144 сообщения в этой теме

Янь Сы ( 顏四) иногда пишут как Юань Сы (袁四).

Думаю, это один и тот же человек. 

Янь Четвертый или Юань Четвертый. Разница в записи фамилии - скорее всего, намек на иностранное происхождение мастера, написание фамилии которого еще не устоялось.

 

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах


Интересно, было ли водяное колесо на озере Бэйхай рядом с горой Цзиншань в Запретном Городе?

Без водяного колеса более или менее качественные орудия делать было уже проблематично.

Удалось выяснить, что проток воды по озерам паркового комплекса Запретного Города был, т.к. в свое время они были частью водно-транспортного пути Великого Канала для снабжения города продовольствием.

Но про водяные колеса в Бэйхай я не встречал никаких упоминаний. И, что плохо, в современном языке "водяное колесо" и в старом языке "водяное колесо" - это по-разному звучащие термины. В старом языке 100500 разных описательных его названий типа "колесо из костей дракона" и т.п. Как найти такие упоминания - не знаю.

Но чувствую, что или пушки из Цзиншани были не очень высокими по качеству обработки, или Вербист сумел поставить на Бэйхае водяное колесо!

 

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

В 1714 г. Канси приказал всем чиновникам искать специалистов по водяным колесам (шуйчэ) и приказал как можно шире их использовать повсеместно, изготавливать и вводить в строй новые водяные колеса.

Но в связи с производством орудий водяные колеса в общем корпусе цинских хроник не упоминаются.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Управление производством артиллерии при Цинах чуть более, чем просто запутанное. Даже в случае с дворцовыми мастерскими.

Сначала Шуньчжи в 1661 г. вводит "Управление по экономии топлива" (Сисиньсы), в 1677 г. Канси переименовывает его в Инцзаосы (Строительное управление 营造司) в ведении Нэйуфу (Министерства Двора 內務府).

В составе Нэйуфу действуют Паоцзо (Пушечная мастерская 礮作) и Хояоку (Пороховой склад  火藥庫), одновременно подчиняясь Инцзаосы. Паоцзо руководит кучжан и его заместитель - фу кучжан. Штаты небольшие, ранги невысокие. Все очень запущено - разобраться почти нереально.

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

В Китае сейчас провозносят Цинов, как "эффективных менеджеров" в производстве огнестрельного оружия и внедрения его в войска. Мол, "стрелять с коня на скаку - основа военного дела" и "конь и лук создали государство" были всего лишь лозунгами, а на деле...

Правда, "Лэнбинци Ба яньцзюйхуй" (Общество изучения холодного оружия) дает множество цифирь, относящихся к производству ОО, и они, мягко говоря, могут впечатлить разве что папуасов ... (это при общем ура-патриотическом настрое данной публикации)

https://kknews.cc/history/aem4xjj.html

Скажем, круто было (по мнению "Лэнбинци") поставлено производство оружия на местах - например, в Фуцзяньской эскадре в 1825 г. самостоятельно отлили 5 орудий цзымупао (с отдельной зарядной каморой по типу веглера), а в 1830 г. - изготовили 10 крупнокалиберных ружей тайцян!

ИМХО, даже Турция так не заморачивалась по данному поводу ...

И количество огнестрельного оружия постоянно росло - например, в той же Фуцзяньской эскадре сначала на 1000 солдат по утвержденным нормам приходилось 400 с фитильными ружьями, а потом еще 100 добавилось! 

Заметим, это на рубеж XVIII-XIX веков! Про Англию, Францию и Россию мы в связи с этим скромно помолчим - куда им до Великой Цин!

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

"Лэнбинци" дает цифры по отливке орудий в походных условиях:

Цитата

 

Походные органы по производству артиллерии

В случае больших войн цинский двор обеспечивал войска необходимым количеством орудий, причем, помимо отправки орудий в действующую армию, из Ведомства Работ в войска посылались чиновники, руководившие командированными для литья орудий мастерами, которые следовали за армией в походах и отливали орудия.

Например, во время войны по покорению Большой и Малой Цзиньчуани транспортировка орудий была затруднена тем, что местность, где шли военные действия, располагалась на высоте 3000-4000 метров над уровнем моря и была сильно пересечена глубокими ущельями и высокими хребтами, что делало перевозку тяжелых орудий невозможной. Тогда было решено не везти орудия к фронту, а создать на месте несколько мастерских, в которые было доставлено сырье и мастера на месте отлили орудия, что позволило избежать затраты сил и средств на перевозку тяжелых орудий.

Во время второй Цзиньчуаньской кампании в этих мастерских было отлито много разных орудий весом от 100 (60 кг.) до 5000 (3000 кг.) цзинь, получивших номенклатурные названия тяньчэн цзянцзюнь, пинни шэньвэй да цзянцзюнь, шэньюн да цзянцзюнь, цзифан цзянцзюнь, вэйюань, пишань и т.п. Всего из меди и чугуна было отлито 657 орудий, отлито из чугуна и отковано из железа ядер весом 536546 (321927 кг.) цзинь.

 

В описании русских "учеников маньчжурского и китайского языков" при Русской Духовной Миссии (кто бы сомневался, что они собирали и разведданные!) это выглядело как приказ Агуя своим солдатам взять с собой куски руды и угля и принести, помимо своих обязательных предметов вооружения и снаряжения, к местам дислокаций, где и были отлиты орудия.

Что-то маловероятно, что должно было получиться что-то приличное из таких вот "отливок". Но, скорее всего, против диких племен Цзиньчуани и кривой карамультук был круче, чем его отсутствие:

http://en.dpm.org.cn/dyx.html?path=/tilegenerator/dest/files/image/8831/2009/1775/img0005.xml

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Журнал "Военная коллекция" №7 за этот год вышел. Именно там публикуется практически весь мой доклад от мая 2016 г. на очередной конференции ЦИИФ по крепостной войне в Китае в 1850-1878 гг. (от тайпинов до Якуб-бека):

vcn201707_9.jpg.6c1ad50dfa7a1c78c2f0574c

Артиллерии также уделено определенное место. Хотя пришлось разобрать очень много разных приемов штурма и обороны.

Главное - все в сравнении с практикой, скажем, русской армии. Или американских армий Юга и Севера. Много, на мой взгляд, интересного именно с точки зрения сравнительного анализа, а не абсолютизации некого "европейского военного дела в вакууме".

 

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Примеры использования артиллерии в горных условиях при отсутствии у противника артиллерии:

3169450_orig.thumb.jpg.1e2e40f27edac1299

Attack_on_the_rebel_nest_Beiqing_and_Bal

Это сцены из покорения народности мяо в конце XVIII века - видно, что укрепления мяо - не более, чем ограда из камней и глины, а артиллерия у мяо отсутствует совсем. И тут даже "кривой ружо" помогает.

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах
В 14.11.2017в10:01, Чжан Гэда сказал:

Журнал "Военная коллекция" №7 за этот год вышел

Пардон, "Военная коллекция". Остальное - по тексту.

