Sign in to follow this  
Followers 0
Abd-al-Malik

Заимствования из стиля барокко в православных церквях Валахии и Молдовы?

24 posts in this topic

Оказал ли стиль Барокко заметное влияние на румынскую церковную архитектуру Дунайских княжеств? (Или оно ни в какое сравнение не идет с мощнейшим влиянием барокко на церковную архитектуры Левобережной Украины?)

А на православную/униатскую архитектуры Трансильвании?

Можно ли где-то посмотреть фотографии?

Share this post


Link to post
Share on other sites


Церковь в г. Сигишоара (Трансильвания). Построена в 1797 г(?)

Честно говоря не вижу ничего от барокко.

Это скорее византийский стиль.

9345260180_1feda1607c_b.jpg

Город Клуж -Напока (Трансильвания)

Это тоже византийский стиль.

1163776144.jpg

Святая София. Константинополь.

%D0%A5%D1%80%D0%B0%D0%BC_%D0%A1%D0%BE%D1

Share this post


Link to post
Share on other sites

386px-06_Sibiu-Hermannstadt_Orth.Kathedr450px-Biserica_Ortodoxa_Lipova.jpg

Слева Собор Святой Троицы, Сибиу. Справа Собор Успения Богородицы, Липова

1280px-Man_Curtea_de_Arges.SV.jpg

Успенский собор, Куртя-де-Аджеш

1024px-RO_%2C_IS_%2C_St._George_Church_%

Собор Св. Георгия, Яссы

Вообще Бухарест не зря назыввают "Парижем Востока". Вот например церковь Крецулеску - вещь в себе:

Cerkov_Kreculesku10.jpg

Share this post


Link to post
Share on other sites
Успенский собор, Куртя-де-Аджеш

Пьяная церковь :)

В основе византийский крестово-купольный храм.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Церковь Крецулеску вроде другая

фото http://www.rutraveller.ru/place/38397

http://i.about-travel.ru/i/003/102/003102951.jpg

Небольшая православная церковь в Бухаресте, построенная в 1722 году по распоряжению известного деятеля Румынского Возрождения канцлера Крецулеску. Считается одной из самых уникальных и старейших церквей столицы Румынии.

Архитектура церкви представляет собой смешение ренессанса и византийской традиции с характерными богатыми, но немногочисленными декорациями, в чем и заключается Брынковянский стиль, возникший в южной области Румынии. Здание из красного кирпича было отстроено местными мастерами и на протяжении почти трех столетий радует горожан и гостей города своими изящными формами и оригинальными деталями.

Внутреннее убранство храма выделяется среди остальных церквей Бухареста уютной красотой благодаря небольшому помещению и прекрасно сохранившимся фрескам 1860 года. Двери церкви Крецулеску открыты как для прихожан, так и для посетителей, очарованных прекрасным нетривиальным внешним видом постройки

Как на этот форум фото из интернета поместить

А как выделить что-то жирным?

Edited by Abd-al-Malik

Share this post


Link to post
Share on other sites

Возможно собор Успения Богородицы в Липове строился (или переоформлЯлся в стиле барокко?) как униатский?

А собор Святого Георгия в Яссах - это не Трансильвания, а Молдова (60-е гг 18 в)

Интересно, много ли еще бароччных церквей в Молдове и Валахии?

Edited by Abd-al-Malik

Share this post


Link to post
Share on other sites

Ничего удивительного, в Гетьманщине (Украине) например было казаческое барокко. А Валахия, Трасильвания и Молдавия также тесно общались с Европой.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Если в Области Войска Запорожского (местный вариант) Барокко было преобладающим стилем, то в Молдове и Валахии барочные церкви наверное строились в 18 в крайне редко?

Share this post


Link to post
Share on other sites

Молдавско-украинские культурные и религиозные связи были активными. Даже без унии влияние Барокко ощущалось в Молдавии и в Украине.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Вопрос, насколько сильно оно ощущалось в Молдове и Валахии?

Вероятно значительно меньше, чем на левобережной Украине?

Сколько всего барочных храмов в Молдове и Валахии?

Наверное о пальцам можно пересчитать?

Share this post


Link to post
Share on other sites

Венгрия, а потом Трансильвания рядом. А венгры часть западной цивилизации как и Польша. Делайте выводы. И уж точно памятников не единицы, поскольку Румыния не пережила таких разрушений как Украина в мировых войнах.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Так сколько же барочных церквей конца 17 - 18 вв в Молдове и Валахии?

И сколько не барочных этого же периода (для сравнения)?

Edited by Abd-al-Malik

Share this post


Link to post
Share on other sites
Ничего удивительного, в Гетьманщине (Украине) например было казаческое барокко.

Не могли бы Вы показать примеры "казаческого барокко"? :)

Share this post


Link to post
Share on other sites

Загулите и найдете

В конце 17 - 18 в на Левобережной Украине не барочных церквей наверное вообще не строилось

А Румынские княжества очевидно намного сильнее продолжали старые традиции

Edited by Abd-al-Malik

Share this post


Link to post
Share on other sites
Собор Успения Богородицы, Липова

Написано в ВИКИ, что постройка 15-16 вв. Барокко.

