Sign in to follow this  
Followers 0
Saygo

Сётоку-тайси

2 posts in this topic

Трубникова Н. Н. Деятельность Сё:току-тайси (574-621)

В ряду государственных деятелей Ямато VI-VII вв. особое место занимает сын государя Ё:мэй, известный под именем Умаядо (Умаято) 馬屋戸и под посмертным величанием Сё:току-тайси 聖徳太子 — «Наследник мудрый и добродетельный». Его называют «духовным учителем японского народа» (A History of Japanese Religion. Ed. By Kazuo Kasahara. Tokyo, 2004. P.60), часто именно ему приписывают заслугу первоначального распространения буддизма на Японских островах и даже видят в нем «японского будду» (Игнатович А. Н. Буддизм в Японии. Очерк ранней истории. М., 1987. С.90). Согласно «Анналам» и другим памятникам, царевич успешно совмещал почитание «Трех Сокровищ» и «родных богов», а также немало сделал для приобщения японцев к конфуцианскому учению и к материковой книжности в целом. С другой стороны, иногда его приводят как пример неумеренной тяги ко всему китайскому, как одного из разрушителей островной японской самобытности (см. Мещеряков А. Н. Герои, творцы и хранители японской старины. М., 1988. С.23-44).

 

shotoku1.jpg
Сё:току-тайси с сыновьями (период Асука). Одежда и парадное оружие героев указывают на то, что они направляются во дворец с новогодним поздравлением государыне. В руках у Сё:току табличка для записей, по китайскому обычаю такую табличку должен держать в руках сановник на приеме у правителя.
shotoku2.jpg
Сё:току-тайси толкует сутры перед сановниками (период Камакура). Фигура царевича здесь гораздо крупнее фигур слушателей - Сё:току изображен ростом в 1 дзё: и 6 сяку (около 5 м.) . Так было принято изображать Будду. В руке царевич с легкостью держит тяжелую бронзовую курильницу. Волосы его заплетены в две косы: так в эпоху Камакура представляли древние японские прически. При этом слушатели одеты и причесаны по более позднему придворному обычаю.
shotoku3.jpg
Сё:току-тайси в образе бодхисаттвы Дзидзо: (периода Камакура). Царевич изображен в одеянии странствующего монаха, но с древнеяпонской прической.
shotoku4.jpg
Жизнеописание Сё:току-тайси (период Камакура)


Первое сообщение о царевиче Умаядо дается в «Анналах Японии» под 586 г., когда его мать назначают государыней-супругой государя Ё:мэй. Здесь указано, что позже Умаядо «ведал многими делами правления и исполнял обязанности государя» (Нихон сёки. Анналы Японии. Перевод со старояпонского и комментарии Л. М. Ермаковой и А. Н. Мещерякова. Т. II — Свитки XVII-XXX. СПб., 1997. С.80). Подробности о рождении и детстве царевича приводятся под 593 г., в начале повествования о правлении государыни Суйко, чьим наследником он был объявлен. В годы правления своей тетки он «держал в своих руках дела управления и был посвящен во все дела» (Нихон сёки. Указ. изд. Т.II. С.90).

Имя Умаядо означает «Дверь конюшни». Оно поясняется так: по пути в дом, построенный для родов, супруга будущего государя Ё:мэй осматривала разные учреждения при дворе. Когда она дошла до Конюшенного Управления, то в дверях конюшни вдруг легко разрешилась от бремени. Образ необычайно легких родов, вероятно, отсылает к легенде о Будде Шакьямуни — в отличие от большинства людей, царевич племени шакьев в Индии и царевич Умаядо в Ямато не пережили «муки рождения». Поэтому оба они сумели сохранить мудрость, накопленную в прежних перерождениях1. Некоторым японским авторам XIX-XX вв. это сообщение «Анналов» дало повод сопоставлять жизнеописание Сё:току с евангельским рассказом, где рождение Христа тоже связано с местом, где держат домашний скот. В этом совпадении усматривали возможное влияние христианства в Японии VIII в., что представляется маловероятным.

Согласно «Анналам», царевич Умаядо с самого рождения умел говорить2 и «обладал мудростью святого» 聖の智有り, хидзири-но сатори ари. Понятие聖, сэй/хидзири, кит. сянь, восходит к древним китайским текстам, прежде всего, к «Прилагаемым суждениям» из «Книги перемен». Там словом сянь обозначается человек, способный постичь знамения Неба и действовать в соответствии с ними. Образ государева родича, который берет на себя дела правления и при этом не стремится сам стать государем, отсылает к Чжоу-гуну, образцовому «благородному мужу». Повзрослев, Умаядо мог «разом выслушивать десятерых и решать их дела без ошибки» — отсюда второе его имя Тоётомими 豐聰耳, «Чуткий ухом». Государь Ё:мэй поселил сына в «Верхнем дворце» 上宮, Камицумия, поэтому позже Умаядо звали также «Наследником Камицумия».

В 587 г. Сога-но Умако, дед Умаядо, собирает войско для войны против Мононобэ-но Мория и его сторонников3. Поначалу войско Сога терпит поражение и вынуждено отступить. Тогда Умаядо, тогда еще подросток, произносит «обет» («клятву») 願, тикаи. Он вырезает из дерева изображения «четырех небесных государей», ставит их на узел своей прически и говорит, что если одержит победу, то построит для них храм как для «охранителей мира» 護世, госэ. Сога-но Умако тоже обещает воздвигнуть храм — но не только «небесным государям», а еще и «великим богам-государям» 大神王, дайсинно:.

Согласно буддийской картине мира, в центре мироздания расположена гора Сумеру 須弥山, Сюми-сан, а по четырем сторонам от нее на небесах, ближайших к земле, есть четыре царства. Они населены разными существами и управляются четырьмя «небесными государями» 天王, тэнно:. «Властитель страны» (持国天, Дзикокутэн, санскр. Дхритараштра) на востоке правит небесными музыкантами-гандхарвами, «Достигший высоты» (成長天, Дзо:тё:-тэн, санскр. Вирудхака) на юге — карликами-кумбхандами, «Широкоглазый» (広目天, Ко:мэ-тэн, санскр. Вирупакша) на западе — змеями-нагами и Вайшравана (毘沙門, Бисямон-тэн) на севере — демонами-якшами. Этих «государей» почитают как защитников четырех сторон света.

«Великие боги-государи» 大神王, дайсинно:, — божества, которых почитали в древней Индии: Брахма, Индра, Варуна, Ваю и др. Многие из них упомянуты в буддийских сутрах как собеседники Будды, с ними связаны некоторые буддийские обряды.

Почитание «Четырех небесных государей» в Японии позже распространилось очень широко. Их статуи помещались во многих храмах для защиты храмовой земли и всей страны с четырех сторон. Часто их изваяния  включают в себя фигуры «демонов» 鬼, ки, попираемых «государями» — образ победы над «заблуждениями и страстями» 煩悩, бонно:, а также над врагами державы. «Небесных государей», в отличие от будд, бодхисаттв и др., изображают в доспехах, а не в монашеских облачениях и не в условных индийских одеждах. Некоторые бодхисаттвы тоже могут изображаться с оружием, но не в броне — и их роль скорее не защитная, а «наступательная» (разрушение заблуждений)4.

Изображение подростка Сё:току-тайси, приносящего свой обет, часто встречается среди буддийских изваяний для домашней молельни. Это небольшие фигурки с подчеркнуто детскими чертами лица. Почитание Сё:току-тайси в этом случае соединяется с почитанием бодхисаттвы «Чрева Земли» 地蔵, Дзидзо:, санскр. Кшитигарбха, — защитника детей и странников.

Победа была одержана, и позднее царевич Сё:току во исполнение своего обета возвел храм «четырех небесных государей» 四天王寺, Ситэнно:дзи. Считается, что в перестроенном виде этот храм сохранился до сих пор в черте нынешнего города О:сака. «Анналы» сообщают, что к этому храму перешли дом убитого Мононобэ-но Мория и половина его рабов 奴, яцуко. Здесь впервые речь идет о собственности, закрепленной за буддийским храмом. Позднее такие пожертвования распространились очень широко, хотя время от времени власти пытались ограничить их. Сога-но Умако «во исполнение своего обета воздвиг храм Хо:ко:дзи 法興寺 в Асука» (Нихон сёки. Указ. изд. Т.II. С.85). Речь идет о храме, позже перенесенном в город Нара и там известном как Ганго:дзи. Отметим, что в «Записках» самого этого храма временем его основания считается 538 г. — год «Начала Закона Будды» по этому источнику.

Обету Умаядо приписывается огромное значение. Так, Сайтё: (767-822) отсчитывает историю Закона Будды на островах от того, когда царевич из дворца Камицумия начал строить в стране буддийские храмы (Буккё: сэйтэн («Священные тексты буддизма»). Токио, 1974. С.381). Многие японские и западные исследователи подчеркивают, что в качестве «основателя японского буддизма» почитается мирянин, а не монах. В источниках VIII в. ни разу не говорится о том, чтобы Сё:току-тайси когда-либо желал принять монашество. Считается, что именно благодаря ему буддизм в Японии стал в большей мере «светским», нежели «монашеским». Примечательно, что место такого мирянина-учителя занял не кто-либо из государей или глав знатных родов, а человек, обладавший властью скорее по собственным достоинствам, нежели по обычаю или по закону. Ему как наследнику, так и не занявшему престола, никогда не принадлежала главная роль в обрядах «родным богам», и возможно, поэтому его оказалось возможным выделить в качестве религиозного реформатора.

