Чжан Гэда

Системы организации огня пехоты.

133 posts in this topic

Только что, hoplit сказал:

С другой стороны - бухает и сверкает, и аркебузиров не то что бы мало - треть/четверть от общего числа стрелков, к примеру.

На удивление - но даже в Европе считали, что "бухает и сверкает - ни о чем", и предпочитали прицельному огню залповый. Т.е. разом рухнет человек 20 - уже красиво и на нервы врагу действует. А если за 5 минут рухнет 30 человек - это не так красиво и большинство почти не заметит их потери.

Только что, hoplit сказал:

- Гюити перенес реалии начала 17 века с массами аркебузиров на треть века назад.

Там реалий уже было - фиг да не фига.

Куда Корею денем?

Share this post


Link to post
Share on other sites


26 минуты назад, Чжан Гэда сказал:

На удивление - но даже в Европе считали, что "бухает и сверкает - ни о чем", и предпочитали прицельному огню залповый. Т.е. разом рухнет человек 20 - уже красиво и на нервы врагу действует. А если за 5 минут рухнет 30 человек - это не так красиво и большинство почти не заметит их потери.

В "Зохо моногатари" как-то не видно "залпового огня", наоборот - "стреляй редко, но метко, береги заряды". Да и в поле они не так чтобы часто сражались. Опять же - в 15 веке в Европе стрелков с огнестрелом часто использовали в смешанных построениях с другими стрелками. Да и "прицельный огонь" "залповому" не противостоит. Просто в реалиях 18 века на обычной дистанции боя стрельба в направлении противника без прицеливания и с прицеливанием существенной разницы не давала. 

 

26 минуты назад, Чжан Гэда сказал:

Там реалий уже было - фиг да не фига.

Сэкигахара и Осака. И там, вроде бы, по Конлану (статистика ранений), лук на фоне аркебузы почти не просматривается. А вот во второй половине 16 века используется еще довольно широко. 

26 минуты назад, Чжан Гэда сказал:

Куда Корею денем?

Сложно сказать. С одной стороны попадалось указание Хидэеси "собирать аркебузиров вместе и использовать в авангарде", с другой "нам нужны только аркебузы, присылайте как можно больше, другое оружие мы тут почти не используем". 

Share this post


Link to post
Share on other sites
Только что, hoplit сказал:

В "Зохо моногатари" как-то не видно "залпового огня", наоборот - "стреляй редко, но метко, береги заряды". Да и в поле они не так чтобы часто сражались.

"Дзохё моногатари" написано очень поздно, но и там стрелков строят отдельно. А толкового перевода нет - не считать же таковым то, что выложено мосье ШпакOFFcким?

Только что, hoplit сказал:

Опять же - в 15 веке в Европе стрелков с огнестрелом часто использовали в смешанных построениях с другими стрелками.

XV или XVI? Вот в чем вопрос!

Только что, hoplit сказал:

Сэкигахара и Осака. И там, вроде бы, по Конлану (статистика ранений), лук на фоне аркебузы почти не просматривается. А вот во второй половине 16 века используется еще довольно широко. 

Но ведь Осака - это уже не полевое сражение, а осада.

Только что, hoplit сказал:

Сложно сказать. С одной стороны попадалось указание Хидэеси "собирать аркебузиров вместе и использовать в авангарде", с другой "нам нужны только аркебузы, присылайте как можно больше, другое оружие мы тут почти не используем". 

Естественно, что с чего-то начиналось - сначала собрали 100 стрелков вместе, потом - 1000, потом ... Ничего не стоит на месте.

Share this post


Link to post
Share on other sites
17 минуту назад, Чжан Гэда сказал:

"Дзохё моногатари" написано очень поздно, но и там стрелков строят отдельно. А толкового перевода нет - не считать же таковым то, что выложено мосье ШпакOFFcким?

Английский перевод я вам переслал. 

17 минуту назад, Чжан Гэда сказал:

XV или XVI? Вот в чем вопрос!

Скорее в 15-м. Но и в 16-м далеко все не просто. Те же французы до 1530-х аркебузы почти не использовали, сравнительно с теми же немцами. Туго огнестрел шел у англичан, которые использовали лучников до конца 16 века. Как была организована стрельба в 16 веке - чаще всего "темный лес". Да и аркебузиры зачастую были скорее "легкой пехотой" и "скирмишерами", действовавшими в рассыпанном строю на пересеченной местности.

