают географические названия (для них нет отличия между Галлией и Верхней или Нижней Германией) и не могут определить занимаемую Постумом должность. У Аврелия Виктора он возглавляет варваров в Галлии, у Евтропия — Постум в Галлии захватывает власть. В этом проявляется объективность автора, который, видимо, не имел в своем распоряжении нужной информации. Зосим утверждает, что Постум возглавлял кельтское войско. Зонара пишет, что обязанностью Постума была охрана рейнского рубежа. Все эти факты требуют проверок и сопоставлений.

«Epitome de Caesaribus» хронологически охватывает более длительное время. Неизвестный автор делает фактологические ошибки, например, неправильно указывает имя Лелиана — Эмилиан, видимо, перепутав его с тираном, узурпировавшим власть в Египте.

В качестве источников для своего труда историк V в. Зосим{7} выбирал авторов, которые освещали конкретный период с близких ему позиций, в частности, это утраченные труды Евнапия и Олимпиодора. Зосим не делает различия между императором и простым человеком, лишь бы его деяния были во благо государству. Зосим является одним из тех авторов, который предпочитает реальные факты слухам. Однако Зосим, как и историк ХII в. Зонара{8}, совершенно не знает географию: провинции Верхняя и Нижняя Германии подчас перепутаны с Галлией и т. п. Но именно Зонара указывает подтверженный археологическими данными факт, что младший сын Галлиена Салонин был убит именно в Колонии-Агриппине. В отношении Постума Зонара пишет, что он возглавлял армию у кельтов. Для сравнения, Аврелий Виктор указывает, что Постум «Ьагbaris per Galliam praesidebat». Можно предположить, что греческие авторы использовали только информацию о противодействии германским вторжениям, тем самым сильно ограничив полномочия Постума. Отдельные события политической жизни Римской империи III в. Зонара освещает более объективно, чем античные авторы более раннего периода, например, характеристика императора Галлиена и его правления.

Остальные источники дают более отрывочные сведения, но без них невозможно выстроить полную картину истории западных провинций 2-й половины III в.

Христианский писатель V века Павел Орозий в своей «Истории против язычников»{9} отмечает заслуги Постума в сохранении целостности империи и строительстве городов и крепостей в подвластных провинциях. Такие же факты приведены и Требеллием Поллионом. Евтропий, стараясь быть объективным, указывает, что Постуму удалось спасти подвластные ему провинции. Аврелий Виктор обходит этот вопрос молчанием. И только археологические исследования, проводившиеся с середины XX в., позволили полностью подтвердить деятельность галльского императора по восстановлению и строительству городов и крепостей в подвластных регионах.

Павел Орозий также сообщает некоторые факты, подтвержденные нумизматическими находками начала XXI века. Например, что восстание Лелиана и возвышение Мария произошло в Могонтиаке. Орозия отличает четкое освещение событий и на удивление точные датировки.

Сохранившийся небольшой фрагмент «Исторической Хроники» автора VII в. Иоанна Антиохийского, предоставляет нам интересные факты о противостоянии Галлиена и галльского императора Постума. О самом Иоанне Антиохийском нам почти ничего неизвестно, кроме того, что «Историческая Хроника» была написана примерно в серед. VII в.{10} Современные исследователи полагают{11}, что автор пользовался греческим переводом труда Евтропия. Особенно ярко это прослеживается в главе «Галлиен» с тем отличием, что имя Постума было заменено именем Римского императора. Данное явление было доказано находкой победного алтаря в Аугсбурге, на котором имя Постума также стерто. Это позволяет предположить, что подобные действия со стороны последующих римских императоров, в частности, Аврелиана были направлены на то, чтобы уничтожить память о периоде римской истории, когда наместники провинций, восстав против законного императора, узурпировали власть.

Существенный интерес для исследования представляет труд теолога V века Полемия Сильвия Латеркула, сохранившийся лишь фрагментарно{12}. У Полемия Сильвия появляются новые сведения, которые требуют подтверждения. Так восстание в Галлии началось не в Колонии-Агриппине, а во Вьенне. Кстати, по сообщению Требеллия Поллиона, именно этот город, в котором скрылся Постум, осадил Галлиен со своими войсками.

Фрагмент произведения анонимного античного автора почти в точности повторяет отрывок из неизвестного последователя Диона Кассия, где сообщается о личной встрече Галлиена и Постума и факт, что именно галльский император контролировал перевалы Альп{13}, что и было подтверждено археологическими данными в конце XX века.

Отдельные факты истории западных провинций этого периода предоставляют нам христианские авторы: Евсевий, Григорий Турский, Фредегар, Киприан, а также Петр Патрикий, чей труд лишь частично сохранился до наших дней.

Эпиграфические, нумизматические и археологические данные удостоверяют сведения античных авторов и позволяют отвергнуть сверхкритический взгляд на труды некоторых из них. Современная источниковая база позволяет достаточно детально и адекватно судить o галльских императорах и выстроить более или менее целостную картину политической и социально-экономической жизни «Галльской империи». Монография ставит своей целью осветить неизвестные и ранее спорные факты, касающиеся внутренней жизни «Галльской империи» и правления галльских императоров, основываясь на полном комплексе имеющихся в распоряжении источников: нарративных, археологических, эпиграфических и нумизматических.

В историографии существуют две точки зрения на характер «Галльской империи». Первая группа исследователей — А. Альфельди, М. Бувьер-Ажам, И. Кёниг, Е.М. Штаерман, полагает, что в 60-70-е гг. III в. н. э. появилось самостоятельное государственное образование во главе с суверенным императором. Вторая группа уверены, что галльские императоры не считали себя суверенными правителями, а видели себя частью Римской империи (Р. Макмаллен, Т. Котула, П. Бастьен). Именно последняя точка зрения усиливается теорией о том, что галльские императоры считали себя полновластными римскими владыками (Дж. Дринкуотер, И.П. Сергеев).

В конце XIX - нач. XX вв. археологических данных, а также нумизматических и эпиграфических источников было недостаточно, чтобы ученые-антиковеды всерьез воспринимали свидетельства ряда античных авторов, таких как Требеллий Поллион, о галльских императорах. И все же, подчас, некоторым исследователям удалось предвосхитить многие находки, позволившие по-другому взглянуть на «эпоху солдатских императоров» в целом, и на «Галльскую империю», в частности.

Отечественная историография с нач. XX в. рассматривает феномен сепаратизма в Галлии вскользь в общем ракурсе истории Римского государства. Интересно, что термин «Галльская империя» не употреблялся. Однако термин «галльские императоры» в отечественной науке появляется у ряда исследователей, например, С.И. Ковалева{14}. В работе ученого Ф. Ф. Зелинского период III в. рассматривается как время заката Римской империи{15}. Ф. Ф. Зелинский с уверенностью оперирует свидетельствами античных авторов, касающимися существования «Галльской империи». К сожалению, Ф. Ф. Зелинский не смог понять значимости такой личности как Постум, говоря следующее: «теперь же какой-нибудь Постум, завладев со своим войском Галлией, довольство-вался положением галльского императора»{16}.

Безусловным авторитетом в исследовании проблемы кризиса III века является Е.М. Штаерман, которая утверждала, что кризис в Римской империи этого периода был системным и зависел от изжившего себя рабовладельческого способа производства{17}. В отношении «Галльской империи» собранная Е.М. Штаерман источниковедческая база позволила увидеть целостность этого государства и его значимость в целом.

Точку зрения Е.М.Штаерман на природу кризиса пытаются опровергнуть Н. Н. Белова и М. Я. Сюзюмов. В своей статье они утверждали, что кризис III века не был кризисом рабовладельческого строя в целом. По их мнению, общая нестабильность империи в III в. обусловливалась продолжением традиционной политики управления государством, как государством-полисом, и концентрации богатств в городе Риме{18}. А.В. Игнатенко считает, что кризис III в. (хотя и был по своему характеру социально-экономическим и политическим одновременно) — прежде всего, кризис римской военной организации. Причиной крушения «Галльской империи», как и причиной сдачи Тетрика императору Аврелиану, автор считает народные выступления и, в частности, движение багаудов{19}.

Проблемы кризиса с точки зрения социально-политического явления рассматриваются в монографии украинского историка И.П. Сергеева. Категорически не соглашаясь с точкой зрения советской историографии на природу кризиса Римской империи, он приходит к выводу, что кризис III века был политическим по своему характеру{20}. И.П. Сергеев ограничивает власть и интересы галльских императоров исключительно военными задачами, не касаясь иных аспектов, при этом упоминает он только о трех из них — Постуме, Викторине и Тетрике. Кроме того, он ошибочно считает, что единственной причиной провозглашения Постума было недовольство галлов неспособностью Галлиена обеспечить им безопасность от нашествия германских племен{21}.

Идея создания государства в государстве и особенности идейной подоплеки «Галльской империи» занимают исследователей с нач. XX в.{22}

В решении этого вопроса первое место занимает, безусловно, французская историография, которая по праву пользуется трудами археологических раскопок, проводящихся с конца XIX в. по настоящее время.

В этой связи нельзя не отметить труд К. Жюллиана по истории Галлии, базирующийся на новом для того времени эпиграфическом и археологическом материале. Так, Жюллиан К. предполагает, что Постум пытался разделить власть с Викторином, который после смерти первого делил власть с Лелианом{23}. Однако некоторые его выводы поистине опередили свое время. Например, исследователь видел причину столь быстрой смены галльских императоров после Постума не в характере галлов, как указывали античные авторы, а в непрочности власти наследников Постума на Рейне.

Интересен труд П. Ло, посвященный истории Галлии и охватывающий период от 1000 г. до н. э. до 1000 г. н. э.{24} Его подчас модернизированный подход к истории Галлии исходит из того, что предками французов были не франки, а кельты. Говоря о периоде III века, исследователь утверждает, что Постум и его преемники не были истинно галльскими императорами, желая лишь защитить Римскую империю от варваров.

Более обоснован в своих выводах другой французский исследователь А. Гренье{25}. Этот исследователь один из первых выдвигает теорию о том, что появление галльской керамики старого доримского образца во 2-й половине III в. не может считаться «упадком» в данном ремесле и «варваризации» империи, в частности{26}. А. Гренье также замечает, что галльская культура не погибла совсем, а сохранялась среди сельского, менее романизированного, чем знать, населения: это и галльские обычаи, религия, кельтский язык и искусство. Монументальное исследование А. Гренье по галло-римской археологии неоценимо для изучения социально-экономического развития Галлии в период правления галльских императоров{27}.

Многочисленные находки монет позволили систематизировать их и открыть много нового о правлении галльских императоров. В этой связи cледует отметить одно из первых монументальных исследований конца XIX в. Ж. де Витта, основанное на нумизматических данных и посвященное «Галльской империи»{28}. Труд известного нумизмата Анри Коэна в 6-ти томах, вышедший в этот же период, посвящен монетным надписям и легендам. Этот французский ученый систематизировал все монеты «Галльской империи», найденные к тому времени{29}. Следующий этап нумизматических исследований связан с именем известного ученого А. Бланше{30}, который не мог не коснуться особенностей чеканки и монетных легенд галльских императоров. Значительным явлением для нумизматики уже 2-й половины XX века стало появление фундаментального труда П. Бастьена, посвященного бронзовым монетам первого галльского императора Постума{31}. Впервые была проведена не просто систематизация бронзовых монет, не только опубликован каталог бронзовых монет Постума, но и сделан полный анализ нумизматических находок, подробно рассмотрен ареал распространения монет галльского императора. Именно П. Бастьен убедительно доказывает, что провозглашение Постума императором произошло в конце 258 - нач. 259 гг., а правление первого галльского императора длилось чуть более десяти лет.

Еще одно исследование, базирующееся на нумизматике, Ж. Лафарье{32}, очень обстоятельно рассматривает монетные эмиссии всех галльских императоров, сделав попытку систематизировать полученные результаты в небольшом каталоге и сводных таблицах.

Основываясь на нумизматике и археологических данных, французские исследователи существенно расширили представления о «Галльской империи», например, были открыты новые монетные дворы галльских императоров, уточнена хронология «Галльской империи»{33}. В конце 80-х гг. появилось исследование, которое подвело своеобразный итог всем археологическим раскопкам за предыдущий период. Даниель Грикур{34} собрал достаточно доказательств, чтобы уверенно заявить о существовании у Постума значительного по своим размерам флота.

Фундаментальй труд М. Бувьера-Ажама стал следующей ступенью в изучении «Галльской империи»{35}. Французский ученый попытался восстановить события, предшествующие провозглашению Постума. Основным недостатком этого исследования, является слабое внимание к нумизматическим и эпиграфическим источникам.

Германская историческая наука в конце XIX в. - до 40-х гг. XX вв. занимала одно из ведущих мест в Европе в области изучения античности.

В монументальном исследовании X. Шиллера{36} «Галльской империи» посвящено несколько страниц лаконично изложенным фактам, которых по своей информативности хватило бы на целое исследование.

Заметным явлением стали работы А. Альфёльди, основанные на нумизматическом материале и археологических данных. Исследователь рассматривал не только проблему «кризиса», но и развитие кризисных явлений во второй половине третьего столетия, выразив сомнения по поводу буквального понимания «кризиса»{37}. Именно взгляды этого исследователя на восстание Авреола оказались подтвержденными почти век спустя{38}. Этот ученый увидел в личности Постума нечто большее, чем другие исследователи, и впервые, используя данные эпиграфики и нумизматики, показал весь истинный размах восстания в Галлии. А. Альфельди попытался оценить военные силы, которые оказались в распоряжении первого галльского императора{39}. Исследователь впервые предложил хронологию правления галльских императоров на основе нумизматического материала, рассматривая «Галльскую империю» как неординарное явление в истории Римского государства{40}.

В 40-х гг. XX в. вышел труд Г. Элмера, ставший знаменательным явлением в немецкой историографии. Это исследование рассматривало функционирование основных монетных дворов в период правления галльских императоров{41}.

Новый взгляд на кризис высказал Ф. Альтхейм, который попытался рассмотреть это явление во всемирно-историческом аспекте, как «рождение новой цивилизации»{42}. Немецкий ученый стал одним из немногих, кто отстаивал позицию, что кризиса в его настоящем значении не существовало. Это было некое перерождение народов и народностей, некий этап накануне вступления на феодальную ступень развития.

Работа Й. Вернера затрагивает проблему военных сил галльских императоров{43}. На основе эпиграфического и нумизматического материала немецкий исследователь пытается составить, по возможности, цельную картину вспомогательных подразделений, присягнувших галльским «императорам» в то или иное время.

Безусловно, для немецкой науки огромное значение имеет тот факт, что Колония Агриппина (совр. Кельн) — официальный монетный двор «Галльской империи». Археологические раскопки и нумизматические данные были обобщены в труде О. Доппельфельда, систематизировавшего монеты Постума из этого монетного двора{44}.

Следует отметить монографию немецкого исследователя Ингмара Кёнига{45}, чья работа основана на скрупулезном анализе нумизматики и эпиграфики, который подчас превалирует над темой научного исследования. И. Кёниг подробно останавливается на вопросах хронологии, но при этом настаивает на том, что провозглашение Постума императором произошло в 260 г. Ряд других исследователей на основании данных нумизматики ранее предполагали, что вышеупомянутое событие произошло в 259 г. или даже 258 г. В одной из своих последних статей Ингмар Кёниг, проанализировав последние археологические, эпиграфические и нумизматические данные, соглашается с фактом, что Постум был провозглашен императором в конце 258 - начале 259 г.{46}

Одновременно с монографией И. Кёнига вышел фундаментальный труд Б. Шульте, который подвел итог всем предыдущим нумизматическим исследованиям, базирующихся на изучении золотых монет галльских императоров{47}.

Последние исследования английских исследователей основаны на археологическом материале Британии и посвящены социально-экономическому развитию Британии во 2-й пол. III в.{48} Подчас археологические находки могут быть поистине уникальны, например, указание о том, что Постум посетил Британию, а также определение, власть каких по-следующих галльских императоров простиралась на этот регион{49}.

Фундаментальный 6-томный труд Гарольда Мэттингли и его коллег стал заметным явлением в антиковедении{50}. Каждый из томов основан на тщательном исследовании нумизматических данных и посвящен отдельному периоду в истории Римской державы. Английским ученым удалось создать исчерпывающий каталог монет, не имеющий на тот момент аналогов, и который до сих пор служит источником информации и образцом научной скрупулезности. Галльским императорам посвящена большая часть пятого тома, изданного под редакцией П. Вебба, который выдвигает интересные теории, впервые предложив хронологию правления галльских императоров. Исследователи систематизировали не только имеющиеся на тот момент монеты галльских императоров, отдельные экземпляры которых находились в частных коллекциях, но и результаты исследований нумизматических источников.

Заметным явлением стали работы Р. Макмаллена{51}, который рассматривал возникновение «Галльской империи» как «кельтский ренессанс». Исследователь стал одним из тех авторов, которые утверждали, что «кризиса» как такового не было, а возврат культуры Галлии к доримским образцам не может рассматриваться как упадок и деградация. Он считает, что кельтская культура, стряхнув оковы римского владычества, воспряла духом и стала жить собственной жизнью, развиваться так, как должна была бы без вмешательства римской культуры.

Монография английского исследователя Дж. Дринкуотера является второй крупной работой, посвященной существованию «Галльской империи»{52}. Стараясь затронуть многие вопросы политической жизни, Дж. Дринкуотер отдельно исследует комплекс данных письменных источников, нумизматики, эпиграфики и археологических изысканий. При всей тщательности исследования, недостатком является то, что полученные данные не сводятся воедино. В результате, многие аспекты остались вне рамок исследования, в частности финансовая и фискальная политика галльских императоров.

Польский исследователь Т. Котула в своей небольшой публикации попытался систематизировать представления о Постуме и его «империи», существующие в современной историографии{53}.

По прежнему не утихают дискуссии по вопросу хронологии «Галльской империи». Исследователи, чтобы добиться результатов, основывают свои труды и публикации либо только на эпиграфических источниках{54}, либо на нумизматических{55}, либо пытаются привлечь археологические данные{56}.

Таким образом, представления о «Галльской империи» постоянно расширяются. То, что в конце XIX века было лишь предположениями, в XXI в. — получили веские доказательства или опровержение. Среди множества работ очень мало трудов, посвященных непосредственно «Галльской империи» и правлению галльских императоров, но и имею-щиеся исследования не раскрывают многие важные аспекты в этой проблематике. Например, «кельтское возрождение». Этот термин был введен А. Альфельди, его поддержал Р. Макмаллен, который, правда, не был полностью согласен с мнением немецкого исследователя, утверждавшего, что период существования «Галльской империи» следует считать периодом возрождения кельтов как нации, освободившейся из-под долгого гнета римской культуры. И. Кениг, соглашаясь с Р. Макмалленом, убедительно доказывает на археологическом материале, что в середине III в. уже ни в коей мере нельзя говорить о возрождении кельтской нации, ее культуры в чистом виде, как нельзя и говорить о полном возвращении к традициям и укладу до римского завоевания. Дж. Дринкуотер все-таки настаивает на точке зрения, что «кельтское возрождение» имело место, обосновывая ее отдельными данными археологических находок, например, орнаментом на гончарных изделиях. Дискуссия по этому вопросу продолжается, вовлекая все новых исследователей, привлекая новые источники{57}.

В современном мире, когда мы только осознаем уроки прошлого, особенно актуальным становится изучение того, как на отдельно взятой территории талантливый политик и военачальник сумел найти пути прекращения общеимперского кризиса. Не менее важным кажется и исследование феномена сепаратизма, возникшего в сильнейшей на тот момент Римской державе и особенно ярко проявившийся именно в «Галльской империи». Тема «Галльской империи» относится к остродискусионным проблемам современной историографии. Однако среди отечественных исследователей она не получила должного внимания.

Предлагаемая вниманию читателей монография посвящена изучению одного из самых сложных периодов истории Римской империи и рассматривает существование такого образования, которое можно с уверенностью назвать status in statu — «Галльской империи».

Примечания

1. Scriptores Historiae Augustae / ed. P. Magie. (Loeb). London, 1954.

2. LECRIVAIN Ch. Etudes sur L'Histoire Auguste. Paris, 1904; SYME R. Historia Augusta papers. Oxford, 1983; JANKOWSKI N. Dasgallische Gegenreich (259-274u Chr.) und seine soziale Basis im Spiegel der Historia Augusta // Helikon. 1967. Vol.VII. S. 125-194; HIERNARD J. Lessourses de l’histoire des empereurs gallo-romains (259-274). Bordeaux, 1972; BARNES T. D. The Sources of the Historia Augusta. Brussels, 1978. (Coll. Latomus, 155); BARNES T. D. Some persons in the Historia Augusta // Phoenix. 1972. Vol. 26. P. 140-182; CHASTAGNOL A. L’Empereur gaulois dans l’histoire Auguste//BHAC. 1971. (Antiquitas, 4,11). Bonn, 1974. P. 51 —58.

3. Dexippus. Chronica // FGH. Berlin, 1926. Dexippus Atheniensis et alt // Dexipp, Eunapii, Petri Patricii, Prisci Malchi, Menandri Historiarum quae supersunt e recensione Imm. Bekkeri et D. C. Nie Bubris C. F. cum versione latina lo dassenum. Bonn, 1929 (CSHB, vol. 12) BUCK D. A reconstruction of Dexippus’ Chronica // Latomus. 1984. Vol. 43. P. 593-598. BLOCKLEY R. C. Dexippus of Athens and Eunapius of Sardis // Latomus. 1971. 30. P 710-715. MILLAR F. P. Herennius Dexippus: the Greek world and the thirdcentury invasions // JRS. 1969. № 59. P. 12-29.

4. Eutropius, Breviarium Ab urbe condita / ed. Ruhl, 1887 // C. Santini (Teubner). Lpz., 1979; cm. также: Евтропий. Краткая история от основания Города // Римские историки IV в. М., 1997. С. 5-73.

5. Бокщанин А. Г. Источниковедение Древнего Рима. М., 1981. С. 63.

6. VICTOR SEXTUS AURELIUS. Liber de Caesaribus / ed. F. Pichlmayr (Teubner). Lpz., 1911 (reprinted 1970) / ed. Pichlmayr-Grundel, 1966. См. также: Виктор Секст Аврелий. О цезарях// Римские историки IV в. М., 1997. С. 77-123.

7. ZOSIMUS. Historia Nova / Ed. F.Paschoud.. Paris, 1971.

8. ZONARAS. Epitome Historiarum / Ed. Dindorf Lpz, 1870.

9. Орозий Павел. История против язычников. Книги I—VII / пер. с лат, вступ статья и коммент. В.М. Тюленева. — изд. 2-е, испр. и доп. Спб, 2004.

10. Antiochenus Joannes. Fragmentae // FGH. IV Fr. 152. P. 534.

11. DRINKWATER J. F. The Gallic Empire: separatism and continuity in the North-Western Provinces of the Roman Empire A. D. 260-274. Stuttgart, 1987. P 75; Соколов В. С. Анонимные римские историки IV в. н. э. // Вестник Моск. Ун-та. Серия 9: История. 1963. № 1. С. 62-75.

12. Laterculus Veronensis / Ed. A.Riese. Das rheniche Germanien in der antiken Litteratur. Lpz., 1892, — VIII, №72.

13. Anonym, fr. 1 -9 // FGH. 1885. IV P. 191 -192; Dio's // FHG. IV 1851. P. 191 -199.

14. КОВАЛЕВ С.И. История Рима / Под общ. ред. Э.Д. Фролова. — изд-е новое, испр. и доп. СПб, 2003. С. 755-756.

15. ЗЕЛИНСКИЙ Ф. Ф. Римская империя / Пер. с польск Н. А. Папчинской. СПб., 1999.

16. Там же. С. 377.

17. ШТАЕРМАН Е.М. Кризис рабовладельческого строя в Западных провинциях Римской империи. М., 19S7; ШТАЕРМАН Е.М. Кризис III века в Римской империи // ВИ. 1977. № 5. С. 142.

18. БЕЛОВА Н.Н, СЮЗЮМОВ Н.О. К вопросу о кризисе в Римской империи в III в. // Античная древность и средние века: вып. 15. Свердловск, 1978. С.5-20.

19. ИГНАТЕНКО А.В. Армия в Риме в период кризиса III в. (политическая роль армии и изменение ее организационно-правовых основ) // Правовые идеи и государственные учреждения: историко-юридические исследования: межвуз. сб. Свердловск, 1980. С. 20-32.

20. СЕРГЕЕВ И.П. Римская империя в III веке нашей эры. Проблемы социально-политической истории. Харьков, 1999.

21. Там же. С. 118.

22. BLANCHET A. Lavenement Postume ё l'empire // REA. 1912. Vol. 14. P. 292-298; BLANCHET A. Une hypothese sur la patrie de Postume // REA. 1913. Vol. 15. P. 413-432; BARTON I. M. Postumusand Carausius: the idea of nationalism? // PCA. 1955. Vol. 52. P 17-18. DYSON S. L. Native revolt in the Roman Empire // Historia. 1971. Bd. 20. P. 239-274; DYSON S. L. Native revolt patterns in the Roman Empire // ANRW. 1975. II / 3. P 138-175.

23. JULLIAN C. Histoire de la Gaule: T. I-V1II. Paris, 1920-1926.

24. LOT F. La Gaule. Paris, 1947.

25. GRENIER A. Les Gaulois. Pahs, 194S.

26. Op. cit. P. 414.

27. GRENIER A. Manuel d'archiologie gallo-romaine: Vol. I—IV Paris, 1931 -1960.

28. WITTE DE J. Recherches sur les empereurs, qui ont regne dans la Gaule. Paris, 1864.

29. COHEN H. Description historique des monnaies (rappees sous l’Empire romain: Т. 1—VI. Paris, 1881-1886.

30. BLANCHET A. Manuel de numismatique francaise: T. 1-2. Paris, 1906.

31. BASTIEN P. Le monnayage de bronze de Postum. Wetteren, 1967.

32. LAFAURIE J. La chronologique des empereurs gaulois // RN. 1964. Vol. 6. P. 91 — 187; LAFAURIE J. L’Empire Gaulois apport de la numismatique // ANRW 197S. 11/2. P. 855-1012.

33. GARSON R.A.G. Les premieres Emissions monetaires de Postum a Treves / / TMon. 1990.Vol.XH. P 41-49; Huvelin H, Nony D. Le tresor de Nery (Oise), monnaies de bronze sous Postume // RN. 1978. P. 89-107; Naster P La trouvaille dantoniniani de Grotenberge et le monnayage de Postume // RBN. 1951. Vol. 97. P. 75-88; CARLOT J.-P., GRICOURT D., LECLERCQ. P. Une nouvelle serie demission de doubles sesterces de Postume a titulature courte // BSFN. 1982. Vol. 37. P. 205-211; HIERNARD J. Monnaies dor et histoire de l'empire gallo-romain // RBN. 1983. Vol. 129. P 61-90; GANSBEKE VAN P. Postume et Ldien gouvemeurs de la Germanie inferieure? // RBN. 1959. Vol. 105. P 25-32 и др.

34. GRICOURT D. Les Incursions de pirates de 268 en Gaule septentrionale et leurs incidences sur la politique de Postume. A propos du hiatus numismatique d`Ardres // TMon. 1988. Vol. X. P. 9-43.

35. BOUVIER-AJAM M. Les Empereurs gaulois. Paris, 1984.

36. SCHILLER Н. Geschichte der Romischen Kaiserzeit: 1—II Bd. Gotha, 1883.

37. ALFOLDI A. Die Krise der romischen Welt 249-270 n. Chr. //САН. XII. S. 165-192; ALFOLDI A. Studien zur Geschichte der Weltkrise des dritten Jahrhunderts n. Ill Chr. Darmstadt, 1967.

38. ALFOLDI A. Die Besiegung eines Gegenkaiser im Jahre 262 // ZfN. 1930. Bd. 30. S. 39-42; ALFOLDI A. Die Besiegung eines Gegenkaisers im Jahre 263 // ZfN. 1930. Bd. XL. S. 1-15; ALFOLDI A. Der Usurpator Aureolus und die Kavalleriereform des Gallienus // ZfN. 1927. Bd. 37. S. 197-212.

39. ALFOLDI A. The Numbering of the victories of the emperor Gallienus and the loyalty of his legions // NC. 1929. Ser. 5. Vol. 9. S. 218-279.

40. ALFOLDI A. Das Problem des verweiblichten Kaisers Gallienus // ZfN. 1928. Bd.38. S. 136-203; ALFOLDI A. Zur Kenntnis der Zeit der Romischen Soldatenkaiser // ZfN. 1927. Bd.37. S. 197-212; ALFOLDI A. The reckoning by the regnal years and victories of Valerian and Gallien //JRS. 1940.Vol.30. P. 1-10.

41. Elmer G. Die Miinzpragung der Gallischen Kaiser in Koln. Trier und Mailand. Bonn, 1941.

42. ALTHEIM F. Niedergang der Alten Welt Eine Untersuchung der Ursachen: 2 Bd. Frankfurt/Main, 1952. — Bd. 2: Imperium Romanum.

43. WERNER J. Bemerkungen zur mitteldeutschen Skelettgrabergruppe. Hassleben-Leuna zur Herkunf der ingentia auxilia Germanorum des gallischen somderreiches in den jahren 259-274 // Festschrift fur W Schlesinger. Bd. 1. Koln — Wien. 1973. S. 28-30.

44. DOPPELFELD O. Das romische Koln I. Ubier-Oppidum und Colonia Agrippinensium (mit Beitragen von G. Biegel [Koln]: Die Miinzstatte Koln in der Zein des Gallischen Sonderreiches, undj. Bracker [Koln]: Politische und Kulturelle Grundlagen fur Kunst in Koln seit Postumus // ANRW. 1975. Bd. 11/4. S. 715-782.

45. König I. Die gallischen usurpatoren von Postumus bis Tetricus. München, 1981.

46. König I. Die Postumus-Inschrift aus Augsburg / / Historia. 1997. № 3. S. 341 -354.

47. SCHULTE В. Die Goldpragung der gallischen Kaiser von Postumus bis Tetricus. Aarau, Francfort a./Main, 1983. (Typos, 4).

48. BIRLEY A. R. The economic effects of Roman frontier policy //The Roman West in the third century: Part I—II / A. King, M. Henig. L., 1981. (BAR, 4). — Part I. P. 39-54; BLAGG T. F. C. Civilian and military architecture in the province of Britain: aspects of patronage. Influence and craft organisation // World Archeol. 1980. Vol. 12. P. 27-42; FRERE S. S. Britannia. A history of Roman Britain. London, 1974; FRERE S. S. Verulamium in the third century //The Roman West... —Part II. P. 383-392.

49. BIRLEY E. A Roman Altar from Bankshead and the Imperium Galliarum // Roman Britain and the Roman Army. Kendal, 1961. P. 58-63.

50. The Roman Imperial Coinage: Vol. I—VI / Mattingly H.M.A., Sydenham E.A., Webb P. L., 1968. — TV Part 2; МАТТИНГЛИ Г. Монеты Рима. С древнейших времен до падения Западной империи. Б/м., 2005.

51. MacMullen R. The celtic renaissance / / Historia. 1965. № 1. P. 93-104; MacMullen R. Roman Government’s response to crisis A.D. 235-337. L., 1976.

52. DRINKWATER J. F. The Gallic empire: Separatism and continuity in the North — Western provinces of the Roman empire A.D. 260-274. Stuttgart, 1987.

53. KOTULA T. L’usurpateur Postume et son «empire» gaulois // EOS. 1987. Vol. LXXV P 353-367.

54. PATTI G. Cronologia degli imperatori gallici// Epigraphica. 1953 [ 1955]. Vol. XV P 66-89.

55. WILLGER H. J. Studien zur chronologie des Galienus und Postumus. Diss. Saarbriicken, 1966; DRINKWATER J. F. Coin Hoards and the Chronology of the Gallic Emperors / / Britannia. 1974. №5. P. 293-302.

56. MATTINGLY H. Notes on the chronology of the Roman imperors from Valerian to Diocletian // Journal of Egyptian Archaeology. 1927. Vol. 13. P. 14-18; LOPUZANSKI G. La date de la capture de Valerien et la chronologie des empereurs gaulois. Brusseles, 1951. (Cahiers de l’lnstitut des Etudes Polonaises en Belgique, 9); LUCKGER H. J. Eine unbekannte Mimze aus dem letzten Jahre des Postumus // Germania. 1919. Bd.1-2. S. 19-20

57. Tresors monetaires. 1992. Vol. 13: recherches sur le monnayage de Postum. Paris, 1992; KAENEL H.-H. VON ET AL. Der Munzhort aus dem Gutshofin Nefenbach: Antomniane und Denare von Septimius Severus bis Postumus. Zurich, 1993; SCHULZKI H.-J. Die Antoninianpragung der Gallischen Kaiser von Postumus bis Tetricus —Typenkatalog der regularen und nach gepgragten Munzen. Bonn, 1996.

Share this post


Link to post
Share on other sites

ГЛАВА 1. СОЗДАНИЕ «ГАЛЛЬСКОЙ ИМПЕРИИ»

§ 1. Социально-экономический кризис Римской империи в сер. III в.

К середине III в. н. э. политическое и социально-экономическое развитие Рима как государства привело к кризисным явлениям, пошатнувшим основы империи. Рим уже стал огромной империей, а управление ею изменялось с большими трудностями и опозданием. Рушилась хозяйственная система, сложившаяся в «золотой век» Антонинов. Причиной этого была политика римских императоров. Провинции облагались все новыми налогами и повинностями. Вести хозяйство мелким и средним земельным собственникам, крестьянам и арендаторам становилось невыгодным, а подчас и убыточным. Это приводило к запустению посевных площадей, разорению широких слоев населения, в том числе ремесленников и торговцев, ухудшению качества ремесленных изделий{1}. Социально-экономические изменения в римском обществе были также вызваны падением роли рабского труда, ставшим экономически невыгодным и убыточным. Тем не менее, многие хозяйства не спешили заменять его наемным.

Подобная ситуация складывалась и в городах. Экономический кризис, явившийся следствием политики римских императоров и устаревшей системы управления, нанес удар по городам, как экономическим и культурным центрам. В провинциях же, особенно в Галлии и Британии, городской строй продолжает развиваться{2}. Однако колоссальные налоги и общественные повинности тормозили его темпы{3}. Нормальное функционирование провинциального города было невозможно в условиях, когда «центр» требовал поставок и выплат больше, чем мог дать город. Галлиен пытался изменить положение. Он ограничил своеволие агентов фиска, реформировал налогообложение в интересах мелких и средних землевладельцев, всячески стремился оживить городские организации мелких собственников и ремесленников (Cod. Just, IV, 62; XXVI.7, LXXUI.7), но кризис продолжал расти. Реформы Галлиена не затронули системы отношений между «центром» и провинцией{4}. Возможно, это было одной из причин, почему Галлиен не имел поддержки в регионах.

Согласно эпиграфическим данным, Галлия III в. н. э. представляла собой разноплановую по сословному и этническому составу территорию (CIL. XII, 2522, 3349; XIII, 1943; 1974; 2020; 4335 и др.){5}. Местное население по-прежнему сохраняло деление на паги (CIL. XII, 1114, 1376, 2556,2611; XIII, 2949,3106,5063,5064,6211; Dessau, 4841,6989,6993, 7007, 7009, 7010, 7049, 7051), — термин, которым римляне обозначали особые формы поселения кельтов — туаты. Туат означал и территорию и населявших ее людей с их различными связями и отношениями. Эпиграфические данные доказывают, что паги сохранялись и в Испании, и в Британии этого периода{6}. Огромную роль продолжали играть племенные советы, состоявшие, по всей видимости, из представителей знати{7}.

С местным населением сосуществовали римские и латинские колонисты. Необходимо заметить, что знать Галлии большей частью была уже галло-римской. Ее экономическую основу составляло землевладение. Можно утверждать, что в III в. в Галлии, наряду с частным, существовало общинное и храмовое землевладение. Концентрация земли способствовала образованию частных латифундий и росту их рентабельности. Несмотря на сильную романизацию, Галлия оставалась среди немногих провинций, в которых, одновременно с латинским, использовался и родной язык{8}.

В отличие от ряда других регионов в период кризиса, провинции и районы, входившие в состав «Галльской империи» находились на удовлетворительном уровне развития. Испания оставалась одним из основных поставщиков вина, масла и полезных ископаемых (золото, серебро, олово, свинец, медь и железо){9}. В Британии большинство городов было основано, как колонии ветеранов и играли роль, главным образом, торговых центров{10}. В III в. на территориях Галлии, Испании и Британии заметен активный рост числа вилл, которые становятся экономическими и культурными центрами{11}.

Экономическая и политическая нестабильность «центра» вели к упадку торговли и росту инфляции во всех провинциях Римской империи: повышение цен, расстройство денежного обращения, выразившееся в порче монеты и в ее обесценивании{12}. Не последнюю роль в углублении кризиса играла устаревшая фискальная политика. Рим рассматривался по-прежнему как полис, и доходы с провинций концентрировались именно в нем. Аристократию это устраивало, но такая политика не устраивала, ни провинции, ни Сенат, в котором было много, если не большинство представителей провинциальной знати.

К III в. эксплуатация провинций была полностью упорядочена и перешла всецело в руки государства{13}. Императоры облагали провинции все большими налогами, что приводило к углублению экономического кризиса и новому всплеску инфляции. Провинции опережали «центр» в своем развитии, но им не хватало сил и средств, которые стекались в руки римских императоров. «Центр» сдерживал, а подчас и препятствовал социально-экономическому и культурному развитию регионов. Именно политика римских императоров и стала одной из главных причин проявления сепаратизма в провинциях.

Примечания

1. БЕЛОВА Н.Н. К истории гончарного ремесла в Римской Галлии в 1—111 вв.// Античная древ¬ность и средние века: сб.: вып. 5. Свердловск, 1966. С. 3-21. REECE R. The third century: crisis or change? //The Roman West... — Part. 1. P. 28; Milett M. Whose crisis? The Archaeology ofthe third century: A warning// The Roman West... — Part II. P 525-529; PORTER H. Environmental change in the third century // The Roman West... — Part II. P 353.

2. GALLIOU P. Western Gaul in the Third century // The Roman West. — Part II. P 259; LEWUILLON S. Histoire, societe et lutte des classes en Gaule: Une feodalite a la fin de la republique et au debut l’empire // ANRW 1975. Bd. II /4. P. 426-427; БЕЛОВА H.H. Об экономическом состоянии галльских городов в I—II вв. и. э. // Уральский Государственный университет: Уч. записки: вып. 25: сер. истор. Екатеринбург, 1958. С. 197.

3. БЕЛОВА Н.Н. Об экономическом... С. 196-197; КОЛОСОВСКАЯ Ю.К. Римский провинциальный город, его идеология и культура // Культура Древнего Рима: Т. 1 -2 / под ред. Е. С. Го- лубцовой. М., 1985.-Т.2. С. 169; REECE R. The third... . Р 28 -29.

4. ALFOLDI A. Die Krise der Romischen Welt 249-270 n. Chr. // CAH. Bd. XII. S. 172; ШТАЕРМЛН E.M. Древний Рим: проблемы экономического развития. М, 1978. С. 153.

5. БЕЛОВА Н.Н., Сюзюмов Н О. К вопросу о кризисе... С. 5-7; REECE R. The third century ... P. 27; GALLIOU P. Western Gaul ... P. 259; LEWUILLON S. Histoire, societe... P. 426—427.

6. BALIL A. Hispania en los Anos 260 a 360 d. d. J. C. // Emerita. 1959. № 27. P. 274-275; BLAZQUES J. M. La crisis del siglo III-en Hispania у Mauretania Tmgitana // Hispania. 1968. № 28. P 5-37; FRERE S. S. Britannia. A history of Roman Britain. L., 1974. P. 63; KEAY S. The Conventus Tarraconensis in the third century A. D.: crisis or change? // The Roman West... — Part II.P.450; KEAY S. ROMAN SPAIN. L., 1988. P.67; ШТАЕРМАН E. М.Кризис... С. 164,200.

7. Blazques J. М. La crisis ... P. 17-19; KEAY S. Roman ... P. 69; WEBSTER GR. The history and archaeology of Roman Britain in the third century / / The Roman West... — Part II. P. 344-345; ШТАЕРМАН E. М. Кризис... C. 200; REECE R. The third century P. 30-31; НЕСТЕРОВ А. Г. Об одном аспекте романизации кельтской армии // Античная древность и средние века: вып. 17. Свердловск, 1980. С. 61-70; ЦИРКИН Ю. Древняя Испания. М., 2000. С. 265-266.

8. Джонс Г. Крушение Римской империи. М, 1982. С. 8; REECE R. The third... Р 27.

9. KEAY S. The Conventus... P. 452; BLAZQUES J. M. La crisis... P. 27-31; ЦИРКИН Ю. Ук. соч. С. 7; BALIL A. Hispania... P. 276.

10. WEBSTER GR. The history... P. 344-345; ШТАЕРМАН E. М. Кризис... С. 199; REECE R. The third... P. 29

11. WEBSTER GR. The history... P. 349; REECE R. The third century... P. 31-32: ШТАЕРМАН E. M. Кризис... C. 199.

12. АБРАМЗОН М. Г. Монеты как средство пропаганды официальной политики Римской империи. М, 1995 - С.56; REECE R. The third... P. 33; BASTIEN P. Tresors de la Gaule septentrionale. P. 89-90; LAFAURIE J. L’Empire Gaulois apport de la numismatique // ANRW 1975. Bd. II /2. P. 856-857.

13. Alföldy A. Die Krise... S. 170-171; ШТАЕРМАН Е.М. Древний Рим...С. 155; REECE R. The third... P. 28.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 2. Политический кризис Римской империи в сер. III в.

История Рима, как империи, наполнена то затухавшей, то вновь разгоравшейся борьбой между императором и Сенатом. В III в. борьба за власть шла между «сенатскими» и «солдатскими» императорами, при этом армия и Сенат не являлись оторванными от общества силами, которые представляли интересы отдельных групп общества{1}.

Характер собственности в Римской империи обуславливал направление борьбы и внутренних противоречий. В Римском государстве III в. н. э. преобладали две основные формы собственности на землю: муниципальная и экзимированная. Муниципальные землевладельцы, владевшие имениями на городской земле, издавна вели товарные хозяйства, основанные на эксплуатации рабов, труд которых становился невыгодным. К тому же городские землевладельцы несли большие расходы в связи с исполнением таких общественных обязанностей, как: затраты на строительство и ремонт общественных зданий и сооружений (дорог, мостов, водопроводов и др.), устройство зрелищ, раздачи городской бедноте и т. п. В более выгодном положении оказались в III в. владельцы экзимированных земель, использующих труд колонов. Будучи независимы от городов, они были свободны от всех городских повинностей. Их влияние в этот период заметно увеличилось, в том числе и в городах.

Армия выражала интересы муниципальных кругов, из которых в значительной степени она формировалась. Зачастую бывший крестьянин, став ветераном и римским гражданином, получал землю в одном из муниципиев. Сын его обычно также шел на военную службу в легионе и после отставки нередко становился городским магистратом и декурионом{2}. Сенат же выражал интересы магнатов — владельцев экзимированных земель. Императоры лавировали между боровшимися группировками; одни оказывали покровительство городам, другие — магнатам. Каждая из групп выдвигала свою программу и хотела, чтобы император проводил ее политику, в ином случае императора устраняли. Население Галлии и Британии не раз подвергалось репрессиям в период этой борьбы. Так, Луций Септимий Север конфисковал земли магнатов Галлии и Испании.

Его сын, Марк Аврелий Антонин Каракалла в 212 г. своим эдиктом объявил все свободное население империи, проживавшее на землях городов, римскими гражданами. Издавая эдикт, Каракалла, безусловно, руководствовался не столько любовью к своим подданным, сколько финансовыми (необходимость уравнять население в несении государственных тягот) и правовыми нуждами (деление на граждан и не граждан, характерное для античного полиса, вступило в противоречие с усиленно разрабатывавшимся во II в. римским правом, которое имеет дело с частным собственником вообще, без различия общественного положения).

Последний представитель династии Северов — Александр Север окружил себя представителями сенатской аристократии и ничего не предпринимал без согласования с Сенатом. Он ограничил расходы на армию, а землю для поселения ветеранов отводил в отдаленных пограничных областях. Именно в этот период был запрещены провинциальные собрания. Провинции были лишены права посылать к императору делегации, были убраны любые проявления автономии: иметь собственные монеты, вес и меры{3}. Провинциальные города были ограничены в проведении празднеств и распоряжении денежными средствами.

В 238 г. Сенат начал борьбу против Максимина Фракийца, который имел поддержку среди населения Галлии. В правление Деция в Галлии не раз вспыхивали восстания. Его гибель, как и пленение императора Валериана, лишь усугубили политический кризис в Римской империи.

Сын Валериана, Галлиен [P. Licinius Egnatius Gallienus], проводил множество мероприятий, которые должны были способствовать изменению ситуации. Он оказывал поддержку городам, стремился облегчить жизнь ремесленников и мелких собственников. Фигура Галлиена неоднозначно воспринимается отечественными и зарубежными исследователями. Кто-то склонен превозносить его как личность и реформатора{4}, кто-то видит в нем жестокого правителя{5}. Согласно источникам, Галлиен был неординарным человеком, весьма образованным и обладающим талантами военачальника (SHA. Gall, duo., VII; VIII; XI; XVI-XVIII). Но он не сумел и не захотел воспользоваться дарами Фортуны. Избалованность в воспитании, вспыльчивость и резкая смена настроений делали из него плохого императора (SHA. Туг. Trig., VTII.4; Gall, duo., XII). Он не умел ценить людей за их заслуги, что было характерно для его отца, он был подвержен сиюминутным слабостям во вред своему правлению и государству (SHA. Gall, duo., XVI). Реформы, проводимые его администрацией, были хороши по замыслу, но не учитывали реалий жизни. Стремясь упрочить свою власть, Галлиен распространил практику замены сенаторов всадниками на командных постах в армии и на должностях наместников провинций{6}. Это, безусловно, вызывало негатитвную реакцию стороны одних, и усиливало в целом социальную напряженность.

Кризис социально-экономической системы Римской империи стал одной из причин создания Галльского государства. Кризис, по мнению ряда исследователей, наступил в начале, а закончился в конце III в. н. э.{7} Однако, некоторые зарубежные ученые относят начало к более раннему, а конец — к более позднему периодам{8}. Кризисные явления и сам кризис явились результатом развития Римского государства: устаревшая социально-экономическая структура римского общества исчерпала заложенные в ней потенциальные возможности для развития хозяйства{9}. В современной зарубежной историографии все чаще появляется мнение, что кризис являлся болезненной, но необходимой процедурой для «пациента», которым являлась Римская империя{10}. Именно поэтому Римская империя IV в. н. э. в политическом и социально-экономическом плане коренным образом отличается от империи II в. н. э.

Политическая нестабильность и политика римских императоров, не считавшихся с интересами провинций, стали причинами проявления сепаратизма. Поэтому создание «Галльской империи» — весьма характерная примета того времени.

Примечания

1. ШТАЕРМАН Е.М. Кризис... С. 307-308.

2. ШТАЕРМАН Е.М. К вопросу о Dediticii в эдикте Каракаллы // ВДИ. 1946. № 2. С.87-88; АЕ. 1928. №23.

3. МОММЗЕН Т. История Рима: Т. 1 -4. Ростов/н. Дону, 1999. — Т. 4. С. 29.

4. BLOIS L.,DE. The Policy of the Emperor Gallienus. Leiden, 1976.

5. В основном, такое мнение существует в ряде источников: Eutr. IX. 9.7; SHA. Gall. Duo. 23; Aur.Vict. De Caes. XXXIII. 6; Epitom. XXXII.

6. СЕРГЕЕВ И.П. Кризис...С.61.

7. ШТАЕРМАН Е.М. Кризис... .С. 24; БЕЛОВА Н.Н., Сюзюмов Н.В. К вопросу о кризисе... С. S-24; СЕРГЕЕВ И.П. О кризисе III в. в Римской империи и его продолжительности: (к постановке вопроса) // Харьковский университет. Вестник № 343. Серия: история: вып. 23.1984. С. 23; Alföldy A. Studien... S. 9-10,23-2S.

8. ALTHEIM F. Niedergang der Alten Welt Eine Untersuchung der Ursachen: 2 Bd. Frankfurt/Main, 1952. -Bd. 2: Imperium Romanum. S. 352; KOTULA T. L’Usurpateur Postume et son «Empire Gaulois» // EOS. 1987. Bd. LXXV P. 353-355; DRINKWATER J.F. Roman Gaule. The Three Provinces 58 BC — AD 260. L, 1983. P. 218-226.

9. ALFOLDY G. The crisis of the third century as seen by contemporaries // Greek, Roman and Byzantine studies, 1974. № 15. P. 89- 111; ШТАЕРМАН Е.М. Кризис... С. 24—25; она же. История крестьянства в древнем Риме. М, 1996. С. 164.

10. REECE R. The third century P. 27.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 3. Роль армии в «эпоху солдатских императоров»

К середине III в. н. э. внутреннее положение Римской империи было ослаблено и непрекращающимися войнами с варварами. В 238 г. готы прорвали нижнедунайскую границу и свободно проникли во Фракию и Македонию, Ахайю и ближайшие земли Азии. Месопотамию захватили парфяне, которые в 259-260 гг. опустошили и захватили также Сирию, Киликию, Каппадокию. В 248 г. германские племена разрушили верхнерейнский лимес. В 260 г. аламанны вторглись в Италию, а франки, разграбив Галлию, овладели Испанией и проникли даже в Африку.

Власть в государстве зависит от армии{1}, — такое положение теперь являлось ведущим. Армия играла значительную роль в романизации народов, входивших в состав Римской империи, особенно Галлии. Поселения, основанные ветеранами в провинциях, способствовали введению римских порядков и учреждений. Провинциалы, служившие во вспомогательных отрядах римского войсках и в основных легионах, овладевали латинским языком, а при отставке получали землю. Расквартированные на всех границах огромной империи войска сохраняли верность очередному преемнику на троне, видя в нем олицетворение и носителя августовской легенды, которая поддерживала целостность государства.

Ряд исследователей полагает, что превращение армии в профессиональную было одним из проявлений кризиса{2}. Армия становится самостоятельной корпорацией со своими специфическими интересами. Корпоративный дух армии привязывал ее к военному лидеру, чей авторитет неизмеримо возрастал по мере побед и раздач денежных средств, подарков, земель. Популярность военного вождя укреплялась его личными качествами, его претензиями на богоизбранность и покровительство ему какого-либо божества.

К середине III в. н. э. все более падает авторитет императорской власти и носителя императорского титула. Причинами этого были безумие императора Нерона, насильственное умерщвление отдельных императоров{3}, ряд крупных военных неудач, сделавших беззащитными целые регионы империи{4}. Катастрофы, подобные гибели в сражении императора Деция, пленение императора Валериана и его позорное рабство лишь усугубили положение, умножив властные амбиции военных командиров. Стремясь удержать армию в подчинении, римские императоры не только проводили ее реформирование, но и значительно расширили полномочия командующих, открыв последним перспективы единовластия{5}. Средством достижения и решающей силой оставалась армия, в которой все большую популярность приобретает идея сосредоточения единой власти в руках командующего, ею же самой и назначенным{6}.

Наиболее опасными для императорской власти были тесные контакты между наместниками тех провинций, которые имели в своем распоряжении большие группы римских войск: в Сирии — 6 легионов, на Дунайской границе 8 легионов. Эти войска пополнялись в основном из числа местных уроженцев и были привязаны к местам своего расположения, становясь выразителями настроения господствующих кругов провинциальных землевладельцев.

Укрепляется связь армии с императором и его правительством, благодаря их политико-экономическим мероприятиям, а также проводимой ими идеологической пропаганде{7}. Разные группы общества хотели видеть у власти такого императора, который осуществил бы их собственную программу, поэтому в III в. происходит чрезвычайно быстрая смена императоров, причем все они погибали насильственной смертью.

После того, как центральная власть значительно ослабла, а солдаты поняли, что сами могут избрать того, кто исполнит их надежды — началось противостояние армии в качестве политической силы. Ставленники и приверженцы Сената пытались уменьшить влияние армии, ужесточить дисциплину. Они делали попытки набирать солдат за пределами Италии и даже империи{8}, вводили систему военной колонизации на границах, где солдат-землевладелец не мешал собственникам латифундий. Эти императоры проводили агрессивную внешнюю политику, чтобы пополнить за счет пленных количество поселенных на пограничных землях солдат, колонистов и колонов, не мешали магнатам увеличивать свои владения{9}.

«Солдатские» императоры, наоборот — проводили массовые конфискации земельного фонда, увеличивали свои земли и солдат, повышали налоги, чтобы увеличить жалование солдатам{10}. Некоторые исследователи предполагают{11}, что такие императоры предпочитали откупаться от внешних врагов контрибуциями, поскольку горожане и солдаты не нуждались в большом количестве рабов.

До Галлиена попытки укрепить государство и императорскую власть предпринимались не раз{12}. Много в этом направлении было сделано Септимием Севером. Чтобы повысить престиж военной службы, он увеличил жалование легионерам и преторианцам. Воины получили официальное разрешение приобретать землю и вступать в законный брак. Была усовершенствована система военной служебной лестницы, по которой должность первого центуриона была объявлена всаднической, но при этом до нее мог дослужиться рядовой легионер. Далее, бывший рядовой легионер мог сделать карьеру вплоть до командира легиона и командующего армией. Поскольку укомплектование армии теперь шло за счет провинций, это вело к провинциализации и варваризации римской армии.

Реформы последующих императоров повысили привлекательность воинской службы, но привели к тому, что легионы потеряли свою мобильность, обросли хозяйством и семьями. Перед командиром легиона была поставлена задача решения ряда гражданских проблем, что привело к усложнению управления легионами, росту легионных служб и канцелярий. В армии наблюдался активный процесс бюрократизации. Все более обострялись отношения между сенатом и армией, все чаще легионы провозглашали новых императоров.

Попытку реформирования армии предпринял и Галлиен. Около 258 г. им были созданы крупные конные части, получившие в источниках название далматинских всадников (Zosim., 1.52.10), из чего напрашивается вывод об их национальном характере. Несмотря на это, термин «equites Dalmatae», видимо, перешел на всю конницу императора Галлиена{13}.

Безусловной заслугой Галлиена, по мнению исследователей, является образование крупных кавалерийских сил, но не создание полностью новых частей{14}. Эта реформа тем интересна для нас, что во главе всей кавалерии был поставлен Авреол (Zosim., 1.40.1). Согласно источникам, Авреол являлся командующим легионов Реции (Aur. Viet. De Caes., XXXIII.17), Требеллий Поллион сообщает, что он возглавлял иллирийские легионы (SHA. Туг. trig., IX. 1). Во время восстания Ингенуя Авреол забрал из Реции часть легионов для подавления этого восстания. Реция присягнула «Галльской империи», а верный военачальник возглавил кавалерию Рима. В 260 г. по приказу Галлиена Авреол выступил против узурпатора Макриана, захватившего Иллирик. После победы над ним, Авреол сумел убедить войска Макриана перейти на свою сторону (SHA. Туг. trig., IX.2). Восстание Авреола против римского императора стало неожиданностью для последнего. Галлиен пытался заключить союз со своим бывшим военачальником, чтобы сражаться против галльского императора (SHA. Tyr.trig., IX.3).

Все реформы Галлиена лишь усугубили раскол в армии, в результате чего властные и политические ориентиры командования и простых легионеров перестали совпадать{15}.

Видимыми итогами политического кризиса III в. стали дезорганизация общегосударственного руководства войсками, подрыв веры солдат в удачливых полководцев и разочарование при отсутствии быстрого результата, резкое падение воинской дисциплины вплоть до убийства императора.

С другой стороны, именно беспорядки в армии, фактический развал некогда единого военного организма умножали властные амбиции командования. В этих условиях возможностей для отпадения от Рима стало больше, а для объединения общегосударственной идеей — меньше. Для последнего необходим был, помимо лидера и объединяющей силы — нации, ряд консолидирующих причин. Одной из них была крупномасштабная внешняя угроза. В случае с «Галльской империей» — германская{16}.

Идея германской опасности была не новой в отношениях Галлии и Рима. Так, в середине I в. до н. э. об угрозе германской опасности заговорили в Риме, но с иными целями. Брались в расчет интересы двух сторон (если не считать германцев): римского правительства и проримски настроенной части галльской знати. Обе стороны пришли к взаимному согласию, однако потом ситуация изменилась. Тогда Юлий Цезарь очень мудро сумел сыграть на национальных чувствах галлов и их стремлении к свободе, и Ариовист, которого Юлий Цезарь сам же некогда одобрил и выступал за его кандидатуру в Сенате, стал лишней фигурой, своеобразным олицетворением всех германцев{17}. Говоря, что Галлия должна быть свободна, Цезарь уничтожил своего ставленника, сыгравшего нужную ему роль.

К III в. н. э. германский племенной мир в военно-политическом отношении не был един, вторжения происходили вдоль всего рейнского рубежа, Дунайского лимеса и через северную Швейцарию. На Рейне основную борьбу с германцами вели галльские императоры. К 260 г. римский лимес на Рейне и Верхнем Дунае представлял собой пограничную оборонительную зону с фортификационными сооружениями, сетью дорог и системой связи. Декуматский участок лимеса, расположенный на одноименных полях, составлял около 382 км с небольшой концентрацией вспомогательных частей, удаленными (даже слишком) лагерями легионов и отсутствием естественного защитного рубежа в виде крупной водной преграды, представлял собой слабое звено в обороне Рима на Рейне.

Декуматские поля были присоединены при римском императоре Домициане, тогда же был построен участок лимеса от р. Лан до впадения Киндига в Майн. При Траяне — участок между Майном и Неккаром. Реконструкция лимеса началась в правление Адриана. При Антонине Пие Оденвальдский участок лимеса был продвинут на восток на З0 км.

Лимес представлял собой несколько оборонительных рядов. 1-я линия — частокол высотой до 4 м и V-образный ров шириной 6 м, глубиной 3 м. Затем следовали сторожевые башни высотой 6-7 м. На рейнском участке вместо частокола была выстроена невысокая каменная стена{18}.

В конце 50-х гг. III в. римляне перевели часть легионов в Паннонию, чем еще больше ослабили рейнский участок. Аламанны прорвали лимес{19}, разрушили Авентикум (совр. Авенш, Швейцария) и вышли на просторы Галлии. VIII Августов легион из Аргентората (Страсбург), чьей обязанностью и была охрана лимеса, не предпринял никаких действий против варваров. Видимо, он колебался между Галлиеном и Постумом. Верхне-рейнский регион стал на какое-то время{20} буферной зоной вне влияния Галлиена и Постума. Такой же зоной являлись Декуматские поля.

Именно галльским императорам удалось справиться с нашествием германцев. Для этого, в условиях политической ненадежности собственных легионов, Постум создает ударные части из германских наемников (SHA Gall. Duo, VII. 1; Туг. Trig., VI.2). Находки множества золотых монет, посуды галльского производства на Верхнем Рейне позволяют предположить, что в войсках галльских императоров служили и выходцы из племен, обитавших в Трансрейнской Германии{21}. Однако это не было чем-то новым{22}. Октавиан Август использовал германцев как телохранителей (Herod., IV.13; Not. Dig. Ос., V.172). Каракалла также нанимал германцев (Herod., IV.7) как «σύμμαχοι» и как «φρουρά» (Dio. Cass., LXXVIII.5).

Галльским императорам удалось не только остановить набеги германцев, но даже перенести военные действия на другой берег Рейна. Остается спорным вопрос о том, удалось ли им отвоевать Декуматские поля. Источники упоминают укрепления, построенные Постумом за 7 лет (SHA Tyr.Trig. V.4), а археологами найден на правом берегу Рейна милевой камень с именем галльского императора Викторина{23}. С другой стороны, на указанной территории найдены монеты Постума и одного из его преемников — Мария{24}. Все это позволяет предположить, что Декуматские поля находились под контролем «Галльской империи», т. к. только в таком случае этот регион мог выполнять роль буферной зоны.

К моменту образования «Галльского» государства провозглашаемые императоры все больше заискивали перед легионерами или, наоборот, регулярно подавляли их мятежи. Численность армии значительно увеличилась (при Северах регулярных войск насчитывалось ок. 600 тыс.). Сословные ограничения для занятия высших командных должностей были сняты. Военные стали играть заметную роль, если не сказать ведущую, в политической жизни государства, занимать важные государственные посты. Жизнь императора и направления его внешней и внутренней политики были целиком в руках армии.

Примечания

1. Куликова Ю. В. Концепция власти в эпоху солдатских императоров / / Studia Historica. 2007. Vol. VII. C. 142-149

2. Абрамзон М.Г. ук. соч. С. 101-102; Глушлнин Е.П. Предпосылки реформ Галлиена и их место в процессе трансформации римской армии // Страны Средиземноморья в античную и средневековую эпохи. Проблемы социально-политической истории: межвуз. сб. Горький, 1985. С. 95-106; ИГНАТЕНКО А.В. УК. соч. С. 20-32; Middleton Р Army supply in Roman Gaul: an hypothesis for Roman Britain // Burnham B., Johnson H. Invasion and Response: the case of Roman Britain / B. Burnham, H. Johnson. Oxford, 1979. P. 81-85; REECE R. The third century...? 33.

3. Каракалла, Коммод и др.

4. Ошибки Валериана и Галлиена на верхнедунайской и рейнской границах.

5. КУДРЯВЦЕВА Т. В. Чрезвычайные полномочия полководцев как источник императорской власти в Риме: автореф. на соиск. уч. степени к. и. н. ЛГУ 1990. С. 5-7.

