• 0
hoplit

Логистика степняков.

Question

Есть ли какие-то исследования логистики степных походов? Как крымцы и ногаи под Москву ходили с Кубани и Яика, как Тамерлан на Волгу ходил, как калмыки из Заволжья на Крымское ханство набегали? 

Просто "подножный корм" это интересно, только какая скорость продвижения конницы, если лошадей нужно полноценно пасти? А потребная площадь под десятки тысяч коней, не считая верблюдов и овец? Овца вообще посредственный ходок. Войско брало с собой фураж? Но это какой же обоз надо на хотя бы пару десятков тысяч всадников для действия в малонаселенной степи в течение 2-3 месяцев? И какая мобильность будет у сотен телег? Это же не десятком "охотников" с ближнего кочевья на недельку на относительно населенное пограничье набежать...

Share this post


Link to post
Share on other sites

133 answers to this question

  • 0

На самом деле количество войск часто было очень маленьким. 3-5 тыс. в среднем.

Конкретно есть данные, как собирали скот для большого похода монголы в XVII в. - сколько-то баранов и верблюд с определенного количества воинов.

Есть указания о том, что китайцы пытались мобилизовать казахов (которые заключили с ними весьма двусмысленный договор в 1757 г.) на условиях выставления 10-тыс. войска одвуконь, при каждом воине по 1 пуду сушеного сыра (курут).

Галдан Бошокту-хан за собой гнал большие стада скота и даже давал бой, прикрываясь уложенными на землю животными (ис-под скота бились и подронили у них богдойцы скота немалое число).

Самый большой поход калмыков - это в русско-турецкую 1735-1739 гг. Калмыки имели 40 тыс. войска, но они действовали на Кубани, куда сначала откочевали все, недовольные ханом Цэрэн-Дондуком. Они же и составили основу этого войска (тысяч 30), действуя среди местного населения и активно грабя местность. Все остальные случаи - как минимум, вдвое меньше (например, в 1769 г. калмыки выставили всего 20 тыс. воинов).

А в 1771 г. калмыки ушли со всем скотом и успешно шли до Балхаша. Правда, это был очень быстрый марш и погибло много скота, что у Балхаша сказалось.

1 person likes this

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
В 20.03.2016в13:33, Чжан Гэда сказал:

На самом деле количество войск часто было очень маленьким. 3-5 тыс. в среднем.

Но походы Дивлет-Гирея в 16 веке или Тамерлана в конце 14-го и начале 15-го - явно больше, нет?

Цитата

Конкретно есть данные, как собирали скот для большого похода монголы в XVII в. - сколько-то баранов и верблюд с определенного количества воинов.

Но как это все кормили и с какой скоростью двигались? Те же овцы? 

Цитата

Есть указания о том, что китайцы пытались мобилизовать казахов (которые заключили с ними весьма двусмысленный договор в 1757 г.) на условиях выставления 10-тыс. войска одвуконь, при каждом воине по 1 пуду сушеного сыра (курут).

А сами лошади? Если их пасти - какая скорость у войска будет? А если подкармливать зерном - это обоз, тоже медленный и большой.

Просто обычно пишут, что "самоснабжаться" и быстро двигаться можно на плотно населенной территории, где можно отнять/купить, но степь - не этот случай. Если те же тысячи лошадей пасти ("САМ идет - сорок тыщ войска!") - то получается форменная перекочевка, а она не очень-то и быстрая. Обоз с зерном и телегами - сам по себе штука не шустрая. И где "мобильные степняки"? Оторваться от обоза и за полторы недели сделать под 1000 км - да, но сам лагерь - такой же медленный, как и у "оседлых", и перемещать его по малонаселенной степи степнякам через условное "Дикое Поле" не сильно проще, чем оседлым визави?

Тот же Тимур по степям с Амударьи до Волги под 4000 км прошел за 5 месяцев. Большей частью - по полупустой степи, да еще стартовал в разгар зимы. Как он это сделал - вообще не понятно...

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
3 часа назад, hoplit сказал:

Но походы Дивлет-Гирея в 16 веке или Тамерлана в конце 15-го - явно больше, нет?

Надо смотреть, как проходили, по каким маршрутам.

Вообще, летучие отряды, наводящие ужас и неуловимые - шли впереди, налегке, были относительно немногочисленны. А остальные шли сзади, гнали овец, верблюдов и т.п.

Часть сил, которых "пустили на добычу", довольствовалась тем, что грабила.

3 часа назад, hoplit сказал:

Но как это все кормили и с какой скоростью двигались? Те же овцы? 

С обычной для них скоростью. См. выше.

3 часа назад, hoplit сказал:

А сами лошади? Если их пасти - какая скорость у войска будет? А если подкармливать зерном - это обоз, тоже медленный и большой.

Если надо, то 2 дня быстрый переход (ок. 100 км.), потом обязательная дневка. Журналы действий калмыцких полков в 1812 г. показывает нормальные ритмы движения на походе - в среднем 24 км. в день. Остальное время - на выпас коней, чтобы силы не тратить.Даже с крестьянами были драки - из-за потравы лугов и посевов. Для исключения таких случаев к калмыкам были прикомандированы русские офицеры-квартирмейстеры.

3 часа назад, hoplit сказал:

то получается форменная перекочевка, а она не очень-то и быстрая

Хорошо известный факт - 1771 г. У калмыков было 40 тыс. воинов и около 180 тыс. жен, стариков и детей. Ушли в начале января 1771 г. с Волги и к августу 1771 г. вышли на цинские караулы в Джунгарии.

Вообще, войны велись относительно небольшими силами - Цины в 1756-1757 гг. загоняли по полю Аблая всего-то имея 2 колонны по 3 тыс. человек в каждой, а в войне с Галдан Бошокту-ханом его силы на пике мощи составляли 30 тыс. воинов (с большими стадами), после отступления от Тэмээн-ола их осталось около 10 тыс. (остальные рассеялись), а в последней битве было около 1000 ойратов против примерно 10 тыс. маньчжуро-монгольских воинов (причем не все они успели на поле боя, т.к. шли 2 колоннами).

4 часа назад, hoplit сказал:

Тот же Тимур по степям с Амударьи до Волги под 4000 км прошел за 5 месяцев. Большей частью - по полупустой степи, да еще стартовал в разгар зимы. Как он это сделал - вообще не понятно...

 См. материалы по перекочевке калмыков - примерно те же места, примерно те же сроки. Только у калмыков была перекочевка, а у Тимура был военный поход.

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
1 час назад, Чжан Гэда сказал:

Если надо, то 2 дня быстрый переход (ок. 100 км.), потом обязательная дневка. Журналы действий калмыцких полков в 1812 г. показывает нормальные ритмы движения на походе - в среднем 24 км. в день. Остальное время - на выпас коней, чтобы силы не тратить.Даже с крестьянами были драки - из-за потравы лугов и посевов. Для исключения таких случаев к калмыкам были прикомандированы русские офицеры-квартирмейстеры.

Тут, все-таки, не голая степь, ИМХО. Или получается, что с подкормкой и переходами по 25-30 км в день большую часть корма скот в степи все-таки имеет возможность взять "с земли"? 

Цитата

Хорошо известный факт - 1771 г. У калмыков было 40 тыс. воинов и около 180 тыс. жен, стариков и детей. Ушли в начале января 1771 г. с Волги и к августу 1771 г. вышли на цинские караулы в Джунгарии.

Итого 7 месяцев и примерно 3000 км. Средняя скорость - около 15 км в день. Вполне понятно, как со стадами и семьями шли. И то многие, насколько понимаю, отстали, погибли или были похватаны казахами.

Цитата

См. материалы по перекочевке калмыков - примерно те же места, примерно те же сроки. Только у калмыков была перекочевка, а у Тимура был военный поход.

У Тимура расстояние получается 4000 км и 5 месяцев - того около 25 км в сутки средняя скорость. Под финал устраивали облавные охоты  - но это для людей. Крымцы укладывались в 2-3 месяца на путь до 1500 км - от Кубани и Крыма до Москвы.

Выходит - в степи крупная армия даже зимой могла передвигаться по 20-30 км в день, и при этом содержать основную массу скота на подножном корме. Занятно.

Просто по Европе и Византии обычно считают, что без 2-4 кг зерна на лошадь никаких "20-30 км в день" конно-пешая или конная армия не даст в принципе... Отсюда и вопросы - на 3 месяца всадник с парой лошадей должен взять минимум 600 кг фуража только для них. А его кто-то везти должен. А это либо еще шесть лошадей с вьюками, либо две пароконных телеги, то есть еще 4-6 лошадей, которых тоже нужно чем-то кормить те же 3 месяца...:angry:

Верблюды, конечно "голод терпят и путь топчут", но все равно какая-то фантасмагория получалась...

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
Только что, hoplit сказал:

Или получается, что с подкормкой и переходами по 25-30 км в день большую часть корма скот в степи все-таки имеет возможность взять "с земли"? 

На переход 25 км. надо всего 5 часов пешком. На коне - минимум вдвое быстрее можно пройти и пасти коней. ЕМНИП, на подножном корму пасти надо порядка 8 часов в сутки.

1 минуту назад, hoplit сказал:

Средняя скорость - около 15 км в день.

Были примерно 2-месячная стоянка на Эмбе и еще ряд длительных (2-3 недели) остановок.

1 минуту назад, hoplit сказал:

И то многие, насколько понимаю, отстали, погибли или были похватаны казахами.

А теперь представим, что это было ТОЛЬКО 40 тыс. калмыцких воинов...

 

1 person likes this

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0

Большое спасибо! Теперь хотя бы понятно с какого конца надо смотреть. =)

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0

Да не за что. У нас просто путают действия разрозненных небольших групп и большого конного войска.

Примечательно, что Миллер в "Истории Сибири" упоминал, что средний набег на сибирскую деревню отражался 3-4 мужиками с пищалями, засевшими в избе. Это говорит только о малочисленности нападавших и ограниченности их целей.

Но когда Л. К. Кислянский затравил байку, как 123 человека отбили от острога 10 тыс. монголов, да еще и прогнали их в поле, и потеряли при этом только ... 4 пленными - это в мемориз!

По его данным, 123 человека были осаждены в остроге 10 тыс. монголов и успешно оборонялись. Сам "ирой" собрал оказавшихся под рукой примерно 600 гулящих да иркутских горожан, да двинул на помощь. Монголы стали отступать, гарнизон мужественно их погнал и победил, ограничившись потерей 4 пленными!

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0

Во время Семилетней войны в первые походы казаки и калмыки, входившие в состав русских войск, отправлялись о двуконь, но впоследствии запасных лошадей им приказали отправить домой, так как возникали слишком большие затруднения с их прокормом.

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
3 часа назад, Илья Литсиос сказал:

Во время Семилетней войны в первые походы казаки и калмыки, входившие в состав русских войск, отправлялись о двуконь, но впоследствии запасных лошадей им приказали отправить домой, так как возникали слишком большие затруднения с их прокормом.

Калмыков там было немного. Посмотрю - кажется, еще Чонов указывал их количество. Оно было реально незначительным. Но грабили они "и за себя, и за того парня" (с).

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0

Чонов приводит интересные данные о калмыцком ополчении 1807 г. (до того, как Тюмень реформировал войско и дал им современное вооружение) - на каждого воина 2 коня, на каждых 10 - 1 верблюд, на каждого воина 2 барана (идут за войском своим ходом), кони - чисто на подножном корму. При присоединении к основным силам армии, видимо, должны были что-то поменять в снабжении.

Выступили в апреле 1807 г.:

Хошоуты (750) и Бага-Цохуры (500) - 1250 чел., 2500 коней, 125 верблюдов и 2500 баранов на прокорм (баранов везде по умолчанию, т.к. норма была посильной для хозяйства).

Торгоуты Санжеевские - 900 человек, 1800 коней, 90 верблюдов, 1800 баранов на прокорм.

Торгоуты Эрдниевские - 400 человек, 810 коней, 800 баранов на прокорм, верблюды не упомянуты.