 

17 минуту назад, Чжан Гэда сказал:

Но ведь Осака - это уже не полевое сражение, а осада.

У Нобунаги, если не трогать события до похода на Киото, целых два больших полевых сражения - Анэ-гава и Нагасино. При Нагасино - оборона укрепленной позиции. Зато осады и штурмы почти на каждой странице. При Анэ, кажется, свалка с ближним боем.

17 минуту назад, Чжан Гэда сказал:

Естественно, что с чего-то начиналось - сначала собрали 100 стрелков вместе, потом - 1000, потом ... Ничего не стоит на месте.

Вопрос - когда. Кроме этого - вроде бы японцам большие однообразно вооруженные отряды несвойственны. 

Share this post


Link to post
Share on other sites
Только что, hoplit сказал:

Английский перевод я вам переслал. 

Я предпочту японский оригинал - и сам могу посмотреть, и товарищей попросить, если что-то будет оставаться неясным.

Только что, hoplit сказал:

Но и в 16-м далеко все не просто.

Даже турки и всякие пиринейцы научились в те годы массово юзать огнестрельное оружие...

Только что, hoplit сказал:

Зато осады и штурмы почти на каждой странице. 

Там залповая стрельба не так актуальна.

Только что, hoplit сказал:

Вопрос - когда. Кроме этого - вроде бы японцам большие однообразно вооруженные отряды несвойственны. 

В промежутке между 1550-ми и 1592.

Share this post


Link to post
Share on other sites
17 минуту назад, Чжан Гэда сказал:

Я предпочту японский оригинал - и сам могу посмотреть, и товарищей попросить, если что-то будет оставаться неясным.

http://dl.ndl.go.jp/search/searchResult?featureCode=all&searchWord=雑兵物語&viewRestricted=0

18 минуту назад, Чжан Гэда сказал:

Даже турки и всякие пиринейцы научились в те годы массово юзать огнестрельное оружие...

Его можно использовать по-разному. 

19 минуту назад, Чжан Гэда сказал:

Там залповая стрельба не так актуальна.

О чем и речь. Не говоря о том, что "залп", который "одновременный выстрел из нескольких ружей" понятие очень растяжимое. 

22 минуты назад, Чжан Гэда сказал:

В промежутке между 1550-ми и 1592.

Это 40 с лихом лет. Французы в 1520-е почти не использовали аркебузу, хотя прекрасно о ней знали. В 1550-е у них уже более трети пехотинцев с огнестрельным оружием.

Share this post


Link to post
Share on other sites
4 часа назад, hoplit сказал:

Это 40 с лихом лет.

У даймё на Танэгасима было мало воинов, но у первого появилось огнестрельное оружие. Он сделал для своих 1,5 воинов 1 аркебузу - и тут же массировал (естественно, берем реальные количества). А другие - позже набирали количество стволов и массировали.

А турки как раз прислали 900 своих янычар в Эфиопию, чтобы бороться с португальцами - роль играла как раз залповая стрельба по наступающей коннице, как со стороны португальцев (по адальской коннице), так и турок (по амхарской коннице).

Share this post


Link to post
Share on other sites

Оригинал на японском, а не камбуне. К тому же рукописный, с потугами на каллиграфию. Это плохо.

Нужен печатный текст - или ксилограф, или современный набор.

Share this post


Link to post
Share on other sites
9 часов назад, Чжан Гэда сказал:

У даймё на Танэгасима было мало воинов, но у первого появилось огнестрельное оружие. Он сделал для своих 1,5 воинов 1 аркебузу - и тут же массировал (естественно, берем реальные количества). А другие - позже набирали количество стволов и массировали.

Ни о чем не говорит.

Цитата

One archer foot soldier should be between two musket foot soldiers; therefore, shoot your arrows while they are loading their guns. You should not shoot arrows together with the two muskets. Remember, shoot in-between the intervals.

 

9 часов назад, Чжан Гэда сказал:

А турки как раз прислали 900 своих янычар в Эфиопию, чтобы бороться с португальцами - роль играла как раз залповая стрельба по наступающей коннице, как со стороны португальцев (по адальской коннице), так и турок (по амхарской коннице).

"Залповая" - бесполезное "резиновое" слово. Есть масса разных систем организации огня. Какой тип практиковали турецкие стрелки 16 века - неизвестно вообще. И не стоит забывать, что турецкая пехота не имела в своем составе отрядов пикинеров или павизьеров, поэтому вела бой из-за полевых укреплений.