6. Абрамзон М.Г. Ук. соч С. 101; REECE R.The third century... Р.ЗЗ.

7. МАХЛАЮК А. В. Армия Римской эпохи: Очерки традиций и ментальности: моногр. Нижний Новгород, 2000. С. 79-80.

8. MACMULLEN R. Roman Government's Response to Crisis A.D. 235-337. L., 1976. P. 74.

9. BRAUER G-C. JR. The age of the soldier emperors: imperial Rome. AX). 244—284. New Jersey, 1975. P. 191; REECE R. The third century... P.32-33.

10. BRAUER G-C. JR. The age.... P. 134.

11. BRAUER G.-C. JR . Op. cit P. 132; REECE R. The third... P. 33; Колосовскля Ю. К. Некото¬рые вопросы взаимоотношений Римской империи с варварским миром // ВДИ. 1996. № 2. С. 149-161.

12. СЕРГЕЕВ И. П. О военной реформе в Римской империи в конце II—III вв. н. э. // Вестник Харьковского ГУ № 363. История. Вып. 26. Харьков, 1992. С. 72-80; МЛХЛАЮК А. В. Армия... С. 78-80.

13. ALFOLDY G. Zur Beurteilung der Militardiplome der Auxiliarsoldaten // Historic 1968. Bd. 17. S. 215-227; ALF6LDY M. R. ZU den Militarreformen des Kaisers Gallienus // Limesstudien. 1959. Bd.XIV S. 188-190; PFLAUM H.-G. Zur reform des Kaiser Gallienus // HISTORIA. 1976. Bd. 25. S. 17-31.

14. Глушанин Е.П. Предпосылки... C. 9 6-97; Pflaum H.-G. Zur reform.... S. 27-28; Alföldi A . Der Usurpator... S. 197-199; Blois L.,de. The policy... P .8 -1 0 ,2 7 -2 9

15. Глушанин Е.П. Предпосылки... C. 96-97; Махлаюк A. В. Армия Римской империи ...C. 8 0 -81; A l f ö l d iA . Das Problem... S. 136-203.

16. Brauer G.-С. Jr. Op. cit P. 142.

17. КУЛИКОВА Ю.В. Галлия в стратегии Цезаря / / Вопросы Истории. 2008. № 8. С. 151 -154.

18. SCHONBERGER Н. The Roman frontier in Germany //JRS. 1969. Vol.59. P 177; BAATZ D. Der Romische limes. Berlin, 1974. S. 80-82; BOUVIER-AJAM M. Op. cit. P. 163; WILLGER H. J. Studien zur chronologie des Galienus und Postumus. Diss. Saarbriicken, 1966. S. 76.

19. Именно к 260 г. археолога относят разрушение лимеса между р. Рейном и р. Ланом, а также замечена повышенная концентрация кладов римских монет чеканки 260 г. -см.: BAATZ D. Der Romische Limes. Berlin, 1974. S. 80-84; SHONBERGER H. The Roman.. P. 177-180; BESLEY E. , BLAND R. The Cunetio treasure. Roman coinage of the third century A.D. Londres, 1983. P. 62-65, 232; BLANCHET A. Les tresors de monnaies romaines et invasions germaniques en Gaule. Paris, 1900. P. 67-69; CALLU J.P. La politique monetaire des Empereurs romains de 238 a 311. Paris, 1969. P 257-261; BURSCHE A. Later Roman — barbarian contacts in Central Europe. Spatromische Munzfimde aus Mitteleuropa: Numismatic evidence. Ein Beite: zur Geschechte der Beziehungen zwischen Bonn u den. Barbaricum in 3 u 4Jhr. — Berlin, 1996; CALLU J. P. Approches numismatiques ... .P. 594—610; REECE R. Roman coins in northern France and the Rhine valley // NC. 1972. ser. 7. Vol. XII. P. 162-165.

20. ШТАЕРМАН E.M. предполагает, что этот регион присоединился к Постуму. См. Кризис... С. 452.

21. Такой вывод строится на основе археологических изысканий, в частности, находок кладов золотых монет галльских императором, серебряной и бронзовой посуды галльского производства в бассейне р. Заале. См.: Bursche A. Later Roman... С. 101-104; Werner J. Bemerkungen yur mitteldeutschen skelettgrabergruppe. Hassleben-Lounafiyun Herkunf der ingentia auxilia Germanorum des gallischon somderrekhes in den Jahren 259-274 n. Chr. In Festschrift fur W Schlesiger. Koln-Wien, 1973. — Bd.l. S. 23-25; SPEIDEL M. P. The Rise of Etnic Units in the Roman Imperial Army // ANRW 1975. Bd.II /3. P. 220-221. Besly E. The Gold Coinage of the Gallic Empire // NC. 1984. Ser.7. Vol. 144. P. 228-233. Callu J. P. Lor monnaye. Paris, 1990. — (Centre de rechercheas archeol. Т. II. La dispersion des aurei en Gaule Romaine sous L'Empire). P. 130-134; Le Gentilhomme P. Aureus inedit de Postume // BSAF. 1943-1944. Bd.l50. P. 32-33; Gilljam H. A new Gold Coin ofPostumus // NC. 1993. Ser. 7. Vol. 153. P. 205-206; Schulte B. Die Goldpragung der gallischen Kaiser von Postumus bis TetricusAarau, Francfort-sur-Ie-Main,Salzbourg, 1983. S. 139.

22. Speidel M. P. Op. cit. S. 218-220.

23. GALLIOU P. Western Gaul... P. 269; LASER R. Der Romische Claudius von Lausen //Archaologie als Geschichtswissenschafl. S. 203.

24. CALLU J.P. La politique monetaire des Empereurs romains de 238 a 311. Paris, 1969. P. 235. CALLU J.P. Lormonnee... P. 131; LAFAURIE J. L'Empire Gaulois apport de la numismatique // ANRW 1975. Bd. II /2. P. 927-929; REECE R. Roman coins in northern France... P. 162-164.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 4. Создатель «Галльской империи» Марк Кассиан Латиний Постум

Впервые идея единого кельтского государства была четко сформулирована во время гражданской войны 68-69 гг., когда в Северной Галлии произошло восстание Цивилиса. Юлий Цивилис происходил из знатной семьи германского племени батавов, жившего в низовьях Рейна и покоренного римлянами. Он являлся римским гражданином и некоторое время служил в римских войсках, что, возможно, и явилось причиной того, что легионы, стоявшие на Рейне, поддержали восстание. Именно в этот период руководители восстания созвали общегалльский съезд, который впервые за много лет (т.е. со времен Юлия Цезаря) должен был решить вопрос об отношении к Риму. Здесь и прозвучала идея создания независимого от Рима Галльского государства{1}. Отсутствие согласия между более романизированной южно-галльской знатью и северо-галльской аристократией, а также надежда на то, что Рим все же обеспечит порядок и стабильность в регионе, стали решающими. В 70 г. восстание было подавлено, сам Юлий Цивилис скрылся.

Идея Галльского государства была претворена в жизнь в середине III в. н. э. Марком Кассианом Латинием Постумом. От других восставших провинций Галлия отличалась как стремлением к образованию своего государства и наличием лидера, чье правление было более длительным, чем правление любого узурпатора и даже многих римских императоров, а главное — объединяющей и укрепляющей силой нации — кельтов.

Время правления императора Валериана и его сына Галлиена считается перидом максимального углубления политического кризиса. Происходит активизация военных действий практически на всех рубежах. С уверенностью можно говорить о том, что противостояние Галлиена и Постума началось задолго до провозглашения последнего императором.

Стараясь нарисовать цельную картину личности такого человека, как первый император «Галльской империи», мы должны принять во внимание значение армии в этом регионе. Легионы в этот период не теряли связей с провинцией, из которой происходили. Это в значительной степени может относиться к галлам.

Волнения среди сельского населения Галлии также повлияли на возникновение «государства галлов». При Марке Аврелии имели место волнения в области секванов (SHA. Gall. Duo., XXIV.2.1-2). При Коммоде началось восстание Матерна, который нашел поддержку в Галлии. После подавления этого восстания, волнения продолжались в форме движения разбойников (Лиг. Viet. De Caes., XXXIII.3). В них принимали участие, как беглые рабы, так и крестьяне, на которых усиливался нажим земельных магнатов, стремящихся обеспечить себя рабочей силой. При Галлиене выражать недовольство стали землевладельцы и провинциальная аристократия, стремясь противодействовать внутренней политике неугодного императора.

Происхождение Постума до сих пор вызывает дискуссии, не говоря уже о том, насколько противоречивы в этом вопросе письменные источники.

Согласно современным исследованиям, Постум родился около 220 г.{2} (т.е. был почти ровесником Галлиена, родившегося в 218 г.), без сомнения, в Галлии{3}. Евтропий подчеркивает его низкое происхождение (Eutr., IX.9.1), тогда как Поллион утверждает, что Постум происходил из знатного галльского рода (SHA. Туг. Trig., V.8).

В начале XX в. А. Бланше предположил, что слова Галлиена: «Num sine Atrebaticis sagis tuta res publica est?», произнесенные им после сообщения о потери Галлии (SHA. Gall. Duo., VI.6), — следует отнести к происхождению Постума{4}. Другой французский исследователь, опираясь на свидетельство панегириков, полагает, что панегирист перепутал Караузия и Постума, таким образом, это Постум происходил из племени батавов{5}: «Latrocinio Batavicae rebellionis obsessa» (Paneg. Lat., V.4.1), «...terram Bataviam sub ipso quondam alumno suo» (Paneg. Lat, VII.5.3). Данное утверждение достаточно сомнительно, но можно с уверенностью говорить, что Постум имел «провинциальное» происхождение, вероятнее, галльское. Существует и теория, что Постум был потомком римских колонистов, переселившихся в Галлию во времена Цезаря или Августа и породнившихся с галлами{6}. Дом и земля будущего императора Галлии находились, предположительно, на западе долины р. Луары{7}. Это версия более вероятна, поскольку простые земледельцы не могут считаться знатными предками, а если они породнились кое с кем из местной обедневшей знати — это вполне достаточно для того, чтобы среди галлов Постум принимался «за своего»{8} (SHA. Туг. Trig., III.4).

Еще один современный исследователь{9}, опираясь в своих доказательствах на найденный в Лионе могильный камень с именем Cassianius Lupulus (CIL. XIII, 1846), пытается на основании совпадения nomen gentis с именем М. Cassianius Latinius Postumus сделать вывод о происхождении галльского императора из окрестностей г. Лиона. Примечательно, что этот iuvenis optimus, которого оплакивает mater laborissima Цирилла Марцеллина, семь лет прослужил в легионе I-м Минервы. Том самом легионе, которому Постум будет обязан пурпуром. Однако другая надпись из Майнца (CIL. XIII. 7080) также называет подобный поmen gentis — Cassian[ius ?] Severus, то Лион в качестве родины Постума можем быть только в области предположений.

Исследование просопографии Римской империи показывает, что nomen gentis Cassianius достаточно редок. При этом форма имени характерна именно для Галлии{10}. Мнение Ф. Альтгельма о том, что «уже имя» галльского императора свидетельствует о благородном происхождении{11}, источниками скорее опровергается, чем подтверждается. Из сообщений античных авторов ясно, что Постум не принадлежал к верхушке местной галльской знати{12}.

По каким-то причинам Постум пошел на службу в римскую армию. Можно предположить, что из-за ухудшения экономической ситуации он разорился, либо все мужчины в его семье служили в римских легионах. Постум имел семью: жену из галльского рода и нескольких детей{13}. Старшего из сыновей звали Юлий Постум (SHA. Туг. Trig., IV, 6.6). В общем, существовали реальные причины для его поступления на военную службу, где он сделал профессиональную карьеру.

Известно, что Постум от простого легионера поднялся до командующего (SHA. Туг. trig., III. 1; IX), и участвовал в военных операциях, которые проводил император Валериан{14}, приобретая опыт борьбы с германцами. По сведениям источников, римский император заметил и высоко оценил Постума (SHA. Туг. Trig., III.9-10). Требеллий Поллион характеризует его следующим образом: «Это был муж в высшей степени храбрый на войне, в высшей степени твердый в мирное время, во всех случаях жизни серьезный» (SHA. Туг. trig., III. 1).

Его военные таланты, умение руководить, прекрасные чисто человеческие качества и авторитет, которым он пользовался среди соратников по оружию, были быстро оценены командующим Аврелианом и императором Валерианом (Aur. Viet. De Caes., XXXIII.7; SHA Туг. trig., III.9; Eutr., IX.9.1; Zonaras, XII.24). Благодаря своим военным заслугам, Постум получил консульское звание{15}. Вероятно, он был немало удивлен приказу Валериана, отъезжавшего на Восток.

По вопросу, в какой должности был оставлен Постум, среди современных исследователей ведется дискуссия{16}. В общем, ему было доверено управление Галлией, а также даны четкие приказы по защите рейнского лимеса и контроле зарейнских земель{17}. Под командованием Постума, помимо легионов Галлии и обеих Германий были, очевидно, галльские вспомогательные отряды (Aur. Viet. De Caes., XXXIII.7). В III в. н. э. легионы набирались из провинциалов, поэтому галльские легионы состояли, в основном, из галлов. Источники справедливо замечают, что Постум стоял во главе варваров или галлов (Aur. Viet. De Caes., XXXIII.7; SHA. Туг. trig., III.3; Zosim., 1.38).

Как далеко простирались его полномочия, можно частично судить по надписи с аугсбургского алтаря{18}. Исходя из нее, Постум мог свободно распоряжаться вверенными под его командование легионами, и даже покидать вместе с ними границы подконтрольной ему территории, в которую, скорее всего, помимо Галлии входили и обе Германии. Соответственно, можно принять утверждение Требеллия Поллиона, что Постум был назначен наместником Галлии и, по всей видимости, обеих Германий{19} (SHA. Туг. Trig., III.3; Gall, duo., IV.3-4).

Валериан стремился обеспечить защиту западным провинциям, поставив во главе их талантливых полководцев и умных людей, имеющих авторитет, очевидно, не надеясь на Галлиена. Флавий Сиракузянин утверждает, что именно император Валериан настоял на том, чтобы основная часть западного контингента войск были в руках верного и разумного человека, который одновременно будет помощником и советником Галлиена (SHA. Aurel., VIII, 2). Этим человеком стал Постум, потому что другой военачальник, имеющий столь же большой авторитет, был сверх меры строг и мог излишне круто обойтись с Галлиеном{20}, «если тот по своей природной склонности к забавам проявит легкомыслие» (SHA. Aurel., VIII.4). Можно сделать вывод, что Постума знали при дворе и лично Галлиен.

Ситуация на рейнской и дунайской границах осложнилась. Известие о пленении и позорном рабстве Валериана вызвало широкий общественный резонанс. Сразу после того, как стало известно о судьбе Валериана, вспыхнуло восстание Ингенуя, наместника обеих Панноний и Мезий{21}. Вместе с командующим конницей Авреолом Галлиен жестоко подавил восстание, покарав не только нарушивших верность легионы, но и жителей провинций.

На рейнской границе Постум отражал набеги германских племен, все более завоевывая доверие и преданность своих подчиненных. Требеллий Поллион сообщает, что именно Постуму Галлиен поручил заботу о своем сыне Салонине{22}. Он был обязан не только охранять жизнь юного Цезаря, но и наставлять, как должен вести себя и действовать император (SHA. Trig. Туг., III. 1). Задачей Постума также было знакомить Салонина с войсками и показывать, как решать их проблемы в условиях войны и в мирное время. (Zosim., 1.38; Zonaras, XII.24). Здесь может возникнуть путаница, если не разобраться, какой из сыновей Галлиена оказался в Галлии.

Император Галлиен, который получил под контроль западные провинции империи, имел двух сыновей: Валериана Младшего и Салонина. По одним сведениям, Валериан Младший умер рано и его титул Цезаря получил Салонин Валериан. По другим, Валериан Младший был убит во время восстания Ингенуя, и лишь после этого Салонин был объявлен Цезарем{23}. Путаница происходит из-за того, что Салонин после смерти брата принял его имя, став Салонином Валерианом. Сомнительны утверждения о гибели Валериана Младшего, поскольку после его смерти не было выпущено никаких монет, как это было сделано после гибели Салонина.

Л. де Блуа полагает, что только после того, как Постуму была поручена опека над Цезарем Салонином, под его контроль перешли обе Германии{24}. Другие исследователи считают, что уже при Валериане Постум являлся наместником Нижней Германии, а затем стал по приказу того же императора стал наместником обеих Германий{25}. Галлиен, поручив Постуму своего сына, отдал ему и Галлию, где проживал наследник престола{26}.

Восстание Ингенуя побудило Галлиена опасаться влиятельных наместников, поскольку «человек очень храбрый, нужный для государства и, что всегда причиняет тревогу властителям, любезный воинам» (SHA, Tyr.Trig., IX.2), Постум стал подозрительным в глазах Галлиена. Римский император пристально следил за растущим авторитетом наместника Галлии и обеих Германий и осознавал, очевидно, возможность вспышки восстания в этих провинциях. Галлиен решил уменьшить не только зону влияния Постума, но и круг обязанностей, возложенных на него Валерианом. Для этого император направляет его на рейнскую границу с тем, чтобы тот продолжал борьбу с германскими племенами и укреплял обороноспособность лимеса{27}. Подчинившись капризу Галлиена, Постум ограничился заботами об укреплении порученного региона{28}.

Некоторые современные исследователи полагают, что Постум являлся в этот период наместником Germania inferior{29}, а также dux, или praepositus vexillationum{30}. Если учесть, что штаб-квартира Постума располагалась в Бонне, то это вполне вероятно. Р. Андреотти полагает, что Постум мог быть praepositus, либо praefectus германских numeri{31}. Тем не менее, многие источники указывают, что Постум был именно praeses. Одна надпись из Vindonissa указывает, что Галлиен в 259-260 гг. направил какого-то наместника Germaniae superioris в этот город с целью восстановить его и укрепить стены, разрушенные вторжением аламаннов, что и было успешно сделано (CIL. XIII, 5203). Был ли это Постум, можно только предполагать{32}.

Но Галлиен на этом не успокоился. Он направляет в эти провинции некого Сильвана, передав ему опеку над Цезарем Салонином. Возможно, что в распоряжение Сильвана были отданы Верхняя Германия и Белгика{33}, но, скорее всего, Сильван был префектом претория{34}. По свидетельству Зонары, Сильван являлся префектом (Zonaras, XII.24). При этом, в назначении префекта претория нет ничего необычного, поскольку в течение 2-й половины III в. Praefecti Praetoriorum выступали как представители центральной власти против очагов мятежей{35}.

Таким образом, Галлиен решил контролировать наместника Галлии и обеих Германий через Сильвана (SHA. Туг. Trig., IX. 1; SHA. Туг. Trig., III. 1). Опасался ли Галлиен преданных Постуму галльских легионов, или действительно осознавал, что в условиях, когда Галлию захлестнула волна новых набегов германских племен, только талантливый и авторитетный человек способен осуществлять верховное командование и защитить провинции, неизвестно.

Сильван вместе с Цезарем Салонином перебирается в Колонию-Агриппину (совр. Кёльн){36}, сделав ее своей резиденцией, хотя первоначально он был в Августе Треверов (совр. Трир){37}. Причины выбора резиденции не совсем ясны. Возможно, что в Августе Треверов Постум имел большую поддержку, а район Колонии-Агриппины считался неспокойным. Сильван сразу же принимает усиленные меры по укреплению стен и обороноспособности Колонии-Агриппины путем проведения работ по восстановлению оборонительных, а также возведение новых{38}.

Сильван сразу же поставил себя так, что конфликт между ним и Постумом стал неизбежным. Враждебность между ними ощущается и по скупым строкам источников. Поскольку с момента назначения Сильвана Постум находился под пристальным и постоянным контролем этого человека, безусловно, информировавшего Галлиена обо всех его действиях, то его решительные действия против германцев могли вызывать критику со стороны Сильвана{39}. Можно предположить, что все обстоятельства, приведшие в конечном итоге к восстанию, накапливались постепенно. Но говорить о заранее продуманном и планируемом плане мятежа вряд ли возможно{40}.

Конфронтация между Постумом и Сильваном достигла критической точки{41}, когда первый, в противовес рекомендациям нового наставника Салонина, преследует германские племена за Рейном (Aur. Viet. De Caes., XXXIII; Zonaras, XII.24; Zosim., 1.38), направив при этом часть войск на север и восток Галлии, а часть оставив на рейнской границе, обезопасив тем самым провинции{42}. Военная операция была завершена с ошеломляющим успехом и захватом огромной добычи (Zonaras, 12. 24; Zosim., 1.38 ){43}.

Узнав об этом, Сильван от имени Цезаря Салонина потребовал отдать военную добычу, которую Постум по праву военачальника успел раздать своим подчиненным{44}. Это оказалось последней каплей в чаше терпения легионов, поскольку до этого их недовольство вызывали действия самого Галлиена, который равнодушно отнесся к пленению своего отца (SHA. Gall, duo., XVII. 1) и «погряз в роскоши и пороках» (SHA. Gall, duo., IV.3; XVI; Epitome, XXXIV). Они направились к Колонии-Агриппине и в короткие сроки взяли ее приступом, при этом Сильван и Цезарь Салонин были убиты (Zosim., 1.38; Zonaras, XII.24; SHA. Туг. Trig., IU.3). Но участвовал ли в этой акции Постум лично?

Ни Евтропий, ни Аврелий Виктор ничего не сообщают об этом эпизоде. Требеллий Поллион пишет, что многие обвиняли именно Постума в убийстве Салонина, но это совсем «не соответствует его нравам» (SHA. Туг. Trig., III.2). Зосим упоминает, что Постум, взяв с собой легионы, отправился к Колонии-Агриппине. Здесь он потребовал выдачи сына Галлиена и Сильвана. Когда его требование было выполнено, он приказал обоих убить (Zosim., 1.38) .

Зонара излагает этот эпизод немного по-иному: Постум, назначенный Галлиеном охранять рейнскую границу, тайно перешел реку, взял у варваров большую добычу и раздал ее легионерам. Приставленный к наследнику престола некий Альбан{45} потребовал добычу для Салонина. Тогда Постум стал побуждать легионы к измене. Придя к Колонии-Агриппине, они убили Альбана и Салонина (Zonaras, XII.24). По словам Полемия Сильвия, восстание началось во Вьенне (Pol. Silv. 45). Современные исследователи предполагают, что в момент восстания Постум находился либо в военном походе{46}, либо в Могонтиаке{47}, который недолгое время являлся штаб-квартирой наместника Верхней Германии{48} (CIL. XIII, 6780), либо в своем штабе в Бонне{49}.

Согласно надписи на победном алтаре из Аугсбурга (прил. Postum, 31), Постум был призван на помощь наместником провинции Реция, через которую с опустошающим рейдом в Северную Италию прошли германцы из племени семнонов или ютунгов. Свидетельство об этом грабительском набеге можно найти только у Орозия (VII. 22). Галлиен, очевидно, не отреагировал на просьбы о помощи. С другой стороны, Постум считался правой рукой римского императора и к кому, если не к нему обращаться за помощью в сложной внешнеполитической ситуации, когда часть войск из Реции, скорее всего, была уведена Авреолом для подавления восстания Ингенуя. Захватив с собой, как гласит надпись, легионы, расквартированные в обеих Германиях, Постум поспешил в Рецию. Если это случилось сразу, как только Постум вернулся из своего «тайного» зарейнского рейда, то тогда слова Зонары о том, что военачальник успел собрать по требованию Сильвана лишь часть уже розданной легионерам добычи, становятся более понятны. Постум спешил на помощь наместнику Реции.

Постум использовал привычку германцев возвращаться из набегов той же дорогой, что и пришли. Семноны, отягощенные награбленным добром и захваченными в Италии пленниками, не ожидали попасть в засаду на обратном пути через Рецию. Они были полностью разбиты, и лишь небольшая часть смогла уйти от погони.

Вполне возможно, что именно в это время в ставке Постума взбунтовались легионы, направились к Колонии-Агриппине и, взяв ее приступом, убили Цезаря Салонина и Сильвана. Инициатором бунта стал 1-й легион Минервы (Minervia), о чем свидетельствуют монеты Постума, выпущенные позднее{50}. Согласно эпиграфическим данным, в легионе служили выходцы из разных провинций, например: 6 легионеров, происходящих из Трех Галлий{51}, 9 из Германий{52}, 2 из Норика, 1 из Паннонии, 1 из Далмации, 4 из Фракии, 1 из Сирии{53}. Интересно, что дислоцировался легион в Бонне — городе, который до некоторого времени являлся, условно говоря, штаб-квартирой наместника Галлии и обеих Германий.

Постум мог появиться под стенами разрушенного города слишком поздно. Таким образом, надпись с победного алтаря из г. Аугсбурга дала еще один довод в пользу того, что Постум не был причастен к казни наследника престола; восставшие легионы распорядились по-своему{54}. Существует также версия о том, что сам Сильван объявил Салонина императором, решив захватить власть через наследника престола{55}. Предположение строится на основе монет, отчеканенных в Колонии- Агриппине, — на аверсе: IMP SALON VALERIANVS AVG, на реверсе: FELICITAS AVGG, или в другом варианте на реверсе — SPES PVBLIСА{56}. Но Салонин не пользовался уважением галлов и доверием легионов, в этом префект претория просчитался. Поведение Сильвана в целом в этот период охарактеризовал А. Бланше, заметив, что он проявил «le comble de la legerete»{57}.

С другой стороны, немецкий исследователь X. Виллгер настаивает на том факте, что Постум был провозглашен в 259 г., а Цезарь Салонин убит в 261 г. Подобная точка зрения единственная в своем роде, поскольку другие исследователи не отрицают, что два события: убийство Салонина и провоглашение Постума, — произошли через незначительный временной промежуток.

После этого события Постум остался в Бонне, ожидая решения Галлиена{58}. Поскольку Постум отрекся от причастности к убийству наследника престола, он мог ожидать, что император вызовет его в Рим, но этого не случилось{59}. Легионы провозгласили Постума императором. Поняв, что от его решения зависит не только судьба подвластных ему легионов, но и всей Галлии{60}, он принял на себя бремя императорской власти. Источники не дают подробные сведения об этом событии, а лишь констатируют факт провозглашения (Eutr., IX.9: «purpuram sumpsit»; Aur. Viet. De Caes., XXXIII.7: «imperium ereptum ierat»; SHA. Gall. Duo., IV.3: «Galli.-.Postumum ad imperium vocarunt», Туг. Trig., III.2: »sumpsit imperium»; Oros., VII.22: «inuasit tyrannidem»).

Вопрос о точной дате этого события достаточно спорен и требует отдельного тщательного исследования. На основе археологических данных время падения Колонии-Агриппины следует отнести к 257/258 гг.{61} Консекрационные монеты, выпущенные Галлиеном после убийства своего сына Салонина, датируются 258 г.{62}. Победный алтарь из г. Аугсбурга датируется 260 г. (сражение, согласно надписи, произошло в мае, а памятник воздвигнут в сентябре). Разброс датировок достаточно велик{63}. Поэтому с небольшой долей сомнения можно утверждать, что провозглашение Постума императором произошло в конце 258 г. — начале 259 г. Тогда получается, что наместник Реции осмелился обратиться за помощью к «бунтовщику», пойдя наперекор Галлиену.

Примечания

1. BARTON I. М. Postumus and Carausius: the idea of nationalism? // PCA. 1955. Vol. 52. P. 17-18; HEPOHOBA В.Д. Социально-политическое и экономическое развитие ранней Римской империи / История Древнего Мира: Упадок древних обществ / Под ред. И.М. Дьяконова и др. — изд.2-е, испр. М, 1983.С. 55.

2. BOUVIER-AJAM М. Les Empereurs Gaulois. Pins. 1984. P. 161; КУЛИКОВА Ю.В. Создание Галльской империи / / Вопросы истории. 2004. № 1. С. 134— 143.

3. KONIG I. Die gallischen usurpatoren von Postumus bis Tetricus. Miinchen, 1981. (Vestigia, Bd. XXXI). S. 49.

4. BLANCHET A. Une hypothese sur la patriede Postume// REA. 1913. N4 15.P. 431-432.

5. HIERNARD J. Les sourses de l'histoire des empereurs gallo-romains (259-274). Bordeaux, 1972. P 354-356.

6. BOUVIER-AJAM M. Op. cit. P. 161.

7. Ibid., P. 163.

8. DRJNKWATER J.F. The Gallic Empire: separatism a.continuity in the North-West provinces of the Roman Empire AX). 260-274. Stuttgart, 1987. P. 22.

9. WILLGER H.J. Studien ... S.41.

10. KONIG I. Die gallischen... .S. 52.

11. ALTHEIM F. Niedergang... S.354.

12. Интересно, что надпись из Парижа CIL. XIII, 3035 [P]ostumus. В еще одной надписи из Ренн (CIL. XIII. 3151): [in] honor[em domus dijvinae et [pagi]iniMar[ti P] ostumijus? sac(erdos) Roma]e et Aug(usti), q[uest(or); civ]itas Ried[onum], Другая надпись из Ренн (Mowat von R., Bull. Des Antiq., 1896,304) «fortasse [cura P]ostumi или [per P]ostumi[anum.» Вообще же, Дюваль приводит несколько надписей, в которых встречается имя Постум -(CIL. XII. 3176,3271,5686, 5736; XIII 7342b (Posstimus), 11525d, 11741, — и все эти имена не принадлежали галльской знати.

13. DRINKWATER J. F. The Gallic Empire.... P. 22-23.

14. Известно также, что Валериан действительно проводил военные операции против франков и аламаннов. Об этом свидетельствуют монеты, на которых Валериан носит титул «Германский». См. ALFOLDI A. The reckoning ..P. 2-3; ALFOLDI A. Regnal years and victories ofGallienus and Valerian //JRS. 1945. Vol. 35. P. 9-12; MATTINGLY H. Notes on the chronology of the Roman imperors from Valerian to Diocletian // NC. Ser. 6.1946. Vol. 6. № 21 -24. P. 133¬136; CALLU J.P. La politique P. 221 -222; АБРАМЗОН М.Г. Ук. соч. С. 258.

15. Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 24; König I. Die gallischen... S. 43.

16. Schiller H. Geschichte der Römischen Kaiserzeit: I—II Bd. Gotha, 1883. Bd. II. S. 831-832; Stevenson G. H. Roman provincial administration. Oxford, 1939. P. 89; Howe L. L. The Pretorian Prefect from Commodus to Diocletian (AD. 180-305). Chicago, 1942. P. 81; Thompson E. A. Peasant revolts in late Roman Gaule and Spanien / / Past and Present 1952. № 2. P. 13-15; Colin J. Senateurs gaulois a Rome et gouvemeurs romains en Gaule au III-e siecle / / Latomus. 1954.

Bd. XIII. P. 224; Gansbeke P. van. Postume et Lelien gouvemeurs de la Germanie inferieurе? / / RBN. 1959. Vol. 105. P. 25-32; Schlippschuh О. Die Händler im Römischen Kaiserreich in Gallien, Germanien und den Donauprovinzen Rätien, Noricum und Pannonien. — Amsterdam, 1974; Fishwick D. The development of provincial ruler worship in the Western Roman Empire / / ANRW 1975. Bd.Il /16.2. 1240-1242; Van Dam R. Leadership and Community in Late Antique Gaul. Berkeley, 1985. P. 99; König I. Die gallischen... S. 43-44; Drinkwater J. F. The Gallic Empire ... P. 24-25; Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 161 -162.

17. «barbaris per Galliam praesidebat» (Aur. Vict De Caes., XXXIII.8); «transrhenani limitis ducem et Galliae praesidem» (SHA. Tyr. trig., 1II.7); «άρχην έν Κελτοϊς στρατιωτών έμπεπιστευμένος...» (Zosim, 1,38,2); «εις φυλακήν τού Τήνου ποταμού έαθαίς» (Zonaras, XII.24); «άπολλυμενας τάς έπαρχίας ταύτάς ύπό σοΰ {Gallienus} ταχθείς διασώζειν» (Petr. Patr., 164; Cass. Dio., IX.3,743).

18. Bakker L. Raetien unter Postumus: das siegesdenkmal einer Jathungeuschlacht im Jahre 260 n. Chr. Aus Augsburgs // Germania. 1993. Bd.71 (2), 370; KONIG I. Die Postumus — Inschrift aus Augsburg // Historia. 1997. № 3. S. 342; КУЛИКОВА Ю.В. Территориальный состав «Галльской империи» и победный алтарь из Аугсбурга // Древний Восток и Античный мир: Труды кафедры истории древнего мира: вып. V М., 2002. С. 140-150.

19. BOUVIER-AJAM М. Op. cit. Р. 164; DRINKWATER J.F. The Gallic Empire ... P 26; BRAUER G.-C. Jr. Op. cit. P. 139; MILLAR F. The Development of jurisdiction by Imperial Procurators: Further evidence // Historia. 1965. Bd. 14. № 3. P. 362; ALFOLD Y G. Notes sur la relation entre le droit de cite et la nomenclature dans lempire romain // Latomus. 1966. Vol.25. — P. 37-52; BLOIS L., de. Op. cit P. 47-50; PFLAUM H.-G. Les с arrives procuratoriennes equestres sous le Haut-Empire romains. Paris, 1960. P. 77; PFLAUM H.-G. Les procurateurs £questres sous le Haut-Empire romains. Paris, 1950. P. 65; MACMULLEN R. Roman government S..P 74.

20. Луций Домиций Аврелиан, который стал императором Рима после смерти императора Клавдия. Именно ему удалось вернуть отпавшие провинции под власть Рима, в том числе и Галлию. SHA. Aurel., VIII.

21. Также ставленника Валериана.

22. Безусловно, Цезаря Салонина сопровождали преторианцы, отвечающие за его жизнь.

23. Предположения о том, что старший сын Галлиена был убит в Паннонии, а не умер в мла¬денчестве, не находит доказательств. Kent ]. Р. С. Gallienae Augustae // NC. 1980. Vol. 150. P 64-68; DrinkwaterJ.F. The Gallic Empire ... .P. 25; Абрлмзон М. Г. Ук. соч. С. 448-449, по другим сведениям Салонин мог прожить до 266 г, что более чем сомнительна Patti С. Cronologia degli imperatori gallici // Epigraphica. 1953. Vol. XV P. 67-69.

24. BLOIS L.,DE. Op. cit. P 6.

25. SCHILLER Н. Op. cit. — Bd. II. S. 829; DRINKWATER J. F. The Gallic Empire ... P. 25; BOUVIER- AJAM M. Op. cit P. 161; Howe L.L. The Pretorian.... P. 81; COLIN J. Senateurs ... P. 224; GANSBEKE P. VAN. Postume et Lelien.... P. 29-31; GORESKI J. Seid einig, bereichert die Soldaten, alles andere verachtet. „Der romische Staatshaushalt und die Kosten der militarischen Besatzung der Saalburgkastelle«/ Schallmayer E. (Hrsg.), Hundert Jahre Saalbuig. Vom romischen Grenzposten zum europaischen Museum. Mainz, 1997.S. 147-154.

26. SCHILLER H. Op. cit — Bd. II. S. 829-830; BOUVIER-AJAM M. Op. cit P. 161; DRINKWATER J. F. The Gallic Empire... P. 25; SCHAFER CHR. Spitzenmanagement in Republik und Kaiserzeit Die Prokuratoren von Privatpersonen im Imperium Romanum vom 2. Jh. v. Chr. bis zum 3.Jh. n. Chr. St Katharinen, 1998. S. 97-99,103.

27. GANSBEKE P. VAN. La mise en etat de la defense de la Gaule au milieu du IH-e siecle apris J.-C. //

Latomus. 1955. Bd. 14. P. 406; PETRIKOVITS H. VON. Fortifications in the north-western Roman Empire from the third to the fifth century A. D. //JRS. 1971. Vol. 61. P 181; SCHONBERGER H. The Roman frontier ... P 14—15; DRINKWATER J. F. The Gallic Empire ... P.25.

28. BOUVIER-AJAM M. Op. cit P 162;KONiGl.Diegallischen....S.53.

29. DRINKWATER J. F. The Gallic Empire ... P. 24.

30. STEIN E., RITTERLING E. Fasti des Romischen Deutschland unter dem Prinzipat. Wien, 1932. Fasti 85 n. 50; WILLGER H.J. Studien ...S. 42-44.

31. ANDREOTTI R. L'usurpatore Postumo nel regno di Gallieno: Vol. 1—II. Bologna, 1939. — Vol. 1:1 precedent della rivolta. P. 27-35.

32. KONIG I. Die gallischen... .S. 53.

33. Ibid.

34. ALFOLDI G. Notes sur la relation ... P. 45-46; HOWE L. L. The Pretorian Prefect.... P. 81.

35. Так, на Востоке контролировали префекты претория - Successianus и Ballista, на Западе — Silvanus Volusianus. — HOWE L. L. Op. cit P 58.

36. При Валериане этот город получил название Civ. Col. Agripp. Aug. Valerian. Gallien.(CIL. XIII, 8261).

37. BOUVIER-AJAM M. Op. cit. P. 162.

38. В строительном растворе стен и ворот Колонии-Агриппины были обнаружены монеты Цезаря Салонина, датируемые 257-258 гт. см.: GANSBEKE P. VAN. La mise... P. 405.

39. DRINKWATER J. F. The Gallic Empire... P. 25; Bouvier-Ajam M. Opcit P. 162; KOnig I. Die gallischen... S. 53.

40. DRINKWATER J. F. The Gallic Empire... P. 25.

41. BOUVIER-AJAM M. Op. cit. P. 162; BLANCHET A. Lavenement Postume ё l'empire / / REA. 1912. VoLXIV P. 294.

42. König I. Die gallischen... S. 53; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 24-25; Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 162; Gansbeke P. van. Les invasions germaniques en Gaule sous le rdgne de Postume (259 -268) et le temoignage des monnaies / / RBN. 1952. Bd. 98. P. 24-29.

43. BOUVIER-AJAM M. Op cit P. 166; DRINKWATER J. F. The Gallic Empire... P 50-51 BAATZ D. Op.cit S. 8.

44. Со времени правления Септимия Севера часть захваченной добычи военачальник раздавал своим подчиненным в качестве наград и поощрений, что отмечено и в источниках — (Dio Cass. LXXVII.15,2).

45. Зонара является поздним автором, поэтому для его текства характерны неточности и ошиб­ки, совершенные, видимо, либо переписчиками, либо самим Зонарой.

46. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 24-25; Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 162.

47. Jullian C. Op. cit — Vol. IV. P. 572; Esser Κ. H. Mogontiacum / / BJ. 1972. Bd. 172. S. 215-224; Kutsch F. Die Grabung im Mainzer Legionslager 1919 // Germania. 1920. Bd. 1 -2 . S. 26-28.

48. Demougeot E. La formation de l’Europe et les invations Barbares: Vol. I—II. Paris, 1969. — Т. I: Des origines germaniques ä l’avenement de Diodetien. P 491; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 143.

49. König I. Die gallischen.... S. 56. Исследователи полагают также, что инициатором восстания мог стать 1 легион Минервы, базирующийся в Нижней Германии, а также легионы, распола­гавшиеся в Aquincum и Sirmium, легионы, кторые участвовали в сражениях против франков еще под командоваием Валериана. — см. Blois L., d e. Op. cit , 21 f.

50. Elmer 309 (Aur.) 313 (Ant), MINER(va) FAVTR(ix).

51. CIL. XIII, 1832 = Riese, 573; CIL. XIII, 1846 = Riese, 593: Cassianius Lupulus (Lyon); IGR, III, 80 = Dessau 9476 = Riese 526: Victorius Sabinus, Velocassimus (Heraclea Pontica); CIL. XIII, 1844 = Dessau, 2463 = Riese 608: Aurelius Primus, civis Remus (Lyon); CIL. XIII, 1887 = Riese, 617: Aludisas (Lyon); König I. S. 89: Adnamatius Dubitatus (Bonn).

52. CIL. X, 3896 = Riese, 2273: Silvanius Silvester, natus Coi. Agrippinense (Caserta); XIII, 1844 = Dessau 2463 = Riese 608: Modestinius Peregrinus, civis Agrippiensi (Lyon); CIL. XIII, 8002 = Riese, 546: Opponius Patemus, Agrippinensis (Lessenich); CIL. XII, 8091 = Riese, 2290/1: T.Manilius Genialis, Agripp., T. Manilius Iucundus ? (Bonn); CIL. XIII, 8278 = Riese,520: Aurelius Aristaenetus pater, Aurelius Aristides filius, Agripp. (Köln); CIL. XIII, 8566 = Riese, 529: Cassius Victor (Neub): CIL. XIII, 8040 = Riese, 527: ignotus natione Frisaus (Bonn); Riese, 524: Iulius Betto (Rom); CIL. XIII, 8068 = Riese, 531: Haldawon[ius] V[erus ?] (Bonn).

53. König I. Die gallischen... S. 89-90.

54. Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 163.

55. Howe L. L. Op. cit P. 59; Kent J. P. C. Gallienae Augustae / / NC. 1980. Vol. 140. P. 65-67.

56. Eimer, 108, 109, 113, 114.

57. Blanchet A. Lavenement Postume.... P. 294.

58. Drinkwater J. F. The Gallic Empire ... P. 25.

59. Bouvier - Ajam М. Op. cit. Р. 163; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 77; В таком случае Галлиену легче было бы расправиться с «бунтовщиком».

60. Bouvier - Ajam М. Op. cit Р. 166; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 3 0-31.

61. Gansbeke P. van. La mise... P. 406-407; . Shönberger H. The Roman frontier... P. 143.

62. Абрамзон М.Г. Ук. соч., с. 267; Lafaurie J. La chronologique des empereurs gaulois / / RN. 1964. Vol. 6. — P. 98; Besley E., Bland R. The Cunetio treasure... P. 44,57; Elmer, 17,108-109, 113-114.

63. Alföldi A. Zur Kenntnis ...S. 198-203; Mattingly H. Notes on the chronology o f the Roman emperors from Valerian to Diocletian / / Journal o f Egyptian Archaeology. 1927. Vol. XIII. P. 14-18; Delbruek R., Elmer G. Die Münzprägung der Gallischen Kaiser in Köln, Trier und Mailand / / BJ. 1941. Bd. 146. — S. 44-47; Patti C. Chronologia... P. 76-77; Christol M. Les regnes de Valerien et de Gallien (253-268): travaux densemble, questions chronologiques / / ANRW 1974. Bd. II / 2. P. 803-827; Lopuzanski G. La date de la capture de Valerien et la Chronologie des empereurs gaulois. Brusseles, 1951. (Cahiers de l`Institut des Etudes Polonaises en Belgique, 9); König I. Die gallischen... S. 59-60; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 93-95; Lafaurie J. La chronologique... P. 97-99; Drinkwater J. F. Coin Hoards and the Chronology of the Gallic Emperors / / Britannia. 1974. № 5. P. 293-296.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 5. Становление «Галльской империи»

Теперь Постум должен был решить первоочередные задачи. Необходимо было, прежде всего, освободить разоренную Галлию от уже вторгшихся германских племен, а также предпринять все, чтобы не допустить новых набегов. Украинский исследователь И.П.Сергеев утверждает, что именно германские вторжения стали причиной провозглашения Постума, поскольку Галлиен, по мнению галлов, был неспособен справиться со сложившейся ситуацией{1}.

Постум поручает небольшой части войск под командованием своих лучших офицеров рейнскую границу, рекомендуя все действия согласовывать с общими военными планами наступления{2}. Оставив незначительный контингент в качестве необходимого резерва, Постум направляет своих людей во все области Галлии и обеих Германий с целью убедить, что отдельные изолированные акции сопротивления варварскому вторжению не будут иметь успеха{3}. Вероятно, ему удается и это, и также убедить выступить отдельные гарнизоны из городов и крепостей, чтобы присоединиться к основной армии, намеревающейся обойти германцев с тыла{4}. Основное наступление разворачивалось с севера и с запада Галлии. На линии Пуатье — Ла Шатр — Моулин Постум делит армию на две части{5}. Одна из частей, видимо, под командованием самого Постума, направилась к Роне и Альпам, освобождая попутные населенные пункты{6}.

Присоединившись к центрально-восточному и юго-западному (очевидно, резервным) контингентам войск, армии Постума удалось выбить варваров с позиций в гг. Ним, Арль, Марсель, Фрежюс, Канн, Ницца (ант. Nikea) и отбросить их по другую сторону Альп{7}. Решительное контрнаступление имело успех ценой жесточайших сражений, в особенности, близ г. Арль (ант. Arelate), захваченного вождем аламаннов. Интересно, что этот факт упоминает только Григорий Турский, хотя и называет вождя аламаннов именем другого вождя этого же германского племени, но жившем в начале IV в.—Хрок (Greg. Тит. 1.32,34). Этой победой, освободившей Галлию, Постум еще более завоевал доверие и любовь кельтов.

Военные силы первого галльского императора формировались постепенно, по мере вхождения регионов в состав «Галльской империи». Достаточно долго медлила Верхняя Германия и находящиеся там легионы{8}. Войско Постума пополнилось также вспомогательными отрядами и конницей галлов{9} (SHA. GalLDuo., IV.3-5; Tyr.trig. III.4; IV.2; Aur.Vict. De Caes., XXXIII.7; Zosim., 1.38; Zonaras, XII.24), которой Постум придавал особое значение.

Достоверно известно из нумизматических и эпиграфических источников, что Постуму присягнули следующие легионы{10}: Legio 1 Minervia, который, возможно, был переведен в Августу Треверов{11}; Legio XXX Ulpia victrix{12}; (поддержавший впоследствии мятеж Леллиана), оба легиона дислоцировались в Нижней Германии. Legio XXII Primigenia; стоявший в Могонтиаке (Верхняя Германия), Legio VIII Augusta, базирующийся в Аргенторате (Страсбург) и своей присягой решивший судьбу Верхней Германии. Часть легиона располагалась в Августе Треверов. VI Победоносный из Британии, часть которого, согласно надписи{13}, стояла в Бонне в 260 г., и успела, примерно в это же время, побывать в Реции{14}. II Галльский легион, расположенный в Аравзионе (Оранж), VIII Испанский Ulpia Victrix, передислоцированный в Лион в связи с вторжениями германских племен. Легион XX Valeria Victrix из Британии (Честер), часть которого, возможно, vexiUationes, были передислоцированы на рейнскую и дунайскую границы, в частности, в Могонтиак{15}.

По той же причине, Испанский легион (Gemma) был частично переведен в Центральную Галлию, Лион{16}. Основной лагерь этого легиона находился в Lёоn (Испания) (CIL. II, 6183). Возможно, VII Близнец был одним из тех легионов, расквартированных в Германиях, которые Постум повел за собой на помощь наместнику Реции,

Легион V Macedonia поддержал восстание Ингенуя и Регаллиана, а после их разгрома присоединился к «Галльской империи»{17}. Однако место его дислокации Дунай, территория Tres Daciae, по всей видимости, на границе с Рецией. (IV Macedonia базировался на Рейне) А также следует упомянуть легион IV Flavia, дислоцирующийся в Moesia Superior; легион XIII Gemina, располагавшийся в Галлии, легион II Augusta из Британии (Richborough){18} (Notitia Dign. Ос., XXVIII.19), XIV Gemina из Pannonia Superior, III Gallica, базирующийся в Phoenice, который, возможно, был перемещен в «Галльскую империю»{19}. Стоявшая в Британии когорта 1-я Aelia Dacorum получает наименование Postumiana (прил. Postum., 27-28; CIL. VII, 820, 822). С большой долей вероятности, III Италийский из Реции{20}. II Траянов из Египта, именуемый Германским (CIL. III, 12057), передислоцирован в Северную Италию (где и произошло восстание Авреола, присягнувшего Постуму) и X Fretensis, стоявший в Палестине, был направлен в Британию. Оба легиона, по всей видимости, присягнули уже в конце правления Постума. Это объясняет то, что последние три легиона фигурируют на монетах Викторина и отсутствуют у Галлиена.

Для первого галльского императора вообще характерно отсутствие названий легионов на монетах. Все эмиссии носили общий характер, прославляя победы, воинскую доблесть и славу. Справедливо будет предположить, что легионы присягнули именно Постуму, поскольку Викторин не пользовался авторитетом и преданностью у легионов. Сомнения вызывает 2-й Августов легион, именуемый в одной из надписей этого периода «Germanicianarum», «Britannicianarum» (CIL. XIII, 3228), а также VI Gallicana, стоявший на Рейне. Известие об этом легионе появляется только в источниках, относящихся ко времени правления Аврелиана, который пытался вернуть под контроль не только провинции, но и легионы (SHA. Aurel., VII.l).

Из вспомогательных войск — auxilia, о которых есть сведения: в Британии — numerus Frisiorum (CIL. VII, 415) и их когорта (CIL. VII, 214), numerus сарматов (CIL. VII, 218), II когорта тунгров, которая еще при Гордиане имела почетное звание латинских граждан (CIL. VII, 882), — (в нее входили в качестве подразделений германские сотни, как pagus Vellaus и pagus Condrustis — CIL. VII, 1072,1073), numerus Hnaudifridi, поставивший надпись богиням Алайсиагам{21}, которым посвятили две надписи cives Tuihanti cunei Frisiorum (Dessau, 4760,4761). Также имеются сведения о еще одном воинском подразделении. Одна из надписей (RIB. 605) упоминает praefectus equitum alae Sebussianae Postumianae Flavius Ammausius, в более ранних надписях упоминается воинское подразделение, базировавшееся в Ланкастере — praefectus II Gallorum Sebosiana (CIL. XVI, 48, 69). Таким образом, из эпиграфических данных нам известно о присягнувших Постуму подразделениях из Britannia inferior: equitibus alae Sebussianae Postumianiae (прил. Postum., 29; RIB. 605) из Ланкастера; cohort I Aelia Dacorum Postumiana (RIB. 1883, 1886) из Birdoswald близ Адрианова вала; и выделенный первому галльскому императору некий отряд от res publica civitatis Carvetiorum (Аёр, 1965.216) из поселения также около Адрианова вала. Из Britannia superior — Isca Silurum (RIB. 2255) из Мэрджема, военное подразделение из Trecastle Hill (RIB. 2260), подразделение Deva из Честера и Segontium из Керванона (JRS. 1962, 52. 195. 24), подразделение Isca Dumnoniorum (RIB. 2232) из Эксетера.

Из вспомогательных частей, расположенных в других регионах из-вестно по эпиграфическим данным: ala Indiana Gallorum, в которой, по-видимому, служил Викторин. Именно эта часть перешла на сторону Постума в 264-265 гг.{22}. В Верхней Германии — подразделения из Колонии Агриппины и Новиомагуса (CIL. XIII, 6779,9092; BRGK. 1938. 27. 120; прил. Postum.,1, 23); в Нижней Германии — custos armorum Veranius Verinus из Бонна (Лёр. 1930. № 35, 54); из Тарраконской Испании — в распоряжение Постума были предоставлены воинские подразделения из Леона, Сан Мигуэль де Конфино, Пуэрто де Свевье, Acci из Кадикса (CIL. И, 4919; 4943,5736; прил. Postum.,4-5). Любопытно, что одно из подразделений было предоставлено Scorcia Onnacau Ammiae Caelionicae ex gente Peniorum. Из свидетельств античных авторов известно, что галлы отдали в распоряжение первого галльского императора вспомогательные отряды и конницу (Eutr., IX.9; SHA. Gall. Duo., IV.4; VII. 1; Туг. trig. III. 4; VI, 2; Zosim., 1.38; Zonaras, XII.24). В качестве подтверждения клятвы верности легионов были выпущены монеты с легендами: FIDES MILITVM, FIDES EXERCITVS{23}; VIRTVS EXERCITVS{24}; EXERCITVS AVG{25}, SALVS PROVINCIARVM, SALVS EXERCITII{26}.

Для стабилизации положения в государстве необходимо было укрепить обороноспособность рейнской границы. Для этого Постум принимает на службу наемников из германских племен (Zosim, 1.38; Zonaras, XII.24), создав из них ударные отряды. Батавы{27}, очевидно, были и в наемных отрядах, и на флоте, который также составлял военные силы первого галльского императора{28}. Доказательством этого факта может служить легенда, встречающаяся на монетах Постума, — HERCVLES MAGVSANVS{29}, которая в эпиграфических данных связана с Нептуном, покровителем навигации{30}. Другая легенда — HERCVLES DEVSONIENSIS{31} — должна была, вероятно, закрепить союз с франками, состоявшими на службе у первого галльского императора, особенно после победы в области Деузона, от названия которой получил свой эпитет Геракл{32}. В этой связи интересна легенда ENDVLGENTIA PIA POSTUMI AVGVSTI на монете с изображением Постума и коленопреклоненного пленника-варвара. По-видимому, она указывает на использование варваров, взятых в плен, в качестве земледельцев, а возможно, и солдат{33}. Помимо этого, выходцы из германских племен состояли на службе и в легионах, например, франки и аламанны (SHA. Gall. Duo., VII. 1; Туг. trig., VI.2){34}.

Современные исследователи сходятся в том, что Постум видел свое государство частью великой империи{35}. Он явно оставлял первенство за Галлиеном, а «Галльская империя» должна была войти в состав Римской империи в качестве автономной территориальной единицы{36}. С юридической точки зрения Постум мог считаться самостоятельным правителем, поскольку в то время публичное право действовало post factum. Он не считал себя римским императором и в начале правления не думал о претензиях на власть в Риме. На монетах и в надписях галльский император именуется Цезарем. Известно, что Постум пытался договориться с Галлиеном, направив к нему своих делегатов{37} (Anonym, VI; Dio Cass., IX.238). Но римский император не только отказался от переговоров, он открыто стал готовить карательную операцию{38}, свидетельства о которой имеются в источниках (SHA. GalLDuo., VII.I; Tyr.trig., XI.3; Zosim., 1.38; Zonaras, XII.25).

С какого именно момента Постум принял титул Августа, остается неизвестным. Так, в надписи на победном алтаре из г. Аугсбурга Постум уже именуется Августом{39}. Необходимо также учитывать, что титул этот уже не имел того значения, как раньше. Отбросив мысль о единстве с Римской империей, Постум, очевидно, задумывается о самостоятельном существовании «Галльской империи», как отдельного государства. При этом его позиция недостаточно ясна.

Столицей «Галльской империи» была избрана Августа Треверов (совр. Трир){40}, богатый город галльской знати, здесь же располагался монетный двор. Галльская аристократия, поддержавшая первого галльского императора, взяла на себя его материальное обеспечение.

В состав «Галльской империи» вошли территории Реции, Испании, Британии, Трех Галлий с Бретонью и Белгикой, Верхней и Нижней Германий, а также часть Фландрии. С уверенностью можно говорить о том, что одной из первых галльскому императору присягнула Реция, хотя ранее считалось, что эта провинция находилась под властью Галлиена{41}. Наместник Реции, Марк Симплициний Гениалис, присягнул Постуму вскоре после победы над ютунгами. Однако остается неясным вопрос, сколь долго Реция была в составе «Галльской империи».

Точная дата присоединения к Постуму Британии и Испании неизвестна. Свидетельством перехода Британии и Испании под контроль галльского императора может служить тот факт, что два британских и один испанский легионы исчезают с монет Галлиена{42}. На данных территориях не фиксируются надписи Галлиена. Зато характерно распространение надписей Постума. Кроме того, на территории Испании находят милевые столбы, датируемые временем правления первого галльского императора, один из которых содержит надпись с его именем{43}. Археологические данные позволяют утверждать, что строительство, которое активизировалось в ряде городов и поселений на территориях Испании и Британии, проводилось администрацией Постума{44}. На территории Испании чеканились монеты Постума, а серебро поставлялось в другие монетные дворы на территории Галлии{45}. Вплоть до правления Клавдия II Готского Испания, согласно археологическим, эпиграфическим и нумизматическим данным, находилась под властью первого галльского императора. Однако утверждение, что Испания оставалась под властью Постума только до тех пор, пока не была устранена германская опасность{46}, не имеет смысла, поскольку племена германцев сдерживали на тот момент только галльские императоры. Факт принадлежности Испании и Британии «Галльской империи» не вызывает сомнения и у современных исследователей{47}. Предполагается, что Постум лично посетил эти провинции{48}.

Так легенду PROFECTIO AVG{49} связывают именно с посещением Постумом Испании и Британии. Британию, по-видимому, Постум посетил во время морской экспедиции вдоль побережья с целью проверки обороноспособности ряда крупных крепостей и готовности флота{50}, а также для того, чтобы наметить дальнейшие мероприятия по укреплению линий обороны берегов и устьев рек (Рейн, Сена, Луара, Эско и более мелких — притоки Сены, Дендра, Айз) и ряда крепостей по берегам этих рек, и вдоль морского побережья современных территорий Фландрии, Нидерландов, Германии, Бельгии, Франции. К этому времени относится и появление монет с легендами SALVS PROVINCIARVM с изображением Рейна в виде бородатого мужчины, который лежит, опираясь на урну, положив руку на корабль{51} и легендами ADVENTVS AVG{52} с изображением императора, поднявшего в приветствии одну руку и опирающегося на щит другой.

Государственное устройство «Галльской империи» почти точно воспроизводило римское политическое устройство. Сенат, состоявший, вероятно, из представителей кельтской знати, выполнял совещательные функции{53}. Галльский император имел также в своем распоряжении должностных лиц, в частности, консулов, избираемых на два года{54}, и собственную преторианскую гвардию, что не было новым. Подобную гвардию в III в. имели военачальники, наследник престола и лично император. Она состояла из юношей знатного рода, которые охотнее шли в преторианскую гвардию, чем в легионеры. Поэтому, возможно, Постум просто увеличил ту гвардию, которую имел в качестве личной охраны до провозглашения. Его преторианская гвардия состояла из знатных галльских юношей{55}.

В первые годы правления согласие с Римом остается целью галльского императора. Именно поэтому Постум не оказывает сильного давления на города, чтобы добиться их подчинения{56}. Так, Нарбонская Галлия примкнула сразу после своего освобождения от германцев. Вьенна была центром крупноземельной аристократии и своим значением была обязана своими связями с окружающими большими имениями. Этот город сразу примкнул к «Галльской империи»{57}. Лугдун дал присягу Постуму в благодарность за освобождение от германцев и с надеждой на дальнейшую защиту. Другие города по-разному относились к галльскому императору. Августодун [совр-Autun] — центр мелких торговцев и ремесленников — оставался под властью Постума и в составе «Галльской империи» ровно до тех пор, пока центральная власть не стала достаточно крепкой. При императоре Аврелиане город «взывал» о помощи к римскому императору (Paneg. Lat, V[9]. 4.1; VIII [5] ).

Могонтиак являлся центром восстаний против галльских императоров. Этот город находился в районе мелких и средних вилл, принадлежавших ветеранам и легионерам, что и отразилось на его позиции. Однако большая часть региона почти сразу же принесла клятвы верности Постуму. В 260 г. уже были установлены милевые камни с именем Постума вдоль дорог Германий, Галлии и Испании{58}.

В то же время Галлиен выступил против персов при поддержке узурпатора Одената, который ранее одержал победу над узурпаторами Квиетом и Баллистой, получив в награду командование над всеми римскими войсками на Востоке{59}. После победы над персами Галлиен объявил его соправителем с титулом Августа (SHA. Gall, duo., III. 3; IX. 1; Anon. fr. VII; Joh. Ant., fr. 152. 2). Но к Постуму Галлиен оставался непримирим.

Кроме того, римский император, видимо, опасался союза между восставшими наместниками. И действительно, первый заключенный союз с Рецией привел к присоединению этой провинции к «Галльской империи». Современные исследователи на основании найденных монет Регалиана с легендами VIRTVS AVGG, AEQVITAS AVGG, CONCORDIA AVGG преполагают, что намечался союз между иллирийским наместником Регалианом и Постумом{60}. Находки монет Регалиана позволили предполагать более длительное, чем ранее считалось, правление этого узурпатора, точная дата провозглашения которого до сих пор спорна из-за малочисленности источников. Объединение военных сил, имеющихся в распоряжении Регалиана, который обладал властью над территориями обеих Мёзий, обеих Панноний и Дакии, могло поставить окончательную точку на правлении Галлиена. Помимо этого, известно, что Квиет, Макриан и Баллиста также вели переговоры с Постумом о заключении политического союза, о чем свидетельствуют нумизматические источники: во-первых, характерная для Макриана легенда SPES AV на найденной в Галлии монете с именем QVIETUS Р F AV, а также монеты Постума с легендой SERAPI COMITI AVG{61}, т. к. культ Сераписа не был распространен в Галлии{62}. Не это ли все стало причиной активизации военных действий со стороны Галлиена, осознавшего действительный масштаб опасности?!

Примечания

1. Сергеев И.П. Кризис... С.118.

2. Bouvier-Ajam М. Op. cit. Р. 163; König I. Die gallischen... S. 56; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 149.

3. König I. Die gallischen... S. 56; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 149; Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 163; Alföldi A. The invasions o f the peoples from the Rhine to the Black Sea / / CAH. Bd. XII. S. 160-171; Alföldi A. Studien.... S. 367.

4. Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 164; König I. Die gallischen...S. 56; Gansbeke P. van. Les invasions... P. 29-31. Уже в 259 г. появляются монеты, провозглашавшие Постума GERMANICVS MAXIMVS. Dessau, 561.

5. König I. Die gallischen... S. 56, 76; Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 164; Callu J. P. Aproches numismatique... .P. 605; Hedeager L. Empire, frontier and the barbarian hinterland: Rome and northern Europe from AD 1-400 / Rowalands M. et al. Centre and Periphery in the Ancient World. Cambridge, 1987. -P. 134-136; Gagniere S., Granier J. Inoccupation des grottes du III-e au V-e siecle et les invations germanique dans la basse vallee du Rhone / / Provence Historique. 1963. Vol. 13. P. 225-239; Buckley B. The Aeduan area in the third century / / The Roman West... — Part II. P. 293; GalliouP. Western Gaul... P. 272.