Кстати, самый "крутой" отклик на доклад мая 2016 г. встретил у Асмолова в ЖЖ:

Цитата

Вопрос реальной боеспособности китайских футболистов является одним из самых дискуссионных в современном спорте - с одной стороны, свидетельства современников полны уничижительных и презрительных характеристик китайского футбола, с другой, имеются как случаи упорного сопротивления китайцев европейским командам (например, в матче ччч-ссс китайцы уступили с разницей всего в один мяч)) так и случаи побед над европейцами (например, в чемпионате мира 2002 года корейцы(почти китайцы) вышли в 1/4 финала, победив итальянцев и испанцев).

Юмор искрометный, знания нулевые, но, к сожалению - так почти всегда. ИнтернАт - это опасное место, где блудят оголтелые дети.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Вот тут лежит 2-й цзюань сочинения Сунь Юаньхуа "Сиян шэньцзи" (西法神機) в издании 1902 г.:

http://echo.mpiwg-berlin.mpg.de/ECHOdocuView?url=%2Fpermanent%2Fecho%2Fchina%2FXIFASHENJI%2Findex.meta&viewMode=text_image&pn=78&start=1

Первого цзюаня нигде не встречал.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Сисиньсы:

Цитата

 

营造司是清内务府所属机构。初名惜薪司,顺治十八年(1661)改内工部,康熙十六年(1677)改营造司。掌宫廷缮修。

官署名。清置,内务府所属机构。初名惜薪司,顺治十八年(1661年)改内工部,康熙十六年(1677年)改营造司。下设木、铁、房、器、薪、炭、圆明园薪炭七库与铁、漆、炮三作。每年派总管大臣一人值年管理。本司设郎中、员外郎、主事、委署主事、笔帖式、书吏等员。清昭梿《啸亭杂录·内务府定制》:“营造司,凡匠役均有定额……又设司匠领催以督率之。”

 

Перевод (опустил повторы):

Инцзаосы (название государственного учреждения) – одно из управлений, подчинявшееся Нэйуфу (маньчж. dorgi baita be uheri kadalara yamun) в период Цин. Введено при Цинах, подчинялось Нэйуфу. Изначально называлось Сисиньсы, в 1661 г. переименовано в Нэй Гунбу, в 1677 г. переименовано в Инцзаосы. Заведовало ремонтом императорских дворцов.

В его состав входило «7 кладовых»: дерева, железа, помещений (?), утвари, дров, угля, топлива (дров и угля) для дворцов Юаньминюань, и "3 мастерские" – железная, лаковая и фейерверков (花炮).

Каждый год посылали сановника для временного управления этим учреждением. В штат этого учреждения входили ланчжун, юаньвайлан, чжуши (управляющий канцелярией), вэйшу чжуши (внештатный управляющий канцелярией), битэши (писарь), шули (письмоводитель) и прочие чиновники.

Цинский автор Чжао Лянь в своих «Разного рода записках из павильона Сяотин», в разделе «Изготовление на заказ в Нэйуфу» писал: «Инцзаосы, обычно все казенные мастеровые имеются по штату … и учреждают должность управляющего мастерами в чине линцуй (маньчж. бошко), чтобы ими руководить».

Примечательно, что в иероглифическом тексте указана не мастерская по производству фейерверков, а буквально "мастерская по производству орудий" - паоцзо (炮作). Но вот тут:

http://202.108.143.22/n1569/n2315473/n2315505/n2315655/2576062.html

читаем:

Цитата

三作是铁作、漆作及炮作。掌制造铁器、油漆、裱糊、造作花炮等物。

Перевод:

"3 мастерских" - железная, лаковая и "орудийная" (паоцзо). Заведовали производством железных изделий, лаковой утвари, оклейкой [помещений] обоями и производством фейерверков (хуапао).

Относительно "кладовой помещений" не совсем ясно, но по вышеприведенной ссылке говорится, что в "7 кладовых" хранили следующее:

Цитата

分储木材、铁、砟、石、瓦、薪、炭及其他器物

Перевод:

По раздельности хранили лесоматериалы, железо, щебень, камень, черепицу, дрова, уголь и прочие вещи.

Цитата

 

营造司犹如政府之工部,掌宫廷膳修工程事务。

初名“惜薪司”顺治十八年(1661)改为“‘内工部”,康熙十六年(1677)始改为“营造司”。

每年派总管大臣一人值年管理。

各宫殿、园庭除重大工程会同工部办理外,寻常岁修工程,都由营造司承办。

分别定保固年限。

紫禁城沟渠,每年二月淘挖一次,城上之草,每年三伏及十月各拔除一次。       

营造司管有屯地,分灰军、炭军、砟军三项,每年额征青白灰、砟煤、木料、草束等物。

营造司下设七库三作。七库是木库、铁库、房库、器库、薪库、炭库及圆明园薪炭库。

分储木材、铁、砟、石、瓦、薪、炭及其他器物。

三作是铁作、漆作及炮作。

掌制造铁器、油漆、裱糊、造作花炮等物。

与营造司有关的单位,有官房租库及总理工程处

 

Перевод выделенного:

Помимо того, что ежегодно производились крупномасштабные ремонтные работы во дворах и садах каждого дворца силами Гунбу (Ведомства Работ), ежегодные ремонтные работы находились в ведении Инцзаосы. Соответственно были установлены годовые сроки проведения работ. Так, в Запретном Городе все каналы очищались во 2-м месяце весны, трава на стенах пропалывалась сначала в период саньфу (пик летней жары) и затем - в 10-м месяце. В распоряжении Инцзаосы имелись склады - известковый, угольный,  щебня, каждый год заготавливавшие, согласно смете, известь, каменный уголь, лесоматериалы, вязанки соломы и т.п. 

Про изготовление пушек там нет ни слова! Теперь-то разобрались с этим и слава Богу!

 

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Теперь про Хояоку - было такое вот учреждение, которое шло в разделе "Прочие управления":

御鸟枪处 和 内火药库

Юй няоцянчу хэ Нэй хояоку (Цех Императорских ружей и Внутренний пороховой склад)

Оказывается, это одно и то же учреждение, но под разновременными названиями (и как тут головой не тронуться?):

Цитата

 

内火药库 - 官署名。

清朝内务府所属办事机构。

初掌鸟枪、火药事。

乾隆五十一年(1786)分设“御鸟枪处”后,专掌配造和收发火药铅砂事务。

设库长二人,库守九人。

官库名。清置,属内务府,掌配造和收发火药铅砂事务。

主官有库长二人,下设库守九人。

 

Внутренний пороховой склад - название казенного управления. В период Цин подчинялось Нэйуфу. Изначально ведало фитильными ружьями и порохом. В 1786 г. было переименовано в "Цех Императорских ружей", ведало изготовлением, хранением и выдачей пороха и дроби. По штату имело 2 кладовщика (кучжан), 9 смотрителей (кушоу).

Кушоу имели номинальный 9-й ранг с золотым шариком на шапке в таких учреждениях, как Убэйюань, Инцзаосы, Цзаобаньчу, Гуаньфан цзуку, Юаньминюань, они получали 2 лян серебром жалования, а те, которые служили в Юй няоцянчу, Шаньфан и Чжангуаньфанчу получали только продовольственный паек и не носили шарика.