9 часов назад, Чжан Гэда сказал:

Нужен печатный текст - или ксилограф, или современный набор.

 У японцев, насколько вижу, с этим сурово. В интернете - сканы старых изданий, часто с защитой, которая даже выделить слово не дает.

Share this post


Link to post
Share on other sites
1 час назад, hoplit сказал:

Есть масса разных систем организации огня.

Для несовершенного оружия, которым пользовались в XV-XVI вв., кроме организованного залпа, серьезной альтернативы не было. Залп можно дать не всей шеренгой, а ее частью, это да. Но стрелять из заведомо не снайперского оружия, посылающего свой снаряд на маленькую дистанцию, одиночными выстрелами - это только в фильмах а-ля "Мённян".

1 час назад, hoplit сказал:

Какой тип практиковали турецкие стрелки 16 века - неизвестно вообще.

Очень простой - такой же, как ранее и из луков. Т.е. разовый по команде залп всех стрелков шеренги.

Иначе конницу не остановить.

1 час назад, hoplit сказал:

И не стоит забывать, что турецкая пехота не имела в своем составе отрядов пикинеров или павизьеров, поэтому вела бой из-за полевых укреплений.

Она вела бой по-разному.

1 час назад, hoplit сказал:

Ни о чем не говорит.

Есть вполне конкретный промежуток времени, в котором надо искать. Об это - точно говорит.

Share this post


Link to post
Share on other sites
В 01.06.2016в11:04, Чжан Гэда сказал:

Для несовершенного оружия, которым пользовались в XV-XVI вв., кроме организованного залпа, серьезной альтернативы не было. Залп можно дать не всей шеренгой, а ее частью, это да. Но стрелять из заведомо не снайперского оружия, посылающего свой снаряд на маленькую дистанцию, одиночными выстрелами - это только в фильмах а-ля "Мённян".

Еще раз - слово "залп" полностью бесполезно. Стрельба выступными и отступными шеренгами (караколь), выступными рядами (караколь), выступными "пачками", стрельба "через одного", стрельба "по-готовности", стрельба шеренгами, стрельба плутонгами, стрельба фирингами, стрельба рядами и так далее. В рамках батальона, роты, взвода, группы из нескольких рядов... И это 17 и 18 века, так как надежных данных по организации огня в Западной Европе на 16 век и ранее у нас просто нет. 

В 01.06.2016в11:04, Чжан Гэда сказал:

Очень простой - такой же, как ранее и из луков. Т.е. разовый по команде залп всех стрелков шеренги.

Иначе конницу не остановить.

У нас есть надежные описания, что турки били из луков залпами по команде? Между конницей и стрелками ставим "боевой воз". На него - фальконет или два. И десяток аркебузиров. Далее палим с максимальной скоростью. И конницу останавливает не столько стрельба, сколько воз/колья/ров.

В 01.06.2016в11:04, Чжан Гэда сказал:

Она вела бой по-разному.

В поле - именно так. 

Share this post


Link to post
Share on other sites
17 час назад, hoplit сказал:

И это 17 и 18 века, так как надежных данных по организации огня в Западной Европе на 16 век и ранее у нас просто нет. 

Вообще-то, конечно, есть "уставы" и мемуары. В XVI в. использовали как различные варианты караколе, так и, изредка, залпы. Нужно также помнить, что в Западной Европе подразделения стрелков были обычно относительно невелики - отряд мог состоять из 100-400 человек - и строились они, как правило, достаточно глубоко, в 5+ шеренг, чтобы во время караколирования солдаты успевали перезарядить ружья. Стреляла, естественно, только первая шеренга.

Share this post


Link to post
Share on other sites
11 час назад, Илья Литсиос сказал:

В XVI в. использовали как различные варианты караколе, так и, изредка, залпы.

ИМХО, масло масленое.

Стрельба велась залпом, а вот как обеспечивалось перезаряжание - караколе, нидерфаллен и т.п. - это другой вопрос.

Ведь при караколировании все равно стреляла разом шеренга (залп), и только для организации перезаряжания солдаты этой шеренги отходили назад (или задние, с заряженными ружьями - вперед).

Этот прием, на 1670-е гг. 100% был известен в Китае. И при обучении использовали, в т.ч. пленных русских, как инструкторов.