Эркетня - 750 человек, 1500 коней, 1500 баранов на прокорм, верблюды не упомянуты.

Дербеты Тундутовские - 1600 человек, 3200 коней, 3200 баранов на прокорм, верблюды не упомянуты.

Дербеты Хапчиковские - 239 человек, сведений о конях и т.п. нет.

Всего набралось 5139 калмыцких воинов при 5 нойонах и 52 зайсангов, которые были сведены на Дону в пятисотенные команды по типу казачьих полков.

По Семилетке - в 1756 г. на 15 тыс. руб. вместо кавказских горцев (им выделяли 22 т.р.) мобилизовали отряд калмыков, Чонов пишет, что они не дошли до Пруссии, но есть воспоминания одного из русских офицеров, который рассказывал, как маленький отряд калмыков разбил большой отряд прусских гусар и дико потом грабил, практически самоустранившись от дальнейшего участия в войне.

 

1 person likes this

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0

Митиров писал, что в 1756 г. в Пруссию собирались отправить 4 тыс. калмыков первой очереди, и еще готовили 4 тыс. второй очереди - на смену. По факту сообщается о 2000 калмыков в Пруссии на 1758 г.

Митиров пишет, что калмыки себя хорошо зарекомендовали. А офицер, который пишет, что они были бесполезны - Болотов.

1 person likes this

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
Цитата

 

И мугальские де тайши в том китайского царя послушны учинились. И по ево де Карай-жаргуча[иву] выбо[ру] посланы под селенгинские остроги в осень мугальские многие люди. А ручной де бой у них лучной да копейщики, а збираны де те люди со всех тайш со 100 по 20-ти человек и больше. А корму де имано со всех же мугальских людей у всякого человека по борану, и збираны де верблюды и рогатой скот. И дано де ратным мугальским людем корму по 15-ти боранов да по скотине, по верблюду человеку. А посланы де Далай-контайши люди под селенгинские остроги з Даяном-зайсаном.

...

И в нынешнем де во 196 году марта в последних числех те де вышеписанные осталые люди посланы под Селенгинск же, а в прибавку де к тем людем имано со всякого улусу по 20-ти человек, а запасу де збирано с человека по 2 барана. И те де бараны погнали с собою. А збираны де те люди для того: которые де мугальские люди под Селенгинск были посланы, и те де люди побиты многие, а достальные оголодали.

 

http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Mongol/Rus_mong_4/21-40/36.phtml?id=14159

Это из допроса пленных монголов весной 1688 г.

 

1 person likes this

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
Цитата

И сказывал царю и великому князю Карамыш, что Юсуф князь с своими детми и с племянники со всеми идет на государевы украины, а Касаи мирза с ним же. А он сказывает: шел с Юсуфом в полку до Яика десеть день, а с Яика его послал (в слове послал буквы по написаны по чищенному) его Сююндюк ко государю с вестью. И ехал он от Яика до Волги десеть день. А от Волги поспел до Городка в десять же день. А Юсуфу возитися Волга под Астараханью. А возити его астараханцом в судех. А царь астраханской посылает с ним людей своих пятьсот человек. А Юсуф князь людей своих смечал при них и сметил всех людей своих сто тысяч да дватцать. А вперед себя посылал вожеи дороги отведывати на Хопер да на Дон. И с Хопра к нему приказали, что на Хопре стояти нелзе, поля выгорели. А з Дону к нему весть пришла, что на Дону по Крымской дороге стояти, добро прокормитися лзе. И на резанскую украину з Дону прити, добро на Воронаже корму много. И Юсуф приговорил ити ему Крымскою дорогою на Дон. И з Дону ему прити на Резанскую украину, как Ока станет. А держал ево Юсуф скована. И вспрашивал ево про дороги и мочно ли ему, Ока перелезчи, под Москвою прокормитца. И он говорил, что ему под Москвою прокормитца нечем. Как поидет рать, ино хлебы все свозят в городы, а сена пожгут. И Юсуф приговорил со всеми людми: лутчим людем имати на голову по три верблюды, а иным по два, а худым людем имати двема верблюд. А запасу с собою имали всякой человек по три овцы старых да круту на всякую голову, как мочно человеку подняти. А верблюдов взял с собою много тово для, что голод терпят и перед конми дорогу топчют.

http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Russ/XVI/1540-1560/Nogaj_Posolbook_1551_1561/text4.htm

Цитата

Царь же татарский со иными вкупе таким обычаем хождаше. Махмет-гирей, сын ево старейший ходил назади войска турецкаго, с ним же бяше десять тысящ передняго войска. Калга-гирей у войска отцовскаго ездил верстах в дву от войска. Ади-гирей, с тремадесятъ тысящи Нагайских татар, держал левую руку, князь Азинский с сыном своим Дяклом держал правую руку, ему же бяше поручено николико тысящ войска; сам же Царь всегда пред турецким войском верстах в двух. Когда подниматися хотят, тогда вельми рано биют в бубен единою палкой, по оном биении скоро предние людии пойдут, потом с час промешкавши в рог затрубят по московски, якобы со псовой охотою, и тако весьма прытко по оном трубении на коней вседают, со знамены, их же бяху четыре, имяху же черное знамя и червоное подобны турецким величеством, сердцем златым, на нем же знамени был написан закон Магометов, зане вкупе с турки держат веру. Тое же знамя сохраняют с великою честию в шатре царском егда же оное знамя изнесут тогда и сам Царь за ним идет, и на конь вседает, а за ним сынове его. Пред его полком носят четыре знамени: едино червчато з желтою китайкою, второе четвертное з белою, третие белой китайки, у нея же концы зеленыя а наверху хвост конский черный, четвертое все червчатое китайковое со златым яблоком, писанием златням арапским написано. То суть его знамения особныя, под ними же он во время потребы ставится, или иде же в землю неприятельскую входит; пред самым Царем неколико коней простых водят седлами изрядно уседланых. Потом за самым Царем идет полк людей великий, кийждо имеет по пяти и по шести коней простых другаго за другаго хвостами связавше; потом за оным войском пушек полевых десять з запасы их и иными потребствы везоша, и стрельцов неколико сот Пятигорских и Черкасов с пищалми, и потом за теми стрельцами шли телеги, и их же велблюды возяху, телеги же овыя бяху вси о дву колесах; иныя же полки шли по сторонам по преди и со зади и со сторон яко и поле все покрыша, тако много, яко их со высокаго самаго кургану созрети не возмогох, и толикое множество людей в воинстве своем имеет, яко же коней, еще же стада великие с собою гоняют, кобыл млека ради и питания, и того ради их видится войско велие. Сынове же царския, кийждо особныя имел знамена и знаки с кобыльими хвосты, у всякаго разныя шерсти хвост; в походех велми нестройно ходят никоего же строй между собою имеют, иде же кто хощет коемуждо поволно ехати. Люд есть велми худейший и едва пол их есть ежебы луки имели, пансырей же, ниже збруи коея не вопрошай, токмо в шерстяных одеяниях таскаются и в шубах вывороченных, яко же дивии мужие; кийже оружия не имать, той кость кобылью увяжет на ремни вместо оружия, и тако с тем и ездит ничим же иным стоятъ, токо прут костию своею. Зяне же великую нужду терпети возмогают: ни глада, ни же жажды боятся, тако яко три дни без воды и ядения могут терпети; кони их такожде еже токмо травы наядятся с росою, тогда от времени до времени могут, бежати по неколику верст с великим войском, зане кийждо они имеют коней простых много; егдя же у него един утомится то на иного всядет, а того же тамо помещет; аще же будет тучный, то его зарежет и мясо его скоро между собою яко пси разорвут. 

http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Russ/XVI/1560-1580/Prichod_turok_tat_astrachan/text1.htm

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
Цитата

В непрерывной погоне за Тохтамыш-ханом в Дашт-и кипчаке на протяжении пяти месяцев мои воины часто стали голодать. Так, например, несколько дней они питались [травой] башбалмак, мясом, добытым на охоте, яйцами степных птиц. Узнав о таком тяжелом положении моего войска, Тохтамыш-хан решил воспользоваться удобным случаем: двинул на меня свое войско, превосходящее [по численности] муравьев и саранчу, и столкнулся со мной. Мои воины были ослаблены голодом, воины же Тохтамыш-хана были сыты и довольны.

ПЛАН РАЗГРОМА ТОХТАМЫШ-ХАНА

http://www.vostlit.info/Texts/rus5/Ulozenie/frametext1.htm

Цитата

Распорядился, чтобы во время похода на восемнадцать рядовых воинов выделялась одна палатка, каждый же воин имел при себе две лошади, лук, колчан, меч, пилу, шило, мешок, рогожную иглу, топор и заступ, десять игл и один кожаный ранец.

На пять бахадуров выделять одну палатку и каждый должен иметь при себе панцирь, шлем, колчан, лук и соответствующее по уложению количество лошадей.

Каждый десятник должен иметь отдельную палатку, кольчугу, меч, колчан, лук и пять лошадей.

Каждый сотник должен иметь отдельную палатку, десять лошадей; из вооружения — меч, колчан, лук, булаву, палицу, кольчугу и латы.

Каждый тысячник должен иметь при себе одну палатку, тент; из вооружения — кольчугу, панцырь, шлем, копье, саблю, колчан и стрелы в таком количестве, сколько он может нести.

Первый эмир должен иметь при себе палатку, шатер, пару тентов, такое количество разнообразного вооружения, которое соответствовало бы его рангу и могло удовлетворить нужды его подчиненных.

Подобным образом из эмиров первый, второй, третий, четвертый и вплоть до верховного соответственно своему рангу должны быть обеспечены различного рода снаряжением; палатками, шатрами, тентами и лошадьми.

Первый эмир должен вести 110 лошадей, второй — 120, третий — 130, четвертый — 140 и так до верховного эмира, который должен вести не менее 300 лошадей.

УЛОЖЕНИЕ ОБ ОБМУНДИРОВАНИИ И ВООРУЖЕНИИ ВОЙСКА

http://www.vostlit.info/Texts/rus5/Ulozenie/frametext3.htm

Цитата

Когда численность вражеского войска меньше двенадцати тысяч всадников, в том сражении может командовать верховный эмир, к которому прикрепляется двенадцать тысяч всадников [набранных] из различных племен и туманов: и чтобы с ним были тысячники, сотники и десятники. Приблизившись к вражескому войску на расстояние однодневного перехода, пусть пришлет мне донесение.

...

Если вражеское войско превышает двенадцать тысяч всадников, но не достигает сорока тысяч, велел принять командование одному из моих осененных счастьем сыновей, поставив под его начало двух бекларбеги, эмиров кошунов, туманов и улусов с общим числом рати не менее сорока тысяч всадников. 

...

Постановляю; что в тех битвах, где войско неприятеля превышает сорок тысяч всадников, всем бекларбеги, эмирам, тысячникам, сотникам, десятникам, бахадурам и прочим воинам стать под мое победоносное знамя и повиноваться моей воле.

УЛОЖЕНИЕ О ПОРЯДКЕ ВЕДЕНИЯ СРАЖЕНИЙ, НАСТУПЛЕНИЯ И ОТСТУПЛЕНИЯ, ПОСТРОЕНИЯ ВОЙСКА, ПРОИЗВОДСТВА АТАК И НАНЕСЕНИЯ ПОРАЖЕНИЯ ВРАЖЕСКОМУ ВОЙСКУ

http://www.vostlit.info/Texts/rus5/Ulozenie/frametext4.htm

Цитата

Два-три дня войска претерпевали немало трудностей от безводья и испытывали бесконечные бедствия и лишения — шел месяц томуз. Вдруг счастливая звезда [судьбы] пришла на помощь, они достигли места, где под травой увидели лед и снег и нашли холодную и годную для питья воду. Люди обрели покой и напоили лошадей. Пустившись в путь, они дошли до местности Туграуут, там они решили устроить охоту на диких ослов и поймали много зверья.

...

Некоторое время Тимур оставался в Кара-Гучуре, чтобы лошади откормились, и соизволил разделить между всеми войсками захваченное имущество.