Обучение царевича материковым наукам начинается сравнительно поздно, уже в годы правления Суйко. Его наставником по «внутреннему», то есть буддийскому учению становится монах из Когурё Хеджа 慧慈, прибывший на острова в 595 г. Вместе с другим монахом, родом из Пэкче, по имени Хэчхон 慧聰, Хеджа поселился в храме Хо:ко:дзи, и эти двое, согласно «Анналам», стали «остовом Трех Сокровищ в Ямато» (Нихон сёки. Указ. изд. Т.II. С.91). «Внешними» китайскими книгами с Умаядо занимался «ученый муж» 博士, хакасэ, по имени Какука 覺哿 (его происхождение неизвестно, вероятно, он тоже был монахом). Здесь в «Анналах» книги по буддийскому обыкновению делятся на те, что находятся внутри канона «сутр и трактатов» и вне его. И в буддийском, и в «мирском» китайском ученье царевич достиг «глубокого понимания».

Хотя государство продолжало вести войны и на самих Японских островах, и на материке, о каких-либо дальнейших деяниях царевича в военной области «Анналы» не сообщают. Не участвует он и в переговорах с послом из Китая в 608 г., что выглядит странным, если считать Сё:току знатоком китайских наук. Ему отводится другая роль: преобразование внутреннего обихода Ямато, и в том числе — выстраивание новой государственной обрядности.

К 603 г. относится сообщение о том, как наследник Сё:току обратился к сановникам: «У меня есть изображение Будды. Кто желает получить его и поклоняться ему?» (Нихон сёки. Указ. изд. Т.II. С.94). Принять статую и построить для нее храм вызвался некий чиновник из рода Хада5. Сам Сё:току тогда же изготовил несколько предметов из числа обрядовой утвари: щиты и стрелы для обрядов богам ками и стяги для буддийских храмов.

В конце того же года, согласно «Анналам», в стране впервые были введены ранги для служилых людей, общим числом двенадцать. Таким образом был сделан важнейший шаг по созданию в Ямато служилого сословия — того самого, к которому по большей части обращены наставления конфуцианского учения. Названия рангов отсылали к основным понятиям конфуцианства — это 1) «доблесть» или «добродетель» 徳, току, кит. дэ; 2) «человечность» 仁, нин, кит. жэнь; 3) «ритуал» 礼, рэй или рай, кит. ли; 4) «искренность» 信, син, кит. синь; 5) «долг» 義, ги, кит. и; 6) «мудрость» 智, ти, кит. чжи. Последние пять понятий в совокупности обозначаются как «пять постоянств» 五常, годзё:, кит. учан. Каждой из названных шести категорий соответствовало по два ранга, «большой» и «малый», для каждого ранга вводилась одежда особого цвета. В первый день следующего года ранги впервые были пожалованы сановникам. К 605 г. относится уточнение к правилам должностного облачения; ранее в «Анналах» приводится сообщение о новых «придворных церемониях» 禮, рэй, а именно, о поклонах при входе во дворец и выходе из него. Однако их вводит не наследник, а государыня Суйко.

Летом 604 г. царевич Сё:току составляет текст, который, как считается, стал основой для дальнейшего строительства государства в Ямато. Его название — «Уложение в семнадцати статьях» 十七条憲法, «Дзю:ситидзё: кэмпо:». Это сочинение, полностью вошло в «Анналы Японии» (Нихон сёки. Указ. изд. Т.II. С.94-98). Оно представляет собой наставление служилым людям, «сановникам и чиновникам» государства и может служить примером самого тесного переплетения выражений, восходящих к конфуцианскому и буддийскому учениям.

См. «Уложение в семнадцати статьях» царевича Сё:току. Перевод Л. М. Ермаковой и А. Н. Мещерякова.

Согласно первой его статье, «согласие» 和, ва, кит. хэ, есть главное средство против вражды между знатными родами. Понятие «согласия» в памятниках конфуцианской мысли толкуется как «гармония», «единство через разномыслие» — в отличие от такого единства, где самобытные черты каждой части стираются внутри целого. Сочетание 大和 со значением «Великое согласие», стало одним из способов записи названия страны — Ямато. В «Уложении» говорится: когда верх обладает «согласием» 和, явараги, а низ  «дружелюбием» 睦, муцуби, тогда они достигают взаимопонимания, и дела «движутся сами собой» 事理自ら通ず, дзири мидзукара цу:дзу. Отметим эту оценку должного хода событий как самодвижения — она свойственна и конфуцианской, и даосской мысли, но не буддийской, где мировой круговорот событий мыслится как страдание.

Вторая статья  предписывает почитать «Три Сокровища»: Будду, его Закон и общину. О них говорится как о «последнем прибежище», 終歸, сю:ки, для всех «четырех разновидностей живых существ». Согласно буддийскому учению, эти четыре группы составляют те, кто рожден из утробы, как люди и звери, из яйца, как птицы, гады и рыбы, из слизи, как насекомые, и путем превращения, как божества, демоны и др. Таким образом, Закон Будды распространяется не только на людей, но на все живые существа. Знак 歸, ки, «прибежище» (современное написание 帰, ки/каэру) входит в общепринятую формулу обращения к буддизму — «Я ищу прибежища у Будды, учения и общины». Далее сказано, что «Три Сокровища» суть «предельная основа» 極宗, гокусю:, для всех государств. «Основа» здесь — то же слово, что «школа» в сочетании «школы и учения», «религии» 宗教, сю:кё: (см «Введение»). В этой же статье говорится: «Отъявленного злодея встретишь редко. Если человеку объяснить всё как следует, он послушается» (能く教ふれば従ふ, ёку осю:рэба ситагау). А это возможно только в том случае, если прибегнуть к «Трем Сокровищам». Обратим внимание на то, что слово «объяснить» здесь — 教, кё:/осиэру, им же обозначаются «учения» Будды, Конфуция и Лао-цзы.

В третьей статье описаны отношения между «господином» 君, кун, кит. цзюнь, и «слугой» 臣, син, кит. чэнь, они же «правитель» и «сановник». «Господин — это Небо, слуга — это Земля. Небо — покрывает, Земля — поддерживает». Одному надлежит решительно действовать, другому покорно поддаваться, одному повелевать, другому исполнять повеления. Когда дела идут так, то четыре времени года должным образом сменяют друг друга, и все «природные силы» 気, ки, кит. ци, пребывают в согласии — а в противном случае наступает «крушение» 壊, кай. Эту статью «Уложения» можно считать кратким изложением основ китайской «государственной» религии, которая подчеркивает зависимость природных событий от поступков правителя и его подданных.

В четвертой статье вводится понятие «ритуала» 禮, рэй, кит. ли, как основы подчинения и управления. Здесь «Уложение» следует за Конфуцием и его продолжателями. Пятая статья призывает отбросить «алчность» 餮, мусабори, и «корыстные желания» 欲, ёку, решать дела «справедливо» 明らに, акира-ни, а не следуя собственной выгоде. В этом случае «Уложение» рассуждает скорее по-буддийски, противопоставляя «справедливость» и «желания», а не призывая согласовывать одно с другим, как делали Сюнь-цзы и другие мыслители Китая6.

Шестая статья предписывает наказывать злых и поощрять добрых, не слушая «льстецов и обманщиков» 諂ひ詐る者, хэцураи-ицувару моно, так как они — «лучшее средство, чтобы опрокинуть государство, острый меч, разящий народ». Подобные люди лишены «верности» правителю 忠, тю:, и «человечности» 仁, нин, по отношению к народу — двух качеств подданного, которым конфуцианцы придают наибольшее значение. Вместе с тем, осуждение «лживости» можно считать отсылкой к буддийскому учению, где отказ от лжи входит в число пяти основных заповедей.

Седьмая статья указывает, что у каждого человека есть «обязанности» 任, нин, перед государством. Эти обязанности должны быть соразмерны его задаткам: «Когда назначают на должность мудрого человека, тут же слышатся голоса одобрения. Когда же должность получает недостойный, тут же за несчастьями следуют беспорядки». Мало кто из людей от рождения обладает «знанием» 知, ти7, «мудрецами становятся в результате упорных размышлений» 尅く念うて聖となる, ёку омо:тэ сэн-то нару.

Всем чиновникам независимо от происхождения надлежит ревностно трудиться (статья восьмая), блюсти взаимную «искренность» 信, син между начальством и подчиненными (статья девятая). В десятой статье осуждаются гнев: «Не приходите в ярость на людей из-за того, что они — другие. У каждого человека есть сердце (心, кокоро). У каждого сердца есть наклонности (執るところ, тору токоро). Он считает что-то хорошим, а я — плохим. Я считаю что-то хорошим, а он — нет. Я не обязательно мудр, он — не обязательно глуп. Оба мы — лишь люди (凡夫, бонбу, выражение из буддийских текстов). Кто может точно определить меру хорошего и дурного? Оба мы и мудры, и глупы — словно кольцо, что не имеет концов». В этой проповеди взаимной терпимости примечателен образ «кольца» (鐶, мимиганэ). Он указывает не только на относительность любых оценок (поскольку все они зависят от слишком многих условий, а те условия также обусловлены и т. д.), но и на внутреннюю связь между всеми людьми согласно буддийскому учению о карме. Исходя из этого учения, «мудрость» и «глупость», как и любые другие свойства человека, порождаются его прежними деяниями, а деяния в прошлом и настоящем все связаны между собой. Следовательно, «хорошее» и «дурное» в разных людях неотделимы друг от друга, отсюда и невозможность осуждать кого-либо, не судя при этом и самого себя.

