Чжан Гэда

Сельский милитаризм в Китае, 1-я половина ХХ века

23 posts in this topic

Видимо, начинается новый этап моих "исканий" - добрался и до китайского сельского милитаризма в 1920-е годы.

Но разговор будет неполным, если не касаться предыстории, если не проследить генезис этой темы от ихэтуаней, как минимум, и до всяких разноцветных "Пик".

Вообще, исследований по теме вроде и немало, но конкретно военной составляющей они касаются редко. Методики исследования разные, выводы - также. Это отражает многообразие и малую достоверность имеющегося материала по теме.

Для начала дам ссылку на газетные публикации 1920-1940-х годов о деятельности наиболее известной организации - "Красных Пик", чтобы можно было оценить сложность проблемы:

http://trove.nla.gov.au/newspaper/result?l-publictag=Chinese%20secret%20societies%20-%20Red%20Spear%20Society%20%E7%BA%A2%E6%9E%AA%E4%BC%9A

1 person likes this

Share this post


Link to post
Share on other sites

В Китае в деревнях с начала 1920-х годов действовали разные вооруженные организации - традиционные крестьянские союзы типа "Красные пики" (Хунцянхуй), крестьянские союзы, организованные Гоминьданом и КПК (их чаще всего изучают, т.к. по ним относительно много относительно надежной информации), миньтуань (помещичьи отряды самообороны), а также банды туфэй (местные разбойничьи шайки).

Все это дополнялось такими организациями, как бяоцзюй (бойцы охранных агентств, сопровождавших грузы), шантуань (купеческие вооруженные отряды) и бинфэй (группы беглых солдат, грабивших население).

Вот "привычки Маньчжурии", как их зафиксировали в 1931 г. японцы, дают представление, что было в деревнях "на вооружении":

post-19-0-59370100-1395316586_thumb.jpg

2 people like this

Share this post


Link to post
Share on other sites

Сельский милитаризм - явление, ключевое для понимания всего процесса милитаризации Китая, а также специфических последствий такой милитаризации.

Это очень старое явление, уходящее корнями в глубь веков, соответствующее конфуцианской модели поведения "на войне воюем, в мирное время пашем, не истощая сил народа содержанием платных войск". К тому же это очень старое и глубоко теоретически обоснованное явление - первые трактаты по принципам организации сельской самообороны появились не позднее, чем в эпоху Мин (1368-1644), среди тех, кто внес значительный вклад в развитие теории и практики сельской самообороны - знаменитый цинский полководец времен Тайпинской войны Ху Линьи.

Дольше всего в Китае существовали миньтуани - их полностью ликвидировали только в начале 1950-х, как реакционные силы, противостоящие социалистическим преобразованиям на деревне (они, собственно, в 1920-1940-е и капиталистическим преобразованиям мешали).

"Красные пики", как показывает практика, во многом были поливалентны - могли защищать интересы крестьян, а могли помогать даже милитаристам, с которыми сражались на первых порах своего открытого существования. Считается, что до 1949 г. "Красные пики" были поглощены армиями Гоминьдана и КПК, а также частично влились в миньтуани, антияпонские партизанские отряды или банды.

1 person likes this

Share this post


Link to post
Share on other sites

Кажется военные поселения по такому принципу известны со времен Цао Цао.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Тут на фото - весьма интересный материал.

Китайскую национальную клинковку отбрасываем - как говорится, экзотика, хотя очень знакомая мне лично.

А вот европейское оружие... Пистолет-пулемет МП18, поставлялся в войска Чжан Цзолиня в больших количествах, штык к винтовке Маузера, потом - к французской винтовке (не помню на память, какой точно, надо проверить и уточнить), пара старых прусских штыков обр. 1871 г. (выпускались до 1897 г.).

Пистолеты не видны хорошо - кажется, самоделки с пистонными замками.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Что интересно - картинка с оружием отражает разношерстность социального состава сельских милитаристов, намекая на его составные части.

1) кустарная клинковка и т.п. - местные деревенские объединения типа "Красных Пик"

2) п/п МП18 и штык к винтовке Маузера - бывшие солдаты милитаристских армий

3) старые штыки - прусский обр. 1871 и французский обр. 1874 к винтовке Гра - либо очень старые армейские формирования периода ранней волны милитаризма (1860-1890-е), либо помощь со стороны Гоминьдана крестьянским союзам нового типа, активно создаваемых в районах, где велась партийная работа, с 1924 г.:

Крестьянское движение, ширясь, встречает [на] своем пути вооруженную силу помещиков, имели не раз место открытые бои. Успех крестьянского движения требует их вооружения, для чего нужно 6.000 винтовок «Гра» и 6 миллионов патронов. Крестьянское движение, ширясь, встречает [на] своем пути вооруженную силу помещиков, имели не раз место открытые бои. Успех крестьянского движения требует их вооружения, для чего нужно 6.000 винтовок «Гра» и 6 миллионов патронов.

См. А.И. Картунова "В. К. БЛЮХЕР В КИТАЕ 1924-1927 гг. Новые документы главного военного советника", с. 45.

Однако для Маньчжурии это менее вероятно, хотя и исключить полностью вооружение крестьянских союзов поставками устаревшего вооружения из СССР нельзя.

Примечательно, что копейный наконечник, насколько его видно, принадлежит к элитному оружию - т.н. "тигровому копью" (тасха гида), которым вооружались особые части Восьмизнаменных войск, охранявшие императора. А также производившиеся для охотников из маньчжуров и нанайцев, охотившихся с копьем на тигра.

Такая пестрота вооружения говорит о многом - народ в сельских милитаристских формированиях был разный, и политическая физиономия отрядов была очень разной в каждом конкретном случае, даже если речь идет, скажем, о "Красных пиках".