Цитата

官名。内务府所属武备院、营造司、掌关防处、官房租库、御茶膳房、御鸟枪处及圆明园等处各库之属官,专司承办文稿及值宿等事。位在库掌、副库掌之下。其设于武备院、营造司、造办处、官房租库、圆明园各库者皆无品级,戴九品虚衔金顶,食二两钱粮; 其设于膳房、掌关防处、御鸟枪处者皆无顶戴,食饷。

Другой штат не указан. Т.е. о производстве оружия в этом учреждении речи не идет.

Слава Богу, опять разобрались!

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Вот про отливку орудий в условиях похода:

https://books.google.ru/books?id=DUodAAAAQBAJ&pg=PA221&lpg=PA221&dq=Qing+Chinese+cannon+foundry&source=bl&ots=i5A2FeWA_Y&sig=a-WylrWvYhB_sc1HVsYiCMJ723U&hl=ru&sa=X&ved=0ahUKEwjQ_O-_6drZAhXEIJoKHR_mAkAQ6AEIZDAL#v=onepage&q=Qing%20Chinese%20cannon%20foundry&f=false

Как видим, профессионализмом работа мастеров в армии Агуя не отличалась - если мастера были направлены из Пекина, то рабочих набирали с почтовых станций со всеми вытекающими последствиями.

И примечательно, что "после отливки пушки требовалось транспортировать к войска на расстояние всего 1 перехода". 

1 переход - это примерно 30 км. Что, литейные пирамиды только и успевали строить?

В общем, какая-то каша получается с этой знаменитой отливкой орудий на месте.

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Что интересно, у тайпинов пушки примерно так же подписывали свои пушки, как и Цины:

5aa5942a6d947_14.thumb.png.e9fedbbefc33a

Сверху надпись:

Цитата

 

太平天国丁巳七年十月吉日立,计重壹百斤食红粉九,铅码十两

Тайпин Тяньго динсы цинянь шиюэ цзижи ли цзичжун ибай цзинь ши хунфэнь цзю, яньма ши лян.

 

В счастливый день 10-го месяца 7-го года [под циклическими знаками] динсы Небесного Государства Великого Благоденствия (октябрь-ноябрь 1857) введено в строй, общий вес 100 цзинь, заряжается 9 лян «красной пудры» (тайпин. порох) [и] свинцовой «биркой» (тайпин. ядром) [весом в] 10 лян.  

Сзади надпись:

Цитата

 

殿左三右队将黄起、果毅元戎何继宗监造

Дянь цзо саньу дуйцзян Хуан Ци, Гои юаньжун Хэ Цзицзун цзяньцзао.

 

Дворцовый левый третий правый командир части Хуан Ци [и] Решительный главнокомандующий Хэ Цзицзун наблюдали за производством.

Тайпинские придворные и военные титулы и звания:

Дяньцзо - дворцовый левый

Саньу дуйцзян - третий правый командир [части] "дуй"

Гои-юаньжун - Решительный главнокомандующий

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Разобрался с литейными платформами - они 1:1 аналогичны подобного рода конструкциям в книге Сен-Реми (1697). Это реверберационная печь, но нарисованная отвратительно плохо.

Металл выливается под воздействием силы тяжести в форму, установленную в изложнице. Потом, после остывания отливки, извлекают форму, сбивают ее с орудия и дорабатывают ствол.

Но в связи с этим вопрос - если с реверберационной печью все понятно, то какого фига строить литейную пирамиду? Ведь ковши с металлом приходится таскать наверх, судя по картинкам.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

В 1887 г. русский синолог А. Позднеев писал, что в Китае всего 2 центра производства орудий - в Пекине и Мукдене. В принципе, уже ошибался, т.к. арсенал в Нанкине и арсенал в Шанхае действовали вовсю, а были и другие арсеналы (все на память и не упомнить).

Попутно выяснил, что в середине - второй половине XVIII в. крупным центром по отливке орудий являлся Лянчжоу в провинции Ганьсу. Но крупными орудиями, которые отливали там, считались орудия калибром порядка 3-4 фунтов (точно не пересчитать, т.к. весовой калибр китайских орудий не соответствует европейским).

Лили из чугуна.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Прожекты Цюй Дацзюня (屈大均, 1630-1696) об артиллерийской защите Великой Стены в XVII в.:

https://zh.wikisource.org/zh-hans/%E5%BB%A3%E6%9D%B1%E6%96%B0%E8%AA%9E/%E5%8D%B716

计东起金城,西至嘉峪,一千六百馀里,北起镇番,南至西宁,一千七百馀里,以大神炮一千门,分布其中,又以灭寇、三眼、百子,佛朗机、涌珠等炮,及火箭、火砖、火雷佐之,则三千馀里无患。

Цитата

Согласно планам, на востоке стоит Цзиньчэн, а на западе доходит до Цзяюй, [расстояние между ними] - 1600 с лишним ли. На севере стоит Чжэньфань, на юге доходит до Синин, [расстояние между ними] - 1700 с лишним ли. 1000 [орудий] да шэньпао распределены между ними, а также, чтобы уничтожать разбойников, [есть] саньянь[цян], байцзы[чун], фоланцзи[пао], юнчжу и прочие [виды] артиллерийских орудий, также [есть] огненные стрелы, огненные кирпичи, огненный гром, который помогает им, и тогда на 3 с лишним тысяч ли не будет опасений. 

 

 

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Интересно будет почитать:

CRAFTSMEN AND SPECIALIST TROOPS IN EARLY MODERN CHINESE ARMIES Ulrich Theobald

У него как раз есть про "отливку пушек на местах" - посмотрим, что он написал. Статья свежая относительно - 2015 г.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Из Теобальда:

Цитата

There were also some types of cannon whose barrels consisted of pieces which could be screwed together (jiujiepao 九節炮), yet those cannons only had a very small caliber, and the construction could diminish the effect of the propellant gases.

Вопрос, откуда он это взял?

В "Хуанчао лици туши" про цзюцзепао (九節礮) указан вес ствола - 790-798 цзинь (474-479 кг.). Заряд пороха - 1 цзинь 4 лян (746 гр.) - 1 цзинь 8 лян (895 гр.), вес ядра 2 цзинь 8 лян (1,49 кг.). Длина ствола - 5 чи 1 цунь (163 см.) - 6 чи 9 цунь (220 см).

Для цинских орудий вполне и калибр, и размеры.