Странно, Румыния под вассалитетом Турецкой империи, а тут такое я бы сказала "итальянское барокко".

Share this post


Link to post
Share on other sites

Загулите и найдете

Странно, что я не предложила Вам сделать то же самое, когда Вы написали:

Можно ли где-то посмотреть фотографии?

:rolleyes:

Share this post


Link to post
Share on other sites

http://en.wikipedia.org/wiki/Category:Baroque_architecture_in_Romania

В Валахии это стиль Брынковяну, который был совмещением барокко, местных православных традиций и восточных влияний

1024px-Horezu_bis_man_SV.jpg

768px-Cre%C5%A3ulescu_church.JPG

800px-Potlogi_%283%29.jpg

1024px-000_027_431_-_27-07-2010_-_Manast

http://historo.wordpress.com/tag/brancovenesc-style/

http://en.wikipedia.org/wiki/Category:Br%C3%A2ncovenesc_style_architecture

http://en.wikipedia.org/wiki/Brancovan_style

При Фанариотах возвращение к византийскому стилю.

Moldovenesc style - http://en.wikipedia.org/wiki/Moldavian_style

В Молдавии до Барокко же сильны были византийские традиции как и в Валахии. Йорга написал например книгу Византия после Византии. Византийскик традициии сочетались также с влиянием болгар, сербов и русинов-украинцев.

Тарас Я. Н. - Памятники архитектуры Молдавии XIV-XX-вв

http://ru.scribd.com/doc/133818487/%D0%A2%D0%B0%D1%80%D0%B0%D1%81-%D0%AF-%D0%9D-%D0%9F%D0%B0%D0%BC%D1%8F%D1%82%D0%BD%D0%B8%D0%BA%D0%B8-%D0%B0%D1%80%D1%85%D0%B8%D1%82%D0%B5%D0%BA%D1%82%D1%83%D1%80%D1%8B-%D0%9C%D0%BE%D0%BB%D0%B4%D0%B0%D0%B2%D0%B8%D0%B8-XIV-XX-%D0%B2%D0%B2-1986

Share this post


Link to post
Share on other sites

Судя по этим церквям, барочные элементы там намного меньше бросаются в глаза, чем в казачьем барокко и даже, чем в нарышкинском барокко,

Странно, что я не предложила Вам сделать то же самое, когда Вы написали - Можно ли где-то посмотреть фотографии?

:rolleyes:

Суйко, не обижайтесь

но казачье, казаческое и украинское барокко гуглится, а вот румынское барокко не гуглится ( гугль ничего путного не находит по этому словосочетанию)

Я Вам очень благодарен за его фотографии

Share this post


Link to post
Share on other sites
Церковь Крецулеску вроде другая

Да, я выложил не церковь, а дворец Крецулеску. Перепутал.

Как на этот форум фото из интернета поместить
Жмем кнопку "Фото" и вставляем в появившееся окно ссылку на изображение.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Особенностью Валахии и Молдавии был синкретизм. Было Бароко в стиле Брынковяну, некоторые церкви в молдавском стиле. Бароко более выражено в Речи Посполитой, Гетьманщине и Российской Империи чем в Молдавии и Валахии, но это не значит что бароко в Румынии не было.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Особенностью Валахии и Молдавии был синкретизм. Было Бароко в стиле Брынковяну, некоторые церкви в молдавском стиле. Бароко более выражено в Речи Посполитой, Гетьманщине и Российской Империи чем в Молдавии и Валахии, но это не значит что бароко в Румынии не было.

Да было барокко в Румынии. Кто спорит :)

Но мне показалось, что черты румынского барокко ближе к итальянскому.

А вот казацкое (украинское барокко) более плавное что ли, с элементами "старого" византийского стиля.

Share this post


Link to post
Share on other sites

В Румынии бароко более византийское чем в Украине, а в Украине похоже на бароко в Речь Посполите и Чехии. Правда с местной православной спецификой, можно сравнить с теми же Валахией и Молдавией. Правда в этих странах еще ощущалось и восточное влияние.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Стиль брынковяну имеет отдельные барочные черты (восновном в орнаменте), причем даже они очень сдержанные

И по моему в неммм совершенно нету специфически барочных архитектурных черт?