Share this post


Link to post
Share on other sites

В Китае в 1921 г. появились первые крестьянские организации нового типа - крестьянские союзы.

Их происхождение более или менее ясно - в начале ХХ в. студенты имели привычку "ходить в народ", ведя среди крестьян просветительскую работу. Студент Пэн Бай (彭湃, 1896-1929, учился в КУТВ в Москве) пошел несколько дальше - получив в 1921 г. назначение в уезд Хайфэн (пров. Гуанчжоу), в 1922 г. он создал там первый крестьянский союз.

Однако до начала 1924 г., когда "ходоки" принесли доктору Суню настоятельное пожелание Москвы вести не военные авантюры, а планомерную политическую работу, в частности - организовать и поддерживать крестьянские союзы, Хайфэнский опыт оставался изолированным.

Более того, на крестьянские союзы постоянно "наезжали" миньтуани, опасавшиеся того, что крестьяне добьются пересмотра условий аренды земель у помещиков.

Кровавые столкновения длились бесконечно.

Помещики, имевшие крупные миньтуани, опирались на родовые крепости вэйцзы. Они известны уже, как минимум, со времен Юань-Мин. Хорошие описания гуандунских вэйцзы имеются в Дж. Грея (третья четверть XIX в.).

В ряде уездов помещики облагали крестьян налогами на содержание миньтуаней - 6 мао (1 мао 毛, тж. 1 цзяо = 1/10 юаня ) с человека + с каждых 60 человек 2 винтовки (это порядка 100 юаней серебром за винтовку). Т.о. миньтуани были довольно неплохо вооружены и снаряжены, состоя на довольстве у помещиков, выколачивавших деньги из зависимых о них крестьян. Зачастую миньтуани проходили военное обучение на современный лад. В противном случае культивировались традиционные формы военного обучения.

В приложении - портрет Пэн Бая (казнен гоминьдановцами, как член КПК).

post-19-0-15537100-1395749744.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Вэйцзы были настоящими крепостями - взять их при помощи стандартного набора крестьянского вооружения (мечи, пики, фитильные ружья) было невозможно.

В вэйцзы были не только запасы оружия и продовольствия, не только жилые и хозяйственные помещения, но даже и тюрьмы с пыточными камерами. Такие камеры были описаны Агнес Смеджи (1892-1950), участницей походов китайской Красной Армии в 1930-х годах.

Участие правительственных войск Гоминьдана не всегда могло склонить чашу весов в бою между крестьянскими союзами и миньтуанями, опиравшимися на вэйцзы, в пользу крестьян:

БОРЬБА КРЕСТЬЯН В УЕЗДЕ ГУАННИН ноябрь [1924 г.] - февраль 1925 г.

Несмотря на неудачу крестьян в [уезде] Фошань, в ноябре мы имеем новую вспышку крестьянского движения и на этот раз в одном из наиболее организованных уездов - Гуаннине. Для характеристики /77/

уезда можно отметить, что там издается газета «Гуаннин нунбао» и имелось до трехсот вооруженных крестьянских милиционеров. Здесь, как и в Фошани, крестьяне потребовали снижения арендной платы на 40%. В ответ на это помещики, объявив общую мобилизацию своих отрядов, повели наступление на центр уездной крестьянской организации, местечко Танъу и атаковали вооруженный отряд крестьян. Первое столкновение было безрезультатно. Помещики, видя неуспех своего первого нападения, приступают к стягиванию своих разбросанных деревенских отрядов. Крестьяне отвечают тем же. К помещикам присоединяются остатки разбитых в городе купеческих волонтеров («тигров»). Положение крестьянских организаций становится критическим, ибо у помещиков огромное преимущество в силе. В этот «мобилизационный» период помещики путем мелких нападений - сжигая деревни, уводя скот, захватывая отдельных членов союза, приносят огромный ущерб крестьянству, среди которого наступают колебания. Замеченный частичный отход от союзов заставляет ответственных руководителей последних просить правительство об оказании вооруженной поддержки. Помещики, в свою очередь, засыпают правительство, Гоминьдан и отдельных генералов рядом телеграмм, в которых положение изображается в самых мрачных красках, и одновременно открывают отчаянную кампанию на страницах печати, изображая крестьянские союзы шайками бандитов. Правое крыло Гоминьдана открыто солидаризируется в конфликте с помещиками, оказывая давление на правительство, требует «утихомирить крестьянские союзы». Правые гоминьдановские круги, тенденциозно освещая события в [уезде] Гуаннин, приписывают активность крестьян русским агитаторам. Этой же точки зрения придерживаются и некоторые генералы, как например, командир 2-го юньнаньского корпуса генерал Фань Шишэнь, тесно связавшийся с купечеством после событий с «тиграми», и командир 3-го кантонского корпуса генерал Ли Фулинь, любимец купцов и официальный руководитель деревенских отрядов района Кантона. Центр Гоминьдана первое время колеблется, но под давлением коммунистов, к которым присоединяется и Ляо Чжункай, а также под давлением главного русского советника на губернатора Ху Ханьминя становится на сторону крестьянских союзов. Правительство через командующего Кантонской армией генерала Сюй Чунчжи отдает распоряжение квартирующей недалеко от района столкновения 3-й кантонской дивизии оказать поддержку крестьянским союзам. Части 3-й дивизии вскоре прибывшие в Танъу, после недолгих переговоров с помещиками присоединяются к последним, что до крайности осложняет положение. Из Кантона на помощь крестьянам высы- /78/ лается бронеотряд (содержащийся на русские средства и бывший в полном распоряжении главного русского советника). Отряд прибывает в район столкновения с плакатами: «По приказу генералиссимуса д-ра Суня мы прибыли в Гуаннин для защиты крестьян». Это поднимает настроение крестьян, увидевших впервые поддержку правительства и армии, и они выдвигают дополнительные требования: отмены натуральных налогов, ареста руководителей помещиков и конфискации их земель в пользу крестьянских союзов. Бронеотряд, соединяясь с отрядами крестьян, переходит в наступление на помещиков, но столкнувшись со значительными силами помещичьих отрядов, потеряв в бою несколько десятков ранеными и убитыми, отступает. Помещики, ободренные успехом и пользуясь моральной поддержкой правых гоминьдановцев и некоторых генералов, атакуют в печати правительство. Помещики в выпускаемых листовках говорят: «Нацию составляет весь народ, но если правительство пристрастно, как может народ повиноваться ему?» И далее говорится, что «целью крестьянских организаций является свержение капитализма и помещиков, поэтому мы не можем не бороться против них и добиваться их полного уничтожения».