 

 

 

1 пользователю понравилось это

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас

  • Похожие публикации

    • Васильев Л. С. Великая Китайская стена
      Автор: Saygo
      Васильев Л. С. Великая Китайская стена // Вопросы истории. - 1971. - № 1. - С. 204-212.
      "Китайская стена", "укрыться за китайской стеной" - эти и им подобные выражения в нашем языке стали крылатыми, вошли в широкий обиход. Их смысл ясен каждому: оградиться стеной и жить за ней (разумеется, "стена" здесь чаще всего лишь метафора), отгородить себя от всех других, замкнуться в себе и очень мало интересоваться тем, что происходит вокруг. Корни этих выражений уходят в глубь веков, а связаны они с теми представлениями о китайской цивилизации, которые сложились у европейцев после первых контактов с Китаем и укрепились, когда в Европе стало известно о существовании мощного сооружения, охватывающего Китай почти на всем протяжении его северных сухопутных границ, от берегов Желтого моря до Тибета.
      Великая китайская стена ("Ваньли чан-чэн" - "стена длиной в 10 тысяч ли") - одно из самых грандиозных сооружений древности. За тысячелетия своего существования она неоднократно ремонтировалась, перестраивалась, изменяла свой облик. К стене пристраивались новые участки и дополнительные ответвления, в результате чего общая длина всех ее линий (3930 миль) вдвое превысила первоначальную длину (1850 миль)1. Однако основной профиль сооружения от Шань-хайгуаня на востоке до Цзяюйгуаня на западе, со всеми его сторожевыми башнями, сигнальными вышками и гарнизонными поселениями, приобрел свои законченные формы еще в III в. до н. э., во времена императора Цинь Ши-хуанди.
      Этот правитель вошел в историю как властный и жестокий деспот, железной рукой ломавший старые и устанавливавший новые порядки в созданной им империи. Рушились привычные жизненные устои, горели на кострах древние книги; бывшие удельные князья и аристократы теряли свое влияние и имущество, а их крестьяне, став подданными императора, все острее ощущали увеличивавшийся с катастрофической быстротою гнет новых налогов и повинностей. Миллионы крестьян были оторваны от земли и от своих семей для выполнения задуманной императором гигантской программы общественных работ. Наряду с возведением императорских дворцов и строительством столицы крупнейшим объектом в этой программе была Великая стена.