...

Тимур, взяв [с собой] центр войска и сделав проводником Калантуджи, выступил и отправился налегке, [без обоза], с отборными войсками.

Рассказ о походе Тимура на войну с Токтамыш-ханом

http://www.vostlit.info/Texts/rus3/Nizamaddin/frametext2.htm

Цитата

Так как с начала благословенного похода прошло почти 4 месяца и у солдат не оставалось более съестных припасов, а по сторонам тех степей нет никакого населенного пункта на 5 и 7 месяцев (пути), то в высочайшем стане, который по своей чрезвычайной обширности, по многочисленности бойцов и храбрецов и по множеству лошадей и верблюдов был (похож на) море волнующееся и мир, наполненный шумом и криком, появилось оскудение и дороговизна, так что один баран (стоил) 100 кепекских динаров, а 1 ман хлеба большого веса, равняющийся 16 манам шар'и, дошел до 100 кепекских динаров, да и то еще нельзя было найти, Тимур изрек повеление, и эмирам-темникам, тысячникам, сотникам и десятникам объявили и отобрали подписки (мучилка) в том, чтобы ни одна душа в лагере не готовила ни хлеба, ни лепешек, ни клецок, ни лапши, ни ришты (род вермишели), ни пельменей, ни чего-либо подобного, а чтобы по части вареного довольствовались ячменной похлебкой. Для предосторожности эмиры сделали пробу, и из 1 мана муки анбарного веса, равняющегося 8 манам шар'и, с примесью зелени, которую называют "мутр", вышло 60 мисок похлебки. Постановили, чтобы каждый воин довольствовался одною мискою этого, большая же часть войска и этого не получала и постоянно бродила на тех равнинах и поддерживала жизнь яйцами птиц, разными животными, которых находила в этой степи, и съедобными растениями; таким образом они шли. В субботу 1 джумади II (= 6 V 1390) Тимур назначил охоту, и когда тавачии объявили эмирам правого и левого крыла, то войско отправилось на облаву. Оцепив всю ту бесконечную равнину, они согнали бесчисленное множество зверей и птиц и через 2 дня произвели травлю. Благодаря счастливой звезде царя, прибежища мира, войско убило столько оленей, антилоп — сайг, лосей (булен) и разной другой дичи, что несмотря на такое оскудение, которое произошло (перед тем), при столь непомерном изобилии брали жирное и оставляли тощее. Между прочим, они в той степи нашли род антилоп, которые больше буйвола и подобных которым они никогда еще не видели. Монголы называют их кандагай, а дештцы — булен (лось). Их также было убито множество и несколько времени пища (для) воинов готовилась из мяса, добытого на охоте.

...

Эмиры правого и левого крыла — темники, тысячники и (эмиры) кошунов, утвердившись каждый на своем месте, выстроили ряды в боевой порядок, и пешие и конные, держа перед собой щиты, приготовились к бою.

...

Все эмиры и воины, которые по приказанию (Тимура) отправились в разные стороны, победоносно прибыли ко двору Тимура с бесчисленной добычей — лошадьми, верблюдами, быками, баранами и множеством рабов — девушек и детей — на телегах. Всех неприятелей, искавших спасения на островах Итиля, схватив и забрав в плен, привели в (лагерь). Победоносным войскам в этой славной победе досталась такая огромная добыча, что нога изложения и написания совершенно не может достичь границы описания ее. У отдельных людей в высочайшей орде, которые с трудом находили необходимейшее пропитание, скопилось столько лошадей и баранов, что во время возвращения, идя назад, они не были в силах гнать их, а потому некоторых погнали, а некоторых оставляли... В лагере Тимура оказалось столько подобных хуриям девушек и красивых отроков, что одних тех, которые были выбраны лично для Тимура, было более 5 000 человек... Тимур, с помощью всевышнего, вступив на престол царствовании и миродержавия в том месте, которое было столицею султанства и ханства Джучи-хана и сыновей его, предался удовольствиям и счастливой жизни... Таким образом в этом очаровательном месте он среди удовольствий и счастливой жизни провел 26 дней.

...

Когда благодаря божией милости была одержана эта превосходная победа, и в тех местах ни в степи, ни на островах не осталось ни одного врага, победоносные знамена могущественного Тимура. направились в Самарканд, который был местом водружения престола справедливого владычества. Победоносные войска в полном довольстве, спокойствии, радости и весельи заняли степь и равнину от края до края, они выступили и шли переход за переходом в удовольствиях и наслаждениях, веселые и довольные, так как всем досталось из добычи богатство и имущество и из рабов и рабынь красивые возлюбленные. Жилищем степняков в той безграничной пустыне являются шатры "кутарме", которые делают так, что их не разбирают, а ставят и снимают целиком, а во время передвижений и перекочевок едут, ставя их на телеги. Все они были захвачены в полное распоряжение войск, действующих как (неумолимая) судьба. Поэтому каждый по желанию сердца держал месяц 97 с жилищем в объятиях желания. Вследствие этого многочисленность толпы в высочайшей орде дошла до такой степени, что если кто-нибудь потерял бы свой шатер, то не нашел бы и через месяц и два. Когда достигли реки Яика, у Кунче-оглана, первоначальным обиталищем которого был Дешт, любовь к родине закрыла правильный путь от взора разума, так как (сказано): любовь к чему-нибудь ослепляет и делает глухим. Уклонившись от пути верности, он с своими людьми выбрал дорогу бегства и ушел. Переправившись через реку Яик, Тимур после нескольких переходов оставил эмира Хаджи-Сейф-ад-дина и других амиров при обозе, а сам быстро двинулся вперед, под охраною всемогущего счастливо пересек эту пустыню, полную опасностей, и степи, полные потерь, и пройдя через Сабран, в зу-ль-ка'де 793 г, (= 30 IХ — 29 X 1391) благополучно прибыл в Отрар. Выступив счастливо оттуда и переправившись через Сейхун, он прибыл в райскую область Самарканд...  Через несколько дней, проведенных в удовольствиях и весельи, мирза Мираншах по высочайшему разрешению и указу направился в Герат, а Тимур выступил на зимовье в Ташкент и, перейдя через Ходжендскую реку, раскинул свой стан на равнине Парсина. В мухарраме 794 г. (= 29 XI — 28 XII 1391) прибыл туда же эмир Хаджи-Сейф-ад-дин с обозом и всем войском, выступившим из Ташкента в сафаре прошлого (793) года (= 8 I — 5 II 1391). Таким образом весь этот поход продолжался 11 месяцев...

Рассказ о походе Тимура в Дешт-и-Кипчак

http://www.vostlit.info/Texts/rus3/Serefeddin/frametext1.htm

http://www.vostlit.info/Texts/rus3/Serefeddin/frametext2.htm

1 person likes this

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0

Тут надо учесть, что уложение Тимура - поздний документ (Горелик считал его фальсификацией XVII в.).

Но ничего особенно необычного нет.

Кроме использования кибиток на телегах - века с XVII используют верхнюю часть юрты, т.н. джуламейку - она легче и меньше, чем полная юрта, легко разбирается и ставится.

 

 

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
В 20 марта 2016 г.в18:56, hoplit сказал:

Крымцы укладывались в 2-3 месяца на путь до 1500 км - от Кубани и Крыма до Москвы.

За 50 дней.
 

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
12 часа назад, Чжан Гэда сказал:

Тут надо учесть, что уложение Тимура - поздний документ (Горелик считал его фальсификацией XVII в.).

Кстати - а насколько оно распространено? История "обретения текста" и правда довольно странная. С другой стороны - если убрать ту же часть о построении и организации войска... Оно, насколько вижу, основа для реконструкции тактики для Средней Азии, Ирана и Индии за 14-17 века, едва не единственная. =/

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0

Не знаю. Факт, что с источниками слабо. Но куда все остальное делось - непонятно.

18 час назад, Gurga сказал:

За 50 дней.

30 км. в день без дневок, без пропитания?

 

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0

КНИГА ПУТЕШЕСТВИЯ ЭВЛИИ ЧЕЛЕБИ

 

[Описанное ниже путешествие Эвлии Челеби в Крым произошло в 1666-67 гг. Он направлялся из Австрии, где был в составе турецкого посольства в Вену. Оттуда через Валахию и Молдавию путешественник прибыл на земли Крымского ханства. Эвлия Челеби встретил крымского хана Мухаммед Герая IV в Местечке Ханкышла. Хан намеревался перевести в Крым ногайские орды, кочевавшие в Буджаке. Ногайцы оказали сопротивление, и Эвлия явился свидетелем сражения между крымскими и ногайскими войсками. Хан одержал победу и возвратился в Крым. С ним вместе Эвлия Челеби прибыл в город Ор.]

Ханам было пожаловано 2 знамени, 2 санджака и байрака и военный оркестр в 7 рядов. Он играет перед войсками в оставшиеся от предков афросиябовы трубы, джемшидовы зурны и барабаны. Ханы являются предводителями очень боеспособного войска, в котором нет и признака конюшен, складов и кладовых, кухонь, повозок, верблюдов и упряжек, пушек и ружей, палаток и шатров. [Войско составляет] 80 тысяч конных воинов с саадаками и вооружением, с плетьми в руках. 60-70 тысяч коней связываются друг с другом хвостами. Через каждые сто шагов, называемые кошунами, на спины грузовых животных токмакскими ремешками привязывают казаны под названием хушчи. На некоторых лошадей [навьючивают] завернутые в бараньи и козьи шкуры сушеное просо и сухой творог. А больше ничего съедобного нет. Татары, ветроподобные охотники за врагом, привыкли к этому. В день они делают по десять [дневных] переходов, и удивительно, но лошадей не кормят и не ухаживают за ними. Как только они сходят с лошадей, они отпускают их в степь с мальчиками. Кони там валяются, играют в траве и пасутся. В зимнем же походе кони разгребают снег, находят под ним траву, то есть сухую траву, оставшуюся с прошлого года, и едят ее. Коням совсем не дают ячменя. А когда лошадей привязывают и готовят к походу, то 40-50 дней им не дают ни сена, ни соломы, но днем и ночью не отрывают их головы от торб, полных ячменем.

Даже в холодные зимы, что бывают в тех краях, у татар нет шатров. Они связывают токмакскими ремешками концы четырех прутов, нижние концы тех прутов втыкают в землю, накидывают сверху на пруты дождевые накидки, которые носят на спине, и получается подобие шатра. Седельные подушки, или чиркисы, они расстилают на снегу, седло кладут под голову, а под седельный домик привязывают саблю или саадак, называемый теркеш. Сами снимают даже рубаху, укрываются штанами и ложатся спать совершенно голыми. Утром они надевают рубашки из красной и голубой бязи, вскакивают и сразу надевают свою накидку-шатер из войлока, кладут седло на коня, протягивают одну подпругу через передние ноги [коня], а другую через пах, и в мгновение ока садятся верхом, меч и колчан прилаживают уже на коне, стегают два раза коня плетью, погоняют и скачут, разогревая на морозе и себя, и коня.

В общем, они созданы для походов. Этот народ подобен полку. Теперь у хана, калги, нуреддина и Ширин-бея есть войлочные кибитки, а у хана есть 8 шатерчиков для казны. И на этом все.



 

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0

Эвлия Челеби как источник требует архивнимательного исследования и не может приниматься на веру безоговорочно. Уж очень часто он писал фантастику.

Каждый конкретный случай надо перепроверять.