Одиннадцатая статья «Уложения» требует воздавать за поступки по справедливости. Местным правителям не следует облагать народ своими особыми податями, ибо в стране вся власть принадлежит государю: «у народа нет двух хозяев», и все чиновники государя — его слуги (статья двенадцатая). Никто из лиц, назначенных на должность, не вправе уклоняться от участия в государственных делах, даже на основании слабой осведомленности в вопросах управления (статья тринадцатая). Нельзя поддаваться зависти (статья четырнадцатая), вообще надо по возможности отбросить личное и обратиться к государственному (статья пятнадцатая)8. Народ надо использовать на общественных работах, но только зимой, когда он свободен от полевых работ (статья шестнадцатая), важные дела следует решать сообща, в менее важных делах чиновник должен полагаться на собственное разумение и обходиться, как проще (статья семнадцатая).

Весь текст «Уложения» представляет собой подборку дословных или переиначенных цитат из различных памятников китайской мысли и из буддийских текстов. Исследователи считают маловероятным, что это сочинение могло быть написано в начале VII в. Его относят ко времени составления «Анналов», то есть к началу VIII в. Вероятно, авторство его принадлежит кому-то из летописцев. Однако среди китайских источников невозможно вычленить непосредственный прообраз «Уложения», так что заслуга составления этого памятника как целого, скорее всего, принадлежит японским авторам. И в этом смысле текст может свидетельствовать о достаточно свободном знании китайских источников. Он не копирует готовый образец, а использует большой набор материалов для исполнения некого самостоятельного замысла. Можно отметить, что в итоге содержание этого небольшого сочинения не сводится к какой-то одной мысли, а выглядит разноплановым, и в чем-то авторы возражают сами себе. На протяжении веков вплоть до наших дней «Уложение» изучают не только как наставление государственным мужам, но и как памятник буддийской мысли — в этом качестве он, например, включен в хрестоматию «Священных текстов буддизма» (Буккё: сэйтэн («Священные тексты буддизма»). Токио, 1974. С. 365-368).

Дальнейшая деятельность царевича Сё:току в «Анналах» связана с почитанием «Трех Сокровищ». Зимой 605 г. наследник поселяется во дворце Икаруга, строительство которого было начато в 601 г. Частью этого сооружения стал храм, позже известный как Хо:рю:дзи. Он сохранился до наших дней, и хотя его не раз перестраивали, в целом исследователи считают его облик наиболее близким к тому, какими были храмы периода Асука. Среди других построек в нем имеется так называемый «Зал сновидения», Юмэдоно — по преданию, царевич увидел это здание во сне, и позже зал построили в точности по описанию с его слов.

Осенью 606 г. по просьбе государыни Сё:току-тайси проводит «чтения» 講, ко:, «Сутры о Шримале» 勝鬘経, «Сё:ман-гё:», занявшее три дня. В том же году он устраивает чтения «Лотосовой сутры», 法華経, «Хоккэ-кё:». Здесь впервые в «Анналах» упомянуты названия буддийских текстов, известных в Ямато. Можно предположить, что отрывки из сутр читались вслух, и к ним чтец давал свои пояснения. А. Н. Мещеряков обращает внимание на то, насколько необычен был подобный труд — ведь молитвословия и другие памятники синто: и тогда, и еще многие столетия спустя существовали без каких-либо толкований (Мещеряков А. Н. Указ. соч. С.41).

Выбор именно этих двух сутр исследователи объясняют тем, что их «чтения» проводились при дворе женщины-правительницы. Главное действующее лицо в первой сутре — царица Шримала, верная почитательница Будды, а «Лотосовая сутра», в отличие от многих других буддийских источников, не отказывает женщинам в возможности достичь освобождения уже в нынешней жизни (а не в будущей, после перерождения мужчиной).

См. Сутра о бесчисленных значениях. Сутра о цветке лотоса чудесной дхармы. Сутра о постижении деяний бодхисаттвы Всеобъемлющая мудрость. Издание подготовил А. Н. Игнатович. М., 1998; . THE LION'S ROAR OF QUEEN SRIMALA SUTRA. A Buddhist Scripture on the Tathagatagarbha Theory. Translated by Alex and Hideko Wayman (1974). mandala.hr/3/srimaladevi.html.

Государыня, довольная прозвучавшими толкованиями, жалует наследнику рисовые поля, позже включенные в надел храма Хо:рю:дзи. Сообщение «Анналов» можно понять так, что царевич был «заказчиком», а сами «толкование» и «чтение» вели монахи — как это обычно бывало позднее при дворцовых буддийских обрядах. Однако в традиции буддийских исторических сочинений и жизнеописаний, а также в иконографии закрепилась та версия, согласно которой царевич сам излагал две названные сутры. Таким образом, Сё:току-тайси, будучи мирянином, впервые в Ямато провел «чтение» и «толкование» сутр, и уже затем их стали вести монахи.

В следующем году государыня велит всем сановникам «с рвением почитать богов Неба и Земли», как установлено ее предками-государями, и наследник вместе с Сога-но Умако во главе чиновников совершают обряд почитания богов (Нихон сёки. Указ. изд. Т. II. С.99). Здесь обряд богам ками уже выглядит не родовым, а государственным делом. Подобную роль обряда можно считать воспроизведением образца, взятого из китайской «государственной» религии — хотя сам обряд был местным, островным.

К 613 г. в «Анналах» относится сообщение, которое можно считать началом традиции жизнеописаний царевича Сё:току как «святого», способного к «чудесам» 靈, рё: или рэй. Зимой этого года царевич замечает возле дороги голодного нищего. На вопрос, как его зовут, нищий не отвечает. Сё:току оставляет ему еды и питья, а также свою накидку, и слагает песню:

Жаль путника,
Что голодным
Лежит
В горах Катавока,
Под солнцем сияющих.
Вырос ты
Без родительской [ласки?]
Нет у тебя и любимой,
Что стройнее бамбука.
Голодным лежит…
Путника жаль (Нихон сёки. Указ. изд. Т. II. С. 105-106).

Можно считать это стихотворение первым памятником буддийской поэзии в Японии. Назавтра наследник посылает справиться об этом человеке, и ему сообщают, что нищий умер. В большом огорчении наследник велит похоронить нищего на том самом месте у дороги, и указывает: это был не обычный человек, а «святой» 眞人, хидзири (иероглифическую запись этого японского слова здесь можно понять и как «истинный человек»). Через какое-то время могилу проверяют, и в ней оказывается только одежда, а тела нет. Наследник снова начинает носить ту накидку, которой было укрыто тело нищего. Людей всё это поражает, они говорят: «святой узнает святого» 聖の聖を知る, хидзири-но хидзири-о сиру.

Этот же сюжет в несколько измененном виде вошел в «Японские легенды о чудесах». Там нищий сначала исчезает, оставляя на ветке дерева накидку царевича, и тот к неудовольствию сановников надевает ее. О песне, сложенной им, ничего не говорится. Нищий умирает где-то в другом месте, ему по приказу Сё:току строят временное захоронение близ храма Хо:риндзи. Затем из запертой временной гробницы тело исчезает, а при входе в нее находят стихотворение:

Имя моего господина
Забудут лишь тогда,
Когда воды реки Томи,
Что в Икаруга,
Перестанут струиться (Нихон сёки. Указ. изд. Т. II. С. 41).

Стихи считаются предсказанием о славе Сё:току-тайси в будущие века. Обо всём произошедшем сообщают царевичу, а тот в ответ не произносит ни слова. Составитель «Легенд» подытоживает: «Там, где человек обычный видит лишь нищего, святой своим провидящим оком способен распознать истинное. Это — чудо чудесное». Примечательно, что описываемые «чудеса» не несут какой-либо пользы (вроде исцеления или избавления от других страданий), но лишь подтверждают отличие «святого» от обычных людей.

Кроме «Уложения» и «Толкования» царевичу Сё:току приписывают  несколько сочинений, тексты которых не сохранились. Согласно «Анналам», в 620 г. он вместе с Сога-но Умако составил первые в Ямато книги по истории и генеалогии — «Записи государей» 天皇記, «Тэнно:-ки» и «Записи страны» 國記, «Коку-ки», а также «Основные записи оми, мурадзи, томо-но мияцуко, куни-но мияцуко, ста восьмидесяти бэ, а также простого народа» 臣連伴造國造百八十部并て公民等の本記, «Оми мурадзи томо-но мияцуко куни-но мияцуко момоамари-ясо томо-но-о авасэтэ о:митакара домо-но мотоцу-фуми» (Нихон сёки. Указ. изд. Т. II. С.108). В название третьего из этих сочинений вошли обозначения основных слоев, на которые делилось общество Ямато. Можно предположить, что это было сочинение по генеалогии знатных родов (с титулами оми, как Сога, и мурадзи, как Мононобэ) и местных правителей (куни-но мияцуко), а также по истории возникновения ремесленных и прочих «профессиональных» общин (бэ), земледельческих и других поселений. Исследователи предполагают, что этих трех книг на самом деле не существовало. Составители «Анналов» приписали Сё:току-тайси сочинения с такими заглавиями, так как для них важно было включить свое собственное сочинение в некую цепочку преемственности, придать ему как можно более долгую предысторию (см. Нихон сёки. Указ. изд. Т.II. С.330). В этом смысле третье из названных сочинений может считаться прообразом генеалогических трудов начала IX в. («Вновь составленных списков знатных родов» и других). «Записи государей» играют ту же роль по отношению к «Записям о делах древних» (как история правящего рода), а «Записи страны» — по отношению к «Описаниям нравов и земель» или же к самим «Анналам». Под 645 г. дается сообщение о том, что в пору крушения власти рода Сога тогдашний его глава, Сога-но Эмиси, перед смертью пытался сжечь книги царевича Сё:току и Сога-но Умако, однако «Записи страны» удалось спасти из огня — что дополнительно укрепляет авторитет «Анналов» как продолжения этой книги.