      Что же побудило взяться за ее сооружение? Вопрос не так прост, как может показаться с первого взгляда. Обычно принято считать, что стена была воздвигнута для защиты от набегов кочевников. Действительно, жившие к северу от плодородных северокитайских равнин племена степняков издревле совершали время от времени набеги на древнекитайские царства. Для защиты от таких набегов сооружались защитные валы еще задолго до Цинь Ши-хуанди. Подобные валы возводились в эпоху Чжаньго ("Враждующие царства", V - III вв. до н. э.) и на северных и на южных границах и служили защитой от вторжения не только степняков-кочевников, но и войск соседних китайских царств2. Однако на южных границах стен и валов было сравнительно немного, тогда как северные границы северокитайских государств уже на рубеже IV - III вв. до н. э. были покрыты ими почти сплошь. Это обстоятельство является достаточно веским аргументом против общепринятого взгляда, будто стена Цинь Ши-хуанди была сооружена прежде всего и главным образом для защиты от набегов кочевников. Защитный вал, построенный до первого императора, был достаточно крепок и вполне удовлетворял требованиям, которые могли предъявляться к сооружениям такого рода. Следует добавить, что и кочевые племена, обитавшие к северу от Китая, в эпоху Цинь Ши-хуанди были слабы и раздробленны, переживали еще период постепенной консолидации и не представляли собой серьезного источника тревог и беспокойств, как это имело место несколько позже, с начала эпохи Хань. Синологи, изучавшие историю создания стены и взаимоотношений китайцев с их северными соседями, обратили особое внимание на некоторые другие аспекты проблемы, подчас остающиеся в тени, несмотря на их первостепенное значение. Прежде всего это касается роли стены как могучей преграды не только для кочевых народов, но и для самих китайцев3. Стена должна была служить крайней северной линией возможной экспансии китайцев, той линией, которая предохраняла подданных "Срединной империи" от перехода к полукочевому образу жизни, от слияния с "варварами". Разумеется, для этого одних лишь защитных валов было недостаточно; требовалась мощная, надежно отделявшая территорию Китая преграда. К тому же стена, резко разграничивавшая две различные природные зоны, два типа экономики - земледельческий и скотоводческий, была призвана четко зафиксировать границы китайской цивилизации, способствовать консолидации только что составленной из ряда завоеванных царств единой империи, противопоставившей себя "варварскому" миру. В этой связи интересна одна из бытующих в Китае легенд о причинах сооружения стены. Как-то душа спящего Цинь Ши-хуанди взлетела на Луну и оттуда бросила взгляд на Землю. С заоблачных высот его империя казалась лишь маленькой точкой. Вот тогда-то и появилась у императора идея соорудить стену, которая окружала бы всю империю, превратив ее тем самым в "единую семью"4.
      Видимо, потребность в политической консолидации действительно сыграла свою роль как одна из побудительных причин сооружения стены. Разумеется, строительство столь грандиозного объекта поднимало также престиж нового императора и являлось орудием его экономической политики. Важно, однако, сказать о еще одном, на первый взгляд несколько неожиданном для серьезного научного анализа обстоятельстве, на которое как на чуть ли не основной стимул для возведения стены обратил внимание один из первых исследователей проблемы, У. Гейл. Цинь Ши-хуанди был очень суеверен. Отрицательно относясь к конфуцианству, в котором император видел враждебную идеологию, император симпатизировал сторонникам даосской религии, верил в их поиски бессмертия, астрологические выкладки, толкования снов и вообще был склонен к мистике. Существует такая легенда: императору приснился сон, будто один заяц держит в руках солнце, а другой хочет отнять его, затем появляется третий, черный заяц и забирает солнце себе. Проснувшись, император потребовал под страхом смертной казни объяснить ему смысл виденного. Тогда один из приближенных предположил, что речь шла о том, как два враждующих китайских царства были побеждены пришельцем извне. Чтобы избежать такого рода опасности, следует соорудить стену5.
      Эта легенда представляется продуктом более позднего мифотворчества; в ней идет речь об угрозе со стороны "черного зайца". Со словом "черные" у китайцев обычно ассоциировались кочевые племена, обитавшие на северных границах Китая в эпоху средневековья. Не случайно и то, что здесь сделан упор на опасность извне, тогда как во времена Цинь Ши-хуанди эта опасность не представлялась еще серьезной. Но легенда интересна тем, что она связывает решение строить стену именно с вещим сном императора, то есть с его суевериями и предрассудками. В работе Гейла даже ставится вопрос о том, нет ли оснований полагать, что суеверный император видел в строительстве стены в первую очередь защиту от злых духов суровых северных районов. Не можем ли мы увидеть в ломаных очертаниях стены образ гигантского извивающегося дракона, навеки застывшего и надежно охраняющего спокойствие и благополучие империи?6.
      Предположения Гейла не получили поддержки со стороны других исследователей, которые по-прежнему обращали внимание на более "материальные" причины сооружения стены. Однако едва ли правильно вовсе отметать эти предположения как несостоятельные: зафиксированный источниками суеверный характер первого императора с его склонностью к мистике даосского толка делает гипотезу Гейла достаточно правдоподобной. И, уж во всяком случае, очевидно, что не однозначный импульс, а весьма сложный комплекс причин и обстоятельств самого различного плана побудил Цинь Ши-хуанди принять решение о возведении стены, призванной навечно закрепить северные границы Китая и отгородить "Срединную империю" от воздействий извне, максимально ограничив ее контакты с внешним миром.
      Сооружение стены велось исключительно быстрыми темпами и заняло не более 9 - 10 лет. По приказу императора на северные границы страны в 221 г. до н. э. была послана трехсоттысячная армия во главе с полководцем Мэн Тянем, на которого и была возложена задача построить стену. Эта нелегкая работа стоила немалых средств и сил. Мэн Тянь должен был не просто соединить существовавшие прежде защитные валы, заполнив разрывы между ними: в его задачу входило создание принципиально нового сооружения, в основном из камня и кирпича, с различного рода фортификационными укреплениями. При этом надо иметь в виду, что значительная часть стены располагалась в горных районах, доступ к которым был затруднен. Мэн Тянь начал с того, что создал в непосредственной близости от линии стены по всему ее фронту 34 основные базы, которые были связаны дорогами с южными районами страны. На базы под строгой охраной направлялись нескончаемые обозы со строительными материалами и продовольствием, а также мобилизованные для обслуживания стройки крестьяне. А оттуда материалы, продовольствие и людские ресурсы распределялись по расположенным неподалеку от них гарнизонным поселкам, где жили строители. Каждый из поселков, в свою очередь, рассылал строителей, оборудование и запасы на переднюю линию стройки, в районы сооружения сторожевых башен. С возведения башен, число которых достигало 25 тыс., и начались строительство и реконструкция прежних защитных валов. Башни были неодинаковыми по размеру и сооружались, как и вся стена, из различных материалов, однако каждая из них являла собой внушительное строение в форме усечённой квадратной пирамиды шириною и высотою около 12 метров. Башни располагались на расстоянии, не превышавшем "два полета стрелы", и соединялись толстой отвесной стеной высотою около 7 м и шириною, достаточной для того, чтобы по ней могла пройти шеренга из восьми человек7.
      Как же производилась демаркация границы и выбиралась трасса будущей стены, особенно в тех случаях, когда стена сооружалась заново? Легенда, известная едва ли не каждому китайцу, гласит, что первый император имел волшебную белую лошадь, которая с легкостью преодолевала и горы и долины. Верхом на этой лошади Цинь Ши-хуанди самолично проехал по трассе будущей границы. Там, где лошадь оступалась (а это происходило примерно трижды на протяжении каждого ли, то есть полукилометра), возводили сторожевую башню. Разумеется, в действительности все было и проще и сложнее. "Ваньли чанчэн" проходила по северной границе Китая и создавалась с учетом уже существовавших валов, которые в свое время тоже с достаточной тщательностью отграничивали плодородные территории земледельческих равнин от горных и степных безлюдных районов, малопригодных для земледелия и населенных сравнительно редкими ордами кочевников. В тех случаях, когда трасса создавалась заново, строители учитывали природные условия местности, степень ее доступности, обитаемость, наличие дорог, возможность доставки материалов. Насколько можно судить по результатам, линия стены должна была служить наиболее удачно выбранным водоразделом между коренными районами Китая и "варварскими" территориями, лежавшими к северу. Подразумевалось, что земли к северу от стены уже не являются китайскими. Линия стены от побережья (Шаньхайгуань) и до излучины Хуанхэ проходила примерно по 40-й параллели, оставляя к югу плодородные долины среднего и нижнего течения Желтой реки. После пересечения реки стена шла южнее, отграничивая с юга расположенные в районе излучины пустынные и степные земли Ордоса. Далее, вторично форсировав Хуанхэ, линия стены снова поднималась к северу, достигая в своем конечном пункте (Цзяюйгуань) все той же 40-й параллели. Исследователи специально подчеркивают, что с точки зрения природно-географических условий район расположения стены представлял и представляет собой своеобразную переходную зону, состоявшую из ряда полос, которые, по существу, определяют грань между кочевым севером и земледельческим югом. При этом надо иметь в виду, что стена, несмотря на ее ярко выраженную линейность, на деле являла собой достаточно широкую полосу защитных и оборонительных сооружений. Так, с китайской стороны стену предваряли гарнизонные поселения сторожевой охраны, разветвленная сеть различного рода складов и баз. С внешней стороны неподалеку от стены высились сигнальные вышки, своеобразные дозорные пункты сторожевой охраны. Еще дальше в сторону степей уходили специальные башни (числом до 15 тыс.), игравшие роль передовых форпостов пограничной линии8. Кроме того, после сооружения стены часть территории за стеной, особенно в Ордосе, была колонизована китайскими поселенцами9.
      Строительство стены в основном было завершено в 213 г. до н. э. Оно дорого обошлось китайскому народу. Кроме трехсоттысячного войска Мэн Тяня, в строительстве стены принимали участие сотни тысяч мобилизованных крестьян. Оторванные от семей, страдавшие от голода и лишений и работавшие буквально на износ, долго они не выдерживали. На смену погибшим присылали новых, но и их ждала та же участь. Буквально вся трасса стены была покрыта костями погибших. По некоторым данным, на этом "самом длинном кладбище в мире" захоронено до 400 тыс. человек10. В памяти народа строительство стены запечатлелось как страшный кошмар и нашло отражение в различного рода сказах, плачах и преданиях о трагической судьбе людей, мобилизованных на стройку. Наиболее известно сказание о Мэн Цзян-нюй, муж которой погиб на строительстве. Не зная о смерти мужа, женщина отправилась к нему с теплой одеждой на зиму. Услыхав весть о его гибели, Мэн так горько рыдала, что обвалилась та часть стены, под которой были погребены останки мужа. Трагедия Мэн была усугублена тем, что она имела несчастье понравиться императору, который выразил желание взять ее к себе. Притворно согласившись на это, дабы иметь возможность достойно похоронить мужа, женщина затем покончила с собой, бросившись в реку11.
      Вскоре после окончания строительства стены и последовавшей за этим в 210 г. до н. э. скоропостижной смерти первого императора династия Цинь пала под ударами победоносного крестьянского восстания, предводитель которого основал новую династию - Хань, правившую страной вплоть до III в. н. э. Эпоха Хань была периодом укрепления империи, роста ее вооруженных сил. Она ознаменовалась беспощадными войнами с кочевыми племенами, большими завоевательными походами и отторжением огромных территорий, простиравшихся за пределами Китая. Однако именно в эпоху Хань значение Великой стены как стабильной северной границы выявилось в полной мере, ибо экспансия ханьских императоров была направлена в основном на юг и на запад. Правда, ряд крупных военных экспедиций был предпринят и на севере, где в степных районах жили племена сюнну (гунны), создавшие сильное военно-политическое объединение. В ходе этих экспедиций, равно как и при осуществлении экспансии в сторону Восточного Туркестана, ханьские императоры использовали стену и все ее сооружения в качестве наступательной базы. Тем не менее даже в случае удачных походов территории к северу от стены, как правило, лишь захватывались, но не осваивались победителями. Рано или поздно они снова оказывались во владении кочевых племен, прежде всего сюнну. Стена продолжала быть северной границей империи, а при ханьском императоре У-ди ее линия была даже продолжена на запад, достигнув Дуньхуана, причем под этим прикрытием было создано несколько новых военных поселений и опорных пунктов. Западная часть стены использовалась для организации защиты торговых караванов, шедших по открытому в период Хань "Великому шелковому пути", соединявшему Китай через Восточный Туркестан со странами Запада.
      С падением династии Хань ситуация на северных границах Китая значительно изменилась. Внутренняя слабость империя, то и дело дробившейся и управлявшейся существовавшими параллельно династиями, в сочетании с усилившимся натиском кочевников привела к упадку роли стены как пограничного рубежа. Вторжения кочевников и "варваризация" Северного Китая в III - VI вв. свидетельствуют об упадке защитной функции стены. Однако эта функция была далеко не единственной и, видимо, даже не главной. По существу, намного более важную роль играла функция "консолидирующая". Оказавшись за стеной, во внутреннем Китае с его земледельческим населением и традиционной конфуцианской культурой, племена-завоеватели тем самым не только отрывались от привычной для них сферы обитания, но и вынуждены были существовать в условиях ограниченных стеной контактов с внешним миром, в частности с миром кочевников. Результатом явился процесс китаизации завоевателей, который намного перекрывал параллельный процесс "варваризации" и приводил к тому, что бывшая "варварская" династия за короткий срок превращалась в обычную" китайскую. Китаизированные потомки завоевателей воспринимали это как должное и, оказавшись теперь уже китайскими императорами, в свою очередь, предпринимали меры по упрочению своей власти и укреплению государственных границ. В частности, все они уделяли должное внимание ремонту, восстановлению и реконструкции стены, а подчас пристраивали к ней новые участки.
      "Консолидирующая" функция стены стала наиболее отчетливо преобладать после воссоединения империи при династиях Суй (VI - VII вв.) и Тан (VII - X вв.). Так, в начале VII в. императором Янь-ди была возведена еще одна секция стены, к востоку от излучины Хуанхэ, и проведены восстановительные работы на других участках. По свидетельству источников, на этих работах трудилось около миллиона строителей. Из них свыше половины погибло12. Возможно, что Янь-ди предпринял столь серьезные и так дорого обошедшиеся народу работы по реконструкции стены в связи с активизацией к северо-западу от Китая восточнотюркского каганата. Однако огромное значение имело и стремление Янь-ди с помощью этой стройки и других аналогичных мероприятий (реконструкция Великого канала) поднять свой престиж как объединителя империи и внести вклад в консолидацию страны, долгие века пребывавшей в состоянии раздробленности. В том, что это предположение имеет основания, убеждает и политика танского императора Тай-цзуна, взошедшего на престол спустя каких-нибудь два десятка лет после окончания упомянутых работ. Тай-цзун относился откровенно пренебрежительно к оборонительным возможностям стены. Своим генералам, отправлявшимся на войну с тюрками, он заявлял, что считает их "более эффективной Великой стеной, нежели ту, которую отстроил Янь-ди". Тай-цзун видел в стене главным образом элемент консолидации страны. Не случайно именно он издал эдикт, воспрещавший китайским подданным без специального разрешения выходить за пределы стены, - эдикт, побудивший в 629 г. знаменитого впоследствии буддийского путешественника Сюань-цзана покинуть страну крадучись, ночью, под градом стрел пограничной охраны13.