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
Цитата

Являющийся их королем Хан, получив приказ Великого господина войти в Польшу, с величайшей поспешностью старается приготовить свои войска, то есть армию в 80 тыс. человек, если он сам лично участвует в походе. В ином случае, коль скоро воинов в поход ведет и командует ими мурза, численность армии обычно составляет не более 40-50 тыс. Их вступление на вражескую землю происходит обыкновенно в начале января, всегда в зимнее время, чтобы не иметь никаких преград в дороге; болота и реки не могут им препятствовать продвигаться во всех направлениях, куда ведут их дороги. Итак, собравшись вместе и сделав осмотр, они выступают в поход. Но нашему читателю следует напомнить, что хотя Крым находится между 46 и 47 параллелями широты, все же пустынные поля, лежащие на север от их страны, зимой сплошь покрыты снегом вплоть до самого марта. Это и дает им [татарам] преимущество и придает смелости пуститься в такой далекий путь; поскольку лошади их не подкованы, то снег предохраняет их ноги. Этого не было бы, если бы снег не покрывал землю, которая, затвердев от мороза, ранила бы им копыта. Наиболее знатные между татарами и наиболее любящие удобства, подковывают своих лошадей воловьим рогом, пришивая его к ноге при помощи кожаного [ремешка] наподобие дратвы или гвоздями. Но такое [приспособление] держится недолго и легко теряется. Вот почему они так боятся бесснежной зимы, а также гололедицы, когда не могут не скользить и наиболее основательно подкованные их лошади.

В походе они делают небольшие дневные переходы, обычно преодолевая расстояния в шесть французских лье, и двигаются таким образом день за днем, рассчитывая свое время и свои действия так, чтобы иметь возможность вернуться раньше, чем начнет таять лед, и чтобы возвращение их прошло благополучно. Так приближаются они к пределам Польши, избирая свой путь по ложбинам, которые они разыскивают и которые как бы протягивают руку одна другой. И все это для того, чтобы спрятаться в степи и не быть замеченными казаками, которые стоят на страже в разных местах, чтобы своевременно узнать об их [татар] появлении и направлении движения и поднять в связи с этим тревогу в крае. Но татары прибегают к хитрости, о которой я упоминал, — двигаются только по долинам; останавливаясь лагерем вечером, они по той же причине не раскладывают костров. Посылая вперед разведчиков, стараются захватить нескольких казаков, чтобы добыть «языка» от неприятеля. Впрочем, только наиболее ловкому и опытному удается застать неприятеля врасплох.

Татары движутся строем по сто лошадей в ряд, а фактически по 300, так как каждый татарин ведет по две [лошади] на поводу для смены, о чем мы упоминали раньше. Их передний ряд может насчитывать [в ширину] от 800 до 1000 шагов, а в глубь - свыше трех и даже четырех больших лье (от 800 до 1000 лошадей), если идут тесными рядами; в противном случае, они растягиваются более чем на 10 лье. Это изумительное зрелище для того, кто видит его впервые, так как 80 тысяч татар ведут более 200 тысяч лошадей; не так много деревьев в лесу, как лошадей в степи в таком случае. Когда видишь их издали, то кажется, будто какая-то туча возникает на горизонте, увеличиваясь по мере того, как приближается, что наводит ужас на самых смелых; я говорю о тех, кто не привык видеть разом таких гигантских полчищ. Так движется эта громадная армия, делая каждый час остановки на половину четверти часа, чтобы дать время помочиться лошадям, которые настолько хорошо приучены, что не преминут воспользоваться этим, как только их остановят. Татары также сходят тогда с лошадей и также мочатся. Затем, не задерживаясь, они садятся на лошадей и продолжают свой путь; все это делается у них по одному сигналу свистка.

Приблизившись к границе на расстояние 3-4 лье, они делают остановку на два-три дня в избранном месте, где, по их мнению, они находятся в безопасности. Там они решают дать передышку и отдых своему войску, которое располагают таким вот образом. Они делят его на три [части], две трети предназначены для основного состава, последнюю треть делят еще раз на две [части]; каждая половина трети образует фланг, а именно: правый и левый. В таком порядке вступают они в страну. Главный корпус (который они на своем языке называют кошем (choche) движется вместе с флангами медленно, но безостановочно днем и ночью, давая войску не более часа для кормежки, не причиняя никакого вреда стране, пока не проникнут на 60-80 лье вглубь нее. Но как только они начинают возвращаться, главный корпус продолжает двигаться в том же темпе, а фланги по приказу военачальника отделяются: каждый скачет в свою сторону на 8-12 лье от главного корпуса, но так, что половина - вперед, половина же - в сторону. Я забыл сказать, что каждый фланг, насчитывающий от 8 до 10 тысяч, делится в свою очередь на 10-12 отрядов, по 500-600 татар в каждом. Разбегаясь в разные стороны по селам, они окружают их и устанавливают вокруг по четыре сторожевых поста, поддерживающих большие костры на протяжении всей ночи, боясь, как бы кто-нибудь из крестьян не ушел от них; потом грабят, жгут, убивают всех, кто оказывает сопротивление, берут и уводят тех, кто сдается, и не только мужчин и женщин с грудными детьми, но также скот: лошадей, волов, коров, баранов, коз и пр.; что касается свиней, то их сгоняют вечером в одно место, закрывают в риге или в другом помещении, а затем поджигают с четырех углов из-за отвращения к этим животным.

Фланги эти (как мы уже говорили), имея приказ удаляться не более чем на 8-12 лье, возвращаются с добычей, чтобы присоединиться к главному корпусу. Найти его легко, так как остается заметный след от его передвижения, ибо в переднем ряду идет более 500 лошадей, и надо только идти по следу. Через 4-5 часов они присоединяются к главному корпусу армии. Как только они прибывают на место, в то же самое время [от главного корпуса] отделяются два других фланга, числом равные первым: один - следует направо, другой - налево, и производят такой же грабеж, как и их предшественники. Потом и они возвращаются, а от главного корпуса отделяются два свежих крыла, которые совершают такой же грабеж, как и первые. Таким образом поочередно осуществляют они свои набеги, в то время как основной состав никогда не уменьшается и постоянно состоит из двух третей армии, он движется (как мы говорили) только шагом, чтобы быть всегда в форме и в готовности сразиться с польской армией, если она встретится на его пути, хотя такая встреча не входит в планы татар, напротив они стараются, насколько возможно, избежать ее.

Они никогда не возвращаются тем путем, которым пришли, а описывают род дуги для того, чтобы получше ускользнуть от польской армии, ибо они никогда не сражаются иначе, как обороняясь, и то только тогда, когда их сильно теснят. Даже убедившись, что их десять против одного, они и тогда не решаются напасть первыми, ибо эти разбойники (именно так и следует называть этих татар) приходят в Польшу совсем не для того, чтобы сражаться, а чтобы грабить и внезапно захватывать добычу. Если же поляки встречаются на их пути, то задают им такого жару, что непрошенные гости убираются прочь и уже не неторопливым шагом. Наконец, исколесив и ограбив [страну], они возвращаются в Дикое поле на расстояние 30-40 лье от границы. Чувствуя себя здесь в безопасности, делают длительную остановку, восстанавливают силы, приводят себя в порядок, если при столкновении с поляками произошло какое-либо замешательство.

Во время этого отдыха, который длится неделю, они собирают вместе всю свою добычу, состоящую из невольников и скота, и делят ее между собой. Самое бесчеловечное сердце содрогнулось бы при виде того, как разлучаются муж с женой, мать с дочерью без всякой надежды увидеться когда-нибудь, отправляясь в прискорбную неволю, к язычникам-магометанам, которые наносят им бесчисленные оскорбления. Грубость их позволяет им совершать множество самых грязных поступков: обесчещивать девушек и насиловать женщин в присутствии их отцов и мужей, и даже делать обрезание детям на глазах их родителей, чтобы обратить их в магометанскую веру. Наконец, самые бесчувственные сердца дрогнули бы, слыша крики и пение среди плача и стонов этих несчастных русов, ибо народ этот, плача, поет и причитает. Итак, эти несчастные разлучены, чтобы быть отправленными в разные стороны: одни - в Константинополь, другие - в Крым, третьи - в Анатолию и т. д.

Вот короткий рассказ о том, как менее чем за две недели [татары] совершают грабежи и захватывают в неволю более 50 тысяч душ, и как они обходятся со своими невольниками после дележа, а затем, возвратившись на родину, продают их по своему усмотрению.

Расскажем теперь о том, как татары вступают в Польшу в летнее время, когда их обычно бывает не более 10-20 тысяч, ибо, если бы они были в большем количестве, их бы быстро заметили. Вот как это происходит.

Подойдя на 20-30 лье к границе, они разделяют свою армию на 10-12 отрядов, в каждом из которых может быть до тысячи лошадей. Половину своих войск из пяти-шести отрядов посылают направо на расстояние одного-полутора лье друг от друга; также поступают с другой половиной войска, которая держится слева на таком же расстоянии, образуя [в целом] переднюю линию, растянутую на 10-12 лье. Впереди на расстоянии более одного лье идет сильный сторожевой отряд для захвата «языка», чтобы знать, куда вести войско. Так они направляются тесно сомкнувшись по косым [линиям] с тем, чтобы в установленный день сойтись в определенном месте в двух-трех лье от границы так, как в центре сходятся разные радиусы.

Причина того, что они идут различными обособленными отрядами, заключается в боязни как бы их не обнаружили казаки, которые, как одинокие стражи, постоянно [рассеяны] на расстоянии двух-трех лье в степях, и не узнали бы точного их числа, так как в противном случае они могут известить лишь о том отряде, который видели. Ибо эти казаки, едва заметив издали татар, сразу же удаляются, чтобы поднять тревогу в крае. Видя же, что их всего тысяча или около того, они не очень пугаются такого количества; но через несколько дней после получения неточных известий о татарах, они [жители] бывают захвачены врасплох.

Итак, татары переходят границу по следующему маршруту: постоянно держась между двумя большими реками, идут по самым высоким местам, ища истоки маленьких речек, которые впадают в большие: одни - в одну реку, другие - в другую. Таким образом они не встречают преград на своем пути, грабят и опустошают, как и их предшественники, но продвигаются вглубь территории страны на расстояние не более 6-10 лье и тотчас возвращаются обратно. В стране они остаются не более двух дней, затем отступают, как говорилось выше; после раздела [добычи] каждый возвращается домой. Это своего рода независимые татары, они не подчиняются ни Хану, ни Турку, и проживают в Буджаке, который представляет собой равнину, расположенную, как мы упоминали, между устьем Днестра и Дуная. В мое время здесь находилось не менее 20 тысяч беглецов и изгнанников. Эти татары храбрее тех, которые обитают в Крыму, так как лучше приучены к войне благодаря обстоятельствам. Они также лучшие, чем другие, наездники. Равнины, лежащие между Буджаком и Украиной (Ocranie), наполнены обыкновенно 8-10 тысячами татар, распределенных в отряды по тысяче человек и в поисках удачи удаленных друг от друга на 10-12 лье. Вследствие опасности передвижения через эти степи, казаки, намереваясь перейти их, идут табором, то есть передвигаются в окружении возов. Табор - это то, что мы называем караваном. Они ставят свои возы в два ряда по восемь-десять возов впереди и столько же позади; сами же находятся в середине с ружьями, короткими пиками и косами, насаженными вдоль (древка); а лучшие ездят верхом вокруг табора. Впереди на расстоянии четверти лье, позади, также на расстоянии четверти лье, и на каждом фланге выставляется по стражу для наблюдения [за татарами]. Когда стражи замечают татар, то дают сигнал и табор останавливается. Если казаки заметят татар [раньше], то нападают на них; если же татары заметят казаков первыми, застигнув врасплох, татары бросаются приступом на табор. Вообще, странствуя по этим степям, следует повторять подобно итальянцам: «bon piede, bon oche» 266. Я встречал несколько раз в степи [отряды] татар, численностью доброй полутысячи, которые атаковали наш табор и хотя меня сопровождало всего 50-60 казаков, они ничего не смогли с нами сделать; равным образом и мы не могли осилить их, так как они не приближались к нам на расстояние выстрела. Сделав несколько притворных попыток атаковать нас и осыпав тучей стрел, летевших на наши головы, так как они посылают стрелы дугообразно, вдвое дальше предела досягаемости нашего оружия, они удалялись.