Орган крупного кантонского купечества - «Журнал 72 гильдий» в номере своем от 10 декабря [1924 г.] помещает статью своего корреспондента, говорящую о несчастьях, которые причиняются организованной партией Гоминьдан крестьянской лигой в Гуандуне, которая принудила землевладельцев взимать арендную плату на сорок процентов меньше, чем это было раньше. Согласно обычаям землевладелец имеет абсолютные права над своими рисовыми полями и может сдавать их кому угодно на основе обычного договора, согласно которому арендатор за свой труд и землевладелец за свои земли делят урожай пополам. Из своей доли землевладелец уплачивает налог и ряд других общественных обязательств. В случае наводнения он обычно помогает арендатору в покупке новых семян для посева. Вообще говоря, землевладельцы сдержаны в своих требованиях, но для русских советских руководителей и бюро гоминьдановской пропаганды, это положение как будто даже неизвестно. В округе Гуаннин большевистское23 требование сокращения ренты на 40% 4 имело своим последствием вооруженный конфликт между ассоциацией землевладельцев и гоминьдановской крестьянской лигой. Гоминьдановские красные обвиняют землевладельцев в их симпатии к купеческим волонтерам и пытаются разоружать деревенских волонтеров на том основании, что последние являются «противниками гоминьдановского режима». Газета заканчивает свою статью заявлением: «Несмотря на /79/ хорошие взаимоотношения между помещиками и арендаторами, гоминьдановская большевистская агитация начинает приносить все большие и большие беды». Другая купеческая газета в тот же день помещает как бы сводку успехов помещиков и указывает на пять случаев столкновения между землевладельцами и арендаторами: «В районе Сыхуй крестьяне требуют сокращения аренды на половину, говоря, что эти средства пойдут на расходы вновь организованной крестьянской лиги. Ввиду того, что землевладельцы отказались выполнить требования, волонтеры из крестьянской лиги захватывают скот у землевладельцев. Землевладельцы группируются сейчас в целях ведения борьбы за защиту своих прав. Аналогичные конфликты происходят и в округе Фаньюй. Землевладельцы округа Бокка тайгирс [форт Хумынь] не намерены переносить такие требования гоминьдановских красных, и несколько дней тому назад им удалось разрушить гоминьдановский штаб крестьянских организаций. Из Дакэнкоу сообщают, что волонтеры [миньтуани] обыскали гоминьдановский штаб крестьян, конфисковали оружие и убили одного гоминьдановского красного и одного ранили». Гонконгская пресса, сообщая о столкновении в Гуаннине, раздувает его необычайно, чуть ли не до начала русского Октября, и призывает все «здоровые силы» сплотиться и дружно выступить против большевизма и красной опасности для Китая и советует наконец начать борьбу против объединившихся с русскими большевиками «большевиков Гоминьдана».

Крестьяне выпускают свое воззвание. «Газета 72 гильдий» тоже выпускает его и дает следующую к нему вступительную часть:

В целях оправдания насильственных мер, применяемых к землевладельцам по уменьшению арендной платы за рисовые поля, гоминьдановские большевики в Гуаннине выпустили следующее объявление: арендаторы в Санькэн составляют почти 90% населения Гуаннина. Поля, однако, принадлежат лишь нескольким фамилиям - Кон, Фун и Чан. Это положение в высшей степени несправедливо. Землевладельцы требуют от 20 до 30 дол[ларов]25 ежегодной арендной платы за каждое му земли. Сверх этого они облагают арендаторов другими поборами. Производительность каждого му рисового поля равна приблизительно 80-ти бушелям (китайских)2 , но почти 60 из них должны уйти на уплату ренты, оставляя тому, кто работал целый год, только 20 бушелей, стоимостью в 6 дол[ларов]. Как можно поддерживать себя и семью на такой маленький доход? Кроме того, арендатор для того, чтобы обработать одно му рисового поля, должен израсходовать 2 доллара на семена, 2 доллара на удобрение, 1 д[оллар] /80/ 20 ц[ентов] на починку орудий труда и ряд других непредвиденных расходов. Арендаторы в Гуаннине не в состоянии поддерживать свои семьи за этот труд, и по всему округу мы часто можем видеть, как иногда восьмидесятилетние старики работают за плугом и дети младше девяти лет работают, как вьючные волы. Землевладельцы слепы ко всему этому. В добавление к высокой и гнетущей арендной плате землевладельцы вымогают у своих арендаторов домашнюю птицу, овощи и этим наполняют свои закрома для своего собственного блага. Через свое бюро защиты землевладельцы собирают с крестьян ежегодно налог в 40 цент[ов] за каждую печку в доме, 20цен[тов] за каждый дом, 80 цент[ов] за каждого буйвола и 40 цент[ов] за каждую голову скота. Несмотря на все несправедливости, которые терпят арендаторы, последние просят только уменьшения ренты на 40% и человеческого с собой обращения.