6. König I. Die gallischen.... S. 56; Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 164; Gansbeke P. van. Les invasions... P.30-31.

7. Pelletier A. Histoire et archeologie de la France ancienn Rhone-Alpes. De Tage du fer au Haut Moyen age. Le Coteau, 1988. — P. 115-117; Prieur J. L’histoire des regions alpestres (Alpes Maritimes, Cottiennes, Graies et Pennies) sous le haut-empire romain (I-er-III-e siecle apresj. C.) / / ANRW 1975. Bd. II /5. № 2. P. 652-654; Keay S. The Conventus.... P. 4 7 7 -478; KeayS. Roman... P. 119-121; WalkerS. The third century in the Lyon region / / The Roman West... — Part II. P. 317-319; Negrel J.-C. Une coque du Bas-Empire dans la rade de Marseille / / Arch. 1973. Vol. 55. P. 59-65.

8. Штаерман Е.М. Кризис... С. 449-450; Brewer R. Roman Fortresses and their Legions. London-Cardiff, 2000. P. 65-66,74.

9. Alföldi A. The Numbering o f the victories o f the emperor Gallienus and the loyalty o f his legions / / NC. Ser. 5.1929. Vol. IX. P. 218-279; König I. Die gallischen... S. 86-89; Brewer R. Roman Fortresses... P. 75-77.

10. Немецкий исследователь уверен в присяге только 6-ти легионов: см. König I. Die gallischen... S. 89-91; английский с уверенностью добавляет один испанский и два британских легиона: Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 27; E. М. Штаерман не была уверена в присяге леги­онов, которые появляются на монетах Викторина. См. Штаерман Е.М. Кризис... С. 449; еще раньше известный ученый называет почти все эти военные соединения: Alföldi A. The Numbering... S. 265-270.

11. Cohen, У 2,3 87,259-462.

12. Cohen, У 2,3 94,552-557.

13. AE. 1930. Vol. XXXV.

14. В Британии легион базировался в Glevum — CIL. VI, 3346. Pauly-Wissowa, 1612.

15. Strickland T.J. Third century Chester / / The Roman West... — Part II. P. 428; Brewer R. Roman Fortresses... P. 43-44.

16. Keay S. J. The Conventus... P. 466-467.

17. Cohen, VI, part 2,375,61; CIL. У 1881; В 275 г. вернулся под контроль Аврелиана.

18. Strickland T.J. Third century Chester ... P. 434.

19. Pauly-Wissowa, 1343-44.

20. Cohen, V, part 2, 268-271; Dessau 8882; Pauly-Wissowa, 1529; Brewer R. Roman Fort­ resses ... P.49-51.

21. Штаерман Е.М. Кризис... С. 202.

22. König I. Die gallischen... S. 70; Mowat R. Les ateliers monetaires imperiaux en Gaule: principalement de Postume a Tetricus (258-273) / / RN. 3 ser. 1895. Vol. 13. P. 166; Alföldy G. Die Halfstruppen der römischen Provinz Germania Inferior. Büsseldorf, 1968. (Epigraphische Studien, Bd. 6). S. 19; Schiller H. Op. cit. — Bd. II. S. 832.

23. Elmer, 133, ant. -189; ant. -192, quin. -227-232 ; RIC. Postumus, 59,105,123; Elmer, 407-409.

24. Elmer, 322-323.

25. RIC. Postumus, 116-117. Elmer, 199.

26. RIC. Postumus, 38,87,116-117; Elmer, 410-412, aur. -418, ant. -14.

27. Батавы — западногерманское племя. В 1-м в. н. э, возглавляемые Юлием Цивилисом (!), подняли против Рима мятеж, к которому примкнули соседние германские и кельтские пле­мена, а также часть римских солдат. После разгрома этого восстания, батавы привлекаются на военную службу Римской империей. Они славились как искусные всадники и матросы. Преимущественно из них состояли императорские телохранители. К IV в. батавы слились с франками в один народ. — Буданова В. П. Варварский мир эпохи Великого переселения народов. М., 2000. С. 162.

28. Starr С. G. The Imperial Navy 31 B.C. -A.D. 324. Cambridge, 1960. P. 147-154; Gricourt D. Les Incursions de pirates de 268 en Gaule septentrionale et leurs incidences sur la politique de Postume. A propos du hiatus numismatique d`Ardres / / TMon. 1988. Vol.X. P. 39-42; Middleton P. Army supply... P. 90-95; Bonnard L. La navigation intorieure de la Gaule a l‘Epoque gallo-romaine. Paris, 1913; Sander E. Zur Rangordnung der römischen Heeresi die Flotten / / Historia. 1957. Bd. VI. S. 347-367; Johnso n S. The Roman forts o f the Saxon Shore. L., 1976. P. 236; Gansbeke P. van. La mise P. 417-418; Schönberger H. The Roman frontier... P. 178-182; Alföldi A. The invasions... P. 155,158; Raepsaet-Charlier M.-Th., Raepsaet G. Gallia Belgica et Germania Inferior. Vingt-cinq annees de recherches et archeologique / / ANRW. 1975. Bd. II / 4. P. 97; Thoen H. Tbe third century Roman occupation in Belgium: the evidence of the coastal plain / / The Roman West... — Part 1. P. 248-249;

Birley A. R. The economic effects of Roman frontier policy // The Roman West... — Part. 1. P. 39,43; Cleere H. The Classis Britannica / Johnston D. The Saxon Shore. L., 1977. P. 16-19; King A. The decline o f samian ware manufacture in the North West Provinces: problems of chronology and interpretation / / The Roman West... — Part I. P. 71 -73.

29. Magusa — поселение на p. Мозель, которое населяли батавы, служившие в отрядах Постума. RIC. Postumus, 68,139.

30. Legentilhomme P. Le desastre d`Autun en 1969 / / REA. 1943. Vol. 45. P. 236.

31. RIC. Postumus, 20 -22 ,64 -66 ,98 ,99 ,130 -134 ,137 ,200 -202 ,343.

32. Область Deuson населяли как франки, являвшиеся основным населением, так и батавы. Франки размещались по нижнему и среднему течению Рейна. III -IV вв. являются периодом складывания племенного союза франков. См.: Буданова В. П. Ук. соч. С. 1 6 2,391- 392.

33. Штаерман Е.М. Кризис... С. 453; Cohen, Postum., 71.

34. Об этом свидетельствуют находки золотых монет галльского императора в верховьях р. Эльбы и в бассейне р. Заале. Они показывают также, что наемники набирались из «глубин­ки» Германии. Werner J. Bemerkungen zur mitteldeutschen Skelettgrabergruppe. HasslebenLeuna zur herkunf der ingentia auxilia Germanorum des gallischen somderreiches in den jahren 259 -274 / / Partschrift fiir W Schlesinger. Bd. 1. — Kob. Wien, 1973. — S. 28-30; Brulet R. Les dispositifs militaire du Bas-Empire en Gaule septentrionale / / Larmee romaine et les barbares du III-e au VII siecle. Reun. Par Vallet F. Kazanski M - Rouen, 1993. S. 135-140.

35. Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 166; Alföldi A . Zur Kenntnis... S. 204; König I. Die gallischen... S. 50; Blanchet A . Lavenement Postume.... P. 295.

36. Brauer G.-C. Jr. Op. cit. P. 142; Drinkwater J. F. The Gallic... P. 25; König I. Die gallischen... S. 54; Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 163; Куликова Ю.В. К вопросу о государственном стату­се «Галльской империи» / / В поисках древности: История древности и археология. Труды II и III межвузовской конференции молодых ученых памяти проф. В.Ф. Семенова. М., 2005. С. 191-197.

37. König I. Die gallischen.... S. 54; Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 63.

38. Drinkwater J.F. The Gallic Empire ... P. 25-26; Bouvier-Ajam M. Op cit. P. 170.

39. Barker L. Raetien... S. 374-375; König I. Die Postumus .... S. 344.

40. Garson R. A.G. Les premieres emissions monetaires de Postum a Treves / / TMon. 1990. Vol. XII. P.41-49; König I. Die gallischen.... S. 107-109; Drinkwater J. F. The Gallic Empire ... P.26-27; Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 166; Brauer G.-C. Jr. Op. cit. P. 142; King A. Roman Gaul and Germany. Univ. of California press, 1990. P. 39-40.

41. Eck W. Die Statthalter der Germanischen Provinzen vom 1 - 3 .Jhr. / / Epigraphische Studien. 1985 (Bonn). Bd. 14. S. 83-85; Barker L. Raetien... S. 381; König I. Die Postumus.... S. 341-354; Куликова Ю.В. Территориальный состав «Галльской империи» и победный алтарь из Ауг­сбурга / / Древний Восток и Античный мир: Труды кафедры истории древнего мира: вып. V М., 2002. С. 140-150.

42. Выше уже упоминалось, что испанский легион VII Gemina был переведен из города Leon в галльский город Лион с целью обеспечения безопасности всего региона. Кроме того в Бон­не дислоцировалась часть британского легиона 1 -го Победоносного. Согласно надписям, Постуму также присягунли отдельные части и вспомогательные войска из этих регионов.

43. В Кадиксе найден милевой камень с именем Постума, датируемый 260 г. — Dessau 562, CIL. XII, 4943. Штаерман E.M. Кризис...С. 457; Циркин Ю. Ук . соч. С . 267; Balil А. Hispania... Р.275-276.

44. Balil A. Hispania... Р. 277; Keay S. The Conventus... P. 478; Keay S. Roman ... P. 119-121.

45. Lafaurie J. L'Empire Gaulois apport de la numismatique / / ANRW 1975. Bd. II / 2, № 4. P. 855, 875; Besly E. The Gold Coinage o f the Gallic Empire / / NC. 1984. Vol. 144. P. 228-229; König I. Die Gallischen... S. 132; Webb P. Op. cit P 316.

46. Сергеев И.П. Кризис... C. 123.

47. Штаерман E.M. Кризис... C. 457; Циркин Ю. Ук. соч. С. 267; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 25; Schiller H. Op. cit. — Bd. II. S. 827-829; König I. Die Gallischen... S. 55; Webb P. Op. cit P. 316.

48. Его экспедиция в Британию состоялась примерно в 260/261 гг. см.: Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 25; Циркин Ю.Б. Ук. соч. C. 266-267.

49. Dessau, 562; RIC, Postum., 155.

50. BIRLEY E. A Roman Altar from Bankshead and the Imperium Galliarum / Roman Britain and the Roman Army. Kendal, 1961. P. 58-63; Birley A. R. The economic effects... P. 40-44.

51. RIC, Postum, 87; Plate XIII, 8.

52. RIC, Postum., 115,191; Bastien P. Catalog, 322.

53. Schiller H. Op. CiL - Bd. II. S. 830-831; Alföldi A . Studien ... S. 368; Blanchet A . Une hypothese... P. 429-430; Brauer G.-C. Jr. Op cit P. 142; Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 165-166.

54. König I. Die galischen... S. 179; Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 164; Brauer G.-C. Jr. Op. cit. P. 142.

55. Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 164; Brauer G.-C. Jr. Op. cit. P. 142; Schiller H. Op. cit - Bd. II. S. 831-833

56. Неронова В. Д. Ук. соч. С. 226.

57. Штаерман Е.М. Кризис.... С. 465-466.

58. Galliou P. Western Gaul... P. 268-270; Buckley В. The Aeduan area... P. 290-291; Thoen H. The third century... P. 254-257; Keay S. J. The Conventus... P. 451 -452; Циркин Ю. Ук. соч. C. 266.

59. Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 165; Die Fundmünzen der römischen Zeit in Deutschland: 10 Abt. / Komiss. Für Geschichte des Altertums der Akad. Der Wiss. U. Der Lit. Mainz; Römisch­ germ. Komiss. Des. D t Archäol. Inst Frankfurt a. Main; Berg, von Gebhardt H., Kraft K.; Hrsg. von Alföldi M. R. Berlin, 1994. S. 68,75.

60. Fitz J. Ingenuus et Regalien Brussels, 1966. S. 47-48; Alföldi A. Studien... S. 102-103; Сергеев И.П. Кризис... C. 116.

61. Cohen, Postum, 169-172; RIC. Postumus, 282.

62. Абрамзон М.Г. Ук . соч. С. 251; Callu P. La politique monetaire... P. 132-134; Штаерман E.M. Кризис... C. 456.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 6. Авреол. Противостояние Постума и Галлиена

Особо необходимо выделить взаимоотношения первого галльского императора и Авреола, который был, по словам античных авторов, «τόν της Ιππου πάσης ηγούμενον ΑύρΙολον» (Zosim., 1.40) и, как добавляет Зонара, «καί μεγά δυνάμενος» XII. 25).Трудно сказать, как складывались отношения Постума и Авреола до объявления первого императором и были ли они знакомы. Авреол (Marcus Aelius [Acilius] Aureolus) был родом из Дакии, быстро продвинулся по службе благодаря Галлиену и стал, в результате проведенной реформы, первым командующим римских объединенных кавалерийских частей. Благодарность Аврела выразилась в преданности своему императору и четком исполнении получаемых приказов. Он участвовал в подавлении восстания Ингенуя и жестокой резне, которая была устроена по приказу Галлиена среди легионов и жителей Панноний и Мезий. Однако, как свидетельствует Зосим, неприязнь к Галлиену уже давно зрела в душе Авреола, но до поры до времени он не проявлял ее (Zosim., 1.38.5-6).

Если совместить сообщение Зосима со свидетельством Требеллия Поллиона, то становится ясной фраза о заключении Галлиеном союза с Авреолом (SHA. Gall. Duo., IV.6; VII.I; Туг. trig., XI.3). Возможно, конфликт Авреола с римским императором был намного серьезнее и не столь скрытым, чем это может показаться на первый взгляд. Вполне вероятно, что эти разногласия не был тайной для окружающих, а Авреол не один раз пытался уйти из-под власти Галлиена. Так, победив в 260 г. узурпатора Макриана, Авреол уговорил, а частично и подкупил его войско (SHA. Туг. trig., IX.2), обретя значительные военные силы.

В 264 г. начался военный поход под командованием Авреола (SHA. Gall. Duo.,VII; Zosim., 1.38; Zonaras, XII.24-25). Это была та самая карательная акция, готовившаяся римским императором. Детали восстановить достаточно трудно, но поход растянулся на несколько этапов. Вначале все складывалось в пользу Галлиена. Авреол устроил безжалостную резню в Галлии, подобную той, когда был разгромлен Ингенуй. Но в результате на сторону Постума переходит Марк Пиавоний Викторин с частью войск{1}. Викторин происходил из знатного галльского рода, его семья жила в Августе Треверов{2}. Он возглавил преторианскую гвардию галльского императора и участвовал в сражениях против Галлиена (SHA. Gall. Duo., VII; Туг. trig., VI. 1){3}. Позже Викторин будет обеспечивать защиту рейнской границы, но он не был соправителем Постума, как считают некоторые исследователи{4}. Зонара сообщает, что Авреол, который был направлен Галлиеном преследовать Постума, имел возможность захватить «мятежника», но не стал этого делать. Вернувшись к римскому императору, он сказал, что не мог схватить Постума (Zosim., 1.38; Zonaras, XII.24-25).

Галлиен явно руководствовался совсем иными причинами, нежели престижем империи, что, видимо, заставило Авреола рассматривать ситуацию иначе. Второй этап карательной операции начался тогда, когда в Галлию прибыл сам Галлиен, о чем сообщают источники (SHA, Gall. Duo., IV.4; VII; Zosim., 1.38; Zonaras, XII.24). Осадив Постума во Вьенне, римский император надеялся на свои войска, но был ранен стрелой (SHA, Gall, duo., IV, 4). По какой причине была снята осада — осталось неизвестным.

Современные исследователи, анализируя действия Галлиена, считают, что римский император всячески старался подтолкнуть Постума к крупному решающему сражению и, возможно, личному поединку{5}, что отражено в свидетельствах античных авторов (Petr. Patr. 163; Cass. Dio., IX.238; Anonym, VI). Иначе, почему же столь энергичный и талантливый полководец, как Постум, располагая значительными военными силами, дважды оказывался на грани поражения? При этом в первом случае, он непосредственно не участвовал в битве, а его присутствие во Вьенне довольно сомнительно. Характер последующих столкновений определенно свидетельствует, что Постум явно избегал генерального сражения. Вероятно, он поступал так вполне обдуманно, не желая идти против Галлиена. Можно предположить, что имели место и другие сражения между Постумом и Галлиеном, поскольку их противостояние длилось до 267 г., т. е. до того момента, когда Авреол открыто выступил на стороне галльского императора. К тому же, чтобы особо отличить воинские подразделения, оставшиеся преданными римскому императору, и поднять в них боевой дух, Галлиен стал награждать их. Так, за поддержку против Постума, Legio XI Claudia получает титул Pia VI Fidelis VI («Шесть раз верный и преданный»).

Наконец, Авреол повернул против Галлиена. Первоначально, он заключил союз с Галлиеном (SHA. Gall. Duo., IV.6; VII. 1), чтобы выиграть время для переговоров с Постумом. В 266-267 гг. Авреол присягнул первому галльскому императору.

Центром восстания Авреола стал Милан, а Северная Италия — подконтрольной территорией. Однако Аврелий Виктор утверждает, что Авреол стал императором «...cum per Raetias Legionibus prae-esset» (Aur.Vict. Caes., XXXIII. 17). В таком случае наше предположение, что причиной восстания Авреола могло послужить присоединение Реции к «Галльской империи», оправданно. А легионы Реции могли вновь перейти под контроль Авреола благодаря заключению союза с Постумом. Огромное значение для решения Авреола сыграла политика Галлиена{6}.

И, те самые части, которые Галлиен создал по подобию преторианцев, на которые он возлагал столько надежд, восстали, выдвинув императором Авреола (SHA.Tyr. trig., IX.3-4; Aur. Viet. De Caes., XXXIII.22; Epitom., XXXTV.2; Zosim., 1.44; Zonaras, XII.26; Joh. Ant., fr. 153).

Переговоры между Постумом и Авреолом начались сразу же. Одни исследователи предполагают, что инициатором был Авреол{7}, другие — Постум{8}. Скорее всего, инициативу проявили обе стороны, но, во всяком случае, поддержка галльского императора — авторитетного и сильного правителя западных провинций, была необходима тому, кто решил пойти против Рима. Авреол это понял яснее и лучше всех остальных, он оказался дальновиднее Галлиена. Северная Италия стала буферной зоной между двумя государствами. Известно, что армия Авреола располагалась на границе между Римской и «Галльской» империями{9}. Исследователи относят восстание Авреола к зиме 267-268 гг.{10}. Он начинает чеканить собственную монету в Медиолане. Интересны две монеты, включенные в каталог П. Вебба: IMP AVREOLVS AVG.А / CONCORD EQVIT и IMP С AVREOLVS AVG A. / CONCORD II.{11} два антониниана отчеканены в разных монетных мастерских, так как имеют разные монетные знаки, соответствующие мастерским. Очевидно также, что они были выбиты в разное время, поскольку на второй моне¬те в титулатуре Авреола появляется титул цезаря. Эмиссия монет Авреола с именем Постума чеканится в сентябре 268 г.{12}.

Современные исследователи с уверенностью говорят о том, что Авреол присягнул первому галльскому императору{13}. В подтверждение этому может служить то, что монеты Постума чеканились в Медиолане, и тот факт, что Авреол перестал чеканить собственную монету{14}. К этому можно прибавить и свидетельство, что Авреол отказывался вести переговоры с Галлиеном, стремившимся заключить союз с мятежным военачальником против своего основного противника — Постума. При этом Авреол вел ожесточенные сражения с римским императором и стал, согласно источникам (SHA.Gall.duo., XIV. 6-8), причиной гибели Галлиена.

Почти все монеты Постума с монетного двора Медиолана (совр. Милан) имеют легенды, относящиеся к коннице: CONCORD AEQVIT., FIDES AEQVIT., FIDES EQVIT., VIRTVS EQVIT.{15}. Первый галльский император вообще придавал большое значение коннице, упоминавшейся в легендах гораздо чаще, чем у других императоров, не исключая Галлиена, который в результате военной реформы создал единые кавалерийские силы в римском войске. Одна из монет Постума посвящена

Кастору—особому покровителю конницы{16}. Интересна и монета с портретом Галлиена и именем Постума — IMP С М LAT POST PF AVG., отчеканенная явно подмастерьем{17}. Для Медиолана характерны монетные штенгели с М, MD. Чаще всего на монетах иных монетных дворов указывался номер мастерской, в которой был произведен выпуск, например, S — secunda officina (вторая мастерская), Т — tertia officina (третья мастерская).

События начала 60-х гг. III в. н. э. свидетельствуют о решительном нежелании Постума доводить ссору с Галлиеном до решающей стадии. Однако позиция первого галльского императора заметно изменилась, хотя и остается для нас во многом неясной. Если в начале своего правления Постум рассматривал подконтрольные ему территории как автономную часть Римской империи, то к середине 60-х гг. заметно, что первый галльский император все больше склоняется к самостоятельности своего государства. Буферная зона, которой стала Северная Италия — еще одно доказательство этому. Уйдя из Галлии, римский император больше туда не возвращался. Возможно, его внимание отвлекло как восстание Авреола, так и новое вторжение готов на Дунае. Остается вопрос, почему за пять лет Галлиен не пытался ничего предпринимать в отношении Постума, или же пытался, но сведения об этом до нас не дошли?

Не ясно, смирился ли Галлиен с существованием «Галльской империи». Один анонимный автор утверждает, что личная встреча между римским императором и Постумом все-таки состоялась. Отказываясь от личного поединка, Постум говорит Галлиену: «Эти погубленные тобой провинции я, поставленный во главе их, чтобы оберегать, спас. Галлы избрали меня императором, и я довольствуюсь тем, чтобы управлять добровольно избравшими меня. И, насколько хватит разума и сил, я помогу им своим советом и своим войском» (Anonym, VI).

На основании легенды RESTITVTOR ORBIS делалось заключение, что Постум намеревался идти на Рим{18}. Интерпретация о желании захватить власть в Риме появлялась и в связи с легендой ROMAE AETERNAE{19} на монете, датируемой 266-267 г., на которой появляется изображение Постума, протягивающего руку Риму{20}. Эта версия вызывает сомнения, потому что военные силы Постума позволяли сделать этот шаг уже давно. С другой стороны, после гибели Галлиена у него появился реальный шанс получить власть в Риме, поддержи он Авреола и выдвини свои притязания. В отличие от Клавдия Готского, Постум мог получить эту власть, ведь за его спиной была галльская аристократия, представители которой были и в римском Сенате. Поэтому подобное изображение лишний раз подтверждает желание первого галльского императора заключить мир с Римом, но уже как отдельного государства. Мнение современных исследователей{21}, что римский император «примирился» с существованием «Галльской империи», может быть верным. Возможно, отношения двух императоров в этот период перешли на качественно новый уровень.

Примечания

1. Alföldi A. Die Besiegung...S. 1-5; Alföldi A. Der Usurpator...S. 199-201; Bouvier-Ajam M . Op. cit P. 163.

2. Drinkwater J.F. The Gallic Empire....P. 35; König I. Die gallischen... S. 72; Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 164.

3. König I. Die gallischen... S. 148-149; Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 32,68.

4. Найденный милевой камень с его именем мог появиться в период правления Постума, поскольку он датируется концом 60-х гг. III в. König I. Die gallischen... S. 179; Laser R. Der Römische... S. 200.

5. Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 25; Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 165; König I. Die gallischen... S. 72; Куликова Ю.В. Политическое противостояние Постума и Галлиена / / Историческое обозрение. 2002. № 3. С.4—17.

6. Weder М. Der «Bachofensche Münzschaft» (August, 1884): mit einem Exkurs über die unter Aureolus in Mailand geprägten Postumus münzen //JA K . 1990. Bd. XI. S. 53-72; Alföldi A. Der Usurpator... S. 197-212; Alföldi A. Die Besiegung eines Gegenkaiser im Jahre 2 6 2 ... S. 39-42; Alföldi A. The Numbering... P. 260-262; König I. Die gallischen.... S. 126-127; Christol M. Le tresor de Turin, la demiere emission de Gallien ä Milan et la revoke d`Aureolus / / BSFN. 1972. Vol. 27. P. 205-207.

7. Alföldi A . Zur Kenntnis ... S. 200; Alföldi A . Der Usurpator ... S. 197-212; Alföldi A. Die Besiegung eines Gegenkaiser im Jahre 2 6 2 ... .S. 39-42; Alföldi A. The Numbering... S. 262; König I. Die gallischen ... S. 125-126.

8. Blois L.,de. Op cit P. 6; Drinkwater J. F. The Gallic Empire ... P. 27; König I. Die gallischen... S. 125-126; Weder M. Der «Bachofensche Münzschaft» ... S. 65-68; Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 164.

9. Bouvier-Ajam М. Op. cit Р 166.

10. König I. Die Gallische... S. 131; Christol M. Les regnes de Valerien... P. 823-825; Christol M. Les regnes de Turin... P. 206-207; Alföldi A. Der Usurpator... S. 208-210; Alföldi A . Zu den Militärreformen... S. 13-18.

11. RIC. Aureol., 1-2.

12. Elmer G. Op. cit. S. 39-40,55; Lafaurie J. Op. cit. P. 918; Christol M. Les rögnes de Turin... P. 206-207.

13. König I. Die gallischen... S. 126; Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 31; Christol M. Letresor ... P. 207.

14. Christol M. Le tresor de Turin... P 206-207; Webb P. Op. Cit. P. 577-578; Chiaravalle M. II ripostiglio di Castelporziano (Roma). Ripostigli monetali in Italia Milan, 1992.109-111.

15. RIC, Postum, 366-369.

16. RIC, Postum., 259,297; Thys М. Le type «Castor» dans le monnayage de Postume / / CENB. 1993. Vol. 40, № 4. — P. 73-85; Gilliam H. Wiederum Castor / / NNb. 1995. Bd. 44. — P. 148-149.

17. WEBB P. Op. cit. P. 327.

18. Штаерман Е.М. Кризис.. C. 455; Blanchet A. Manuel de numismatique franiaise: Vol. I—II. Paris, 1906 — Vol. LP. 110.

19. RIC. Postumus, 36.

20. Webb P. Op. cit. Р. 36.

21. Неронова В.Д. Ук. соч. С. 55; König I. Die Gallische.... S. 63,131; Blois L., de. Op. cit. 21 f; Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 166.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 7. Внутренняя политика Постума

Первому галльскому императору необходимо было правовое обоснование для существования его «государства», а также юридическое оформление полученной власти. Монеты являлись тем инструментом, которые лучше всего позволяли это сделать. Прежде всего, сама чеканка монеты, право на которое имел и мог дать только император — носитель высшей власти.

На своих первых монетах Постум носит титул Цезаря, а сами монеты выходили с буквами SC — Senatus Consultum, или обозначением Senatus et Romae{1}, а сами монеты выходили с обозначением Рима, как главенствующего города, и Римского Сената{2}. Очевидно, этим первый галльский император так же стремился подчеркнуть как неразрывную связь своего государства с Римской империей, так и главенствующее положение Рима.

Вместе с титулом императора Постум принимает консульские полномочия, которые возобновлялись через каждые два года в течение 10 лет его правления{3}, a tribunitia potestate — ежегодно. На аверсе одной из монет сохранилась четкая надпись TRIB РОТ X COS V PP.{4}. Полное имя Постума известно нам из античных письменных источников, но подтверждено надписями на его монетах: М С L Р, а также эпиграфическими данными{5}. Юридическое обоснование его власти выражалось и в титулатуре, которая указывалась на монетах в различных вариациях. Полный первоначальный титул — Imperator Caesar Marcus Cassianius Latmius Postumus Pius Augustus — постепенно видоизменяется, приобретя форму, отличающуюся от титулатуры Галлиена (CIL. XIII, 9086) — Imperator Caesar Marcus Cassianius Latinius Postumus, pius felix, invictus Augustus, pontifex maximus, Germanicus maximus, tribunicia potestate, consul, pater patriae, proconsul{6}. На монетах первой эмиссии чеканится аббревиатура: IMP С М CASS LAT POSTVMVS Р F AVG{7} На сестерциях и антонинианах 2-й серии первой эмиссии титул выбивается: IMP С POSTVMVS Р F AVG. Обычно сестерции имеют короткую титулатуру: IMP С POSTVMVS PIVS FE AVG.{8}. Другие эмиссии несут титулы: IMP С М CAS LATI POSTVMVS Р F AVG, POSTVMVS Р F AVGVSTVS Т Р (tribunicia potestas){9}.

По мере того, как отдельные регионы входили в состав «Галльской империи», определялись и монетные дворы{10}. Для стабилизации эконо-мического положения в новом государстве особо важно было наладить финансовые дела. Монета должна была приобрести вес на рынке, чтобы тем самым дать возможность завязать торговые связи и восстановить циркуляцию внутренней торговли.

Первый галльский император чеканил свои монеты на официальных монетных дворах Лугдуна (совр. Лион), Нарбона, Августы Треверов, Колонии-Агриппины (совр. Кельн), а с середины 60-х гг. Медиолана (совр. Милан){11}. Первые эмиссии монет Постума были отчеканены в Лугдуне, монетный двор которого довольно быстро отреагировал на изменение политической ситуации в регионе и переориентировал свою работу для нужд нового властителя{12}. Всего за время правления можно насчитать 26 крупных эмиссий на официальных монетных дворах{13}.

Монетный знак двора в Лугдуне выглядел как L, LN, LVG или LVGD. Первые монеты Постума были как перечеканенные монеты Галлиена, так и монеты новой чеканки: ауреусы, ауреусы-квинарии, антонинианы, денарии, квинарии, сестерции, дупондии, ассы. Найденных монет Лугдуна насчитывается более двухсот пятидесяти. Исследователи предполагают, что, видимо, монетный двор Лугдуна продолжал действовать даже после переезда основного монетного двора в Колонию-Агриппину. Произошло это между третьим и четвертым консулатами Постума. Монет этого монетного двора найдено более сотни во Франции, вдоль русла Рейна, как на левом, так и на правом берегу реки{14}, а также в Северной Италии и Британии: Кент, Корнуолл, Ремсгейт, Йоркшир, Хеслингтон, Сомерсет и других городах{15}, а также в Испании и Португалии{16}. Они отличаются видоизмененной титулатурой первого галльского императора. Четвертый консулат включен в легенду монет из Колонии-Агриппины: COL. CL AGRIP. COS IIH и С. С. A. A. COS IIII и монетный штамп QIA. Также появились различия и в диаметре монет: монеты Колонии-Агриппины периода четвертого и пятого консулатов Постума больше по диаметру, чем монеты Лугдуна. Сравнение изображений оборотной стороны приводит к выводу, что в Колонии-Агриппине исполь-зовались лишь отдельные общие типы.

Причины перемещения монетного двора не совсем понятны. Возможно, это стало необходимым из-за недостатка охраны на юге. Исследователи ведут дискуссию по вопросу, был ли перевод монетного двора из Лугдуна в Колонию-Агриппину окончательным, или монеты чеканились и на том и на другом дворе. Гипотезу о продолжении функционирования монетного двора в Лугдуне поддерживают исследователи старой школы — А. Альфёльди, Р. Дельбрюк, П. Вебб, Дж. Элмер, Гарольд Маттинли{17}, а также ряд современных исследователей, таких как П. Бастьен{18}.

Другой монетный двор находился для удобства в резиденции императора в его новоотстроенном дворце в Августе Треверов. Его монетный знак был TR, TRE. Некоторые исследователи ставят под сомнение не только интенсивную работу монетного двора Августы Треверов, но и само его существование на том основании, что надпись, в которой упомянут официальный представитель монетного двора Августы Треверов, датирована 273 г.{19}. Тем не менее, очевидно, что этот монетный двор функционировал (или начал функционировать?) при Постуме. Серебряная монета улучшенного качества чеканилась именно на монетном дворе Августы Треверов.

В 263 г. Постум праздновал пятилетие правления{20}. Данный факт отражен в нумизматических источниках: монеты — QVINQVENNALES POSTVMI AVG., QVINQVENNALES AVG — было отпраздновано и отмечено на монетах Лугдуна, на аверсах которых помещен бюст императора в шлеме и доспехах{21}.

К этому времени он окончательно освободил подвластные ему территории от германских племен, приурочив успех к столь знаменательной дате{22}. Чеканятся монеты с легендами VICTORIA GERMANICA, VICTORIA AVG.{23}. В это же время он получает повторные клятвы верности от провинций в качестве знака доверия{24}, что отразилось в монетных легендах этого периода: FIDES MILITVM, FIDES EXERCITVS, INDVLG PIA POSTVMI AVG, FELICITAS TEMP, RESTITVTOR ORBIS{25} и серия монет, посвященная Гераклу{26}.

Монеты Постума по сравнению с монетами его преемников и монетами римского императора Галлиена были полновеснее по качеству металла{27}. Так, среднее содержание золота в монетах Постума составляет 92,1 грана (у Викторина — 77, а у Тетриков — 65 грана). Первый галльский император никогда не прибегал к порче монеты. Монетные эмиссии стали регулярными, а вес монет стабильным и высоким. Вес золотых монет Постума варьируется от 4.47 г до 6.09 г, а серия ауреусов, посвященная Гераклу, — от 5.75 г до 6.85 г.{28}

В правление Постума чеканились последние сестерции, почти в точности сохраняющие вес, хотя они и чеканились зачастую уже без обозначения монетной стоимости{29}. Некоторые из сестерциев Галлиена были перечеканены Постумом на его собственные, очевидно, в целях экономии металла{30}. Ранние монеты первого галльского императора по стилю соответствуют монетам императора Галлиена: GERMANICVS MAX., MINER. FAVTR., SPEI PERPETVAE, NEPTVNO REDVCI, PAX AVG., FELICITAS AVG., MONETA AVG., PROVIDENTIA AVG., SALVS AVG.

Вьшуск первых бронзовых монет был произведен во время третьей эмиссии Постума в конце 260 г. и в период четвертой эмиссии в начале 261 г.{31} В это же время была произведена третья монетная эмиссия сестерциев регулярной серии с легендой FELICITAS AVG. В 260 г. состоялась первая эмиссия антонинианов и ауреусов галльского императора, которые условно можно разделить на две категории: с длинной титулатурой IMP С М CASS LAT POSTVMVS Р F AVG.{32}, и короткой титула- турой IMP С POSTVMVS Р F AVG.{33}

В Колонии-Агриппине был возобновлен выпуск относительно крупной бронзовой монеты. До Постума бронза выпускалась нерегулярно, а достоинство монет определить подчас очень сложно ввиду неустойчивости ее веса{34}. Содержание меди в бронзовых монетах Постума достигает 72-87%, свинца 3-20%, а олова 3-12%. Вес бронзовых монет варьируется от 20,08 г. до 26,88 г. Более мелкие бронзовые монеты достигают всего 7-8 г. Диаметр достаточно стабилен — 28-32 мм{35}. Отдельные экзампляры достигают в диаметре 35 мм. Некоторые из бронзовых монет Постума содержат ошибки в надписях. Возможно, речь идет об имитации монет Постума или существовании второстепенного монетного двора, где они производились: IMP С PSTVMVS AVG.{36}, IMP С М CSS LAT POSTVMVS Р F AVG.{37}, LAEITIA вместо LAETITIA{38}, имитация сестерция Постума с легендой RESTITVTOR GALLIAP{39}.

В 265/266 гг. Постум выпустил монеты, провозглашавшие его победу над всеми внешними врагами{40}. Галльский император одержал несколько побед над германцами, грабительские набеги которых не только разрушали рейнский лимес, но и стали одной из причин социально-политического и экономического кризиса III в. н. э. в Римской империи. В надписи 259 г. Постум уже назван "Germanicus Maximus"{41}, что, возможно, было связано не только с его активной деятельностью в качестве наместника Галлии и обеих Германий, но и помощью соседней провинции Реции в разгроме одного из племен. Ряд монет, отчеканенных во второй и третий консулат Постума, отмечают его победы над германцами именно вышеуказанным титулом, а также титулами INVICTO AVG{42}, и легендами, восхваляющими Постума: LIBERALITAS AVG{43}, PROVIDENTIA AVG{44}, AEQVITAS AVG{45}, FORTVNAAVG.{46}. Сам тип монет с этими легендами является несомненной копией подобных монет Галлиена.

К этому же времени относятся многочисленные монеты с легендой Felicitas и изображением пленных или триумфальной аркой; монеты с легендой Indulgentia pia Postumi Aug(usti) и с изображением Постума, поднимающего коленопреклоненную Галлию. То же изображение имеется на монете с легендой Restitutor Galliarum{47}. Видимо, этим показывалось, что первый галльский император не только одержал победы, но и позволил стране обрести политическую и экономическую стабильность.

Внутренняя политика Постума становится более активной также в 265/266 гг. К этому времени он окончательно стабилизировал положение и укрепил рейнскую границу. Во 2-й пол. III в. продолжает развиваться металлургия и связанные с ней ремесла, увеличилась добыча полезных ископаемых{48}. Увеличивается рост больших мастерских, в которых наметилась ремесленная специализация{49}. Активно развивались и другие ремесла{50}. Новую жизнь обрели старые кельтские ремесла: изготовление телег, плетение корзин и др.{51}. На территории Галлии прослеживается развитие системы рынков и ярмарок{52}. Рынки все более специализиру-ются: отдельно располагаются сельскохозяйственный (продукция вилл и латифундий), ремесленный и ярмарки для горожан{53}.

Согласно археологическим данным, экономический подъем в Британии, где развивается торгово-ремесленная и ростовщическая деятельность, приходится на время правления Постума{54}. Для небольших городов этой провинции наступает период расцвета, заметные проявления стабилизации их хозяйственной жизни{55}. 60-70-ми гг. III в. н. э. датируется активная строительная деятельность в Британии{56}. Так, центр аристократического Веруламия украшается колоннадой и аркой, отстраивается рынок и оборонительные сооружения.

Главную ставку в подъеме экономики «Галльской империи» Постум сделал на экспорт производимой продукции. Это ему удалось: продукция галльского государства экспортировалась в Испанию, Рим, вопреки сложным временам, в Центральную Европу{57}. Укрепляются старые торговые связи между регионами Рецией, Нориком, Паннонией и Верхней Германией{58}. Постум, видимо, пытался наладить отношения с другими узурпаторами — Регалианом, Баллистой, Квиетом и Макрианом — не только военные, но и экономические{59}.

За время своего правления Постум сумел восстановить ряд городов и поселений и верхнерейнский лимес, освободить левый берег Рейна, перенеся военные действия в Трансрейнскую Германию{60}. Остается, правда, неизвестным, удалось ли первому галльскому императору отвоевать Декуматские поля{61}. Но факт, что нападения германских племен на рейнскую границу практически прекратились, что подтверждается археологическими данными{62}. Крупные победы над германцами были одержаны Постумом в 260/261 гг. и 262/263 гг. Другие сражения не поддаются хронологии из-за отсутствия точных сведений.

Была разработана особая программа для восстановления сельского хозяйства. Проводилась реконструкция не только основных римских дорог, разрушенных варварскими вторжениями и военными действиями, но и небольших галльских, заброшенных еще со времен Цезаря или Августа{63}. Дороги очищались от мусора, устранялся нанесенный ущерб. Зачастую работы проводились при содействии владельцев латифундий{64}. Плодотворной была политика Постума и его администрации в строительстве оборонительных сооружений.

На монетах галлы представляют Постума в шлеме и при оружии. Стоя слева, он поднимает коленопреклоненную Галлию, держащую копье и оливковую ветвь. Иногда он опирается ногой о часть вражеской земляной насыпи. Галлия выступает в виде женщины, протягивающей руку к Постуму. Чаще всего ее голова увенчана башеновидной короной. Намек вполне очевиден: Постум, остановив вторжения варваров, позволил Галлии вновь начать нормальную жизнь.

Источники утверждают, что Постум восстановил города и на правом берегу Рейна (SHA.Tyr.Trig.,V.4). Археологические находки оборонительных сооружений Майнц — Кастелль — Заальбург подтверждают слова античного автора{65}.

На правом берегу Рейна найден лагерь Saalburg. Первое строительство восходит к Адриану, затем лагерь был реставрирован в правление Каракаллы и заброшен при Галлиене{66}. Постум во время одной из экспедиций против германцев отбил город и делает из него крепость для защиты Майнца (ант. Mogontiacum){67}.

Работы по укреплению Майнца и его первоначальной переправы на правом берегу, Кастеля, были завершены после смерти Постума{68}. Основываясь на свидетельстве источников (Aur.Vict. De Caes., XXXIII. 8; Joan. Antioch., fr. 152), можно утверждать, что в этом была заслуга и Постума, воевавшего вместе с Валерианом, а затем назначенного наместником в этом регионе. Кастель, вероятно, был основан в то время, когда Постум создавал оборонительную зону на востоке региона и вновь захватывает Заальбург{69}, который был окончательно потерян в правление его преемников{70}.

Можно предположить, что Постум заменил разрушенный рейнский лимес, точнее небольшой отрезок у Белгики, построив несколько линий защиты, связав воедино крепости и небольшие сельские поселения вдоль границы. Этот лимес располагал дорогой Бавы-Тонгерен, связывающей все поселения вдоль него, и имел цель защиты Белгики{71}.

Вторжения германских племен наносили немалый урон небольшим городам. Постум, очевидно, ставил своей целью организовать крепкую защиту рейнского региона путем восстановления и строительства крепостей, связанных между собой сетью дорог. В подтверждение этому, можно упомянуть отстроенный заново в 260 г. после оккупации германскими племенами Квальбург (ант. Quadriburgium), большой лагерь Нимек (ант. Nimerus Ursacentium), в котором была проведена замена разрушенных укреплений{72}. Кам, где чеканилась монета, начиная с Салонина, Галлиена и Постума и заканчивая правлением Константина{73}, а также город Валкдорф (ант. Ulpia Noviomagus){74}. По приказу Постума были восстановлены крепости Hoge Woerd в регионе Нимек{75}, Иргенозен{76} и Забери (ант. Tabemae){77}, а также Андернах (ант. Antunnacum), чтобы заменить лагерь Ниедербьебер, разрушенный во время первого вторжения германцев 257-258 гг.{78}

Данные археологических раскопок подтверждают факт восстановления в этот период городов Бинген (ант. Bingium), Кобленц (ант. Confluentes) по аналогу Андернаха{79}, а также Геллеп, разграбленный и почти полностью разрушенный{80}. Находки монет, датируемых 260 г.{81}, позволяют утверждать, что эти крепости были восстановлены Постумом. Высокие стены и укрепления были возведены им в Калкаре (ант. Burginatum), Ремагене (ант. Ricomagus) и Вормсе (ант. Vangiones){82}. Реставрационные работы проводились одновременно в Геллепе и Калкаре{83}. Знаменитый лагерь Ветера (ант. Xanten), согласно заявлениям археологов, был оккупирован кавалерией Постума{84}, а г. Алзей (aнт. Vicus Altiaiensium) построен уже под его властью{85}.

Первый галльский император проводил реконструкцию городов, меняя разрушенные укрепления из дерева на каменные, например, в лагере Neus (ант. Novaesium). Работы по восстановлению оборонительных укреплений здесь начались при Салонине, монеты с именем которого находят в строительном растворе, и продолжилась при Постуме{86}.

Преемники Постума, очевидно, не смогли удержать крепость, и на какое-то время она была под властью Клавдия II Готского{87}.

Клады монет позволяют с уверенностью говорить о принадлежности Бонна (ант. Воnnае) к сфере влияния Постума{88}. Поселение было реконструировано непосредственно после разграбления около 260 г.{89}, и стало штаб-квартирой командующего рейнского флота.

Первыми вторжениями аламаннов была разрушена Colonia Augusta Raurica{90}. Поскольку город находился в особо важной точке обороны Рейна, то он был восстановлен и укреплен{91}. Скорее всего, это было сделано в период правления Постума, тогда же была выстроена и оборонительная стена вокруг Августы Треверов{92}. Согласно археологическим данным, которые противоречат свидетельству античного автора (Paneg., VI, 23,5), значительные работы проводились именно в правление Постума и его преемников{93}. В Августе Треверов были найдены остатки дома с мозаикой, принадлежавшего Викторину, а также надпись, в которой он назван tribunus pretorianorum (CIL. XIII, 3879; Dessau, 563; RE. VIII, A 2075){94}.

Одновременно с укреплением Августы Треверов проводились работы в Арлоне по возведению высоких оборонительных стен. Интересно, что для этого использовались старые надгробные памятники и разбитые скульптуры{95}. Судя по ним, а также по находкам монет и раскопкам старого некрополя, город перешел под власть галльских императоров вплоть до Тетриков{96}. Основная линия обороны Августы Треверов проходила через укрепленные города Битбург (ант. Beda), Неумаген и Заарбург{97}. Ряды оборонительных укреплений были сооружены для защиты Арлона. Далее укреплялись Жерунвилль и Робелмонт{98}.

Арлон был расположен на стратегически важном перекрестке дорог Треверов — Реймса, Треверов — Бавов и на соединении этих дорог с теми, которые вели к Колонии — Агриппине и Тонграм через Арденны{99}. Разрушенный вторжениями германских племен 255-260 гг., город был реконструирован администрацией Постума{100}.

Оборонительная стена г. Тонгерен (ант. Atuatuca Tungrorum), вероятнее всего, была построена Постумом около 259 г. и просуществовала вплоть до Тетриков{101}. В 261 г. германцы обошли Тонгерен с запада и, благодаря стене и присутствию в городе гарнизона, были остановлены{102}.

Древний город Вермонт на севере Франции вновь ожил и заново укреплен в правление Постума{103}. После почти полного разрушения в 255-260 гг., Бавы были обнесены высокой оборонительной стеной{104}. Благодаря этому, один из отрядов германцев, вторгнувшийся в 261 г., не смог проникнуть внутрь города{105}.

В начале правления Постума г. Тур (ант. Turones, Caesarodunum Turonum, Augusta Turonum) был осажден, но германцам не удалось продвинуться далее на юг по реке (Euseb., fr. 8). Они потерпели поражение под Орлеаном (ант. Cenabum){106}, также обнесенным оборонительной стеной в этот период{107}. Интересно, что именно в Туре в середине III в. была создана христианская община благодаря стараниям посланного из Рима Гатиана.

Далее на юг, в долине р. Роны, г. Вьенна служил убежищем Постуму во время первой военной кампании Галлиена в 259 г.{108} (SHA. Gall, duo., IX. 4; Zonaras, XII.24; Polemii Silvi Laterculus; MGH, AA, 44-45). Существует много свидетельств тому, что Вьенна являлась одним из монетных дворов галльских императоров{109}.

Высокие стены Ле Мана, датируемые второй половиной III в. н. э., смогли оказать достойную защиту первому галльскому императору{110} (CIL. XIII, 3191,3195). Общая площадь города составляла 8-9 га{111}.

Отен (ант. Augustodunum) восстал в 267-268 гг. Панегиристы утверждают, что жители города выдержали долгую осаду против войск Викторина. (Paneg., VIII, 4,2). Весьма вероятно, что город Августодун получил оборонительную стену от Постума{112}.

На юге Галлии практически нет остатков оборонительных систем этого периода, если не считать Антиб (ант. Антиполь) и Бриансона (CIL.XII, 171,93){113}.

Археологические исследования поселения Юбланс позволили опровергнуть мнение А. Бланше и установить, что своим укреплением оно обязано именно Постуму{114}. Эпарель был окружен двойными оборонительными сооружениями одновременно с Юблансом{115}.

Благодаря нумизматическим источникам становится ясно, что оборонительные укрепления Буржа (ант. Avaricum Biturigum) и Санса (ант. Agedincum, Senones) строились в несколько этапов вдоль дороги Сент-Лоурен-на-Отене, начиная с Галлиена, и в течение правления всех галльских императоров от Постума до Тетриков{116}. То, что в данном регионе была возведена линия обороны, подтверждается находками кладов монет вдоль нее{117}. Территория Буржа составляла 40 га{118}.

В Ан-сюр-Лесс — местности, называемой Шезьен, возвышающейся над пропастью Бельво, до сих пор находятся остатки оборонительной стены, возведенной при императоре Постуме{119}.

Укрепленная крепость Морланвельз расположена на дороге Бавы — Колония-Агриппина. Работы по строительству оборонительных со-оружений этой крепости, а также прилегающих сельских поселений относят к правлению Постума{120}. Однако после его смерти они были разрушены новым вторжением германцев{121}.

Поселение Бруне-Либершиз было уничтожено в правление Антонина Пия{122}. Его вторая жизнь началась при Постуме, когда на этом же месте была построена крепость и ряд оборонительных сооружений{123}.

Похоже сложилась и судьба древнего города Ним (ант. Nemausus), который был укреплен Постумом, о чем свидетельствуют многочисленные нумизматические находки{124}. Существует еще ряд таких же городов и поселений: Кестер в Брабанте, Кессених, Кемптен (ант. Cambodunum), Кастр-Ле-Ман, лагерь Кора, Эшен (ант. Tasgetium), Вилленес{125}.

Линия лимеса была разделена на участки, начинавшиеся с форта: Колония-Агриппина, Тонгерен, Элевийт, Асс, Уденаарде, Куртре, Булонь{126}. Возможно, что линия обороны находилась на севере от дороги Брюнео, защищая Колонию-Агриппину и Тонгерн, шла вдоль долины реки Эско и опиралась на Горы Фландрии и крепости Удернаарде и Куртре на равнине{127}.

На северо-западе археологические данные позволили выявить признаки наводнения, которое датируется примерно 261 г. Оборонительные укрепления лагеря Арентсбурга были усилены Постумом. Также обстоит дело с Катвийком (античн. Lugdunum Batavorum), Рюмстом и всем Северо-западным направлением обороны.

С уверенностью можно говорить, что весь Северо-восточный регион получил спокойствие в правление первого галльского императора{128}.

Множество обнаруженных монет говорят, как о торговом возрождении прибрежных городов и регионов{129}. Бордо, видимо, был укреплен в конце правления Постума, однако найденная надпись датируется 259 г.{130} Высокие стены города просуществовали все правление Тетриков (Auson. Bordeaux., 141; Eutr., IX.9.10; loan.Antioch. FHG, 152.1) и окружали территорию в 30 га{131}. В Амьене (ант. Амбианы) даже амфитеатр был превращен в укрепление, так что общая площадь города составляла 20 га{132}.

Примечания

1. Была выдвинута теория о том, что к середине III в. эта легенда не имела больше того зна­чения, как раньше, став частью иконографии. Barenghi F. I medalioni «senatorii»: veri medaglioni? / / RIN. 1993.Vol. 95. P. 413-423.

2. Webb P. Op. cit. P. 332; Абрамзон М.Г. Ук. соч. C. 57, 135, 241-242.

3. Bastien Р. Remarquel sur le processus consularis dans le monnayage Romain / / Numismatic Studies. Dedicated Wl. et E. Clain-Stefanelli. Louvain-la-Neuve, 1995. P. 21 -31.

4. На реверсе — POSTVMVS PIVS FELIX AVG. Luckger H. J. Eine unbekannte Münze aus dem letzten Jahre des Postumus / / Germania. 1919. Bd. I—II. S. 19-20.

5. PIR II 108 n. 466; PLRE 1720 n. 2; Willger H. Studien... S. 32; Webb P. Op. cit P. 335-368. M. Cassianius Latinus Postumus - CIL. XIII, 8955, 8956, 8957. Mar. Cassianius Latinianius Postimus — Aep. 1965. Vol. 1. P. 219.

6. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 125; Kaenel H.-H. Von et al. Der Münzhort aus dem Gutshof in Nefenbach: Antoniniane und Denare von Septimius Severus bis Postumus. Zürich, 1993. S. 70-72, 93-95.

7. Bastien P. Le monnayage... Catalog, 2-4.

8. ibid., 15, 70, 91; Carlot J.-P., Gricourt D., Leclercq P. - Une nouvelle serie demission de doubles sesterces de Postume ä titulature courte / / BSFN. 1982. Vol. 37. — P. 205-208, 211; Kaenel H.-H. von et al. Der Münzhort... S. 109-111; Peachin M. Roman Imperial Titulature and Chronology A. D. 235-284. L., 1990. P. 99-102.

9. Bastien P. Le monnayage ... P. 133-136; Peachin M. Roman... P. 104.

10. Помимо официальных монетных дворов существовали и монетные мастерские, которые продолжают находить на территориях отдельных племен и даже вблизи официальных мо­нетных дворов, например, в Лионе. Hollard D. La circulation monetaire en Gaule au III-e siecle apres J.-C. / / SFMA. 1996. № 10. P 203-217; Hollard D. La crise de la monnaie dans lempire romain au III-e siecle / / Annales Histoire Sciences Sociales. 1995. № 5. P. 1045-1078; Hollard D. Le tresor dantoniniens des environs de Limours (Essonne) / / TMon. 1995. Vol. 15. P. 115-135; Hollard D. Le tresor de Thimert-Gätelles (Eure-et Loir): bronzes romains de Domitien ä Postume / / TMon. 1995. Vol. 15. P. 253-256; Hollard D., Foucray B. Le tresor multiple de deniers et d antoniniens de Cravent (Yveline) / / TMon. 1995. Vol. 15. P. 71-114.

11. Об этом свидетельствуют монеты Постума, выпущенные в Медиолане в этот период. Grant М. Roman History from coins.— Cambridge, 1968. P. 33; Lafaurie J. L’Empire Gaulois... P. 8 5 5 -860. В основном, в Медиолане выпускались монеты (их значительная часть) так называемых легионных типов. Абрамзон М.Г. Ук. соч. С. 136.

12. Lafaurie J. Op. CiL P. 885; Amandry M. et al. Le tresor d antoniniens de Communaux d`Aresieux a Villette-d`Anthon (Isere) / / BSFN. 1996. Vol. 6. P. 117-123

13. Lafaurie J. Op. Cit. P. 885-887; Carlot J.-P., Gricourt D., Leclercq P· Une nouvelle serie demission de doubles sesterces de Postume a titulature courte / / BSFN. 1982. Vol. 37. P. 208; Bland R. The Chalfont Hoard and other coin Hoards. Coin Hoards from Roman Britain. L., 1992. — T. 9; Schulzki H.-J. Die Antoninianprägung der Gallischen Kaiser von Postumus bis Tetricus - Typenkatalogder regulären und nach gepgrägten Münzen. — Bonn, 1996; TMon. 1992. Vol. 13: recherches sur le monnayage de Postum; Reuter M. Germanische Siedler des 3 und 4. Jahrhunderts in römischen Ruinen: Ausgrabungen des Bade-Sowie des Wirtschafts gebändes der villa rustica von Nurmlingen Kreis Tuttlingen / Archäologische Ausgrabungen in Baden-Württemberg. 1995. (Stuttgart, 1996). S. 204-208; R eece R. Coins as minted and coins found / /

ActaNum. 1992. № 21-22-23.P. 60-62; Kaenel H.-H. von et al. Der Münzhort aus dem Gutshof in Nefenbach: Antoniniane und Denare von Septimius Severus bis Postumus - Zurich, 1993. S. 92-93; Okamura L. Forging a usurper in late Roman Aquitania / / Hermes. Zietschrift fur Klassische Philologie. 1992. Vol. 120. S. 103-109.

14. Reece R. Roman coins in northern France ... P. 159-165; Bastien P. Le monnayage... P. 95 -100; Estiot S. Le tiesor de Saint-Maurice-de-Gourdans (Ain): une tirelire du III siecle de notre ёrе / / BSFN. 1996. Vol. 6. P. 124-127. Reuter M. Germanische Siedler des 3 und 4. Jahrhunderts in römischen Ruinen: Ausgrabungen des Bade-Sowie des Wirtschafts gebändes der villa rustica von Nurmlingen Kreis Tuttlingen / / Archäologische Ausgrabungen in Baden-Württemberg, 1995 (Stuttgart, 1996). S. 204—208.

15. Garson R.A.G. Gare (Cornwall) Find o f Roman Silver and Bronse coins / / NC. 1971. Vol. XI. P. 18 1 - 188; Reece R. Roman coinage in Britain and the Western Empire / / Britannia. 1973. Vol. 4. P. 227-251; Curnow P. Roman Coins from Wint Hill, Banwell, Somerset / / NC. 1971. Vol. XI. P. 227-235; Merrifield R. A Roman Coin-Hoard from Ramsgate, 1969 / / NC. 1971. Vol. XI. P. 199-206; Reece R. Roman coinage in Northern Italy / / NC. 1971.7 ser. Vol. XI. P. 167—179; Bastien P. Le monnayage... P. 95-100.

16. TMon 1992. Vol. XIII: recherches sur le monnayage de Postum: P. 47-63; Schulzki H.-J. Die Antoninianprägung... .S. 78-80; Bischop D. Fundort Magazin — Spätrömische Münzfunde aus Sulingen / Lindem / / Bremer Archäologische Blätter. 1994/1995. № 3. S. 11-15; Centeno R. M. S. A Nummijmatice Antigai. Um Balanco da investigaςäo en Portugal. [Antient Numismatic: A Balans o f research in Portugal] / / ActaNum. 1992.21 -2 2 -2 3 . P. 63-76; ActaNum. 1993. № 21-22-23. P. 63-75; Chaves T. F. Consideraciones sobre los tezorillos de monedas de bronce en Hispania. Republica e inicios del Imperio Romano, II / / ActaNum. 1992. № 2 1 -22-23. P. 267-84; Chiaravalle M. II ripostiglio di Castelporziano (Roma). Ripostigli monetali in Italia Milan, 1992; Coins Hoards 1999. Ancient Hoards. Britain. Gallo-Belgica / / NC. 1996. Vol. 156. P. 282-329; Coins Hoards 1998. Ancient Hoards. Gallo-Belgica / / NC. 1998. Vol. 158. P. 291-342; Coins Hoards 1999. Ancient Hoards. Britain. Gallo-Belgica / / NC. 1999. Vol.159. P. 290-348; Coins Hoards 2000: Prepared under the auspices o f the International Numismatic Comission. Ancient Hoards. Britain / / NC. 2000. Vol. 160. P. 309-322.

17. Alföldi A. The reckoning... P. 6 -7; Alföldi A. The Numbering...? 210; Elmer G. Die Münzprägung der Gallischen Kaiser in Köln, Trier und Mailand / / BJ. 1941. Bd. 146. S. 43-44; Delbrueck R. Die Münzbildnisse von Maximinus bis Carus. Berlin, 1940. S. 131 -136; Webb P. Op. cit. P. 319-323.

18. Bastien P. Op. cit P. 44-45

19. Lafaurie J. Op. cit P. 886

20. Schiller H. Op. cit — Bd. II. S. 829; Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 25; Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 165; König I. Die gallischen... S. 106; Perassi C. Medaglioni romani dedicati alia celebrazione dei ludicircensi / / RIN. 1993. Vol.95. P 385-412.

21. RIC, Postum., 34-35, 50-51.

22. Callu J.P. La politique... Р. 125-127; Schiller H. Op. cit — Bd.II. S. 830; Schallmayer E. Niederbieber Postumus und des Limesfall / / Stationen eins politischen Prozesses. Bericht des ersten Sallburgkolloquiums. Bad Hamburg, Saalburg-Museum, 1996. S. 31-37; Schubert H. Das Verhältnis von Denar zu Antoninian in den Münzshätzen der ersten Hälfte des 3. Jahrhunderts n. Chr. / / LNV 1992. № 4. S. 259-280.

23. RIC, Postumus, 91,102,235,236,252,253.

24. Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 25; Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 165.

25. RIC. Postumus, 244, 245, 270, 302, 303, 276, 301, 339.

26. RIC. Postumus, 340-353.

27. Абрамзон М.Г. Ук. соч. С .79,136; Besly Е. The Gold... P. 228; Webb P. Op. cit P. 323. Галлиен выпускал бронзовые монеты сравнительно небольшого размера и прибегал к порче монеты. Lafaurie J. Op. cit P. 882. Besly E. The Gold... P. 229-230; Gilljam H. A new gold coin of Postumus / / NC. 1993. Vol. 153. P. 205-206; Schulzki H.-J. Die Antoninianprägung... S. 25-27; Kaenel H.-H. von et al. Der Münzhort... S. 88-89. Brenot C., Loriot X. Lormonnayae. III. Trouvailles de monnaies d`or dans l’Occident romain . (Actes de la Table Ronde tenue ä Paris les 4 et 5 decembre 1987). Paris, 1992. P. 199-202.

28. Lafaurie J. Op. cit. P. 882.

29. Carlot J.-P., Gricourt D., Leclercq P. Une nouvelle serie demission de doubles sesterces de Postume a titulature courte / / BSFN. 1982. Vol. 37. P. 205-211; Poncelet C. Singularite de certains surmoulages des doubles sesterces de Postume / / CENB. 1994. Vol. 31. № 2. P. 40-41.

30. Bastien P. Op. Cit. Plate L X IV 392-393; Poncelet C. Singularite de certains... P. 40-41.

31. Абрамзон М.Г. Ук. соч. C. 24,36,38; Bastien P. Les travaux d'Heracle dans le monnay age de Postum / / Revue numismatique francaise. 1958. Ser. 6. Vol. 1. P. 60-78; Andreotti R. Il culto deilo Hercules Beuseniensis nella politica dell’usurpatore Postumo / Studi di antichita classica in enore di E.Ciacci. Roma Soc. Dante Aliqhieri. 1940. — P. 404; Poncelet C. Deux monnaies de bronze au nom de Postume / / CENB. 1993. Vol. 30. № 1. P. 14-15.

32. Bastien P. Catalog, 2, 4.

33. ibid, 15.