По крайней мере точно нету удвоения купола - когда нижняя часть купола имеет форму граненого короба (или как он там называется?), из которого выходит главка, увенчанная маленьким куполком

Edited by Abd-al-Malik

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now
Sign in to follow this  
Followers 0

  • Similar Content

    • Истоки русского зодчества. Новый взгляд
      By Суйко
      Заметка в "Русской планете" показалась очень любопытной.
      Профессор истории из ВШЭ рассказал о том, кто и как строил первые храмы на Руси и почему ученые до сих пор спорят об этом
      В столичном Музее архитектуры имени Щусева историк Андрей Виноградов выступил с лекцией о том, как развивалось архитектурное искусство в Киевской Руси во времена Владимира I и его сыновей Мстислава и Ярослава Мудрого. По его словам, устоявшееся на протяжении почти века представление о «столичных», константинопольских корнях российских традиций зодчества не верна. На самом деле Десятинную Церковь, Святую Софию Киевскую, черниговский Спасо-Преображенский собор построили мастера из восточной части империи, скорее всего из Херсонеса и других крымских колоний Византии, чей стиль заметно отличался от стиля архитекторов из Царьграда.
      «Тема, казалось бы, достаточно банальная и не стоящая обсуждения. Первое, что вы можете прочитать практически в любом учебнике по истории искусства или истории архитектуры — то, откуда взялась монументальная архитектура на Руси (из Византии). Удивительно, но практически все исследования в этой области заглохли. Это парадоксально, учитывая огромный интерес историков и публики к извечному вопросу, «откуда есть пошла Русская земля?». На эту тему написаны просто монбланы литературы, однако по архитектуре практически ничего нет. Причины у этого весьма своеобразные, и я сейчас о них вам расскажу», — начал свой рассказ лектор.

      Спасо-Преображенский собор в Чернигове. Фото: Ю. Левянт / РИА НовостиКак объясняет Виноградов, серьезное изучение истории русской архитектуры началось относительно недавно — в конце XIX века, когда историки и ценители культуры впервые обратили внимание на древнейшие церкви и прочие памятники архитектуры и начали их соотносить с «Повестью временных лет» и другими летописями. К началу XX века сформировалось два главных направления, две основных гипотезы о том, откуда взялась древнерусская архитектура.
      Первая была сформулирована историком и искусствоведом Георгием Лукомским в 1912 году в короткой брошюре, посвященной Спасо-Преображенскому Собору в Чернигове, одному из первых образцов древнерусской архитектуры. Лукомский много путешествовал по России, странам Запада и Востока, и он обратил внимание на то, что черниговский собор совсем не похож на константинопольские храмы того же периода. А больше всего похож на ранние христианские храмы Алании, по наблюдениям самого Лукомского, а также на соборы Абхазии, как впоследствии утверждали его последователи.
      «Теории Лукомского рисовали нам логичный путь — через Абхазию, Аланию и другие районы северного Кавказа, территории современной Карачаево-Черкессии и Кабардино-Балкарии, эта архитектура попадает в Тмутаракань, византийский город Таматарху, а оттуда попадет с тем же князем Мстиславом в Чернигов и оттуда распространяется по Руси. Эта идея привлекает огромный интерес и сегодня, хотя ее обоснование достаточно слабое. Дело в том, что кавказская архитектура была тогда изучена очень поверхностно, так как в то время господствовало ошибочное представление о том, что она представлена армянской архитектурой и ее вариациями в Абхазии и прочих уголках Кавказа. На самом деле, все было гораздо сложнее», — продолжил Виноградов.
      Практически сразу Лукомскому и его сторонникам начала противостоять другая группа ученых — историков-византистов, позицию которой впервые выразил известный российский художник и искусствовед Игорь Грабарь.
      «С точки зрения Грабаря, древнерусская архитектура, архитектура Киева и Чернигова, была плодом творчества константинопольских мастеров. Аргументами в пользу этого — крупные заказы князей — Владимира, Мстислава и Ярослава, самых могущественных правителей Руси, о связях которых с Византией, с ее царствующим домом, мы хорошо знаем. Кроме того, в древнерусских соборах вы можете увидеть мозаики или мраморные декорации, которые Грабарь считал несомненным доказательством «столичности» архитектуры Киевской Руси. Это мнение утвердилось, но не по тем основаниям, о которых думал художник», — объясняет лектор.
      По словам Виноградова, идеи Грабаря заняли доминирующие позиции в общественном сознании не по причине их исторической точности, а потому, что они были удобны для всех патриотических интерпретаций древнерусского искусства, как в дореволюционные времена, так и в сталинскую эпоху. «Наше искусство самого высокого качества — наши первые храмы были построены столичными мастерами. Парадоксальным образом, получилось так, что идея, родившаяся в полемике Грабаря и Лукомского, стала догмой и стала восприниматься абсолютно некритически. И за все время существования Советского Союза единственным, кто попытался разобраться в этом вопросе, был совсем не наш ученый, а западногерманский историк Хармут Шефер, специалист по византийской архитектуре».
      Сегодня, через почти 100 лет после публикации книги Лукомского, эти дискуссии начинают постепенно возвращаться в сообщество российских историков. О чем шла дискуссия между двумя авторами начала XX века и о чем спорят их последователи сегодня, спрашивает лектор у аудитории? По его словам, предмет дискуссии и перечень обсуждаемых памятников архитектуры практически не изменились.
      Речь идет, как объясняет Виноградов, о самых ранних соборах и церквях Киевской Руси, построенных во время правления Владимира I и его сына Ярослава Мудрого. В их число входят киевская Десятинная Церковь, собор Святой Софии, черниговский Спасо-Преображенский собор и соборы святой Ирины и святого Георгия, а также Золотые Ворота и новгородская София. Только три из них дожили до нашего времени — новгородская и киевская София, а также черниговский собор.
      «Вопрос может возникнуть — а где в этом списке церковь, которую заложил Мстислав в 1014 году в Тмутаракани? Дело в том, что поиски этого храма были «идеей фикс» для советской исторической науки — надо было найти подтверждения того, что русский князь строил за пределами русской земли. Не могло же быть такого, что тут только иностранцы строили — русские люди тоже должны были строить. К сожалению, этот храм был разобран еще в XVIII или в начале XIX века, и поэтому его найти было очень сложно. Его поисками занимался академик Рыбаков», — продолжает историк.
      Рыбакову удалось найти храм Богородицы, однако не с первого раза и не в том месте, где он ожидал его найти, а впоследствии все следы этого сооружения были закопаны и теперь даже место его постройки остается неизвестным. «Я вместе с коллегами-специалистами по древнерусским строительным техникам недавно изучил материалы, сохранившиеся со времен раскопок Рыбакова — отчеты, фотографии, кирпичи и строительные материалы. Мы выяснили, что к русскому зодчеству эта постройка не имела никакого отношения, и его ближайшие аналоги находятся в Крыму и в других ближайших регионах. Но это отдельная история».
      Как отмечает Виноградов, в «византийской» и «кавказской» теориях есть масса нестыковок, которые заставили его задуматься о том, а не нужна ли нам принципиально новая теория, раскрывающая корни зодчества в Киевской Руси.
      Первая, извечная для всей человеческой истории, проблема заключается в трудностях с точной датировкой времени постройки храмов — летописям в этом отношении не всегда можно доверять, так как летописцы часто ошибались в датах или недоговаривали, или же писцы могли совершать ошибки при подготовке новых копий хроник. К примеру, «Повесть временных лет» достаточно туманно рассказывает о том, когда была построена киевская София, из-за чего разброс в датах составлял 10 лет — от 1027 по 1037 года. Некоторые оппортунисты от науки и музейного дела, как отмечал историк, вообще заявляли, что собор был построен в 1017 году.
      «Какую дату, собственно, считать традиционной и правильной? «Повесть временных лет» говорит нам, что в 1037 году были завершены все стройки Ярослава в Киеве. Естественно, что в число этих строений входила и София. Но невозможно предположить, что Ярослав построил в один год и три храма, и Золотые Ворота, и дворец для себя и епископа, даже если он строил такими же масштабами, как Юрий Михалыч (Лужков) у нас. Поэтому мы считали этот год достаточно условным», — отметил ученый.