Из приведенных выдержек мы видим, что конфликт в Гуаннине привлекает к себе все общественное внимание и начинает находить себе место и для борьбы в Гоминьдане, к ответственным руководителям которого правое крыло предъявляет требование обуздать крестьян и тем самым тянет левое крыло, если не на поддержку, то хотя бы на «справедливую защиту» интересов деревенских феодалов.

Борьба затягивается с некоторым перевесом для помещиков. Правительство должно было послать новые войска и тем поддержать свой авторитет, так как разгром крестьянского движения в Гуаннине неизбежно повел бы к разгрому союзов и в других местах, что отбрасывало бы все движение далеко назад. Между тем слухи о наступлении Чэнь Цзюнмина стали подтверждаться сведениями о его реальной перегруппировке сил, что связывало надежные правительству части с Кантоном. Тогда секретарь ЦИК Гоминьдана делает последнюю попытку повлиять на части 3-й кантонской дивизии и обращается с письмом к начальнику дивизии, где разъясняет ему политику партии, настаивает на оказании помощи крестьянским союзам, угрожая в случае неисполнения высылкой войск Вампу (письмо настолько характерно, что его прилагаю в конце). На письмо начдив отвечает молчанием. В декабре на поддержку крестьянским отрядам и действующему с ними бронеотряду высылается личная охрана (бодигард) генералиссимуса силою в 250 шт[ыков] при одном орудии и подрывной команде. Отряд уходит под командой генерал Ли (начальника] охраны д-ра Суня). Бодигард восторженно встречается крестьянами, но командующий отрядом генерал Ли, ознакомившись с положением на месте и войдя в связь с помещиками, находит, что крестьяне «предъявляют невыполнимые требования» и вместо решительной атаки по- /81/ мещиков устанавливает с ними доброжелательное перемирие. Положение осложняется еще больше. Факт признания требований крестьян чрезмерными со стороны командующего правительственными войсками окрыляет помещиков, что ярко отразилось в выпущенной ими следующей прокламации:

Восемь потребностей существует, и из них пища - главнейшая. Есть четыре занятия, и земледелие - важнейшее из них. Крестьяне обрабатывают землю, чтобы прокормить свою семью. Собственник участвует в дележе его продуктов, чтобы платить государственные налоги. В этом смысл земледельческой жизни. Недавно некоторые преступные люди потеряли свои сердца и, подобно воробьям, стали есть чужую пищу. Подобно акулам, поедающим все на своем пути, они организовали группы и отделения своего союза. Их злоба растет с каждым днем и она хуже чумы, их ужасное влияние увеличивается подобно волнам. Они забывают, что есть чужую пищу - не значит быть героем, а забирать чужое имущество - не значит быть храбрым. Отныне мы заявляем, что мы не согласны с требованием уменьшения арендной платы. Крестьяне ошибаются, идя против установленных правил. Мы просим крестьян быть поосторожнее. Это наше предупреждение.

Вслед за первой помешики вскоре выпускают вторую прокламацию, в которой говорят, что никогда не уступят и не уменьшат ренты, что крестьяне сделали ошибку, организовавшись в союзы, так как пока существуют земледельцы, не будет ни одного крестьянского союза, а если и возникнет хоть один союз, они немедленно его разрушат. Сейчас время урожая, они будут носить винтовки и ножи и скорее умрут, чем хоть одно зерно отдадут союзу. Далее они заявили всем крестьянам, что они возвратят половину ренты тем крестьянам, которые выступят против членов крестьянских союзов, обещая заботиться о раненых, а в случае если выступивший на их стороне крестьянин будет убит, то они выплачивают его семье 600 долл[аров].

Крестьяне ответили на это следующим воззванием:

Всем народам Китая! С тех пор как мы напали на Дапу и атаковали контрреволюционные силы, два лидера помещиков Цзян Ханъин и Цзай Ванъин установили контакт для того, чтобы разрушить крестьянский союз в Гуаннине. Результатом этого было то, что шайка бандитов, состоящая из 300 человек, оказать сопротивление которой мы не могли, арестовала семь членов нашей организации, взяла восемь винтовок и ограбила крестьян дер[евни] Лунъаньхун. Одновременно с этим помещики в деревне Цзяндунь и Фухуай собрали другую банду и напали на деревню Лянхун. В результате этого нападения были сожжены двадцать наших /82/ домов и в огне погибли десять женщин и детей. Эти акты зверски жестоки. Эта жестокость еще свирепее тех преступлений, которые совершили купеческие волонтеры в Кантоне, открыв огонь по безоружной толпе. Наш союз, защищающий крестьян и выполняющий законы революционного правительства, никогда не уживется рядом с помещиками, которые угнетают и делают нас рабами. Мы клянемся вести борьбу с контрреволюционным движением и надеемся, что правительство и все крестьянские союзы поддержат нас в этой борьбе.

Толкнуть в наступление на помещиков командующего бодигардом генерала Ли, несмотря на все усилия, не удается. Создается на месте комиссия, которая пытается решить вопрос компромиссом с значительной пользой для помещиков. Под предлогом дачи инструкций для мирного улаживания конфликта генерал Ли оказывается в Кантоне, где и задерживается. Во главе правительственных войск ставится совет из трех: военком бронеотряда, представители ЦИК Гоминьдана (оба коммуниста) и времен[ный] командующ[ий] бодигардом. Этот ревсовет дает приказание быстро ликвидировать сопротивление помещиков военной силой. Объединенные силы правительства и крестьян переходят в наступление, удачно громят силы помещиков и принуждают их засесть в деревенские крепости. Начинается осада этих крепостей, делаются подкопы с целью взрыва не поддающихся артогню стен. На первые подкопы уходит более двух недель, в конце которых произведенные взрывы не дают результатов.