34. Зограф A.H. Античные... C. 103; Kaenel H.-H. von et al. Der Münzhort... S. 80-81.

35. Lafaurie J. Op. Cit. P. 882.

36. Bastien P. Ibid., Catalog, 33.

37. ibid., 63, 87, 101, 105.

38. ibid., 114.

39. ibid., 353.

40. Постум на монетах носит титулы «Победитель» и «Германский». См.: Абрамзон М.Г. Ук. соч. С.258; RIC. Postumus, 63, 129, 166, 198, 232.

41. Bastien P. Ibid., Catalog, 301-302.

42. RIC. Postum., 25.

43. ibid., 27.

44. ibid., 49.

45. ibid., 16.

46. ibid., 60.

47. Witte J. De. Recherches sur les empereurs, qui ont regne dans la Gaule. Paris, 1864. — Postum., 38-42, 113-116, 212-221, 256-261, 332.

48. Domerque С ., Leroy М. Mines et metallurgies en Gaule: recherches recentes / / Gallia. 2000. Vol. 57. P. 3-7.

49. Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 195-196; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... Р. 217; MacMullen R. The celtic renaissance / / Historia, 1965. № 1. P. 101-103; Buckley B. The Aeduan area... P. 291-294; King A. The decline... P. 59-67; Белова H. H. К истории гон­чарного ремесла... C. 7-10; Walker S. The third century... Р. 317-320; Höckmann О. Late Roman... P. 27-30; Wightman E. The fate of Gallo-Roman villages in the third century / / The Roman West... — Part 1. P. 238-242.

50. Ferdiere A. Les campagnes en Gaule Romaine. Paris, 1988.— T.2: Les techniques et les production rurale en Gaule [58 av. J.C. - 486 ap. J.C. ]. — P. 206-208,230-233; Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 172-173; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica et Germania Inferior. Vingt-cinq annees de recherches et archöologique / / ANRW 1975. Bd. II / 4. P. 243-264; Leday A. La Campagne ä lepoque romaine dans le Centre de la Gaule. Oxford, 1980. P. 179-183; Белова H. H. Рабы ремесленных и непроизводственных профессий в римской Галлии I—III вв. / / Античная древность и средние века: Уч. Зап. Уральск. ГУ: вып. 8. — Свердловск, 1978. С. 58-61; Белова H. Н. О формах зависимости в сельском хозяйстве Римской Галлии в I-III вв. / / ВДИ. 1970. № 1. С. 122-123; Штаерман Е. М. Кризис... С. 167-168; Galliou

P. Western Gaul... P. 274; Höckmann О. Late Roman river craft from Mainz, Germany / Filgueiras O. L. Local boats: 48th International Symposium on Boat and ship Archeology (Porto, 1985). Oxford, 1988. P. 25-32; Buckley B. The Aeduan area... P. 300-301.

51. Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 175-176; Ferdiere A. Op. cit. P. 232-233; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 232; Buckley B. The Aeduan area... P. 291 -294; Walker S. The third century... P. 317-320; King A. The decline... P. 59-67; Wightman E. The fate... P 239-240.

52. Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 170-171; Ferdiere A. Op. cit. P. 233-234; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 230-231; Buckley B. The Aeduan area... P. 293-294; Walker S. The third century... P. 316-317; King A. The decline... P. 60-62; Wightman E. The fate... P. 239-240.

53. Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 171-173; Ferdiere A. Op. cit P. 233-235; Leday A. La Campagne... Р. 201-202; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica...

P. 244-245; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 218-220; MacMullen R. Celtic Renaisance... P. 102-103; Buckley В. The Aeduan area... P. 293-294; King A. The decline...

P. 59-67; Белова H. H. К истории гончарного ремесла... C. 7-8; Белова H. H. О формах зависимости... C. 122-125; Walker S. The third century... P. 319-320; Wightman E. The fate... P. 240-241.

54. Webster Gr. The history... P. 345-348; Перфилова Т.Б. Британия в системе Римской им­перии (проблема контактов): диссертация на соиск. уч.степени к.и.н. — М., 1987. — С.89; Sheldon Н. London and South East Britain / / The Roman West... — Part II. P. 365-366; Jones R. F. J. Change on the Frontier: Northern Britain in the third century / / The Roman West... — Part II P. 398-399; Strickland T. J. Third century Chester / / The Roman West... — Part II. P. 423-425; Frere S. S. Verulamium and the Towns o f Britannia / / ANRW 1975. Bd. II / 4. P. 297-298; Frere S. S. Verulamium in the third century //The Roman West... — Part II. P. 390-391.

55. Blagg T. F. C. Civilian and military architecture in the province o f Britain: aspects o f patronage. Influence and craft organisation / / World ArcheoL 1980. № 12. P. 30-35; Wilson D. Roman frontiers o f Britain. L, 1967. -P. 47; Frere S. S. Britania... P. 318; Webster Gr. The his­tory... P. 345-348.

56. Jones R. F. J. Change... P. 400-401; Sheldon H. London... P. 366-368; Frere S. S. Britania... P. 318; Webster Gr. The history... P. 345-348; Strickland T. J. Third century

Chester... P. 423-426; Frere S. S. Verulamium and the Towns o f Britannia ... P. 298-299.

57. Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 171-173; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 218-220; Jones R. F. J. Change... P. 397-400; Hansen U. L Römischer import im Norden. Copenhagen, 1987; Hedeager L. A quantitative analysis of Roman import in Europe north of the Limes (0-400 AD), and question of Roman-German exchange / Kristiansen K., Paludan-Müller C. New Dicections in Scandinavian Archaeology. Copenhagen, 1978. P. 201-206; Hedeager L. Empire... P. 129-133; Whittaker C. R. Trade and frontiers of the Roman Empire / Gamsey P., Whittaker C. Trade and Famine in Classical Antiquity. Cambridge, 1983. P. 119-123; Porter Η. Envirommental change in third century / / The Roman West... — Part II. P. 355-360; Heinen H. Trier und das Trevererland in römischer Zeit Trier, 1985. S. 148-149,302-303; Keiling von H. Zur rheinischen welle des frühen römischen Imports im freien Germenians / / ZfÄ. 1989. Bd. 23 (2). S. 201-209.

58. Колосовская Ю.К. Рим и мир племен на Дунае I — IV вв. н. э. М, 2000. С. 164-165.

59. Об этом свидетельствует монета этого узурпатора, найденная в Галлии. См. Абрамзон М.Г. Ук. соч. С. 251; Callu P. La politique monetaire... P I 32-134.

60. Gansbeke P. van. La mise... P. 404-425; Gansbeke P. van. Les invasions...P . 31-33; Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 225-226; Schönberger H. The Roman frontier... P. 149; Baatz D. Op. cit. S. 80-82; Gricourt D. Les incursions... P. 40-43; Laser R. Der römische... S . 200-203.

61. На данной территории находят множество монет Постума, а также отдельные экземп­ляры монет Мария. Callu J.-P. Lor monnee... P. 108, tab.V; Schönberger H. The Roman frontier... P. 177: на другом берегу Рейна был найден милевой камень с именем Виктори­на. - Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 25; Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 163; Gansbeke P. van. Les invasions... P. 33-35.

62. Schönberger H. The Romain frontier... .P. 177-179; Baatz D. Limes... S. 80-82; Alföldi A. The invasions... S. 161-163.

63. Gansbeke P. van. La mise... P. 405-407; Brulet R. et al. Forts Romains de la route BavayTongres. Univers. Catholique de Louvain-la-Neuve, 1995. P. 77, 90-91; Berhem van D. Les routes et l'histoire. Geneva, 1982. P. 180-181; Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 171 -173; Buckley В. The Aeduan area... P. 294-296.

64. Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 171 -173; Gansbeke P. van. La mise... P. 407-408; Ferdiere A. Op. cit. -Vol. 2. P. 203-204; Schönberger H. The Roman frontier... P. 177-179.

65. Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 71; Decker Κ..- U, Selzer W. Mogontiacum: Mainy von der Zeit des Augustus bis zum Ende der Römischen Herrschaft / / ANRW 1975. Bd. II / 5. № 1. S. 458-460; Schönberger H. The Romain... P. 177-179; Gansbeke P. van. La mise... P. 408; Grenier A. Manuel...-Vol. V. P. 376-377; MacKendrick P. Romans on the Rhine / / Archeology in Germany. 1970. № 4. P. 78-93; Petrikovits H. von. Fortification...P. 188.

66. Grenier A. Manuel... — Vol. V P. 366-367; Gansbeke P. van. La mise... P. 407-408; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 183-184; Schönberger H. The Roman frontier... P. 178; Duby G. Histoire de la France Urbaine: Vol. 1-2. Paris, 1980. — Vol. 1; Blanchet A. Les enceintes romaines de la Gaule. Paris, 1907. P. 92; Johnson S. Late Roman Fortifications. L., 1983. P. 72-74; Lantier R. Recherches archeologiques en Gaule en 1953 / / Gallia. 1956. Vol. 24. P. 141-145.

67. Gansbeke P. van. La mise... P. 408; Grenier A. Manuel... — Vol. V P. 405; Lantier R. Recherches archeologiques... P. 143-146; Johnson S. Late Roman... P. 89-91;

Schönberger H. The Roman frontier... P. 178-179; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 183-184.

68. Blanchet A. Les enceintes... P. 928; Maloney J., Hodley B. Roman Urban Defences in the West, L., 1983. P. 54-55; Gansbeke P. van. La mise... P. 405; Grenier A. Manuel... — Vol. V 2. P. 366-367; MacKendrick P. Romans... P. 80-84; Schönberger H. The Roman frontier... P. 177; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 181-182; Baatz D. Mogontiacum... S. 79-81; Decker K.- U, Selzer W. Mogontiacum... S. 457-559.; Hanson W., Keppie L. Roman frontier Studies 1979. Oxford, 1980. P. 178-180; Baatz D. Der römische Limes. Archäologische Ausflüge zwischen Rhein und Donau. 4. Aufl. Berlin, 2000. S. 156-158.

69. Gansbeke P. van. La mise... P. 407; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 183-184; Schönberger H. The Roman frontier.. P. 178-179; Alföldy A. The invations... P. 191-192;

Baatz D. Der römische Limes... S. 171-173.

70. Schönberger H. The Roman frontier.. P. 178-179; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 183-184; Gansbeke P. van. La mise... P. 407.

71. Johnson S. A group o f late Roman city walls in Gallia Belgica / / Britannia. 1973. № 4. P. 210-223; Hanour R., Muller A. Recherches archeologiques ä Bavai I—II / / RevNord. 1988. Vol. 70. P. 39-56; Garson R.A.G. Le tresor de Bavai (Nord) / / Gallia. 1958. Vol. 12. P. 82-118; Will E. Les enceintes du Bas-Empire ä Bavay / / Revue du Nord. 1962. Vol. 44. P. 397-399. Blagg T.F. The Reuse o f Monumental Masonry in the Late Roman defensive Walls / / Maloney J., Hodley B. Roman Urban Defences in the West L., 1983. P. 130-132; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 193-194; Mertens J. Recherches recentes sur le limes en Gaule Belgique / / Hanson W. S., Keppie L. J. F. Roman Frontir Studies 1979. Oxford, 1980. P. 423-470; Gansbeke P. van. La mise... P. 408.

72. Gansbeke Р. van. La mise... P. 407-408; Baatz D. Der römische Limes... S. 151 -153.

73. Petrikovits H. von. Op. cit. P. 188; Lafaurie J. L’Empire Gaulois... P. 847-848; Gansbeke P. van. Les tresors de monnaies romaines en Belgique / / RBN. 1959. Vol. 105. P. 213-214; Galliou P. Western Gaul... P. 271-272; Chawfoad M. Finance, Coinage and Money from the Severans to Constantin / / ANRW 1978. Bd. II/2. P. 586-588; Webb P. H. Third Century Mints and Mint-marks / / NC. 1921. Vol. 28. P. 221-227.

74. Gansbeke P. van. La mise... P. 411; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 188.

75. Blanchet A. Les enceintes... P. 96-97; Johnson S. Late Roman Fortifications. L., 1983. P. 74; Gansbeke P. van. La mise...P. 407; Lantier R. Recherches archeologiques en Gaule en 1953 / / Gallia. 1956. Vol. 24. P. 141-151.

76. Blanchet A. Les enceintes...P. 927; Gansbeke P. van. La mise... P. 407; Grenier A. Manuel... — Vol. V P. 377.

77. Gansbeke P. van. La mise... P. 406; Lantier R. Recherches... P. 141-144; Blanchet A. Les enceintes... P. 96.

78. Blanchet A. Les enceintes... P. 928; Bursche A. Later Roman... P. 132; Gansbeke P. van. La mise... P. 405-406; Grenier A. Manuel...— Vol. V P. 376; Gansbeke P. van. Les invasions... P. 31-33; Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 225-226; Schönberger H. The Roman... P. 149; Baatz D. Op. cit. S. 80-82; Gricourt D. Les incursions... P. 40—43.

79. Blanchet A. Les enceintes... P. 928; Gansbeke P. van. La mise... P. 405; Butler R. M. Late Roman Town-walls in Gaul / / Archeol. Joum. 1959. Vol. 116. P. 37-46; Grenier A. Manuel... — Vol. V 2. P. 366-367.

80. Blanchet A. Les enceintes... P. 928; Gansbeke P. van. La mise P. 405; Grenier A. Man­uel... — Vol. V 2. P. 366-367; Gansbeke P. van. Les invasions... P. 31 -33; Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 225-226; Schönberger H. The Roman frontier... P. 149; Pirling R. Römische Gräber mit barbarischen Einschlag auf den Gräberfeldern von Krefeld ß Gellep / Larmee romaine et les barbares du III-e au VII siecle / Reun. Par Vallet F. Kazanski M-Rouen, 1993. S. 113-116, abb. 1; Baatz D. Op. cit S. 80-82; Gricourt D. Les incursions... P. 40-43.

81. Blanchet A. Les tresors... P. 737-738; Bastien P. Le monnayage... P. 95-115; Pirling R. Römische Gräber... S. 114-116; Bastien P. Tresor... P. 797-802; Reece R. Roman coins in northern France... P. 227-245.

82. Petrikovits H. von. Fortifications... P. 184-185; Raepsaet-Charlier M.-Τh ., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 193-195; Schönberger H. The Roman frontier... P. 149; Johnson S. Late Roman... P. 72-74; Blanchet A. Les enceintes... P. 928; Gansbeke P. van. La mise... P. 405-407; Grenier A. Manuel... — Vol.V 2. P. 366-367, 376.

83. Schönberger H. The Roman frontier... P. 149; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... p. 75-77; Pirling R. Römische... S. 115-116, abb. 1.

84. Blanchet A. Les tresors de monnaies... P. 739; Chaurand L. La monnaie locale en Gaule ä la fin du III-e siecle / / BSFN. 1969. Vol. 24. P.456-458; Hinz H. Colonia Ulpia Traiana. Die Entwicklung eines römischen Zentralortes au Niederrhein. I. Principat / / ANRW 1975. Bd. II /4 . S. 849-852; Hinz H. Xanten zur Römerzeit — Xanten, 1976. S. 129-131; Bridger C., Siegm und F. Die Xantener Stiftsimmunität / / Rheinische Ausgrabungen. 1987. Bd. 27. S. 117-125.

85. Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 195; Oldenstein J. La fortification d`Alzey et la defence de la frontiere romaine au IV et au V siecle / Larmee romaine et les barbares du III-e au VII siecle / Reun. Par Vallet F. Kazanski M-Rouen, 1993. S. 128-131.

86. Gansbeke P. van. La mise... P. 406; Lantier R. Recherches... P. 141-144; Peter M. Untersuchungen zu den Fundmünzen aus Augst und Kaiseraugst Mainz, 2001. S. 137-139, 156-157, 160.

87. Petrikovits Н. von. Fortifications... Р. 184; 187; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179.

88. Drinkwater J. F. Coins Hoard... P. 293-299; Reece R. Roman coins in northern France... P. 162-164; Bastien P. Lemonnayage... P. 97-101 ; Signon H. Die Römer zwischen Köln, Bonn and Trier. Franfurt, 1977. S. 86,121 -122; Blanchet A. Les tresors... P. 748; Lückger H. J. Eine unbekannte Münze aus dem letzten Jahre des Postumus / / Germania. 1919. Bd. 1-2. S. 19-20; Gansbeke P. van. Les invasions... P. 11 -15.

89. Schönberger H. The Roman frontier... P. 179-181; Duby G. Histoire... — Vol. 1. P. 407-408; Gansbeke P. van. La mise... P. 412; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 187; Gansbeke P. van. Les invasions... P. 11-15.

90. Flam-Zuckermann L. A propos d`une inscription de Suisse (CIL. XIII, 5010): etude du рhёnоmёnе du brigandage dans l’Empire remain / / Latomus. 1970. Vol. 29. P. 451-473; Gansbeke P. van. Les invasions... P. 11-15; Alföldy A. The invations... P. 191.

91. Petrikovits H. von. Fortifications... P. 184; 187; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179.

92. Pflaum H. G. La monnaie de Treves ä lepoque des empereurs gallo-romains / Actes Congresses intemat de Num. (Paris, 1953). Paris 1957. — Vol. II. P. 273-280; Garson R. A. G. Les premieres emissions... P. 43-44; Wolff H. Civitas und Colonia Treverorum / / HISTORIA. 1977. Bd. 26. P. 231 -237; Reusch W. Augusta Treverorum. Trier, 1958. P. 99,125-127; Cüppers H. Rettet das römische Trier / Denkschrift der archäologischen Trier — Kommission. Trier, 1972. S. 16-20; Schindler R. Augusta Treverorum. Köln, 1972. S. 87, 101-103; Wightman E. Gallia Belgica... P.224-225; Krier J. Die Treverer außemalb ihter Civitas: Mobilitat und Aufstieg. Trier, 1981. S. 95-96.

93. Petrikovits H. von. Fortifications... P. 187; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179.

94. Parlaska K. Die Römischen Mosaiken in Deutschland. Berlin, 1959. S. 44-46, taf 42, 2 (Mosaik), 48 ,5 (Inschrift); Cüppers H. Rettet ... S. 19; Wightman E. M. Roman Trier and the Treveri. L., 1970. P. 53; König I. Die Gallischen... S. 141; Штаерман Е.М. Кризис... C. 464.

95. Grenier A. Manuel... — Vol. V P. 48; Gansbeke P. van. La mise... P. 409-410; Blanchet A. Enceintes... P. 179.

96. Gansbeke P. van. La mise... P. 409-410; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 187-188; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179.

97. Berhеm van D. Les routes... P. 44, 76-78, 81, 101-102, 105, 107; Gansbeke P. van. La mise... P. 409-410; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 184; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179.

98. Gansbeke P. van. La mise... P. 409-410; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 184; 187; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179; Vannerus J. Limes et les fortifications galloromaines de Belgique. Bruxelles, 1939. P. 145; V i n J. P. A. v a n d e r . Nijmegen. Kops Plateau.

Berlin, 2002. S. 78-81.

99. Blevelet H. Lexploration archeologique de Bavai note sur le premier mille de la Bavai-Reims / Revue du Nord. 1969. Vol. 51. - S. 457-462; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 184; 187; Schönberger H. The Roman frontier... P. 178-179; Brulet R. et al. Forts Romains... P. 89-90, 97, 120-122, 124-127.

100. Petrikovits H. von. Fortifications... P. 184; 187; Schönberger H. The Roman frontier. P. 179; Grenier A. Manuel... — Vol. 5. P. 336; Gansbeke P. van. La mise... P. 409-410; Blanchet A. Enceintes... P. 196; Gansbeke P. van. Les invasions... P. 11-15; Alföldy A. The invations... P. 191.

101. Blanchet A. Les enceintes... P. 196; Grenier A. Manuel... — Vol. V P. 108.

102. Grenier A. Manuel... — Vol. V. P. 71; Gansbeke P. van. Les invasions... P. 9-10.

103. Galliou P. Western Gaul... P. 271-273; Gansbeke P. van. La mise... P. 408-409; Grenier A. Manuel... — Vol V P. 405; Blanchet A. Les enceintes... P. 100.

104. Brulet R. et al. Forts Romains.... P. 74-77; Schönberger H. The Romain frontier... P. 177-179; Will E. Les enceintes... P. 98-403; Blagg T. F. The reuse... P. 135-137; Hanour R., MullerA. Recherches... P. 44-45, 52-56; Tresors monetaires et plaques-boudes de la Gaule Romaine: Bavai, Montbouy, Checy. Paris, 1958. (Gallia). P. 59-60, 75, 81-87, 119-121, 129, 131-133; Blevelet H. Lexploration archeologique... P. 458-460, 462-464; Garson R.A.G. Le tresor de Bavai... P. 82-118; Gricourt D. Petit tresor de monnaies de Postume trouve a Bavai (Nord) / / RBN. 1957. Vol 103. P. 21-30. Tresors monötaires et plaques-boudes de la Gaule Romaine: Bavai, Montbouy, Checy. Paris, 1958. (Gallia). P. 43-47; 80-82.

105. Gansbeke P. van. La mise... P. 410; Grenier A. Manuel... — Vol. V P. 71; Galliou P. Western Gaul... P. 271-273; Blanchet A. Enceintes... P. 196; Gansbeke P. van. Les invasions... P. 9-11; Alföldy A. The invations... P. 191

106. Gansbeke P. van. Les invasions... P. 11-15; Alföldy A. The invations... P. 191; Gagniüre S., Granier J. Loccupation des grottes... P. 225-231.

107. Boussard J. Etude sur la ville de Tours du I-er au IV-e siecle / / REA. 1948. Vol. 50. — P. 321 — 326; Gansbeke P. van. La mise... P. 411-412.

108. Blanchet A. Tresor... P. 507; Drinkwater J. F. Coins Hoard... P. 294-299; Pelletier A. Vienne et la reorganisation provinciale de la Gaule au Bas-Empire / / Latomus. 1967. Vol. 26. — P. 491-498; Wuilleumier P. Les Medaillons d applique gallo-romains de la vall0e du Rhöne.— Paris, 1952. (Annales de l’Univers. de Lyon. Ser. 3. Lettres. Fase. 22); Walker St. The third century... P. 322-327.

109. Webb P. Op. cit P. 382; Mowat R. Les ateliers monetaires imperiaux en Gaule: prindpalement de Postume ä Tetricus (258-273) / / RN. 3 ser. 1895. Vol. 13. P. 134.

110. Biarne J., Guilleux J. Le Mans, la plus belle enceinte gallo-romaine de Bas-Empire en Gaule / / Arch. 1980. Vol.145. — P. 6-19; Butler R. M. The Roman walls of Le Mans / / JRS. 1958. Vol. 48. — P. 33-39; Gansbeke P. van. La mise... P. 411.

111. Ляпустина E.B. Галло-римские города и их укрепления в период поздней античности / Из истории социально-политической и культурной жизни античного мира и средневеко­вья. — М., 1985. — С. 157; Biame J., Guilleux J. Le Mans ... P. 6-19; Butler R. M The Roman walls... P. 37-40.

112. Berthollet J. La restauration d`Autun au dёbut du IV-e siecle / / Мёm. Soc Eduenne. NS 50. 1947-1955. — P. 115-123; Legentilhomme P. Le desastre d`Autun en 1969 / / REA. 1943. Vol. 45. — P. 233-240; Buckley B. The Aeduan area... P. 295-8; Duval P.-М., Quoniam P. Releves inedits des monuments antiques d`Autun / / Gallia. 1963. Vol. 21. P. 155-159.

113. Gansbeke P. van. La mise... P. 411; Fevrier P.-А. The Origin and Growth of the Cities of southern Gaul to the third century AD: an assessment of the most recent archaeological discoveries //J R S . 1973. Vol. 63. P. 1-28; Gallia. 1964. Vol. 22. № 2. — P. 423-425; 1968. Vol. 26. № 2. — P. 479-484.

114. Blanchet A. Les enceintes... P. 230; Schönberger H. The Romain frontier... P. 177-179; Gansbeke P. van. La mise... P. 408; Butler R. M. Late Roman... P. 39-40.

115. Grenier A. Archeologie... Vol. 5.— P. 453; Blanchet A. Enceintes... P. 230; Schönberger H. The Romain frontier... P. 177-179; Gansbeke P. van. La mise... Р. 412-413; Ляпустина Е.В. Ук. соч. С. 158-159.

116. Blanchet A. Tresor... P. 691 -693; Drinkwater J. F. Coins Hoard... P. 294-299; Reece R. Roman coins in northern France... P. 163-166; Bastien P. Le monnayage... P. 95-112.

117. Drinkwater J. F. Coins Hoard... P. 297-300; Reece R. Roman coins in northern France... P. 163-166; Bastien P. Le monnayage... P. 95-112.

118. Ляпустина E. В. Ук. соч. C. 57; Gansbeke P. van. La mise... P. 404-425.

119. Blanchet A. Tresor... P. 692; Brulet R. La Fortification du Hauterecenne ä Furfooz. — Louvain-La-Neuve, 1976. — P. 131-133; Bogaers J. E., Rüger C. B. Der niedergermanische Limes. — Colonia, 1974. — S. 91-93; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 186-187; Schönberger H. The Roman frontier... P. 178-179.

120. Blagg T. F. The reuse... P. 130-135; Brulet R. et al. Forts Romains.... P. 55-58, 90-97; Pet­rikovits H. von. Fortifications... P. 186; Schönberger H. The Roman frontier... P. 178-179; Grenier A. Manuel... — Vol. V P. 453; Blanchet A. Enceintes... P. 230; Gansbeke P. van. La mise ... P. 412-413; Signon H. Die Römer zwischen Köln, Bonn and Trier. Franfurt, 1977; Garson R.A.G. Le tresor de Bavai (Nord) / / Gallia. 1958. Vol. XII. P. 3-118; Doppelfeld О. Das römische Köln I. Ubier-Oppidum und Colonia Agrippinensium (mit Beiträgen von G. Biegel [Köln]: Die Münzstätte Köln in der Zein des Gallischen Sonderreiches, und J. Bracker [Köln]: Politische und Kulturelle Grundlagen für Kunst in Köln seit Postumus / / ANRW 1975. Bd. II /4 . — S. 752-781; Schmitz H. Colonia Claudia Ara Agrippinensium. Köln, 1956. S. 85-87, 100-102; Leman P. Reflexions ä propos de la voie Boulogne-Bavay-Cologne. Sourses antiques et documentation archeologique / / Les Etudes Classiques. 1985. Vol. LIII. № 1. P 64.

121. Vannerus J. Limes ... P. 144; Breuer J. Le burgus de Morlanwelz et la frontiere de l’Empire au IV-e siecle / / Premier Congres de Geographie historique: Vol. 1-2. Bruxelles, 1930. — Vol. 1. P. 56-57; Gallia. 1964. Vol. 22 /2. P. 331-336; Gallia. 1976. Vol. 3 4 /2. P. 332-359.

122. Petrikovits Н. von. Fortifications... Р. 186-187; Schönberger H. The Roman frontier... P. 178-179.

123. Gansbeke P. van. La mise... P. 412-413; Brulet R. La Fortification... P. 139-140; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 185; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179-180.

124. Doyen J.- M., Warmenbol E. Nismes: un eperon barre de lepoque de Postume / / Archeologie. 1979. № 1. P. 18-21; Gallia. 1961. Vol 19. №2. P. 331-347, 356, 379; Gansbeke P. van. La mise... P. 413; Blanchet A. Tresor... P. 693; Reece R. Roman coins in northern France... P. 165—167.

125. Vannerus J. Limes... P. 112-113, 156-158; Blanchet A. Tresor... P. 648; Grenier A. Manuel...— Vol. V P. 267-268, 434; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 186-187;

Schönberger H. The Roman frontier... P. 178-179; Gansbeke P. van. La mise... P. 413-414; Wightman E. Gallia... P. 220-232; Johnson S. A group... P. 210-223.

126. Gansbeke P. van. La mise... P. 413-414.; Gricourt D. Les Incursions de pirates de 268 en Gaule septentrionale et leurs incidences sur la politique de Postume. A propos du hiatus numismatique d`Ardres / / TMon. 1988. Vol. X. P. 9-14.

127. Grenier A. Manuel... - Vol. V P. 363; Johnson S. A group... P. 219; Gricourt D. Les Incursions... P. 23, 25, 32.

128. Gansbeke Р. van. La mise... P. 417; Grenier A. Manuel... — Vol. V P. 580; Blanchet A. Enceintes... P. 69-71.

129. Gansbeke P. van. Les invations... P. 21-36; Etienne R. Bordeaux Antique. Bordeaux, 1962. P. 112-115, 120-125, 131-145; Gricourt D. Les Incursions... P. 14-19, 27-30; Drinkwater J. F. Coin Hoard... P. 293-302; Lafaurie J. La chronologie... P. 97-99; Aubin G. La circulation monetaire en Gaule ä la fin du regne de Postume / / Statistique et Numismatique. 1981. Vol. 5. P. 348-350; Delmaire R. et al. Chronique numismatique V / / RevNord. 1986. Vol. LXVIII. P. 174; Besley E., Bland R. The Cunetio... P. 188-194; Gricourt D. Le tresor du chemin des vingt-huit ä Dourges (Pas-de-Calais) / / RevNord. 1981. Vol. LXIII. P 889-892; Lafaurie J. L’Empire Gaulois... P. 884, 907-911.

130. Blanchet A. Enceintes... P. 69-70, 327; Grenier A. Manuel... — Vol. V P. 580; Gansbeke P. van. La mise... P. 418-419; Etienne R. Bordeaux Antique... P. 112-115.

131. Ляпустина E. В. Ук. соч. C. 57; Gansbeke P. van. La mise... P. 404-425.

132. Ляпустина E. В. Ук. соч. C. 38; Bayard D., Massy J.-L. Amiens romain: Samarobriga Ambia­ norum. Heilly, 1983. 56, 61-63, 84-92; Halbout P. et al. Rouen gallo-romain: fouilles et recherches archeologiques 1978-1982. Rouen, 1982. P. 12-13, 28-36, 77-79.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 8. Организация вооруженных сил

Исследование разветвленной сети дорог по всем регионам, вошедшим в «Галльскую империю», дает дополнительную информацию об оборонительной системе Постума.

В первую очередь Постум обратил внимание на рейнский лимес, которому была необходима хорошая связь между отдельными участками. Жизненно важной в плане обороны считалась дорога Могонтиак-Аргенторат, поэтому она была полностью реконструирована вместе со всеми ее ответвлениями, связывающими обе Германии{1}.

На Юге Постум стремился связать Аквитанию с ущельями западных Пиренеев. Дорога Agen-Dax была отреставрирована его заботами{2}. Он занялся также реставрацией и строительством сети аквитано-испанских дорог, связывавших регионы. Дело в том, что в Lёоn (Испания) базировался VII легион Gemina, и в случае тревоги, воинское подразделение должно было иметь возможность быстро перебраться к центру Галлии для защиты региона{3}. Другая дорога шла из Бордо на юг. К ней примыкали Вазаты (совр. Базас) с территорией в 4 га, но, скорее всего, дорога Galien была продлена до Ажена или Донзейля{4}. Вполне возможно, что Постум соединил этот перекресток с дорогой из Лиона{5}.

Деятельность первого галльского императора по восстановлению и расширению сети дорог являлась, по большей части, продолжением уже начатого. Так, он завершил проект Галлиена по обновлению дорог в сторону Рейна. Можно предположить, что сам Постум начал восстановление этих дорог, будучи еще наместником этих провинций, а впоследствии продолжил, перенеся на этот участок свое основное внимание.

Осер (ант. Autessiodurum) являлся дорожным центром первостепенной важности. Город располагался на пересечении двух стратегических дорог, восстановленных Постумом. Одна из них шла из Энтренов и направлялась на восток к Труа, Буржу и Сансу{6}. Милевой столб из Прежилберта свидетельствует о том, что дорога Осер-Отен была также восстановлена в этот период{7}.

Лион, являющийся одним из крупнейших городов Галлии, был соединен с Бордо (ант. Burdigala) посредством дороги, проложенной вдоль южной границы{8}. Множество милевых столбов свидетельствуют об интересе Постума к этой области. Две дороги протянулись к Жавольсу, еще одна к Сент-Жан-де-Ней{9}, соединяя дорогу Ажен-Де, и оттуда шла в Испанию{10}. Пути сообщения были также связаны с задачами VII легиона Gemma, подразделения которого в случае необходимости должны были иметь возможность быстро передислоцироваться в любой район Галлии.

Из высокой стены города Ренны археологи извлекли около 14-ти милевых камней галльских императоров, три принадлежали Постуму{11}. К сожалению, нет никакой возможности уточнить, какую дорогу они размечали. Скорее всего, милевые камни были особо необходимы для дорог стратегической важности.

Однако города и поселения, находящившиеся внутри региона, имели совсем иные оборонительные укрепления, чем города и поселения прирейнской линии обороны: Тонгерен, Арлон, Треверы, Бавы{12}, а также Августа Треверов, защищенная, благодаря укрепленным поселениям: Неумаген, Битбург и Заарбург{13}. Расположенные чаще всего на перекрестках дорог, они являлись убежищем для населения близлежащих деревень и одновременно выступали, как центры местной администрации «Галльской империи» и как узлы связи. Падение одного из них означало не только исчезновение центра снабжения и оперативной базы, но, особенно, разрыв связи между участком, которым он командовал, и другими регионами.

Характерным примером вышеуказанных укреплений могут служить Бурж, Санс и поселение Юбланс{14}. Бурж и Санс располагались на перекрестке дорог, связывавших соседние виллы и форт, находившиеся на некотором расстоянии от города, на возвышенности{15}. Территория Буржа достигала 40 га. Юбланс являлся дорожным центром первостепенной важности, также восстановленым Постумом, по времени реставрации являлся современным Буржу и Сансу{16}. Дороги из этого поселения соединяют Север Галлии с Юго-западом и Аквитанией. Из Юбланса можно было легко добраться: на северо-востоке — до Амьена (ант. Samarobriva Ambianorum) и Арраса; на востоке — до Шартра; на юге и юго-востоке — до Ле Мана и Тура; на западе — до г. Ренны; на юге юго-запада — до г. Авранша; на севере — до г. Котентен{17}. Вся система вместе с дорогами была восстановлена и построена Постумом, о чем свидетельствуют археологические исследования.

К подобному типу можно отнести и укрепленные поселения: Тонгерен, Бавы, Арлон, Треверы, Ремы (совр. Реймс), Отен и сельское поселение Сент-Лорен-сюр-Отен, на севере от Санса. При этом площадь поселений значительно различалась. Тур имел площадь в 6 га, Реймс — 35 га, Отен — около 20 га.

Вдоль дорог между укрепленными городами возводятся небольшие форты, имевшие свое особое назначение, например, почтовой станции. Подтверждение этому можно видеть на дороге Бавы — Тонгерен — Колония-Агриппина{18}: Бавы — Руверой — 18 км; Руверой — Морланвельз — 17 км; Морланвельз — Либершиз — 15 км; Либершиз — Жембло — 18 км; Тонгерен — Маастрих — 16 км, а также г. Ним на дороге Вермонт — Колония-Агриппина, Нант и Эправы на дороге Динан — Арлон, Эпарель на дороге Вормс (ант. Borbetomagus) — Мец (ант. Divodurum Mediomatricorum){19}.

Авзоний утверждает, что подобные «поселения» были характерны для Белгики{20}. Это были демилитаризированные лагеря с сохраненными оборонительными укреплениями, ставшие в мирное время складами. Однако во время войны или набегов варварских племен такие поселения становились крепостями и принимали на себя функции охраны дорожной развязки и окрестных деревень. Во время вторжений гарнизон такой крепости должен был наблюдать за грабителями и сигнализировать об их движении в штаб-квартиру командующего. В случае, если нападавших было не очень много, гарнизон пытался сделать все, чтобы лишить врага преимущества и замедлить их продвижение. Эта гипотеза кажется справедливой. Как известно, для своих вторжений германцы использовали дороги. Таким образом, сеть дорог была неразрывно связана с защитой территории, и нельзя понимать ее устройство без объединения с оборонительной системой.

Другим типом дорожной системы был центр, располагавшийся у морского побережья. Дорога от него проходила по побережью и имела функцию кольцевой дороги, объединявшей различные пункты, включая портовые города с гаванями и локальные пункты. Примером такого типа могут служить три центра на участке северо-запад Кассель, Булонь и Бавы{21}. Дорога проходила через Булонь, Ондшот, Уденбург, Варсенаре, Мальдегем, Бёкут, Анвере, Брехт и Нимек{22}. Оборонительные пункты располагались в Булони, Марцисе, Уденбурге, Варсенаре{23}. Дороги проходили следующим образом:

Центр Кассель: Кассель — Рюмст, Кассель — Булонь, Кассель — Уденбург.

Центр Бавы: Бавы — Булонь, Бавы — Уденбург, Бавы — Ганд, Бавы — Рюмст.

Весь участок отличался тем, что вновь созданная дорожная система накладывалась на сеть более древнюю, но не смешивалась с ней{24}. В рейнском регионе — наоборот, вновь созданная сеть сливалась со старой. На левом берегу Рейна дорога выходит из Нимека и идет вплоть до Швейцарии, выходя на маршрут старой дороги первого века{25}. Лучшим примером может служить пролет дороги от центра — от Касселя к Бергу и Оуе{26} (территория совр. Швейцарии). Точно известно, что сектор дороги от г. Бинген до г. Альцай (в районе совр. Франкфурта) был полностью восстановлен Постумом.

По всей длине течения Рейна были расположены оборонительные сооружения{27}. Они были предназначены для того, чтобы защищать линию границы, проходящую по р. Мозель. Расквартирование легионов и военных соединений проводилось так, чтобы они были связаны с внутренней частью региона, дорогами, которые оканчивались стратегически важными перекрестками: Тонгерен, Треверы, Арлон, Лион и т. д.{28}. Августа Треверов являлась к тому же центром настоящей дорожной «паутины»{29}.

Основных линий обороны было три: на Юге речь идет о временной границе двух противников: Галлиена, идущая с Юга и Юга-востока на северо-запад, и Постума с Севера на юго-восток, существовавшая в период первого противостояния с 259 г. до 260-261 гг.{30}. Вторая линия обороны проходила между Северной Италией и «Галльской империей» с 266 г. Однако, если ранее считалось, что ущелья Альп укреплялись Галлиеном, то теперь это ставится под сомнение, поскольку Реция принадлежала юрисдикции Постума. Теперь понятно, каким образом Постум сумел закрыть во время военного противостояния 264-265 гг. проход и не допустить переправы римского императора через Альпы (Dio Cass., IX. 238; Anonym, 6).

Наиболее важной в стратегическом отношении оставалась третья лиия обороны — германская граница, включавшая в себя рейнский лимес и северо-западное побережье. Постум стремился, в первую очередь, восстановить сектора, которые позволили бы отражать набеги германцев: побережье между Булонью и Нимеком, лимес между Нимеком и Вогезами и, наконец, перевал Белфорт{31}.

Особое место в борьбе против германцев, разбойников и пиратов заняли морские кампании Постума. Первые три года власти галльского узурпатора были посвящены укреплению флота и активным военным действиям на море. Согласно предположениям исследователей и археологов{32}, Постум должен был иметь опорную крепость на побережье. Местонахождение крепости Marcis неизвестно{33}, поэтому ничего нельзя сказать о ее оборонительных сооружениях. Однако укрепления г. Булонь (ант. Bononia), скорее всего, были построены Постумом{34}, поскольку при Караузии 30-ю годами позднее оборонительная стена уже существовала, и Констанций Хлор хотел сделать здесь в 293 г. резиденцию для подавления бунтовщиков (Paneg., VIII.4).

Береговая система будущего litus saxonicum защищала с Запада{35}; остров обладал своим флотом — classis Britannica (CL BR){36} — одна из стоянок которого находилась, судя по археологическим данным, в Булони-сюр-мер{37}; ее армия, состоящая, как минимум{38}, из трех alae, могла значительно усилить войска Постума. Центральная база располагалась в порту Гезориак на побережье Ла-Манша и в Дюбре на побережье Британии. Задачами classis Britannica было патрулирование берега Британии и охрана пролива. Нумизматические источники свидетельствует о значительной роли, которую играл флот в правление первого галльского императора. Они же указывают на связь между большими портами: Булонь, Уденбург, Рюмст, Арентсбург{39}. На этом же побережье находился ряд фортов, в которых были расквартированы пехотинцы, кавалерия и моряки{40}. Причем, эти форты находились близ городов: Булонь, Уденбург, Варсенаре, Рюмст, Катвийк{41}. Дорога соединяла форты один с другим и связывала с внутренней частью лимеса через дорожную развязку Булонь, Кассель, Бавы и Тонгерен{42}. Катвийк и Арентсбург были заняты войсками Постума в самом начале его правления и сохранили свое значение при его преемниках{43}.

В Рюмсте были найдены кирпичи и черепицы с клеймом С G Р F — знака морской службы Постума — «classis Germanica», известной также по монетам{44}. Флот был необходим Постуму не только для охраны приморских рубежей и контроля за судоходными реками, включая мосты и переправы, торговлю и навигацию торговых судов, но и для борьбы с пиратами{45}. Флот Рейна также обеспечивал безопасность торговым судам, идущим с товарами в Британию{46}. Базы морской службы распола-гались по берегам рек и были связаны с легионами. На Рейне подобные базы находились в городах Vetera, Novaesium, Colonia Agrippina, под контролем легиона XXII Primigenia, дислоцированного в Moguntiacum, другой сектор Рейна — Neumagen, Noviomagus, Katwijk, Arentsburg — и дельта реки с выходом в море контролировался легионом VI Victrix{47}.

В Галлии подобные базы морской службы располагались, обычно, в городах вдоль морского побережья, таких как: Булонь, Кале, Ла Пенн, и городах вдоль всего русла рек{48}. Основные базы располагались в Северной Галлии и были тесно связаны с подобными базами в Белгике и Германии, а также с теми, которые располагались на побережье современной Голландии{49}. Помимо этого, в других городах располагались ремесленные корпорации, обслуживающие флот — корабельщики. Согласно эпиграфическим данным, самые известные корпорации корабельщиков и мастера-корабельщики жили в Арелате (Нарбонская Галлия), Лугдуне, по течению Роны и Арара, Мозеля; здесь же подчас проживали судовладельцы и патроны корпораций корабельщиков{50}.

Основной базой считалась пойма Рейна, а командующий флотом этого региона — командующим всем флотом; обычно им был наместник или прокуратор{51}. Согласно подсчетам С. Старра, с которым соглашается и Э. Бирли, в общей сложности, флот Постума составлял около 30 тыс. человек{52}.

Благодаря археологическим данным известно, что пираты проникали на территорию Галлии и обеих Германий по рекам: Сена, Луара, Гаронна и более маленьким — Орн, Изер, Эско, Лис, Сомма и притокам больших рек, грабя прибрежные города и поселения{53}. Морская служба наносила удары по судам пиратов, обеспечивая защиту городам и населенным пунктам и благоприятствуя развитию торговли{54}. Таким образом, становится понятна неразрывная связь каждого отдельного звена оборонительной системы «Галльской империи».

* * *

Для стратегически важных дорог Постумом была предусмотрена защита оборонительными сооружениями и укрепленными поселениями различных типов (от обычного укрепленного поселения, лагеря, форта или поселения-хранилища): Колония-Агриппина — Бавы; Нимек — Арлон; Арлон — Реймс; Арлон — Динан; Колония-Агриппина — Арлон; Колония-Агриппина — Треверы; Майнц — Треверы; Вормс — Реймс и др.{55}. Отдельно от обычной системы стояли укрепленные контрфорсами города, например, Вогезы. От Нимека до Страсбурга шла пограничная дорога, продолжаясь на юг, она достигала Базеля и Лугдунской Галлии, обеспечивая более быструю связь с центром Галлии{56}. Отдельные участки дороги были снабжены менее значительными укреплениями. От кольца отходили дороги, направлявшиеся вглубь территории и укрепленные оборонительными сооружениями. Они заканчивались стратегически важными перекрестками: Тонгерен, Треверы, Ремы и т. д.{57}.

Особое место занимает правый берег Рейна. В 259 г. Постум (никак не Галлиен!) захватил часть Трансрейнской Германии, где в результате опустошительных набегов германцев были разрушены многие города и поселения. Постум пытался восстановить эту территорию, создавая некую оборонительную систему. Две крепости были созданы для обороны моста через р. Рейн: Кастелль и Заальбург{58}. Мост имел двойное значение: защищал Майнц и р. Мозель в случае вторжения варваров и давал возможность контратаковать. Без сомнения, Постум вел сражения за эту территории, еще будучи наместником, по приказу Галлиена (SHA. Туг. Trig., V, 6).

Оборонительные сооружения Постума, продолжая начатое Галлиеном (или по приказу Галлиена он же и начинал), строились так, чтобы укрепить изгиб Рейна: Августа Треверов, Виндиш (ант. Vindonissa), Иргенозен, Авенш, Отен{59}. Одновременно казалось, что Постума мало интересуют другие сектора обороны. Эта небрежность была лишь видимой. По-видимому, Постум имел свои планы в отношении Трансрейнской Германии.

Строительство системы защитных сооружений происходило методично, сектор за сектором, но, к сожалению, Постум не успел закончить ее. Оставались широкие незащищенные зоны в Эльзасе и Швейцарии{60}. После смерти Постума варвары воспользовались ими для новых вторжений на территорию Галлии.

Некоторые археологи сомневаются, что идея такой оборонительной системы принадлежала Галлиену{61}. На основании имеющихся в нашем распоряжении данных, можно утверждать, что Постум стал исполнителем этого проекта. Обладая военным талантам, он не пренебрег наступательной стороной в своем проекте, в отличие от своих преемников, слишком доверявшим защите лимеса. Создавая оборонительную зону на правом берегу Рейна, первый галльский император сохранил возможность отбросить германцев дальше, вглубь территории.

Примечания

1. CIL. XIII, 12087-12088: Mayence-Strasbourg; CIL. XIII, 9091: Brumath; 9098: d`Altripp; CIL. XIII, 1911: Heidelberg: Bogaers J. E., Rüger C. B. Der niedergermanische Limes. Colonia 1974; Bechert Т. Römischen Germanien zwischen Rheun und Maas: der Provinz Germania Inferior Zürich, 1982. S. 117-120; Beck W., Planck D. Der Limes in Südwestdeutschland. Stuttgart, 1980; Gansbeke P. van. La mise... P. 418-419.

2. CIL. XIII, 8890: Labroquere; Annee Epigr. 1929. Vol. 51 P. 88; Keay S. J. The Conventus... P 451 -454; Richmond L A. Five town-walls in Hispania Citerior //JR S. 1931. Vol. 21. P. 86-100.

3. Audin A . Lyon: miroir de Rome dans les Gaules. Paris, 1979; Gansbeke P. van. La mise... P. 419.

4. Jullian C. Histoire... — Vol. IV P. 580; Gansbeke P. van. La mise... P. 419.

5. Wuilleumier P. Lyon. Metropole des Gaules. Paris, 1953. P. 130-134; 1954. Vol. 12. № 2. P. 312-33; 1955. Vol. 13. № 2. P. 422-43; 1956. Vol. 14. № 2. P. 333-334; Reynaud J.-F. et al. Lyon du III-e siecles au Haut Moyen Age les fouilles retrouvent lenceinte fortiüöe de la ville basse pres de la Saöne / / Arch. 1977. Vol. 112. — P. 50-59; Wuilleumier P. Lyon. Metropole des Gaules. Paris, 1953. P. 149-151; Audin A. Lyon... P. 91 -95.

6. CIL. XIII, 8992; Schönberger H. The Roman frontier... P. 178-180; Gansbeke P. van. La mise... P. 419.

7. CIL. XIII, 9023; Gansbeke P. van. La mise... P. 419.

8. Интересно, что небольшой участок оборонительной стены Лиона был раскопан лишь в 1976 г. См.: Ляпустина Е.В. Ук. соч. С. 38; Etienne R. Bordeaux Antique. Bordeaux, 1962; Wuilleumier P. Lyon. Metropole des Gaules. Paris, 1953. P. 61-67; Audin A. Lyon: miroir de Rome dans les Gaules. Paris, 1979. P. 73-79; Bonnamour L. Les Ponts Romains de Chalon-sur Saone: etude preliminaire de la pole № 3 / / Gallia. 2000. Vol. 57. — P. 273-306.

9. CIL. XIII, 8882, 8883; CIL. XIII, 8879; Schönberger H. The Roman frontier... P. 178-180; Gansbeke P. van. La mise... P. 419.

10. Spanien und Gallien / Aktendes 14 Internationalen Limes Kongresses (Camyntum, 1986). Wien, 1990. Bd. 1. S. 279-320.

11. CIL. XIII, 8955, 8956, 8957; Gallia, 1954. Vol. 12. № 2. P. 423-425; 1955. Vol. 13. 2. P. 338-367; 1956. Vol. 14. 2. P. 444-469; 1976. Vol. 32. № 2. P. 436-451; Galliou P. Western Gaul... P. 261-270.

12. Gricourt D. Les incursions... P. 11-13; 19-23, 37-41; Goeminne H. Aartrijke en Torhout: romeinse / / Archeologie. 1969. — Bd. 1. S. 16; Johnson S. A group... P. 210-223;

Hanour R., Muller A. Recherches... P. 39-56; Garson R.A.G. Le tresor de Bavai... P. 82-118; Will E. Les enceintes... P. 397-399; Wightman E. The fite... P. 239-241; Wightman

E. M. Gallia Belgica... P. 193-194; Mertens J. Recherches recentes sur le limes... P. 423—470; Gansbeke P. van. La mise... P. 408; Provost M. Le Loiret Paris, 1988. P. 150-155; Provost M. La Maine et Loire. Paris, 1988; Seillier C. Les enceintes romaines de Boulogne-sur-Mer / / RevNord. 1984. Vol. 66. P. 169.

13. Schönberger H. Op. cit. P. 179-181; Petrikovits H. von. Fortification... P. 184-187; Gansbeke Р. van. La mise... P. 422-423; Brulet R. Les dispositifs... P. 135-137; Bogaers J. et al. Noviomagus... P. 61 -65.

14. Berhem van D. Les routes... P. 101-107; Gansbeke P. van. La mise... P. 417-418; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179; Laurain E. Les mines gallo-romaines de Jublains. Laval, 1928. P. 128-129.

15. Grenier A. Manuel... - Vol. V P. 455; Gansbeke P. van. La mise... P. 409-410.

16. Gansbeke P. van. La mise... P. 419-420; Grenier A. Manuel... T.5. P. 455; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 184-187; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179-182.

17. Bayard D., Massy J.-L. Amiens... P. 112-120; Halbout P. et al. Rouen... P. 93-95; Gansbeke P. van. La mise... P. 419; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 186-188;

Bastien P., Metzger C. Le Tresor de Beaurains (d`Arras). Arras, 1977. P. 113-121; Bögli H. Aventicum / / BJ. 1972. Bd. 172. S. 175-184.

18. Noelke Р. Reiche Gräber von einem römischen Gutshef in Köln / / Germania. 1984. Bd. 62. S. 373-423; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 184-187; Gansbeke P. van. La mise... P. 421.

19. Gansbeke P. van. La mise... P. 419; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 186-188.

20. Addam praesidiis dubiarum condita rerum / Sed modo securis non CASTRA SED HORREA BELGIS — Auson., Moselle, 456-457; Roblin M. Cites ou citadeles? Les enceintes romaines du Bas-Empire d’apres lexemple de Seniis / / REA. 1965. Vol. 67. P 368-391; Rolland H. Fouilles de Glanum (1951-1952) / / Gallia. 1953.Vol. 11. P. 12-119.

21. Berhem van D. Les routes... P. 42-44, 76-78; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 184-187; Schönberger H. The Roman frontier... p. 179-182; Gansbeke P. van. La mise... P. 422-423.

22. Bogaers J. et al. Noviomagus: auf den Spuren der Römer in Nijmegen. Nijmegen, 1980; Gansbeke P. van. La mise... P. 422-423; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179-181.

23. Gricourt D. Les incursions... P. 19-24; Grenier A. Manuel... - Vol. V P. 363, 488-489.

24. Brulet R. La Fortification... P. 129-138, 141.

25. Brulet R. Les dispositifs... P. 135-137; Laur-Belart R. The late limes from Basel to the Lake of Constance / Congress o f Roman Frontier Studies, 1949. — Durham, 1952. — P. 55-67. Bogaers J. et al. Noviomagus... P. 61-65.

26. Petrikovits H. von. Fortifications... P. 184-187; Gansbeke P. van. La mise... P. 422-423; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179-181.

27. Gansbeke P. van. La mise... P. 422-423; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179-181.

28. Gansbeke Р. van. La mise... P. 422-423; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179-181; MacMullen R. Soldier and civilian in the later Roman Empire. Cambridge, 1967. P. 77-78.

29. Gansbeke P. van. La mise... P. 422-423; Duby G . Histoire... — Vol. 1. P. 405-411.

30. Laur-Belart R. The late limes... P. 57-62; Bogaers J. F., Rüger C. В. Der niedergermanische... S. 34-39, 45-61; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 181-182, 184, 186, 188, 207-209.

31. Bogaers J. et al. Noviomagus... S. 61 -65; Benoit F. Resultats historiques des fouilles d’Entremont (1946-1967) / / Gallia. 1968. Vol. 26. P. 1-31; Gansbeke P. van. La mise... P. 422-423; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179-181; Bogaers J. F., Rüger C. B. Der niedergermanische... S. 58-61; Grenier A. Manuel... — Vol. V P. 363-366.

32. Gricourt D. Les Incursions... P. 9, 39-43.

33. Bersu G., Unverzagt W. Le castellum de Fanum Martis / / Gallia. 1961. Vol. 19. P. 159-190.

34. Gosselin J.-Y., Seillier Cl. Gesoriacum - Bononia: de la ville du Haut-Empire кla ville du Bas-Empire / / Revue archeologique de Picardie. 1984. № 3-4. - P. 259-284; Seillier Cl. Les enceintes romaines de Boulogne-sur-Mer / / Revue du Nord. 1986. N0 1. P 163-178; Leman P. Reflexions... P. 64-65.

35. Mertens J. Oudenburg et le Litus Saxonicum en Belgique / / Helinium. 1962. № 2. P. 61-72; Mertens J. Oudenburg and the northern sector o f the continental Litus Saxonicum / Johnson S. The Saxon Shore. Londres, 1977. P. 53-65.

36. Cleere H. The Classis... P. 16-19; Gricourt D. Les incursions... P. 33; Starr C. G. Op. cit. P. 154-157; Bonnard L. La navigation... P. 226-228; Mertens J. Oudenburg... P. 53-55.

37. Starr C. G. Op. cit. P. 154-157; Bonnard L. La navigation... P. 226-228; Cleere H. The Classis... P. 16-19; Höckmann О. Late Roman river... P. 23-34.

38. Булонь являлась лагерем, способным вместить значительные военные силы: до трех легионов.

39. Gansbeke Р. van. La mise... P. 422-423; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 157-158; Mertens J. Oudenburg... P. 53-55; Gricourt D. Les

incursions... P. 30-32.

40. Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 158; Gansbeke P. van. La mise... P. 423; Gricourt D. Les incursions... P. 26, 28, 31; MacMullen R. Soldier... P. 76-78.

41. Mertens J. Oudenburg... P. 53-55; Gansbeke P. van. La mise... P. 423; Gricourt D. Les incursions... P. 28-30.

42. Remondon R. La crise... P. 110; Garson R.A.G. Le tresor de Bavai... P. 87-114; King A. The decline of samian ware... P. 70-71; Gricourt D. Les incursions... P. 22-23; 32-33; Goeminne H. Aartrijke en Torhout: romeinse / / Archeologie. 1969. № 1. P. 16; Johnson S. A group... P. 210-223; Hanour R., Muller A. Recherches... P. 39-56; Garson R.A.G. Le tresor de Bavai... P. 82-118; Will E. Les enceintes... P. 397-399; Blagg T. F. The reuse... P. 110-132; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 193-194; Mertens J. Recherches... P. 423-470; Gansbeke P. van. La mise... P. 408; Seillier C. Les enceintes romaines de Boulogne-sur Mer / / RevNord. 1984. Vol.66. P. 169-180.

43. Gansbeke P. van. La mise... P. 422-423; Gricourt D. Les incursions... P. 22-24, 27-29, 33.

44. Starr C. Op. cit P 148; Konen H. K. Classis Germanica. Die römische Rheinflotte im 1.-3. Jahrhundert n. Chr. St. Katharinen, 2000. S. 20-21. — C G P F EX GER INF-CIL. XIII, 12561; Legentilhomme P. Le desastre d`Autun en 269 / / REA. 1945. Vol.45, № 3-4 . P. 236 — В конце 261 г. Постум выпустил монеты с легендой NEPTVNE REDVX, посвященной флоту Рейна и в память о морской экспедиции рейнской флотилии, в которой, возможно, участвовал лич­но Постум.

45. Starr C. Op. cit. Р. 177; Gricourt D. Les incursions... P. 10-27; Sander E. Zur Rangord­nung... S. 347-356; Konen H. К. Classis Germanica.... S. 19-20.

46. Birley A. R. The economic... P. 47; King A. The decline... P. 70-71; Gricourt D. Les incursions... P. 33.

47. Gricourt D. Les incursions... P. 31-32; Orna-Ornstein J. Money for Rome’s naval secrets / / British Archeology. 1995. № 8. October.

48. Gricourt D. Les incursions... P. 31; Deroeux D. La site archeologique des Cappes «aux Attaques»: Problematique de recherches / / Bulletin historique et artique du Calaisis. 1984. 99-100, 464-465; Deroeux D. Trouvailles monetaires gallo-romaines en Calaisis (I) / / BSAM. 1987. Vol. XXIII. P. 314-315; Gricourt D., Clist B. Les habitats protohistorique, romains et post­ romans de La Panne / / Amphora. 1983. Vol. 32. P. 11 -30.

49. Starr C. Op. cit. P. 153; Delmaire R. Numismatique et epigraphie: sur les faux du nord de la France / / RevNord. 1981. Vol. LXIII. P. 893-895.

50. CIL. XII, 982; XIII, 1688; XIII, 1954; XIII, 1974; XIII, 2020; XIII, 4335; III, 194; 228,250; 273; 274; 872; 873; Aep. 1904. № 1.176; Dessau, 6986, 7020.

51. Seillier C. Les enceintes... P. 169-180; Gricourt D. Les incursions... P. 19-24, 26-28, Millar F. The Development... P. 362; Blois L.,de. Op. cit. P. 47-50; Pflaum H.-G. Les cameres procuratoriennes... P.89-90; Pflaum H.-G. Les procurateurs... P. 37-39, 81; MacMullen R. Roman government’s... P. 77-79.

52. Starr C. G. Op. cit. P. 16, 167; Birley A. R. The economic..., P. 39,43.

53. Gansbeke P. van. La mise... P. 423; Gricourt D. Les incursions... P. 42; Dhenin R., Leclercq P. Monnaies... P. 31; Callu J.-P. La politique... P. 216; Dhenin R. et M. Le tresor de Harnes (Pas-de-Calais) / / RBN. 1973. VoLMXIX. P. 46-47; Besly E., Bland R. The Cunetio... P. 57; Delmaire R. Monnaies dor romaines isolee dans le Nord et le Pas-de-Calais (inventaire provisoire) / / BSFN. 1982. Vol.37. P. 178 ; Delmaire R. Trouvailles de monnaies romaines en Calaisis et Ardresis d’apres quelques manuscrits / / Bull de la Comm dep. D ’Hist et d`Arch. Du Pas-de-Calais. 1982. Vol. XI. № I P. 43-45.

54. Gricourt D. Les incursions... P. 15-19, 25-31; Gansbeke P. van. La mise... P. 423-424.

Taylor J., Cleere H. Roman Shipping and Trade: Britain and the Rhine provinces. L., 1978. P. 76-79; Höckmann О. Late Roman river... P. 24-28; Bonnard L. La navigation... P. 130-132; Filgueiras O. L. Local boats: 48th International Symposium on Boat and ship Archeology (Porto, 1985). Oxford, 1988. P. 12-14, 97-105; Delmaire R. Une trouvaille ä rayer de la liste des tresor beiges / / RBN. 1981. Vol. CXXVII. P. 143-144; Deroeux D. Trouvailles monetaires gallo-romaines en Calaisis (II) / / BSAM. 1987. Vol. 24. P. 311-314; Dhenin R., Leclercq P. Monnaies romaines trovees a Wissant / / Septentrion. 1972. № 2. P. 27-31; Alföldy M. The Consecration coins of the third century / Acta Arch. Hung., 1955. P. 43-59; Drinkwater J. F. Coin Hoards... P. 294-299.

55. Garson R.A.G. Le tösor de Bavai... P. 113-118; Petrikovits H. von. Fortifications... P. 184-187, Gansbeke P. van. La mise... P. 422-423; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179-181; Hiernard J. Monnaies dor et histoire de lempire gallo-romain / / RBN. 1983. Vol. CXXIX. P. 66-68; Halbout P. et al. Rouen... P. 89-91, 95, 97-99, 112-115; Cabal M. La site archeologique d`Ardres (Pas-de-Calais) / / RevNord. 1973. Vol. LV P. 25-26; Laet S. J. de. Les limites des sites des Menapiens et des Morins / / Helenium. 1961. № 1. P. 25.

56. Menez Y., Arramond J.-Ch. L'Habitat aristocratique Fortifie de Paule (Cötes-DArmor) / / Gallia. 1997. Vol. 54. P. 266-282; Gansbeke P. van. La mise... P. 423-425.