Вот к какой хитрости они прибегают, прячась в степях с тем, чтобы врасплох напасть на какой-либо караван, оставаясь незамеченными. Следует знать, что степи эти покрываются травою до двух футов в высоту, следовательно, нельзя проехать, не потоптав травы и не оставив за собой тропы или следа, по которому становится известно, сколько может быть татар, а также в какую сторону они движутся. Остерегаясь серьезного преследования, они придумали такой вот способ, который заключается в том, что из ватаги, состоящей из 400 человек, они образуют [как бы] четыре луча своими [меньшими] отрядами, в каждом из которых может быть до сотни лошадей: одни идут на север, другие - на юг, а еще два - на запад и восток и т. д. Короче говоря, все эти четыре небольших банды идут каждая в своем направлении на расстояние полутора лье, а там маленький отряд из сотни [человек] делится на три [группы], насчитывающих около 33 [человек], которые движутся так же, как и предыдущие, если [не встретится] какая-либо речка. Потом, пройдя половину лье, они снова делятся на три [части] и продвигаются так далее, пока их число не сократится, как мы и говорили, до 10-11 [человек]. Такие построения легче понять, глядя на рисунок, чем со слов.

Делается все это менее, чем за полтора часа и на всем скаку, ибо если они будут замечены, все их проворство будет запоздалым; каждый изучил данный маневр как свои пять пальцев, они знают степи, как лоцманы знают порты. Все группы, по 11 [человек], в каждой разбегаются по степи, как им захочется, не встречаясь в своем круге [друг с другом]. Наконец, в назначенный день они собираются на встречу за 10-12 лье от места отправления в какой-либо ложбине, где есть вода и хорошая трава, и там останавливаются. Каждый маленький отряд едет своей дорогой: у одних короткая дорога к месту встречи, другие же находятся в значительном удалении вследствие обходов и поворотов, которые им приходится делать [в пути]. Они совсем не оставляют следов, так как трава, примятая одиннадцатью лошадьми, за день-другой поднимается. Прибыв на место, они там остаются, прячась несколько дней. Затем выезжают целым корпусом, направляются к какому-нибудь пограничному поселению, внезапно захватывают его, грабят и сразу же уходят, как мы и рассказывали.

Татары придумали этот хитрый способ, как лучше скрываться в степи и обманывать казаков, которые активно преследуют их, зная, что татар насчитывается не более 500-600 [человек]. Тысяча или двенадцать сотен казаков садятся тогда на лошадей и пускаются в погоню, разыскивая неприятельские следы. Найдя их, они следуют по ним до описанного выше круга и теряют там ориентир, не зная, где их [татар] искать, так как следы расходятся в разные стороны. Таким образом, они вынуждены возвращаться по домам, говоря, что ничего не выследили. Вот как трудно напасть на этих татар, разве что случайно, застав их за питьем, едой или ночью во время сна, но они всегда держатся настороже. Их глаза более остры и чувствительны, чем наши, так как менее открыты, и, следовательно, их зрительный луч сильнее, и видят они лучше нас; они замечают нас раньше, чем мы их.

Словом, побеждает более хитрый, а не более сильный. Если они [противники] встречаются утром или вечером, в то время, когда солнце всходит или заходит, победа [обеспечена] тому из двоих, у кого солнце окажется за спиной, подобно тому, как два корабля в море стараются занять позицию, чтобы ветер был попутным. Наконец, ряды поляков врезаются в [линию] татар, а те, не чувствуя себя достаточно сильными, чтобы сражаться с саблей в руке, разлетаются, как мухи, кто куда может, и, отступая во весь опор, стреляют так метко из лука, что на расстоянии 60-100 шагов не дают промаха по своей цели. Поляки не могут их преследовать, поскольку лошади их не такие выносливые, как татарские. Затем татары снова собираются вместе за четверть лье и начинают готовиться к лобовой атаке на поляков, а когда [те] врезаются в их ряды, они опять разлетаются и, отступая, стреляют все время в левую сторону, так как в правую не могут. Изнурив таким образом поляков, они [татары] вынуждают их к отступлению, ибо такая игра, как я говорил, происходит тогда, когда татары бывают в количестве десять против одного; в противном случае они удирают, не оборачиваясь. Вот так подобного сорта люди ведут войну в этих краях.

Боплан. Описание Украины.

http://www.vostlit.info/Texts/rus12/Boplan2/frametext1.htm

http://www.vostlit.info/Texts/rus12/Boplan2/frametext2.htm

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0

КЫРЫМЛЫ ХАДЖИ МЕХМЕД СЕНАИ

КНИГА ПОХОДОВ

ИСТОРИЯ ХАНА ИСЛЯМ ГИРАЯ ТРЕТЬЕГО

 

Если в прежние времена эмиры быстроногих татар и победоносного исламского войска собирались в поход в страну Москов в зимнюю пору, при сильных морозах, и если при этом над исламским войском не назначали кого-нибудь из сераскеров и сердаров, то есть кого-нибудь из славных и высокопоставленных чингизидов, то великие эмиры перепоручали дело один другому, и никто, кроме него [Сефер Гази-аги], не был способен управлять исламским войском, исполнять обязанности военачальника, и люди, говоря: «нам обязательно нужен какой-нибудь прославленный султан», обращали взор либо на упомянутого советника, либо на героя бранного поля Тугай бека, ибо предприимчивость и советы этих двух во всех случаях бывали хорошо понятны и приемлемы.

На этот раз хазрет сахибкиран времени и земли Ислам Герай хан (да помнит его имя всемилостивый!) нашли достойным назначить сердаром и сераскером над победоносным войском вышеупомянутого нуреддин султана, то есть отважного Рустема [своего] времени хазрета Гази Герай султана.

Этот великий поход на неверных описан здесь подробно, по ходу событий.

Короче говоря, молодой шахзаде в самое суровое время зимы с бесчисленным войском отправился в страну Москов, а туда добирались путем пересечения бескрайней и широкой степи, называемой степью Хейхат, и расстояние это огромное, и до этого ни одно войско  не совершало похода в ту страну в зимние дни. Во время же удачного царствования сахибкирана великие реки на пути были стянуты льдом, и с легкостью, привал за привалом, за пятьдесят дней аскеры достигли нечестивого города злодейственного московского царя, разрушили и сожгли его, и множество прочных крепостей сравняли с землей, и все окрестности их подвергли грабежу и разорению и нанесли им такой урон, что никогда прежде в пору, когда от холода ни руки, ни ноги не держат, московские гяуры не видели такого набега.

Благодаря [Аллаха] преславного и всевышнего сабли войска оказались острыми, удача сопутствовала хумаюну, и везде, где сталкивались с презренными войсками зловредного московского царя, гяуры, увидев внушительных и грозных исламских витязей и газиев не выдерживали и за короткое время терпели поражение, теряли надежду, отступали и подвергались разгрому. Осыпанные прахом позора гяуры (кюффар-и хаксар) были во всех стычках растоптаны копытами ветроногих коней газиев, и образовалось множество груд из мертвых тел с отрубленными головами и ногами, и общую численность подлых гяуров, ставших добычей исламских сабель, знает лишь всевышний.

Вывезя бессчетное количество пленниц и пленников и огромную добычу, разрушив и пожегши города злого гяура, встречавшиеся на правой и на левой сторонах, добыв бесчисленное количество собольих, и куньих, и горностаевых, и беличьих мехов, и сорок тысяч золотых, находившихся в ту пору в обращении наличными, и всю казну в сто тысяч золотых, и взяв со злонравного царя клятвенное обещание, что он будет снова, каждый год и без убавления платить хазрету сахибкирану земли и времени казну в виде джизье, и согласно древнего договора преподнесет каждому из отважных султанов Чингизовых положенную ему казну, а великим эмирам, знатным и славным людям страны Крым, будет присылать дань и подарки ежегодно осенью, и взяв с собой старших послов злонравного царя, победоносное исламское войско вернулось в здравии и с добычей.

При возвращении по промыслу божьему в безграничной степи, называемой Хейхат, случился внушительный  снегопад, и исламское войско при таком количестве трофеев двигалось, заставлял своих коней разрывать снег и до того ослабело и обессилило, что не в силах было двигаться-и тут вышеупомянутые хазрет Сефер Гази ага и предводитель мужей в битвах по имени Тугай бек, выйдя вперед и направляя своих ветроногих коней на снег выше человеческого роста, подобно двум хищным львам и разъяренным слонам, разрывали и разбрасывали снег в четыре стороны, и все исламское войско следовало за этими двумя мужественными людьми и нашло спасение.


 

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
43 минуты назад, Gurga сказал:

Во время же удачного царствования сахибкирана великие реки на пути были стянуты льдом, и с легкостью, привал за привалом, за пятьдесят дней аскеры достигли нечестивого города злодейственного московского царя

Которого города? Москву крымцы при Исляме III не брали.

 

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0

Присоединяюсь к вопросу. 

Еще раз - к Эвлии Челеби надо относиться архикритически.

К взятию КАКОГО города относится это сообщение? Какого года поход? Каковы его обстоятельства?

Или снова - все, что пролепетал какой-то имбецил, но с тюркским акцентом - истина в высшей и непреложной инстанции?

И еще раз - 1500 км. за 50 дней = 30 км. в день без дневок. Поделитесь, КАК сие возможно, в противоречии с указаниями Боплана и других авторов, а не пейсателей нехудожественной фантастики на турецком языке?

Share this post


Link to post
Share on other sites
  • 0
Цитата

И потом того же лѣта прииде вѣсть ко царю нашему, иже царь перекопский со всѣми силами своими, препроводясь чрез проливы морския, пошелъ воевати землю черкасовъ пятигорскихъ. И сего ради послалъ царь нашъ войска на Перекопъ аки тринадесят тысящей, над нимиже поставил гетманом Иоанна Шеремѣтева и другихъ с нимъ стратилатовъ. Егда же наши поидоша чрез поле великое к Перекопи дорогою лежащею, глаголемою «на Изюмъ-курганъ». Царемъ же бусурманским яко есть обычай издавна — инуды лукъ потянутъ, а инуды стрѣлятъ, сирѣчь на иную страну славу пустят, аки бы хотяще воевати, а инуды поидутъ. И возвративши войска от Черкаские земли, поиде на Русь дорогою, глаголемою «на Великий перевоз», от тое дороги — иже лежитъ на Изюмъ-курганъ, аки день ѣзду конем, и не вѣдяще о християнскому войску. Иоаннъ же, яко мужъразумный, имяше стражу со обоихъ боковъ зело прилѣжную и подъѣзды под шляхи. И увѣдѣвше о цареве хождению на Руску землю, и абие послал вѣсть ко царю нашему до Москвы, иже грядетъ недругъ его на него в силе тяжестей, а самъ заиде ему созади, хотяше на него ударити в то время, егда в Руской землѣ войско распуститъ. Потомъ увѣдалъ о коше царя перекопскаго, послалъ на него аки третину войска, бо от шляху былъ, имже Иоаннъ идяше, аки полднища в странѣ. А обычай есть всегда перекопскаго царя днищъ са пятъ, або за шесть, оставляти половину коней всего воинства своего, пригоды ради.

Андрей Курбский. История о великом князе Московском.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now

  • Similar Content

    • Военное дело аборигенов Филиппинских островов.
      By hoplit
      Laura Lee Junker. Warrior burials and the nature of warfare in pre-Hispanic Philippine chiefdoms //  Philippine Quarterly of Culture and Society, Vol. 27, No. 1/2, SPECIAL ISSUE: NEW EXCAVATION, ANALYSIS AND PREHISTORICAL INTERPRETATION IN SOUTHEAST ASIAN ARCHAEOLOGY (March/June 1999), pp. 24-58.
      Jose Amiel Angeles. The Battle of Mactan and the Indegenous Discourse on War // Philippine Studies vol. 55, no. 1 (2007): 3–52.
      Victor Lieberman. Some Comparative Thoughts on Premodern Southeast Asian Warfare //  Journal of the Economic and Social History of the Orient,  Vol. 46, No. 2, Aspects of Warfare in Premodern Southeast Asia (2003), pp. 215-225.
      Robert J. Antony. Turbulent Waters: Sea Raiding in Early Modern South East Asia // The Mariner’s Mirror 99:1 (February 2013), 23–38.
       