      С X в. политическая карта Северного Китая стала подвергаться сильным изменениям. На северо-западных границах страны появилось Си-Ся, государство тангутов; на северных и северо-восточных - Ляо, государство киданей. Оба они испытали сильное влияние китайской культуры. Однако для империи Сун, основная территория которой располагалась к югу от Хуанхэ, они были враждебными, "варварскими" государствами, от которых императоры вынуждены были откупаться данью. В этих условиях стена уже не могла играть прежней роли в истории Китая. Поделенная между Си-Ся и Ляо, она оказалась для собственно китайской империи Сун чем-то вроде недосягаемой мечты, символом былой мощи. Напротив, теперь уже для Си-Ся и особенно для Ляо стена играла консолидирующую роль. Характерно, что киданьские правители не только уделяли внимание ремонту и восстановлению прежних линий, но и строили новые, в том числе на южных границах, то есть там, где Ляо граничило с империей Сун. Сооружение укреплений на этих участках в корне меняло концепцию о стене как о грани между миром кочевников и земледельческой цивилизацией. Для Ляо стена была просто пограничной линией, имевшей одновременно и защитные и консолидирующие функции, столь важные для жизнеспособности молодого государства.
      Государство Ляо просуществовало недолго. В начале XII в. оно было разгромлено пришедшими с севера чжурчженями, действовавшими в союзе с Сун. Чжурчжени основали новое государство - Цзинь, многое переняли из китайской культуры и государственности и продолжили политику украшения стены. Правда, значительная часть ее проходила как раз посредине их государства. Однако чжурчжени построили к западу от современного Пекина дополнительные линии, сыгравшие впоследствии определенную роль в их борьбе с монголами. В начале XIII в. монгольские племена начали продвижение в сторону Китая, завоевав сначала государство Си-Ся. Затем, перейдя через стену, они подступили к цзиньской столице Яньцзину (Пекину), подход к которой закрывала вторая линия стены, почти неприступной в этих гористых районах Восточного Китая.
      Несколько раз атаковали ее монголы, но все было напрасно. Подкрепленная свежими силами, монгольская армия обошла цзиньские войска с тыла, и только тогда проход в стене был открыт. Завоевав Цзинь, а затем империю Сун, монгольские ханы основали империю Юань, правившую Китаем на протяжении столетия. Центр политической жизни страны переместился на север, а столицей вновь объединенного Китая стал Пекин.
      При династии Юань, когда границы империи монгольского хана выходили далеко за пределы собственно Китая, значение стены, по-видимому, свелось к минимуму. Можно полагать, что политическая роль стены оказалась практически ничтожной. Показательно, что Марко Поло, первый из европейцев описавший в своей книге Китай, вообще не упоминает о стене. Едва ли она к этому времени настолько пришла в упадок, что превратилась в нечто несущественное. Видимо, здесь сыграло свою роль другое: к стене в эпоху Юань относились как к бесполезному пережитку далекого прошлого. Все переменилось лишь с изгнанием монголов и воцарением новой, на этот раз чисто китайской династии Мин, основатель которой пришел к власти на гребне победоносного крестьянского восстания. Были восстановлены прежние границы страны, северная линия которых, как и встарь, проходила вдоль стены. Столицей страны в 1421 г. снова стал Пекин, а близость его к северным границам побудила минских императоров уделить особое внимание укреплению стены, символизировавшей теперь незыблемость китайских границ и территории.
      С начала XV в. началась энергичная деятельность по генеральной реконструкции всей линии стены. Работы шли медленно, но основательно. Они продолжались с перерывами свыше двух столетий и достигли своего наивысшего размаха в царствование Ваньли, одного из наиболее известных и могущественных минских императоров. В ходе этих реставрационных работ были обновлены, укреплены и заново воздвигнуты все сторожевые башни и сигнальные вышки. В ряде случаев башни модернизировали и снабдили добавочными укрепленными проходами. Изменился и внешний облик стены, верхняя часть которой обзавелась зубчатым бруствером и приняла тот вид, который знаком почти каждому по многочисленным фотографиям. В тех районах, где этого раньше не делалось, укрепили камнями фундамент, а повержность стены облицевали каменными глыбами или большими кирпичами. Вдоль всей линии стены соорудили до 1200 укрепленных фортов и гарнизонных поселений. В районе фортов в XV в. некоторые сторожевые башни впервые в истории страны были оснащены пушками, получившими у китайцев наименование "Да цзянь-цзюнь" ("Большой генерал"). Гарнизонная служба, сторожевая охрана, сигнальные дозоры, своевременное обеспечение дозорных запасами оружия и продовольствия - все это было поставлено на серьезную основу. После проведенной реконструкции охранительная функция стены выступила на передний план. Оно и не удивительно: к этому вынуждали столетия господства иноземных династий.
      Заслуги Ваньли в укреплении и реконструкции стены чрезвычайно велики. Как сообщает У. Гейл, в начале XX в., когда он проезжал вдоль трассы стены, некоторые из местных жителей считали именно Ваньли создателем стены и даже расшифровывали ее китайское наименование как "стена Ваньли"14. Однако эпоха Ваньли была своеобразной "лебединой песнью" китайской стены. С его смертью ситуация в стране заметно изменилась. Силы империи оказались подорванными, наступил период упадка, сопровождавшийся ростом голода, бедствий и лишений. Нарушилось, в частности, снабжение гарнизонов, расположенных вдоль стены. Перестали выплачивать жалованье солдатам. Усилилось дезертирство, так что заботливо налаженная сторожевая охрана заградительного кордона стала рушиться. Близлежащие военные поселения приходили в упадок и забрасывались. К этому времени на северных границах страны появился новый опасный враг - маньчжуры, правитель которых Нурхаци в 1616 г. объявил себя императором. Натиск маньчжур все усиливался. Уже в 1629 г. преемник Нурхаци Абахай предпринял дерзкий рейд к Пекину, прорвав укрепления в районе Шаньхайгуаня. Только умелый маневр командующего местными войсками У Сан-гуя, угрожавшего отрезать армию Абахая и запереть ее в ловушке, побудил маньчжурского предводителя отступить. Однако последующие военные экспедиции Абахая оказались более успешными, а в 1635 г. усилившийся Абахай присвоил своей династии наименование Цин.
      Кризис минской империи завершился мощным народным восстанием, в результате которого к власти в 1644 г. пришел крестьянский вождь Ли Цзы-чэн. Новый император был весьма озабочен положением дел на северо-восточных границах, так что одним из первых его шагов явились переговоры с командующим войсками в районе Шаньхайгуаня У Сань-гуем. Однако исход переговоров оказался трагическим для судеб страны. Как сообщают историки, отец и любимая наложница У Сань-гуя оказались во власти Ли Цзы-чэна. Молодая женщина понравилась императору, и он, нарушив свое обещание, взял ее в гарем. Разгневанный У Сань-гуй вступил в сговор с маньчжурами, открыл им ворота в стене и с помощью маньчжурской кавалерии разбил войско Ли Цзы-чэна. У Сань-гуй и маньчжурский предводитель вошли в Пекин. Ожидали, что будет восстановлена династия Мин, но в этот момент маньчжуры заявили, что они сами намерены основать новую династию. Попытки У Сань-гуя превратить маньчжурского императора в свою марионетку не имели успеха, а его восстание против новой династии было подавлено. В короткий срок маньчжуры распространили свою власть на всю страну. Началась эпоха правления новой, последней в истории Китая императорской династии Цин.
      С завоеванием Китая маньчжурами и воцарением Цин наступил период упадка значения Великой стены. Серия походов императора Канси (1661 - 1722 гг.) привела к захвату маньчжурской империей значительных территорий к северу от стены. Захватническая политика Канси была продолжена его внуком Цяньлуном (1736 - 1795 гг.). В результате их экспансионистской внешней политики к собственно Китаю были присоединены обширные территории Синьцзяна, Монголии и Тибета. Во власти маньчжурских императоров оставалась и их родина, Маньчжурия. Захват значительных территорий к северу от стены лишил ее одной из основных функций - защитной, оборонительной. Не случайно Цяньлун с гордостью заявлял, что он установил мир в "Поднебесной" и что теперь нет нужды в сторожевых башнях и не нужно более зажигать сигнальные огни на вышках стены. Была сведена к минимуму и консолидирующая функция стены. В задачу династии не входило сплачивать население внутристенных районов в противовес населению внешних территорий.
      Правда, это не означало, что между теми и другими различия исчезли. Напротив, они оставались весьма существенными. Колонизация застенных территорий осуществлялась силами прежде всего военных поселений и гражданской администрации. Массовых переселений крестьянства вплоть до конца XIX в. не наблюдалось, а на территорию Маньчжурии китайцы не допускались вовсе. Пожалуй, единственной серьезной функцией, которую продолжала выполнять стена при маньчжурах, была ограничительная, то есть ограничивавшая распространение подданных "Срединной империи" за пределы стены. Иными словами, несмотря на присоединение к Китаю завоеванных Канси и Цяньлуном территорий к северу от стены, все эти земли по своему статусу да и по существу не были приравнены к землям внутристенного Китая15. Между теми и другими высилась стена, которая по-прежнему, хотя уже далеко не в столь полном объеме, как раньше, была рубежом, разделявшим исконные земли Китая и недавно завоеванные колонии, населенные по преимуществу некитайским населением, этнически резко отличавшимся от китайцев. Более того, не только иностранцы, но и сами китайцы даже в начале XVII в. продолжали считать стену именно границей, как об этом убедительно свидетельствуют, например, данные отчета о поездке в Китай первой русской экспедиции во главе с И. Петлиным (1618 г.): "И мы у китайских людей спрашивали: для чего та стена делана от моря и до Бухар и башни стоят на стене часто? И китайские люди нам сказывали, та де стена ведена от моря и до Бухар потому, что 2 земли - одна земля Мугальская, а другая Китайская, и то промеж землями рубеж..."16.
      Таким образом, политическое и военно-стратегическое значение стены практически резко уменьшилось. Кроме того, с течением веков все возрастала роль стены как великого памятника прошлого, своеобразного символа китайской цивилизации. Не случайно в то время, как многие участки стены за ненадобностью приходили в упадок и разрушались, те ее части, которые стояли близ дорог, заботливо сохранялись и восстанавливались. Иностранцы, прибывавшие в Китай сухопутным путем, обязательно пересекали проходы в стене, вделанные в мощные сторожевые башни и окруженные внушительными крепостными сооружениями. И это всегда производило на них сильное впечатление. Известно, например, как описал такой проход через стену русский посол Н. Спафарий, отдавший в своем отчете о посольстве должное этому грандиозному сооружению. К стене специально возили и прибывшего с юга морским путем первого английского посла Маккартнея, который также не преминул подробно рассказать о ней, заявив, что если вся полуторатысячемильная стена такова, как та часть ее, которую он видел, то это "наиболее изумительное произведение рук человеческих"17.
      Престижно-представительная функция стены продолжала не только сохраняться, но и возрастать. Это становилось особенно заметным по мере ослабления и упадка императорского Китая, который упорно цеплялся за архаические представления о необыкновенной роли "Поднебесной" и первом месте "Срединного государства" среди прочих стран мира. Все, что лежало за пределами "Срединного царства", считалось территорией, населенной "варварскими" народами, которые не могли оказать никакого влияния на исключительно самобытную древнекитайскую культуру. Великая стена становилась как бы олицетворением мощи и величия, символом замкнутости и надменности грозной империи, всегда считавшей себя средоточием мудрости, истины и культуры. Как и в далеком прошлом, на протяжении долгих веков и тысячелетий стена являлась символом самого Китая, мерой достижений его цивилизации, олицетворением единства его территории, выразителем потенций его населения.
      Стоит заметить, что если для всех других народов "китайская стена" была тесно связана с понятием "закрыться ото всех", "отгородиться", то для самих китайцев Великая стена - это символ мощи, прочности, неприступности. Так с течением времени престижно-представительная функция стены вытеснила остальные. Безусловно, значение стены как памятника культуры первостепенно. Однако постоянное напоминание об этом еще не исключает необходимости оценки географической, социальной и военно-политической роли стены на протяжении всей истории Китая.
      ПРИМЕЧАНИЯ
      1. R. Silverberg. The Great Wall of China. Philadelphia. 1965, p. 49.
      2. Чжу Се. Ваньли чанчэн сюцзянь ды яньгэ. (История сооружения стены в 10 тысяч ли). "Лиши цзяосюэ", 1955, N 12, стр. 17 - 18; R. Silverberg. Op. cit., pp. 17 - 25.
      3. На это обстоятельство обратил внимание О. Латтимор (O. Lattimore. Origins of the Great Wall of China: A Frontier Concept in Theory and Practice. In: O. Lattimore. Studies in Frontier History. "Collected Papers, 1928 - 1958". P. 1962, pp. 98 - 99, 110, 117 etc.).
      4. W. E. Geil. The Great Wall of China. L. 1909, p. 155.
      5. Ibid., p. 311.
      6. Ibid., pp. 207 - 217.
      7. R. Silverberg. Op. cit., pp. 44 - 47. Остатки первоначальной стены, сооруженной Мэн Тянем, сохранились в ряде районов, особенно в западной части страны, и поныне.
      8. R. Silverberg. Op. cit., pp. 46 - 47.
      9. В Ордосе было поселено около 30 тыс. семей, однако из-за того, что ордосские земли были малопригодны для земледелия, освоить их в то время так и не удалось. Начиная с эпохи Хань здесь хозяйничали сюнну (см. O. Lattimore. Op. cit., pp. 111 - 112).
      10. R. Silverberg. Op. cit., p. 45.
      11. Предание имеет множество вариантов (см. Б. Л. Рифтин. Сказание о Великой стене и проблема жанра в китайском фольклоре. М. 1961).
      12. Как сказано в источнике, Янь-ди послал "свыше миллиона работников для строительства стены", причем "из каждого десятка" их "5 - 6 человек умерли" ("Суй-шу". Изд. "Эрши сы ши соинь бонабэнь". В 24-х тт. Пекин. 1958. Т. 9, стр. 10916).
      13. R. Silverberg. Op. cit., p. 116.
      14. W. E. Geil. Op. cit., p. 71.
      15. В ряде трудов проблеме взаимоотношений китайцев с населением завоеванных династией Цин северных, застенных районов уделено много внимания. Специалисты убедительно показали, что все разговоры о том, что Монголия "сотни лет" была китайской, не имеют под собой никакой почвы. Если не говорить о тех временах, когда сам Китай находился под властью монгольских ханов, следует считать монголов лишь союзниками завоевателей Китая, то есть маньчжур (O. Lattimore. Open Door of Great Wall? In: O. Lattimore. Studies in Frontier History, p. 78).
      16. Н. Ф. Демидова, В. С. Мясников. Первые русские дипломаты в Китае. М. 1966, стр. 46.
      17. R. Silverberg. Op. cit, pp. 200, 206.
    • Ōta Gyūichi - The chronicle of Lord Nobunaga - 2011
      Автор: foliant25
      Самая первая биография Ода Нобунага "Синтō-кō ки" (1610), написанная очевидцем многих событий Ота Гюити, изданная в хорошем переводе на английском -- The chronicle of Lord Nobunaga. Является самым важным источником для исследования одного из самых известных деятелей во всей японской истории -- Ода Нобунага (1534-1582), первого из "Трёх героев". Два других -- Тоётоми Хидэёси (1537-1598) и Токугава Иэясу (1543-1616) часто появляются в этой хронике, играя выдающиеся, но, пока, явно подчинённые роли.