Share this post


Link to post
Share on other sites
11 час назад, Илья Литсиос сказал:

Нужно также помнить, что в Западной Европе подразделения стрелков были обычно относительно невелики - отряд мог состоять из 100-400 человек

Это логично - рота и батальон. Сложно управиться с бОльшей массой в нерасчлененном виде.

Но массирование огня достигается сочетанием этих небольших (относительно) подразделений в одной линии.

Share this post


Link to post
Share on other sites
В 03.06.2016в09:09, Илья Литсиос сказал:

Вообще-то, конечно, есть "уставы" и мемуары. В XVI в. использовали как различные варианты караколе, так и, изредка, залпы. Нужно также помнить, что в Западной Европе подразделения стрелков были обычно относительно невелики - отряд мог состоять из 100-400 человек - и строились они, как правило, достаточно глубоко, в 5+ шеренг, чтобы во время караколирования солдаты успевали перезарядить ружья. Стреляла, естественно, только первая шеренга.

Я, к сожалению, не Томсинов или Гуров, но из того, что читал (статьи и кое-какая литература), получается примерно так

- Большая часть "уставов" за 16-17 век написана "теоретиками" и на практике ими никто никогда не пользовался. Те, что написаны практиками - часто содержат рассуждения об "идеальном строе", то есть - опять же отражают не практику, а некие рассуждения автора.

- В трактатах много "геометрии" с взаимным расположением отрядов, но мало "низовой практики". То, что под пиками можно теоретически спрятать 6 шеренг аркебузиров - есть, как они при этом стрелять будут - нет.

- Караколь-"улитка" известен едва не с конца 15 века, но больше у всадников. Широкое его внедрение в пехоте - самый конец 16 столетия. Первые известные упоминания у голландцев - письмо Вильгельма Нассау от 1594-го года. У испанцев - несколько раньше, в книге "Milicia, discurso y regla militar", написанной ветераном Фландрии Martín de Eguiluz в 1586-м и опубликованной в 1592-м.

1111.thumb.jpg.b0401faa65986e2484866ea35

- В мемуарной литературе не так много описаний именно боевой практики, как хотелось бы.

- В 16 веке унифицированные системы подготовки правилом еще не были и системы организации могли быть разными в разных полках. И чаще всего мы не знаем - какие именно. 

- В значительной мере аркебузиры - скирмишеры. То есть - действуют в расчлененых боевых порядках на пересеченной местности.

- Есть сомнения, что большая часть схем отражает именно боевой порядок, а не первоначальную "идеальную" расстановку на начало сражения. То есть - с началом битв один компактный блок стрелков мог утопать в ближайшие кусты, другой - растягивался в "ленту" из нескольких шеренг. Кроме этого тот же Линн пишет, что "теоретические расстановки" могли очень сильно отличаться от практики, к примеру - армия Генриха Наваррского мало чем отличалась от шведов Густава-Адольфа. Просто пехотные полки были худосочными и в массивные формации их было строить физически невозможно.

- Есть мнение, что "квадрат"-"рог" стрелков был именно таким, чтобы иметь возможность вести огонь в любом направлении, а не караколировать. Это своеобразное "каре стрелков".

- Сколько шеренг стреляло разом - мы чаще всего не знаем. Да и организация стрельбы могла быть разной в разных полках, если не ротах. Можно представить себе тот же караколь, где первый в ряду стреляет по готовности, после чего идет смена. Без синхронизации с соседними рядами. Да и необходимость время от времени буквально "нырять под пики", спасаясь от кавалерии, стройности в действиях шеренг и рядов не добавляла.

Share this post


Link to post
Share on other sites
6 часов назад, hoplit сказал:

- В мемуарной литературе не так много описаний именно боевой практики, как хотелось бы.

Это так, но есть, например, записки пары англичан, служивших испанцам в конце XVI в. и оставивших описание их тактической системы.

6 часов назад, hoplit сказал:

Большая часть "уставов" за 16-17 век написана "теоретиками" и на практике ими никто никогда не пользовался.

На эту тему писали разные люди, например, испанский генерал Франсиско де Вальдес оставил после себя сочинение о военном искусстве, Бернардино де Мендозу, де ла Ну и некоторых других тоже штатскими не назовёшь.