      Thomas M. Kiefer. Modes of Social Action in Armed Combat: Affect, Tradition and Reason in Tausug Private Warfare // Man New Series, Vol. 5, No. 4 (Dec., 1970), pp. 586-596
      Thomas M. Kiefer. Reciprocity and Revenge in the Philippines: Some Preliminary Remarks about the Tausug of Jolo // Philippine Sociological Review. Vol. 16, No. 3/4 (JULY-OCTOBER, 1968), pp. 124-131
      Thomas M. Kiefer. Parrang Sabbil: Ritual suicide among the Tausug of Jolo // Bijdragen tot de Taal-, Land- en Volkenkunde. Deel 129, 1ste Afl., ANTHROPOLOGICA XV (1973), pp. 108-123
      Thomas M. Kiefer. Institutionalized Friendship and Warfare among the Tausug of Jolo // Ethnology. Vol. 7, No. 3 (Jul., 1968), pp. 225-244
      Thomas M. Kiefer. Power, Politics and Guns in Jolo: The Influence of Modern Weapons on Tao-Sug Legal and Economic Institutions // Philippine Sociological Review. Vol. 15, No. 1/2, Proceedings of the Fifth Visayas-Mindanao Convention: Philippine Sociological Society May 1-2, 1967 (JANUARY-APRIL, 1967), pp. 21-29
      Armando L. Tan. Shame, Reciprocity and Revenge: Some Reflections on the Ideological Basis of Tausug Conflict // Philippine Quarterly of Culture and Society. Vol. 9, No. 4 (December 1981), pp. 294-300.
       
      Linda A. Newson. Conquest and Pestilence in the Early Spanish Philippines. 2009.
      William Henry Scott. Barangay: Sixteenth-century Philippine Culture and Society. 1994.
      Laura Lee Junker. Raiding, Trading, and Feasting: The Political Economy of Philippine Chiefdoms. 1999.
      Vic Hurley. Swish Of The Kris: The Story Of The Moros. 1936. 
       
      Peter Bellwood. First Islanders. Prehistory and Human Migration in Island Southeast Asia. 2017
      Peter S. Bellwood. The Austronesians. Historical and Comparative Perspectives. 2006 (1995)
      Peter Bellwood. Prehistory of the Indo-Malaysian Archipelago. 2007 (первое издание - 1985, переработанное издание - 1997, это второе издание переработанного издания).
      Kirch, Patrick Vinton. On the Road of the Winds. An Archaeological History of the Pacific Islands. 2017. Это второе издание, расширенное и переработанное.
      Marshall David Sahlins. Social stratification in Polynesia. 1958 Тут.
    • "Примитивная война".
      By hoplit
      Небольшая подборка литературы по "примитивному" военному делу.
       
      - Prehistoric Warfare and Violence. Quantitative and Qualitative Approaches. 2018
      - Multidisciplinary Approaches to the Study of Stone Age Weaponry. Edited by Eric Delson, Eric J. Sargis. 2016
      - Л. Б. Вишняцкий. Вооруженное насилие в палеолите.
      - J. Christensen. Warfare in the European Neolithic.
      - DETLEF GRONENBORN. CLIMATE CHANGE AND SOCIO-POLITICAL CRISES: SOME CASES FROM NEOLITHIC CENTRAL EUROPE.
      - William A. Parkinson and Paul R. Duffy. Fortifications and Enclosures in European Prehistory: A Cross-Cultural Perspective.
      - Clare, L., Rohling, E.J., Weninger, B. and Hilpert, J. Warfare in Late Neolithic\Early Chalcolithic Pisidia, southwestern Turkey. Climate induced social unrest in the late 7th millennium calBC.
      - ПЕРШИЦ А. И., СЕМЕНОВ Ю. И., ШНИРЕЛЬМАН В. А. Война и мир в ранней истории человечества.
      - Алексеев А.Н., Жирков Э.К., Степанов А.Д., Шараборин А.К., Алексеева Л.Л. Погребение ымыяхтахского воина в местности Кёрдюген.
      -  José María Gómez, Miguel Verdú, Adela González-Megías & Marcos Méndez. The phylogenetic roots of human lethal violence // Nature 538, 233–237
      - Sticks, Stones, and Broken Bones: Neolithic Violence in a European Perspective. 2012
       
       
      - Иванчик А.И. Воины-псы. Мужские союзы и скифские вторжения в Переднюю Азию.
      - Α.Κ. Нефёдкин. ТАКТИКА СЛАВЯН В VI в. (ПО СВИДЕТЕЛЬСТВАМ РАННЕВИЗАНТИЙСКИХ АВТОРОВ).
      - Цыбикдоржиев Д.В. Мужской союз, дружина и гвардия у монголов: преемственность и конфликты.
      - Вдовченков E.B. Происхождение дружины и мужские союзы: сравнительно-исторический анализ и проблемы политогенеза в древних обществах.
      - Louise E. Sweet. Camel Raiding of North Arabian Bedouin: A Mechanism of Ecological Adaptation //  American Aiztlzropologist 67, 1965.
      - Peters E.L. Some Structural Aspects of the Feud among the Camel-Herding Bedouin of Cyrenaica // Africa: Journal of the International African Institute,  Vol. 37, No. 3 (Jul., 1967), pp. 261-282
       
       
      - Зуев А.С. О боевой тактике и военном менталитете коряков, чукчей и эскимосов.
      - Зуев А.С. Диалог культур на поле боя (о военном менталитете народов северо-востока Сибири в XVII–XVIII вв.).
      - О.А. Митько. Люди и оружие (воинская культура русских первопроходцев и коренного населения Сибири в эпоху позднего средневековья).
      - К.Г. Карачаров, Д. И. Ражев. Обычай скальпирования на севере Западной Сибири в Средние века.
      - Нефёдкин А.К. Военное дело чукчей (середина XVII—начало XX в.).
      - Зуев А.С. Русско-аборигенные отношения на крайнем Северо-Востоке Сибири во второй половине  XVII – первой четверти  XVIII  вв.
      - Антропова В.В. Вопросы военной организации и военного дела у народов крайнего Северо-Востока Сибири.
      - Головнев А.В. Говорящие культуры. Традиции самодийцев и угров.
      - Laufer В. Chinese Clay Figures. Pt. I. Prolegomena on the History of Defensive Armor // Field Museum of Natural History Publication 177. Anthropological Series. Vol. 13. Chicago. 1914. № 2. P. 73-315.
      - Нефедкин А.К. Защитное вооружение тунгусов в XVII – XVIII вв. [Tungus' armour] // Воинские традиции в археологическом контексте: от позднего латена до позднего средневековья / Составитель И. Г. Бурцев. Тула: Государственный военно-исторический и природный музей-заповедник «Куликово поле», 2014. С. 221-225.
      - Нефедкин А.К. Колесницы и нарты: к проблеме реконструкции тактики // Археология Евразийских степей. 2020
       
      - N. W. Simmonds. Archery in South East Asia s the Pacific.
      - Inez de Beauclair. Fightings and Weapons of the Yami of Botel Tobago.
      - Adria Holmes Katz. Corselets of Fiber: Robert Louis Stevenson's Gilbertese Armor.
      - Laura Lee Junker. WARRIOR BURIALS AND THE NATURE OF WARFARE IN PREHISPANIC PHILIPPINE CHIEFDOMS.
      - Andrew  P.  Vayda. WAR  IN ECOLOGICAL PERSPECTIVE PERSISTENCE,  CHANGE,  AND  ADAPTIVE PROCESSES IN  THREE  OCEANIAN  SOCIETIES.
      - D. U. Urlich. THE INTRODUCTION AND DIFFUSION OF FIREARMS IN NEW ZEALAND 1800-1840.
      - Alphonse Riesenfeld. Rattan Cuirasses and Gourd Penis-Cases in New Guinea.
      - W. Lloyd Warner. Murngin Warfare.
      - E. W. Gudger. Helmets from Skins of the Porcupine-Fish.
      - K. R. HOWE. Firearms and Indigenous Warfare: a Case Study.
      - Paul  D'Arcy. FIREARMS ON MALAITA -1870-1900. 
      - William Churchill. Club Types of Nuclear Polynesia.
      - Henry Reynolds. Forgotten war. 2013
      - Henry Reynolds. The Other Side of the Frontier. Aboriginal Resistance to the European Invasion of Australia. 1981
      - John Connor. Australian Frontier Wars, 1788-1838. 2002
      -  Ronald M. Berndt. Warfare in the New Guinea Highlands.
      - Pamela J. Stewart and Andrew Strathern. Feasting on My Enemy: Images of Violence and Change in the New Guinea Highlands.
      - Thomas M. Kiefer. Modes of Social Action in Armed Combat: Affect, Tradition and Reason in Tausug Private Warfare // Man New Series, Vol. 5, No. 4 (Dec., 1970), pp. 586-596
      - Thomas M. Kiefer. Reciprocity and Revenge in the Philippines: Some Preliminary Remarks about the Tausug of Jolo // Philippine Sociological Review. Vol. 16, No. 3/4 (JULY-OCTOBER, 1968), pp. 124-131
      - Thomas M. Kiefer. Parrang Sabbil: Ritual suicide among the Tausug of Jolo // Bijdragen tot de Taal-, Land- en Volkenkunde. Deel 129, 1ste Afl., ANTHROPOLOGICA XV (1973), pp. 108-123
      - Thomas M. Kiefer. Institutionalized Friendship and Warfare among the Tausug of Jolo // Ethnology. Vol. 7, No. 3 (Jul., 1968), pp. 225-244
      - Thomas M. Kiefer. Power, Politics and Guns in Jolo: The Influence of Modern Weapons on Tao-Sug Legal and Economic Institutions // Philippine Sociological Review. Vol. 15, No. 1/2, Proceedings of the Fifth Visayas-Mindanao Convention: Philippine Sociological Society May 1-2, 1967 (JANUARY-APRIL, 1967), pp. 21-29
      - Armando L. Tan. Shame, Reciprocity and Revenge: Some Reflections on the Ideological Basis of Tausug Conflict // Philippine Quarterly of Culture and Society. Vol. 9, No. 4 (December 1981), pp. 294-300.
      - Karl G. Heider, Robert Gardner. Gardens of War: Life and Death in the New Guinea Stone Age. 1968.
      - P. D'Arcy. Maori and Muskets from a Pan-Polynesian Perspective // The New Zealand journal of history 34(1):117-132. April 2000. 
      - Andrew P. Vayda. Maoris and Muskets in New Zealand: Disruption of a War System // Political Science Quarterly. Vol. 85, No. 4 (Dec., 1970), pp. 560-584
      - D. U. Urlich. The Introduction and Diffusion of Firearms in New Zealand 1800–1840 // The Journal of the Polynesian Society. Vol. 79, No. 4 (DECEMBER 1970), pp. 399-41
      -  Barry Craig. Material culture of the upper Sepik‪ // Journal de la Société des Océanistes 2018/1 (n° 146), pages 189 à 201
      -  Paul B. Rosco. Warfare, Terrain, and Political Expansion // Human Ecology. Vol. 20, No. 1 (Mar., 1992), pp. 1-20
      - Anne-Marie Pétrequin and Pierre Pétrequin. Flèches de chasse, flèches de guerre: Le cas des Danis d'Irian Jaya (Indonésie) // Anne-Marie Pétrequin and Pierre Pétrequin. Bulletin de la Société préhistorique française. T. 87, No. 10/12, Spécial bilan de l'année de l'archéologie (1990), pp. 484-511
      - Warfare // Douglas L. Oliver. Ancient Tahitian Society. 1974
      - Bard Rydland Aaberge. Aboriginal Rainforest Shields of North Queensland [unpublished manuscript]. 2009
      - Leonard Y. Andaya. Nature of War and Peace among the Bugis–Makassar People // South East Asia Research. Volume 12, 2004 - Issue 1
      - Forts and Fortification in Wallacea: Archaeological and Ethnohistoric Investigations. Terra Australis. 2020
       
       
      - Keith F. Otterbein. Higi Armed Combat.
      - Keith F. Otterbein. THE EVOLUTION OF ZULU WARFARE.
      - Myron J. Echenberg. Late nineteenth-century military technology in Upper Volta // The Journal of African History, 12, pp 241-254. 1971.
      - E. E. Evans-Pritchard. Zande Warfare // Anthropos, Bd. 52, H. 1./2. (1957), pp. 239-262
      - Julian Cobbing. The Evolution of Ndebele Amabutho // The Journal of African History. Vol. 15, No. 4 (1974), pp. 607-631
       
       
      - Elizabeth Arkush and Charles Stanish. Interpreting Conflict in the Ancient Andes: Implications for the Archaeology of Warfare.
      - Elizabeth Arkush. War, Chronology, and Causality in the Titicaca Basin.
      - R.B. Ferguson. Blood of the Leviathan: Western Contact and Warfare in Amazonia.
      - J. Lizot. Population, Resources and Warfare Among the Yanomami.
      - Bruce Albert. On Yanomami Warfare: Rejoinder.
      - R. Brian Ferguson. Game Wars? Ecology and Conflict in Amazonia. 
      - R. Brian Ferguson. Ecological Consequences of Amazonian Warfare.
      - Marvin Harris. Animal Capture and Yanomamo Warfare: Retrospect and New Evidence.
       