Осажденные помещики продолжают призывать всех на свою защиту, и «благонамеренные» круги кантонской общественности оказывают давление на губернатора Ху Ханьминя, который отдает следующий приказ:

Главком, квартира. Обсудив по телеграмме генерала Си (комдива 3) конфликт между крестьянским союзом и деревенскими отрядами Гуаннина, считаю, что крестьянский союз беззаконно спровоцировал беспорядки своими действиями. Принимая во внимание требование помещиков Гуаннина, студентов, купцов, префекта и командующего бодигардом, освободить начальника деревенских отрядов Дан Биндэ, а также возвратить винтовки и серебряные изделия, отобранные у поселян. Прошу Вас немедленно издать приказ от имени командира бодигарда совместно с властями префектуры приостановить действия возможно скорее, чтобы избежать разрушения страны.

Обе стороны - и крестьянские союзы, и деревенские отряды находятся под контролем местных властей, в силу этого их конфликт должен быть разрешен на месте теми же властями.

Бодигарду доверена стража главной квартиры генералиссимуса, он не может долго быть в отсутствии. Так как на реке Дунцзян происхо- /83/ дят события, бронеотряд имеет также другие обязанности. Поэтому тот и другой должны быть отозваны назад в город.

Инцидент с крестьянскими союзами должен быть разрешен местными властями и армией, стоящей там. Последней поручается установление порядка и защиты.

Этот приказ прошу отдать командующему Кантонской армией. Настоящий приказ согласован с представителем Крестьянского отдела ЦИК Гоминьдана».

Одновременно главным советником Главной квартиры получается следующее письмо от ревсовета действующих отрядов: «Генерал Галин, со времени получения приказа от генералиссимуса организовать комитет из представителей, чтобы разрешить гуаннинский вопрос, наш комитет считает, что инцидент должен быть разрешен помимо этой комиссии и военной силой. Поэтому 31 января [1925 г.] мы окружили неприятеля, в продолжение двух дней обстреляли их восемь раз. В то же время мы заказали подвоз пороха из города, чтобы минировать и взорвать крепость. Но порох не оказался достаточно сильным, в то время как крепости оказались исключительно солидными, так что разрушить мы их еще не смогли.

Вместе с тем, из Жуюаня (Пэнси) пришло подкрепление неприятеля, более 300 человек, окружившие наши войска. Если силы будут продолжать стягиваться из тридцати деревень, Фукэ и других мест, наше положение станет затруднительным. Мы просим Вас уговорить губернатора Ху дать нам подкрепление в виде солдат и снаряжения; и то и другое должно быть послано в Суйчуань, чтобы, таким образом, дать нам возможность задушить противника и защитить крестьян.

С нетерпением ждем Вашего приказа.

Ваши: капитан Да, врем[енный] командующий бодигардом

Ляо Ченву, комиссар бронеотряда.

Приказ Гл[авной] квартиры, являющийся результатом давления правах и гоминьдановцев, при его выполнении, несомненно, повел бы к разгрому крестьянских союзов. Поэтому главным советником и секретарем ЦИК Гоминдана Ляо Чжункаем решено было приказ задержать и выслать в Гуаннин подкрепление и подрывные средства с приказанием ревсовету не позднее чем через неделю овладеть крепостями.

Ревсовет с прибытием подкрепления отбрасывает подходящие на выручку осажденным отряды, делает новые подкопы, удачно взрывает стены и разоружает отряды помещиков, ставя этим Гл[авную]

/84/ квартиру и правительство перед совершившимся фактом полного разгрома помещичьих организаций. Отобранное оружие передается крестьянским союзам, имущество главарей помещичьих организаций конфискуется и передается также крестьянским союзам. Кроме уже предъявленных требований крестьянские союзы добавляют и новые: неплатеж арендной платы за будущий урожай, который должен пойти на возмещение убытков наиболее пострадавшим в этой борьбе крестьянам. Вопрос о снижении арендной платы решился сам собой.

Под впечатлением разгрома помещики в целом ряде районов (уездов), боясь высылки правительственных войск, прекращают открытые вооруженные нападения на крестьянские союзы и переходят к тактике террора, направленного против активных работников крестьянских отрядов.

С большим политическим багажом вышло из конфликта и само правительство, в котором крестьяне увидели своего защитника.

После победы крестьян ЦИК Гоминьдана выпускает воззвание к крестьянам, в котором говорится:

Крестьяне Гуаннина! В течение последнего месяца вы много страдали от борьбы. Выстрадали также от голода и жажды, но все вы не щадили своей жизни для защиты ваших крестьянских организаций в борьбе против жестоких помещиков. В результате вы не только одержали победу над ними, благодаря вашему страданию, но вы приобрели колоссальный опыт. Теперь вы знаете, кто ваши враги и кто ваши братья. Вы знаете, кто боролся против вас и кто защищал вас. Вы теперь знаете, что прежние правительства притесняли вас, а теперешнее гоминьдановское правительство помогает вам. Все вы знали, что раньше солдаты причиняли вам массу хлопот, а теперь гоминьдановские солдаты помогают и любят вас. Несмотря на то, что победа вами достигнута с помощью гоминьдановских солдат, тем не менее, главными силами были крестьяне. Вы этого не должны забывать. Все вы теперь знаете важность и необходимость организации. Братья, вы одержали победу, но вы должны знать, что помещики нам не подчинились и они воспользуются любым моментом, чтобы снова восстать против нас. Мы должны быть готовы к этому. Мы не желаем угнетать других, но мы не желаем также, чтобы нас угнетали. Победа не доведена еще до конца, так как есть еще много уездов, где помещики угнетают наших братьев крестьян. Ваш долг сейчас войти в контакт со всеми крестьянскими союзами всех уездов для того, чтобы достигнуть окончательной победы в .интересах крестьянства. Свобода крестьянства зависит только от силы самих крестьян. Братья крестьяне! Гуаннинского опыта вы не /85/ должны забывать. Отныне мы должны удвоить наши силы. Крестьянский отдел ЦИК Гоминьдана.