57. Mertens J. Recherches... P. 460-463.

58. Schulte В. Die Goldprägung... S. 41-42.

59. Laet S. J. de. Les limites... P. 25; Gansbeke P. van. La mise... P. 423; Bögli H. Aventicum... P. 175-184.

60. Brulet R. Les dispositifs... P. 135-137; Flam-Zuckermann L. A propos dune inscrip­tion... P. 451-473; Gansbeke P. van. Les invasions... P. 11-15; Alföldy A. The invations... P. 191; Laur-Belart R. The late limes... P. 55-67; Gansbeke P. van. La mise... P. 422-423; Schönberger H. The Roman frontier... P. 179-181.

61. Grenier A. Manuel... — Vol. V P. 367-368; Gansbeke P. van. La mise... P. 420-421.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 9. Религиозная политика Постума

Достаточно терпимой была религиозная политика Постума. Характерной чертой внутренней жизни «Галльской империи» являлось мирное сосуществование, а порой и взаимодействие различных религиозных культов и систем.

Своим личным спутником (comes), хранителем (conservator) и покровителем, Постум считал Геракла, культ которого получил особое распространение в этот период{1}. Монеты первого галльского императора выходили с легендами HERCVLES MAGVSANVS{2} и HERCVLES DEUSONIENSIS{3}. Возможно, после победы в области батавов и районе Деузона, Постум счел нужным почтить Геракла соответствующими эпитетами. Всего можно насчитать 19 различных легенд, связанных с Гераклом, который для воинов был богом победы и «добрым правителем».

Монетный двор Колонии-Агриппины выпускал ауреусы и денарии, отмеченные 12-ю различными изображениями Геракла — ARCADIO с изображением Геракла, пленяющего Керинейскую лань{4} (подобное изображение есть и в легенде VIRTVS POSTVMI AVGVSTI{5}), ARGIVO с Гераклом, убивающим Гидру{6}, CRETENSI побеждающего Критского быка{7} (в легенде HERCVLI INVICTO обнаженный Геракл стоит справа, удерживая быка за рога, а у его ног лежит его дубина{8}) , ERVMANTINO с изображением Геракла, сражающимся с Эриманфским диким вепрем{9}, GADITANO с Гераклом, убивающим Гипериона{10} (изображение Геракла, сражающегося с тремя воинами, представляющими этого великана наблюдается и в легенде HERCVLI GADITANO{11}), IMMORTALI с героем, волочащим Цербера на цепи, INVICTO Геракла с поясом Ипполиты, королевы амазонок{12}, LYBICO с Гераклом, поднимающим Антея{13}, NEMAEO{14} с убийством Немейского льва (подобное изображение и на монете с легендой HERCVLI PACIFERO, а на монете с легендой HERCVLI COMITI AVGVSTI есть изображение Геракла с дубиной и в шкуре Немейского льва вместе с изображение самого Постума в тоге, стоящего рядом с треножником и жертвой в виде быка и держащего книгу{15}), PISAEO с героем, чистящим Авгиевы конюшни{16}, ROMANO с изображением Геракла в саду Гесперид{17} (подобное изображение есть и на монете с легендой HERCVLI ROMA или ROMANO, но там вокруг Геракла три нимфы{18}), THRACIO с Гераклом, укрощающим одного из коней Диомеда{19}, и ауреус с легендой HERCVLI AVG и изображением гибели Стимфалийских птиц{20}.

Не совсем ясна легенда HERCVLI ROMANO{21}. Е.М. Штаерман утверждает, что таким образом Постум показывал, как стремление стать римским императором, так и обещание быть идеальным правителем{22}. И если с последним можно согласиться, то первое утверждение чисто риторическое. За десять лет своего правления Постум ничем, никакими действиями не выказал своего намерения расширить границы своего государства. Наоборот, как было показано выше, границы укреплялись, а между «Галльской империей» и наиболее опасными врагами были созданы так называемые буферные зоны.

Показательно, что первый галльский император никогда не отождествлял себя с Гераклом, подобно Коммоду. Геракл выступает как умиротворитель (Pacifer) и покровитель древнего благочестия — вместе с императором приносит он жертву на алтарь{23}. Впервые на монетах Постума Геракл назван Immortalis и изображен влекущим за собой побежденного Цербера — символа смерти{24}. После победы над германцами в 260-261 гг. были выпущены монеты с легендой HERCVLI LIBYCO{25}, где Геракл изображен душащим Антея. Не забыл Постум и народные представления о Геракле. На одной монете Геракл изображен очищающим авгиевы конюшни. Было ли это ради «прославления простого труда»{26} или именно так видел свою деятельность?

На территории «Галльской империи» сосуществовали римские и германские боги, а также христианство{27}. Популярен в среде военных был культ Митры, однако на монетах Постума нет легенд, связанных с этим божеством.

Иное дело Серапис. Первый галльский император, очевидно, пытался наладить политические и торговые отношения с восточными узурпаторами, в частности, с Квиетом. Можно предположить, что об этом свидетельствуют монеты Постума с легендой SERAPI COMITIAVG., т. к. сам культ Сераписа не был распространен в Галлии.

Покровительницей Постума считалась и Виктория. На монетах встречается легенда VICTORIA AVG{28} с изображением богини победы в различных интерпретациях: в венке и с пальмовой ветвью, с пленником или опирающаяся на щит между двумя пленниками. Также встречается легенда VICTORIA GERMANICA{29}, а также VICTORI VICTORIA, VICT COMES AVG{30}. Минерва также являлась покровительницей (fautrix) Постума, но в меньшей степени, нежели Геракл. Интересны легенды FORTVNA AVG, LAETITIA AVG, FELITITAS AVG, SPEI AVG с изображением богинь в различных ипостасях.

Известна монета с легендой IOVI CONSERVATORI{31} и изображением Юпитера с ребенком у ног. Чаще всего Юпитер изображался со скипетром и молнией или копьем и с легендой IOVI STATORI, IOVI VICTORI{32}, а в легенде IOVI PROPVGNAT{33}. Юпитер кидает молнию одной рукой, другая вытянута в сторону, либо он изображен на фоне Капитолия с молнией и орлом.

Марс встречается в легенде MARS VICTOR{34} и изображается опирающимся одной рукой на щит, а в другой держащий копье, или опирающимся о копье и со щитом. Чаще всего изображения Марса на монетах встречается с легендой VIRTVS AVG или на монетах типа Р М TR Р COS III Р Р. Монеты с легендой MERCVRIO FELICI{35} имеют изображение Меркурия с кадуцеем и кошелем с монетами.

Богиня Диана изображалась опирающейся на лук и ведущая оленя (лань) в легенде DIANAE REDVCI{36} или несущая факел, с колчаном на плече, иногда около нее лань (DIANAE LVCIFERAE{37}).

Интересно изображение Эскулапа (Асклепия) на монете с легендой SALVS AVG: Эскулап стоит слева, прислонившись к колонне, и имеет своим атрибутом змею, устремившуюся к алтарю{38}. В другом варианте Эскулап (Асклепий) держит змею в своей руке{39}.

В рамках рассмотрения религиозных мировоззрений следует отметить почитание солярного культа, изображение которого более характерно для ауреусов и легенд AETERNITAS AVG., CLARITAS AVG., PACATOR ORBIS, ORIENS AVGVSTI Солнце изображается простирающим свои лучи-руки на землю или на фоне солнца помещается сам император. В другом варианте бог Сол изображен в квадриге (двухколесная колесница, запряженная четверкой лошадей), подняв правую руку с кнутом{40}.

Наряду с Нептуном, Апполоном, Марсом, Меркурием, Викторией, посвящения были и кельтским богам, почитался и египетский бог Серапис. Известно, что в 260 г. Постум устроил пышные празднества в честь Hercules Magus anus, во время которых, очевидно, была сделана надпись, посвященная богине Nehalennia и Neptuny, покровительствовавшим навигации{41}. В связи с этим были выбиты монеты с легендами NEPT COMITI, NEPTUNO REDVCI{42} и изображением Нептуна с дельфином и трезубцем. Нептун считался покровителем легиона XXX Ulpia Victrix, который базировался в Могонтиаке — одном из фортов classis Germanica на Рейне{43}. Для прославления флота использовалось также изображения кораблей, например, на монетах с легендой SALVS PROVINTIARVM. Культ Matres особо был развит в сельской местности.

Политика Постума в отношении религии диктовалась, прежде всего, политическими целями императора. Здесь и необходимость сотрудничества с германскими племенами, выходцы из которых составляли воинские подразделения, заключение союзов с другими провинциями, религиозными предпочтениями присягнувших легионов и населения подвластных регионов. Немалую роль в этом играло и желание обосновать законность своей власти. Таким образом, религиозная политика являлась неотъемлемой частью общего курса внутренней и внешней политики Постума.

Примечания

1. Bastien P. Les travaux d’Heracle dans le monnay age de Postum / / Revue numismatique francaise. 1958. Vol. 6. № 1. — P. 60-78; Andreotti R. 11 culto deilo Hercules Beuseniensis nella politica dell’usurpatore Postumo / Studi di antichita classica in enore di E.Ciacci. Roma, 1940. P. 404.

2. Elmer, 325a, 325b, 287,293; RIC. Postumus, 139-140.

3. Elmer, 118a, 121, 121a, 124, 131, 146-151, 182, 183, 184, 187, 217-226, 304, 316, 324a-325d, 544-549; RIC. Postumus, 20-22, 64-66, 98-99, 130-134, 137, 200-202, 247, 343.

4. RIC. Postumus, 340; Elmer, 466-471; Bastien, 13.

5. Bastien, 137-138.

6. RIC. Postumus, 341 -342; Elmer, 472-477; Bastien, 6-12.

7. RIC. Postumus, 272; Elmer, 484-489; Bastien, 27

8. Bastien Р, 136; Elmer, 305, 326, 327; RIC. Postumus, 23, 138, 348. Thys M. Un mёdallion de Postum au type HERCVLI INVICTO / / CENB. 1992. Vol. 29. №. 1. P. 15-18.

9. RIC. Postumus, 344-345; Eimer, 490-495; Bastien, 14-22.

10. RIC. Postumus, 346.

11. Eimer, 496-501; Bastien, 45-46.

12. RIC. Postumus, 305; Eimer, 508-513.

13. RIC. Postumus, 273; Eimer, 514-519; Bastien, 51.

14. Eimer, 520-525; RIC. Postumus, 274,349.

15. Bastien, 133.

16. RIC. Postumus, 350, Eimer, 526-531, Bastien, 23-25.

17. RIC. Postumus, 306-307; Eimer, 532-537; Bastien, 52-55.

18. RIC, Postum., 351,351.

19. RIC. Postumus, 278.

20. RIC, Postum., 271; Eimer, 478-183; Bastien, 26.

21. Elmer, 532-537; Bastien, 47-50.

22. Штаерман E.M. Кризис... c.454.

23. Elmer, 299; RIC. Postumus, 135-136,203-204.

24. Elmer, 502-507; Bastien, 52-55; RIC. Postumus, 347.

25. Elmer, 514-519; Bastien, 51.

26. Штаерман E.M. Кризис..С. 454.

27. В Вьенну был сослан Архелай. Поэтому легко могло случиться, что в Галлию еще во времена Апо­столов проникло христианство. Затем, известно, что ап. Павел в Пафе встретил проконсула Сер­гия Павла и обратил его в христианство (Деян. XIII, 7.12). Также о существовании христианства в Галлии свидетельствуют и раннехристианское писатели (Euseb. У 1,29.17). Richmond I. А. The Roman Army and Roman religion / / Bulletin o f John Rylands. 1963. № .45. P. 4-9.

28. RIC, Postum., 39-42, 103, 169, 173-176; 229-236.

29. ibid., 14,91,97,102,177.

30. ibid., 166,228.

31. ibid., 308.

32. ibid., 309,278,311.

33. ibid., 70,72,141,205.

34. ibid., 312,357.

35. ibid., 313,358.

36. RIC, Postum, 300; Eimer, 398.

37. RIC, Postum, 299; Eimer, 396,397.

38. Bastien, 17.

39. ibid, 18

40. Bastien, 5.

41. Le Gentilhomme P. Le desastre dAutun... P. 236.

42. RIC, Postum., 30,76; 214.

43. Ле Боэк Я. Римская армия эпохи Ранней Империи / пер. с фр. М., 2001. С. 377.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 10. Итоги правления первого галльского императора

Марк Кассиан Латаний Постум правил почти десять лет. В последние годы его правления обострилась обстановка внутри империи и на границах. В 268 г. пираты провели крупные грабительские рейды по прибрежным городам вдоль рек{1}. Полную картину произшедшего восстановить довольно трудно из-за очень разрозненного археологического материала и отсутствия каких-либо свидетельств в других источниках. Известно, что обострилась обстановка на Рейне и Постум перевел в этот регион флот Британии, оставив Булонь-сюр-мер (Дуврский пролив) без защиты. Варвары смогли, таким образом, свободно проникнуть в долину pp. Соммы, Сены, Брёля и безнаказанно уйти, разграбив прилегающие поселения и разрушив их{2}. Пока Постум пытался отбить многочисленные атаки германских племен, Авреол решил пойти против Галлиена, подстроив римскому императору ловушку (SHA, Duo Gall., XIV.5-8). Известие о смерти Галлиена застало Постума в тот момент, когда он одолел пиратов и сдерживал напор варваров на рейнской границе{3}. В Милан направился Клавдий Готский. Первый галльский император ничем не мог помочь Авреолу, опасаясь, что переброска войск ослабит рейнский лимес, и варвары незамедлительно воспользуются этим. Возможно, небольшая военная помощь все же была направлена{4}. Как бы то ни было, известно, что летом 268 г. Постум был на вершине своей славы и могущества. Тем не менее, его политика и устремления были направлены только на подвластные регионы. Расширять территорию «Галльской империи» или претендовать на титул римского императора он не собирался. Постум не поддержал Авреола и ничего неизвестно о его притязаниях на римский престол сразу после убийства Галлиена.

Возможно, что подвластные ему регионы готовились пышно отметить десятилетие его правления{5}. В это время командующий укрепленным городом Могонтиак Лелиан{6} поднял мятеж. Постум отреагировал немедленно: его войска осадили город. Могонтиак добровольно капитулировал, а Лелиан с незначительной частью войск бежал, пытаясь найти поддержку в других городах{7}. Несмотря на утверждение Требеллия Поллиона (SHA. Туг. trig., V), никаких других свидетельств о том, что Леллиан правил после Постума, нет. Тем более, что за короткое время после своего бегства из Могонтиака, он не мог противодействовать германцам и восстанавливать разоренные города (SHA. Туг. trig., V). Реальнее всего, что он погиб, так и не найдя поддержки ни в городах, ни среди солдат.

После бегства Лелиана решалась судьба Могонтиака. Воины потребовали от Постума отдать мятежный город на разграбление. Он решительно отказал, за что поплатился жизнью (SHA, Туг. Trig., V,- Aur. Viet. De Caes., XXXIII; Epitome, XXXII-XXXIV; Eutr., IX.9; Oros., VII.22). He ясно, что подтолкнуло Постума к такому судьбоносному для него решению. Вероятно, он считал, что обязан обеспечить защиту всем своим подданным, даже если они оказались вовлечены в мятеж. И действи-тельно, Могонтиак быстро сдался на милость галльского императора, открыв перед ним свои ворота. Разрушать доверие Постум и не стал, отказав своим войскам в добыче. Неизвестны остаются и подробности убийства первого галльского императора.

Таким образом, в 269 г. окончилось правление первого императора « Галльской империи».«Он недооценил силу дурных привычек, принятых в век соперничества, предательств, узурпаций и убийств»{8}. Постум до конца оставался верен своим принципам, не отступив от них даже под угрозой смерти. Его действия под Могонтиаком могут служить еще одним доводом в пользу того, что он был человеком чести, не ищущим легких путей в решении проблем.

Время правления Постума — это переломный момент в период кризиса III в. Создание «Галльской империи» было единственно возможным выходом из сложившейся в Римской империи ситуации. Галльский император в течение десяти лет обеспечивал безопасности не только регионам «Галльской империи», но и Италии, и другим провинциям Римского государства. Его оборонительная система, восстановленная и реконструированная в достаточно короткие сроки, способствовала тому, что набеги германских племен практически прекратились. Безопасность регионов стала ключом к стабилизации экономики. Возобновились ремесленные производства, активизировалось строительство, направленное, правда, по большей части, на оборону. За достаточно короткий срок внутренняя жизнь регионов была выведена из кризисного состояния, а многие города и поселения не только укреплялись, но и в буквальном смысле обрели новую жизнь. Интересен ряд монет первого галльского императора с легендами о новом счастливом времени — SAECVLI FELICITAS, SAECVLI FRVGIFERO{9}, FELICITAS TEMPORVM{10}, которые подтверждаются свидетельствами античных авторов и археологическими данными. Вообще финансовая политика Постума стала еще одним важным фактором укрепления не только экономики внутри «Галльской империи», но и торговых связей далеко за ее пределами. Показателем этого является достаточно широкое распространение и хождение монет первого галльского императора в других регионах Римской империи и даже в Италии. Безусловно, монеты Постума, имеющие стандартный веси высокое содержание драгоценных металлов, а также последовательность его политики и стабильность самого правления не могли не влиять на экономику соседних регионов. Первый галльский император делал все, чтобы возродить и активизировать внешний и внутренний рынок, возродив старые торговые связи и создавая новые. Тот факт, что территории «Галльской империи» оказались менее, чем другие провинции Рима, поражены кризисом, безусловно, способствовал их экономическому возрождению. Однако бесспорно, что именно политика Постума, и, прежде всего, стабильная и нормально функционирующая власть, нейтрализовали отрицательные последствия общеимперского кризиса.

Прекращение набегов германских племен, обеспечение безопасности и спокойствия в «Галльской империи» позволили римскому императору Галлиену обратить большее внимание на оставшиеся под его контролем провинции и укреплять другие рубежи Римской империи, решать насущные внутренние проблемы.

Со смертью Галлиена закончилось противостояние двух совершенно разных людей, один из которых оказался мятежником поневоле. Ни один из последующих галльских императоров не мог противостоять Риму с таким достоинством. Каждый из «наследников» Постума думал, прежде всего, о сохранении собственной власти, поэтому их действия не столько продолжали политику Постума, сколько были направлены на удовлетворение сиюминутных нужд военных подразделений и своего окружения. Тем не менее, заложенные Постумом основы позволяли «Галльской империи» продолжать существование.

Примечания

1. Gricourt D. Les incursions... P. 32-33.

2. Bonnard L. La navigation interieure de la Gaule ä lepoque gallo-romaine. Paris, 1913. P. 226-227; Gricourt D. Les incursions... P. 33; 37-39.

3. В этот период, т. е. в конце 268 г. выходят монеты с легендой FELICITAS TEMP и рисун­ком галеры, а также — FELICITAS AVG, PAX AVG, HILARITAS AVG. Gricourt D. Les incursions... P. 40.

4. König I. Die gallischen... S. 131.

5. Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 168-169

6. Лолиан в другой интерпретации.

7. Bouvier-Ajam М. Op. cit. Р. 169.

8. ibid.

9. Cohen, Postum., 156,157.

10. ibid., 2,30.

Share this post


Link to post
Share on other sites

ГЛАВА 2. СОЦИАЛЬНО-ЭКОНОМИЧЕСКОЕ И КУЛЬТУРНОЕ РАЗВИТИЕ РЕГИОНА В ПЕРИОД СУЩЕСТВОВАНИЯ «ГАЛЛЬСКОЙ ИМПЕРИИ»

§ 1. Этнический и социальный состав «Галльской империи»

Во 2-й половине III в. в регионах, входивших в состав «Галльской империи», наблюдается процесс, который ряд современных исследователей называет «социальной дезинтеграцией»{1}. И уже несколько по-иному рассматривают феномен, именуемый «кризисом III века». Это скорее не упадок, а длительный переход к новой экономической системе путем проб, ошибок и взаимообмена с «варварским» миром{2}. Необходимо учитывать и тот факт, что многие регионы издавна имели тесные социально-экономические связи, которые не могли оборваться окончательно{3}. Например, Галлия и искусственно выделенные в военно-политических целях Верхняя и Нижняя Германии{4}.

Согласно эпиграфическим данным, население «Галльской империи» отличалось разнообразием. На территории Галлии основную массу населения составляли галлы и галло-римляне{5}. При этом римляне, живущие в этом регионе, всячески подчеркивали этот факт, несмотря на то, что эдикт Каракаллы юридически уравнял подданных Римской империи в отношении гражданских прав. Однако даже ко 2-й пол. III в. римляне, так долго противопоставлявшие себя провинциалам, что это стало их менталитетом, еще не могли свыкнуться с мыслью о своем полном равенстве с теми, кого они так долго считали ниже себя. Эпиграфическими данными отмечено существование коллегий и объединений римских граждан, проживающих в Трех Галлиях, прирейнских и придунайских регионах{6}. Союзы римских граждан существовали довольно длительное время, к примеру, такое объединение зафиксировано в 276 г. в Могонтиаке{7}. Незначительную часть населения составляли германцы, которым удалось обосноваться по эту сторону Рейна.

Ко 2-й пол. III в. кельты все еще осознавали себя цельной народностью, несмотря на значительную романизацию региона{8}. Это особенно ощущается при подробном изучении строительной деятельности и названий городов, при рассмотрении ремесленных специализаций. Характерно, что понятие национального самосознания уменьшалась на юге Галлии, наиболее романизированном и близко располагавшемся к Риму, и заметно увеличивалась на территориях, расположенных дальше от Рима — на севере, северо-западе, востоке, северо-востоке.

Юго-восточные области Испании являлись самыми романизированными в Римской империи. Об этом говорит особенность экономического развития в данном регионе. Однако в северо-западных районах Испании население все еще придерживалось старых устоев. Свидетельством этому, согласно эпиграфическим данным, является существование даже во 2-й пол. III в. gentes, — местных племен и родов, представлявших самостоятельные общины (CIL. II, 365, 2633, 2698, 2707, 4192, 4233, 5729, 5731, 5741, 5749, 6093, прил. Postum., 26){9}. Составной частью gentes была более мелкая единица — gentilitas, по-видимому, соответствующая роду (CIL. II, 804).

Социальная структура населения «Галльской империи» не имеет каких-либо значительных особенностей. Сословно-классовый состав населения Галлии отличался разнообразием: богатейшие земельные магнаты, владельцы товарных вилл, средние и мелкие землевладельцы и арендаторы, торговые и ремесленные слои, крестьяне, колоны, вольноотпущенники и рабы. Постепенное исчезновение прослойки мелких и средних землевладельцев привело к увеличению разрыва между крупными землевладельческими и торговыми слоями и низшими классами Галлии (ремесленниками, вольноотпущенниками и рабами). Аналогичным социально-экономическое положение было в Испании и в Британии{10}. Значительную часть населения составляли рабы и вольноотпущенники{11}, что характерно также для Галлии и прирейнских областей. В упомянутых регионах характерной чертой является достаточно активное участие вольноотпущенников в экономической и муниципальной жизни. Отпущенники в Испании, Галлии и Британии сохраняли тесную связь с фамилией патрона, в том числе и хозяйственную. Е.М. Штаерман выдвигает предположение, что владельцы переводили рабов и отпущенников на положение колонов, причем делать это в Испании стали раньше, чем в других провинциях{12}.

Несмотря на развитие колонатных отношений, постоянные войны с германскими племенами давали новые контингенты рабов из военнопленных. Рабы продолжают оставаться основной рабочей силой в ремесленном производстве Галлии, на рудниках и сельском хозяйстве{13}. Переход к колонатным отношениям происходил достаточно медленно, поэтому рабы оставались дешевой рабочей силой в латифундиях. В самом Риме очень ценились рабы-пастухи галльского происхождения, которые были прекрасными наездниками и умели владеть оружием{14}.

Эпиграфические данные позволяют сделать вывод, что в Галлии III в. н. э. были известны все категории рабов, характерные для римского общества{15}. Указания источников на то, что наряду с частными рабами имелись общественные, свидетельствует о том, что рабы использовались как в частном, так и в городском хозяйстве. Однако нельзя делать вывод о том, что подобные рабовладельческие отношения в Галлии ничем не отличались по характеру и степени развития от римско-италийских. Безусловно, особенности региона накладывали отпечаток на все стороны жизни, в том числе и на характер рабовладения в Галлии. К сожалению, источники не дают возможности выяснить роль рабского труда в хозяйстве Галлии, так как меньше всего имеют в виду производителей материальных благ.

Галльское рабовладение сохраняло частью черты римские, судя по терминологии и категориям рабов, так и чисто кельтские. В римской Галлии получает свое дальнейшее развитие институт клиентелы. В этот период сохраняется обычай хоронить клиента вместе с господином (CIL. XII, 3702, 4422; XII, 3310, 4451, 501). Зачастую городские общины владели общественными рабами, как и храмы, коллегии и даже провинции в целом. Отдельной категорией выделяются императорские рабы и вольноотпущенники (CIL. XII, 523, 526, 704, 1848; XIII 1939, 1961,1972).

Рабы и вольноотпущенники стояли на нижней ступени общественной лестницы в галльских городах. Верхнюю ступень занимали крупные землевладельцы и торгово-ремесленный слой, игравшие значительную роль в экономической и политической жизни города. Отдельную категорию населения составлял городской плебс, который в отличие от римского не пользовался государственной помощью или подачками в виде дарового хлеба. Раздачи, производившиеся от случая к случаю по инициативе частных лиц, ничего не имели общего с системой государственных раздач, практиковавшихся в Риме. Организация игр и разных зрелищ в галльских городах было делом муниципиев (CIL. XIII, 1974; CIL. XI, 970; CIL. XII, 4507; CIL. XIII, 2036; Dessau, 7216, 7720; Е.М.Ш. 279).

Часть населения составляли военные, как постоянно дислоцирующиеся в этом регионе, так и временно расквартированные (CIL. XIII, 1832, 1844, 1873, 3896, 5624, 8091, 8278, 6313; Riese 526, 608, 617, 784, 817, 851; Dessau 9476, 2463 и др.). Значительное влияние на политическую и социально-экономическую ситуацию региона оказывали и ветераны, расселенные на территории Галлии. Интересная ситуация в Британии. В этом регионе первые колонии были основаны ветеранами, но надписей ветеранов в Британии почти нет. Практически отсутствуют данные, позволяющие судить о роли ветеранов в муниципальной жизни. Е.М. Штаерман предполагает, что землевладельцы Британии — это представители местного населения{16}.

Кризис в социально-экономической сфере привел к обеднению мелких землевладельцев и способствовал развитию крупных самодостаточных хозяйств — латифундий. Этим хозяйствам в новых условиях, когда труд рабов становился менее рентабельным, необходимы были рабочие руки. Развивается система колонатных отношений. Колоны во многих крупных хозяйствах стали стабильной рабочей силой, способной обеспечить дальнейшее функционирование крупных хозяйств{17}.

С началом кризиса обостряются противоречия внутри класса собственников, и начинается борьба, в которой на одной стороне стоят владельцы мелких и средних вилл, включенных в городскую территорию и обычно обрабатывавшихся трудом рабов, а на другой — крупные собственники имений, где все большее преобладание получал труд колонов, посаженных на землю рабов и отпущенников, закабаляемых крестьян. Городские рабовладельцы и землевладельцы желали ограничения богатства и могущества земельных магнатов, и соответственные мероприятия ряда императоров этого периода вполне отвечали их интересам.

Помимо местных и римских землевладельцев в Галлии все большее развитие и влияние получили торгово-ремесленные слои, отличавшиеся пестрым этническим составом и различным социальным положением, в большинстве своем вольноотпущенники (CIL. XIII, 2020; CIL. XII, 3202). Однако существовали и местные торговцы, предприниматели, образовывая на территории Галлии целые корпорации и гильдии. Иногда, правда, своеобразные товарищества с торговой целью образовывали сами крестьяне (Е.М.Ш., 377,427; CIL. XI, 962; X, 1431). Возможно, что целые села организовывали коллегии для доставки продуктов на ближайшие рынки.

Производство в регионах, составляющих территорию «Галльской империи», было разнообразным. Распространение на территории Галлии специализированных товарных вилл приводило к чрезвычайно широкому развитию ремесел и торговли. В Испании специализированные товарные виллы в южных районах возникли еще раньше. Вторжения германских племен наносило серьезный ущерб, а подчас и вовсе разрушали виллы. Распоряжения Постума и действия его администрации по обеспечению безопасности региона, таких как ремонт и строительство дорог и дорожных развязок, укрепление лимеса, — все это способствовало оживлению торговли в «Галльской империи». Обеспечив безопасность региона, Постум способствовал как возобновлению работы прежних ярмарок, так и возникновению новых.

Примечания

1. Galliou P. Western Gaul... P. 259.

2. Reece R. The Third century... P. 27-29; Milett M. Op. cit. P. 525-529; Porter H. Op. cit. P. 353.

3. Колосовская Ю. К. Рим... C. 174.

4. Белова H. H. О формах зависимости в сельском хозяйстве римской Галлии I—III вв.: (по данным эпиграфики) / / ВДИ. 1970. № 1. — С. 122.

5. Белова H. H., Сюзюмов Н. О. К вопросу о кризисе... С. 5 -7.

6. Audin A., G yey J., Wuilleumier P. Inscriptions latiner decouvertes ä Lyon / / REA. 1954. Vol. LVI. № 3 -4 . — P. 297-299; Штаерман E. М. Латинские надписи, опубликованные в 1949-1955 гг. / / ВДИ. 1956. № 2. — С. 113.

7. Штаерман E. М. Латинские надписи... С. 113.

8. Galliou P. Western Gaul... P. 260-261.

9. Штаерман E. М. Кризис... С. 161 -163; Циркин Ю. Ук. соч. С. 266-267.

10. Reece R. The third century..... P. 28,32-33; Циркин Ю.Ук. соч. C. 265-266; Balil A. Hispania... P. 279-281; Frere S. S. Britannia... P. 101; Keay S. The Conventus Tarraconensis... Р. 452.

11. (CIL. XII, 1025, 1898, 3051a, 3053, 3349, 4314, 4315, 4333, 4391, 4465, 4467, 4468, 4470, 4475, 4479, 4482, 4483, 4487, 4488, 4500, 4504, 4507, 4511, 5424; XIII 66, 152, 1939, 4291, 4565, 4655, 5476, 8348), Испания (CIL. II, 1061, 1062, 1066, 1108, 1165, 1168, 1301, 1552, 1742, 1944, 1963, 1964, 1980, 2026, 2100, 2229, 3229, 3730, 4332, 4514, 5042, 5181, 5298).

Штаерман E. M. Кризис... C. 166-167; Белова H. H. Данные эпиграфики о рабовладении... C. 136-137; Lewuillon S. Histoire, societe et lutte des classes en Gaule: Une feodalite a la fin de la republique et au debut lempire / / ANRW 1975. Bd. II /4 . P. 427; Grenier A. La Gaule... — T.III. P. 485, 507-508, 539-540; Штаерман E. М. Рабские коллегии и фамилии в период Империи / / ВДИ. 1950. № З.С. 71-85; Штаерман Е. М. Рабство III—IV вв. н. э. в западных провинциях Римской Империи / / ВДИ. 1951. № 2. С. 84-105.

12. Штаерман Е. М. Кризис... С. 157.

13. Lewuillon S. Histoire... P. 427; Штаерман Е.М. Кризис... С. 166-167; Белова H.H. Данные эпиграфики о рабовладении ...С. 136-137; Валлон А. История рабства в анти­чном мире / под ред. А. В. Мишулина; пер. с фр. С. П. Кондратьева. М., 1941. С. 617-621; Штаерман Е.М. Рабские коллегии... С. 74-77.

14. Белова H.H. Рабство... С. 87-89.

15. Lewuillon S. Histoire... P. 489-501, 503, 736-745; Белова H. H. Рабство... C. 89,93-95.

16. Штаерман E. М. Кризис... С. 200.

17. Drinkwater J. F. Money-rents and food-renders in Gallic funerary reliefs / / The Roman West... — Part I. P. 223-225; Galliou P. Western Gaul ... P. 274.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 2. Сельскохозяйственное производство. Виллы и характерные черты развития сельской архитектуры

Огромную роль в экономике Галлии играли ремесла. Согласно эпиграфическим данным, наиболее древними, развитыми и распространенными были гончарное и металлургическое производства.

Галльская керамика к середине III в. была широко распространена и известна по всей Римской империи{1}. Большинство галльских мастеров-гончаров были свободными людьми, о чем свидетельствуют многочисленные эпиграфические данные, позволяющие сказать, что галльские гончары могли свободно переходить из одной мастерской в другую, могли одновременно работать и в разных мастерских. Следует отметить устойчивость кельтских традиций, особенно в декоративных сюжетах и технике орнамента керамических изделий{2}. Как и в других ремеслах, гончары объединялись в корпорации в форме производственных коопераций свободных гончаров, возглавляемых одним из них, наиболее опытным и квалифицированным мастером{3}. Сама мастерская иногда обозначалась в марках и клеймах кельтским словом «avotis» вместо латинского «officina», вместо «fecit» стоит «avot»{4}.

Несмотря на кризис, который, согласно распространенному ранее мнению, способствовал прекращению функционирования древних производств, они продолжают свою существование{5}. Кроме того, существовал ряд ремесленных специализаций, связанных, с гончарным производством — декораторы, наносившие рисунок и надписи на керамические изделия{6}. Более всего ценилась керамика типа terra sigillata — особо клейменая керамика с тонким красноватым покрытием, часто украшенная рельефными фигурами и растениями, предположительно, истоки которой на Востоке или в Греции{7}.

Изменения в галльском ремесле связаны были также с упадком городов в период кризиса{8}. Во 2-й пол. III в., согласно эпиграфическим и археологическим данным, наблюдается распространение латифундий{9}. Причина этого, прежде всего, в нашествиях германских племен, из-за которых население окрестных поселений вынуждено было искать защиты у более сильного и защищенного соседа. А кроме этого, крупные виллы становятся центрами не только ремесленного производства, но и частной торговли, особенно для окрестного населения.

А. Гренье, проследив в своем исследовании несколько этапов развития крупной галло-римской виллы, отметил{10}, что седьмой период падает на III в. н. э. Особенность галло-римской виллы французский ученый видит в особенностях строительной техники, а также самобытности ее развития и автономности существования, вплоть до наличия собственного святилища{11}.

В III в. происходит возврат к классической строительной технике, когда использовалась сухая кладка стен домов из обработанного камня{12}. При строительстве использовался строительный (известковый) раствор, смешанный с камнями различными по размеру и своим характеристикам. Этот раствор подвергался нескольким этапам утрамбовки. Подобную работу, чаще всего, производили рабы. Для создания фундамента раствором заполнялось пространство между двойным сплетением из высоких кольев. Когда эта часть застывала, колья снимались, и начинался следующий этап. Поверх фундамента ставился новый ряд равноудаленных и связанных друг с другом кольев. Пространство между кольями заполнялось большими камнями, а затем и строительным раствором и т. д. Таким образом, стена возводилась в несколько этапов. Каждый слой тщательно прессовался и отделялся. Для вилл из двух и более этажей строители использовали метод последовательной кладки по так называемой уровневой системе. Ограда из кольев использовалась, чтобы этаж оставался затвердевать до окончательной просушки. Для галло-римских строений характерно наличие между двумя кладками стен лестничной площадки из кирпича, предназначавшейся для борьбы с сыростью и возможных трещин в стенах. Подобные приемы были характерны как для строительства городских стен и зданий, так и для вилл.

Галло-римские архитекторы и мастера-строители к середине III в. уже имели лучшую репутацию во всей империи{13}. Теперь же они совершенствуют свои оригинальные приемы. У них имеются свои расчеты и свои особые методы строительства. Для циркуляции теплого воздуха использовалась целая система каналов, выложенных кирпичем. Хорошо продумана была техника освещения помещений. Галло-римские строители все чаще обращаются к кирпичу, как основному строительному материалу{14}.

Особо следует отметить сохранение в этот период кельтских традиций во внешней планировке вилл. Самым существенным элементом галло-римской виллы оставался общий зал, происходивший от древнекельтского жилища и предназначенный, судя по наличию в ней очага, для жилья и работ{15}. Внутри виллы располагалось три зала для приемов, комнаты хозяев и пристройки, размещенные в двух крыльях виллы. Обычно это было крыло кухонь и служебных помещений и крыло бань. Затем шли галереи, частично скрытые и связывающие основные помещения с пристройками и садом. Галереи служили залами, где хранилось оружие, или предназначались для отдыха, украшались статуями и произведениями искусства. Интересны в качестве строительного приема выступы, часто в форме башен, которые располагались в конце галерей. Общие помещения — комнаты и спальни членов домашней фамилии — были также соединены между собой галереями через дополнительные коридоры.

Центральная часть виллы окружалась другими постройками, выполнявшими вспомогательные функции, и иногда специальными строениями для постоянной охраны. В дополнительных пристройках располагались обычно хранилища, конюшни, хлева, птичьи дворы, крытые гумна, кладовые и мастерские, мельницы, плавильные печи и т. п. Погреб редко находился в жилище или в зданиях пристроек. Чаще всего он располагался в дальних кладовых, либо для погреба использовались естественные земляные или каменные углубления, пещеры и т. п. В большинстве своем виллы были одноэтажные. Мастера не были связаны с виллой, а приглашались для ее возведения. И если подрядчиков подчас привозили своих, то рабочая сила нанималась на месте. Многочисленные опустошительные вторжения германских племен привели к возникновению еще одной характерной черты архитектуры этого периода — обнесение вилл неприступными крепостными стенами.

Следующий этап развития вилл относится к III — нач. IV вв. В это время отмечается строительство роскошных вилл, представлявших собой комплекс последовательных и дополняющих друг друга более поздних, чем их первоначальная основа, помещений{16}. Многие из вилл прекратили свое существование в связи с вторжением франков в нач. 70-х гг. III в{17}

Археологические исследования позволяют выявить особенно много вилл в Центральной Галлии (Лугдунской) — долине р. Роны, Соны и Луары, в долинах Иониа, Сены и Уазы{18}. Они строились поблизости от основных путей сообщения. Подобные виллы были не очень большими, и встречались чаще всего в южной Галлии — в долинах Гаронны и Тарна, особенно в окрестностях Толозы в долине Верхней Гаронны, близ Нарбона и Каркасона, в долине Ода и дельте Роны{19}. В юго-западной Галлии (Аквитании) — в окрестностях Бурдигалы и в долине Жер{20}. В северо-восточной Галлии — у медиоматриков, треверов (долина Мозеля) и лингонов (Кот-д`Ор){21}. В северо-западной и западной Галлии — в Нормандии, Арморике, у пиктонов, намнетов и лемовиков{22}.

В Белгике свое развитие виллы получили в южной части региона, поскольку именно здесь наблюдалась концентрация полезных ископаемых и близость больших дорог, связывающих виллы с основными городскими центрами{23}.

В этот период в западных провинциях Римской империи особое развитие получает строительство архитектурных объектов за счет местных муниципий{24}. Примечательно также, что нередко снабжением строительными материалами и поставкой людских ресурсов занимались частные лица или частные коллегии{25}. Сведения об этом мы черпаем, прежде всего, из эпиграфических источников. Например, некая Пробия Юстина для своего сына Терциния Юстина полностью за свой счет восстановила храм местной богини в Хове (Британия) (CIL. XIII, 7917). В другом случае, в Ремагене префект за свой счет восстановил часы (horologium — CIL. XIII, 7800). Некоторые из частных лиц на территории Трех Галлий и обеих Германий проявляли подчас значительную щедрость при строительстве, вкладывая свои средства{26}.

Другой характерной чертой развития архитектуры III в. в вышеуказанных регионах является четкое планирование и тщательная проработка конструктивных деталей при строительстве. Речь идет, по большей части, о восстановлении городов и их перепланировке во 2-й пол. III в., необходимость чего была вызвана военными нуждами{27}. Вышесказанное можно отнести, например, к галльским городам Бавы, Санлиз и Суассон{28}. Вокруг этих городов возводится оборонительная стена, а сами города приобретают первостепенное стратегическое значение. Следующая характерная черта архитектуры — особенность каменной кладки, о чем говорилось выше. Кроме того, в этот период популярным становится использование колонн, капителей и оснований, карнизов и фризов, которые отличаются особой пышностью{29}. Современные исследователи считают, что подобное было бы невозможно без соответствующего покровительства{30}. Использование в строительстве храмов и вилл капителей коринфского типа наблюдается в Британии и Восточной Галлии{31}. В большинстве случаев эти колонны имеют 60 см в диаметре и 5-6 м в высоту{32}.

Во 2-й половине III в. отмечается повышение активности строительства общественных зданий и построек в Британии и Галлии{33}. Это можно проследить на примере Веруламия, Честера и Лондона{34}, а также Трира и региона племени эдуев{35}. Многие общественные организации и частные лица особенно охотно вкладывали деньги в строительство храмов{36}.

Отличительной чертой строительной деятельности также является особый стиль, названный доктором Р. Ризом «провинциальными версиями классической архитектуры»{37}. Помимо этого, в архитектуре, особенно Британии, становится популярным использование при строительстве тосканских колонн{38}. Этот конструкторский прием применялся как при строительстве частных домов, так и при возведении римско-кельтских храмов{39}.

Период «Галльской империи» характеризуется активным строительством крепостей и форпостов, необходимых для защиты региона от разрушительных вторжений германских племен. Города и стратегически значимые поселения обносятся стенами и другими оборонительными укреплениями. Эта тенденция характерна более для всей Галлии, обеих Германий и Испании, чем для Британии{40}. Белгика в этом отношении была на особом положении: она имела не только сухопутную границу — ряд городов Белгики являлся базами для флота{41}.

Однако нельзя говорить о полном затухании так называемого гражданского строительства. В данном регионе археологические раскопки выявляют строительство римско-кельтских храмов и крупных вилл (например, в долине р. Соммы, в Туре, Перигё, Париже, Арле, а также в восточной Тарраконе){42}. В Трире в период Галльской империи были построены храм Lenus Mars, дворцовый комплекс — резиденция галльских императоров{43}. Активное гражданское строительство наблюдается также в Белгике и Испании (Барселона){44}.

У некоторых исследователей существует предположение, что отдельные храмы 2-й пол. III в., считавшиеся ранее римско-кельтскими, на самом деле были христианскими, например, в Перигё{45}. Строительство храмов в этот период, достигло своего наивысшего подъема, который продлился всю вторую половину III в. и первую четверть IV в.{46}. В основных чертах архитектуры и строительных приемах ясно прослеживается слияние римской и кельтской культур, что достаточно ярко проявилось в строительстве храмов на землях Галлии и Британии{47}. Так, Григорий Турский рассказывает о вожде аламаннов, который разрушил один из таких храмов Vasso Galatae в 60-е гг. III в. (Greg. Tour., I, 32). Подчас сложность составляет именно идентификация храмов, разрушенных в периоды варварских вторжений второй половины третьего столетия. Зачастую остатки каменных кладок растаскивались или использовались для укрепления стен вокруг городов, как это было в Прежильбере и Майнце, в кладке стен которых находят многие остатки памятников архитектуры{48}. Другой храм из St. Aubin-sur-Mer был разрушен одним из таких вторжений, а затем перестроен в виллу{49}. Однако было и наоборот. Подчас разрушенные вторжениями варваров поселения перестраивались в римско-кельтские храмы. На основании археологических свидетельств можно предположить, что функционирование римско-кельтских храмов было довольно активным именно в период Галльской империи{50}. Однако христианские храмы этого типа встречаются редко, к тому же, как было сказано выше, их трудно идентифицировать. Позже именно храмы подобного типа будут активно использоваться христианами{51}.

Если попытаться дать общую характеристику развитию архитектурных приемов 2-й половины III в. в Британии, Галлии и обеих Германиях, то картина получится довольно унылая. Ничего принципиально нового в архитектуре не было привнесено{52}. Это был скорее возврат к старым строительным приемам, но это, ни в коей мере, нельзя считать «упадком». Основная строительная деятельность этого периода исходила более из военных и стратегических нужд регионов{53}. Какие-либо значимые общественные постройки, например, термы в Париже, Визе, амфитеатр в Бордо и т. п., датируются началом III в.{54}.

В общем, строительная деятельность «Галльской империи» была полностью подчинена нуждам обороны. В оборонительную систему были вовлечены все vici и pagi данного ареала, составляя единую, тесно связанную сеть{55}.

Примечания

1. Белова H.H. К истории гончарного ремесла... С. З.

2. Megaw R. & V. Celtic art: From its beginnings to the Book of Kells. L., 1996; Белова H.H. К ис­тории гончарного ремесла... С. 7, 9-10.

3. Gallia. 1943. Vol. 1. № 2. — P. 152-156; 1958. Vol. 16. № 2. — P. 488-490; 1950. Vol. 8. № 2. P. 233-237.

4. ILTG, 521: Artos avo[t], 532: Iulos avot / / Gallia. 1943. Vol. 1. № 2. P. 154; Gallia. 1958. Vol. 16. № 2. P 488; Gallia. 1969. Vol. 27. №2. P. 379; Gallia. 1968. Vol. 26. №2. P. 531.

5. Raepsaet-Charlier M.-Th., Raepsaet G. Gallia Belgica et Germania ... P. 243-264; Белова H. H. К истории гончарного ремесла... C. 11; Штаерман E.M. Кризис... C. 167-168.

6. Белова H. Н. К истории гончарного ремесла... С. 7-9; Raepsaet-Charlier М.-Тh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 244.

7. Белова H. H. К истории гончарного ремесла... C. 5; Raepsaet-Charlier M.-Th., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 244; Pauly-Wissowa, Bd. VII, col. 1295-1352.

8. Grenier A. La Gaule romain... P. 549, 589.

9. Белова H.H. Рабство в Римской Галлии... С. 92-94; Gallia. 1949. Vol.7. № 1. P. 23-29; Gallia. 1957. Vol. 15. № 1. P. 118; Gallia. 1958. Vol. 16. № 2. P. 478; Fouet G. La villa gallo-romaine de Montmaurin. Paris, 1969

10. Grenier A. Manuel... — Vol. VI, 2. P. 784-795.

11. ibid., P. 796.

12. Bouvier-Ajam M. Op. cit, P. 174-175.

13. Ibid. P. 175-176; Белова H. H. О формах зависимости... C. 129-130.

14. Bouvier-Ajam М. Op. cit. Р. 175.

15. Ibid. Р. 196-197; Белова H. Н. О предпосылках... С. 168-169; Bedon R. et al. Architecture et Urbanisme en Gaule romaine. Paris, 1988. P. 153-161.

16. Grenier A. Manuel... — Vol. Vl, 2. P. 935.

17. Белова H. Н. О предпосылках... C. 165; Белова H. Н. О формах зависимости ... С. 133.

18. Grenier A. Manuel... — Vol. VI, 2. P. 874; Gallia. Vol. XV № 2. P. 268-270,274; 1960. Vol. XVIII. № 1. P. 84; 1961. Vol. XIX. № 2. P. 445; 1958. Vol. XVI. № 2. P. 366; 1960. Vol. XX. № 2. P. 464.

19. Аnnёе epigraphique. 1934. № 1. n .165; Gallia. 1957. Vol. XV № 1. P. 118; № 2. P. 258; 1959. Vol. XVII. № 2. P. 421; 1947. Vol. V №1. P. 98-112; 1964. Vol. XXII. № 2. P. 497-590; 1955. Vol. XIII. P. 200; VoL XV №2. P. 254,314; 1963. Vol. XXI. №2. P. 529; 1965. Vol. XXIII. №2. P. 434; 1953. Vol. XI. № 1. P. 41-67; 1955. Vol. XIII. № 2. P. 205; 1964. Vol. XXII. № 2. P. 493; Grenier A. Manuel... — Vol. VI, 2. P. 874.

20. Gallia. 1953. Vol. XI. № 1. P. 41-67; 1955. Vol. XIII. № 2. P. 205; 1964. Vol. XXII. № 2. P. 493; Grenier A. Manuel... — Vol. VI, 2. P. 874.

21. Gallia. 1957. Vol. XV № 1. P. 119; Vol. XV № 2. P. 316; 1958. Vol. XVI. № 2. P. 329-330; 1960. Vol. XVIII. № 2. P. 337-339; 1964. Vol. XXII. № 2. P. 308.

22. Белова H. H. О предпосылках... C. 164; Grenier A. Manuel... — Vol. VI, 2. P. 872; Raepsaet-Charlier M .-Th., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 237; Rivet A. L. F. The Roman villa in Britain. L., 1969; Bedon R. et al. Architecture... P. 101; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 220-221.

23. Белова H. Н. О предпосылках... С. 174; Grenier A. Manuel... - Vol. VI, 2. Р. 860-863.

24. Blagg Т. F. С. Architectural patronage in the Western provinces of the Roman Empire in the third century / / The Roman West... — Part I. P. 167-168.

25. Blagg T. F. C. Architectural... P 167; Bedon R. et al. Architecture... .P. 107; Deman A. Germania Inferior et Gallia Belgica. Etat aetuel de la documentation epigraphique / / ANRW 1975. Bd. II / 4. P. 300-319.

26. Drinkwater J. F. Gallic personal wealth / / Chiron. 1979. № 9. P. 241-242; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 195-197.

27. Blagg T. F. C. Architectural... P. 167; Blagg T. F. C. Civilian... P. 29-34; Buckley B. The Aeduan area... P. 299-300; Куликова Ю. В. Характерные черты архитектуры и особенно­сти строительства в «Галльской империи» (258-274 гг.) / / Восток, Европа, Америка в древ­ности: Сб. научных трудов XVI Сергеевских чтений. (Труды исторического факультета МГУ вып. 49. Сер. 2, Исторические исследования, 18). М., 2010. С. 205-212.

28. Wightman М. Gallia Belgica. California (Los Angeles), 1985. P. 193-194,223; Johnson S. A group o f late Roman city... P. 216.

29. Blagg Т. F. С. Architectural... Р. 169.

30. Blagg Т. F. С. Civilian... Р. 29-34; Buckley В. The Aeduan area... P. 299-300; Blagg T. F. C. Architectural... P. 169-170; Drinkwater J. F. Gallic personal wealth... P. 241-243.

31. Blagg T. F. C. Architectural... P. 169; Blagg T. F. C. Civilian... P. 32; Rivet A. L. F. The Roman villa in Britain. L., 1969. P. 177; Ward-Perkins J. B. From republic to empire: reflections on the early provincial architecture o f the Roman west / / JRS. 1970. Vol. 69. — P. 1 -19.

32. Blagg T. F. C. Architectural... P. 173.

33. Blagg T. F. C. Architectural... P. 173. Ward-Perkins J. B. From republic to empire... P. 15-16; Buckley B. The Aeduan area... P. 299-300; Walker St. The third century... P. 317-319; Porter H. Environmental change... p. 355-356; Sheldon H. London... P. 365-366, tabl. 1A -3C; Jones R. F. J. Change on the Frontier... P. 398-399; Strickland T. J. Third century Chester... P. 423-425.

34. Frere S. S. Verulamium and the Towns of Britannia... P. 290-327; Blagg T. F. C. Civilian... P. 38; Webster Gr. The History... P. 344; Frere S. S. Verulamium... P. 390-391; Strickland T. J. Third century Chester... P. 423-425.

35. Wightman E. M. Roman Trier... P. 144-145; Buckley B. The Aeduan area... P. 299

36. Blagg T. F. C. Architectural... P. 174.

37. Reece R. The third century... P. 35.

38. Blagg T. F. C. Architectural... P. 174.

39. Rivet A. L. F. The Roman villa... Р. 208-209; Blagg Т. F. С. Architectural... P. 178.

40. Blanchet A. Les Enceintes... P. 92-97; Butler R. M. The Roman walls... P. 34; Butler R. M. Late Roman town... P. 29-30; Balil A. Op. cit. P. 82-103; Thoen H. The third century... P. 245-248; Walker St. The third century... P. 317-318; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 237; Keay S. The Conventus Tarraconensis... P. 451-486; Wightman E. M. The fate... P. 235-236; Galliou P. Western Gaul... P. 261, App. II, P. 277-278; Webster Gr. The History... P. 344.

41. Thoen H. The third century... P. 248; Galliou P. Western Gaul... P. 270; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 97; Sander E. Zur Rangordnung der römischen... S. 347-367; Wightman E. M. The pattern of rural settlment in Roman Gaul / / ANRW. 1975. Bd. II / 4. P. 584-657.

42. Blagg T. F. C. Architectural... P. 182; Blagg T. F. C. Civilian... P. 40; Boussard J. Etude sur la ville de Tours... P. 313-329; Keay S. The Conventus Tarraconensis... P. 464-465.

43. Wightman E. M. Roman Trier... P. 145.

44. Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 220-222; Blagg T. F. C. Architectural... P. 183; Johnson S. A group of late... P. 217; Wightman E. M. The fate... P. 235-236; Balil op. cit. P. 23-24.

45. Blagg Т. F. С. Architectural... Р. 182-183.

46. Horne P. Romano-Celtic temples in the third century / / The Roman West... — Part I. P. 22-24, fig. 3.1-3.3.

47. Horne P. Romano-Celtic temples... P. 25; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 237; Bedon R. et al. Architecture et Urbanisme... P. 129;

48. Horne P. Romano-Celtic temples... P. 25; Blagg T. F. C. Architectural... P. 182, fig. 12,5.

49. Horne P. Romano-Celtic temples... P. 25.

50. ibid.

51. ibid.

52. Blagg T. F. C. Architectural... P. 180; Hellenkemper H. Architektur als Beitrag zur Geschichte der Colonia Ага Agrippinensium / / ANRW. 1975. Bd. II / 4. — S. 823-824.

53. Blagg T. F. C. Civilian... P. 39-40; Galliou P. Western Gaul... P. 259-260, App. II, p. 277-278; Rivet A. L. F. The Roman villa... P. 210; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 73-75.

54. Blagg Т. F. C . Architectural... P. 180.

55. Wightman E. M. The fate... P. 238; Walker St. The third century... Р. 322; Buckley В. The Aeduan area... P. 299; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 60-62.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 3. Города и городское хозяйство

Археологические данные показывают разрушения ряда городов в конце 50-х гг. III в., а также в 260-261 гг. Например, в 260 г. был разрушен вторжением франков Авенш{1}. В Швейцарии и Бельгии было уничтожено несколько цветущих городов, один из которых располагался между Триром и Страсбургом{2}. Разрушение части верхнерейнского лимеса ухудшило положение. Лимес, который являлся также местом, где проходила торговля, вместе с окружающими его землями, стал опасным. Это нарушало привычный процесс торговли и циркуляции монет и товаров. Именно во 2-й пол. III в. наблюдается затухание торговли, как на рейнском, так и на дунайском лимесах. А. МакМаллен утверждает, что германские вторжения сделали возможным развитие локальных ремесленных и торговых центров{3}. Исследователь уверен, что эти вторжения способствовали развитию коммерции{4}, обосновывая это тем, что крупные центры были разрушены, и их деятельность стала нерентабельной в период кризиса. Германцы подчас продавали награбленное в результате набегов, «рекламируя», таким образом, продукцию локальных центров. Помимо этого, германцы сами приобретали более дешевую продукцию именно в таких центрах.

В этот период строительство и реставрация городов и поселений проводились, исходя, по большей части, из военных нужд, о чем говорилось выше. Приводятся в порядок не только горные проходы, но и дороги и дорожные развязки на севере Галлии, в долине реки Луары, Сены, в Белгике и Аквитании, в Вогезах и Пиренеях, в Швейцарии{5}. Многие поселения реконструируются заново, копируя своей планировкой старые кельтские oppida{6}. При этом оборонительные стены также возводятся по старой кельтской технологии{7}.

Отдельные города имели особое значение, например, столица «Галльской империи» Августа Треверов, строительные работы в которой активно велись при Постуме, Викторине и Тетрике{8}; Лион — база VII легиона Близнецов, Могонтиак, Бонн, Колония — Агриппина, Дева (совр. Честер) в Британии — место дислокации легиона XX Valeria Victrix, и другие города, являвшиеся базами легионов, флота, портами, центрами дорожных развязок и имеющие стратегическое значение{9}. В этом отношении лагерь Ниедельбьебер может быть взят в качестве яркого примера. Археологические данные позволяют утверждать, что торговая активность в нем возобновилась в 60-х гг. III в., когда на месте этого лагеря был отстроен город Андернах{10}.

Нарбон, расположенный на перекрестке сухопутных и речных путей, сохранял свое значение вплоть до конца IV в., являясь крупнейшим торговым посредником, связывая Галлию с Испанией и Италией. Главным предметом торговли нарбоннских купцов был хлеб{11}.

В каждом регионе, составляющем «Галльскую империю» были города со своим собственным статусом. Это были города (или лагеря, вокруг которых концентрировалось местное население с целью защиты), являвшиеся базами или форпостами флота или военных частей: в Белгике — Новезий (Neuss), в котором базировался легион VI Victrix. Другие города приобретали свое значение за счет крупных ремесленных специализаций, в частности, в Белгике город Римини был известен своими солеварнями и торговцами солью (CIL. XI, 390; XI, 391). Город Арелат Авзоний называет галльским Римом и говорит об особом значении этого города как крупнейшего торгового центра (Аuson. Ordo urb., V.73-89). Арелат имел собственную торговую контору в сирийском порте Бейрут, а его длительное экономическое значение подтверждает то, что даже в IV в. в нем существовали довольно разнообразные магистратуры, связанные с хозяйственным управлением города (Not. Dig. Осс., XI.33).

Также были города — (условно назовем, регионального значения), в которых располагалась администрация Постума. Например, Ренны, ставшие центром западной Галлии{12}. Этот город был не просто обнесен оборонительными стенами. Дороги, ведущие к нему, были приведены в порядок и размечены межевыми камнями с именем Постума (прил. Postum., 11-13). Помимо этого, здесь обнаружено множество монет первого галльского императора, а также медальонов, выпущенных в ознаменование пятилетия правления Постума{13}. Связано это было, видимо, с располагавшимся здесь же монетным двором, ликвидированным Аврелианом{14}. Администрация Постума, размещенная в таких городах, была, с одной стороны, координатором военных действий в данном регионе, а с другой — ответственной за экономическое процветание{15}. Преемники Постума также не оставляли без внимания подобные города, понимая их значимость и продолжая политику первого галльского императора. Например, Викторин и Тетрик. Здесь находят милевые камни, как с именем Викторина (CIL. XIII, 9006; прил. Victorin., 6-9, 11-12), так и Тетрика (прил. Tetric., 14-15; CIL. XIII, 8997). Активно использовался наследниками Постума и монетный двор{16}.

Заметно активизировалось развитие локальных центров, к примеру, территория племени эдуев, о чем свидетельствует интенсивная циркуляция монет «Галльской империи»{17}. Активная строительная деятельность, включавшая в себя восстановление городов, укрепление их стенами, ремонт дорог и дорожных развязок относится ко времени правления Постума{18}. Например, города Тур, Руан, Санс, Алезия, Отен, Осер, Клермон и их окрестности{19}. То же самое можно с уверенностью говорить и в отношении Лиона и его окрестностей, а также Бургундии и долины Роны, Соны и Луары. Города этого региона имели стратегическое, политическое и экономическое значение, например, Шалон-на-Соне, Арль, Вьенна, Руан, Тур и их окрестности{20}.

Крупнейшим городом Галлии был Лугдун, являвшийся одновременно административным и крупнейшим торгово-ремесленным центром. Торговцы вином занимали в нем исключительное место. Они имели здесь свои конторы, склады, и свои частные пристани{21}. Многочисленные водные и сухопутные пути, пересекавшие Лугдун и связывающие его со всеми городами Галлии, Италией и морем, способствовали превращению его в порт общеимперского значения. Постум учел это. В «Галльской империи» Лугдуну было отведено свое особое место. В городе находился официальный монетный двор галльских императоров, здесь базировался один из легионов — VII Gemma, переведенный из Испании, а дорожные развязки располагались так, чтобы военные подразделения из центра Галлии могли быстро переправиться в любую другую часть «Галльской империи»{22}.

Территория племени эдуев играла заметную роль в стабилизации финансового положения «Галльской империи», поскольку на этой территории располагались монетные мастерские, подчас временные{23}. Однако в целом темпы экономического и культурного развития данной территории заметно снизились, по сравнению с нач. III в. Так, 90 % всех мозаичных работ были выполнены в 1-й половине этого века{24}. Многие значительные постройки, к примеру, в Алезии были разрушены вторжениями германских племен, особенно, после гибели Постума{25}. Большая часть поселений была покинута и заброшена именно в 270-272 гг., хотя до этого периода функционировали, о чем наглядно показывает найденная там гончарная продукция, датируемая 60-ми гг. III в.{26}. Письменные источники также сообщают о вторжениях германцев в это время (SHA. Туг. trig., V. 4).

В период правления Тетриков территория племени эдуев выпадает из сферы интересов этих галльских императоров{27}. Об этом можно судить как по археологическим данным — строительная деятельность в этом регионе относится, как и на остальных территориях «Галльской империи», ко времени правления Постума{28}, так и по тому, что в этом ареале часто находят монеты Постума и практически отсутствуют монеты последующих галльских императоров{29}. При этом местные мастерские известны своими имитациями монет Тетрика{30}.

Территория племени эдуев одна из первых признала власть Постума, а после его смерти, как и Испания, эдуи попросили императора Клавдия Готского принять их земли под власть Рима (Pan. Lat., 312, 4, 2). Причины оппозиции последующим галльским императорам Викторину и Тетрику, возможно, гораздо более глубокие. Десять или чуть более лет этот регион оставался подконтрольным Постуму, вначале как наместнику, затем как императору, чье правление и изоляция от Рима благотворно сказались на экономической и культурной жизни ареала{31}. Отен мог вполне претендовать на приоритетную роль, даже в качестве столицы «Галльской империи». Возможно, противостояние Августодуна Викторину и Тетрику было последствием этого{32}. Галльские императоры не собирались отдавать территории так просто. И удалось это если не Викторину, то Тетрику — «namque avus et genitor / proscripti, regnum cum Victorinus haberet / ductur et in Tetricos recidit imperium» (Auson. Parentalia, 4-6). Найденный золотой круг, который использовался как фасет для ауреусов, представляет Тетрика как победителя{33}. После капитуляции Тетрика регион эдуев, как и ряд других регионов, составлявших Галльскую империю, перешли под контроль Рима.