      Центральная апсида Софийского собора в Киеве, 1978 год. Фото: Алексей Поддубный / ТАСССитуация с датировкой Софии прояснилась только в последние годы — по словам Виноградова, одной из его московских коллег удалось найти в башне собора древнерусское «граффити», подписанное 1038-1039 годом. То есть, как рассуждает ученый, к этому времени храм уже должен был быть достроен. С черниговским собором ситуация сложнее — постройка храма велась в два этапа из-за кончины Мстислава, брата Ярослава Мудрого, и, по-видимому, он строился двумя разными «строительными бригадами», поэтому время начала его постройки остается неизвестной.
      «Обратите внимание на гигантскую историческую пропасть между Десятинной церковью, построенной еще Владимиром, и киевской Софией. Именно эту лакуну хотел закрыть Борис Александрович Рыбаков, пытаясь найти собор Мстислава в Тмутаракани. Это стало важным для нас относительно недавно, когда мы поняли, что храмы и все прочие архитектурные формы не возникали из духа времени. Их строили конкретные люди, конкретные артели, и мы должны прослеживать историю культуры не только как историю форм, но и как историю артелей».
      Поэтому, как считает Виноградов, при определении родословной каждого архитектурного памятника следует обращать внимание даже на самые мелкие детали в его интерьере и экстерьере, которые могут помочь определить происхождение той «строительной бригады», которая его сооружала.
      По словам лектора, подобные необычные мелкие детали, отделяющие древнерусскую архитектуру от византийской и кавказской, уже можно найти в том, что мы знаем о первой Десятинной церкви Киева. Этот храм построил Владимир Святославович предположительно в конце X века. Он был разрушен после взятия Киева монголо-татарским войском, а в последствие его полуразрушенные стены были разобраны на «стройматериалы», как выражается Виноградов, и от здания сохранились только фундаментные рвы.