       
      - Lydia T. Black. Warriors of Kodiak: Military Traditions of Kodiak Islanders.
      - Herbert D. G. Maschner and Katherine L. Reedy-Maschner. Raid, Retreat, Defend (Repeat): The Archaeology and Ethnohistory of Warfare on the North Pacific Rim.
      - Bruce Graham Trigger. Trade and Tribal Warfare on the St. Lawrence in the Sixteenth Century.
      - T. M. Hamilton. The Eskimo Bow and the Asiatic Composite.
      - Owen K. Mason. The Contest between the Ipiutak, Old Bering Sea, and Birnirk Polities and the Origin of Whaling during the First Millennium A.D. along Bering Strait.
      - Caroline Funk. The Bow and Arrow War Days on the Yukon-Kuskokwim Delta of Alaska.
      - HERBERT MASCHNER AND OWEN K. MASON. The Bow and Arrow in Northern North America. 
      - NATHAN S. LOWREY. AN ETHNOARCHAEOLOGICAL INQUIRY INTO THE FUNCTIONAL RELATIONSHIP BETWEEN PROJECTILE POINT AND ARMOR TECHNOLOGIES OF THE NORTHWEST COAST.
      - F. A. Golder. Primitive Warfare among the Natives of Western Alaska. 
      - Donald Mitchell. Predatory Warfare, Social Status, and the North Pacific Slave Trade. 
      - H. Kory Cooper and Gabriel J. Bowen. Metal Armor from St. Lawrence Island. 
      - Katherine L. Reedy-Maschner and Herbert D. G. Maschner. Marauding Middlemen: Western Expansion and Violent Conflict in the Subarctic.
      - Madonna L. Moss and Jon M. Erlandson. Forts, Refuge Rocks, and Defensive Sites: The Antiquity of Warfare along the North Pacific Coast of North America.
      - Owen K. Mason. Flight from the Bering Strait: Did Siberian Punuk/Thule Military Cadres Conquer Northwest Alaska?
      - Joan B. Townsend. Firearms against Native Arms: A Study in Comparative Efficiencies with an Alaskan Example. 
      - Jerry Melbye and Scott I. Fairgrieve. A Massacre and Possible Cannibalism in the Canadian Arctic: New Evidence from the Saunaktuk Site (NgTn-1).
      - McClelland A.V. The Evolution of Tlingit Daggers // Sharing Our Knowledge. The Tlingit and Their Coastal Neighbors. 2015
       
       
      - ФРЭНК СЕКОЙ. ВОЕННЫЕ НАВЫКИ ИНДЕЙЦЕВ ВЕЛИКИХ РАВНИН.
      - Hoig, Stan. Tribal Wars of the Southern Plains.
      - D. E. Worcester. Spanish Horses among the Plains Tribes.
      - DANIEL J. GELO AND LAWRENCE T. JONES III. Photographic Evidence for Southern Plains Armor.
      - Heinz W. Pyszczyk. Historic Period Metal Projectile Points and Arrows, Alberta, Canada: A Theory for Aboriginal Arrow Design on the Great Plains.
      - Waldo R. Wedel. CHAIN MAIL IN PLAINS ARCHEOLOGY.
      - Mavis Greer and John Greer. Armored Horses in Northwestern Plains Rock Art.
      - James D. Keyser, Mavis Greer and John Greer. Arminto Petroglyphs: Rock Art Damage Assessment and Management Considerations in Central Wyoming.
      - Mavis Greer and John Greer. Armored
 Horses 
in 
the 
Musselshell
 Rock 
Art
 of Central
 Montana.
      - Thomas Frank Schilz and Donald E. Worcester. The Spread of Firearms among the Indian Tribes on the Northern Frontier of New Spain.
      - Стукалин Ю. Военное дело индейцев Дикого Запада. Энциклопедия.
      - James D. Keyser and Michael A. Klassen. Plains Indian rock art.
       
       
      - D. Bruce Dickson. The Yanomamo of the Mississippi Valley? Some Reflections on Larson (1972), Gibson (1974), and Mississippian Period Warfare in the Southeastern United States.
      - Steve A. Tomka. THE ADOPTION OF THE BOW AND ARROW: A MODEL BASED ON EXPERIMENTAL PERFORMANCE CHARACTERISTICS.
      - Wayne  William  Van  Horne. The  Warclub: Weapon  and  symbol  in  Southeastern  Indian  Societies.
      - W.  KARL  HUTCHINGS s  LORENZ  W.  BRUCHER. Spearthrower performance: ethnographic and  experimental research.
      - DOUGLAS J. KENNETT, PATRICIA M. LAMBERT, JOHN R. JOHNSON, AND BRENDAN J. CULLETON. Sociopolitical Effects of Bow and Arrow Technology in Prehistoric Coastal California.
      - The Ethics of Anthropology and Amerindian Research Reporting on Environmental Degradation and Warfare. Editors Richard J. Chacon, Rubén G. Mendoza.
      - Walter Hough. Primitive American Armor. Тут, тут и тут.
      - George R. Milner. Nineteenth-Century Arrow Wounds and Perceptions of Prehistoric Warfare.
      - Patricia M. Lambert. The Archaeology of War: A North American Perspective.
      - David E. Jonesэ Native North American Armor, Shields, and Fortifications.
      - Laubin, Reginald. Laubin, Gladys. American Indian Archery.
      - Karl T. Steinen. AMBUSHES, RAIDS, AND PALISADES: MISSISSIPPIAN WARFARE IN THE INTERIOR SOUTHEAST.
      - Jon L. Gibson. Aboriginal Warfare in the Protohistoric Southeast: An Alternative Perspective. 
      - Barbara A. Purdy. Weapons, Strategies, and Tactics of the Europeans and the Indians in Sixteenth- and Seventeenth-Century Florida.
      - Charles Hudson. A Spanish-Coosa Alliance in Sixteenth-Century North Georgia.
      - Keith F. Otterbein. Why the Iroquois Won: An Analysis of Iroquois Military Tactics.
      - George R. Milner. Warfare in Prehistoric and Early Historic Eastern North America // Journal of Archaeological Research, Vol. 7, No. 2 (June 1999), pp. 105-151
      - George R. Milner, Eve Anderson and Virginia G. Smith. Warfare in Late Prehistoric West-Central Illinois // American Antiquity. Vol. 56, No. 4 (Oct., 1991), pp. 581-603
      - Daniel K. Richter. War and Culture: The Iroquois Experience. 
      - Jeffrey P. Blick. The Iroquois practice of genocidal warfare (1534‐1787).
      - Michael S. Nassaney and Kendra Pyle. The Adoption of the Bow and Arrow in Eastern North America: A View from Central Arkansas.
      - J. Ned Woodall. MISSISSIPPIAN EXPANSION ON THE EASTERN FRONTIER: ONE STRATEGY IN THE NORTH CAROLINA PIEDMONT.
      - Roger Carpenter. Making War More Lethal: Iroquois vs. Huron in the Great Lakes Region, 1609 to 1650.
      - Craig S. Keener. An Ethnohistorical Analysis of Iroquois Assault Tactics Used against Fortified Settlements of the Northeast in the Seventeenth Century.
      - Leroy V. Eid. A Kind of : Running Fight: Indian Battlefield Tactics in the Late Eighteenth Century.
      - Keith F. Otterbein. Huron vs. Iroquois: A Case Study in Inter-Tribal Warfare.
      - Jennifer Birch. Coalescence and Conflict in Iroquoian Ontario // Archaeological Review from Cambridge - 25.1 - 2010
      - William J. Hunt, Jr. Ethnicity and Firearms in the Upper Missouri Bison-Robe Trade: An Examination of Weapon Preference and Utilization at Fort Union Trading Post N.H.S., North Dakota.
      - Patrick M. Malone. Changing Military Technology Among the Indians of Southern New England, 1600-1677.
      - David H. Dye. War Paths, Peace Paths An Archaeology of Cooperation and Conflict in Native Eastern North America.
      - Wayne Van Horne. Warfare in Mississippian Chiefdoms.
      - Wayne E. Lee. The Military Revolution of Native North America: Firearms, Forts, and Polities // Empires and indigenes: intercultural alliance, imperial expansion, and warfare in the early modern world. Edited by Wayne E. Lee. 2011
      - Steven LeBlanc. Prehistoric Warfare in the American Southwest. 1999.
      - Keith F. Otterbein. A History of Research on Warfare in Anthropology // American Anthropologist. Vol. 101, No. 4 (Dec., 1999), pp. 794-805
      - Lee, Wayne. Fortify, Fight, or Flee: Tuscarora and Cherokee Defensive Warfare and Military Culture Adaptation // The Journal of Military History, Volume 68, Number 3, July 2004, pp. 713-770
      - Wayne E. Lee. Peace Chiefs and Blood Revenge: Patterns of Restraint in Native American Warfare, 1500-1800 // The Journal of Military History. Vol. 71, No. 3 (Jul., 2007), pp. 701-741
       
      - Weapons, Weaponry and Man: In Memoriam Vytautas Kazakevičius (Archaeologia Baltica, Vol. 8). 2007
      - The Horse and Man in European Antiquity: Worldview, Burial Rites, and Military and Everyday Life (Archaeologia Baltica, Vol. 11). 2009
      - The Taking and Displaying of Human Body Parts as Trophies by Amerindians. 2007
      - The Ethics of Anthropology and Amerindian Research. Reporting on Environmental Degradation and Warfare. 2012
      - Empires and Indigenes: Intercultural Alliance, Imperial Expansion, and Warfare in the Early Modern World. 2011
      - A. Gat. War in Human Civilization.
      - Keith F. Otterbein. Killing of Captured Enemies: A Cross‐cultural Study.
      - Azar Gat. The Causes and Origins of "Primitive Warfare": Reply to Ferguson.
      - Azar Gat. The Pattern of Fighting in Simple, Small-Scale, Prestate Societies.
      - Lawrence H. Keeley. War Before Civilization: the Myth of the Peaceful Savage.
      - Keith F. Otterbein. Warfare and Its Relationship to the Origins of Agriculture.
      - Jonathan Haas. Warfare and the Evolution of Culture.
      - М. Дэйви. Эволюция войн.
      - War in the Tribal Zone Expanding States and Indigenous Warfare Edited by R. Brian Ferguson and Neil L. Whitehead.
      - I.J.N. Thorpe. Anthropology, Archaeology, and the Origin of Warfare.
      - Антропология насилия. Новосибирск. 2010.
      - Jean Guilaine and Jean Zammit. The origins of war: violence in prehistory. 2005. Французское издание было в 2001 году - le Sentier de la Guerre: Visages de la violence préhistorique.
      - Warfare in Bronze Age Society. 2018
      - Ian Armit. Headhunting and the Body in Iron Age Europe. 2012
      - The Cambridge World History of Violence. Vol. I-IV. 2020

    • Сеньориальные и "частные" войны.
      By hoplit
      - Justine Firnhaber-Baker. From God’s Peace to the King’s Order: Late Medieval Limitations on Non-Royal Warfare // Essays in Medieval Studies Volume 23, 2006.
      - Justine Firnhaber-Baker. Seigneurial War and Royal Power in Later Medieval Southern France // Past & Present, Vol. 208, No. 1, 2010, p. 37-76.
      - Justine Firnhaber-Baker. Techniques of seigneurial war in the fourteenth century // Journal of Medieval History 36(1): 90-103. 2010.
       - Gadi Algazi. Pruning Peasants Private War and Maintaining the Lords’ Peace in Late Medieval Germany // Medieval Transformations: Texts, Power and Gifts in Context, Esther Cohen & Mayke de Jong eds. (Leiden: Brill, 2000), pp. 245–274.
      -  Geary Patrick J. Vivre en conflit dans une France sans État : typologie des mécanismes de règlement des conflits (1050-1200) // Annales. Economies, sociétés, civilisations. 41ᵉ année, N. 5, 1986. pp. 1107-1133
       
      Также - Justine Firnhaber-Baker. Violence and the State in Languedoc, 1250-1400. 2014.
       