В «Записках храма Ганго:дзи» наследник Умаядо предстает как сподвижник и собеседник государыни Суйко. Среди прочего ему приписывается заслуга разъяснения государевым родичам «разницы между монахами и мирянами». Обо всех троих — Суйко, Сога-но Умако и Умаядо — говорится, что они «с сердцем бодхисаттв» молили будд всех десяти направлений наставить людей на истинный путь и защитить мир в государстве. Однако здесь роль наследника второстепенна по сравнению с государыней, главной почитательницей «Трех Сокровищ». Примечательна его речь в первый день 613 г., по хронологии «Записок» — года столетия Суйко. Восхваляя ее правление, он говорит, что в Ямато сбылось пророчество из «Лотосовой сутры»: «Во дворце государя поселится женщина и станет проповедовать». Величание государыни он завершает молением: «Почтительно прошу о том, дабы не оставляли нас благодеяния Трех Сокровищ, дабы пребывали они совместно с императором, небом и землей, дабы четыре моря спокойны были, дабы распространился истинный Закон, вечно указуя священный путь» (Буддизм в Японии. М., 1993. С.412). Составление самих «Записок», как указано в их начале, также поручено было наследнику Умаядо.

В 621 г. Сё:току-тайси умирает. В «Анналах» сказано, что все люди в Поднебесной горюют по нем. Монах Хеджа, к тому времени уже вернувшийся на родину, узнает о смерти своего ученика, созывает монахов, устраивает постную поминальную трапезу и толкует сутры. Затем он произносит речь, где величает Сё:току как обладателя доблестей трех китайских древних государей — Яо, Шуня и Юя, — как почитателя Трех Сокровищ и благодетеля людей. Монах говорит, что умрет ровно через год и встретится с Сё:току в Чистой Земле будды, чтобы тогда с ним вместе наставлять всех живых существ. Через год Хеджа и вправду умирает, и его тоже называют «святым».

На статуе Будды Шакьямуни в храме Хо:рю:дзи имеется надпись, согласно которой это изваяние начали сооружать ради исцеления царевича от болезни, но завершили уже после его смерти и воздвигли в память о нем, а также о его матери и жене. В надписи указано, что размеры статуи соответствуют телу царевича: исследователи видят в этом пример буддийской «магии» — попытки воздействовать на тело человека через его точное подобие (Накорчевский А. А. Японский буддизм: история людей и идей (от древности к раннему средневековью: магия и эзотерика). СПб., 2004. С.91).

В «Зале сновидения» на территории того же храма имеется изваяние самого Сё:току-тайси в облике бодхисаттвы. Ее отличие от большинства изваяний в том, что ореол позади фигуры не прикреплен к ее спине, а прибит к голове. Есть предположение, что здесь имела место «вредоносная магия». Если считать, что Сё:току умер насильственной смертью (по одной из версий, он был отравлен). то заказчики статуи, род Фудзивара, могли пытаться усмирить «гневный дух» умершего царевича, пробив гвоздем голову его изображения. Исследователи отмечают необычное выражение лица изваяния, что тоже служит доводом в пользу его «магического» назначения (см. Накорчевский А.Н. Указ. изд. С.92).

В «Японских легендах о чудесах» приводится рассказ о случае с О:томо-но Ясуноко — сановником при нескольких государях Ямато и преданным почитателем Трех Сокровищ. В тридцать третий год правления Суйко (625 г.) Ясуноко внезапно умирает. Покойный царевич Сё:току является ему и провожает его к некой горе, где на вершине восседает монах, именующий себя «юношей из Восточного дворца». Этот монах предсказывает, что Ясуноко грозит скорая гибель, и просит его принять «снадобье отшельников» (отсылка к даосским искусствам достижения бессмертия). Снадобьем служит камень из браслета на руке монаха, Ясуноко повинуется. Затем монах просит трижды повторить величание «бодхисаттвы чудесной добродетели» и исчезает. Сё:току велит Ясуноко возвращаться и обустроить место для статуи Будды, которую обещает изготовить сам, когда завершит свое покаяние и вернется во дворец. После этого Ясуноко оживает и рассказывает обо всем увиденном своим домашним. Далее следует толкование произошедшего чуда, из которого следует, что под бодхисаттвой имелся в виду бодхисаттва Манджушри, под смертельной угрозой — мятеж Сога-но Ирука 643 г., а под «Восточным дворцом» — Япония. Что же до намерения Сё:току изготовить статую, то его исполнил государь Сё:му (прав. 724-749), воздвигнув Большого Будду в храме То:дайдзи.

В более поздних источниках приводится множество других легенд о царевиче Сё:току. Например, его считали перерождением Хуэйсы 慧思 (515-577), одного из знаменитых китайских буддийских наставников9. (Shirato Waka. Inherent Enlightenment (hongaku shisō) and Saichō’s Acceptance of the Boddhisattwa Precepts // Japanese Journal of Religious Studies. Tokyo, 1987. V. 14/2-3. P. 125). Кроме того, ему приписывали несколько пророчеств: в 604 г. он будто бы предсказал перенос столицы в Хэйан через 200 лет, в 596 — разрушение храма Асука-дэра через 500 лет (Kidder E. J. Jr. Busshari and Fukuzō: Buddhist Relics and Hidden Repositories of Hōryū-ji // Japanese Journal of Religious Studies 19/2-3 (1992). P. 239).

Примечания

1. Согласно буддийским преданиям, именно то страдание, которое переживает младенец во время родов, заставляет его забыть свое прошлое перерождение.
2. То же рассказывают и о Будде. Сразу после появления на свет он говорит: «Это мое последнее перерождение!». О словах младенца Умаядо летопись не сообщает.
3. При этом Умако женат на младшей сестре Мория, и ниже в летописи действия Умако названы «подлыми» 妄, мидари.
4. В современном быту словосочетание ситэнно: — частое обозначение четверки соратников (политических деятелей и т. п.).
5. Переселенческий род, в «Дополнениях к древним сказаниям» о нем говорится, что от него ведут начало шелководство и шелкоткачество в Ямато [Синто 2002 II, 96]. См. об этом чиновнике ниже, § Т7.
6. Для сравнения можно привести цитату из Сюнь-цзы, ставшую в Китае одним из основных определений того, что такое «обряд» ли: «Обряды берут свое начало в самом человеке. Человек от рождения обладает желаниями; а если желания [людей] не находят своего удовлетворения, то обязательно возникает недовольство; когда недовольство не имеет предела, возникает соперничество; соперничество же приводит к смуте. Прежние (мудрые) ваны питали отвращение к такого рода смутам, поэтому они установили нормы поведения и правила долга, чтобы воспитывать человеческие желания и удовлетворять человеческие потребности, чтобы желания людей не истощались в вещах, а вещи не исчерпывались от людских желаний. Когда желания и вещи соответствуют друг другу и растут [соразмерно], устанавливаются нормы поведения людей» (Сыма Цянь. Исторические записки («Ши цзи»). Т.4. перевод с китайского, вступительная статья, комментарий и приложения Р.В. Вяткина. М., 1986. С.63). «Нормы поведения» здесь — перевод того же слова ли. Таким образом, здесь речь идет о воспитании и упорядочивании желаний, о распределении желаемых «вещей» сообразно возрасту и общественному положению людей, но вовсе не о сокращении или «отбрасывании» желаний. Что же касается буддийских источников, то в них «алчность», «глупость» и «гнев» — «три яда», отравляющие страданием жизнь человека. Ту же мысль можно встретить и в других индийских памятниках, в частности, в «Бхагавадгите» XVI, 21: «В ад приводят врата тройные: вожделение, злоба, жадность; погубить они душу способны — пусть же всякий их избегает» (Бхагавадгита. Пер. с санскрита, исслед. и примеч. В. С. Семенцова. М., 1999. С.83). Ниже в «Уложении» о «глупости» и «гневе» говориться в отдельных статьях.
7. Напомним, что самого составителя «Уложения»относили к числу этих немногих.
8. В конце этой статьи говорится, что ее «сердце» составляет взаимное согласие, о котором говорилось выше, в статье первой. Отметим такое употребление слова кокоро — оно может относиться не только к «сердцу» человека, но и к «сути», «главному смыслу» какого-либо высказывания.
9. Видимо, даты жизни Хуэйсы и Сё:току, или кого-то одного из них, в этом случае брались не те, что приняты в современных исследованиях.

Источник

Share this post


Link to post
Share on other sites

«Уложение в семнадцати статьях» царевича Сё:току («Нихон сёки», XXII, 12-4-3).

Перевод и примечания Л. М. Ермаковой и А. Н. Мещерякова.

«[604 г.] Лето, 4-я луна, 3-й день. Престолонаследник сам составил “Уложение”1, в котором было семнадцать статей.