      Монастырь Осиос Лукас в Греции Фото: Marmontel«Мы практически ничего не можем сказать о строительной технике храма, но есть две важных вещи. Первая – то, что этот храм несомненно строили греки. При последних раскопках были найдены кирпичи с греческими клеймами, надписями "кирпич Богородицы" и "кирпич Господень". А второй момент — найденные при раскопках крестчатые столбы (плюсообразные колонны, поддерживавшие потолок храма), которые были совершенно чужды для византийской архитектуры, основными компонентами которой были мраморные колонны. Такие столбы встречаются только на территории Киевской и Владимирской Руси и в некоторых периферийных регионов империи», — объясняет историк.
      Еще больше необычных элементов, не сочетающихся с теориями Грабаря и Лукомского, можно найти и во внутреннем и во внешнем убранстве Софийского собора и черниговского Спаса. «Давайте вернемся к тем аргументам, которые Игорь Эммануилович Грабарь считал непреложным доказательством "столичности" архитектуры Киевской Руси. Его главным аргументом было наличие мозаик и внутреннее убранство храмов в целом».
      На что стоит обратить внимание, спрашивает лектор? По его словам, в интерьере киевской Софии отсутствуют многие важные признаки константинопольской архитектуры — к примеру, ее стены украшены меньшим числом карнизов, и внутри собора нет ни одного окна. Как подчеркивает историк, все столичные храмы в Византии представляли, по своей сути, гигантские каркасы со вставленными в них окнами, через которые свет мог легко проникать внутрь собора. Свет играл символическую роль в создании ощущения развоплощения материи и иллюзионизма, и это все отсутствовало в древнерусских храмах.
      «Давайте еще раз посмотрим на мозаики. Что они представляли собой в столичной архитектуре? Они всегда использовались для покрытия сводов, а все вертикальные стены были украшены мрамором. Дело в том, что мозаика мерцает и лучше всего раскрывается с художественной точки зрения именно на изогнутой поверхности. То есть, до уровня свода в греческих храмах мы можем увидеть только мрамор, а на сводах — мозаику. Что мы видим в Софии? Мрамор есть только в самом низу, а всю остальную площадь занимает мозаика. Можно говорить о том, что она переходит ту грань, которая ей предназначена в византийской архитектуре», — продолжает лектор.
      Все эти черты Софийского собора в Киеве делают его похожим на провинциальные копии столичных византийских храмов в Греции, Малой Азии и в других восточных регионах империи. Похожие провинциальные элементы архитектуры можно заметить и во внешнем облике Софии — плоские ниши на поверхности стен, особые узоры-меандры, декоративные камни-клуазонне, вмурованные в кирпичные стены, и многие другие вещи.
      Как отмечает историк, если говорить о черниговском Спасе, то в его архитектуре можно заметить меньше провинциальных элементов, чем в Софийском соборе в Киеве. В целом он похож на постройки так называемой «элладской школы», то есть греческой части Византии. По своему убранству и архитектуре он больше всего напоминает, по словам Виноградова, храм Неа Мони на острове Хиос, построенный императором Константином IX Мономахом примерно в то же время.
      «Когда мы смотрим на черниговский Спас, возникает еще одна проблема. Давайте мы признаем, что собор строили греческие мастера из Эллады. Возникает вопрос — откуда в нем взялись крестчатые колонны и связанные с ними арки? Такая конструкция опирания сводов была абсолютно нехарактерной для Греции, но ее можно найти на другом конце периферийной Византии — на северном и восточном побережье Черного моря».