Примечания

1. Bögli H. Aventicum... P. 178.

2. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 217; Wightman M. Gallia Belgica... P. 220; Frei-Stolba R. Die Römische Schweiz: Ausgewählte Staat- und Verwaltungsrechliche. Probleme im Frühprinzipat / / ANRW 1977. Bd.II/5-№ 1. — S. 288-403; Prieur J. L’histoire des regions alpestres... P. 630-656; Wightman E. M. The pattem... .P. 587-589; Белова H.H.О фор­мах зависимости... C. 133.

3. MacMullen R. Celtic Renaisance... P. 102.

4. Ibid.

5. Ibid. P. 94; Walker St. The third century... P. 322; Prieur J. L’histoire des regions alpestres...P. 647; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 61-71. Grenier A. Manuel.. T. 5. — P. 454-456; Gansbeke P. van. La mise... P. 405-410.

6. Gallia. 1976. Vol. 34. P. 444; Gallia 1968. Vol. 26. P. 483; Raepsaet-Charlier M.-Th., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 130-198; Hellenkemper H. Architektur... P. 852.

7. Buckley B. The Aeduan area... P. 293; Walker St. The third century... P. 317; Raepsaet-Charlier M.-Th., Raepsaet G. Gallia Belgica...P. 237; Hellenkemper H. Architektur... P. 852-854.

8. Krier J. Die Treverer außemalb ihter Civitas... S. 55, 95-96, 138.

9. MacMullen R. Celtic Renaisance... P. 94; Berhem van D. Les routes et l’histoire. Geneva, 1982.

10. King A. The decline ofsamian ware... P. 67

11. Esperandieu, 536; Grenier A. Op. cit — Vol. II. P. 532, fig. 170.

12. Galliou P. Western Gaul... P. 273.

13. Ibid.; Lafaurie J. L’Empire Gaulois... P. 980-981.

14. Galliou P. Western Gaul... P. 273; Lafaurie J. L’Empire Gaulois... P. 887; Chawfoad M. Finance... P 587-588.

15. Galliou P. Western Gaul... P. 273.

16. Demougeot E. La formations... P. 507-508.

17. Buckley В. The Aeduan area... P. 287.

18. ibid. P. 287-288, 299-300; Walker St. The third century... P. 322.

19. Buckley B. The Aeduan area... P. 300, 310; Walker St. The third century... P. 322.

20. Walker St. The third century... P. 318-320; Berhem van D. Les routes... 72-74.

21. Белова H. H. Об экономическом состоянии галльских городов в I—II вв. н. э. // Уральский ГУ: Уч. записки: вып. 25: серия истор. Екатеринбург, 1958. С. 194; Grenier A. La Gaule... P. 584.

22. Walker St. The third century... P. 320.

23. Buckley B. The Aeduan area... P. 287; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P.70-71.

24. Buckley B. The Aeduan area... P. 291 -292.

25. ibid.

26. ibid. P. 293.

27. ibid.; Walker St. The third century... P. 320.

28. О чем свидетельствуют также многочисленные находки межевых столбов с именем первого галльского императора на дорогах, которые, по всей видимости, относились к стратегически важным. — CIL. XIII, 8972, 9023.

29. Buckley В. The Aeduan area... P. 294; Gallia. 1953. Vol. 11. P. 165-166; 1964. Vol. 12. P. 523. 1960. Vol. 18. P. 354-356. 1964. Vol. 22. P. 333-334.

30. Buckley B. The Aeduan area... P. 296.

31. ibid. Р 295.

32. ibid.

33. ibid. Р. 296

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 4. Ремесленное производство в «Галльской империи»

Огромную роль играла столица «Галльской империи» — Августа Треверов, являвшаяся городом галльской знати. Постум не только повысил статус этого города, сделав его столицей, но и начал активную строительную деятельность, стремясь обеспечить достойную защиту{1}. Одновременно, согласно археологическим данным, Августа Треверов являлась одним из центров гончарного производства. Именно в 260-270 гг. производство было достаточно высоко по сравнению с предыдущими и последующими годами{2}. На это указывают и найденные монетные клады в гончарной продукции этого региона. Интересно, что клады с монетами Тетриков ассоциируются и с гончарной продукцией{3}.

Последние данные археологии позволяют выделить следующие основные центры керамического производства: Забери на Рейне, Августа Треверов, Вестердорф, Аргонн, Лезу, Монтан, Грофесенк, Миттельброн, в которых могли располагаться также временные монетные мастерские{4}. Гончарные мастерские были распространены и в долине Соны и Луары, крупнейшей из которых, согласно археологическим раскопкам, был Гвевнон, расположенный 40 км южнее Отена и 15 км севернее Луары{5}. Продукция этого центра отличалась особым разнообразием глиняной посуды, в том числе кувшинов, форм, орнамента и т. п. Ареал распространения продукции Гвевнона был достаточно широк: по течению р. Соны на восток, от Дижона на северо-восток и также включая Лангры, Лион и Вьенну{6}.

Для 2-й пол. III в. характерно, с одной стороны, распространение керамики terra sigillata, с другой, проявление кельтских черт в керамическом производстве{7}. В этот период, согласно эпиграфическим источникам, много мастеров имеют имена кельтского происхождения{8}.

Гончары Грофесенка изготовляли десятки сортов различных ваз: от предметов широкого потребления до ваз типа terra sigillata. Отличались изделия Грофесенка и многообразием стилей и приемов изготовления керамических изделий, что может свидетельствовать о существовании различных небольших мастерских. Так, при раскопках погребений в Шантелелле (Люксембург) были найдены керамические изделия трех разных мастеров{9}. Большой известностью пользовались керамические изделия Лезу, особенно, вазы, разрисованные красной или черной краской по белому ангобу. Продукция Лезу была распространена по всей Галлии, их находят даже в Арморике, а также рейнских областях, Британии и на Дунае{10}.

Однако существовали и более крупные центры. Например, Колония-Агриппина, продукция которой была обнаружена в Британии. Это подтверждает предположения о тесных торговых контактах этих регионов в период существования «Галльской империи»{11}. Сравнительно небольшим, но достаточно известным гончарном центром на юге Галлии был Банассак (Лозер), расположенный северо-восточнее от Грофесенка. Банассак изготовлял изделия типа terra sigillata{12}. Продукцию этого центра находят на территориях Германии, Швейцарии и Венгрии{13}. В Испании было налажено производство амфор. Крупные центры находились в Бетике, а также регионе вокруг Гвадальквивира. Готовая продукция транспортировалась по морю — южному и восточному побережью Испании, и по рекам Роне, Соне и Рейну.

Археологические находки позволяют проследить путь готовой продукции и подтвердить торговые связи этих регионов, входивших в состав «Галльской империи»{14}. В Испании также производилась разнообразная керамика, в том числе и типа terra sigillata, которую находят в Африке{15}.

К середине III в. н. э. в гончарном производстве наблюдается некоторый упадок, который проявился, в частности, в плохой глазури и небрежной раскраске{16}. Причины этого не столько в общем социально-экономическом кризисе, считают отдельные современные исследователи, сколько в освоении стекольного производства{17}. Еще одной отличительной чертой керамического производства этого периода было перемещение мастеров в рейнские районы, где вновь активизировалась торговля{18}.

Ареал распространения готовых изделий достаточно широк: археологические находки керамических изделий Галлии были сделаны на территории Испании, обеих Германий, лимеса, Британии, дунайских провинций и по всему Средиземноморью{19}. Например, мастерские Грофесенка снабжали своей продукцией не только всю Галлию, но и все поселения рейнской приграничной области, Белгики, поселения на Дунае, в Испании, Италии и даже поставлялись в Северную Африку{20}. Керамика типа terra sigillata, исследованию которой посвящено много научных трудов, в период правления Постума была распространена в обеих Германиях, Белгике и вдоль всего рейнского лимеса{21}.

Интересно, что большая часть поселений в этой части Галлии содержит находки монет либо Александра Севера, либо Постума. Гончарное производство нуждалось как в ресурсах, так и в транспорте, поставляющем готовую продукцию в другие части Галлии и Германии, в том числе и в военные гарнизоны. Так, продукция Южной Галлии перевозилась по стратегическим дорогам. Обычно же использовался водный транспорт{22}. В частности, это касается Британии и Галлии, тесно связанных в торговой сфере{23}. С другой стороны, происходил культурный обмен не только между регионами, особенно, Галлией и Британией, в эти отношения довольно активно вовлекалась и армия. По мнению некоторых исследователей, в этот период именно армия способствовала развитию керамического производства, поскольку являлась основным потребителем{24}. С другой стороны, флот обеспечивал безопасность торговых судов, способствуя более активному движению товаров внутри региона с континента на острова и наоборот.

Приграничные зоны оставались небезопасными для торговцев, что несколько тормозило торговлю и культурный обмен. Керамика является одним из очевидных проявлений не просто мастерства, но и традиций, в том числе в области религии и искусства. Орнамент и рисунки позволяют определить не только регион производства, но и те регионы, чье влияние нашло свое отражение на таких керамических изделиях. Так, керамическое производство южной Галлии отличается от подобного производства северной и восточной Галлии, а также приграничных областей{25}.

Одной из древнейших и наиболее распространенных отраслей производства в Галлии, наряду с гончарным ремеслом, была металлургия, главным образом, добыча и обработка железа. Ее следы — рудники, печи, шлаки, изделия, мастерские, соотвествующие орудия труда и приспособления — обнаруживают во многих крупных поселениях Галлии{26}. Это производство играло важную роль для удовлетворения нужд армии на Рейне. Некоторые рудники принадлежали частным владельцам и находились в пределах имений, другие рудники — отдельным городам и civitates (D.M. Primionis ferrariae (urn servi) vitalis contules — CIL. XII, 3336){27}.

Добыча и обработка железа порождала целый ряд ремесленных специализаций и профессий: кузнецы, штамповщики; оружейных дел мастера и связанные с ними изготовители панцирей, шлемовщики и т. п. (CIL. XIII, 2828, 384, 5699. 1-12, 5701. 1-68, 10029. 1-27; XII, 3355, 4475; ILTG, 355). Необходимо отметить, что работы по металлу (включая бронзу и драгоценные металлы) были достаточно разнообразны{28}.

Во 2-й пол. III в. н. э. наблюдается активность в этом ремесленном производстве. Как в ювелирных изделиях (браслетах, фибулах и т. п.), изготовлении конской сбруи, так и в оружии, монетном деле, ярко прослеживаются черты старых кельтских традиций{29}. Это заметно как в характерных для кельтских традициях надписях на бронзовых кольцах{30}, так и в заметном поднятии престижа старых богов (Эпона, культ богини-матери, бога-хранителя и других местных божеств), чьи изображения помещаются на керамике, монетах, оружии и других изделиях{31}. Одним из центров, специализирующихся на изготовлении разнообразных бронзовых изделий была Алезия, которая являлась также и центром металлургического производства{32}.

Интересно проявление влияния, по мнению ряда исследователей, восточных религиозно-мифологических представлений, а также характерных направлений в искусстве, включая керамику, ювелирное дело и т. д.{33}. Большая часть оружия, произведенного в Галлии, шла на север и на восток, в том числе в Германию{34}. Ювелирная продукция экспортировалась как в Германию и Дунайские провинции, так в Данию и Италию{35}. Особенно ценились украшения, покрытые эмалью. Это являлось традиционным кельтским ремеслом, продолжавшим свое развитие во 2-й пол. III в. н. э.{36} Помимо этого, следует отметить и работы с костью: это ремесленное производство также развивалось в этот период, хотя и не было столь значительным, как гончарное или металлургическое{37}.

Помимо железа в Галлии издавна добывались серебро и золото; серебряные рудники находились также в Испании. Из эпиграфических данных известны профессии гранильщиков драгоценных камней, обработчиков драгоценных металлов, ювелиров, мастеров золотых и серебряных дел (CIL. XIII, 2024, 2828, 2901, 4391, 4465, 4475, 5154; XII, 446, 4391, 4456, 4474, 4475). На рудниках, согласно эпиграфическим данным, работали, по большей части, рабы и осужденные, а также мелкие землевладельцы, хозяйства которых располагались по соседству с рудниками (pagani ferrarienses — CIL. XIII, 384, 1150; XII, 3336){38}.

Металлургическое производство и связанные с ним кузнечное дело, слесарное и скобяное ремесла, изготовление ножей, гвоздей, оружейное производство, а также изготовление бронзовых, серебряных и золотых изделий, монетное дело способствовали распространению культа Вулкана, а также других божеств — покровителей ремесла — Меркурия и Минервы{39}. Культ Вулкана получил особое распространение в северо-восточных областях Галлии{40}. В других регионах «Галльской империи» изображения Вулкана находят редко, но они имеют место{41}.

Галлия являлась основным поставщиком мрамора. В Аквитании располагались самые крупные мраморные копи. Здесь же находят следы культа бога Эррипа, почитавшегося как покровителя горных промыслов (ILTG. 2-20, 24-30). Этот же бог почитался в районе соляных копей, разработка которых активно велась в Галлии (CIL. XII, 5360). Надписи позволяют нам говорить о том, что работники соляных копей и мраморных карьеров подчас были организованы в профессиональные коллегии (ILTG. 3, 23, 358){42}. Эпиграфические данные свидетельствуют о разнообразии социального состава, занятого на рудниках и в каменоломнях, и ремесел. Соляные копи и мраморные карьеры давали множество направлений профессиональной деятельности скульпторам, огранщикам драгоценных камней, ювелирам и т. п. Торговля и ремесло были тесно связаны, подчас зависели друг от друга и давали возможность предпринимателям развивать торговые связи и расширять рынки.

Было налажено особое производство бронзовых зеркал. Основные центры этого производства находились в прирейнской Галлии. Зеркала подразделяются современными исследователями на несколько групп. Группа E включает маленькие утолщенные зеркальные диски диаметром от 3,4 до 6,2 см. Эти зеркала отличают особые декоративные украшения, а находят их в прирейнском регионе и Белгике, в частности, в Трире, Кельне и приграничных фортах в саркофагах и вместе с захороненными или кремироваными телами, датируя 2-й пол. III в. н. э.{43} В группы W и X включены зеркальные диски с поперечной ручкой с обратной стороны и диаметром от 5,0 до 28,0 см. Более 40% всего количества зеркал этих групп было найдено в Нижней Германии и вдоль рейнского лимеса. Подобные зеркала часто встречаются изображенными на мозаиках и рельефах. Для примера можно привести рельеф из могилы III в., обнаруженной в Неумагене{44}. Другие находки сделаны в Люксембурге (рельеф), в Августе Раурике (серебряная статуэтка богини Венеры с подобным зеркалом в руке). Зеркала этих групп находят в Нижней Германии и вдоль Рейна, в Кельне, Ниймегене, являвшегося основным центром производства зеркал группы X, и датируют 2-й пол. III в.{45} Зеркала групп W и X, датированные данным периодом, нашли в захоронении на Кипре{46}. Зеркала группы X производились также в Британии и Белгике, в этих же регионах также имеют место находки зеркал в захоронениях и курганах{47}. При этом зеркала групп W и X в процентном соотношении всех групп зеркал составляют более 47 %. Центром производства зеркал группы W являлся Кельн, а группы X — Ниймеген. Однако по своему художественному оформлению многие зеркала группы X близки к зеркалам, производимым в Колонии-Агриппине.

Группа Y представляет собой так называемые зеркала классического типа, первые упоминания о которых мы находим у Плиния в его «Естественной истории» (36,193). Их находят в Ниймегене, Реймсе, Регенсбурге, Аквилее, Кельне, в Британии, Румынии и Египте{48}. Диаметр этих зеркал колеблется от 2,1 до 6,9 см. Центрами производства классических зеркал были Оспринг и Кент в Британии, Ниймеген, важным центром производства был Кельн, а также ряд городов в Северной Франции. По-видимому, существовали мастерские и в дунайских провинциях{49}. Но при этом новым производством III в. н. э. являлись круглые зеркала группы Е.

Таким образом, для ремесленного производства Галлии III в. характерен подъем и укрепление связей с торговлей, образование корпораций, гильдий и мелких товариществ (CIL. XIII, 2029; CIL. XII, 4483; Dessau, 7279, 1921). Связано это с политикой галльских императоров, направленной на изоляцию данных регионов от Рима. Именно это способствовало дальнейшему развитию ремесел.

Примечания

1. Krier J. Die Treverer... S. 55, 95; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 234-235.

2. King A. The decline... P. 67; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 236-237.

3. King A. The decline... P. 67; Наtt J.-J. L`evolution de la ceramique commune gallo-romaine / / REA. 1949. Vol. 51. P. 118.

4. King A. The decline... P. 56; Наtt J.-J. L`evolution de la ceramique... P. 120.

5. Buckley B. The Aeduan area... P. 302.

6. ibid.

7. Thoen H. The third century... P. 245-246; Белова H. H. К истории гончарного ре­месла... C. 11; King A. The decline... P. 56; Hatt J.-J. L`evolution... P. 120; Keay S. J.

The Conventus Tarraconensis... P. 478-479.

8. Белова H. H. К истории гончарного ремесла... С. 11.

9. King A. The decline... P. 58-59; Белова H. Н. К истории... C. 7; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 244.

10. Белова H. Н. К истории... С. 11; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 244.

11. Thoen H. The third century... P. 254.

12. Белова H. H. К истории гончарного ре­месла... С. 7.

13. King A. The decline of samian ware... P. 67; Белова H. H. К истории гончарного ре­месла... С. 8.

14. Thoen H. The third century... P. 256.

15. Keay S. J. The Conventus Tarraconensis... P. 478.

16. Thoen H. The third century... P. 268; Белова H. H. К истории... C . 20.

17. Белова H. H. К истории... C . 20.

18. King A. The decline... P. 67; Белова H. H. К истории... C. 20.

19. King A. The decline... P. 63; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... p. 237.

20. Белова H. H. К истории... C. 6; King A. The decline... P. 67; Hatt J.-J. L`evolution... P. 122.

21. Thoen H. The third century... P. 245; Wightman E. The fate... P. 235.

22. King A. The decline... P. 70-71; Hatt J.-J. L`evolution... P. 122; Porter H. Environmental... P. 358-359.

23. Porter H. Environmental... P. 353-355; Колосовскал Ю. К. Рим и мир племен... C. 177-179.

24. King A. The decline...Р. 73; Колосовскал Ю. К. Рим и мир племен... С. 178-180; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 236-237

25. King A. The decline... P. 73; Hatt J.-J. L`evolution... P. 122-123; Белова H. H. О формиро­вании... C. 103; Белова H. H. К истории... C. 10-11.

26. Dieudonne-Glad N. Latelier sigerurgique gaUo-romain du Latte ä Oulches (Indre) / / Gallia. 2000. Vol. 57. — P. 63-74; Beyrie L., Fabre J.-M., Sablayrolles R. Les hommes de fer du dieu Ageio: exploitation antique du Fer dans les Hautes baronnies (Hautes-Pyrenees) / / Gallia. 2000. Vol.57. P. 37-39; Белова H. H. Рабство... C. 102-103; Buckley В. The Aeduan area... P. 300; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... Р. 163-164; Domeque C., Leroy M. Letat de la recherche sur les mines et les metallurgies en Gaule, de lepoque gauloise au haut Moyen age / / Gallia. 2000. Vol. 57. P. 3-8; Dubois C . Lercoul (Pyrenees ariegeoises): un site siderurgique du III-e siecle de notre ёrе / / Gallia. 2000. VoL 57. P. 53-62.

27. Белова H. H. Рабство... C. 103-104; Leroy M. et al. La siderurgie dans l`est de la Gaule: lorganisation spatiale de la production de L`äge du Fer au haut Moyen äge / / Gallia. 2000. Vol. 57. P. 11-20; MacMullen R. Celtic Renaisance... P. 97; Buckley В. The Aeduan area... P. 300-301; Decombeix P.-M. et al. Reflexion sur lorganisation de la production du fer ä lepoque romain dans le bassin superieur de la Dure, au voisinage des Martys (Aude) / / Gallia. 2000. Vol. 57. P. 23-34; Dieudonne-Glad N. Latelier sigerurgique... P. 68-70, 72-75; Beyrie L., Fabre J.-M., Sablayrolles R. Les hommes... P. 39-42; Domeque C., Leroy M. Letat de la recherche sur les mines... P. 6.

28. Abraham Ph. Les mines dargent antique et medievales du district minier de Kaymar (nordouest de lAveyron) / / Gallia. 2000. Vol. 57. P. 123-127; Daveau I., Goustard V. Un complexe metallurgique et minier du haut Moyen age: le site des Foumeaux ä Vert-Saint-Denis (Seine et Marne) / / Gallia. 2000. Vol. 57. P. 79-97; Gaunet B. Techniques de baisages dans les mines dor gauloises du sud-ouest du Massif central / / ibid. P. 129-146.

29. MacMullen R. Celtic Renaisance... P. 97; Buckley В. The Aeduan area... P. 300; Raepsaet-Charlier M.-Τh., Raepsaet G. Gallia Belgica... P. 163-164.

30. Gallia. 1950. Vol. 8. № 2. P. 146-149; MacMullen R. Celtic Renaisance... P. 98.

31. Grenier A. Economic Survey of Ancient Rome... T. 3. — P. 97; MacMullen R. Celtic Renaisance... P. 98; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 232; Askew G. The horse-type on barbarous radiates / / NC. 1943. Vol. 104; Le Gentilhomme P. La trouvaille de la Vineuse et la circulation monötaire dans la Gaule romaine apres les reformes d`Aurelien / / RN. 1942. № 1. P. 23-102; Giard J.-B. La monnaie locale en Gaule έ la fin du III-e siecle, refllet de vie öconomique / / JS. 1969. Vol. 8. P. 5-34; Lantier R. Recherches archeologique en Gaule en 1953 / / Gallia. 1956. Vol. 24. P. 145.

32. Buckley В. The Aeduan area... P. 301-302.

33. MacMullen R. Celtic Renaisance... P. 99; Deonna W. Phaleres celtiques et gallo-romaines avec decor de tetes humaines / / RA. 1950. P. 35-37, 147-181; Buckley В. The Aeduan area... P. 300, 302.

34. Gallia. 1950. Vol. 8. P. 144-146; MacMullen R. Celtic Renaisance... P. 98; Buckley В. The Aeduan area... P. 301.

35. MacMullen R. Celtic Renaisance... P. 99; Buckley В. The Aeduan area... P. 302.

36. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 232; Buckley В. The Aeduan area... P. 302.

37. Buckley В. The Aeduan area... P. 300.

38. Grenier A. Manuel... Т. II. — P. 957; Gaunet B. Techniques... P. 129-137; Abraham Ph. Les mines d argent antique... P. 123-127.

39. Duval P. M. Notes sur la civilisation gallo-romaine, II: Vulcain et les metiers du metal / / Gallia. 1952. Vol. 10. P. 43-57.

40. Duval P. M. Op. cit. - Vol. 2. P. 45-46.

41. Aep. 1950. №49

42. Белова H. Н. Рабство... С. 103.

43. Lloyd-Morgan G. Roman mirrors and the third century / / Roman West... — Part I. P. 145—146; Buckley В. The Aeduan area... P. 301-302.

44. Lloyd-Morgan G. Roman mirrors... P. 146; Wightman E. M . Gallia Belgica... P. 223-224.

45. Lloyd-Morgan G. Roman mirrors... P. 151.

46. ibid.

47. Lloyd-Morgan G. Roman mirrors... P. 152; Wightman E. M . Gallia Belgica... P. 224.

48. Lloyd-Morgan G. Roman mirrors... P. 1 54.

49. Ibid.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 5. Основные черты финансовой и фискальной политики галльских императоров{1}

Итогом успешной внутренней политики Постума стало оживление торговли и денежного обращения. Именно финансовая деятельность наиболее ярко может показать социально-экономическую и идеологическую политику галльских императоров, а также выявить торговые связи. Развитие искусства в «Галльской империи» может быть рассмотрено на примере иконографии монет.

К середине III в. н. э. система римского монетного дела базировалась на использовании трех основных металлов — золота, серебра и бронзы, а также различных сплавов{2}. Часто использовался сплав меди и цинка — латунь, многие монеты чеканились полностью из латуни. В период кризиса III в. римские императоры уменьшали не только вес и размеры монет, а в целях экономии вместо серебряных монет чеканились монеты из латуни и бронзы, которые покрывалисверху серебром. В результате, римская монетная система оказалась окончательно подорванной. Покупательная способность антониниана «катастрофически упала»{3}. Галлиен особо часто прибегал к порче монеты. Результатом вышесказанного был финансовый кризис, который лишь усугубил социально-экономический кризис в целом.

После гибели Постума практически все официальные монетные дворы сохранили свой статус и чеканили монеты последующих галльских императоров. Сомнения вызывает только Лугдун, монетный двор которого, видимо, прекратил свое функционирование{4}. Продолжал работу монетный двор Августы Треверов и Колонии-Агриппины. Монетный двор Могонтиака (совр. Майнц) начал свою работу в конце правления Постума, но чеканил, по большей части, монеты мятежника Лелиана. Очевидно, этот монетный двор не был особо большим и может быть отнесен к разряду второстепенных временных монетных дворов{5}. С возвращением Северной Италии под власть римских императоров была утрачена связь и с монетным двором Медиолана.

Помимо этого, монеты галльских императоров чеканились на неустановленных временных монетных дворах Тарраконы в Испании, где находились золотые, серебряные и медные рудники{6}, возможно, в Валенции{7}, а также в Галлии{8}, один из которых был расположен, по-видимому, во Вьенне и в Британии{9}. Выдвигается справедливое предположение, основанное на археологических изысканиях, о функционировании в этот период монетных дворов в гг. Кам и Арль{10}.

Ряд монетных дворов появлялся и прекращал свое существование не один раз. Особо популярными такие временные монетные дворы были у последующих галльских императоров — Мария, Викторина и Тетриков. Современные исследователи выдвигают предположение о существовании двух различных монетных зон: одна охватывает Испанию и Южную Галлию, а другая включает в себя Центральную и Северную Галлии, обе Германии и Британию{11}. При этом монетные эмиссии Постума охватывают обе зоны{12}. Монеты галльских императоров находят и на территории Северной Британии и Шотландии{13}, а также Португалии{14}.

С середины III в. внешняя торговля осуществлялась практически только по морю, внутренняя — по рекам и сухопутным дорогам, не могла обеспечить потребности в товарах. Об этом свидетельствует распространение монетных кладов в Европе{15}. Однако последующая политическая нестабильность внутри «Галльской империи» привела к достаточно разрушительным последствиям, отбросив развитие региона на целое десятилетие назад{16}.

Некоторые города играли особую роль в монетном обращении. К таким городам относятся, прежде всего, те, в которых размещались основные монетные дворы галльских императоров. Кроме того, к ним относятся и города, имевшие временные или небольшие монетные мастерские. Их определить достаточно сложно. Они довольно хаотично открывались и закрывались. Сведения о них и штампы на монетах отсутствуют.

Финансовая политика «Галльской империи» начала затухать после смерти Постума. Постепенно уменьшается содержание количества драгоценных металлов в монетах, уменьшаются и становятся нерегулярными выпуски бронзовых монет{17}. И, хотя основные монетные дворы продолжают свою работу, значительная часть монет галльских императоров чеканится на временных монетных дворах{18}.

Эмиссии Викторина зависели от монетных дворов Могонтиака, Колонии-Агриппины{19}, а также от монетного двора Лугдуна, стиль и атрибуты которого явно прослеживается на некоторых монетах галльского императора{20}. Существует также клеймо, впервые появившееся у Постума, а затем встречающееся на монетах Викторина и Тетрика Y / *. У Викторина — V/ Р. Предполагается, что это все-таки не имя императора, а первая буква города, к примеру, Виенна (Viennae) или Валенция (Valence), которые располагались к югу от Лугдуна. Некоторые исследователи отстаивают точку зрения{21}, что монету били именно во Виенне, которая была под властью «Галльской империи» весь период ее существования.

Многие из монет Тетрика и его сына, по всей видимости, отчеканенных на одном из временных монетных дворов, соответствуют по стилю монетам Викторина из не идентифицированного южного монетного двора{22}, так что вполне можно предположить, что этот двор, скорее всего располагавшийся в г. Виенна, продолжал свое функционирование. Относительно небольшое количество монет отчеканено в Колонии-Агриппине. Некоторые из золотых монет имитируют монеты Галлиена.

Особой разницы в иконографии монет Постума, Викторина и Тетрика проследить нельзя. Последний галльский император в монетных легендах, также как Постум и Викторин, уделяет немало внимания войску: Concordia equit(um), Fides milit(um), Invictus, Mars Victor, Victoria Aug(usta). На монетах сам Тетрик изображался не только как сенатор в тоге, но и как воин в боевом снаряжении{23}. Постум же в монетных легендах широко использовал «гражданские» мотивы — мир, счастье, изобилие, благочестие, милосердие и т. п. Монеты «варварского» типа находят у всех галльских императоров, что может свидетельствовать о функционировании временных монетных мастерских весь период существования «Галльской империи». Первый галльский император никогда не прибегал к порче монеты, чего не скажешь о его преемниках{24}. Монеты видоизменяются: их диаметр и вес уменьшается{25}. После Постума ни один из его последователей не привнес ничего нового в стилистику иконографии монет.

Фискальная система галльских императоров также требует некоторого рассмотрения. Предположительно, система управления государством была в точности скопирована Постумом с Римской империи и, соответственно, фискальные органы, необходимые для нормального функционирования государства, копировали подобные в Римской державе{26}.

Уполномоченные{27}ПредставительствоВиды налогов
Praetorian prefectureVicariusIndiction Customs dues
Sacrae largitiones (res summa)RationalesAurum coronarium

Aurum oblaticium

Collatio lustralis (chrysargyron)

Res privataMagistri (rationales later)Rents

Интересно, что доказательством этого, возможно, единственным могут служить найденные в Галлии в начале 80-х гг. XX в. рельефные изображения сбора налогов в денежном эквиваленте и натуральными продуктами{28}. Дж. Дринкуотер выдвигает предположение, что, администрацией «Галльской империи» было предусмотрен как сбор налогов в денежном эквиваленте, так и выделение ссуд (?) или неких денежных сумм (налоговые льготы) для торговли или развития отдельных направлений «индустрии»{29}.

Денежная реформа, проведенная римским императором Аврелианом, должна была изменить положение в Римской империи и способствовать прекращению хождения монет галльских императоров, особенно, на территории Британии и Галлии{30}. Однако даже реформа не могла уничтожить имитации монет, которые чеканились в значительном количестве. Копии монет составляли проблему для галльских императоров, особенно, для Постума и Тетрика. Современные исследователи выдвигают гипотезу, что подобные монеты могли производиться в Британии или Северной Галлии. Менее вероятно, по их мнению, что такие монеты могли быть отчеканены в других частях западных провинций Римской империи{31}. Направление исследований могут сбить современные подделки монет того времени.

Малоизученным является вопрос имитации монет. Согласно имеющимся материалам, имитировались обычно монеты, имевшие более широкий ареал хождения, а также пользующиеся особым спросом. Зачастую такие имитации намного хуже по качеству исполнения, но встречаются и экземпляры весьма хорошей работы{32}. Интересно, что из монет Постума имитировались не только золотые, но и бронзовые монеты{33}.

Циркуляция монет во 2-й пол. III в. носила, по большей части, региональный характер. Монеты галльских императоров имели хождение в Трех Галлиях, Британии, Верхней и Нижней Германиях, Испании и по обе стороны рейнской границы{34}. Больше всего монет Мария и Викторина было найдено на территории Франции (69 к нач. 90-х), 5 — на территориях Бельгии и Люксембурга, 13 — в Великобритании, 10 — на территориях бывших германских провинций, 60 в Швейцарии и только одна в Испании{35}. При этом количество находок монет Постума подчас превышает находки монет его преемников.

Если рассматривать конкретные центры циркуляции монет, то ими являлись крупные города. Основными районами циркуляции монет галльских императоров в Британии являлись юг и север, а основными городами — Киренчестер, Честер, Лондон и Веруламий{36}. Если сравнивать в процентном соотношении, то монеты Римского государства составляли здесь между 20 % и 30 %, а монеты «Галльской империи» — между 30 % и 40 %, т. е. их количество было значительно больше, а соответственно, в жизни этого региона монеты «Галльской империи» имели наибольшее значение{37}. При этом даже в правление Караузия и Аллекты процентное соотношение их монет с монетами Римской империи было не в пользу последней. Однако, если сравнивать соотношение монет галльских императоров, Караузия и Аллекты, то процент монет «Галльской империи» выше. В Британии очень незначительный процент имитаций.

Иное дело в Галлии. Предполагаемыми центрами чеканки имитаций монет были Верден, Плугерно, Отен{38}. Современные исследователи выдвигают теорию, на основе изучения циркуляции монет и археологических находок, что основная часть имитаций чеканилась именно в Северной Галлии{39}. Возможно, этому способствовала близость границы. Имитировались монеты, как галльских императоров, так и императоров Римской империи. Однако в процентном соотношении монет «Галльской империи» здесь было много больше, чем монет Римского государства, а имитаций наоборот{40}. Причин такому положению может быть много, и, прежде всего, финансовая политика галльских императоров, которая предусматривала контроль за стабильностью монеты. Для этого периодически проводилось выборочное изъятие монет из ежедневного обращения с целью проверки{41}. Интересно, что в южной Галлии в обращении достаточно высокий процент имели монеты Римской империи (от 40 % в большинстве городов, и более 60 % в девяти городах){42}.

Существование большого количества имитаций монет в городах Галлии могло быть из-за недостатка подлинных монет в ареале, отсутствия постоянства в качестве монет «Галльской империи» и Рима, увеличения количества банд, которые имитировали монеты, а также из-за плохо отлаженного аппарата финансовой администрации галльских императоров и Римской империи{43}. Интересно, что подчас имитировались особые монеты, к примеру, консекрационные монеты Клавдия Готского. Это, как и имитация монет Тетриков, характерная примета периода с 270 по 274 гг.{44}. Возможно, что основная масса производства монет-имитаций в Северной и Западной Галлии падает на 270-280-е гг.{45}. Однако известно, что примерно до этого периода в течение 20-ти лет в Северной Галлии вообще не чеканилось новых монет{46}. В 70-е годы III в. после падения «Галльской империи» на уже подконтрольной Риму территории, правда, в небольшом количестве, но производились монеты-имитации. Много имитаций монет Тетрика производилось в Реннах. Современные исследователи считают, что основной монетный двор к тому времени почти перестал работать, но зато множество мелких мастерских стали имитировать монеты{47}. Только на территории племени осисмов таких мастерских было 26, у ридонов — 11 и т. д.; в юго-западной Британии мастерских, имитировавших монеты, было около шести{48}.

Имитации монет галльских императоров использовались, в основном, по обеим сторонам рейнской границы, в Британии и Северной Галлии; гораздо меньше монет-имитаций использовалось в обращении в Центральной, Восточной и Южной Галлии и Испании; и достаточно редко имитации циркулировали в Италии и в ареале Альп{49}. Можно предположить, таким образом, что локальная циркуляция способствовала и стимулировала в какой-то мере производство фальшивых монет.

После смерти Постума ситуация в монетном обращении постепенно меняется. Так в Восточной, Центральной Галлии и прирейнском ареале около 50 % монет, находящихся в обращении, принадлежали Римской империи и датируются 70-ми гг. III в.; в обеих Германиях и на рейнской границе больше были распространены монеты галльских императоров, и гораздо меньше — Римской империи{50}. В этом ареале достаточно широк процентный разброс имитаций монет: в некоторых городах он составляет 1 %, в других достигает 20% и более{51}. В прирейнском регионе нет находок монет Караузия и Аллекты.

Особо можно выделить район Испании и ареал Альп{52}. Количество монет «Галльской империи» здесь составляет от 20 % до 60 %. Подобное процентное соотношение наблюдается и в циркуляции монет Римской империи{53}. Имитированные монеты практически отсутствуют. Монеты «Галльской империи» имели хождение и в Италии, где они составляют около 10-15 % %{54}.

Все вышесказанное позволяет сделать некоторые выводы. Во-первых, в «Галльской империи» монеты галльских императоров и Римского государства имели равное хождение и равное по своей финансовой ценности значение. Во-вторых, регион Южной Галлии резко контрастирует с остальными регионами, входившими в состав «Галльской империи». Это проявляется и в политическом положении (нейтралитет по отношению к галльским императорам, многие члены римского Сената были родом из Аквитании), в монетном обращении (больший процент монет Римской империи), романизации, которая здесь была особо сильна. Необходимо учитывать, что приведенные выше цифры и выводы не окончательные, поскольку археологические изыскания продолжаются, ежегодно значительно пополняя данные, а подчас и изменяя их коренным образом.

После смерти Постума фискальные мероприятия были практически свернуты. Начался постепенный упадок и последовавшее затем крушение финансовой системы «Галльской империи», что привело в нач. 70-х гг. III в. н. э. к экономическому упадку внутри этого государства.

Примечания

1. Куликова Ю.В. Финансовая и фискальная политика галльских императоров / / Проблемы истории, филологии и культуры (Магнитогорск). 2008. Т. 21. С. 289-310.

2. Reece R. Coinage and currency... P. 79; Archibald М. М., Cowell M. R. Metallurgy in Numismatics. L., 1993. P. 12-13, 91-93; King A. The decline... P. 55-57; Reece R. Coinage and currency in the third century / / The Roman West... — Part I. P. 79-88.

3. Абрамзон М.Г. Ук. соч. C. 56.

4. Webb P. Op. cit. P. 384-385, 388-400; Galliou P. Western Gaul... P. 269-271.

5. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 143-144; Bischop D. Fündort Magazin... S. 11-13; Bland R. The Chalfont Hoard and other coin Hoards...T. 9. P. 35-37, 39-41, 44-47, 49-52; Schulzki H.-J. Die Antoninianprägung der Gallischen Kaiser.... S. 17-21, 23-26, 29; Tresors monetaires. 1992. Vol. 13: recherches... P. 24-27, 29, 31-33, 36, 42, 46, 59, 61, 63; Reuter M. Germanische Siedler... S. 204-208; Reece R. Coins as minted... P. 57-62; Kaenel H.- H. von et al. Der Münzhort... S. 59-64.

6. Циркин Ю. Ук. соч. С. 7; Chaves Т. F. Consideraciones sobre los tezorillos de monedas de bronce en Hispania. Republica e inicios dei Imperio Romano, II / / ActaNum. 1992. № 21—22—23. P. 267-284; Curchin L. A. Roman Gold Coins from Center Spain / / The Picus. 1994. 1. P. 60-64.

7. Lafaurie J. Op. Cit. P. 998-1000; Chaves T. F. Consideraciones... P. 276-279; Curchin L. A. Roman Gold... Р. 62-63.

8. Galliou P. Western Gaul... P. 270; Lafaurie J. Op. cit. P. 885; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 195-196.

9. Lafaurie J. Op. Cit. P. 1003; Webster Gr. The History and Archaeology... P. 345; Reece R. Roman coins from 140 sites in Britain. Dorset, 1991. P 88-90.

10. Chawfoad M. Finance, Coinage and Money from the Severans to Constantin / / ANRW. 1975. Bd. II/2. P. 587; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 137; Bastien P. Op. cit. P. 46.

11. Robertson A. S. The Romans in the North Britain: The Coin Evidence / / ANRW 1975. Bd. II/3. P. 375-376; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 196; Doyen J.-M. Un tresor de bronzes du Haut-Empire Roman decouvert dans le Hainaut beige (Gyvry 2) / / Amphora. 1993. Vol. 70. P. 26-33; Doyen J.-M. Les tresor de chimay et de Dailly III (Hainaut): Sesterces du HautEmpire / / CENB. 1994. Vol. 31. № 3. P. 56-60; D oyen J.-M. Tresor monetaires du Haut Empire

ä Matagne-la-Grande (Namur, Belgique) / / CENB. 1995. Vol. 32. — P. 14-15; Coins Hoards 2000: Prepared under the auspices o f the International Numismatic Comission. Ancient Hoards. Britain / / NC. 2000. Vol. 160. P. 309-322.

12. Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 214 Garson R. A. G. Gare (Cornwall) Find... P. 182—185; Reece R. Roman coinage in Britain... P. 227-231; 239-245; Curnow P. Roman Coins from Wint Hill... P. 228-233; Merrifield R. A Roman Coin... P. 199-206; Reece R. Roman coinage in Northern Italy... P. 168-177; Bastien P. Le monnayage... P. 95-100; Galliou P. Western Gaul... P. 271-272; Webster Gr. The History... P. 345-346; Chiaravalle М. Il ripostiglio di Castelporziano (Roma). Ripostigli monetali in Italia. Milan, 1992; Coins Hoards 1999. Ancient Hoards. Britain. Gallo-Belgica //NC. 1996. Vol. 156. — P. 282-329; Coins Hoards 1998. Ancient Hoards. Gallo-Belgica / / NC. 1998. 158. P. 291 -342; Coins Hoards 1999. Ancient Hoards. Britain. Gallo-Belgica / / NC. 1999. Vol. 159. P. 290-348; Coins Hoards 2000: Prepared under the auspices of the International Numismatic Comission. Ancient Hoards. Britain / / NC. 2000. Vol. 160. P. 309-322.

13. Монеты Постума — в Kirkcardy, Fife, Hadrians Wall, Great Chesters; Викторина — Troon Ayrs, Lochmaddy, North Vist; Тетриков — Minnigaff, Kircudbrights, Whithorn, Hadrians Wall, Great Chesters, Wigtowns. — Robertson A. S. The Romans... P. 389-390.

14. Centeno R. M. S. A Nummijmatice Antigai. Um Balanco da inνestigaςaο en Portugal. [Antient Numismatic: A Balans of research in Portugal] / / ActaNum. 1992. № 2 1-22-23 . P. 63-76; ActaNum. 1993. № 21-22-23. P. 63-75.

15. Laser R. Zur Einfuhr und Verbreitung römischer Münzen bei den Stämmen des freien Germaniens und zur Möglichkeit ihrer wirtschaftlichen Aussage / / Roemer und Germanen in Mitteleuropa. B., 1976. — S. 65.

16. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 164-167; König I. Die Gallischen... S. 59-61; Webster Gr. The History and Archaeology ... P. 346-348; Galliou P. Western Gaul... P. 271-274.

17. König I. Die Gallischen... S. 171; Lafaurie J. La chronologie... P. 1011; Blanchet A. Manuel... - Vol. 1. P. 125; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 211-212; Webb P. Op. cit. P. 323, 399.

18. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 144; 146; Webb P. Op. cit. P. 3 28,398-399.

19. Монетный двор, обнаруженный в Coupvray, прекратил свою работу в 273 г. или ранее, поскольку монет Тетриков он не чеканил: см. Foucray В. Le tresor de deniers et d antoniniens de la Grosse Haie a Souzy-la-Briche (Essonne) / / TMon. 1995. Vol. 15. — P. 35-70; Другой монетный двор, был найден в 1988 г. на территории civitas Parisiorum и работал только до 270 г. — см.: Hollard D. Le tresor dantoniniens des environs de Limours (Essonne) / / TMon. 1995. Vol. 15. — P. 115-135; Webb P. Op. Cit. P. 379-380; Foucray B. Le tresor dantoniniens de Coupvray (Seine- et Marne): Un nouveau de terminus mixte Victorin / Aurelien / / TMon. 1995. Vol. 15. P. 137-150; Vin J. P. A., van der. Vondsten op net Kops Plateau te Nijmegen / / Beeldemaar. 1991. Vol. 15. S. 317-322.

20. В Лионе была найдена одна из нерегулярных монетных мастерских, которая продолжала свою работа в течении правления всех галльских императоров до 284 г. Estiot S. Le tresor de Saint-Maurice-de-Gourdans (Ain): une tirelire du III siecle de notre ere / / BSFN. 1996. Vol. 6. P. 124-127.

21. Mowat R. Les ateliers... P. 134.

22. Lallemand J. Les tresor 17 et 18 de Toumai. Antoniniens de Victorin et des Tetricus / / Musees royauxdart d'histoire. Monographie darcheologie nationale. 7. Bruxelles, 1992; Reece R. Coins as minted and coins found / / ActaNum. 1992. № 21-22-23. P. 57-62.

23. Thys М. Un tres гаге denier de Tetricus I decouverte pres de Barcelone / / CENB. 1993. Vol. 30, N. 1. P. 15-16; Gilliam H. Laetitia Augg in retrograder Antoninian des Tetricus I / / MÖNG. 1990. Vol. 30. S. 80-81; Gilliam H. Tetricus pater et filius im Tresor d’Evreux / / MÖNG. 1988. Vol. 28. P. 26-28. Bastien P. Le Büste Monetaire des Empereurs Romain: Vol 1-3. Wetteren, 1992-1994. — Vol. 3. P. 20-25.

24. Webb P. Op cit P. 388-400; Lafaurie J. Op. cit. P. 856-867, 898-901; Galliou P. Western Gaul... P. 269-271.

25. Lafaurie J. La chronologie... P. 1009-1010; Blanchet A. Manuel...— Vol. 1. P. 126-127; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 155-156; Webb P. Op. cit P. 322-323; 399.

26. Chawfoad M. Finance... P. 587-588; Drinkwater J. F. Money-rents and food-renders in Gallic funerary reliefs / / The Roman West... — Part I. P. 215.

27. Таблица приводится по изданию: Chawfoad М. Finance... Р. 587 — без изменений.

28. Drinkwater J. F. Money-rents... P. 215-216.

29. Ibid. P. 216.

30. King C. E. The circulation of coin in the western provinces A. D. 260-295 / / The Roman West... — Part I. P. 89; Webb P. Op. Cit. P. 379-380; Amandry M. et al. Le tresor dantoniniens de Communaux d`Aresieux a Villette-d`Anthon (Isere) / / BSFN. 1996. Vol. 6. P. 117 -123.

31. King C. E. The circulation... P. 90; Bastien P. Le monnayage... P. 219-220; Webster Gr. The History... P. 346-347.

32. Речь идет не о современных подделках. Bastien P. Op. cit Р. 219-220; Lafaurie J. Op. Cit. P. 1010.

33. Bastien P. Le monnayage... P. 219; Gricourt D. Les incursions... P. 1 -3; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 197.

34. King C. E. The circulation... P. 90; Webster Gr. The History and Archaeology... P. 346; Keay S. The Conventus Tarraconensis... P. 464-465; Lallemand J. Les monnaies. Braives Gallo-Romain, IV La zone Centre-Ouest / / Ed.: Brulet R. Publications d’Histoire de l`Art et d`Archeologie de l’Universite Catholique de Louvain. 1990 (1992). № 77. P. 53-57; Lallemand J. Monnaies de sites et tresors. Döcouvertes recentes en Wallenie / / Dossier de la Commission royale des Monuments. Sites et Fouilles. 1993. № 1. P. 121-124; Lallemand J. Les monnaies G. Faider-Feytmans, ed. Fouilles du Musee royal de Mariemont 1955-1984. Le site gallo-romain des Castellains e Fontaine-Valmont / / Monographies du Musee royal de Mariemont 1995. № 7. P. 143-147; Lallemand J. La penetration des monnaies de la I-er moitie du III-e siecle dans

quenques vici du nord de la Gaule / / NAC. 1990. № 19. P. 241 -250.

35. Ha 2002 г. количество найденных монет значительно увеличилось. Так только в районе Нор­фолка в 1996-1997 гг. было обнаружено 468 монет Викторина, 460 - Тетриков, 2 - Лелиана, 4 - Мария, 118 - Постума. В 1998-1999 гг. в Сомерсете было обнаружено 563 монеты Тет­риков, 197 - Викторина, 13 - Постума и по одной Мария и Леллиана. В Сюррее - 65 монет Постума и 1 - Викторина. Были найдены довольно большие клады в Испании и Португа­лии, содержащие монеты галльских императоров. Reece R. Roman coins in the Northern France and the Rhine Valley / / NC. 1972. Ser.7. P. 159-165. Tabi. II; Callu J. P. La politique monetaire... P. 273; Mowat R. Les ateliers... P. 151 -152; MacaLuso R. I «radiati barbari» e la circolazione monetaria in Tripolitania nel. IV sec. / / Quademi di Archeologia della Libya. 1992.

№ 15. P. 327-332; Menteiro C. et al. Resouro Monetario Tardo-Romano de Fermentöes (Guimaräes). [Hoard o f Late Roman coins found in Fermentöes (council of Guimaraes)] / / Nummus. 1992/1992. № 14/15. P. 95-117.

36. King C. E. The circulation... P. 90; Webster Gr. The History and Archaeology.. P. 345-346; Strickland T. J. Third century’ Chester... P. 424-425; Sheldon H. London... P. 364-365; Jones R. F. J. Change on the Frontier... P. 394-395; Frere S. S. Verulamium... P. 390-391.

37. King C. E. The circulation... P. 92.

38. Wightman E. M. Gallia... P. 197; King C. E. The circulation... P. 93-94; Buckley B. The Aeduan area... P. 296; Brulet R. Le necropole du Bas-Empire romain de la rue perdue a Tournai (Fouilles 1989). Louvain-la-Neuve, 1996; Brunet C., Estiot S. Le double tresor dantoniniens de Sillingy / / Etudes Savoisiennes. 1994 (1996). № 3. P. 107-166.

39. King C. E. The circulation... P. 93; Giard J. La monnaie...P. 24; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 197.

40. King C. E. The circulation... P. 93; Lafaurie J. La chronologie... P. 856-858; Bastien P. Le monnayage... P. 96-105; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 197.

41. King C. E. The circulation... P. 9 3.

42. Bastien P. Le monnayage... P. 217-218; King C. E. The circulation... P. 94.

43. King C. E. The circulation... P. 93.

44. Doyen J.-M. Une imitation de Tetricus II decouverte au Nepal / / CENB. 1993. Vol. 30, № 1. P. 16-18. Rocour M. Les monnaies de tombes de St Victor / / Bulletin du Cercle Archeologique Hesbaye-Condroz (La Necropole de Saint-Victor ä Huy, Vienne). 1989-1990. Vol. 21. P. 181—182.

45. Galliou P. Western Gaul... P. 273; King C. E. The circulation... P. 94; Buckley B. The Aeduan area... P.296.

46. King C. E. The circulation... P. 94; Lafaurie J. La chronologie... P. 853-854; Bastien P. Le monnayage... P. 13-15.

47. Galliou P. Western Gaul... P. 273; Lafaurie J. La chronologie... p.885-886; Bastien P. Le monnayage... P. 217-219; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 197.

48. Frere S. S. Brittania... P. 188; Galliou P. Western Gaul... P. 273.

49. King C. E. The circulation... Р. 96; Reece R. Roman Coinage in Northern Italy... tabl. IV; Keay S. The Conventus Tarraconensis... P. 464-465; Buckley B. The Aeduan area... P. 295-296; Robertson A. S. The Romans... P. 385-387; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 197.

50. King C. E. The circulation... P. 95; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 196.

51. King C. E. ibid.

52. Keay S. The Conventus... P. 465; Wightman E. M. Gallia Belgica... P. 197-198; Prieur J. L’histoire... P. 640.

53. King C. E. The circulation... P. 96.

54. King C. E. The circulation... P. 96; Lafaurie J. La chronologie... P. 884-886; Bastien P. Le monnayage... P. 96-105.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 6. Религиозная политика галльских императоров

Не только монеты рисуют нам круг почитаемых в регионе божеств. Эпиграфические данные упоминают почитание Геракла{1}, Меркурия{2}, Фортуны{3}, Апполона{4}, Юпитера{5}, Митры{6}. Много надписей Испании, Галлии и Британии посвящено племенным богам{7}.

Культурное развитие регионов, входивших в состав «Галльской империи», отмечается подъемом в правление Постума и постепенным упадком в правление последующих галльских императоров. Кризис этого времени нашел отражение в области религии. Для 2-й половины III в. характерно, с одной стороны, разочарование в старых богах и почитание «пришлых» богов в надежде на улучшение жизни, а с другой стороны — перенесение черт одних богов на «своих» старых, которые были более знакомы и понятны, чем, к примеру, восточные божества. Третья черта — многоверие в той же надежде на улучшение жизни.

В Галлии и Британии среди простого народа возникает понимание того, что старые боги разгневались. Именно в этот период характерно возвращение к традиционным кельтским верованиям. Почитание Эпоны, Сильвана отмечено эпиграфическими данными. Однако нам ничего не известно в середине III в. о жрецах этой веры — друидах. Подчас «традиционные» кельтские боги приобретают новые черты, германских или восточных божеств{8}. Так богиня Эпона почиталась в этот период наряду с богиней Кибелой, а подчас в этих богинях смешивались черты друг друга{9}. Аполлон признается уже как кельтское божество, называясь Apollo Grannus{10}. Римское божество Юпитер получает черты египетского божества, а также второе имя — Юпитер Амон{11}.

Однако о полном возврате к старой религии не могли идти и речи, потому что кельтские божества уже давно приобрели черты подобных им римских божеств, и наоборот, а подчас под привычным именем и образом, скажем, Меркурия, скрывалось типичное кельтское божество{12}. Это характерно именно для Марса и Меркурия.

Нельзя сказать, что некоторые из восточных божеств были «новыми». Так Серапис получает распространение в Британии еще при Септимии Севере, а культ Митры давно популярен в среде военных{13}.

В Испании культ Митры был распространен в западной части Тарраконской Испании и частично в Лузитании, т. е. там, где в III в. дислоцировались войска или хотя бы отдельные военные части{14}. При этом трудно сказать, насколько глубоко культ Митры проник в среду гражданского населения. Думается, что сложные религиозно-философские системы в народе и среде военных распространялись слабо, или принимали формы примитивной магии и веры в демонов. Только культ «спасителя» Митры, ясно дававший ответ на вопрос о происхождении зла и избавлении от него, а также христианство находили здесь во 2-й половине III в. все больше сторонников{15}. Статуэтки Митры находят в разных частях Галлии, например, в долине Соны и Луары{16}. Интересны находки статуэток Митры, сделанных неместным мастером, а также сделанный в эллинистическом стиле старый экземпляр Mithras taurochtonos, обна-руженный в Этранах{17}.

В армии и связанных с нею кругах также все еще процветал культ Юпитера — бога римской мощи и славы, который являлся покровителем cohors I Dacorum, дислоцировавшейся в Британии и присягнувшей Постуму.

Римские боги приобретают черты старых кельтских божеств, становясь покровителями местности, городов или ремесленных специализаций. Аполлон, например, являлся покровителем Отена (Pan. Lat., 298-310; Acta Sanctorum, IV, Aug., 22. P. 496-497), наряду с Дианой, ассоциирующейся с Кибелой (Acta Sanctorum, IV, Aug., 22. P. 496-497). Существовали два кельтских храма, в которых почитался Аполлон и Юпитер (Pan. Lat., 298, 9, 2-3){18}. Юпитер был покровителем города Могонтиака{19}.

Среди аристократии западных провинций крепнет культ Антонинов, но не реальных, исторических Антонинов, а идеальных правителей, которые еще явятся и устроят мир без солдат, без «варваров», без «тиранов» и передадут всю власть сенату{20}. В связи с этим интересна монета Постума, посвященная Антонину Пию{21}.

Особое место среди почитаемых божеств занимал Геракл. Судя по монетным изображениям и легендам, в «Галльской империи» больше почитался Геракл-труженик{22}, а не аристократический Геракл, укротитель «черни».

В среде муниципальных верхов и связанной с ними городской интеллигенции идеологический кризис чувствовался острее всего. Большое значение получают здесь христианские и нехристианские гностические системы, созданные главным образом уроженцами Сирии и Египта, где развиваются новые религиозно-философские школы.

Указанный период характеризуется кризисом в религиозной сфере, что связано с утратой веры в римских богов. Этим может объясняться как возвращение к традиционным кельтским верованиям, так и появление восточных культов и распространение христианства, мотивы которого также заметны в искусстве{23}.

При всем различии религиозных систем их объединяла крайне пессимистическая оценка мира и человечества. Общая неудовлетворенность действительностью приводила к заключению, что зло неизбежно присуще материальному миру, греховному и испорченному. Ни улучшить, ни перестроить его нельзя, он обречен на гибель.

Среди всех этих пессимистических систем наиболее жизнеспособным и крепнущим остается христианство. В III в. н. э. христианская идеология теряет свою былую оппозиционность к правительству. Складывается общая церковная организация для всей империи, церковная иерархия все более приобретает монархические черты. Одной из возможных причин распространения христианства стало, по мнению Е. М. Штаерман, обострение отношений «центра» с провинциями{24}. События 2-й пол. III в. приводит к тому, что христианство становится жизнеспособной и преуспевающей формой провинциальной оппозиции{25}. Примечательно, что именно официальные власти в провинциях настаивали на гонениях христиан (Cyprian. Ер, 65), видя в них, угрозу. Префекты, по словам Киприана, требовали наказания для всякого христианина и конфискации его имущества (Cyprian. Ер., 65). Валериан продолжал подобную политику. Эдикт Валериана, который дошел до нас в переписке Киприана, направлен почти исключительно против глав христианских общин, а также против знатных и влиятельных лиц, исповедовавших христианство (Cyprian. Ер., 66). Галлиен превозносится Евсевием за дарование мира христианам (Euseb., VII. 11), хотя в принципе, император Галлиен, по мнению ряда исследователей, столь же равнодушно относился к потере провинций, как и к распространению какой-либо религии{26}.

Трудно сказать, сколько было христиан в регионах, составлявших «Галльскую империю». Общины христиан стали распространяться к концу III в., и их было очень мало (Отен){27}. На территории Испании в середине III в. засвидетельствовано наличие христиан в гг. Астурике, Цезаравгусте, Эмерите, а также в легионе VII Gemina{28}, часть которого была передислоцирована по приказу Постума в Лугдун.

По археологическим данным и письменным источникам, на территории «Галльской империи» характерны были захоронения, как по языческому, так и по христианскому обрядам{29}. Сосуществование язычества и христианства проявлялось во многих областях духовной и культурной жизни региона. Так первый епископ Испании Марциал, по свидетельству Киприана, являлся членом языческой коллегии, активно участвовал в ее деятельности и хоронил своих сыновей на ее кладбище (Cyprian.

Ер., 67). Этот факт вызывал возмущение карфагенского епископа, но христиан Астурии и других общин, видимо, не шокировало. Коллегии, посвященные различным богам и культам, особенно распространяются в этот период и особо притягивали различные слои населения — отпущенников, возниц, актеров и т. п.{30}. Поэтому для 2-й половины III в. характерной чертой является тесное сосуществование различных религиозных культов и верований, в том числе и христианства.

Примечания

1. Комплекс посвятительных надписей на алтарях из Глана и Галлии — Аёр. 1954. № 101 -103. Gros Р. Hercule a Glanum / / Gallia. 1996. Bd. 52. P. 311-331.

2. Посвящения Меркурию особой популярностью пользовались в Могонтиаке. — Аёр. 1951. № 136; 1953. № 42; 1954. № 91, 154; 1955. №№ 110, 143.

3. Аёр. 1954. № 145; 1950. № 233.

4. В частности, три надписи, посвященных Апполону были сделаны галльским купцом, торгую­щим с Британией. — Аёр. 1953. № 269.

5. Аёр. 1950. № 27, 140, 231; 1952. № 196.

6. Известно, что это восточное божество получает особое распространение в среде воен­ных. — Аёр. 1950. № 199; 1953, № 2.

7. Аёр. 1949. № 93 (богиня-мать), 94,95,101; 1950. № 22-24, 28, 213, 219-220, 222-225; 1952. № 84 и 86 (богиня-мать), 130; 1953. № 99 (посвящение малоизвестному германскому божест­ву Usneihae), 260-261; 1954. № 92.94, 95, 96, 107 (Сильван с молотом), 130; 1955, № 30, 234; Deman A. Germania Inferior et Gallia Belgica. Etat actuel de la documentation έpigгaphique / / ANRW. 1975. Bd. II / 4. P 300-319.

8. Decker Κ.-V., Selzer W. Mogontiacum: Mainy von der Zeit des Augustus bis zum Ende der Römischen Herrschaft / / ANRW 1977. Bd. II /5 .1. S. 519.

9. Birley E. The Deiies o f Roman Britain / / ANRW 1986. Bd.II / 18. № 1. P. 45-46,75; Turcan R. Les religions orientales en Gaule Narbonnaise et dans la Vallee du Rhöne / / ANRW. 1986. Bd.II/18. № 1. P. 482.

10. Birley E. The Deiies... P. 45.

11. ibid., P. 83-84; Hatt J.-J. Essai sur Involution de la religion gauloise / / REA. 1965. Bd. 67. P. 80-125; Hatt J.-J. Les deux sources de la religion gauloise et la politique religieuse des empereurs romainsen Gaule//ANRW. 1986. Bd.II / 18.№ l.P.410-442; Bauchhenss G., Noelke P. Die Jupitersäuden in den germanischen Provinzen. Cologne-Bonn, 1981. S. 73-75, 98-100.

12. Decker Κ.-V., Selzer W. Mogontiacum... S. 478-485; Buckley В. The Aeduan area... P. 306-307.

13. Birley E. The Deiies... P. 83; Циркин Ю. Ук. соч. P. 273; Turcan R. Les religions orientales....Р. 480; Blazques J. М. La crisis del siglo III-en Hispania у Mauretania Tingitana / / Hispania. 1968. Bd.28. P. 5-37; BenDalaG. M. Die orientalischen religionen Hispaniens in vorrömischen und Römischen Zeit / / ANRW 1986. Bd.II / 18. № 1. S. 377.