В первой говорилось так. Следует ценить согласие, и отсутствие духа мятежности должно составлять основу. Люди разбиты на кланы2. Мудрых людей — мало. Поэтому они не следуют господину и отцу. Или же они враждуют с соседними деревнями. Однако когда верх демонстрирует согласие, а низ — дружелюбие, когда существует взаимное понимание в обсуждаемых делах, они движутся сами собой. И чего тогда нельзя достичь?

Во второй статье говорилось так. Ревностно почитайте Три Сокровища! Три Сокровища — это Будда, его Закон и монахи. Они - последняя опора для четырех видов рождений3 и являют собой саму основу во всех странах. Кто и в какие времена не почитал этот Закон? Отъявленного злодея встретишь редко. Если человеку объяснить все как следует, он послушается. Но если не опираться на Три Сокровища, то как будет возможно выпрямить искривленное?

В третьей статье говорилось так4. Получив повеление государя, непременно последуй ему. Господин — это Небо, слуга — это Земля. Небо — покрывает, Земля — поддерживает. [Когда это так], четыре времени года сменяют друг друга, а десять тысяч сил природы находятся в согласии. Если Земля вознамерится покрыть Небо, наступит крушение. А потому, если господин говорит, слуга должен слушать. Если верх действует, низ склоняется. А потому, получив повеление государя, непременно последуй ему. А если ослушаешься, крушение наступит само собой.

В четвертой статье говорилось так. Сановники и чиновники! Ритуал5 — основа всего. Основа управления народом — не что иное как ритуал. Если верхи не придерживаются ритуала, низы пребывают в беспорядке. Если низы не исполняют ритуал, непременно возникнут преступления. Когда же господа и слуги исполняют ритуал, то ранги не перепутываются. Когда народ исполняет ритуал, государство управляется само собой.

В пятой статье говорилось так. Избавьтесь от чревоугодия и отриньте корыстолюбие, решайте обращения по справедливости. Обращений таких от народа за день приходит по тысяче. И если столько поступает за день, то сколько наберется их за годы! В последнее же время люди, решающие как быть с обращениями, сделали своим обычаем выгоду — выслушивают просителя после вручения взятки. А потому обращение богатого — словно камень, брошенный в воду; обращение бедного — словно вода, политая на камень. Бедный народ поэтому не имеет опоры. В этом — ущербность Пути чиновничества.

В шестой статье говорилось так. Наказание злого и поощрение доброго — хорошее правило древности. А потому не скрывайте Доброго, а увидев злое — непременно исправляйте. Льстецы и обманщики — лучшее орудие, чтобы опрокинуть государство, острый меч, разящий народ. Подхалимы с охотой говорят высшим об ошибках низших, а в присутствии низших злословят о недостатках высших. Такие люди — все они — неверны господину, безжалостны к народу. А потому служат источником больших неурядиц.

В седьмой статье говорилось так. У каждого человека есть обязанности. Обязанности по делам управления не должны быть смешиваемы. Когда назначают на должность мудрого человека, тут же слышатся голоса одобрения. Когда же должность получает недостойный, тут же за несчастьями следуют беспорядки. В этом мире мало людей рождаются мудрыми. Мудрецами становятся в результате упорных размышлений. В делах нет большого и малого; если расставить [соответствующих] людей, то управлять можно будет непременно [с успехом]. Во времени нет срочного и неспешного. Если встретить мудрого человека, то [управление] само собой приобретет великодушие. И тогда государство будет вечным, а храмы Неба и Земли не будут подвержены опасности. Поэтому в древности мудрые правители искали людей для исполнения должности, а не искали должность для людей.

В восьмой статье говорилось так. Пусть сановники и чиновники являются ко Двору рано, а уходят — поздно. В делах общих нет места для нерадивости. За весь день не переделаешь их. Если же являться ко Двору поздно, не управишься со срочными делами. Если же уйдешь рано, никак не завершишь всех дел.

В девятой статье говорилось так. Верность — основа справедливости. Верность должна быть в каждом деле. Доброе и дурное, победа и поражение непременно имеют источником верность. Если у господ и слуг будет взаимная верность, то чего тогда нельзя будет достичь? Если же в господах и слугах верности не будет, то любое дело закончится полной неудачей.

В десятой статье говорилось так. Отриньте гнев, отбросьте негодование, не приходите в ярость на людей из-за того, что они — другие6. У каждого человека есть сердце. У каждого сердца есть наклонности. Он считает что-то хорошим, а я — плохим. Я считаю что-то хорошим, а он — нет. Я не обязательно мудр, он - не обязательно глуп. Оба мы - лишь люди. Кто может точно определить меру хорошего и дурного? Оба мы и мудры, и глупы — словно кольцо, что не имеет концов. Поэтому даже если он и дает выход своему гневу, то я, напротив, должен остерегаться совершить ошибку. Даже если я один прав, следует последовать за всеми и делать, как они делают.

В статье одиннадцатой говорилось так. Следует ясно видеть достоинства и проступки и непременно воздавать должным образом за них. В последнее время награда воздается не за достоинства, а наказание - не за проступки. Сановники, ведающие делами управления, должны ясно разделять то, что требует награды и что требует наказания.

В статье двенадцатой говорилось так. Управители земель и куни-но миятуко! Не облагайте народ [собственными] налогами. В стране нет двух государей. У народа нет двух хозяев. У народа в стране хозяином - государь. Назначенные им чиновники - его слуги. Как же смеют они облагать народ налогами наряду с казной?

В статье тринадцатой говорилось так. Пусть все люди, назначенные на должность, одинаково [хорошо] исполняют свои обязанности. Дела могут быть отложены из-за болезни или в случае получения задания [вне пределов дворца]. Однако в тот день, когда появляется возможность заняться делами, следует приступить к ним, как и прежде, в духе согласия. Не следует пренебрегать делами общественного управления, заявляя, что вы не имеете о них понятия.

В статье четырнадцатой говорилось так. Сановники и чиновники! Не будьте завистливы7. Когда ты испытываешь зависть к кому-то, этот человек тоже испытывает зависть по отношению к тебе. Зло, которое заключается в зависти, не знает предела. Когда кто-то превосходит тебя мудростью, мы не испытываем радости. Когда кто-то превосходит тебя способностями, мы испытываем зависть. А потому человека умного встречаешь раз в пятьсот лет. Человека же мудрого трудно встретить и раз в тысячу лет. Но если не найти умных и мудрых, то как можно управлять страной?

В статье пятнадцатой говорилось так. Отринуть личное и обратиться к государственному — вот Путь подданного. Когда обращаются к личному, всеми людьми овладевает злоба. Когда человеком овладевает злоба, он начинает отличаться от других. Когда он начинает отличаться от других, государственному наносится ущерб. Когда возникает злоба, это приносит вред порядку и разрушает закон. Поэтому взаимное согласие верха и низа, о котором говорилось в первой статье, составляет Дух и этой [статьи].

В статье шестнадцатой говорилось так. Использовать народ для (общественных работ] — есть древнее хорошее правило. Поэтому Народ следует использовать в зимние месяцы, когда есть свободное время. Но с весны до осени, когда народ занят в поле или же  выращиванием шелковицы, его трогать не следует. Если не обрабатывать поля, чем тогда станем питаться? Если не выращивать шелковицу, что тогда станем носить?

В статье семнадцатой говорилось так. Важные дела не следует решать в одиночку. Их следует обязательно обсудить со всеми. Что до дел малых, то решать их проще. Не обязательно обсуждать со всеми. Важные дела обсуждаются потому, что есть возможность совершить ошибку. Обсуждая их со многими, приходишь правильному решению».

Примечания

1. Данное «Уложение» представляет собой текст, который обычно приводится во всех хрестоматиях и учебниках по древней истории Японии. Его перевод на русский язык см.: Попов К.А. Законодательные акты средневековой Японии. М., 1984. С. 22-51. Представляя собой поучение чиновникам в праведном поведении, «Уложение» по своему языку и идеям близко духу китайской государственно-этической мысли. Своеобразием же «Уложения» следует считать присутствие в нем сильного буддийского элемента, становившегося составной частью официальной идеологии. Появление сочинения такого рода давно вызывает сомнения в его аутентичности. Отмечая справедливость высказываемых сомнений, мы, тем не менее, хотели бы сказать, что присутствие в Ямато носителей континентальной культуры в принципе не исключало составление единичных текстов, намного опережающих свое время. Другое дело - вопрос о степени их реальной усвояемости аудиторией.
2. В данном случае «Уложение» следует за легистами (Гуань Цзы, Хань Фэйцзы и др.). Легисты — «законники», последователи одного из направлений китайской философии.
3. «Четыре вида рождений» — т. е. рождения всего сущего: из яйца, чрева, влаги, путем метаморфозы (подобно бабочкам из гусениц).
4. В данной статье задействованы основные понятия китайской философской мысли — Небо и Земля, с помощью которых описывается социальное устройство.
5. Ключевое понятие данной статьи, соответствует китайскому ли — «ритуал», «церемония», «этикет».
6. В данном пассаже комментаторы находят буддийский призыв к смирению.
7. В этой статье содержатся рассуждения о недопустимости зависти, что является одной из буддийских заповедей.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now
Sign in to follow this  
Followers 0

  • Similar Content

    • Ljubomir Stojanović. Stari srpski rodoslovi i letopisi.
      By hoplit
      Ljubomir Stojanović. Stari srpski rodoslovi i letopisi. 382 s. Sremski Karlovci: Srpska Manastirska štamparija, 1927.
      Series: Zbornik za istoriju, jezik i književnost srpskog naroda. Odeljenje 1, Knj. 16
    • Ljubomir Stojanović. Stari srpski rodoslovi i letopisi.
      By hoplit
      Просмотреть файл Ljubomir Stojanović. Stari srpski rodoslovi i letopisi.
       