А возвращавшимся в Кантон войскам была устроена торжественная встреча в городском парке, где выступали представители правительства и др. Этим как бы закрепляя надежду у крестьян, что в будущих конфликтах правительство будет на их стороне.

Эта победа, окрылив крестьян и укрепив их организации, вызвала большое стремление крестьян Гуандуна к организации в крестьянские союзы, приток в которые необычайно усилился, примером чего может служить Гуаннин, где до столкновения в союзы входило 3000 [человек], вскоре же после победы этот союз насчитывал 25000, к июню мес[яцу] 1925 г. число организованных крестьян этого уезда дошло до 55000. Влияние этой победы сказалось и на росте союзов по другим уездам. Если мы к началу конфликта в Гуаннине имели в Гуандуне лишь 10000 организованных крестьян, то после победы эта цифра в масштабе провинции возросла до 63000, а к концу июля насчитывалось уже более 200000 чел[овек].

Этот же конфликт в значительной степени способствовал более ясному выявлению правого крыла Гоминьдана, сплачивающего помещиков и купечество, и способствовал их сближению с реакционным генералитетом, при помощи которого (особенно комкор генерал Ли Фулинь) помещики с большой решительностью мешали организации новых крестьянских союзов, производя нападения на те, которые уже существовали и находились в сфере [их] влияния или расположения.

Это из доклада Блюхера о событиях ноября 1924 - февраля 1925 гг. в уезде Гуаннин пров. Гуанчжоу. Как видим, и позиция армии неопределенная, и миньтуани могли вполне окружить армию и нанести ей чувствительные удары, и даже минирование стен вэйцзы не всегда помогало.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Блюхер о предыстории боев в Гуаннине:

НАЧАЛО ОТКРЫТЫХ ВООРУЖЕННЫХ КОНФЛИКТОВ В ДЕРЕВНЕ МЕЖДУ КРЕСТЬЯНСКИМИ СОЮЗАМИ И ФЕОДАЛЬНО-ПОМЕЩИЧЬЕЙ И КУЛАЦКОЙ КЛИКОЙ

Политическое бесправие, экономический гнет помещиков, произвол военщины и деревенских «тигровских» отрядов, грабежи бандитов были теми условиями, в которых зародилось и развивалось крестьянское движение в Гуандуне.

Несмотря на молодость крестьянского движения (работа начата лишь с февраля 1924 г.), оно ширится, растет, организационно крепнет и становится очередной силой в деревне Гуандуна, ускоряя процесс классового расслоения. Несмотря на недостаточность агитаторских сил для деревни, к октябрю 1924 г. мы имели уже на территории Южного правительства до 10 тыс. организованных крестьян.

Помещики, или как их называют в Гуандуне «джентри», вскоре же после образования первых ячеек крестьянских союзов, поняли, что в них зарождается и формируется сила, с которой неизбежна в будущем жестокая борьба за сохранение своих прав на землю.

Там, где мирная агитация против союзов не давала для помещиков желательных результатов, на сцену появляются деревенские отряды и /76/ один за другим следуют разгромы союзов, захват помещений, аресты и избиение видных работников крестьянского движения.

Значительное число первоначальных ячеек крестьянских союзов, испытывая на себе с первых же дней своего существования давление помещиков, умирало. Выживали лишь наиболее крепкие ячейки и в тех районах, которые наиболее полно обслуживались специальными агитаторами. В этих ячейках проходила упорная борьба за свое существование, приводившая к мелким столкновениям с джентри. Но по мере роста и укрепления ячеек крестьянских союзов борьба их с помещиками обострялась и, наконец, в конце октября в ряде мест начала приобретать форму открытых крупных вооруженных столкновений под лозунгом борьбы за снижение арендной платы, в которых крестьянские организации проявляют большую энергию и упорство.

Кроме естественных причин, повышавших активность крестьянских масс в борьбе с помещиками, усиление активности крестьянских организаций следует искать и в последнем разгроме «тигров». Разгром городских тигров запуганным крестьянам показал, что для них возможна борьба с деревенскими «тиграми», потому что правительство, действовавшее в городе совместно с рабочими и под их давлением, придет на помощь и к ним.

Таким образом, победа над тиграми влила новые силы в деревню, подняла боевую активность крестьянских организаций и уже в конце октября мы имеем в Гуандуне первое большое столкновение в районе Фошаня, где крестьянские организации впервые предъявляют помещикам требование о снижении арендной платы на 40%. На это требование помещики отвечают мобилизацией своих сил, решив разгромить крестьянские союзы, но боясь поддержки правительством крестьян, отказываются от открытого нападения и прибегают к системе террора против руководителей крестьянских организаций. Правительство, в свою очередь, боясь новых осложнений после только что законченной борьбы с тиграми, воздерживается от открытой поддержки крестьянских союзов. Конфликт затягивается, и крестьянские организации несут ряд мелких поражений.

Здесь под "тиграми" понимаются бойцы шантуаней (купеческих дружин) и миньтуаней (помещичьих дружин).