      Крещальня в комплексе Уваровской базилики в северо-восточной части Национального историко-архитектурного заповедника "Херсонес Таврический" в Севастополе. Фото: С. Беляев / РИА НовостиПо словам лектора, похожие соборы можно найти на территории Абхазии, в Трапезунде (современная Турция) и в некоторых других уголках на берегах черного моря. «У нас возникает противоречие — с одной стороны, декорации у древнерусских храмов взяты из элладской школы, а общая конструкция позаимствована у зодчих с востока Византии».
      Но, как показали последние исследования Виноградова и его коллег, подобные декорации — меандры, камни-клуазанне и прочие элементы убранства — можно найти и в восточной части империи. К примеру, очень похоже выглядит Пицундский собор, сооруженный в Абхазии относительно незадолго до Софии Киевской, а также церковь Санагире в Кахетии, построенная той же бригадой мастеров.
      «Опять встает вопрос — а не могли ли эти мастера прийти в Киев не из Константинополя, не из Греции, а с востока? Так интуитивно предполагал и Лукомский, но мы должны быть очень осторожны в этом ответе. Почему? Во-первых, между Пицундой, Санагирой и Софией зияет пропасть длиной в 50 с лишним лет. Конечно, всякое может быть, но вряд ли грузинские мастера могли прожить столько и справиться с столь масштабной задачей, как постройка Софии. Ее, скорее всего, строило несколько артелей мастеров. Поэтому София могла получить свои разные черты от разных мастеров», — объясняет ученый.
      По его словам, гораздо вероятнее, что эти мастера пришли из третьего региона Византии, который тоже сочетает в себе все те необычные черты, о которых он рассказывал выше — греческое убранство и крестчатые столбы. Им является Крым, где в то время существовало несколько византийских колоний, с которыми русские князья часто контактировали и воевали, в том числе и Херсонес (Корсунь), где был впоследствии крещен Владимир Святославович.
      «К сожалению, в Херсонесе сохранилось все очень плохо, однако недавно там все же удалось найти крестчатые столбы при раскопках на территории двух местных византийских церквей. Почему это хороший ответ? Не только потому, что Херсонес ближе всего к Киеву, ближе, чем Абхазия или Трапезунд, но потому что мы знаем, какую огромную роль Херсонес играл в истории раннего русского христианства и постройки первой Десятинной церкви».
      Виноградов напомнил слушателям, что Владимир взял с собой из Корсуни после того, как он взял город и крестился, помимо принцессы Анны — мощи святых, утварь, священников, статуи и прочие культурные ценности. Вполне возможно, что вместе с религиозной атрибутикой в Киев попали и мастера из Херсонеса, тем более что, как подчеркивает историк, Владимир построил церковь в Корсуни перед тем, как он покинул покоренный город. Кроме того, священник Анастас Корсунянин, который помог Владимиру взять Херсонес в 988 году, стал впоследствии главным распорядителем десятины после завершения постройки Десятинной церкви.
      Есть и другие свидетельства того, что между Корсунью и Русью были установлены тесные контакты, которых, как показывают последние исследования, не было у Тмутаракани. Недавно в Херсонесе, благодаря внимательности одного из моих коллег, была найдена древнерусская надпись, которую оставил паломник, возвращавшийся в Киев.
      «Недавно была раскопана цистерна рядом с главной городской площадью Корсуни, которая была превращена в X веке в тюрьму. В этой тюрьме, те люди, которые сидели там, оставляли много разных надписей на стенах на греческом — письма о помиловании императору, примеры византийского тюремного шансона, и даже нескромные исповеди о том, чем заключенные там занимались. Кроме того, там есть рисунок огромного трезуба русского дружинника, который каким-то образом туда попал и его нарисовал. Все это укрепляет нас в мысли о том, что Русь была крепко связана с Херсонесом. И, если мы пока не можем дать решительного ответа на вопрос о том, откуда пошла русская архитектура, мы, по крайне мере, должны заново поставить вопрос о том, как она возникла», — заключает ученый.
      — Андрей Юрьевич, вы говорили о проблемах с датировкой древнейших памятников архитектуры в Киевской Руси. Сегодня на западе в археологии, палеонтологии и антропологии начали набирать популярность методики точных наук, физики и химии. Нельзя ли взять образцы смальты, известки, камней и прочих строительных материалов и использовать их химический и изотопный состав для определения того, когда они были построены, откуда брались материалы и из какой школы происходили мастера?
      — Да, действительно, такие методы начинают применяться, однако проблема заключается в том, что даже при калиброванных датах наблюдается очень большой разброс. То есть это хорошо для определения возраста стен неизвестного времени — мы можем взять раствор и определить ее возраст, с разбросом в плюс-минус 100 лет. Другое дело, когда у нас есть достаточно точные даты из летописей, и точность их возраста их вряд ли можно улучшить.
      Но, я хочу сказать две вещи. Во-первых, с одной стороны, сегодня хорошо развились изучение строительных техник — представления о составе растворов, кирпича и так далее. К примеру, когда мы анализируем кирпичную архитектуру на Кавказе, мы часто отдаем кирпичи в лабораторию. Мы пробовали разные методики, и лучше всего работает петрографический анализ (изучение минерального состава). Но с другой стороны, есть некое головокружение от успехов — сначала кажется, что вот ты сделаешь анализ 20 образцов кирпичей и поймешь, что один из них сделала одна бригада, два других — вторая, а третий — четвертая группа мастеров. Мы даже увидели, как в одном памятнике меняется состав кирпича: в нижних кирпичах мастера использовали солому, а в верхней части памятника, им, похоже, было лень таскать ее, и они стали добавлять в «тесто» толченые камни. Поэтому, эти методы важны, но они лишь дополняют традиционные методы.
      Во-вторых, я хочу добавить, что в области точной хронологии, как ни странно, мы пока мало пользуемся дендрохоронологией (вычисление возраста по кольцам деревьев). Например, очень большой прорыв я сейчас ожидаю на Кавказе, где была недавно сделана по живым деревьям непрерывная шкала на больше чем 500 лет. Коллеги из немецкого археологического института недавно в башнях в Ингушетии и в других республиках Кавказа взяли образцы балок и теперь мы сможем их датировать, хотя и с некоторой поправкой, лет на 10-20. Это будет просто большой прорыв.
      — В связи с текущей ситуацией на Украине возникали ли у вас и ваших коллег затруднения в изучении памятников на территории Херсонеса и других колоний Византии, и есть ли такие проблемы сегодня?
      — Мои коллеги в этом году работали на Украине, и конечно, не обошлось без проблем. Их сильно обыскивали во время въезда в Украину, но, в общем и целом работать все же там можно. Другое дело, что украинская наука тоже парализована — многие коллеги принципиально не хотят ничего слышать о сотрудничестве, есть группы украинцев, которые выехали из Крыма — например, директор крымского филиала института археологии просто покинул полуостров и уехал в Киев. Но есть и другие, выступающие за сотрудничество — например, археолог Тимур Бобровский поддерживает совместные исследования, при том, что он был сотником на Майдане. Но украинские ученые нормально относятся к новым теориям о корнях древнерусской архитектуры. Конечно, есть поклонники «древних укров», но все наши коллеги остаются в рамках научного дискурса.