      Ljubomir Stojanović. Stari srpski rodoslovi i letopisi. 382 s. Sremski Karlovci: Srpska Manastirska štamparija, 1927.
      Series: Zbornik za istoriju, jezik i književnost srpskog naroda. Odeljenje 1, Knj. 16
      Автор hoplit Добавлен 29.03.2020 Категория Восточная Европа
    • Тхамна (Чеджудо)
      By Чжан Гэда
      Ю.В. Ванин указывал, что остров Тхамна (Чеджудо) вошел в состав Корё в 1105 г. На этом острове все очень специфическое и не совсем корейское по происхождению. Но после подавления лисынмановцами восстания на Чеджудо в 1948-1950 гг. остров был в значительной степени "нивелирован" с остальной Кореей - в частности, увеличилась доля переселенцев с материка, что сказалось на языке, обычаях и т.д.
      Вот что пишет об этом острове Сун Лянь в "Юань ши", цз. 208:
      耽羅,高麗與國也。
      Даньло (кор. Тхамна) - дружественная Корё страна.
      世祖既臣服高麗,以耽羅為南宋、日本衝要,亦注意焉。
      Шицзу (Хубилай) уже покорил Корё (Корё покорилось в 1259 г. - хронологическая неточность, Хубилай стал править с 1260 г.), и обратил внимание на Даньло, поскольку [оно было] важно в отношении Южной Сун и Японии.
      至元六年七月,遣明威將軍都統領脫脫兒、武德將軍統領王國昌、武略將軍副統領劉傑往視耽羅等處道路,詔高麗國王王禃選官導送。
      7-й месяц 6-го года Чжиюань (июль-август 1269 г.). Послали Минвэй-цзянцзюня дутунлина Тотоэра, Удэ-цзянцзюня тунлина Ван Гочана, Улюэ-цзянцзюня фу тунлина Лю Цзе отправиться на Тхамна и в прочие дороги (зд. эквив. слову "провинция") с инспекцией, повелев правителю владения Корё Ван Сику (государь Вонджон, 1219/1259-1274) отобрать чиновников для их сопровождения.
      時高麗叛賊林衍者,有餘黨金通精遁入耽羅。
      В это время в Корё остатки сторонников изменника Им Ёна (1215-1270) во главе с Ким Тхунджоном (? - 1273) бежали в Даньло. 
      九年,中書省臣及樞密院臣議曰:
      В 9-м году (1272) сановники Чжуншушэн (имперская канцелярия) и сановники Шумиюань (Тайный совет) посовещались и доложили:
      「若先有事日本,未見其逆順之情。
      "Если сначала иметь дело с Японией, [то мы] не замечали, чтобы у этого мятежника было желание подчиниться.
      恐有後辭,可先平耽羅,然後觀日本從否,徐議其事。
      Боимся, что это может иметь последствия.  Можно сначала усмирить Даньло, а уж после этого обратим внимание на Японию, без спешки, спокойно обсудим это дело.
      且耽羅國王嘗來朝覲,今叛賊逐其主,據其城以亂,舉兵討之,義所先也。」
      Кроме того, правитель владения Даньло некогда уже являлся на аудиенцию ко двору, а сейчас мятежники изгнали этого правителя и, заняв его город, бунтуют, собираем войско, чтобы покарать его/ Cделать это в первую очередь будет справедливым" 
      十年正月,命經略使忻都、史樞及洪茶丘等率兵船大小百有八艘,討耽羅賊黨。
      Начальный месяц 1273 г. Велели цзинлюэши Синьду и Ши Шу (1221-1287), а также Хон Дагу с прочими повести войска на 108 больших и малых кораблях покарать мятежников в Даньло.
      六月,平之,於其地立耽羅國招討司,屯鎮邊軍千七百人。
      В 6-м месяце усмирили [их], учредив в их землях Даньло чжаотаосы (Управление по усмирению Даньло), и разместили гарнизонами пограничные войска (бяньцзюнь) - 1700 человек.
      其貢賦歲進毛施布百匹。
      [Установили] им ежегодную дань в 100 штук холста [сорта] маоши.
      招討司後改為軍民都達魯花赤緫管府,又改為軍民安撫司。
      Впоследствии чжаотаосы было реорганизовано в Цзюньминь ду далухуачи цзунгуаньфу (Главная ставка управляющего войсками и народом даругачи), и [затем] превращено в [управление] Цзюньминь аньфусы (Управление по успокоению войска и народа).
      三十一年,高麗王上言,耽羅之地,自祖宗以來臣屬其國;
      В 31-м году (1294) правитель Корё подал доклад, [говоря], что земли Даньло со времен [его] предков подчинялись его владению. 
      林衍逆黨既平之後,尹邦寶充招討副使,以計求徑隸朝廷,乞仍舊。
      После того, как Им Ён с кучкой изменников был покаран, [этим] уделом управлял помощник чжаотаоши Баочун, [и поэтому правитель Корё] намеревается просить двор сделать все по-старому".
      帝曰:
      Государь молвил:
      「此小事,可使還屬高麗。」
      "Это дело малое, можно вернуть [эти земли] Корё".
      自是遂復隸高麗。
      И немедленно после этого [Даньло] снова возвратили Корё.
    • Потопы: споры богов
      By Неметон
      Огигов потоп, произошедший за за 260 лет до Девкалионова потопа (1533г до н.э) мифологически можно соотнести с правлением Инаха, легендарного основателя Аргоса и его сына Форонея. Инах являлся судьей в споре между Герой и Посейдоном за право владения страной, в результате которого Посейдон, по одной из версий, залил наводнением большую часть страны.  Это был период борьбы в Аттике, в которой эпоним потопа Огиг, будучи царем Элевсина, принял сторону титанов в борьбе с Зевсом и олимпийскими богами. Сын Инаха Фороней вытеснил из Арголиды тельхинов, мифических воспитателей Посейдона, владевших, кроме всего прочего, искусством изготовления статуй божеств (Известно, что Пирант, сын Аргоса, внук Форонея, унес статую Геры из грушевого дерева из Аргоса в Тиринф).

      Согласно Диодору Сицилийскому, тельхины, в преддверии потопа, покинули Крит (где именовались куретами) и расселились, частью, на Кипре, Родосе (где ими, по легенде, был воспитан Посейдон) и Ликии, а частью прибыли в Беотию, где, под именем тельхонов, основали храм Афины Тельхинии. На Самофракии известно существование особых жрецов-кабиров, участвоваших в ночных мистериях, которые Геродот относил к пеласгическому культу. По версии Страбона, общее количество куретов равнялось девяти, и они охраняли новорожденного Зевса на Крите. Кроме того, их отождествляли с фригийскими корибантами, предшественниками жрецов Кибелы (Реи), прибывшими из Бактрии или Колхиды. Обращает на себя внимание, что Медея, известная по мифу об аргонавтов, являлась жрицей Гекаты, богини колдовства (возможно фракийского происхождения) и ее дочерью. По одной из версий, Геката являлась дочерью Аристея, царя о. Кеос, отце Актеона (от дочери Кадма Автонои, одной из вакханок, растерзавших царя Фив Пенфея на склонах Киферона), разорванного своими 50 собаками также у Киферона (собаки – священное животное Гекаты) за то, что подглядывал за купающейся Артемидой (Гекатой). Возможно, здесь мы встречаем отголоски таинств, связанных с водой и наличием 50 жрицов и жриц божества, характерных для культа Матери богов. Упоминаемые в мифологии 50 юношей и девушек, отправившимися из Фригии с основателем Трои Илом, 50 сыновей и дочерей Даная и Египта, чей священный брак стал причиной массовой резни в Аргосе, 50 сыновей и дочерей Приама, потомка Ила, 50 сыновей и дочерей Ликаона в Аркадии – звенья одной цепи в повсеместном распространении древнего культа Матери богов.

      Жена Дардана Хриса принесла Дардану в качестве приданого священные изваяния божеств, а Дардан ввел их культ в Самофракии, но держал их истинные имена в тайне, основав сообщество жриц. Его сын Идей священные изваяния с Самофракии принес в Троаду и ввел поклонение Матери богов и ее мистерии. Учитывая, что согласно мифологии, Дардан выходец из Аркадии, то, вероятно, культ Матери богов на Самофракии действительно имел изначально пеласгическое происхождение.