14. Циркин Ю. Ук. соч. C. 273; Mangas J. Die Römische Religion in Hispanien Wahrend der Prinzipatszeit / / ANRW 1986. Bd. II /18. № 1. S. 300-309; Helgeland J. Roman Army Religion//A N R W 1978. Bd. II /16. №2. P. 1476.

15. Buckley В. The Aeduan area... P 306-307.

16. Gallia. 1 9 6 4 . Bd.2 2 . P. 422-423; Buckley В. The Aeduan area... P. 308.

17. Buckley В. The Aeduan area... P. 306.

18. Grenier A. Manuel... — Vol. III. P 239-240.

19. Decker Κ.-V., Selzer W. Mogontiacum... S. 478; Bauchhenss G., Noelke P. D ie Jupitersäuden.... S. 76-77.

20. Всемирная история, I. С. 745-746.

21. Witte de J. № 147.

22. Там же. С. 746; Gros Р. Hercule... Р. 321; Birley E. The Deiies... P. 75.

23. Buckley В. The Aeduan area... P. 307.

24. Штаерман E. М. Гонения на христиан в III в. / /ВДИ. 1940. №2. С. 102

25. Штаерман E. М. Гонения... С. 102; Chadwick Н. The Church o f the third century in the West / / The Roman West... — Part I. P. 5-14.

26. Штаерман E. М. Гонения... C. 104; Chadwick H. The Church... P. 5-6.

27. Buckley В. The Aeduan area... P. 309; Keay S. J. The Conventus Tarraconensis.... P. 478.

28. Циркин Ю. Ук . соч. С.275; Keay S. J. The Conventus Tarraconensis... P. 478.

29. Buckley В. The Aeduan area... P. 309; Keay S. J. The Conventus Tarraconensis.... P. 477-479; Chadwick H. The Church... P. 5-6.

30. Циркин Ю. Древняя Испания... С 276.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 7. «Кельтский ренессанс?»

Можно ли говорить о таком явлении, как «Кельтский ренессанс»?

К середине III в. н. э. значительная часть населения империи склонна была видеть корень всех бед в отступлении от старых обычаев. Кризис способствовал возврату к старым традициям{1}. Термин «кельтский ренессанс» был предложен немецким исследователем А. Альфельди. Его поддержал английский историк Р. Макмаллен. Была выдвинута теория о том, что в период существования «Галльской империи» кельтская культура, стряхнув оковы римского владычества, воспряла духом и стала жить собственной жизнью, развиваться так, как должна была бы без вмешательства римской культуры{2}. Создание «Галльской империи» способствовало изоляции региона от Рима. Избавление от постоянного давления и диктата позволило кельтским мотивам ярко проявиться в разных ремеслах и направлениях культуры. Тем не менее, не стоит думать, что кельтская культура возникла из небытия. А. Гренье на археологическом материале убедительно доказывает, что кельтская культура не погибла совсем, а сохранялась среди сельского, менее романизированного, чем знать населения{3}. Наиболее ярко кельтские традиции проявлялись в обычаях, религии, языке и искусстве{4}.

Кельты издавна славились своими работами по металлу и камню. В ювелирных украшениях, оружейном деле, орнаментах, гончарном ремесле и скульптуре из камня кельты подчас заимствовали из скифских и греческих образцов, умело приспосабливая их к собственному искусству. В процессе романизации Галлии кельтская культура испытывала влияние, а порой и давление римской культуры, постепенно растворяясь и отходя на задний план. Однако даже к III в. гончарное ремесло имело яркие черты кельтского искусства, особенно в распро-страненном типе terra sigillata{5}. Была усовершенствована устаревшая техника создания черных или темно-серых глиняных изделий. Изменения произошли и в самом рисунке орнамента и в технике его нанесения. Наиболее часто стал встречаться характерный кельтский орнамент или отдельные декоративные элементы, характерные для кельтского искусства доримской эпохи{6}. В конце II в. н. э. для гончарной продукции типа terra sigillata характерны классическим образцы орнамента. Однако ко 2-й пол. III в. ситуация меняется. Вновь становятся популярным геометрические или символические фигуры (звезды или кресты) в орнаменте, подчас проявляются особенности техники доримского периода, характерные для определенного района Галлии или определенного кельтского племени. Например, форма изделия, направления полос орнамента, спиралей, использование филенок, типы символических фигур, шевронов{7}.

Проявление старых кельтских традиций можно проследить и в скульптуре 2-й половины III в.{8}, основные черты которой тесно связаны с иконографией монет. Кельтская скульптура отличается от классической скульптуры Греции и Рима. Для ее основных черт характерно доминирование изгибов, кругов и треугольников. Особое значение придается линиям и декору с преобладанием кругов и закруглений, а также контрастам и распределению светотени при установке скульптуры{9}. Пристальное внимание уделяется лицу человека, поэтому часто встречаются портреты. Отличительные черты кельтской скульптуры — лицо полное и не выражающее эмоций, подчас излишне жесткое, длинные волосы, завивающиеся в колечки или полукольца. Примером могут служить монеты Постума, отчеканенные во временных монетных мастерских. Первый галльский император изображался с характерными галльскими чертами: полное лицо, явно выраженный неримский профиль, борода и длинные волосы. Очень часто встречаются изображения животных или голов животных в так называемой геральдической позиции{10}. Безусловно, кельтская скульптура испытывала на себе влияние других культур: Рима, Греции и даже Востока, но тенденции этих культур проявлялись, по большей части, в Галлии в создании абстрактных изображений{11}. Например, местные духи.

Примечательно, что гончарное ремесло и скульптура развивались параллельно, испытывая на себе различные влияния{12}. При этом направление их развития зависело от региона. Южная Галлия и особенно Аквитания продолжали испытывать на себе сильное влияние античности. Большая часть скульптур кельтов брала за образец классические стандарты. Тем не менее, в III в. именно в Аквитании «кельтский стиль» становится популярным{13}. Создание «Галльской империи» и изоляция от Рима лишь усилили интерес галлов к своим старым традициям. Черты кельтской традиции в скульптуре можно проследить во всех регионах Галлии, Швейцарии, Бельгии, а их большее или меньшее проявление зависит от самого региона и от типа работы, так и от мастера{14}. Однако есть определенные характеристики: плоская поверхность, узкая и длинная и, по большей части, только фронтальное изображение.

Не менее ярко традиции кельтского искусства и техники проявились в металлургическом производстве, которое является наиболее излюбленным для самих кельтов и наиболее подходящим для проявления «кельтского гения»{15}. Они создавали украшения — торквесы, браслеты, кольца и броши (fibulae) и украшали их традиционным орнаментом{16}. Для своих лошадей они создавали сбрую, в которую включались тщательно сделанные хомутики, стяжки, пластины и диски (phalerae) с орнаментом в виде геометрических фигур, спиралей и кругов{17}. Оружие этого периода, инкрустированное или полностью выполненное из золота, серебра или бронзы, имеет также традиционный орнамент: спирали, абстрактные и геометрические фигуры, изображения животных{18}. Во II в. н. э. в долине р. Роны даже перевязи для меча сохраняли кельтские традиции{19}. Кельтская техника и традиция сохранялась и в IV в. и явилась стимулом и образцом для германской культуры{20}. Интересно, что кельтские fibulae и phalerae с характерным орнаментом из человеческих голов с V в. до н. э. и по III в. н. э. находят от Италии до Дании и от Южной России до Германии{21}.

Монетное дело как нельзя лучше показывает как проявления кельтской традиции, так и любые влияния других культур. Кельтские монеты изначально чеканились под сильным влиянием греческих образцов и порой копировали их достаточно точно. Постепенно в иконографии монет стали проявляться характерные черты кельтского искусства. Особо популярными были изображения лошадей и дельфинов, которые, безусловно, были восприняты из греческих монет; голов или ног животных по кругу монеты, абстрактных непонятных фигур, зачастую обозначавших волны или воду, геометрических фигур, колец листьев, раковин, моллюсков или спиралей. Так, подчас, лица людей имели треугольную форму, но наиболее часто изображались лица, окаймленные бородой и длинными волосами. Римские образцы довольно быстро смешались с галльскими, так что порой трудно отделить один от другого. Иконография монет галльских императоров, отчеканенных на нерегулярных дворах, зачастую имеет ярко выраженные черты традиционного кельтского искусства{22}. В изображениях на монетах официальных монетных дворов прослеживается римское влияние, но все-таки с чертами кельтской традиции.

Многие современные исследователи указывают на стремление галлов вернуться, что называется, к «истокам». Эта тенденция проявилась во многих областях деятельности, а также в широком использовании в этот период кельтского (галльского) языка{23}, причем это нашло отражение и в своде законов: «Fideicomissa quocumque fermone relinqui possunt, non solum Latina vel Graeca sed etiam punica vel Gallicana vel alterius cuiuscumque gentis» (Dig., XXXII. 11 (Ulpian)){24}.

Интересно использование сочетания римских и кельтских собственных имен, что особенно заметно в tria nomina{25}. Также происходила замена римских названий городов на старые кельтские{26}.

Отдельные аспекты социально-экономического развития Белгики, Лугдунской и Нарбоннской Галлий, Германии, Швейцарии и Британии можно проследить, опираясь на изучение мозаики. Это направление становится популярным именно во 2-й половине III в. Особенность мозаичного искусства этого периода: развитие локального стиля{27}. На территории Галлии имелись мастерские и мастера-специалисты, известные в регионе{28}.

Мозаика указанного периода отличается также разнообразной цветовой гаммой и индивидуальностью. Изображенные фигуры либо реальные лица, либо — изображения божеств (к примеру, Марса и Аполлона){29}. Мозаичные работы проводились, по большей части, на виллах и датируются приблизительно 240-250 гг. и 220-280 гг. В середине III в. продолжают развиваться и функционировать мозаичные мастерские, к примеру, близ Отена{30}. Изображения подчас имеют философский, аллегорический смысл.

Второй половиной III в. датируется значительное число мозаик из Британии (Дорчестер, Колчестер, Глосчестер, Веруламий, Латимер, а также на территориях Дорсета, Сассекса, о. Уайт){31}. Тем не менее, это еще не была профессиональная работа, а мастера мозаичных работ, в большинстве случаев, были любителями, хотя порой и высокого класса.

Продолжал быть популярным и рельеф. Концом 60-х гг. III в. датируется произведенный мастерами Отена карниз и фриз в Алезии{32}. Техника, в которой выполнены работы в Алезии, характеризуется современными исследователями как механическое подражание{33}. Однако это не является характеристикой всего искусства этого периода. Известен рельеф с изображением Богини-Матери, гермафродита и трехглавой лани{34}. Подчас тема кельтского искусства сочетается с некоторыми стилистическими особенностями Востока{35}. Ряд произведений вообще трудно датировать, если опираться только на их стилистику. Некоторые современные исследователи видят в этом выражение религиозного кризиса, развивающегося во второй половине третьего столетия{36}.

Практически во всех направлениях искусства 2-й пол. III в. — мозаика, рельеф, работы по металлу, включая бронзу и драгоценные металлы, везде ярко прослеживаются традиционные кельтские мотивы{37}. В большинстве случаев это касается форм, художественных приемов, орнаментов. Фибула из Малэна ярко иллюстрирует возрождение кельтских традиций в искусстве. Также это касается отдельных характеристик гончарной продукции: орнамент, характеристика лепки, форма гончарных изделий; ювелирных украшений — особенности обработки и огранки драгоценных камней, орнаменты и художественные приемы, стиль самих украшений{38}.

Кельтская культура, кельтские традиции были заложены и сохранялись среди населения, особенно сельского. Недаром весь пантеон римских богов довольно быстро был воспринят галлами. Причина кроется в схожих чертах божеств, которые подметил еще Юлий Цезарь. Однако ряд кельтских богов и богинь сохранили свое имя и черты, например, богиня Эпона{39}. Однако, хотя кельтские языческие храмы процветали, вера в кельтских богов была уже, по большей части, всего лишь символом. Атрибуты старой веры встречаются в скульптуре, но сами алтари посвящены другим богам{40}.

Говорить о возрождении кельтской культуры в чистом виде, не совсем оправданно. Южная Галлия в своем восприятии Римской культуры резко отличалась от западной и северо-западной Галлии, менее романизированной и поэтому сохранявшей старые традиции. Культура южной Галлии отличается от культуры западной и северо-западной Галлии. Кроме того, многие галлы уже давно осознавали себя римлянами. Это касается, прежде всего, аристократии, особенно, Аквитании. В период существования «Галльской империи» Аквитания придерживалась нейтралитета, а южные области в меньшей, чем остальные, степени подчинялись галльским «императорам». С другой стороны, достаточно трудно определить характерные черты «кельтского ренессанса», поскольку взаимное влияние происходило на Рейне и в результате вторжений германских племен. Кроме того, сам автор термина поясняет, что для того, «чтобы понять кельтский ренессанс необходимо осознать, что кельтские регионы Британии, Франции, Испании и дунайских земель долгое время составляли единое целое с регионами другой культуры в результате объединения их под властью Рима»{41}. Много сохранилось черт традиционной культуры, но романизация оказала достаточно сильное влияние. Кроме того, именно Рим способствовал возрождению торговых путей, а соответственно, и путей культурного взаимообмена между Западом и Востоком{42}. Именно в этом котле культур и традиций продолжала существовать кельтская культура, которая не могла не впитывать их влияния. Таким образом, культура Галлии имеет много общих черт с культурами рейнского и дунайского регионов{43}. Поэтому галльская культура во всех ее проявлениях имеет ярко выраженные черты римского влияния.

С другой стороны, галльские императоры не делали акцент на кельтской культуре или старых традициях. Постум не пытался скрыть nomen Latinius. На его милевых камнях встречается римское milia passuum, а не кельтское leuga{44}.

Скорее всего, правильнее говорить о новом этапе развития романизированной кельтской культуры. «Кельтское возрождение» нельзя полностью рассматривать как результат кризиса III в. и разрушения имперской традиции в экономической, политической и культурной областях{45}. Если принять точку зрения ряда исследователей, то разрушение устоявшихся экономических и политических связей центра с провинциями произошло еще в конце II в. Именно этим и можно объяснить так называемое «кельтское возрождение», термин, который не совсем соответствует действительному положению дел. Галлия, Испания и обе Германии с началом кризиса попросту вынуждены были перестраивать внутренние и внешние политические, социально-экономические и культурные взаимоотношения. Безусловно, изображения Постума на его монетах имеет характерные кельтские черты. И Тетрик имел подобные же изображения, подчеркивая галльское происхождение. Однако это лишь черты.

Для «кельтского возрождения» может быть три объяснения. Во-первых, контакты с родственными и схожими по своей культуре регионами, расположенными еще дальше от Рима и поэтому менее романизированными. Во-вторых, экономический упадок. И, наконец, создание «Галльской империи», которая ограничила контакты с Римом и римской культурой. При этом все три причины неразрывно связанны друг с другом.

При этом нельзя говорить и о «национализме» в отношении «Галльской империи»{46}. Речь может идти только о таком явлении, которое названо в зарубежной литературе «регионализмом»{47}. Дело в том, что, как уже было сказано выше, о полном «кельтском возрождении» говорить нельзя. Римское влияние уже основательно проникло во все политические, экономические и социальные направления жизнедеятельности этого региона и заняло ведущую позицию. В создании «Галльской империи» больше превалирует политический импульс, чем экономический, который и должен был бы явиться базой для «кельтского возрождения». Оживление кельтской культуры и традиций, безусловно, было, но это «возрождение» в значительной степени было внешнее. Ведь основа кельтской духовности лежала в религиозной организации друидов, которая была разрушена намного раньше. «Кельтское возрождение» проявило один важный факт, который может быть констатирован как итог развития: кельтская культура, стремившаяся избавиться от римских наслоений, уже не могла этого сделать, поскольку ее «возрождение» началось слишком поздно, и греко-римская цивилизация уже победила{48}. Принципиальный возврат к старой кельтской культуре был уже невозможен.

И, тем не менее, политика галльских императоров и, особенно, Постума по оздоровлению и оживлению экономического развития регионов, можно признать успешной. Расцвет ремесленного производства, муниципальное строительство и, конечно, строительство в столице «Галльской империи» Августе Треверов ярко демонстрируют успехи первого галльского императора. Финансовые мероприятия способствовали снижению инфляции, а идеология — возрождению веры в благополучие и мир регионов, входящих в состав «Галльской империи».

Примечания

1. MacMullen R. The Celtic renaissance / / Historia, 1965. № 1. P. 102; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 233.

2. MacMullen R. The Celtic... P. 93-94.

3. Grenier A. Les gaulois... P. 414-416.

4. Ibid., 414, 215-217.

5. Hatt J.-J. Αρerς us sur l`evolution de la cerarruque commune gallo-romaine / / REA. 1949. Bd.51. P. 110-114; MacMullen R. The Celtic... P. 94.

6. Hatt J.-J. Αρerς us sur l`evolution... P. 113-114; MacMullen R. The Celtic... P. 95.

7. Le Roux F. Contribution i une definition de lart celtique / / Ogam. 1955. № 7 .200f; Fouet G. Ceramiques estampees du IV siecle dens la Villa de Montmaurin / / Ogam. 1961. № 13. P. 278; Hatt J.-J. Αρerς us sur l`evolution... P. 113—114; MacMullen R. The Celtic... P. 95; Thoen H. The third century... P. 245-246; Белова H. H. К истории гончарного ремесла... C. 11; King A. The decline of samian ware... P. 56; Deonna W. Phaleres celtiques et gallo-romaines avec decor de tetes humaines / / RA. 1950. P. 35-37, 147-149, 158-159, 162.

8. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 232; Hatt J.-J. L`evolution de la ceramique commune gallo-romaine / / REA. 1949. Bd. 51. P. 118.

9. Deonna W. Phaleres celtiques... P. 160-163, 167, 171-173; Fouet G. Ceramiques... P. 278; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 94; Braeuer F. La sculpture de la Gaule romaine / / ANRW. 1975. Bd.II / 12. № 4. P. 246-249: Megaw R., Megaw V Celtic Art... P. 154-156, 184-188, 202-205.

10. Braeuer F. La sculpture... P. 237-240; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 94; Megaw R, Megaw V. Celtic Art... P. 123-126; 160-164, 166-168.

11. MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 94; Braeuer F. La sculpture... P. 237-240; Megaw R., Megaw V. Celtic Art... P I 60-163, 169-172; 184-185, 202; Winter F. Stilzusammenhänge in der römischen Skulptur Gallien und des Rheinlandes / / BJ. 1926. Bd. 131. S. 9-10; Schoppa I. Keltische Einflüsse in der provinzial-römischen Plastic / / BJ. 1958. Bd. 158. S. 270-272.

12. Fouet G. Ceramiques... P. 278; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 94.

13. ibid.,P. 278; ibid., P. 94; Hatt J.-J. L`evolution... P. 110-112; Hatt J.-J. Esquisse dune histoire de la sculpture regionale de Gaule romaine / / REA. 1957. Bd.59. P. 93-95.

14. Winter F. Stilzusammenhänge... S. 10-12; Schoppa I. Keltische... S.272-273; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 94; Braeuer F. La sculpture... P. 237-240; Megaw R, Megaw V. Celtic Art... P. 160-163, 169-172; 202-203; Fouet G. Ceramiques... P. 278; Hatt J.-J. L`evolution... P. 110-112; Hatt J.-J. Esquisse... P. 95; Deonna W . Phaleres... P. 147-148.

15. MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 95.

16. Lengyel L. L`art gaulois dans les medailles. Paris, 1954. P. 78-81; Grenier A. Manuel... t. II, P. 957; Gaunet B. Techniques... P. 129-137; Abraham Ph. Les mines... P. 123-127; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 95; Dieudonne-Glad N. L`atelier... P. 63-65, 72-74; Beyrie L., Fabre J.-M ., Sablayrolles R. Les hommes... P. 37-39; Buckley B. The Aeduan area... P. 300; Domeque C., Leroy M. L`etat de la recherche... P. 3-8; Dubois C. Lercoul... P. 53-62; Armand-Calliat L. Deux disques en bronze de stile celtique flamboyant decouverts ä Autun / / Gallia. 1955. Bd. 13. P. 84-86.

17. Deonna W . Phaleres... P. 39-47; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 97; Dieudonne-Glad N. L`atelier... P. 63-65, 72-74; Beyrie L., Fabre J.-M ., Sablayrolles R. Les hommes... P. 37-39; Buckley B. The Aeduan area... P. 300; Domeque C., Leroy M. L`etat de la recherche... P. 3-8; Dubois C. Lercoul.. P. 53-62; Lengyel L. L`art... P. 80-81; Grenier A. Manuel... t II, P. 957; Armand-Calliat L. Deux disques... P. 84-86; Gaunet B. Techniques... P. 129-137; Abraham Ph. Les mines... P. 123-127.

18. Leroy M. et al. La siderurgie... P. 16-18; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 97; Buckley B. The Aeduan area... P. 300-301; Decombeix P.-M et al. Reflexion... P. 33-34; Grenier A. Manuel... t II, P. 957; Gaunet B. Techniques... P. 129-137; Abraham Ph. Les mines... P. 123-127.

19. MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 97-98; Buckley B. The Aeduan area... P. 298-299; Gallia. 1950. Bd. 8. P. 145-147; Armand-Calliat L. Deux disques... P. 84-86.

20. MacMullen R. Celtic Renaissance... P. 97-98; Grenier A . Manuel... — Vol. II. P. 956-959.

21. Grenier A. Manuel... — Vol. II. P. 957, 959-960; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 98; Deonna W . Phaleres... P. 35-36, 54-55, 147-149, 176-177.

22. LeGentilhomme P. Le tresor de Coesmes / / Gallia. 1947. Bd. 5. P. 344-346; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 93-94; Wuilleumier P. Les Medaillons d`applique gallo-romains de la vallee du Rhone. Paris, 1952. P. 146-147.

23. MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 99.

24. Jullian C. Histoire de la Gaule... P. 114; Jullian C. S'il-y-a des influences celtiques dans lempire des Gaules au III-e siecle / / CRAI. 1896. P. 293.

25. Jullian C. S’il-y-a des influences... P. 295; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 100.

26. ibid., P 294; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 232;

27. Smith D. J. Romano-British mosaics in the Third century / / Roman West... — Part I. P. 159-160.

28. Buckley B. The Aeduan area... P. 304.

29. Smith D. J. Romano-British... P. 160,163; Buckley B. The Aeduan area... P. 304

30. Buckley B. The Aeduan area... P. 304.

31. Smith D. J. Romano-British... P. 160,163; Rivet A. L. F. The Roman... P. 209; Buckley В. The Aeduan area... P. 304.

32. Buckley В. The Aeduan area... P. 304; Smith D. J. Romano-British... P. 163.

33. Ibid., P. 304.

34. Ibid.. P. 307.

35. Ibid.

36. MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 99; Buckley B. The Aeduan area... P. 307; Smith D. J. Romano-British... P. 163; Chadwick H. The Church... P. 7-10, 12-13.

37. Buckley B. The Aeduan area... P. 307-308; Smith D. J. Romano-British... P. 163; Demarolle J.-M. Ceramique et religion en Gaule Romaine / / ANRW. 1986. Bd. II / 18. № 1. P. 519-541.

38. Smith D. J. Romano-British... P. 163; Buckley B. The Aeduan area... P. 305; Demarolle J.-M. Ceramique..... P. 536-538.

39. Birley E. The Deiies... P. 4 5,63-64; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 231 -232,240; Buckley B. The Aeduan area... P. 309; Smith D. J. Romano-British... P. 163; Chadwick H. The Church... P. 13-15; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 99.

40. Megaw R., Megaw V. Celtic Art... P. 250-252; Jullian C. Histoire... — Vol. VI. P. 110 - 123; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 99-100.

41. Alföldy A. Rhein und Donau in der Römerzeit //Jahresbericht Pro Vindonissa. 1948. Bd. 49. S. 15-16.

42. Alföldy A. Rhein... P. 16; MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 101.

43. MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 102.

44. MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 103.

45. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 233.

46. Сергеев В. С . Очерки....— T. 2, C. 638-639.

47. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 237.

48. MacMullen R. The Celtic renaissance... P. 104.

Share this post


Link to post
Share on other sites

ГЛАВА 3. НАСЛЕДНИКИ ВЛАСТИ ПОСТУМА

§ 1. Хронология правления галльских императоров

Гибель первого галльского императора стала отправной точкой разрушения «Галльской империи». Античные авторы и современные исследователи не имеют единого мнения о том, кто же наследовал Постуму. Некоторые уверены, что вначале был объявлен императором Марий, затем Викторин{1}, другие — наоборот{2}.

Хронология «Галльской империи» — сложный и многоплановый вопрос. Без привлечения дополнительных источников невозможно установить время жизни и смерти галльских императоров или их действий. На этом пути необходимо привязать хронологию «Галльской империи» к достаточно выверенной хронологии Римской империи{3}. Тем не менее, многое для нас остается в области предположений.

Для определения времени правления последующих императоров привлекаются как сведения нумизматики, эпиграфики и археологических изысканий, так и сообщения античных авторов. Исходя из данных литературных источников, Постум правил десять лет, Викторин — один-два года и Тетрик — два-три года (Eutr., IX. 9; Aur. Viet. De Caes., XXXIII. 12; XXXV. 5; Zosim., 1.38-41; SHA. Туг. Trig., III-VIII; Pol. Silv., 45-49). Известно, что Викторин был провозглашен императором в десятый год правления Постума, когда во главе Римской империи стоял Клавдий II Готский. Также, очевидно, что Мария провозгласили императором после подавления восстания Лелиана (Eutr., IX. 9. 2-3; XI; SHA. Туг. Trig., VI. 8. 24; Aur. Viet. De Caes., XXXIII-IV; Zosim., 1. 40-41; Zonaras, XII. 26; Oros., VII. 22; Euseb. Hist. Eccl., VII. 28; Ottonis. Chron., III. 38). На третьем году правления Викторин был убит, и ему наследовал Тетрик (Eutr., IX. 10. 1; SHA. Туг. Trig., V-VI, XXIV; Aur. Viet. De Caes., XXXIII. 12-14; Oros., VII. 23; Pol. Silv., 49; Ottonis. Chron. III. 39). Произошло это в правление императора Аврелиана (271-275 гг.) (Eutr., IX. 13; Aur. Viet., XXXV; SHA. Туг. Trig., XXIV; Aur., XXVI. 32; Oros., VII. 23. 3-8; Zonaras, XII. 27; Ottonis. Chron., III. 39).

Согласно сообщениям античных авторов Валериан и Галлиен правили вместе чуть более пятнадцати лет (Eutr., IX. 9; Zonaras, XII. 24; Oros., VL 22. 1; Aur. Viet., XXXIII; SHA. Gall. Duo., XXIII. 21. 5; Euseb. Hist. Eccl., VII. 27; Ottonis. Chron., III. 37.). Дата пленения императора Валериана по-прежнему спорна, а осложняет дело тот факт, что Валериан разделил власть с сыном. Нельзя считать точной датой восстания Постума 260 г. только на основании одного египетского папируса с именем Салонина, датированного этим годом. Во-первых, сведения о смерти наследника престола могли не дойти до Александрии из-за восстаний в империи. Во-вторых, имя Салонина исчезает с имперских монет лишь в 263 г.{4} Ряд зарубежных исследователей, непосредственно занимающихся вопросами узурпаций этого периода, убеждены, что смерть Цезаря Салонина произошла в 258 г., а Постум получил власть в конце 258 или самом начале 259 г.{5} Согласно сообщениям античных авторов, он был убит в правление Клавдия{6}. На основе сведений о том, что Авреол способствовал гибели Галлиена, а сам был разгромлен Клавдием, можно судить о том, что Постум погиб в правление Клавдия. Необходимо учесть, что Авреол был убит раньше первого галльского императора{7} (SHA. Туг. Trig., XI; Claud., VI. 4; Eutr., IX. 11; Aur. Viet. De

Caes., ХХХIII. 17-21, 27-28). Важными свидетельствами для датировки правления Постума являются эмиссии монет. Сравнивая эмиссии Галлиена и Постума, годы правления последнего определяются достаточно точно{8}.

С последующими галльскими императорами дело еще сложнее. Известно, что Марий и Викторин получили бразды правления, когда у власти в Риме стоял Клавдий II Готский (268-270 гг.), а Тетрик — в период правления Аврелиана (270-275 гг.). В то же время Полемий Сильвий утверждает, что Викторин возвысился в начале правления Аврелиана (Pol. Silv., 45-49). Для установления истины необходимо привлечь сведения нумизматики и эпиграфические данные.

Другой спорный момент касается Юлия Постума. В одном и том же источнике существуют две версии его судьбы после гибели Постума: по одной — он был убит вместе с отцом (SHA. Туг. Trig., IV. 1), по другой — был провозглашен императором, а затем через несколько дней убит (SHA. Туг. Trig., VI.6). М. Бувьер-Ажам считает, что сам Постум не видел в сыне преемника своей власти, именно поэтому он приблизил к себе Викторина{9}. Тем не менее, источники сообщают, что Юлий Постум получил звание Цезаря, а затем и Августа (SHA. Туг. Trig., IV. 1) и именно после его недолгого правления Викторин облачился в пурпур (SHA. Туг. Trig., VI.6). Некоторые современные исследователи считают, что существование Юлия Постума — легенда{10}, а пока никаких археологических, эпиграфических или нумизматических доказательств нет, считать по-другому неверно.

Требеллий Поллион в биографиях Галлиена и Викторина указывает, что с самого начала войны с Галлиеном Постум разделил власть с Викторином. В биографии Лоллиана, как он ошибочно называет узурпатора Лелиана, Поллион сообщает, что Постум был убит во время мятежа, поднятого Лелианом, который после этих событий сам стал императором и успешно воевал с германцами. В той же биографии приводятся две противоречивые версии о смерти самого Лелиана: по первой — его убил Викторин, по второй — недовольные его строгостью солдаты.

Доказательством того, что Лелиан не был галльским императором, могут служить слова Поллиона о том, что Лелиан «в меру своих сил удерживал довольно незначительную власть у галлов»{11} (SHA, Туг. Trig., V).

Кроме того, автор пишет, что Лелиан «нисколько не принес пользы государству, ибо многие галльские города и некоторые крепости, которые Постум ... возвел, после убийства Постума, как разграблены, так и сожжены в результате... вторжения германцев» (SHA. Туг. Trig., V.4).

В этом же источнике говорится, что Виктория или Витрувия, избегая тяжести столь значительного бремени, переложила власть сначала на Мария, затем на Тетрика и его сына (SHA. Туг. Trig., V.3). И дается перечень тех, кто в »Галлии был защитником римского имени. Постум, затем Лоллиан, потом Викторин, и, наконец, Тетрик, так как о Марии мы ничего не говорим» (SHA. Туг. Trig., V). В биографии самого Мария: »когда были убиты Викторин, Лоллиан и Постум, Марий, как говорят, происходивший из кузнецов, правил три дня» (SHA. Туг. Trig., VIII). В биографии Тетрика: «Когда были убиты Викторин и его сын, его мать Виктория побудила к власти Тетрика, сенатора римского народа, управлявшего в Галлии. Так как он был, как многие говорят, ее родственником, она заставила признать его Августом, а его сына провозгласить Цезарем» (SHA. Туг. Trig., XXTV). Биография Виктории повторяет версию биографии Мария: когда были убиты Викторин, Лелиан и даже Марий, «которого принцепсом провозгласили солдаты», Виктория предоставила власть Тетрику (SHA. Туг. Trig., XXXI). Полемий Сильвий дает последовательность — Постум, Лелиан и Марий, Викторин и оба Тетрика (Pol. Silv., 45-49).

Согласно Аврелию Виктору, Постум погиб во время войны с Лелианом (Лиг. Viet. De Caes., XXXIII): он был убит солдатами за то, что запретил им после победы разграбить поддержавший Лелиана Могонтиак. После смерти Лелиана власть захватил Марий, затем — Викторин и, наконец, — Тетрик, выдвинутый Викторией. Автор «Эпитомы» вовсе не упоминает Мария. Он рассказывает о захвате власти Постумом и добавляет, что в Могонтиаке власть захватил Элиан. Далее в рассказе о воцарении Клавдия II Готского кратко упоминается, что «в эти дни власть захватил Викторин» (Epitome, XXXII-XXXTV).

Евтропий и Орозий придерживаются той же последовательности, что и Аврелий Виктор (Eutr., IX, 9; Oros., VII.22). Греческие историки Зосим и Зонара по этому непростому вопросу ничего не сообщают. Любопытно, что один средневековый автор пишет, что после Постума власть наследовал Марий, затем Викторин и Тетрик. При этом Лелиан (в интерпретации Эмилиан) рисуется как бунтовщик{12}.

Эти разнообразные версии позволили историкам делать различные предположения. Так, де Витт защищает версию Поллиона о разделении власти между Постумом и Викторином. Подтверждение ей он видит в выбитой в 265 г. монете с орлом и Securitas Augg., т.е. двух Августов. Полемизируя с нумизматом Колсоном, который относит это множественное число к сыну Постума, де Витт доказывает, что Постум младший был легендарной фигурой. По его мнению, монета была выбита в честь приобщения к власти Викторина, который в это время будто бы отпал от Галлиена, и получил за это звание соправителя Постума{13}. X. Шиллер считает, что Лелиан захватил власть на Рейне и был убит Викторином; Марий, по его мнению, был провозглашен в Испании и Британии, чем объясняется отсутствие испанского и британского легионов на монетах Викторина, но был разбит Викторином, который в знак этой победы выбил монету с легендой Restitutor Galliarum{14}.

А.-Ж. Эрманн старается определить последовательность галльских императоров на основании качества их монет и принимает последовательность: Постум, Лелиан, Марий, Викторин, Тетрик{15}.

К. Жюллиан предполагает, что Постум пытался разделить власть с Викторином, который после смерти первого галльского императора делил власть с Лелианом. Викторина сменил Марий, затем власть перешла к Тетрику{16}.

Представитель немецкой школы А.Альфельди более логично думает, что Викторин был коллегой Постума по консульству, откуда и возникла версия Поллиона об их совместном правлении{17}. Смерть Лелиана он относит к борьбе его с Постумом. Последовательность галльских императоров он дает такую же, как А.-Ж. Эрманн, также на основании сравнения качества их монет{18}.

У исследователей 70-90-х гг. XX в. разногласий по вопросу о последовательности правления галльских императоров гораздо меньше. Они приняли следующую последовательность: Постум, Лелиан, Марий, Викторин, Тетрик{19}. Все те же сомнения возникают в отношении Лелиана: считать ли его галльским императором или простым мятежником{20}. Дискуссии ведутся лишь по вопросам точных датировок{21}.

Последние находки трех монет Постума, двух Лелиана и четырех монет Мария позволили исследователям уточнить хронологию. Восстание Лелиана произошло в феврале-марте 269 г., поскольку найденные монеты Постума с двух монетных дворов Августы-Треверов и Колонии-Агриппины датируются январем-февралем 269 г., благодаря надписям на них{22}. С другой стороны, монета Лелиана с монетного двора Колонии-Агриппины дает возможность уточнить дату начала восстания в Могонтиаке{23}. Монеты Мария, выбитые на монетных дворах Августы-Треверов и Колонии-Агриппины, определяют время смерти Лелиана, и дату провозглашения императором первого — апрель 269 г.{24}. При этом одна из монет, отчеканенная в Колонии-Агриппине, первоначально принадлежала Лелиану, а Марий перебил ее, использовав реверс{25}. Это лишь подтверждает, что Марий наследовал Лелиану и иных вариантов быть не может.

Таким образом, хронологический порядок правления галльских императоров Лелиана, Мария и Викторина является твердо установленным. Лелиан, Марий и Викторин. Лелиан, согласно мнению большинства современных исследователей, являлся мятежником против власти галльского императора. Несмотря на то, что Лелиан использовал тот же монетный двор, что и Марий, количество его монет много меньше, а качество значительно хуже. Наследниками власти Постума были Марий, Викторин и Тетрики.

Стоит отметить, что в 2004 г. на территории Великобритании в Оксфордшире д-р Брайан Малин нашел клад монет римских императоров. В их числе датированная монета с изображением императора, чье существование ставилось под сомнение — Домициана (Цезарь Домициан Пий Феликс Август){26}. Античные авторы сообщали, что после крушения «Галльской империи» в Галлии подняли восстание Прокул и Боноз, а к ним присоединились Британия и Испания (Eutr., IX. 17; SHA. XXIX. 12-IS; Prob. XVIII. 5-6; Oros. VII. 24). Иконография монет Домициана, найденных ранее, полностью копирует монеты Викторина. Выдвигалась гипотеза, что этот император просто не хотел копировать монеты «предателя» Тетрика. Теперь ясно, что Домициан был провозглашен императором раньше Тетрика в 271 г. и на короткое время возглавил «Галльскую империю». Судьба его остается неизвестной. В связи с открывшимися фактами возникает множество вопросов, на которые пока нет ответа, например, была ли Британия полностью возвращена под контроль «Галльской империи», можно ли считать этих императоров действительными правителями или они подобны Лелиану?

Примечания

1. Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 36

2. ibid.

3. Patti C. Cronologia degli Imperatore Gallici / / Epigraphica. 1953. Bd. XV P. 66-89; Drinkwater J. F. Coin Hoards... P. 293-302.

4. Mattingly H. Notes on the chronology of the Roman emperors from Valerian to Diocletian / / JEA. 1927. № 13. P. 14-18; König I. Die Gallischen... S. 49-50; König I. Die Postumus... S. 345-348.

5. Mattingly H. Notes on the chronology... P. 15-16; Drinkwater J.F. The Gallic... P. 100-101; Fitz J. Ingenuus et Regalien. Bruxelles, 1966 - (Collection Latomus 81). P. 33, 51; Demougeot E. La formation de l'Europe et les invasions barbares. Paris, 1969. P 442.

6. «Galieni interfecto, Claudius Caesar est designatus, cui Aureolus armis positis se submisit, sed cum denuo regnum, affectaret, a militibus occisus est. Cum autem Posthumus adhuc tyrannidem obtineret... Claudius dixit: Bellum Poshumium mea interfecit...» (Zonaras, X1I.26; SHA. Claud., VII).

7. Drinkwater J.F. The Gallic... P. 101; König I. Die Gallischen... S. 129-130.

8. König I. Die Gallischen... S. 59; Lafaurie J. L’Empire... 937-942; Drinkwater J. F. Coin Hoards... P. 293-294.

9. Bouvier-Ajam M. Op. cit P. 166.

10. Drinkwater J.F. The Gallic... P. 27; König I. Die Gallischen... S. 57, tabl. 3.

11. «Sed rebellionis intuitu minorem apud Gallos auctoritatem de suis viribus tenuit» — SHA. Туг. Trig., V 2.

12. «Postumius...X anno a militari tumultu vita privatur. Emilianus pro simili causa Magontiae necatur. Marius, qui in Galliis post Postumium regnum invaserat, interficitur. Cui cum rursum Victorinus succedere parat, vita eximitur... In Gallia Tetricum»(Otton. Chron., 111. 37. 10—14; 38. 7-8).

13. Revue Numism. 1859. P. 430-435.

14. Schiller H. Op. cit. — Bd. II. S. 832-866.

15. Ztschr. F. Numismat., 1880, S. 347-351.

16. Jullian C. Histoire... -Vol.4.P.582.

17. Alföldi A. Die Besiegung eines Gegenkaisers im Jahre 2 6 3 ... S. 202-205: Alföldi A. Zur Kenntnis... S. 198-203.

18. CAH, Vol. XII, P. 187.

19. König I. Die Gallischen... S. 3, 184; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 95, 102; Lafaurie J. L’Empire Gaulos... P. 939; Patti C. Cronologia.... P. 66-89; Drinkwater J. F. Coin Hoards... P. 294; Gilljam H. A new Gold Coin o f Postumus / / NC. 1993. Vol. 153. P. 205-206.

20. Patti C. Op. cit. P. 82; König I. Die Gallischen... S. 134-135; Drinkwater J.F. The Gallic Empire... P. 102; 125; Bouvier-Ajam M. Ibid. P. 193-195; Lafaurie J. L’Empire Gaulois... P. 939-940; Drinkwater J. F. Coin Hoards... P. 294-295.

21. Patti C. Op. cit. P. 67-89; Lafaurie J. L’Empire Gaulois... P. 937-942; Drinkwater J. F. Coin Hoards... P. 293-302; König I. Die Gallischen... S. 58-59; 142-143; 158-160; 167.

22. Mint Trier - COS V / IMP X COS V / PACATOR ORBIS (billon); Mint Cologne -PM TR P X COS V PP / IOV1 VICTORI & PM TR P X COS V PP (billon & A /). Besly E. The Gold Coinage of the Gallic Empire/ / NC. 1984. 144. 228-233. Gilliam H. Neue Antoniniane fur Laelian und Marius seit 1988 / / MÖNG. 1990. Vol. 30. S. 94-95; Gilljam H. Neue Antoniniane Laelians aus einem Fund in der Picardie / / NNb. 1995. Bd.44. S. 60-61.

23. Лелиан использовал на монетах датировки Постума, оставив надпись IMP X COS V (billon & А /) — Besly Е. The Gold Coinage... P. 230.

24. Trier - billon & A/; Cologne - billon & А /) — Besly Е. The Gold Coinage... P. 230.

25. billon — Besly E. The Gold Coinage... P. 230.

26. Coin unearths new Roman emperor: [Электронный документ] / /ВВС News. 2004. 25 фев­раля. С.1. (http://news.bbc.co.uk/2/hi/uk_news/england/oxfordshire/3518621.stm). Проверено 18.11.2008

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 2. Лелиан: император или мятежник

Знаменательно, что источники характеризуют Лелиана{1} как мятежника, который «стремился к перевороту», «захватил власть в Могонтиаке» и т. п. (Eutr., IX.9.1; Aur. Viet. De Caes., XXXIII.7; SHA. Туг. Trig., IV; Pol. Silv., 45). Орозий, подобно Требеллию Поллиону, ошибочно называет Лелиана другим именем Эмилиан, замечая при этом, что он «замыслил государственный переворот»: «Aemilianus apud Mogontiacum cum res nouas moliretur oppressus est» (VII.22.ll). Орозий воспринимает Лелиана как некого бунтовщика, а отнюдь не как одного из галльских «императоров». Этот автор ясно указывает, что «после смерти Постума к власти устремился Марий»: « Post mortem Postumi Marius ibidem inuasit imperium...« (VII.22.ll). Примечательно, что многие античные авторы ошибаются в имени Лелиана. Так, автор «Эпитомы» называет его Элиан — «Aelianus» (XXXII.4). Средневековые авторы, пользуясь античными источниками, называют Лелиана Эмилиан — «Emilianus» (Otton. Chron., XXXVII. 11).

Малочисленность монет Лелиана, отчеканенных в Могонтиаке, свидетельствуют о краткости его правления. Большинство источников указывает на Могонтиак как на место провозглашения Лелиана императором. Его монета с легендой XXX Virtus militum была убедительно истолкована Шалоном как выбитая в честь поддержавшего его XXX Ульпиева легиона{2}. Так как этот легион стоял в Ксантене, то, вероятно, восточная часть Рейнской области восстала против Постума и признала Лелиана. Возможно, что восстание началось именно в военном лагере Ксантена, где первоначально и находился монетный двор Лелиана, который затем был передислоцирован в Могонтиак{3}. Гипотеза о том, что Лелиан был либо начальником гарнизона, либо входил в командующий состав легиона, может быть истиной.

П. Вебб уверен, что, отсутствие находок монет Лелиана с монетных дворов Лугдуна или Августы Треверов, лишь доказывает, что подобных монет не может существовать. Во-первых, эти города значительно удалены от центра восстания Могонтиака, а во вторых, за столь короткий отрезок времени Лелиан не успел бы подчинить себе эти регионы{4}.

Сопоставляя это с данными о том, что Постум далеко не сразу был признан на Рейне, E. М. Штаерман предполагает{5}, что мятеж Лелиана был вызван не переменчивым характером галлов, как склонен считать К. Жюллиан{6}, а непрочностью власти галльских императоров на Рейне. Тем не менее, Лелиана нельзя считать галльским императором, т. к. кроме Могонтиака и одного, а возможно лишь части (речь идет, по-видимому, о когорте) XXX Ульпиева легиона, другие регионы и военные подразделения ему не присягали. Чеканка монет, произведенная в Могонтиаке, также не может считаться свидетельством в пользу того, что Лелиан являлся общепризнанным галльским императором. Кроме того, монеты Лелиана имеют небольшой ареал распространения и не выходят за границы Верхней Германии и окрестностей Могонтиака{7}.

Говоря словами античного автора: «Lolliani autem vita in multis obscura est...» (SHA. Туг. Trig., V.8). Монетные портреты Лелиана рисуют нам человека, обладающего тонкими чертами лица, что, по мнению отдельных исследователей, может говорить о его знатном аристократическом происхождении{8}. Свидетельством в пользу знатного происхождения могут служить и имя — Ulpius, которое имеет неримские корни{9}. Л. Элмер и И. Кениг придерживаются версии, что имя Ulpius имеет корни в среде испанской знати{10}. Требеллий Поллион утверждает, что подобно Постуму, Лелиан прославился «благодаря своему мужеству, а не весу знатного происхождения» (SHA. Туг. Trig., V.8). Существует предположение, основанное на изучении его имени, что сам Лелиан германского происхождения{11}. Однако, несмотря на продолжающуюся дискуссию, нельзя пока отвергать испанское родство Лелиана, которое допускает его притязание на родство с императором II в. Траяном. Очевидно, Лелиан использовал сходство имен с целью объявить родство с Траяном для обоснования легитимности и серьезности своим притязаниям на высшую власть{12}. При этом основной акцент делался, по-видимому, на небрежность Постума к испанским делам{13}.

Другой вопрос касается должности и звания Лелиана. Ряд современных исследователей настаивают на том, что Лелиан являлся наместником Germania Superior{14}, либо командовал гарнизоном Могонтиака{15}. Существующие предположения хорошо выразил современный автор: «Лелиан был либо командующим легионов в Германии, либо одним из командиров Legio XXX Ulpia Victrix; либо командующим гарнизона Ксантена, либо legatus Postumi Augusti pro praetore, либо наместником Germanie Infierieure»{16}. Существует и иное мнение — что он являлся простым офицером, служившим в Могонтиаке{17}. Последние два предположения ближе всего к действительности.

Итог правления Лелиана подмечен античным автором, отметившим, что многие галльские города, возведенные Постумом, были уничтожены новым вторжением германцев (SHA. Туг. Trig., V. 4). Сомнительно, что Лелиан успел восстановить их, поскольку, согласно современному изучению эмиссий монет Лелиана и археологическим данным, восстание в Могонтиаке длилось не более двух-трех месяцев{18}. Начало мятежа падает на январь-март 269 г.{19} Постум с частью войск осадил Могонтиак, который достаточно быстро сдался. Лелиан был вынужден бежать, не найдя, судя по всему, поддержку в других городах. Спустя некоторое время Лелиан был убит Викторином, преследующим его от самых стен Могонтиака (SHA. Туг. Trig., V. 3; VI. 3). «Et Lollianus quidem non nihilum rei publicae profuit» (SHA. Tyr. Trig., V. 4).

Примечания

1. I(m)p(erator) C(aesar) Ulp(ius) Cor(nelius) Laelianus. Elmer, 621 — IMP C LAELLANVS PF AVG.

2. Revue Numism., 1865, P 210.

3. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P 138, 177; Lafaurie J. Op. cit. P 894; König I. Die Gallischen... S. 134.

4. Webb Р. Н. Op.cit, Р. 369.

5. Штаерман Е.М. Кризис... С.459.

6. Jullian C. Histoire... -Vol. IV P. 582.

7. Callu L`or monnee.... P. 131-133.

8. König I. Die Gallischen... S. 133.

9. ibid.

10. Elmer G. Die Münzprägung... S. 39; König I. Die Gallischen... S. 134.

11. Bouvier-Ajam M. Op. Cit. P. 181; 185; Elmer G. Die Münzprägung... S. 39; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 34; König I. Die Gallischen... S. 133.

12. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 34; König I. Die Gallischen... S. 133.

13. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 34.

14. Stein E., Ritterilng E. Fasti des römischen Deutschland unter dem Prinzipat. Wien, 1932. Fasti 43 n. 48; König I. Die Gallischen... S. 133; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 34.

15. Bouvier-Ajam M. Op. Cit. P. 185; König I. Die Gallischen... S. 133.

16. Gansbeke P. van. Les invasions germaniques en Gaule sous le regne de Postum (259-268) et le temoignage des monnais / / RBN. 1955. Bd. 98. P. 18.

17. Jullian C. Histoire... T.4. P 582; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 34.

18. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 34; König I. Die Gallischen... S. 136; Lafaurie J. La chronologie... P 926; Patti C. Op. Cit. P. 87.

19. Lafaurie J. La chronologie... p. 926; Patti C. Op. Cit. P. 87; König I. Die Gallischen... S. 136.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 3. «Кельнский властитель»

Согласно сведениям источников, после смерти Постума галльское государство возглавил Марий{1}, который был простым кузнецом и не только плохо разбирался в военном деле (Eutr., IX. 9. 2; SHA. Туг. Trig., VIII. 1; Aur. Viet. De Caes., XXXIII.9; Oros., VII.22; Joh. Ant., fr. 152; Pol. Silv. 45; Ottonis. Chron., III. 37. 12-13), но и не обладал административными талантами (Aur. Viet. De Caes., XXXIII.9: ferri quondam opifex neque etiam turn militiae satis clarus; SHA. Tyr. Trig., VIII. 3: vir quidem strenuus ac militaribus usque ad imperium gradibus evectus; Eutr., IX.9.2; SHA. Tyr. Trig., VIII. 1; Oros., VII. 22. 11; Joh. Ant., fr. 152; Pol. Silv., 45). С другой стороны, нам неизвестно этническое происхождение Мария. Нельзя исключить предположение И. Кёнига, что Марий, очевидно, был галльского происхождения или из рейнских провинций{2}. Более спорно предположение об его испанском происхождении{3}.

Точные сведения о времени и месте провозглашения Мария императором отсутствуют. Античные авторы сообщают, что он был непосредственным преемником Лелиана (Eutr., IX.9.2; Aur. Viet. De Caes., XXXIII.9; Oros., VII.22), и только Требеллий Поллион, противореча сам себе (ср. SHA. Туг. Trig., VIII. 1, XXIV. 1), утверждает, что Марий возглавил государство после смерти Постума, Лелиана и Викторина. Нумизматические данные позволяют утверждать, что он был избран солдатами сразу после смерти Лелиана, очевидно, летом-осенью 269 г.{4}.

Если же считать его, соглашаясь с мнением большинства античных авторов, наследником Постума, то, скорее всего, он был провозглашен императором под стенами Могонтиака, как и указывает Орозий (VII.22.ll), т. е. после убийства Постума и его сына, в то время, когда Викторин отправился в погоню за Лелианом. Все источники едины в том, что Марий был выдвинут именно солдатами (Eutr., IX.9; SHA. Туг. Trig., VIII; Aur. Viet De Caes., XXXIII.9-11; Oros. VII.22.ll).

Источники сообщают, что Марий правил два или три дня (Aur. Viet De Caes., XXXIII. 12; SHA, Trig. Туг., VUI.l; Eutr., IX.9; Oros., VII.22.ll), что не может быть истиным. Дело, во-первых, в правильном прочтении оригинального текста Аврелия Виктора, в котором сказано, что спустя два дня после смерти Мария власть принял Викторин, а не о том, что Марий правил два дня (Hoc iugulato post biduum Victorinus deligitur... Aur. Viet. De Caes., XXXIII.13). Согласно данным нумизматики, правление Мария было намного дольше двух-трех дней, как и указано в источниках (Eutr., IX.2; SHA. Туг. Trig., VIII; Aur.Vict. De Caes., XXXIII.12). Орозий же пишет, что «после смерти Постума Марий в том же месте устремился к власти, но был вскоре убит» (VU.22.11). С другой стороны, существует теория, что Марий облачился в пурпур в ином месте, нежели в Колонии-Агриппине. Хотя неизвестный монетный двор Мария мог и не располагаться в его настоящей резиденции, но он должен был работать на этого императора, по крайней мере, в течение нескольких недель.

Количество{5} и распространение выпущенных Марием монет позволяют говорить о гораздо более длительном правлении, чем пара дней{6}. Известия о необычайно кратком сроке правления Мария, возможно, произошли из-за смешения представлений об обоих рейнских мятежниках — Лелиане и Марии. Лелиан был малоизвестен, так что путаница даже в его имени. Возможно, что впоследствии он был спутан со столь же малоизвестным Марием. Тем не менее, мы не имеем в своем распоряжении ни одной надписи, связанной с Марием в этот период{7}. Известный немецкий исследователь, рассчитав примерное время между смертью Постума в 269 г. и вступлением на престол в этом же году Викторина, довольно справедливо предполагает, что Марий правил четыре месяца{8}.

Итак, в середине или чуть позже 269 г., у стен Могонтиака императором «Галльской империи» был провозглашен Марк Аврелий Ма-рий, прославившийся среди соратников по оружию своей необычной силой (SHA. Туг. Trig., VIII.4-5). Известно также, что он был не простым легионером, но и не занимал высокого места на лестнице военной карьеры (SHA. Тут. Trig., VIII.6). Марий был наименее вероятным претендентом на престол, однако его выдвижению способствовала Виктория (SHA. Туг. Trig., V.3). Отсутствие Викторина стало одной из причин провозглашения обычного ремесленника императором.

Существовало предположение, что Марий, подобно Лелиану, был мятежником и провозглашен императором на Рейне, захватив в дальнейшем власть в западной части «Галльской империи». В доказательство приводится отсутствие монет Викторина, отчеканенных в честь испанского легиона. Последнее проще объяснить тем, что большая часть Испании перешла под контроль нового римского императора Клавдия. Сведения же о необычайно кратком сроке правления Мария, возможно, произошли из-за смешения представлений об обоих рейнских мятежниках — Лелиане и Марии, а их малоизвестные имена затем спутаны{9}.

Однако мнение E. М. Штаерман о том, что Марий, подобно Лелиану, не был легитимным императором всей Галлии, остается близким к истине{10}. Нельзя принять утверждение, что в «Галльской империи» было двоевластие: Марий управлял Испанией и Британией, Викторин — всей остальной частью{11}.

Столицей по-прежнему оставалась Августа Треверов, а монетный двор из Могонтиака был переведен в основной монетный двор «Галльской империи» — Колонию-Агриппину{12}. К этому времени монетный двор Медиолана был потерян, а Лугдуна — не функционировал. Легион VII Gemma, базирующийся в Лугдуне присягнул римскому императору Клавдию и получил титул Claudiana{13}. Легион VIII Augusta, располагавшийся в Аргенторат (совр. Страсбург), также перешел на сторону Клавдия.

Нет никаких данных о том, что Испания полностью перешла под юрисдикцию римского императора{14}. Скорее, речь идет о юго-восточных областях{15}. Здесь появляются надписи в честь Клавдия Готского, в Тарраконе чеканятся его монеты, но только со второго года его правления. С другой стороны, на монете Лелиана с легендой Temporum felicitas изображена лежащая фигура Испании с оливковой ветвью и маленьким зайцем{16}. Заяц так же, как колосья, был одним из символов мира, изобилия и процветания.

Политика «кельнского властителя», как справедливо назвал Мария исследователь И. Кёниг{17}, была направлена на то, чтобы удержать власть в данном регионе. Однако малочисленность источников не позволяет определить направления политики Мария и установить какие-либо мероприятия, проведенные этим галльским императором. Как сообщает Требеллий Поллион, Марий, принимая власть, произнес речь, в которой заявил, что римский народ является «железным народом» (SHA. Туг. Trig., VIII. 11), проводя аналогию со своим ремеслом и определяя население «Галльской империи» словом «римский народ». Сделано это было, прежде всего, в политических целях для привлечения на свою сторону легионов. С другой стороны, стремясь удержать власть, Марий хотел продемонстрировать лояльность по отношению к римскому императору. Вряд ли здесь может идти речь о претензиях на власть в Риме, хотя доказательств в подтвердение этой гипотезы слишком мало.

Известные нам монеты Мария имеют легенды, связанные с армией. Никаких конкретных воинских подразделений не упоминается. Характерны легенды CONCORDIA MILITVM с изображением двух рук, соединенных в рукопожатии, или легенда TEMPORVM FELICITAS с изображением стоящего слева Счастья, держащего рог изобилия и кадуцей{18}. Но чаще встречаются общие легенды — FIDES MILITVM, VIRTVS AVG., CONCORDIA MILITVM{19}. Интересен один антониниан, хранящийся в Кельнском музее, на котором изображен Постум и выбита надпись IMP С MARIVS PF AVG{20}. Примечательно, что найденные монеты Мария представлены только ауреусами и антонинианами, отчеканенными на двух монетных дворах — Колонии-Агриппине и одной из временных мастерских. Вероятно, было произведено не менее 2-х монетных эмиссий. Именно это обстоятельство позволяло отдельным исследователям выдвинуть гипотезу о том, что Марий являлся незаконным галльским императором и тем самым приравнивается к Лелиану{21}.

Обращает на себя внимание и тот факт, что на монетах Мария совершенно отсутствуют легенды, связанные с кавалерией, занимавшей значимое место на монетах Постума, Викторина и Тетрика. Видимо, как представитель рейнских легионов, Марий противопоставлял своих легионеров «варварской» коннице галльских императоров.

Монеты Колонии-Агриппины соответствуют монетам Постума последних лет его правления. Однако портрет Мария выполнен хуже, чем портреты других императоров. Подчас изображение императора почти гротескное: большой нос, образующий острый угол с линией бровей, и широкими ноздрями; губы столь выпуклые, что почти напоминают негроидную форму; подбородок часто скрыт короткой бородой. Стиль изображения подобен портретам Лелиана. Другой монетный двор идентифицировать пока не удается. Иконография и чеканка не характерны ни для монетного двора Могонтиака, ни Лугдуна или других известных монетных дворов, хотя тип может быть с уверенностью назван «варварским». Портрет Мария грубо воспроизведен местным мастером. На монетах отсутствует обычный для Колонии-Агриппины титул императора P. F.{22} Подобный портрет находят в чеканке некоторых ауреусов и значительного числа антонинианов Мария и только одного выпуска антонинианов с именем Викторина. Исследователи справедливо полагают, что в правление Мария была открыта некая монетная мастерская, немедленно закрытая Викторином после его вступления на престол{23}.

Спорным вопрос остается с принадлежностью Британии. И. Кёниг{24} на основании одной надписи утверждает, что только небольшая часть Британии вышла из-под контроля «Галльской империи». Остальная территория Британии оставалась в подчинении галльских императоров. Английский исследователь уверен{25}, что Британия полностью находилась под контролем, по крайней мере, в течение правления Мария и Викторина{26}. Тетрик потерял над ней власть{27}. E. М. Штаерман предполагает, что и Лелиан, и Марий не были легитимными императорами во всей Галлии, а стояли во главе восставших отдельно взятых рейнских легионов, в то время как остальными частями «Галльской империи» правил наследовавший Постуму Викторин{28}.

Марий был убит воином, желавшим отомстить за то, что некогда в кузнице Марий отнесся к нему с недостаточным вниманием (SHA. Туг. Trig., VIII 6-7).

Примечания

1. Imp(erator) C(aesar) M(arcus) Aur(elius) Marius p(ius) f(elix) Aug(ustus) — Elmer n. 626; REII (1896) 2511.

2. König I. Die Gallischen... S. 137.

3. Штаерман Е.М. Кризис... С. 460.

4. Lafaurie J. La chronologie... P. 926; Patti C. Op. Cit P. 87; König I. Die Gallischen... S. 144; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 94-95.

5. В каталоге RIC их представлено 19 (4 — ауреуса и антонинианы). 1 ауреус у Допперфельда, 6 — у Лафарье (регион Бельгии), 4 найдено на севере Франции и регионе Рейна в 70-е гг., и 4 - в середине 80-х.

6. Callu J. La politique... P. 236; Webb P. Op cit. P. 374-375.

7. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 120.

8. König I. Die Gallischen... S. 140. Правление в течение нескольких месяцев (не более четырех-пяти) предполагают и другие современные исследователи: Lafaurie J. La chronologique... 926; Patti C. Op. Cit. P. 87.

9. Schiller H. Op. cit. — Bd. II. S. 832.

10. Штаерман Е.М. Кризис... C. 460.

11. Schiller H. Op. cit. S. 8 3 2 .

12. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 36; König I. Die Gallischen... S. 139; Lafaurie J. La chronologique... P. 938.

13. König I. Die Gallischen... S. 155; Lafaurie J. La chronologique... P. 867,964; Demougeot E. La formation de l’Europe et les invations barbares. Des origines germaniques a lavenement de Dioctetien. Paris, 1969. P. 509; Riese A. Des rheinische Germanien in den antiken Inschriften. Berlin, 1914-n. 748, 2; CIL. XIII, 6.

14. Циркин Ю. Ук. соч. C. 267-268.

15. Штаерман Е.М. Кризис... C. 459.

16. Cohen, Lelian, 1.

17. König I. Die Gallischen... S. 145.

18. RIC. Marius, 1,7-8,11.

19. Cohen, Marius, 3-8 ,10.

20. König I. Die Gallischen... S. 139.

21. Штаерман Е.М. КризисХ. 460; Schiller H. Op. cit. S. 832.

22. Webb P. op. cit. P. 374

23. ibid. Р. 374.

24. ibid..146, RIB 2246.

25. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 121.

26. Birley E. A Roman Altar... P. 60-6 1 .

27. Ibid. 61-63.

28. Штаерман Е.М. Кризис... С. 460.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 4. Викторин

Викторин (Imperator Caesar Marcus Piavonius Victorinus, pius felix, invictus Augustus, pontifex maximus, tribunicia potestate, consul, pater patriae, proconsul{1}), как уже говорилось, происходил из знатного галльского рода и перешел на сторону Постума во время карательной операции в Галлии римского императора и его военачальника Авреола в 264 г.

Источники довольно туманно говорят о происхождении Викторина (SHA. Туг. Trig., IV; Eutr., IX.9.3; Oros., VII.22; Лиг. Viet. De Caes., XXXIII. 12; Epitom., XXXIV. 3; Pol. Silv., 49; Greg. Tur. Hist. Franc., 1.33; Ottonis. Chron., 111.37. 13-14). Однако раскопанный в Августе Треверов дом Викторина с мозаикой — один из самых богатых и роскошных в этом городе галльской знати{2}. Его мать Виктория обеспечила ему карьеру, побывав в Риме{3}. Юный Викторин был зачислен под командование начальника конницы Авреола. Начало восстания в Галлии застало его, по-видимому, в Мезии. До карательной операции 264 г. Викторин никак не реагировал на ситуацию в Галлии, возможно, опираясь на мнение, распространенное в Риме. Истинную ситуацию он увидел в Галлии, когда была устроена настоящая резня по приказу Галлиена. Викторин не только сам перешел на сторону Постума, являвшегося через его мать родственником, но и убедил часть войск последовать его примеру.

Без сомнения, Викторин был талантливым военачальником. Он близко к сердцу воспринял идеи своего нового императора, сразу включившись в работу по становлению «Галльского государства». Со временем он возглавил преторианскую гвардию Постума, одновременно выполнял и личные поручения Постума, такие как укрепление рейнского лимеса и отражение набегов германцев во время его восстановления{4}. Именно Викторин сражался с Галлиеном, когда римский император прибыл в Галлию с целью покарать мятежника Постума (SHA. Туг. Trig., VI. 1; Gall. Duo., VII. 1; Joh. Ant., fr. 152).

Неясным остается факт установления милевого камня с именем Викторина на правом берегу Рейна. Связано это, прежде всего, с вопросом о том, был ли Викторин соправителем Постума. Думается, что слова Требеллия Поллиона «Postumus senior....Victorinum...in participatum vocavit imperii et cum eodem contra Gallienum conflixit» — следует перевести именно как: «Постум привлек Викторина ... к участию в разделении воинской власти и вместе с ним выступил против Галлиена» (SHA. Туг. Trig., VI.l). По словам этого же автора, Постум лишь тогда решился на это, когда Галлиен организовал новую карательную операцию и сам прибыл в Галлию. Предположение о том, что Викторин был соправителем Постума, выведенное на основании того, что в 267 г. Викторин упоминается в надписи как товарищ Постума по консульству{5}, не может быть истинным. Сомнения в этом факте были еще у X. Дессау{6}. Дело в том, что в надписях консульские полномочия вместе с Постумом в разные годы разделяли и другие его соратники{7}, и нельзя их всех называть соправителями первого галльского императора. К тому же неясно, по какой причине Викторин, который якобы правил вместе с Постумом, получил отсрочку, а вместо него трон занял Марий?! С другой стороны, существует монета Постума с легендой, упоминающей двух Августов — [sEC]VLVM AVGG{8}. Это единственной свидетельство в пользу версии о разделении власти в «Галльской империи» между Постумом и Викторином.

Викторин по поручению Постума набрал дополнительные вспомогательные отряды из германских наемников для защиты рейнского лимеса (SHA. Туг. Trig., VI. 1). Первоначально он являлся, согласно одной надписи, tribunus praetorianorum{9}, а впоследствии praefectus praetorio{10}. Возможно, милевой камень был установлен именно в это время, поскольку датируется 2-й пол. 60-х гг. III в.{11}.

Смерть Постума застала Викторина вдали от места основных событий. Он по приказу императора преследовал Лелиана и убил его (SHA. Туг. Trig., VI.3). Скорее всего, именно отсутствие Викторина, который был обязан защищать жизнь своего императора как префект претория, стало причиной гибели Постума. И именно отсутствие Викторина сделало Мария новым императором.

Когда Марий был умерщвлен, Викторин оставался единственным кандидатом на трон. Согласно сообщениям некоторых античных авторов, произошло это в правление Клавдия II Готского (Epitome, XXXII-XXXIV). Полемий Сильвий утверждает, что Викторин возвысился в начале правления Аврелиана (Pol. Silv., 46-49). Согласно нумизматическим и эпиграфическим данным, Викторин был объявлен императором в конце 269 г., так что с 1 января следующего 270 г. он принимает консульские полномочия{12}.

Согласно источникам, Викторина именно избрали императором — deligitur (Aur. Viet. De Caes., XXXIII. 12; Eutr., IX.9.2; Oros., VII.22; Joh. Ant., fir., 152), причем спустя два дня после гибели Мария (Aur. Viet. De Caes., XXXIII.12; Eutr., IX.9.3; Joh. Ant., fr. 152) и во время правления Клавдия II Готского (Aur. Viet. De Caes., XXXIV.3). В длинной череде официальных титулов Викторина, если сравнивать их с титулатурой Постума, отсутствовал только Germanicus maximus, который первый галльский император получил в 261 г. Имя Викторина в надписях и на монетах часто пишется как Piawonius, возможно, этот вариант субстантивирован от имен Pius Avonius{13}.

Августа Треверов оставалась столицей «Галльской империи», но резиденцией Викторина была Колония-Агриппина, что указывало на особую значимость этого города{14}. Его знание военного дела, «не уступавшее Постуму» (Aur.Vict. De Caes., XXXIII.12) доблесть, строгость и военная выдержка позволила ему завоевать авторитет среди легионов. Викторин продолжал борьбу с германскими племенами. Согласно надписям на монетах, ему присягнули 14 легионов. Однако он не смог вернуть Испанию под свой контроль, о чем свидетельствуют надписи Клавдия II Готского, найденные в данном регионе{15}. В то же время из источников известно, что Тетрик владел Галлией и Испанией (SHA. Claud., VII.5). Видимо, речь идет об отдельных (северо-западных?) областях Испании, остававшихся под властью галльских императоров{16}.

Викторин потерял также восточную часть Нарбоннской Галлии{17}. Исследователи предполагают, что Нарбонская Галлия занимала либо колеблющуюся позицию{18}, либо относительный нейтралитет{19}, поскольку именно в этом регионе скрывались беженцы из восставшего Августодуна. Во всяком случае, с самого начала правления Клавдия Готского часть Нарбоннской Галлии перешла под власть Рима. Надпись из Грацианополя, датированная 269 г., сделана в честь римского императора, показывая, что эта часть Narbonensis признавала Клавдия II, и что здесь располагался с конницей Юлий Плацидиан{20}. О пребывании в восточной части Нарбоннской Галлии Плацидиана известно и из другой надписи{21}. Тем не менее, город Вьенна оставался в составе «Галльской империи» весь период ее существования{22}, тогда как постоянное соперничество этого города с Лугдуном должно было, казалось бы, толкать его в противоположный лагерь. Надписи Викторина обнаружили в разных районах, к примеру, в Майнце, Нанте, Лескорно, Сент-Мелуар-де-Буа{23}, на территории Белгики{24}, Британии{25} и находят на линии Нант — Тур — Бурж — Дижон — Безансон — Базель{26}.

Надо думать, что победе Викторина в значительной степени способствовали все усиливавшиеся вторжения германцев, особенно опас-ные для рейнских областей. Возможно, что Викторин был в союзе с некоторыми германскими племенами, наемники из которых состояли у него на службе. Победа Викторина была отмечена монетой, на которой изображен он сам, поднимающий коленопреклоненную Галлию; на заднем плане — Счастье с рогом изобилия; легенда — Restitutor Galliarum votis publicis / Gaudia publica{27}. Очевидно, такие легенды должны были представить Викторина спасителем гражданского населения Галлии от военной анархии, что вполне подходит для «аристократического ставленника», каким считает его ряд исследователей{28}. В это же время появляются монеты с Викторией, Марсом, Юпитером{29} и монетная серия, посвященная легионам, которые Викторин хотел почтить и привлечь к себе на службу. На этих монетах фигурируют не все легионы, поддерживающие Викторина. Отсутствуют британские легионы II-й Августов и VI-й Победоносный, хотя Британия бесспорно оставалась под властью Викторина{30}. Не упомянут и германский легион VIII Августов.

Естественнее предположить, что Викторин отметил только те легионы, которые в это время перешли под его власть. Четыре дунайских легиона, или их части, могли попасть к нему после гибели командовавшего ими Авреола, убитого на севере Италии Клавдием. Возможно, Реция еще оставалась под властью галльского императора. Тогда его признали и рейнские легионы. Это подтверждается и отсутствием на монетах Викторина VIII Августова легиона. Находясь в Аргенторате, он мог и не принимать участия в мятежах, центром которых был Могонтиак. Единственный, отмеченный на монетах Викторина британский легион XX Валериев Победоносный, тот же, что и на монетах Галлиена. Видимо, часть этого легиона оставалась около Могонтиака и принимала активное участие в происходивших событиях.

Также отметим 1-й легион Минервы и XXX Ульпиев, стоявшие по-прежнему в Нижней Германии, XXII Primigenia, базировавшийся в Могонтиаке и после крушения «Галльской империи» присягнувший Караузию{31}, IV Флавиев из Мезии, V Македонский и XIII Близнец из Дакии, XIV Близнец из Верхней Паннонии. Интересно единственное упоминание легиона XII Victrix из Стасбурга{32}.

Наиболее загадочным представляется появление на монетах Викторина легионов из Финикии (III-й Галльский), Палестины (X Fretensis) и Египта (II-й Траянов). Предположение М. Бланше, что эти монеты были выбиты в честь отдельных вексилларий легионов, участвовавших в войне с «Галльской империей», а затем перешедших на сторону Викторина, представлялась малоубедительной Е.М. Штаерман{33}, однако полностью отвергать идею французского исследователя нельзя, ведь сейчас точно известно, что отряд вексиллариев из легиона III Cyrenaica присягнул Викторину. Но вот объяснить присягу легиона, стоявшего в Бостре в Аравии пока не представляется возможным{34}. Единственная гипотеза может быть связана с попытками Викторина и его матери заключить военно-политический союз с Пальмирским царством. Пришедшая к власти Зенобия была , вероятно, знакома с Викторией, возможно, только посредством переписки (SHA. Claud., XXV. 4). Такой союз свел бы на нет все усилия римских императоров вернуть под свой контроль провинции.

Предположения о причинах появления упоминаний об этих легионах на монетах выдвигались самые разные: от простой пропаганды{35}, обычной для римских монетных эмиссий, до версии, что восточные легионы были привлечены для борьбы против Зенобии, при этом отдельные когорты могли быть использованы для обслуживания регионов «Галльской империи»{36}. Выстраивается следующая картина:

Legio I Minervia (Elmer, n. 711) — Bonna (Ritterling E.{37}, RE XII 1430)

Legio II Augusta (n. 712) — Isca Silurum (RE XII1460)

Legio II Traiana (n. 713) — Alexandria (RE XII1487)

Legio III Gallica (n. 714) — Damascus (RE XII1528)

Legio III Parthica (n. 714 a) — Rhesaenae (RE XII1539)

Legio IV Flavia (n. 715) — Singidunum (RE XII1543)

Legio V Macedonica (n. 716) — Potaissa (RE XII1579)

Legio X Fretensis (n. 717) — Aelia Capitolina (RE XII1673)

Legio X Gemina (n. 718) — Vindobona (RE XII1683)

Legio XIII Gemina (n. 719) — Apulum (RE XII1717)

Legio XIV Gemina (n. 720) — Camuntum (RE XII1738 f.)

Legio XX Valeria Victrix(n. 721-722) —Deva (RE XII1773)

Legio XXII Primigenia (n. 723-724 — Moguntiacum (RE XII1803)

Legio XXX Ulpia Victrix (n. 725-728) — Castra Vetera (RE XII1823)

Внешнеполитические отношения подразумевали наличие хоть каких-то контактов с Римской империей. Новый властитель Рима Клавдий II Готский отличался от Галлиена по своему характеру и проводимой политике.

Клавдий, иллирийского происхождения, являлся одним из военачальников Галлиена, который до своего провозглашения императором отражал набеги варваров на Дунае (Dio Cass., MXXIII; Eutr., IX. 11.1-2; SHA. Claud., XXV; Zosim., 1.41; Zonaras, XII.26; Ottonis. Chron., 111.38; Oros., VII.23; Euseb. Hist. Eccl., VII.32-33; AurVict. De Caes., XXXIV; Epitom., XXXIV). Его двухлетнее правление ознаменовалось не только его победой над готами, но многочисленными политическими и экономическими начинаниями. Согласно монетным легендам DEO CABIRO и REGI ARTIS{38}, Клавдий уделял особое внимание ремесленным коллегиям и хотел почтить покровительствовавших им богов. Судя по сообщению Требеллия Поллиона, этот римский император после своей победы над готами снова начал в больших масштабах практиковать расселение пленных на римский земле (SHA, Claud. XXV.I.3). Приняв власть, Клавдий занялся проблемами своей державы, но против Постума он не пошел, хотя, безусловно, знал о происходящем внутри «Галльской империи». Убийство Постума и приход к власти вначале Мария, затем Викторина и Тетрика, не прошли незамеченными для римского императора.

Клавдий Готский не вел войны с «Галльской империей»; Галлиен в конце своего правления также был слишком занят войной с готами и Авреолом, и осложнением ситуации в Пальмире. Кроме того, вряд ли могли быть взяты на запад части египетского и сирийских легионов в то время, когда после смерти Одената обострились отношения с администрацией Зенобии. В 267 г. Галлиен предпринял поход якобы против Персии, а фактически, чтобы снова подчинить себе Пальмиру. Войско его было разбито отрядами Зенобии. В Египте, где оставалось много сторонников побежденного Квиета, все время не прекращалось движение против Галлиена. Оно вылилось в узурпацию Эмилиана, а затем, также около 268 г., Египет отделился от Рима и вошел в царство Зенобии. Скорее поэтому можно думать, что Викторин, как и Постум, хотел наладить союз с Востоком{39}.

Викторин по своему характеру, что отмечают многие античные авторы, был человеком деятельным и инициативным, не уступавшим Постуму в знании военного дела (SHA, Туг. Trig., VI.1; Eutr., IX.9.1; Aur. Viet. De Caes., XXXIII. 12). После некоторого периода анархии, Викторин смог примирить военных и гражданское население региона, хотя и ненадолго. Он был тем единственным наследником Постума, который стремился сохранить созданную им империю, продолжая его внутреннюю и внешнюю политику, поддерживая рейнский лимес и оборонительные укрепления в должном порядке. Викторин знал, что важнее для сохранения государства и поддержания мира. Эти знания он почерпнул от Постума, который, возможно, видел в нем своего преемника{40}.

Но для широкой политики у Викторина не было возможностей. Германские вторжения участились, подчас выходцы из германских племен объединялись в шайки разбойников{41}. Отдельные отряды германцев предприняли натиск на долину Мозеля{42}. К сожалению, камень с надписью, обнаруженный в Аизеннихе и хранящийся в Музее г. Бонна, не может быть датирован достаточно точно{43}. Викторин не вел полномасштабных военных действий, как Постум, о чем свидетельствует отсутствие в эпиграфических и нумизматических источниках соответствующих надписей и легенд. Наиболее значимой причиной стало, как справедливо считает И. Кёниг{44}, восстание в Августодуне, куда Викторин стянул большую часть своих военных сил.

Его примирение с рейнскими легионами также оказалось непрочным. Причина этому — в характере Викторина. Молодой и легкомысленный, он оставался избалованным отпрыском знатного рода. Ощутив власть в полной мере, Викторин последовал по неправильному пути Галлиена. Источники сообщают, что он успел разрушить немало браков, а все хорошие качества его натуры «были погублены развратом и страстью к наслаждению с женщинами, которую вначале он сдерживал» (SHA. Туг. Trig., VI.6-7; Aur. Viet. De Caes., XXXIII.12; Eutr., IX.9.3). Викторин питал слабость к пышным приемам, его выход к народу напоминал спектакль{45}, и все это не способствовало укреплению его власти.

Финансовая политика молодого императора была пассивнее, чем подобная политика у Постума{46}, хотя монетные дворы Могонтиака, Колонии-Агриппины и Августы Треверов по-прежнему функционировали. Викторин ничего не привнес нового в иконографию монет, а вес монет становится меньше. И, тем не менее, Викторин старался продолжить политику первого галльского императора. Нумизматические и эпиграфические источники позволяют нам говорить о трех периодах, когда Викторин обладал tribunitia potestate, в течении которых он дважды был наделен консульскими полномочиями{47}. Период третьего консулата Викторина доказывается только одной монетой{48}. На монетах вместе с привычной длинной титулатурой{49} чеканилось полное имя императора — PIAWONIVS{50}. Укороченный вариант имени был характерен для монетного двора Колонии-Агриппины{51} — PIAWONI, PIAV, PIA и даже укороченное до двух букв — PI{52}.

Портрет Викторина на монетах точно соответствует характеристикам подобного портретного изображения Постума{53}. Отличие можно найти лишь в особой драпировке отчеканенного бюста. Портретные вариации найдены на монетах, как из серебра, так и из золота{54}. В большинстве случаев это хорошее исполнение с явно уважительным отношением мастера к императору. Голова изящно и тщательно вырисована: узкие брови, красивый классический профиль, хорошей формы нос, более короткая и остроконечная борода{55}.

Ряд монет Викторина так называемого «варварского типа» может служить доказательством существования временных монетных дворов. Реверсы монет этого галльского императора не отличаются разнообразием, а лишь копируют подобные монеты Постума. Интересна одна монета с надписью VICTORIN и VICTORINE и изображением двух лиц в профиль{56}. Предполагается, что это либо жена Викторина, либо его мать Витрувия{57}. Уважение подданных выразилось в монете с надписью CONSECRATIO (галльский вариант — CONSACRATIO){58}. Викторин также выпускает монету ROMAE AETERNAE с красивым изображением бюста Ромы{59}.

Примечательна серия монет Викторина, выполненная почти вся из золота. Одна часть посвящена Гераклу, а другая выбита в честь легионов императора. Монетные легенды, прославлявшие присягнувшие Викторину военные подразделения характерны, в большинстве своем, для ауреусов. Подобные посвящения характерны для многих римских императоров. Постум избегал подобных легенд и был необычайно корректен в своих титулах и прославлениях побед, чтобы не оскорбить ни легионы, ни наемников из германских племен. Исследователи приравнивают серию монет Викторина с прославлением легионов к подобным монетам Антонинов, Септимия Севера и Галлиена{60}. В серии монет Викторина, посвященной легионам, встречаются монеты достоинством в денарий и антониниан. Этой чести, соответственно, были удостоены легион XXII Primigenia и легион XXX Ulpia Victrix{61}. Подобные монеты, посвященные легионам III Gallica и XIII Gemina, были найдены в начале XX в. и не вошли в ряд каталогов.

В правление Викторина по-прежнему почитался Геракл, являвшийся к тому же богом-покровителем легиона XXII Primigenia{62}. Диана являлась audiutrix императора{63}, а Юпитер — его conservator{64}, поэтому монеты с их изображениями и связанными с ними легендами встречаются наиболее часто. Почитался и солярный культ в монетах типа Invictis и Oriens{65}. Марс появлялся на монетах в качестве comes Augusti{66}, как и богиня победы Виктория{67}. Почиталась и Virtus{68}. Интересной легендой является DEFENSOR ORBIS с изображением трех воинов с копьями и щитами и трех женщин{69}. Возможно, что женщины олицетворяли регионы «Галльской империи»: Галлия, Испания и Британия, а воины — военные силы Викторина, которые обеспечивали безопасность этим провинциям. Однако, если учесть, что Испания находилась уже под юрисдикцией римского императора, то третьей провинцией, возможно, была Реция?! Монета с надписью PROVIDENTLA AVG. и изображением головы Медузы Горгоны, отчеканенная в Колонии-Агриппине, является скопированной с подобной монеты Септимия Севера{70}.

После двух с половиной лет правления Викторин пал жертвой возникшего на Рейне заговора. Непосредственной причиной убийства Викторина источники считают месть актуария{71} Аттициана за связь императора с его женой (Aur.Vict. De Caes., XXXIII.12: Eutr., DC.9.2; SHA. Туг. Trig., VI.3; Joh. Ant., fr., 152; Oros., VII.22). Но недовольство Викторином в рейнских войсках существовало все время. И Аврелий Виктор, и Требеллий Поллион отмечают, что легионеры уже давно были настроены против императора. Поэтому Аттициану было нетрудно собрать враждебную Викторину группировку и убить его во время пребывания галльского императора в Колонии-Агриппине (Eutr., IX.9.2; Aur. Vic. De Caes., XXXIII.12; SHA, Туг. Trig., VI.3; Joh. Ant., fr. 152).

Современные исследователи относят смерть Викторина к концу 270 - нач. 271 гг.{72} Античные авторы сообщают, что правил Викторин два года (Aur. Viet. De Caes., XXXIII. 12; SHA. Туг. Trig., VI.3 ). Если брать за основу хронологию Римской империи, то известно, что Тетрик застал конец правления Клавдия II Готского. Исходя из консульских полномочий Викторина, галльский император был убит в начале 271 г.{73}

Конец правления Викторина ознаменовался также восстанием в Августодуне (совр. Отен). Город племени эдуев по каким-то причинам поссорился с Викторином и закрыл ворота перед ним. Это было началом восстания багаудов. Евмений говорит, что Августодун, когда призвал Клавдия, былокружен «злодейством бунта багаудов» (Paneg. Lat., VIII (9).4.1).

Позднее панегиристы не раз останавливались на этом событии, которое, по их мнению, давало Августодуну особые права на милости императоров. Евмений просто упоминает, что город этот «взывал о помощи к римскому принцепсу»{74}. Другой панегирист напоминает Констанцию, что жители Августодуна «первые призвали твоего родственника, божественного Клавдия к возвращению Галлии, и, ожидая его помощи, они семь месяцев находились в осаде и, претерпев все бедствия и нужды, лишь тогда позволили ворваться в ворота галльским мятежникам, когда, обессиленные, уже не могли оказать сопротивление. Так что, если бы судьба благоприятствовала вам и усилиям эдуев и он, восстановитель республики (Клавдий), смог бы прийти на помощь к нам, умолявшим его об этом, то братская преданность эдуев открыла бы вновь воссоединенным провинциям более легкий путь к миру — без всякого ущерба для римских сил, без каталаунского несчастья»{75}. Таким образом, намерения августодунских повстанцев не вызывают сомнений. Августодун был городом, не связанным с крупным землевладением (лучшие земли и крупные имения эдуев лежали на Соне). Он был населен мелкими торговцами, ремесленниками и мелкими землевладельцами{76}.

Восстание в Августодуне совпало, по словам Авзония, с концом правления Викторина и переходом власти к Тетрику{77}, т.е. началось одновременно с новым движением против Викторина на Рейне. Авзоний пишет, что его дед, знатный эдуй Арборий, был лишен своего имущества и должен был бежать в Аквитанию под защиту Тетрика. Применив по отношению к изъятому имуществу термин «проскрибировано», Авзоний, очевидно, предполагал действия какой-то власти, вероятно, совета города. Вряд ли Авзоний применил бы его, если бы речь шла о багаудах, которых он, как и всякий аристократ, не мог рассматривать иначе, чем разбойников.

В конце 269 г. количество вторжений германских племен значительно увеличилось. Явной опасностью было и начавшееся восстание багаудов. Ситуация стала столь угрожающей, что Клавдий II Готский{78} направляет praefectus vigilum Юлия Плацидиана в этот регион с целью укрепить перевалы Альп для безопасности империи в целом и Нарбоннской Галлии, в частности{79}. Военные части Юлия Плацидиана, состоявшие из vexillationes atque equites, были значительной мобильной силой, способной противостоять галльскому императору. Очевидно, до столкновения дело не дошло. Как предполагает немецкий исследователь, причина кроется в тонкой дипломатии, в результате которой военные силы Клавдия II не стали вмешиваться в конфликт{80}.

Викторин собирает основные военные силы, чтобы подавить восстание в Августодуне. После семи месяцев осады Викторин заставил город сдаться, поскольку у защитников не оставалось запасов продовольствия{81}. Памятуя о судьбе Постума, Викторин отдал Августодун своим войскам на разграбление{82}. Город был полностью разрушен{83}, исходя из слов Евмения{84}: «Pro instaurandis scholis», «ruinarum magnitude». Можно заметить, что реставрация Августодуна была проведена в начале IV в.{85}

После смерти Викторин был обожествлен своим преемником Тетриком, о чем свидетельствуют монеты с его именем и легендами VICTORINO РIO и CONSECRATIO{86}. Таким образом, Тетрик стремился показать свое единство с политикой Викторина и признавал себя его законным преемником. Об этом свидетельствует и монета с портретами Викторина и Тетрика{87}, подтверждающая, что правление Тетрика началось после гибели Викторина без промежуточного правления Мария. Возможно предположение, что обожествление Викторина было произведено под давлением его матери Виктории.

Викторин Младший, согласно сведениям античных авторов, получил титул Цезаря с вступлением отца на престол (SHA. Tyr. Trig., VII). Викторин младший был убит вместе с отцом или чуть позже, поскольку был слишком мал, чтобы править (SHA. Tyr. Trig., VII). При этом существование Викторина подтверждает только Требеллий Поллион, который также настаивает на том, что была некая могила с надписью: «Hie duo Victorini tyranni siti sunt» (SHA. Tyr. Trig., VII.2). Современные исследователи уверены, что это полная выдумка античного автора{88}.

Сложная ситуация связана с Викторией или Витрувией. Согласно сообщениям письменных источников, она являлась матерью Викторина (SHA. Tyr.Trig., XXXI). Виктория получила титул Августы и «Mater Castrorum» после смерти Постума (SHA. Tyr.Trig., VI.2), но отказалась от власти, содействуя возведению Мария на престол. Он был убит, и Виктория способствует приходу к власти своего сына, а затем и Тетрика, подкупив щедрыми дарами и деньгами легионы. Фактически в этот период именно Виктория обладала влиянием в «Галльской империи». Недаром античные авторы замечали, что на востоке правит Зенобия, а на западе — Виктория (SHA. Claud., XXV.4). Титул «mater castrorum», скорее всего, является стилизацией по примеру Юлии Авиты Мамеи{89} (SHA. Туг. Trig., V.3; VI.3; XXV.l; XXI.2). В действительности этот титул лишь отражение авторитета Виктории.

Проблема в том, что иных свидетельств о Виктории нет. Неясна и ситуация с ее именем. Очевидно, Витрувия — это кельтское имя, возможно, одно из имен. Поэтому античные авторы могли знать как имя, которым ее называли в Риме, так и имя, которое было принято в среде галльской знати{90}. Отсутствуют монеты, хотя античные авторы утверждают, что Виктория чеканила золотые и серебряные монеты («Cusi sunt eius nummi aerei, aurei et argentei, quorum hodieque forma exstat apud Treviros.» SHA. Tyr. Trig., XXXI.3-4). Существует одна надпись, позволяющая утверждать, что Виктория является историческим лицом (прил., Victorin., 22).

Современные исследователи уверены, что именно Виктория обеспечила карьеру своего сына, воспользовавшись преимуществами своего происхождения и богатства. Она посетила Рим, где, видимо, была известна. Согласно источникам, Виктория являлась ближайшей родственницей Постума, возможно, его двоюродной сестрой{91}. Викторин получил место в то время, когда Постум был наместником Галлии и обеих Германий, что в немалой степени способствовало миссии Виктории, а, возможно, и аудиенции у римского императора Галлиена.

Источники говорят об особом уважении и авторитете, которым она пользовалась в среде военных (SHA. Туг. Trig., XXXI.l). Возможно, это было связано с ее происхождением и родством с Постумом. Виктория была красива и не очень общительна{92}.

Виктория была также знакома с Зенобией: «Victoriam mei (= Zenobiae) similem credens in consortium regni venire, si facultas locorum pateretur, optavi» (SHA. Tyr.Trig., XXX.23). Античные авторы всячески стремились показать{93}, к чему могут привести узурпации, как к тому, что у власти оказываются женщины — на востоке Зенобия, на западе — Виктория (SHA. Туг. Trig., XXXI.7; Peter (2), 219).

Вполне возможно, что Виктория действительно обладала авторитетом и влиянием, поэтому сумела настоять на кандидатуре своего родственника Тетрика. Вероятным может быть и то, что родство это было или очень дальним, или выдуманным, чтобы получить одобрение легионов{94}. В то время, как легионы были захвачены врасплох гибелью Викторина, участились вторжения германских племен{95}. Для стабилизации внутреннего положения и организации обороны региона государству необходим правитель, отсутствие которого пагубно воздействовало на настроения среди гражданского населения и военных. Дипломатия Виктории и щедрые денежные раздачи дали желаемый результат. Ведь этот период она, хотя и без официального титула, была гарантом fides militum.

Подобные женщины впечатляли античных авторов. Однако вряд ли можно говорить о желании Виктории править за спиной своего сына{96}, поскольку она могла править сразу после смерти Постума, когда получила титул Августы, но отказалась. Почему же Виктория остановила свой взор на Тетрике как на претенденте на трон? Выбор был тем удивительней, что, во-первых, Тетрик — человек совершенно незнакомый для легионов. Во-вторых, резиденция Тетрика находилась далеко от основных событий — в Бордо (ант. Бурдигала). И наконец, судя по отсутствию надписей Викторина и Клавдия Готского в данном регионе, Аквитания занимала нейтральное положение как по отношению к «Галльской империи», так и по отношению к Римскому государству. К тому же, она предоставляла убежище для изгнанников из Августодуна{97}. Немецкий исследователь предлагает признать существование двойного принципата в этот период{98}.

Тем не менее, даже если Виктория была разочарована политикой Тетрика, то изменить ничего не успела. По свидетельству источников, Виктория была убита, или умерла в правление Тетрика (SHA. Туг. Trig., XXXI.4). Современные исследователи справедливо замечают, что, скорее всего, Виктория умерла от какой-то болезни примерно в конце 272 - нач. 273 г.{99}

Примечания

1. CIL. XIII, 9040 ( König I. 79); CIL. XIII, 8958; Dessau 564.

2. Parlaska К. Die Römischen Mosaiken in Deutschland. Berlin, 1959. P. 44-4 6 , taf. 42,2 (Mosaik), 48, 5 (Inschrift); Cüppers H. Rettet das römische Trier / / Denkschrift der archäologischen Trier-Kommission. Trier, 1972. S. 19; Wightman E. M. Roman Trier ... P 53; König I. Die

Gallischen... S. 141; Штаерман E.M. Кризис... C. 464; CIL. XIII,3679; Dessau 563; RE. VIII А 2075.

3. Bouvier-Ajam M. Op. cit. P. 187.

4. Dessau, 563.

5. Dessau Н. Die Consulate des Kaisers Victorinus / / Germania. 1917. Bd. 1. S. 173-174; Bastien P. Remarquel sur le processus consularis... P. 21 -31.

6. Dessau H. Die Consulate... S. 173.

7. Так, консулами вместе с Постумом были Гонорациан, упомянутый в надписи на Аугсбург­ском алтаре в период второго консульства в 261 г., третьего в 262 г. и пятого (шестого?) в 269 консульств Постума. Викторин стал консулом в 267 г. и 268 г. König I. Die Postumus... S. 347; Bastien P. La monnayage... P. 14.

8. RIC. Post, 160.

9. M(arcus) Pia(v)onius tribunus p|r(a)et[oria]norum | [d(e)? s(uo)? oder domum restituit] - Dessau. 563; König, 75.

10. Wightman E. M. Roman Trier... p. 54; надпись из Кёльна (Колония-Агриппина) CIL. XIII, 8267 b.; Galsterer H. Die römischen Steininschriften aus Köln. Köln, 1975, n. 196 b.: Dis Manibus Liberalinio | Probino, tribuno | q(uondam) praetoriano(rum), et | Liberaliniae, q(uondam) Pro I binae filiae ei(i)us Bar|barinia Accepta m|arito et filiae obitis emea — Неизвестно, действи­тельно ли эта надпись упоминает тех, кто входил в созданную Постумом преторианскую гвардию. König I. Die Gallischen... S. 142-143.

11. Laser R. Op. cit. S. 200

12. Dessau Н. Die Consulate des Kaisers Victorinus / / Germania. 1917. Bd.l. S. 173-174; König I. Die Gallischen... S. 143-144.; Patti C. Op. cit. P. 87.

13. Piavonio = CIL. XIII, 9040 (n. 79); Piawonius = CIL. XIII, 8958; Dessau 564; Piawonius = CIL.

XIII, 3679; Piaonius = RIB. 2238 (n. 88).

14. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 37; König I. Die Gallischen... S. 146.

15. CIL. II, 1672,3619,3737,3833,3834,4505,4879.

16. Штаерман E.M. Кризис... С. 464; König I. Die Gallischen... S. 146; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 37.

17. Britannia = RIB. 2246; Hispania = CIL. II, 3834; CIL. II, 4879; CIL. II, 4505; Narbonnaise = CIL.

XII, 2228; CIL. XII, 5511.

18. Штаерман E.M. Кризис... C. 464.

19. DrinkwaterJ. F. The Gallic Empire... P 41; König I. Die Gallischen... S. 159.

20. CIL. XII, 2228.

21. CIL. XII, 1551.

22. Mowat H. Les аteliers monnetaires en Gaule / / RN. 1890. № 1. P. 143-158; Jullian C. Histoire...— Vol. 4. P. 332.

23. CIL. XIII, 9009; CIL. XIII, 8999; CIL. XIII, 9006; CIL. XIII, 9012.

24. Brimont - CIL. XIII, 9040. Kyllward — CIL. XIII, 12090. Germania Superior — Аер. 1971. 279. Stein ibid. S. 257.

25. CIL. XIII, 8958; Dessau 564; CIL. XIII, 8959; CIL. XIII, 8961. RIB. 2241 = Dessau, 565: Bailgate, 2238: Chersterton, 2251: Pyle, 2261: Trecastle Hill, 2287: Old Penrith, 2296: Cambridge. При этом необходимо иметь в виду, что в Британии найдена также надпись Клавдия Готского — RIB. 2246

26. König I. Die Gallischen... S. 146; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 121.

27. Delbrück R. Die Münzbildnisse von Maximinus bis Carinus, s. 138; Lafaurie J. La chronologique... P 949; Webb P. Op. Cit. P. 384.

28. Штаерман E. M. Кризис... C.464; Webb P. Op. Cit. P. 384; König I. Die Gallischen... S. 146; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 121.

29. Witte de J. Recherches... Victor., 3-5, 12-15, 19, 31-32.

30. Domaszewski V. A. Die Legionsmünzen des Victorinus / / Germania. 1918. № 1. S. 112-114; Штаерман E.M. Кризис... C. 461; König I. Die Gallischen... S. 153-154.

31. Pauly-Wissowa, 1815-1816.

32. CIL. XIII, 12240/1; RE. XII, 1710.

33. Штаерман Е М. Кризис. . . C. 462

34. Drinkwater J. F. A new Inscription and the Legionary Issues o f Gallienus and Victorinus / / NC. 1971. Vol. XI. P. 325-326.

35. Omar Ch. The Legionary coins of Victorinus, Carausius and Allectus / / NC. 1924. № 1. P. 53-55; Drinkwater J. F. A new Inscription... P. 326.

36. Webb Р. Op. Cit, Р. 383-384.

37. ibid, 381; Witte J. De. Les legions de Victorin / / RN. 1884. ser 3. Vol.X. P. 253-238.

38. Cohen, Claud., 72,163.

39. Witte J. De. Les legions... P. 253-238; König I. Die Gallischen... S. 144-145; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 199-200.

40. Bouvier-Ajam M. Op. Cit., P. 164.

41. Flam-Zuckermann L. A propos d une inscription de Suisse... P. 454-471.

42. CIL. XIII, 11976. Указанный в надписи Lupius Ammin us, который вместе со своими со­ратниками защищали город от германцев, фигурирует и в других надписях как: praefectus architectus (CIL. V 1889 = Dessau 5378); praefectus latrociniis arcendis (CIL. XIII, 5010 = Dessau 7007); praefectus iuventutis (Аер. 1921, 21); и даже военный представитель collegia iuvenum (CIL. XIII, 4131= Riese 2525).

43. König I. Die Gallischen... S. 147.

44. ibid.

45. Bouvier-Ajam M. Op. Cit. P. 164.

46. König I. Die Gallischen... S. 147; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 201; Callu J. La politique... P. 273; Lafaurie J. La chronologie... P. 959.

47. Dessau Н. Die Consulate des Kaisers Victorinus / / Germania. 1917. № 1. S. 173; König I. Die Gallischen... S. 147; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 201; CalluJ. La politique... P. 273; Lafaurie J. La Chronologie... P. 959.

48. Dessau H. Die Consulate... S. 174; Lafaurie J. La Chronologie... P. 930,935; Patti C. Op. Cit. P. 87; Callu J. La politique... P. 240,242; Elmer G. Op. Cit. P. 63; RIC. Victorin, 39.

49. Lafaurie J. La Chronologie... P. 935; Webb P. Op. Cit. P. 379, 386; Barrandon J.-N., Brenot C. Variations du titre de lantoninianus de Victorin: une emission trevire exceptionnelle / / RN. 1976. NU. P. 101.

50. Barrandon J.-N, Brenot C. Variations... P. 101; RIC. Victorin, 117.

51. Lafaurie J. La Chronologie... P. 935; Webb P. Op. Cit P. 379, 386; Barrandon J.-N, Brenot C. Variations... P. 101 - 102.

52. RIC. Victorin, 41, 62, 65, 66, 113, 117, 126.

53. Webb P. Op. Cit P. 379-380; König I. Die Gallischen... S. 147; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 201-202.

54. Webb P. Op. Cit. P. 380; König I. Die Gallischen... S. 148; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 202-203; Mowat R. Les atelier monetaires imperiaux en Gaule: principalement de Postum ä Tetricus (258-273) / / RN. 1845. № 13. P. 175.

55. Webb P. Op. Cit. P. 383, Plate XIV, n. 9; Brauer G. C. Jr. The age ... P. 126, pict 1.

56. Webb P. Op. Cit Р. 382.

57. Webb P. Op. Cit. Р. 382; König I. Die Gallischen... S. 147; Drinkwater J. F. The Gallic Empire.... P 201-202.

58. RIC. Victorin, 82-84.

59. RIC. Victorin, 26.

60. Omar Ch. The Legionary coins of Victorinus, Carausius and Allectus / / Num. Chron., 1924, p.90; NC. 1924. P. 53; Alföldi A. // NC. 1930. № 1. P. 218, 279.

61. Witte J. De. Les Legions... P. 293-294.

62. Pauly-Wissowa, 1815. RIC. Victoria 23.

63. Webb P. Op. Cit.P. 384-385; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 201; RIC. Victorin, 2, 35: ADIVTRIX AVG.; 31-33: VOTA AVGVSTI.

64. RIC. Victoria 48, 49, 50

65. RIC. Victorin, 96, 97, 112 - INVICTVS; ORIES AVG - 115.

66. RIC. Victorin, 6, 42 - COMES AVG; MARS VICTOR - 53.

67. RIC. Victorin, 94, 106, 107 — COMES AVG; 28-30 ,75-77,93,94,101-102,124,125: VICTORIA AVG.

68. RIC. Victorin, Интересны варианты легенды VIRTVS AVG. с изображением Геракла (n. 79), Марса (n. 80) и Дианы (n. 81), а также простого воина (n. 78, 89).

69. RIC. Victorin, 90.

70. Webb P. Op. Cit P. 384; RIC. Victorin, 99.

71. Лицо, ведавшее ежедневной раздачей с учетом рациона солдат.

72. Patti С. Op. cit. Р. 88.

73. König I. Die Gallischen... S. 143, 149; Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 39.

74. Paneg. Lat., VIII (9), 4,1.

75. Paneg. Lat, VIII (5), 4, 2: «(Aedui) divum Claudium... ad recuperandas Gallias primi sollicitaverunt exspectantesque eius auxilium septem mensibus clausi et omnia inopiae miseranda perpessi tum demum irrumpendas rebellibus Gallicanis portas reliquerunt, cum fessi observare non possent» et VIII, 4, 3: «quod s i... ille rei publicae restitutor implorantibus nobis subvenire potuisset...».

76. Площадь Августодуна была значительной — 200 га, как и города Нима и Вьенны. Он имел 54 круглые и одинаковые башни, подобно Фрежюсу, 10 м в диаметре. Расстояние между башнями варьировалось от 54 до 100 метров. Толщина стен колебалась от 1,60 м до 1,90 м, высота доходила до 11 м. Земляной вал у стен был от 2,50 м. Пояс укреплений был протянут на расстояние приблизительно 6 км. Gentilhomme P. Le. Le desastre d`Autun en 269 / / REA. 1945. Vol. 45. 3-4 . P. 233-239.

77. Auson., Parentalia, IV: «*... namque avus et genitor / proscripti, regnum cum Victorinus haberet / victor et in Tetricos reccidit imperium (XV.6.8-10).

78. Paneg. Lat. VIII.4.2: « (Aedui) Claudium... ad recuperandas Gallias primi sollicitaverunt»; 8.4.3. «sine ullo detrimento Romanarum virium.».

79. CIL. XII, 1551; Dessau, 569; CIL. XII, 2228.

80. König I. Die Gallischen... S. 149-150.

81. Paneg. Lat., VIII.42: «exspectantesque eius (Claudii) auxilium septem mensibus clausi et omnia inopiae miseranda perpessi tum demum irrumpendas rebellibus Gallicanis portas reliquerunt, cum fessi observare non possent».

82. Eutr., IX.9.1: «(Postumus) interfectus est, quod Mogontiacum ... diripiendam militibus tradere noluisset».

83. Amm. Marc, XVI.2.1: «Augustoduni civitatis antiquae muros spatiosi quidem ambitus sed carie vetustatis invalidos; XV. 11.11.

84. Paneg. Lat, V 4.2: « Itaque maximas pecunias et totum, si res poscat, aerarium non templis modo ac lods publicis reficiundis, sed etiam privatis domibus indulgent».

85. Berthollet J. La restauration dAutun au debut du IV-e siecle / / М ёт. Soc Eduenne; NS 50; 1947-1955; 115-123.

86. Cohen, Victorin., 14-16.

87. Cohen H. Op. cit — Vol. V. P. 179

88. König I. Die Gallischen... S. 157; Stein A. Römische Inschriften in der antiken Litteratur. Prag, 1931. S. 56.

89. Dessau, 485. König I. Die Gallischen... S. 160.

90. König I. Die Gallischen... S. 158.

91. Bouvier-Ajam M. Op. Cit, P. 189.

92. ibid, 189.

93. SHA. Claud. IV. 4: « Claudi Auguste, tu nos a Zenobia et a Vitruvia libera ».

94. König I. Die Gallischen... S. 159.

95. Ibid.

96. Bouvier-A jam M. Op. CiL, P. 190.

97. König I. Die Gallischen... S. 159.

98. ibid., S. 160

99. Drinkwater J. F. The Gallic Empire... P. 41; Bouvier-Ajam M. Op. Cit, p. 189-190.

Share this post


Link to post
Share on other sites

§ 5. Тетрики

Тетрик — Gaius Pius Esuvius Tetricus, nobilissimus Caesar{1}. Его сын, являясь соправителем, носил такие же титулы, а кроме того титул Caesar и Princeps iuventutis. Вместе их титул звучал как Imperatori Caesari, Gaio Esuvio Tetrico, pio felici invicto Augusto, pontifici maximo, patri patriae, consuli, proconsuli.

Тетрика все источники признают римским сенатором{2}, происходившим из богатого аристократического галльского рода (familia nobilis — Eutr., IX.10; Aur.Vict. De Caes.,XXXIII.14; SHA. Tyr. Trig., XXIV.1; Oros., VII.22), наместником{3} Аквитании, призванным к власти богатой и влиятельной Викторией (Eutr., IX. 10; SHA. Туг. Trig., 34.1; Aur. Viet. De Caes., XXXIII.14). Интересно его имя — Эзувий — имя, как считают современные исследователи, характерное для старой галльской аристократии, старавшейся сохранить традиции{4}.

Евтропий замечает, что Тетрик облекся в пурпур в Бурдигале (совр. Бордо), столице Аквитании (Eutr., IX. 10. 1), а Аврелий Виктор указывает, что легионы только за большие деньги дали свое согласие на воцарение Тетрика: «Victoria ... legionibus grandi pecunia comprobantibus Tetricumm imperatorem facit» (Aur.Vict. De Caes., ХХХIII.14). Требеллий Поллион в биографии Тетрика пишет, что «Виктория или Витрувия убедила принять власть сенатора римского народа Тетрика, потому что, как говорят многие, он был ее родственником» (SHA. Туг. Trig., XXIV. 1).

Е. М. Штаерман сомневалась в том, что Тетрик действительно был сенатором, однако, французский исследователь уверен в правдивости этих сведений{5}. Согласно Аврелию Виктору, сенатское достоинство Тетрик получил для себя и сына от Аврелиана, как одну из наград за свою добровольную капитуляцию (Aur. Viet. De Caes., XXXV). Возможно, что Тетрик, как аристократ и крупный землевладелец, входил в сенат, составленный Постумом.

Тетрик был призван Викторией в то время, когда положение «Галльской империи» было катастрофическим. Приграничные районы испытывали постоянные набеги германских племен, и восстания легионов и местных жителей. Экономика приходила в упадок. Ряд исследователей считает приход к власти Тетрика реакцией земельной знати на правления предыдущих солдатских императоров{6}.

В начале 271 г. Гай Эзувий Тетрик стал последним провозглашенным императором «Галльского государства»{7}. Упорядочению хронологии правления Тетриков помогает не только изучение монетных выпусков, но и хронология жизни Зенобии, которая, как известно из сообщений античных авторов, была побеждена почти одновременно с галльским императором и вместе с ним участвовала в триумфальном шествии Аврелиана (SHA. Aur., XXXII; Oros., VII.23; Zosim., 1.61; Zonaras, XI.27).

Своего сына Тетрик вскоре объявил вначале Цезарем, а затем Августом. На монетах часто встречается аббревиатура AVGG или надпись IMPP INVICTI РII AVGG., IMPR TETRICI AVGG{8}. Однако и позже встречается комбинация титулов Augusti и Caesaris. Монеты Тетрика позволяют отметить только три периода tribunitia potestate и три — консульских полномочий. Одна из монет содержит надпись Cos. III{9}.

В начале правления Тетрик проявил интерес к региону, а его администрация активно взялась за работу. Об этом могут свидетельствовать милевые камни: найденный в Безье с именем Тетрика Младшего (прил. Tetric., 12), также милевые камни находят на линии Нарбон — Тулуза, в частности, около Каркассона (прил. Tetricus., 14) и Монтгэйлард — Лаврэг (Konig n.264, прил. Tetric., 5). На второй год tribunitia potestate Тетрик распространил свое влияние на южный Лангедок и вплоть до Средиземного моря{10}. Надписи галльского императора, обнаруженные в Аквитании, указывают на признание Тетрика этим регионом, который придерживался нейтралитета со времени гибели Постума{11}. Основное место находок большинства надписей с именем Тетриков расположено в районе Ренна{12}, остальные найдены по всей Лугдунской Галлии{13}. Только обе Германии и Белгика не принесли подобных находок. Причины этому могут крыться в восстаниях рейнских легионов, которые стали поводом для капитуляции галльского императора. Иная ситуация с монетами Тетриков — их обнаруживают и в долине Рейна, и в Германиях и на территории Северной Франции{14}, Британии{15}, и Северной Италии{16}, и в Испании и Португалии{17}.

В Британии было найдено четыре милевых камня с именами Тетриков: три из Биттерна в районе Саутгемптона, один из Рочбурна возле линии Дорчестер — Салисбури (Олд Салис) — и алтарь с именем Тетрика Старшего, при этом ни одного камня не найдено в центре региона. Близость находок к острову Vectis = Wight, являющимся базой Classis Britannica (Pan. Lat., VI. 15.1) и форпостом обороны против пиратов подтверждает интерес Тетрика к этой области. Примечателен алтарный камень из Amboglanna = Бирдосвальд, расположенный близ стены Адриана. Этот алтарь был установлен tribunus cohortis Помпонием Дезидератом в честь Тетрика (прил. Tetric., 18). Эта cohorts I Аеlia Dacorum хорошо известна с правления Постума, когда она получила имя — Postumiana (прил. Tetric., 11; CIL. VII, 823; RIB. 605; CIL. VII, 287; прил. Tetric., 28; RIB. 1886; CIL. VII, 822). Теперь же она стала называться по имени нового властителя — Tetricianorum (прил. Tetric., 11). Надпись из Рочбурна, упоминающая Цезаря Тетрика, датируется 272 г.{18}

Нарбонская Галлия была одним из первых регионов «Галльской империи», перешедшей под контроль Аврелиана. Римский император направляет в Narbonensis уже знакомого нам praefectus praetorio Юлия Плацидиана с военными силами{19}. Надпись с именем Плацидиана была найдена близ Гренобля и датируется примерно 274 г.{20} Вполне вероятно, что префект претория мог контролировать пограничную линию и готовить по приказу Аврелиана атаку на галльского императора{21}.

Как сообщают источники, в конце правления Тетрика произошло восстание Фаустина, наместника провинции Белгика, которое на-прямую затронуло столицу «Галльской империи» Августу Треверов. Именно этот город поддержал praeses Фаустина{22} (Faustinus Treveris (tyrannus fuit) — Pol. Silv. 49), видимо, заставив Тетриков покинуть Августу Треверов.

Античные авторы утверждают, что Тетрик долго терпел восстания солдат, нападения германцев, покушения на свою жизнь, другие «несчастья», под которыми, очевидно, подразумевалось и восстание 6агаудов, обратился «за помощью» к римскому императору, прося его «взять Галлию» под свой контроль (Eutr., IX. 10; Aur. Viet. De Caes., XXXV.4; SHA. Tyr.trig., XXIV.2-3; Oros., VII.22). Император Клавдий не вмешивался в дела «Галльской империи», хотя, согласно Требеллию Поллиону, сенаторы заступались перед ним за последнего галльского императора (SHA. Claud., XXV.4.4). Думается, что Тетрик пытался пойти на соглашение с ним, но преждевременная смерть Клавдия помешала этому. Принявший власть Аврелиан был иным по характеру и устремлениям.

Талантливый военачальник, происходивший из небогатой и незнатной придунайской семьи, он при Валериане достиг высокого положения, но, как отмечают источники, был известен своей жестокостью и «чрезмерной суровостью, переходящей всякие границы» (Eutr., IX.13.1; Zosim., 1.47; SHA. Aur., VIII.3). Прославишийся своими победами, Аврелиан был удостоин консульского звания и усыновлен знатным римлянином (SHA. Aur., 16). Неизвестно, как складывались отношения Аврелиана и Галлиена, но, согласно источникам, особый почет и блестящее положение Аврелиан занял при Клавдии (SHA. Aur., XVI. 1). Возможно, этому способствовала и победа Аврелиана над Авреолом, чье место он занял, возглавив кавалерийские силы Клавдия. После смерти последнего, Аврелиан остался единственным претендентом на верховную власть. Его основная цель стала ясна сразу же: Аврелиан хотел вернуть Римской империи прежнюю целостность и могущество. Для этого римский император предпринял укрепление самого Рима, восстановление гражданского порядка и выступил против Зенобии. Став владыкой всего Востока, держа Зенобию в оковах, Аврелиан стал проявлять «слишком большое высокомерие и заносчивость» (SHA. Aur., XXXVIII.4). Судя по всему, Аврелиан ждал от Тетрика встречного шага.

Переписка между императорами велась какое-то время, после чего они встретились лично. Тетрик заверил Аврелиана в своей готовности присягнуть ему и получил ответные уверения, что ему сохранят жизнь, положение и, возможно, большую часть богатства. Аврелий Виктор упоминает, что во время восстания Фаустина Тетрик «per litteras presidium imploraverat» (Aur. Viet. De Caes., XXXV.4). Евтропий говорит похожими словами, рисуя произошедшее: «Quin etiam per litteras occultas Aurelianum ita fuerat deprecatus» (Eutr., DC. 13.1).

В вопросе о причинах, заставивших Тетрика пойти на согласие с Римом, между античными авторами разногласий не имеется. Таким образом, Тетрик написал Аврелиану, прося его о помощи, и заключил свое письмо стихом: «Eripe me his, invicte, malis»{23} (Eutr., X.1-2; SHA. Туr. Trig., XXIV.3; Aur. Viet. De Caes., XXXV.3-4; Oros., VII.22). А когда Аврелиан пришел, Тетрик лишь для вида вывел ему навстречу свое войско и в Каталаунской (Ch4lon-sur-Mame) битве сдался{24}. Ряды воинов были смяты и рассеяны (Aur. Viet. De Caes., XXXV.5). Таким образом, в начале 274 г. «Галльская империя» фактически прекратила свое существование{25}.

Титулы Аврелиана в свете столь знаменательных побед приобретают особую пышность: restitutor orbis (CIL. VI, 1112; VIII, 10217; Dessau, 578; 22449. CIL. XII, 5456; Dessau, 577); indulgentissimus, invictissimus princeps, restitutor Galliarum (CIL. XII, 2673), sanctissimus et super omnes principes victoriosissimus (CIL. XI, 3878) receptor Orientis Occidentisque (Eutr., IX. 13.2).

Аврелиан устроил пышные торжества по случаю возвращения Галлии под контроль Рима. Как упоминают источники, Тетрик с сыном были проведены перед колесницей римского императора (SHA. Aur., XXXIV.1 Eutr., IX. 13.2; Aur. Viet. De Caes. 35.4). Однако минимальный позор был с лихвой вознагражден. Тетрик был назначен наместником Аукании, затем получил и свои богатства, а также спокойную и обеспеченную жизнь до конца своих дней в качестве частного лица (Eutr., IX. 13.2; Aur. Viet., De Caes., XXXV.4; SHA. Aur., XXIX.l). Сын его, Тетрик младший, также получил прощение и был возведен в звание сенатора. И если существование Юлия Постума и Викторина Младшего больше похоже на легенду, то Тетрик Младший — реальное историческое лицо, чья жизнь подтверждена надписями и монетами, согласно кото¬рым он делил консульские полномочия с отцом{26}.

Тетрик не был талантливым военачальником. Он не пользовался авторитетом и уважением среди войска, поэтому, несмотря на награды и денежные раздачи Виктории, на этого императора было несколько покушений со стороны солдат. Очевидно, Тетрик вынужден был постоянно проводить денежные и иные раздачи среди солдат, чтобы удержаться на троне. Смерть Виктории обострила обстановку. Тетрик не мог и, видимо, не пытался исправить положение. Спокойная размеренная жизнь в качестве римского сенатора была для него более привлекательной. «Галльская империя» прекратила свое существование еще до решающей битвы, когда Тетрик по заранее оговоренному плану добровольно перешел вместе с сыном на сторону Аврелиана, обезглавив, таким образом, войска, полагавшиеся на своего императора. Впоследствии, как сообщают источники, Аврелиан называл Тетрика соратником по оружию (SHA. Туr. trig., XXIV.5) и говорил, что надо выше ценить управление какой-либо частью Италии, нежели царскую власть за Альпами. (Epitome, XXXV.7).

Тетрик не был тем человеком, который мог обеспечить Галлии и Германии постоянный и жесткий контроль. Аквитания — цветущий сад по сравнению с суровыми краями прирейнских областей. Здесь жили сложные люди, привыкшие воевать. Найти к ним ключ сумел только Постум. Тетрику не нужна была власть, навязанная посулами и уговорами Викторины. Она тяготила его изначально. Он ничего не сделал для укрепления обороноспособности лимеса и не мог сдерживать участившиеся набеги германцев. Ремесленники и мелкие землевладельцы были той прослойкой, которая страдала от разорительных набегов германцев в первую очередь. Именно они стали основой восстания багаудов, страх перед которым, наряду с опасениями восстаний легионов, играл в решении Тетрика главную роль{27}.

Подтверждение аристократической «гражданской» природы власти Тетрика видят в его монетах, будто бы резко отличающихся от монет его предшественников. Однако с этим мнением трудно согласиться. Монеты Тетрика представлены ауреусами, антонинианами и немногими монетными сериями из серебра, на которых встречается изображение лаврового венка, солнечного диска, мужской головы с бородой. Они могут быть классифицированы как денарии из серебра плохого качества. Редко встречаются монеты из белого металла. В правление Тетрика продолжали чеканку бронзовых монет, но их немного и они выбиты на временном монетном дворе.

Многие из монет Тетрика и его сына, очевидно, отчеканенных на одном из временных монетных дворов, соответствуют по стилю монетам Викторина из не идентифицированного южного монетного двора, так что вполне можно предположить, что этот двор, скорее всего располагавшийся в г. Вьенна, продолжал свое функционирование. Относительно небольшое количество монет отчеканено в Колонни-Агриппине. Некоторые из золотых монет имитируют монеты Галлиена.

Монеты Тетрика часто имеют изображение двух профилей — самого Тетрика и его сына. На антонинианах встречаются интересные варианты, когда на одной стороне изображен Тетрик, а на другой — Постум{28}, Викторин{29} или Клавдий II Готский{30}.

В правление Тетрика уменьшается число почитаемых богов, что ясно видно из нумизматических свидетельств. Своим покровителем Тетрик считал Юпитера, рядом с которым обычно изображался на монетах{31}, а его comes считалась Виктория{32}. Иногда встречается изображение Юпитера вместе с Викторией. Юпитер упоминается также в легендах: JOVI CONSERVATORI, JOVIVICTORI, JOVI STATORI{33}, Нептун — NEPTVNO CONS AVG{34}, Марс — MARS VICTOR{35} и Солярный культ. Одна монета посвящена Аполлону: APOLLINI СО{36}.

По-прежнему почитались Счастье, Мир, богиня победы Виктория, Мужество, Радость: FELICITAS PVBLICA, SAECVLI FELICITAS, PAX AETERNA, PAX AVGG., VICTORIA AVGG., VICTORIA GERM., VIRTVS MILITVM, LAETITIA AVG., VBERTAS AVGG., SALVS AVGG., PROVIDENTIA AVG. SPES AVGG., SPES PVBLICA. Но, скорее всего, в этих легендах проявилась политика Тетрика, старавшегося уверить своих подданных в своих собственных усилиях, направленных на благополучие, мир и стабильность. Сходство с монетными легендами Постума объясняется тем, что Тетрик для поддержки своей власти должен был постоянно подчеркивать преемственность власти от Постума.

Распространение в этот период получило и христианство. На могилах все чаще появляются характерные формулы надписей: salvi redeatis, salvi eatis, adelfi{37}. Известно о существовании христианских общин, например, в г. Тур. Христианство распространялось среди низших слоев населения{38}, хотя утверждать это с полной уверенностью нельзя. Из переписки епископа Киприана мы знаем, что в Галлии существовала епископская организация в Лионе в качестве центра.

«Галльская империя», просуществовавшая пятнадцать лет в условиях политической и социально-экономической нестабильности в Римской империи, стала ярким проявлением сепаратизма. Идея «Галльской империи» пустила глубокие корни. Население западных провинций продолжало борьбу с римскими властителями, выдвигая новых императоров, поднимая восстания против Рима. После крушения «Галльской империи» заявить о своей самостоятельности решается Британия, выдвинувшая своего императора. Характерно, что это был регион, где никаких восстаний (по аналогу багаудов в Галлии) не наблюдалось. Восстания продолжали вспыхивать и в других регионах.

По мнению А. Бланше, живучесть идеи «Галльской империи» может быть наглядно показана на примере монет с легендами DIVO TETRICO и CONSECRATIO, выбитых ее сторонниками много позднее в каких-то временных мастерских{39}. О популярности идеи «Галльского государства» свидетельствуют и соображения А.Бланше по поводу монеты с портретом Тетрика и легендой COMITIPROBI. Он считает, что она была выбита в одной из временных монетных мастерских, где Тетрика, ввиду оказанных ему в Риме почестей, считали соправителем Проба{40}. Такая популярность Тетрика очень знаменательна и показывала, как считала Е.М. Штаерман{41}, силу оппозиции Риму в среде галльской аристократии. Ее недовольство вновь усилилось в правление Проба, несмотря на все его уступки провинциальным землевладельцам и на знаменательные победы, одержанные им над франками, захватившими, по сообщению источников, около шестидесяти галльских городов (Eutr., IX.17; Oros., VII.24: SHA. XXIX. 12-13).

Вторжения варваров лишь усиливали восстания и сопротивление Риму. Центром следующего мятежа стал Лугдун, подтолкнувший некого Прокула к восстанию. Его поддержали Испания и Британия, однако Прокул был вскоре разбит (Eutr., VII.17; SHA. XXIX.12-15; Prob., XVIII.5-6; Oros., VII.24). Последнее лишний раз подтверждает, что восстания в провинциях или их верность Риму отнюдь не обуславливались только поражениями или победами римских императоров.

Таким образом, наследники власти Постума не смогли продолжить его политику. Увязнув в собственных амбициях, опасаясь за власть и жизнь, они ограничивались незначительными поблажками разным социальным слоям и денежными раздачами военным подразделениям, оставшимся в их распоряжении. Население регионов не желало оказывать поддержку Тетрику, хотя еще Викторин мог на это рассчитывать. По это причине ряд областей были, либо отвоеваны римскими императорами, л