      http://rusplt.ru/society/otkuda-est-poshla-russkaya-arhitektura-14704.html
    • Современные необычные памятники
      By Nslavnitski
      Необычные, разумеется, для нашего восприятия, многое из того, что появляется, нам кажется непонятным.
      Один из таких памятников - памятник клавиатуре в Екатеринбурге на набережной реки Исеть.
      Открыт в 2005 г. в качестве спецпроекта фестиваля «Длинные истории Екатеринбурга», автор А. Вяткин.

    • Монастыри - фортификационные укрепления
      By Nslavnitski
      Малков Я.В. Древнерусское деревянное зодчество. М., 1997.
      Монастыри на Руси появились вместе с христианством. В XI-XII веках их было учреждено около семидесяти. Пятнадцать монастырей было в Киеве. Они стояли на высоких холмах и береговых кручах в пределах прямой видимости - Кирилловский, Иорданский, Кловский, Печерский, Выдубицкий и др. В значительной степени ими определялся облик города. Двадцать монастырей было в Новгороде. Да и вообще на пути из варяг в греки стояло около пятидесяти монастырей. В XIII веке - в период распада Киевской Руси монастырское строительство переместилось в центральные и северные районы Руси. К концу XIII века было известно уже около ста монастырей. В XIV веке монастыри начинают отрываться от городов и значительная часть новых возводится в лесах и пустынях. Таких монастырей было построено половина из восьмидесяти четырех. А в XV век - пятьдесят два - пустынных и лишь двадцать семь в городах. К концу XVII века на Руси было известно около восьмисот монастырей. И каждый из них - это модель маленького города.
      Интересно, что Сигизмунд Герберштейн, на которого мы уже ссылались, писал, что каждый из московских монастырей, а их в ту пору было более сорока: «если смотреть на него издали, представляется чем-то вроде маленького города».
      Впрочем, это было так с самого начала монастырского строительства. Уже игумен Даниил в XII веке писал про русские монастыри, что «они городом сделаны».
      А процесс их образования - это модель цепной реакции. От крупных, авторитетных монастырей отпочковывались новые. Так только от Троице-Сергиевского монастыря с учетом взаимного отпочкования было образовано двадцать семь пустынных и восемь городских монастырей. Практически все древние монастыри в первоначальном виде были деревянными, но со временем деревянные храмы сменялись каменными, территории расширялись, оконтуривались каменными взамен деревянных крепостными стенами. И сейчас умозрительное восстановление облика деревянных монастырей возможно по древним изображениям, планам, описаниям и игре воображения.
      Принципы порядка, как в формировании отдельных культовых построек и их ансамблей основывались на символах веры. Храм был символом неба и земли, рая и ада - сконцентрированное изображение мира. Алтарной своей частью храм должен смотреть на восток где расположен центр земли - город Иерусалим, где на горе Голгофе был распят Иисус Христос. А при входе в храм с западной стороны должна находиться крещальня, как символ прихода в христианство, обретения веры. Алтарь символизирует Вифлеемскую пещеру, в которой был рожден Христос. Символические значения имели цвета и жесты на изображениях. Невидимое таилось в видимом и осмысливалось через видимое. Во всем была тайна и магия.
      И композиция ансамбля следовала символическому воспроизведению «Града небесного - Иерусалима». Сутью ее была центрическая система - модель космического порядка. Центральным символом ансамбля являлось доминирующее по своей духовной значимости здание - главный собор монастыря. Подобно тому, как в храме высота изображения святого однозначно характеризует его духовную иерархию, смысловая, ценностная иерархия построек характеризовалась близостью к главному храму.
      Упорядоченная форма должна быть «четверообразной». Таков «горный град Иерусалим». Как сказано про него в Апокалипсисе: «Город расположен четвероугольником, и длина его такая же, как и широта».
      Вместе с тем представления о символическом миропорядке были не единственным регламентирующим принципом. Форма определялась и рельефом, и ландшафтом, и необходимостью приращения территорий со временем. Поэтому в реальных монастырских ансамблях всегда просматривается компромисс между идеальной схемой и обстоятельством места и времени.
      Троице-Сергиевский монастырь сыграл выдающуюся роль в отечественной культуре и истории. Высочайший духовный и личностный авторитет его основателя выдвинул его на одно из самых видных мест среди монастырей Руси, и опыт его развития и строительства был принят за образец в монастырском строительстве древней Руси.
      Первые свидетельства о первоначальном облике монастыря принадлежат перу его агиографов Епифания Премудрого и Пахомия Серба [39]. Епифаний долгое время жил в монастыре при Сергии Радонежском и начал делать свои записи в 1393 или 1394 годах («по лете убо едином или по двое» после кончины Сергия). Пахомий Серб писал «Житие» в 1438-1449 годах, но имел возможность «распытывати и вопрошати древние старцы», живших в монастыре при Сергии.