6 часов назад, hoplit сказал:

- В трактатах много "геометрии" с взаимным расположением отрядов, но мало "низовой практики". То, что под пиками можно теоретически спрятать 6 шеренг аркебузиров - есть, как они при этом стрелять будут - нет.

Если они прятались с заряженными аркебузами, то стреляли, присев, как это видно на рисунках, а если с разряженными, то вообще не стреляли. Вообще, реалисты советовали укрывать под пиками не более 3-4 шеренг стрелков, так как при их большем количестве пики слишком приподнимались вверх.

6 часов назад, hoplit сказал:

У испанцев - несколько раньше, в книге "Milicia, discurso y regla militar", написанной ветераном Фландрии Martín de Eguiluz в 1586-м и опубликованной в 1592-м.

Я думаю, что таким образом можно предположить использование этой тактики и несколько раньше, то есть где-то с 70-х гг.

6 часов назад, hoplit сказал:

- В значительной мере аркебузиры - скирмишеры. То есть - действуют в расчлененых боевых порядках на пересеченной местности.

Да, это так. Бой в рассыпном строю применялся очень широко. Иногда атака роя застрельщиков предшествовала наступлению стрелков в более сомкнутом строю. Можно сказать, что в этом отношении тактика была ближе к наполеоновской, нежели к фридриховской.

6 часов назад, hoplit сказал:

- Есть мнение, что "квадрат"-"рог" стрелков был именно таким, чтобы иметь возможность вести огонь в любом направлении, а не караколировать. Это своеобразное "каре стрелков".

С этим я согласиться не могу, так как необходимость стрелять во всех направлениях всё же возникала слишком редко, чтобы оправдать подобное нерациональное построение, да и нарративные источники об этом не говорят.

6 часов назад, hoplit сказал:

- Сколько шеренг стреляло разом - мы чаще всего не знаем.

С этим-то особых вопросов нет. Для совместной стрельбы нескольких шеренг требовалось очень плотное смыкание шеренг в глубину и, если я не ошибаюсь, то впервые такая пальба упоминается у шведов в XVII в.

Share this post


Link to post
Share on other sites
В 6/3/2016в20:32, Чжан Гэда сказал:

Но массирование огня достигается сочетанием этих небольших (относительно) подразделений в одной линии.

Это, как правило, не применялось. Разве что в укреплениях...

Share this post


Link to post
Share on other sites
3 часа назад, Илья Литсиос сказал:

Это, как правило, не применялось. Разве что в укреплениях...

Почему?

Любая линия - это составленные рядом батальоны или роты (в зависимости от выведенных на поле контингентов).

Вряд ли строили без интервалов между ротами/батальонами. Тем более, что предписывалось иметь проходы для выдвижения войск из глубины и т.п.

Share this post


Link to post
Share on other sites
В 04.06.2016в23:29, Илья Литсиос сказал:

Это так, но есть, например, записки пары англичан, служивших испанцам в конце XVI в. и оставивших описание их тактической системы.

На эту тему писали разные люди, например, испанский генерал Франсиско де Вальдес оставил после себя сочинение о военном искусстве, Бернардино де Мендозу, де ла Ну и некоторых других тоже штатскими не назовёшь.

"Большая" не равно "все", все-таки. =)

В 04.06.2016в23:29, Илья Литсиос сказал:

Я думаю, что таким образом можно предположить использование этой тактики и несколько раньше, то есть где-то с 70-х гг.

далее 

В 04.06.2016в23:29, Илья Литсиос сказал:

С этим я согласиться не могу, так как необходимость стрелять во всех направлениях всё же возникала слишком редко, чтобы оправдать подобное нерациональное построение, да и нарративные источники об этом не говорят.

и 

В 04.06.2016в23:29, Илья Литсиос сказал:

С этим-то особых вопросов нет. Для совместной стрельбы нескольких шеренг требовалось очень плотное смыкание шеренг в глубину и, если я не ошибаюсь, то впервые такая пальба упоминается у шведов в XVII в.

Если принять, что контрмарш в том или ином виде мог использоваться на практике с 1570-х, все равно остается ряд темных мест. 

Даже если он применялся - сомнительно, что это было массовым явлением. Иначе не пришлось бы ссылаться на Элиана. Но тогда возникает вопрос - как действовали те отряды стрелков с 1570-х по 1590-е и 1600-е, в которых контрмарш по тем или иным причинам не применялся? И все стрелковые отряды в глубоком построении с начала 16 века до 1570-х? Глубокие построения известны и по изобразительным источникам, и по различным трактатам. 