      По совету царя Фригии Ил пошел за коровой и у холма Ата основал город Илион (аналогия с мифом о Кадме и создании Фив), но строить городские укрепления не стал. Когда был обозначен круг, который должен был стать границей города, Ил обратился с молитвой к Зевсу, чтобы тот явил знамение, и на следующее утро увидел перед своим шатром закопанный деревянный предмет, поросший травой – палладий. Ил воздвиг в цитадели храм, куда поместил изваяние, либо палладий упал в храм через отверстие в недостроенной крыше как раз в то место, которое для него готовили, или что после смерти Дардана его перенесли из Дардании в Илион   т.е опять на лицо традиция строительства города вокруг храма со статуей божества-хранителя (это также типично при основании колоний, в частности, финикийцами).
      Согласно мифологии, в период после Огигова потопа наблюдается миграция из района Аргоса в Египет. В первую очередь это касается истории Ио, дочери Иаса, сына Триопа, странствовавшей в образе коровы (спасаясь от преследования Геры) (аналогия с основанием Фив Кадмом и Трои Илом) и зачавшей от Зевса сына Эпафа, основателя Мемфиса. Известно также, что Апис, сына Форонея, отправился в Египет, где он стал Сераписом, т.е объединил в себе черты Аписа (быка) и Исиды, с которой иногда отождествляют Ио. Из Ливии Аргос, сын Форонея, привез ростки пшеницы в Аргос и основал храм Деметры. Т.о, Арголиду из-за потопа покинули не только тельхины, но и представители населения Аргоса. Возможно, Аттика также опустела, т.к согласно мифам, Колен вывел жителей Аттики в Мессению. Данный процесс происходил в течение 260 лет, разделявших Огигов и Девкалионов потоп.
      К моменту начала Девкалионова потопа в Аркадии, царствовал Ликаон, сын Пеласга (автохтонга Аркадии), который оскорбил богов подачей на пиру человеческого мяса, и был наказан Зевсом, наславшим второй потоп, известный, как Девкалионов. Интересна аналогия с Танталом, который подал богам мясо сына Пелопа, и Атрея, сына Пелопа, который подал брату Фиесту мясо его детей. Возможно, этот обычай был широко распространен от Фригии, откуда ведут свой род Пелопиды).
      Современниками происходящих событий стали четыре поколения аргосских царей, среди которых цари Аргоса Форбант, Триоп, Агенор, Кротоп и цари Аттики – Актей, Кекроп, Кранай. Согласно Диодору, Триоп колонизировал Родос, а его сын Агенор явился родоначальником коневодства в Арголиде Дочь его сына Кротопа Псамафа родила от Аполлона сына, который был разорван собаками (как и Актеон), за что Аполлон наслал на Аргос чуму. Современником Форбанта был Актей, тесть Кекропса, современника Триопа. Известно, что он был автохтоном, изображался в облике змея и приносил жертвы богам водой до того, как в обиход вошло вино, т.е до прихода Диониса. Ему приписывают строительство афинского Акрополя. Был судьей спора Посейдона и Афины за обладание Аттикой и первым, кто воздал почести Афине (возможная причина потопа). Кекроп, спасая населения Аттики от карийцев и беотийцев, основал 12-ти градие и первый воздал почести Зевсу как верховному богу, принося в качестве жертвы ячменные лепешки. Ему наследовал Кранай, на дочери которого был женат царь Фермопил Амфиктион, сын Девкалиона.
      После окончания Девкалионова потопа в Арголиду из Египта на 50-ти весельном судне, по пути посетив Родос, ранее колонизированный Триопом, возвращается Данай (правнук Ио). Затем, после прибытия в Арголиду 50 сыновей Эгипта и последовавшей за этим свадебной бойни, мигранты утверждаются на троне Аргоса посредством новой династии. (Существует версия, что Данай и Египт не правнуки Ио, а ее сыновья. В таком случае, это было возвращение вынужденных переселенцев домой, где их земли уже были захвачены пеласгами).

      Геланор (Пеласг), внук Кротопа, передает ему власть в Аргосе. В Аттике Амфитрион сверг Краная и захватил власть. Позднее был изгнан Эрихтонием, воспитанником дочерей Кекропа и Афины. Правнуки Даная (от Абанта (сына его дочери Гипермнестры и Линкея, выжившего сына Египта) и внучки Ликаона) Акрисий и Прет враждовали между собой, но в итоге Прет покинул Арголиду и отплыл в Ликию, откуда вернулся с войском и вынудил Акрисия разделить царство, получив Герейон (храм Геры), Тиринф и Мидею. В этот момент вокруг Тиринфа киклопы (которых привел из Ликии Прет) воздвигли стены. Внук Акрисия Персей, после убийства Медузы-Горгоны, осадил Аргос и когда Прет вышел на крепостную стену, показал ему ее голову. Прет окаменел. Персей становится царем Аргоса.
      Этот период совпадает с правлением Пандиона, сына Эрехтония, в чье царствование в Элевсин прибыла Деметра, а в Фивы – Дионис. Афинский царь Пандион ведет борьбу с царем Фив Лабдаком и его союзниками фракийцами. В материковую Грецию из Азии начинается проникновение культа Диониса, повлекшее за собой противостояние в Орхомене минийском (расправа над дочерями Миния), в Тиринфе (безумие дочерей Прета). Афамант, сын Эола, воспитатель Диониса в Беотии, был изгнан за убийство сына в припадке безумия (насланного Герой) и сын Миния Андрей выделил ему земли у Орхомена (Афамантия). Его дети Фрикс и Гела бежали в Колхиду (видимо из-за внутренних междоусобиц между наследниками). Этот также можно расценить, как сопротивление местных, культов проникновению новых, малоазийских. Стоит отметить, что Дионис, по возвращении из Индии, преследовал амазонок вплоть до Эфеса (часть их бежала на Самос), покровительница которых Артемида часто отождествляется с Гекатой. Во Фригии Рея (Кибела) посвятила его в свои таинства, и он вторгся во Фракию, где царь эдонов Ликург, оказав ему сопротивление, был лишен рассудка Реей и умерщвлен своими соплеменниками. В Орхомене и Тиринфе наблюдались массовые безумства (дочери Миния и Прета) и гибель людей (Пенфей) от рук вакханок. Из Беотии Дионис отплыл на Икарию и затем Наксос, где, будучи захвачен тирренскими пиратами, он встретил Ариадну (дочь царя Крита Миноса), оставленную Тесеем и женился на ней. В Аргосе Персей вначале также воспротивился Дионису, но, в итоге (видимо, опасаясь безумств), поставил храм.

      Персей отправился за головой Медузы Горгоны в период прибытия в Пису Пелопа (участвовал в споре за руку дочери царя Писы Эномая) и царствования в Аргосе своего деда Акрисия. Возвращаясь на о. Серифос (Сериф), где его мать Даная находилась в руках правнука Фрикса Полидекта, в районе Яффы (Средиземное море) он спасает Андромеду от морского чудовища. Возможно, отражает набег народов моря, как и Геракл впоследствии спасет в Трое Гесиону. После смерти Акрисия Персей становится царем Тиринфа, укрепляет Мидею и основывает Микены. Его сыновья Алкей и Сфенел были женаты на дочерях Пелопа.
      Т.о, Геракл вел происхождение от Амфитриона, сына Алкея и Астидамии, дочери Пелопа, с одной стороны, и, с другой, от Алкмены, дочери брата Алкея Электриона и Анаксо, дочери Алкея, т.е являлся потомком Пелопидов и Персеидов. Его родословную можно возвести к фригийскому Танталу и аргосскому Данаю, а через него к Ио. После смерти Персея и Пелопа Сфенел выделил землю Атрею (Мидею), либо Еврисфей оставил Микены для правления, отправляясь в поход в Аттику, где был убит Гиллом, сыном Геракла.
      В правление отца Лабдака (противника царя Афин Пандеона) Полидора, сына основателя Фив Кадма, брата матери Диониса Семелы, с неба упал деревянный чурбак, который он отделал медью и назвал Дионисом Кадмом.  Возможно, что изгнание Полидора было итогом создания культовой статуи Диониса, т.к Пенфей не признавал Диониса богом. Сын Лабдака Лай, изгнанный из Фив узурпаторами Зетом и Амфионом (укрепили Фивы стенами и вратами, названными в честь семи дочерей Амфиона), находит прибежище у Пелопа в Писатиде, куда он переселился из Малой Азии, вытесненный Илом, основателем Трои (при осаде Трои его кости были доставлены из Писы). После смерти Амфиона воцарился в Фивах и позднее был убит Эдипом. Эдип, разгадав загадку Сфинкса, освободил Фивы и стал царем, но потом, за убийство отца, в Фивах разразилась чума, и Эдип покинул город.
      Гераклиды смешались с дорийцами Гестиеотиды (усыновление Гилла царем Эгимием). Несмотря на предупреждение дельфийского оракула не возвращаться в Пелопоннес в течение трех поколений, Гилл вторгся в Пелопоннес и у Истма был убит в бою с царем Аркадии и Тегеи Эхемом, после чего Гераклиды обещали не возвращаться в течение ста лет. (По другой версии, сразу после победы над Еврисфеем Гераклиды встретили войско Атрея. У Истма противники стали станом, и состоялся поединок Гилла и Эхема на границе Мегариды и Коринфики). Эхем -  в списке аргонавтов, т.е смерть Гилла состоялась за два поколения до Троянской войны, в момент похода Ясона в Колхиду за золотым руном и борьбе за власть между Атреем и Фиестом в Микенах (также золотой барашек). Амфитрион был изгнан Сфенелом из Тиринфа за убийство Электриона, отца Алкмены, чьи сыновья погибли в битве с телебоями. Они вели происхождение от Гиппотои, дочери Местора, сына Персея, и Лисидики, дочери Пелопса. От этого союза родился Тафий, чей сын Птерелай (золотой волос на голове) потребовал вернуть Микены и в битве с Электрионом был убит Амфитрионом. Угнанных из Микен коров тафийцы отдали (продали?) в Элиде царю Поликсену (участник Троянской войны), которых Амфитрион потом выкупил. Т.о, смерть Амфитриона наступила в битве с минийцами и после битвы с телебоями (до начала Троянской войны).
      Сыновья царя Фив Эдипа Полиник и Этеокл начали борьбу за власть и Полиник был изгнан. Его тесть Адраст, царь Аргоса, организует поход с целью вернуть ему власть, известный, как «Семеро против Фив». В результате поход заканчивается неудачей и через десять лет организуется так называемый поход «Эпигонов», в результате которого сын Полиника Ферсандр стал царем, а сын Этеокла Лаодамант удалился в Иллирию (как и его предки Кадм и Гармония). Сын Полиника Ферсандр после взятия Фив эпигонами через 10 лет после Похода семерых погиб в начале Троянской войны в Мисии. Его внук Автесион, сын Тесамена, переселился к дорийцам, и его правнучка Аргия родила царю Спарты Аристодаму (гераклиду) близнецов, а правнук Фера основал минийско-спартанскую колонию на Фере.
      Т.о, можно подвести некоторые итоги:
      1. Согласно мифологии, после Огигова потопа наблюдалась миграция из Арголиды в Ливию и Аттики в Мессению. Легенда о странствии Ио в образе коровы отражает предание о распространении культа Исиды в его греческом варианте. Согласно мифу, из Аргоса Ио, преследуемая оводом, насланном Герой, отправилась в Додону (где находилось эпирское святилище Зевса), затем, минуя устье Дуная, через Кавказ и Колхиду, вновь в район фракийского Боспора, откуда на юго-восток, к Тарсу, и далее, на Ближний Восток, в Мидию, Бактрию и, далее, в Индию. Из Индии, минуя юго-запад Аравии, через Баб-эль-Мандебский пролив в Эфиопию и на север, к дельте Нила, в район Мемфиса, где она родила Эпафа (Аписа) и учредила поклонение Деметре (Исиде). Данная греческая версия отражает представление о распространении культа Матери богов, имевшего схожие черты в культе Кибелы (Фригия), Астарта (Финикия), Иштар (Месопотамия), Исида (Египет), Кали (Индия).