      Сборник статей по "приватным войнам" в домонгольском Иране - Iranian Studies, volume 38, number 4, December 2005.
      - Jürgen Paul. Introduction: Private warfare in pre-Mongol Iran.
      - Ahmed Abdelsalam. The practice of violence in the ḥisba-theories.
      - Deborah Tor. Privatized Jihad and public order in the pre-Seljuq period: The role of the Mutatawwi‘a.
      - Jürgen Paul. The Seljuq conquest(s) of Nishapur: A reappraisal.
      - David Durand-guédy. Iranians at war under Turkish domination: The example of pre-Mongol Isfahan. 
       
      Juergen Paul
      -  Juergen Paul. The State and the military: the Samanid case // Papers on hater Asia, 26. 1994
      - Juergen Paul. Armies, lords, and subjects in medieval Iran // The Cambridge World History of Violence, vol. 2. 2020
      - Juergen Paul. The State and the Military – a Nomadic Perspective // Militär und Staatlichkeit. Beiträge des Kolloquiums am 29. und 30.04.2002. 2003
      И у него же - пачка свежих интересных работ по региональной элите. К примеру:
      Juergen Paul. Who Were the Mulūk Fārs // Transregional and Regional Elites - Connecting the Early Islamic Empire. 2020
      Juergen Paul. Local Lords or Rural Notables? Some Remarks on the ra'is in Twelfth Century Eastern Iran // Medieval Central Asia and the Persianate World. Iranian Tradition and Islamic Civilisation. 2015
      Juergen Paul. Hasanwayh b. Husayn al-Kurdi: From freehold castles to vassality? // The Abbasid and Carolingian Empires. Comparative Studies in Civilizational Formation. 2017
       
    • Мусульманские армии Средних веков
      By hoplit
      Maged S. A. Mikhail. Notes on the "Ahl al-Dīwān": The Arab-Egyptian Army of the Seventh through the Ninth Centuries C.E. // Journal of the American Oriental Society,  Vol. 128, No. 2 (Apr. - Jun., 2008), pp. 273-284
      David Ayalon. Studies on the Structure of the Mamluk Army // Bulletin of the School of Oriental and African Studies, University of London
      David Ayalon. Aspects of the Mamlūk Phenomenon // Journal of the History and Culture of the Middle East
      Bethany J. Walker. Militarization to Nomadization: The Middle and Late Islamic Periods // Near Eastern Archaeology,  Vol. 62, No. 4 (Dec., 1999), pp. 202-232
      David Ayalon. The Mamlūks of the Seljuks: Islam's Military Might at the Crossroads //  Journal of the Royal Asiatic Society, Third Series, Vol. 6, No. 3 (Nov., 1996), pp. 305-333
      David Ayalon. The Auxiliary Forces of the Mamluk Sultanate // Journal of the History and Culture of the Middle East. Volume 65, Issue 1 (Jan 1988)
      C. E. Bosworth. The Armies of the Ṣaffārids // Bulletin of the School of Oriental and African Studies, University of London,  Vol. 31, No. 3 (1968), pp. 534-554
      C. E. Bosworth. Military Organisation under the Būyids of Persia and Iraq // Oriens,  Vol. 18/19 (1965/1966), pp. 143-167
      R. Stephen Humphreys. The Emergence of the Mamluk Army //  Studia Islamica,  No. 45 (1977), pp. 67-99
      R. Stephen Humphreys. The Emergence of the Mamluk Army (Conclusion) // Studia Islamica,  No. 46 (1977), pp. 147-182
      Nicolle, D. The military technology of classical Islam. PhD Doctor of Philosophy. University of Edinburgh. 1982
      Nicolle D. Fighting for the Faith: the many fronts of Crusade and Jihad, 1000-1500 AD. 2007
      Nicolle David. Cresting on Arrows from the Citadel of Damascus // Bulletin d’études orientales, 2017/1 (n° 65), p. 247-286.
      David Nicolle. The Zangid bridge of Ǧazīrat ibn ʿUmar (ʿAyn Dīwār/Cizre): a New Look at the carved panel of an armoured horseman // Bulletin d’études orientales, LXII. 2014
      David Nicolle. The Iconography of a Military Elite: Military Figures on an Early Thirteenth-Century Candlestick. В трех частях. 2014-19
      Patricia Crone. The ‘Abbāsid Abnā’ and Sāsānid Cavalrymen // Journal of the Royal Asiatic Society of Great Britain & Ireland, 8 (1998)
      D.G. Tor. The Mamluks in the military of the pre-Seljuq Persianate dynasties // Iran,  Vol. 46 (2008), pp. 213-225 (!)
      J. W. Jandora. Developments in Islamic Warfare: The Early Conquests // Studia Islamica,  No. 64 (1986), pp. 101-113
      John W. Jandora. The Battle of the Yarmuk: A Reconstruction // Journal of Asian History, 19 (1): 8–21. 1985
      Khalil ʿAthamina. Non-Arab Regiments and Private Militias during the Umayyād Period // Arabica, T. 45, Fasc. 3 (1998), pp. 347-378
      B.J. Beshir. Fatimid Military Organization // Der Islam. Volume 55, Issue 1, Pages 37–56
      Andrew C. S. Peacock. Nomadic Society and the Seljūq Campaigns in Caucasia // Iran & the Caucasus,  Vol. 9, No. 2 (2005), pp. 205-230
      Jere L. Bacharach. African Military Slaves in the Medieval Middle East: The Cases of Iraq (869-955) and Egypt (868-1171) //  International Journal of Middle East Studies,  Vol. 13, No. 4 (Nov., 1981), pp. 471-495
      Deborah Tor. Privatized Jihad and public order in the pre-Seljuq period: The role of the Mutatawwi‘a // Iranian Studies, 38:4, 555-573
      Гуринов Е.А. , Нечитайлов М.В. Фатимидская армия в крестовых походах 1096 - 1171 гг. // "Воин" (Новый) №10. 2010. Сс. 9-19
      Нечитайлов М.В. Мусульманское завоевание Испании. Армии мусульман // Крылов С.В., Нечитайлов М.В. Мусульманское завоевание Испании. Saarbrücken: LAMBERT Academic Publishing, 2015.
      Нечитайлов М.В., Гуринов Е.А. Армия Саладина (1171-1193 гг.) (1) // Воин № 15. 2011. Сс. 13-25. И часть два.
      Нечитайлов М.В., Шестаков Е.В. Андалусские армии: от Амиридов до Альморавидов (1009-1090 гг.) (1) // Воин №12. 2010. 
      Kennedy, H.N. The Military Revolution and the Early Islamic State // Noble ideals and bloody realities. Warfare in the middle ages. P. 197-208. 2006.
      Kennedy, H.N. Military pay and the economy of the early Islamic state // Historical research LXXV (2002), pp. 155–69.
      Kennedy, H.N. The Financing of the Military in the Early Islamic State // The Byzantine and Early Islamic Near East. Vol. III, ed. A. Cameron (Princeton, Darwin 1995), pp. 361–78.
      H.A.R. Gibb. The Armies of Saladin // Studies on the Civilization of Islam. 1962
      David Neustadt. The Plague and Its Effects upon the Mamlûk Army // The Journal of the Royal Asiatic Society of Great Britain and Ireland. No. 1 (Apr., 1946), pp. 67-73
      Ulrich Haarmann. The Sons of Mamluks as Fief-holders in Late Medieval Egypt // Land tenure and social transformation in the Middle East. 1984
      H. Rabie. The Size and Value of the Iqta in Egypt 564-741 A.H./l 169-1341 A.D. // Studies in the Economic History of the Middle East: from the Rise of Islam to the Present Day. 1970
      Yaacov Lev. Infantry in Muslim armies during the Crusades // Logistics of warfare in the Age of the Crusades. 2002. Pp. 185-208
      Yaacov Lev. Army, Regime, and Society in Fatimid Egypt, 358-487/968-1094 // International Journal of Middle East Studies. Vol. 19, No. 3 (Aug., 1987), pp. 337-365
      E. Landau-Tasseron. Features of the Pre-Conquest Muslim Army in the Time of Mu ̨ammad // The Byzantine and Early Islamic near East. Vol. III: States, Resources and Armies. 1995. Pp. 299-336
      Shihad al-Sarraf. Mamluk Furusiyah Literature and its Antecedents // Mamluk Studies Review. vol. 8/4 (2004): 141–200.
      Rabei G. Khamisy Baybarsʼ Strategy of War against the Franks // Journal of Medieval Military History. Volume XVI. 2018
      Manzano Moreno. El asentamiento y la organización de los yund-s sirios en al-Andalus // Al-Qantara: Revista de estudios arabes, vol. XIV, fasc. 2 (1993), p. 327-359
      Amitai, Reuven. Foot Soldiers, Militiamen and Volunteers in the Early Mamluk Army // Texts, Documents and Artifacts: Islamic Studies in Honour of D.S. Richards. Leiden: Brill, 2003
      Reuven Amitai. The Resolution of the Mongol-Mamluk War // Mongols, Turks, and others : Eurasian nomads and the sedentary world. 2005
      Juergen Paul. The State and the military: the Samanid case // Papers on hater Asia, 26. 1994
       
      Kennedy, Hugh. The Armies of the Caliphs: Military and Society in the Early Islamic State Warfare and History. 2001
      Blankinship, Khalid Yahya. The End of the Jihâd State: The Reign of Hisham Ibn Àbd Al-Malik and the Collapse of the Umayyads. 1994.
      D.G. Tor. Violent Order: Religious Warfare, Chivalry, and the 'Ayyar Phenomenon in the Medieval Islamic World. 2007
      Michael Bonner. Aristocratic Violence and Holy War. Studies in the Jihad and the Arab-Byzantine Frontier. 1996
      Patricia Crone. Slaves on Horses. The Evolution of the Islamic Polity. 1980
      Hamblin W. J. The Fatimid Army During the Early Crusades. 1985
      Daniel Pipes. Slave Soldiers and Islam: The Genesis of a Military System. 1981
       
      P.S. Большую часть работ Николя в список вносить не стал - его и так все знают. Пишет хорошо, читать все. Часто пространные главы про армиям мусульманского Леванта есть в литературе по Крестовым походам. Хоть в R.C. Smail. Crusading Warfare 1097-1193, хоть в Steven Tibble. The Crusader Armies: 1099-1187 (!)...
    • Северо-восточная Индия.
      By hoplit
      Апатани.
      С длинными копьями. Где-то 5-6 метров?

      Щит и копьё. Чем не пельта?

      На части фото копья не такие длинные.



      А вот тут, кажется, явно разнокалиберные.

       
      The Nagas. Hill Peoples of Northeast India