Контрмарша нет, смыкания шеренг тоже, вроде бы, нет (упоминаний такой практики до шведов 17 века также не встречал). А глубокие построения стрелков - есть. Но как тогда "оно" работало?

С превращением массы стрелков в "мертвый груз" также вопрос дискуссионный. Практиковалось ведь круговое опоясывание коробок пикинеров стрелками, и формирование массивных "рукавов". Вероятно, дело все-таки не в "омертвлении" массы аркебузиров, а в чем-то еще? 

Фрагмент гобелена с изображением битвы при Павии.

Цитата

Этот шедевр явля­ется одним из луч­ших ком­плек­тов, про­из­ве­ден­ных тка­чами Брюс­селя в XVI в. Он был соткан между 1528 и 1531 гг. в мастер­ской Вил­лема и Яна Дер­мой­е­нов (Dermoyen) на основе кар­то­нов южно­ни­дер­ланд­ского (фла­манд­ского) живо­писца Бер­нарда ван Орлея (Bernard van Orley, 1488 – 1541), кото­рые он нари­со­вал между 1525 и 1528 гг.

1.jpg.5db1626192a49e06b23428f1f74683e4.j

Фрагмент гобелена "тунисской серии", между 1549 и 1554.

5754e8ee73a3b_4.AtaquealaGoleta-Alemanes

Битва при Дре, гравюра создана около 1570-го..

17_gg_1_606_016.thumb.jpg.96ca47f24a5e15

Битва при Роше, тоже создана около 1570-го.

32_gg_1_606_032.thumb.jpg.e6ef287f8bf558

 

 

1 person likes this

Share this post


Link to post
Share on other sites

Я бы с гобеленами и ширмами не торопился. 

Вот, конкретно в данный момент, сижу и работаю над все теми же цинскими картинами о подавлении восстаний - ну никакой реальной привязки рисунков к реалиям.

И пейзаж конкретных мест условный, и укрепления переданы схематично, и бой имеет канонические условности изображения для каждого вида - рукопашной, преследования, бомбардировки, штурма, бегства и т.п.

Интерпретация иконографических источников - дело сложное.

Можно сделать некоторые выводы, но они должны коррелировать с письменными источниками (желательно, несколькими независимыми) и иметь материальное подтверждение (как в случае с цинской артиллерией, например).

Share this post


Link to post
Share on other sites

Небольшая добавка по "соседям" Западной Европы.

- У поляков. 

Цитата

“Infantry captain should pass their experience to their comrades and teach them how to use the rifles as it is necessary because in Poland we have few veteranos milites, so they should teach new and inexperienced people how to shoot well. And when it comes to the battle, when the first row fires, they should kneel and load the gun. The second row should fire at that time and then they should repeat it again and again, and then load again just as it was written here".

Это из Яна Амора Тарновского (1488-1561) в Consilium rationis bellicae от 1558 года. Текст тут.

Часть "Битвы при Орше". Вторая половина 1520-х.

krell_battle_of_orsha_detail_02.jpg.8414

Сохранились списки пехотных рот на начало-середину 16 века. В общем - картина более-менее соответствует. "Почт" приравнивают к ряду (волевым решением?) - латник, павизьер, десяток стрелков. В каком порядке стояли - судят вот по этому изо и порядку перечисления в списках. Не все исследователи с этим согласны - меняют павизьера с латником местами, "убирают" их на фланги строя на время стрельбы. Но вообще - "пехота богемского строя", наследница отрядов итальянских арбалетчиков и павизьеров.

Behamisch_facht.thumb.jpg.87ca7c9841ab32

Иллюстрация к Der Weisskunig, 1505-1516.

- У оттоманов.

Описание маневров у Эстергома в 1605-м из хроники The Chronicle of Abdulkadir Efendi, записанной после 1615-го. Автор, насколько понимаю, видел их лично, являясь секретарем при артиллерийском наряде.

Цитата

And in the middle of the field, the Janissary regiments stood in three ranks, each musketeer with matches ready [to fire], and they lined up the big cannons chained in front of the Janissaries. Then, after the first rank of the Janissaries fires their muskets, the second rank fires, too. Afterwards, the rank that fired first bends double and begins to reload their muskets. And as the third rank fires, the second rank in front [of them] bends and prepares their muskets. Then, the first rank again stands up and fires their muskets.