      2. С этой версией распространения культа Исиды можно соотнести миф о похищении жриц финикийцами («голубок», по Геродоту) и их последующую локализацию в Додоне (Эпир) и Ливии, где они стали жрицами-прорицательницами Амона (Зевса). (Аргос, сын Форонея, внук Инаха, брат Ио, привез из Ливии ростки пшеницы и построил первый храм Деметры Ливийской). Кроме того, согласно одной из версий мифа, Ио была похищена (либо добровольно взошла на борт судна) финикийцами в Аргосе.
      3. Распространение культа Матери богов сопряжено с преданием об изгнании из Арголиды тельхинов Форонеем в момент утверждения культа критской богини Геры. Сами тельхины славились как мастера по созданию изображений божеств (Пирант, сын Аргоса, внук Форонея, унес статую Геры из грушевого дерева из Аргоса в Тиринф). Ведут свою родословную с Родоса, где, по преданию, они воспитали Посейдона (как куреты - Зевса на Крите). Перед угрозой потопа, о которой их предупредила Артемида (Геката), они расселились в Беотии, Ликии, Сикионе и Орхомене, где в образе собак растерзали Актеона (уже в качестве служителей Артемиды-Гекаты).
      4. Количество собак (тельхинов, т.е мужчин-жрецов), растерзавших, Актеона (50), по-видимому, имеет отношение к количеству служителей культа противоположного пола Матери богов и часто упоминается в мифах. Данай, потомок Ио, прибыл из Египта с 50 дочерьми (позже в Аргос прибыли 50 сыновей Египта). Приам, царь Трои периода Троянской войны имел, согласно преданию, 50 сыновей и дочерей; Ил, выиграл на состязании во Фригии 50 юношей и девушек и затем основал Илион, ставший с Дарданией частью Трои; царь Аркадии Ликаон также имел 50 сыновей и дочерей. Т.о, культ Матери богов (Деметры-Исиды) можно локализовать в Арголиде, Аркадии и Троаде. В Малой Азии, по-видимому, культ Матери богов смешался с культом фригийской Кибелы, схожей с культом Гекаты (греч. Артемиды, возможно, имевшей фракийское происхождение), вероятно, восточного происхождения (Колхида, Бактрия) и породил фригийских корибантов, выполнявших схожие с родосскими тельхинами, критскими куретами и самофракийскими кабирами функции.
      5. Самофракийские мистерии кабиров, которые Геродот относил к пеласгическим, имеют аркадийские корни (переселение Дардана из Аркадии после Девкалионова потопа и перенос священных изваяний Идеем в Трою). Существенным отличием самофракийских мистерий является наличие на острове служительниц культа исключительно женского пола (установлено Дарданом). Мужчины могли пройти только инициацию мистерий (Орфей), но после этого покидали остров (возможно, аналогия с высадкой на Лемносе аргонавтов, где проживали только женщины). Можно предположить наличие целой сети святилищ на островах Эгейского моря.
      6. Путешествие Ио в образе коровы и основание Фив Кадмом и Трои Илом, которые также шли в след за коровой (Фтия, Мисия), свидетельствует, на наш взгляд, о распространении культа Матери Богов в Беотии и Троаде, а также наличии аналогий в организации храма (падение палладия в Трое во времена Ила и деревянного чурбака в Фивах, позднее преобразованного сыном Кадма Полидором в Диониса Кадма).
      7. Упоминание подношения в Микенах Атреем Фиесту мяса его сыновей позволяет провести аналогию с подношением мяса убитого Пелопа его отцом Танталом на пиру богов, как и Ликаоном в Аркадии. Возможно, обычай ритуального убийства царского ребенка имел место и в среде пеласгов (Аркадия) и Фригии (Пелопиды). Борьба за золотого баРФа в Микенах между Пелопидами и путешествие из Иолка Ясона за золотым руном в Колхиду можно трактовать, как борьбу за символ власти в форме (возможно, скипетра с навершием в виде головы барана, т.е связанного с культом плодородия домашнего скота и символизировал сакральную силу вождя, «превращал его власть-силу во власть-авторитет». (Возможно, что значение бараньеголового скипетра имеет отношение к культу Пта (верховного бога Мемфиса) или связано с богом хеттов Телепином, перед которым воздвигнута ель со свешивающейся шкурой овцы (аналогия с золотым руном и рощей, где оно находилось).
      8. Мифы свидетельствуют о сопротивлении автохтонного населения Аттики (Кекроп) проникновению племен из Беотии (Амфитрион) после Девкалионова потопа и дальнейшем их изгнании (Эрехтоний). В Арголиде и Микенах в результате междоусобной борьбы власть переходит к Персеидам, тесно связанными родственными браками с прибывшими из Малой Азии Пелопидами, вытесненными Илом и изначально осевшими в Элиде. После утверждения власти Атридов в Микенах и Спарте, Агамемнон попытался вернуть себе земли своих предков в Троаде либо просто разрушить ее экономическое могущество, которое не смогло подорвать даже нашествие «народов моря» и последующее разрушение Трои экспедицией Геракла (похищение Гесионы, троянской Астарты).
      9. Проникновение в материковую Грецию культа Диониса, сросшегося во Фригии с культом Кибелы (Реи), сопровождалось активным сопротивлением в Орхомене (изгнание Афаманта), Тиринфе (безумие дочерей Прета), Аргосе (сопротивление Персея) и Фивах, где оно приняло особо жесткие формы (гибель Пинфея и изгнание сына Кадма Полидора, за то, что оковал медью деревянный чурбак, упавший с небес, назвав его Дионисом Кадмом).
      10. Эпизод с разгадкой Эдипом загадки сфинкса в Фивах можно трактовать, как борьбу с малоазийскими захватчиками, возможно карийцами. (Сфинкс – известный малоазиатский мотив, типичный для хеттского искусства). Последовавшие после смерти Эдипа междоусобица его сыновей Этеокла и Полиника вовлекла в противостояние царя Аргоса Адраста, закончившееся неудачным походом «семерых против Фив» и последующим походом эпигонов. Терсандр, сын Полиника, став царем Фив, гибнет в Мисии в самом начале Троянской войны. Известно, что Фивы поразила чума, которая трактуется мифологически, как наказание за инцест Эдипа и его матери Иокасты. Продвижение Гераклидов в Пелопоннес также остановила чума, и они были вынуждены вернуться в Фессалию, откуда Гилл отправился в свой последний поход. Убивший Гилла Эхем, бывший частью войска Атрея (после гибели Еврисфея), значится в списке аргонавтов. Т.о смерть Гилла наступила до похода аргонавтов в период утверждения в Микенах власти Атрея и по времени совпадает со смертью Эдипа и началом борьбы за власть в Фивах.

    • Stephen Turnbull. Fighting Ships of the Far East
      By foliant25
      Просмотреть файл Stephen Turnbull. Fighting Ships of the Far East
      1 PDF -- Stephen Turnbull. Fighting Ships of the Far East (1) China and Southeast Asia 202 BC–AD 1419
      2 PDF -- Stephen Turnbull. Fighting Ships of the Far East (2) Japan and Korea AD 612–1639
      3 PDF русский перевод 1 книги -- Боевые корабли древнего Китая 202 до н. э.-1419
      4 PDF русский перевод 2 книги -- Боевые корабли Японии и Кореи 612-1639
      Год издания: 2002
      Серия: New Vanguard - 61, 63
      Жанр или тематика: Военная история Китая, Кореи, Японии 
      Издательство: Osprey Publishing Ltd 
      Язык: Английский 
      Формат: PDF, отсканированные страницы, слой распознанного текста + интерактивное оглавление 
      Количество страниц: 51 + 51
      Автор foliant25 Добавлен 10.10.2019 Категория Военное дело