      По-видимому, основание монастыря может быть отнесено к 1345 году, когда Сергий на невысоком холме - горе Маковец в лесу, в стороне от дорог и жилья с помощью брата срубил келью и поставил рядом с ней «церкву малую», посвятив ее Живоначальной Троице. Постепенно к нему присоединялись новые монахи. Каждый для себя рубил келью. Уже в 1355 году монастырь был обнесен «не зело пространнейшим тыном», у ворот был посажен «вратарь» и в монастыре был принят устав общинной жизни. Устав предусматривал общее ведение хозяйства. В работах принимали участие все, включая игумена. Потребовалось построить и все общие службы. Трапезную, Поварню, Пекарню, Портомойню и т.д. При этом монастырь был перестроен по единому плану Сергия. Епифаний об этом рассказывал так: «Егда же рассуднейший пастырь и премудрый в добродетелях муж монастырь больший распространив, келий четверообразно сотворити повеле, посреди их церковь во имя Живоначальные Троицы отвсюда видима, яко зерцало - трапазу же и елико на потребу братии». Таким образом монастырь получил форму, близкую к правильному прямоугольнику. По его сторонам стояли кельи, обращенные окнами на площадь, где стояла церковь и все общественные постройки. Огороды и хозяйственные постройки были расположены за кельями. Епифаний сообщает, что Сергий украсил церковь «всякою подобною красотою». Весь монастырь, вероятно был обнесен тыном - вертикально поставленными дубовыми бревнами высотой 4-6 метров с заостренным верхом. Бревна ставились на земляной «осыпи», образованной при рытье рва. По-видимому, в стене были срублены башни. Известно, что после посещения монастыря Дмитрием Донским перед Куликовской битвой над восточным входом монастыря была учреждена надвратная церковь во имя его духовного патрона - Дмитрия Солунского.
      Монастырь был сожжен в 1408 году ханом Едигеем. Преемник Сергия игумен Никон вновь отстраивает монастырь, в основном сохраняя его форму, но расширив его на север и восток. Новая церковь Троицы, тоже деревянная была освящена в 1412 году. В XV веке в монастыре появляются первые каменные храмы. В 1422-1423 годах - Троицкий собор - на месте деревянной церкви. Деревянную церковь переносят по соседству и освящают ее в честь Сошествия Святого Духа. В 1476 году ставят каменную церковь Сошествия Святого Духа на месте деревянной.
      На рисунке представлен план Троице-Сергиева монастыря в конце XV века. Все постройки монастыря были еще деревянными, кроме упомянутых двух церквей. В последующие века территория монастыря была расширена почти вдвое, но при этом в основном была сохранена «четверообразная» форма и сохранен планировочный принцип формирования ансамбля, заложенный Сергием.
      По аналогичной планировочной схеме основывались и развивались и многие другие монастыри. Вот описание большого Тихвинского монастыря, основанного в 1560 году: «И на сем же месте... церковь древяну постави... присовокупи же к ней трапезу велику... Близ же сея, благовести ради колокольного содела стройное древяно соделание... По сем постави 42 келий четверообразно убо окрест церкви сия устроив келию к келий совокупив и уравняв я под один покров крепостно и стройно. Посреде же убо лавры стояще Богоматере церковь яко некое око, всюду и благолепием своим вся удивляюща; округ же аки четырми стенами от четырех стран келиями зрится ограждена и отовсюду преславно всеми видима».
      Вместе с тем расстановка зданий внутри монастыря, вариации их ориентации относительно сторон света, игра многочисленных едва заметных «неправильностей» приводила к замечательным эффектам живописности ансамбля и полному исключению какой-либо геометрической засушенности. Ансамбль призван был покорять сердца, и в большинстве случаев это удавалось...
      «На стройках кремлей и монастырей сложилось и вызрело одно из драгоценнейших свойств русского зодчества - своеобразная живописность ансамбля. Сочетание горизонтальных массивов стен с разновысокими вертикалями башен и звонниц, с округлостями куполов и стройными шатровыми завершениями - все это придает старым монастырям вольное разнообразие силуэта, роднит их с русским пейзажем, с его свободными, мягкими очертаниями, с его особенным содружеством глади полей и разбросанных по ним перелесков». [И.Э. Грабаль. История Русского государства. т.1. Архитектура. М. Изд. Кнебель. 1919. 508 с.].
    • Дворец парламента в Бухаресте
      By Abd-al-Malik
      По моему весьма красивое здание
      Тяжеловесность убирается тонкими колоннами внизу в сочетании с "монолитной" верхней частью (такой эффект использован в Альгамбре)
      Чем навеяны и культурно-исторически обоснованы его восточные мотивы?
      Какими-то турецкими заимствованиями в румынской деревянной или каменно-деревянной архитектуре?