Также есть описание битвы при Мохаче в 1526-м, оставленное секретарем Сулеймана I Челалзаде Мустафой

Цитата

"Four thousand janissaries [under the command of the beylerbeyi of Rumeli] were deployed in nine consecutive rows according to the rules of imperial battles [led by the sultan],” behind the chained field pieces known as darbzen or darbuzan,
and that these “gunners (tüfekendaz) were firing their guns (tüfek) row by row".

“Ve dört bin tüfenk-endâz yeniçeri… ceng-i sultânî ‘âdetince tokuz saf tertîb olunup….” “…ve tüfenk-endâz saf saf tüfenkler atup….”

Другое дело - на данный момент, кажется, нет уверенности в степени оснащенности янычар огнестрельным оружием на момент битвы. От "поголовно", до "до половины". И да - есть вопросы к их общему количеству на поле боя.

Также - пара иллюстраций.

1.thumb.jpg.46d31bbbb38b5201b2c4c0850cfa

Иллюстрация к Divân-ı Nâdirî, около 1605-го.

887a22b34019968cd3c35ae91873f0cc.thumb.j

Миниатюра 1558 года, изображающая битву при Мохаче.

- У Мин.

Фрагмент из  Ji xiao xin shu Ци Цзигуана, опубликованного в 1560-м году.

Цитата

All the arquebusiers, when they get near the enemy, are not allowed to fire early, and they’re not allowed to just fire everything off in one go, [because] whenever the enemy then approaches close, there won’t be enough time to load the guns [chong zhuang bu ji 銃裝不及], and frequently this mismanagement costs the lives of many people. Thus, whenever the enemy gets to within a hundred paces’ distance, they [the arquebusiers] are to wait until they hear a blast on the bamboo flute, at which they deploy themselves in front of the troops, with each platoon [shao 哨] putting in front one team [dui 隊]. They [the arquebus team members] wait until they hear their own leader fire a shot, and only then are they allowed to give fire. Each time the trumpet gives a blast, they fire one time, positioned in battle array according to the drilling patterns. If the trumpet keeps blasting without stopping, then they are allowed to fire all together until their fire is exhausted, and it’s not necessary [in this
case] to divide into layers.

и

Цитата

Once the enemy has approached to within 100 paces, listen for one’s own commander [zong 總] to fire once, and then each time a horn is blown the arquebusiers fire one layer. One after another, five horn tones, and five layers all fire. Once this is done, listen for the tap of a drum, at which then one platoon [shao 哨] [armed with traditional weapons] comes forward, proceeding to in front of the arquebusiers. They [the platoon members] then listen for a beat of the drum, and then the blowing of the swan-call horn, and they then give a war cry and go forth and give battle.

 

Про залповую стрельбу шеренгами в З. Европе - у Иовия.

 

В Западной Европе, если не ошибаюсь, самое старое упоминание контрмарша - у Martín de Eguiluz, военного-практика, написавшего свою работу в 1586-м, опубликованную в 1592-м.

Цитата

The first volley by three ranks each of five soldiers, separated from each other by 15 steps, and not with fury but calmly and skilfully; and when the first rank has finished firing, without turning, they cede their place to the next rank, passing it on the left and presenting their sides to the enemy, as the narrowest part of the body … to fire again, with order and in the same place.

В "оспрейке" по терциям далее следует "In fact, the basic method had been employed throughout the 16th century, at Bicocca and perhaps even at Cerignola". С одной стороны - может быть, с другой - "basic method" определение довольно "резиновое", да и с прямыми свидетельствами времен Бикокки и Чериньолы, кажется, небогато.

У голландцев - уже упоминавшееся письмо 1594-го года. Ван Нимвеген в своей статье пишет, что контрмарш "по рядам", кажется, на практике не использовался, уже в 1595-м голландцы оперировали "блоками" из 5 рядов по 9-10 шеренг. 

Как-то так. 

Martín de Eguiluz "Milicia, discurso y regla militar"

Jana Tarnowski "Consilium rationis bellicae"

Английское издание Мендозы. Bernardino de Mendoza. "Theorique and practise of warre". 

 

2 people like this

Share this post


Link to post
Share on other sites
8 часов назад, Чжан Гэда сказал:

Я бы с гобеленами и ширмами не торопился. 