      Название: The chronicle of Lord Nobunaga
      Год выпуска: 2011
      Автор: Ōta Gyūichi / Ота Гюити (1527-1610?)
      Перевод с японского: J. S. A. Elisonas, J. P. Lamers
      Издательство: Leiden -- Boston, Brill 
      Серия: Brill's Japanese studies library, v. 36.
      ISBN: 0925-6512, ISBN 978 90 04 20162 0
      Формат: PDF
      Размер: 5,82 Mb (PDF)
      Качество: Отсканированные страницы, OCR, интерактивное оглавление 
      Количество страниц: 531 (15 чёрно-белых карт)  
      Язык: английский
       
    • Ōta Gyūichi - The chronicle of Lord Nobunaga - 2011
      Автор: foliant25
      Ōta Gyūichi - The chronicle of Lord Nobunaga - 2011
      Просмотреть файл Самая первая биография Ода Нобунага "Синтō-кō ки" (1610), написанная очевидцем многих событий Ота Гюити, изданная в хорошем переводе на английском -- The chronicle of Lord Nobunaga. Является самым важным источником для исследования одного из самых известных деятелей во всей японской истории -- Ода Нобунага (1534-1582), первого из "Трёх героев". Два других -- Тоётоми Хидэёси (1537-1598) и Токугава Иэясу (1543-1616) часто появляются в этой хронике, играя выдающиеся, но, пока, явно подчинённые роли.