Share this post


Link to post
Share on other sites

Много оружия, утвари и инструментов, использовавшихся как участниками отрядов деревенской самообороны, так и миньтуанями, НОАК и т.п. в 1920-1940-х годах:

http://bbs.tiexue.net/post_5147379_1.html

Несколько фото подобных арсеналов прикрепляю:

post-19-0-60015500-1395839346.jpg

post-19-0-99334900-1395839370_thumb.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Отличная подборка китайской сельской фортификации (вэйцзы, тулоу и т.д.). С автором попытался связаться.

http:// www.doyouhike.net/forum/leisure/896268,0,0,1.html

Вот одно фото из подборки - впечатляет!

post-19-0-85436800-1396013984_thumb.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Если кто смотрел фильм "Вспоминая 1942 год", то помнит его начало - толпа вооруженных чем попало голодающих крестьян идет к вэйцзы богатого помещика и требует еды. И он вынужден согласиться...

В общем, оказывается, что если крестьянские отряды были сильнее, чем наемные помещичьи дружины, то они порой устраивали такие вот "кормления" - например, 200-300 человек могли вооружиться чем попало, и придти "в гости" к помещику, требуя угощения. И так могло повторяться несколько раз в течение месяца.

Это была своего рода борьба крестьян с помещиками, протекавшая в традиционной форме.

Кто готов психологически - можете посмотреть этот фильм:

http://www.ivi.ru/watch/103433

А вообще, Филип Кюн указывал в своей бессмертной работе, что найм в голодное время разоренных крестьян в отряды помещичьей самообороны существенно укреплял стабильность в деревне - наемники получали еду для себя и семей, а помещик - гарантии защиты от нападения толп голодающих (хотя "угощения" свидетельствуют, что это не всегда помогало и были случаи, когда наемники миньтуани не могли защитить нанимателя).

В целом - это отголосок раннесунской политики "воспитания армией", когда крестьян срочно набирали в войска при начавшемся голоде или других стихийных бедствиях. Найм обеспечивал нанятых по минимуму, одновременно расширяя социальную базу господствующего класса и сужая социальную базу повстанцев.

В 1920-е годы это проявилось очень и очень ярко.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Описание тактики действий сельских вооруженных отрядов:

Перед боем они по знаку учителя снимали рубашку, накидывали через плечо повязку из красной материи, на талию надевался желтый пояс с вшитым в него оберегом, а на голову — красные или желтые повязки... Встречая бандитов, они строились [в особом порядке] и, с мечами наперевес, с громкими криками устремлялись на врага; в качестве сигнала к атаке они размахивали знаменами и трубили в коровий рог. Вид у них был устрашающий — как у злых духов, сила — как у разъяренного тигра.

Share this post


Link to post
Share on other sites

В провинции Гуандун, уезд Кайпин (開平), помещики строили многоцелевые замки-башни дяолоу (碉樓). Говорят, что в пределах этого уезда их почти 1400 штук!

На снимке кайпинская дяолоу Жуйшилоу 瑞石樓 (1921) в деревне Цзинцзянли около г. Сянган:

post-19-0-71732600-1396188074_thumb.jpg

post-19-0-90794800-1396188104_thumb.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Еще одна дяолоу уезда Кайпин - Чжунцзяньлоу, 1918 г.:

post-19-0-94239000-1396196535_thumb.jpg

post-19-0-53549400-1396196579_thumb.jpg

post-19-0-77575200-1396196591_thumb.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Народ в деревнях, по данным Пэн Бая, сильно страдал от разных заболеваний - здоровых абсолютно мужчин было крайне мало:

Малокровие и озноб по причине плохого питания - 60%

Порезы, фурункулы, понос и т.д. - 30%

Варикозное расширение вен на ногах - 10%

Глубокие старики - 5%

Разные заболевания - 5%

Т.е. деревня располагала весьма своеобразным человеческим ресурсом. И миньтуани, вербуемые помещиками, получали неплохое содержание - А. Ивин указывал, что, например, были отряды, питавшиеся за счет сбора налогов помещиками + получавшими на руки 2-3 юаня серебром, т.е. получавшими деньги практически как солдаты в войсках.

А в случае обострения ситуации зачастую минтуаням обещали платить (не знаю, были ли случаи выдачи реально) от 10 до 18 юаней в месяц.

Т.о. лояльность миньтуаней была очень высока - или малокровие от недоедания, или служба с гарантированным доходом.

Share this post


Link to post
Share on other sites

А.С. Костяева указывает, что в одном из уездов Гуандуна взималась вполне конкретная плата на содержание миньтуаней - 60 центов с человека. При этом следует учесть, что дневной паек солдата в армии стоил 20 центов.

Кроме того, с каждых 60 крестьян взимали порядка 200-300 долларов на покупку 2 винтовок (Костяева указывает, что брали 2 винтовки с 60 чел., но я думаю, все же взимали деньгами, а винтовка в те годы на рынке стоила 100-150 долларов).

Соотношение вооружения у миньтуаней и крестьянских союзов было, как правило, в пользу миньтуаней - в одном случае был зафиксирован 6-кратный перевес в вооружении - у миньтуаней имелось 600 винтовок, а у крестьянских союзов - 100.

А.В. Благодатов сообщает, что в некоторых провинциях миньтуани имели даже конные отряды - в округе каждая деревня содержала подобный отряд, все отряды подчинялись выборному начальнику миньтуаней, и некоторые отряды были конными.