      Название: The chronicle of Lord Nobunaga
      Год выпуска: 2011
      Автор: Ōta Gyūichi / Ота Гюити (1527-1610?)
      Перевод с японского: J. S. A. Elisonas, J. P. Lamers
      Издательство: Leiden -- Boston, Brill 
      Серия: Brill's Japanese studies library, v. 36.
      ISBN: 0925-6512, ISBN 978 90 04 20162 0
      Формат: PDF
      Размер: 5,82 Mb (PDF)
      Качество: Отсканированные страницы, OCR, интерактивное оглавление 
      Количество страниц: 531 (15 чёрно-белых карт)  
      Язык: английский
       
      Автор foliant25 Добавлен 21.07.2018 Категория Япония
    • THE ARMY OF TANG CHINA
      Автор: foliant25
      Просмотреть файл THE ARMY OF TANG CHINA
      Название: THE ARMY OF TANG CHINA
      Год выпуска: 1995
      Автор: Karl Heinz Ranitzsch
      Издательство: Montvert Publications  
      Серия: Brill's Japanese studies library, v. 36.
      ISBN: 1 874101 04 3
      Формат: PDF
      Размер: 24,4 Mb (PDF)
      Качество: Отсканированные страницы, интерактивное оглавление 
      Количество страниц: 90 (цветные и чёрно-белые иллюстрации)  
      Язык: английский

      Автор foliant25 Добавлен 25.07.2018 Категория Китай
    • THE ARMY OF TANG CHINA
      Автор: foliant25
      Название: THE ARMY OF TANG CHINA
      Год выпуска: 1995
      Автор: Karl Heinz Ranitzsch
      Издательство: Montvert Publications  
      Серия: Brill's Japanese studies library, v. 36.
      ISBN: 1 874101 04 3
      Формат: PDF
      Размер: 24,4 Mb (PDF)
      Качество: Отсканированные страницы, интерактивное оглавление 
      Количество страниц: 90 (цветные и чёрно-белые иллюстрации)  
      Язык: английский