P.S. все доллары, естественно, серебряные мексиканские песо ("доллар с орлом") или чеканные серебряные юани, равные весом мексиканским.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Очень хорошее фото от Хуан Цзяня - горная долина в Фуцзяни, заполненная укрепленными поселениями разных типов:

post-19-0-12993800-1396521318.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites

Edward A. McCord. Militia and Local Militarization in Late Qing and Early Republican China: The Case of Hunan // Modern China,  Vol. 14, No. 2 (Apr., 1988), pp. 156-187

Share this post


Link to post
Share on other sites

С Хуан Цзяньбо (он же - Jumbo Huang) будем делать статью по укреплениям в сельской местности в Китае. 

Вчера снова читали доклад от 28 мая у Асмолова - был Юлин и Ко, было много интересного.

 

В

2 people like this

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now

  • Similar Content

    • Сахалин и монголы
      By Чжан Гэда
      "Юань вэньлэй"(元文類) о событиях на Сахалине (?) в конце XIII в.
      遼陽威古特
      至元十年征東招討使逹希喇呈前以海勢風浪難渡征伐不到岱音濟喇敏威古特等地去年征行至尼嚕罕地問得烏登額人約蘇稱欲征威古特必聚兵●冬月色克小海渡結凍冰上方可前去先征岱音濟喇敏方到威古特界云云大徳二年正月招討司上言濟喇敏人百戶哈芬○博和哩○等先逃往內和屯與叛人結連投順威古時作耗奉㫖招之千戸巴雅斯以為哈芬等巳反不可招遂止大徳元年五月威古特賊沃棱乘濟喇敏所造黄窩兒船過海至哲哩木觜子作亂八月濟喇敏人諾木齊過海至烏色砦遇內和屯人言濟喇敏人雅竒扎木稱威古特賊與博和哩等欲以今年比海凍過果幹虜掠打鷹人乞討之既而遼陽省咨三月五日濟喇敏百户烏坤濟等來歸給魚糧綱扇存恤位坐移文管沃濟濟喇敏萬户府收管六月五日官軍敗賊於錫喇和屯七月八日威古特賊王博凌古自果斡過海入佛哩河官軍敗之九年六月濟喇敏人吉爾庫報威古特賊刼納木喀等官軍追之不及過扎爾瑪河刧掠至大元年濟喇敏百戸竒徹竒納言威古特約索努呼欲降遣逹哈扎薩至尼嚕罕又濟喇敏人多神努額齊訥來每言約索努呼沃稜等乞降持刀甲與頭日布結結且言年貢異皮以夏間逹喇布魚出時回還云云
      Для памяти - пока лениво возиться. Уже вижу, что Ивлиев не совсем верно переводил.
    • Yingcong Dai. A Disguised Defeat: The Myanmar Campaign of the Qing Dynasty
      By hoplit
      Просмотреть файл Yingcong Dai. A Disguised Defeat: The Myanmar Campaign of the Qing Dynasty
       
      Yingcong Dai. A Disguised Defeat: The Myanmar Campaign of the Qing Dynasty // Modern Asian Studies. Volume 38. Issue 01. February 2004, pp 145 - 189.
      Автор hoplit Добавлен 09.01.2020 Категория Китай
    • Yingcong Dai. A Disguised Defeat: The Myanmar Campaign of the Qing Dynasty
      By hoplit
      Yingcong Dai. A Disguised Defeat: The Myanmar Campaign of the Qing Dynasty // Modern Asian Studies. Volume 38. Issue 01. February 2004, pp 145 - 189.
    • Вечный миф - "трупами завалили"
      By Чжан Гэда
      Потихоньку набирается материал для статьи о бое 21-го уланского при Омдурмане.
      Параллельно возникла мысль - а ведь это интересная иллюстрация против тезиса всяких либерастов, что мол, "трупами завалили"...
      Что такое трупами завалили? Как можно, при не подавленных вражеских пулеметах, добиться успеха, просто бросая на врага неподготовленную и плохо вооруженную пехоту?
      В истории есть целый ряд примеров, когда тезис "трупами завалили" не проходит. И всего 1-2 подтверждения этому тезису (пожалуй, вспомню только Изандлвану и Адуа).
      Начнем по порядку - первые серьезные звонки раздались в колониальных войнах. Как только европейские и мусульманские культуртрегеры стали способны доставить на место нужное количество стрелков, стали наблюдаться серьезные проблемы у местных народностей, которые ранее достаточно успешно противостояли колониальной экспансии, ограничивая колониальные анклавы прибрежной зоной.
      Но даже египетское завоевание Судана в начале 1820-х годов - это еще не то. Потому что еще техника "не доросла". Самая тема начнется после того, как Хайрем Максим в 1884 г. изобрел свой знаменитый пулемет.
      Правда, до этого были митральеза Монтиньи, митральеза Реффи, картечница Гатлинга и т.д., но это было "еще не совсем то"...
    • Идентификация географических объектов
      By Чжан Гэда
      Важная тема - часто сложно идентифицировать тот или иной пункт в Китае, если нет иероглифов названия, а запись сделана в какой-то неупорядоченной системе романизации или кириллизации.
      Например, в марте 1929 г. в Китае погиб итальянский миноносец "Муджа" (Muggia, бывший австро-венгерский Csepel).
      Согласно сообщениям итальянских газет, крушение произошло у скалы Finger Rock, которая в 35 милях южнее маяка Helsham, причем говорится также о другом ориентире - остров Hea Chu в архипелаге Tai Chou, а еще упоминается остров Haickeu...
      Найти что-то невозможно - учитывая, что там даны еще и хронологические привязки типа "миноносец находился в пути 2 часа", то это дает расстояние около 60 морских миль. Но найти что-то там невозможно - островов масса и курс миноносца неизвестен.
      А уж что касается нашей истории с КВЖД... Там вообще половина географических ориентиров не ищется!