Это не более, чем иллюстрация. Материал, насколько могу судить, Илья Литсиос знает лучше меня, интересна его оценка этого материала.

Share this post


Link to post
Share on other sites
22 часа назад, Чжан Гэда сказал:

Почему?

Любая линия - это составленные рядом батальоны или роты (в зависимости от выведенных на поле контингентов).

Вряд ли строили без интервалов между ротами/батальонами. Тем более, что предписывалось иметь проходы для выдвижения войск из глубины и т.п.

Просто "линия" стрелков обычно имела очень большие промежутки между отрядами, причём взаимодействие между стрелками разных батальонов отсутствовало, особенно если речь идёт о XVI в. Группы стрелков, как правило, перемещались и сражались независимо друг от друга в интересах своего батальона и в зависимости от текущей тактической ситуации на их участке. 

Share this post


Link to post
Share on other sites
Только что, Илья Литсиос сказал:

Просто "линия" стрелков обычно имела очень большие промежутки между отрядами,

Не без того, особенно если речь идет о промежутке для выдвижения/отступления своих отрядов.

Только что, Илья Литсиос сказал:

причём взаимодействие между стрелками разных батальонов отсутствовало, особенно если речь идёт о XVI в.

ИМХО, отсутствие взаимодействия - самая частая болезнь в армиях.

Только что, Илья Литсиос сказал:

Группы стрелков, как правило, перемещались и сражались независимо друг от друга в интересах своего батальона и в зависимости от текущей тактической ситуации на их участке. 

Тем не менее, если мы имеем линию батальонов/рот, то 1 и 3 не пойдут вперед, оставив 2 и 4 позади, без прямого приказа сверху - иначе будут взяты в клещи и порезаны на "Юнион Джек".

Если уже имеем линию и связанную с этим условную "линейную тактику", то она (с пиками, рогатками или без оных) будет двигаться довольно равномерно, не выдвигая отдельные части вперед, чтобы не получить во фланг.

Классика жанра - битва при Тясмине в Чигиринских походах - русские стрелецкие приказы и солдатские полки выстроились в линию и несли перед собой рогатки, тесня турок. Абсолютно аналогичные действия в чуть более позже произошедшей битве у Улан-бутун совершали Цины против джунгар, правда, далеко не смогли продвинуться.

2 people like this

Share this post


Link to post
Share on other sites
3 часа назад, hoplit сказал:

в 1595-м голландцы оперировали "блоками" из 5 рядов по 9-10 шеренг. 

А чтобы развить надлежащую плотность огня на участке, надо было с N-ным интервалом поставить на нем 10 таких отрядов по 45-50 человек.

И явно стреляли залпом - иначе первый выстрелил и стоит-ждет, пока отстреляются все остальные, и лишь потом отходят в тыл. Это ни темп, ни эффективность. Это просто пуканье в воздух. Думаю, в те годы люди были не глупее нас.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now

  • Similar Content

    • Статьи Пожилова
      By Чжан Гэда
      У нас есть тут статья Пожилова.
      Я его, со всем своим опытом работы с китайскими материалами, не понимаю "от и до".
      Пример следует (с моими комментариями):
      Пожилов И.Е.
      Тамбовский государственный ун-т
       
      ОБ ИСТОЧНИКАХ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ ГОТОВНОСТИ КИТАЙСКОГО ОФИЦЕРА РЕСПУБЛИКАНСКОГО ПЕРИОДА
       
      Военное строительство в Китае первого десятилетия ХХ в. принято связывать с организацией частей и соединений Новой / 217 / армии, переподготовкой и переходом личного состава на современные стандарты ведения боя, а также оснащением войск технологически совершенными образцами стрелкового и артиллерийского вооружения.
      Безусловно, верный подход к проблеме модернизации национальной обороны страны зачастую оставляет в стороне еще более существенный ее аспект, заключавшийся в воспитании и обучении офицерского корпуса – профессионального ядра не только Бэйянской и Наньянской армий, но и в последующем провинциальных формирований Республики, НРА, а также войск КПК.
      Попробуем заявить, что традиционные, а точнее сказать, не слишком комплиментарные оценки отечественной и зарубежной историографии относительно состояния военных дел в Китае рассматриваемого периода несколько не совпадают с реальностью. «Усредненный» подход к проблеме, который и обусловливает на выходе общий, достаточно низкий, показатель боеспособности китайских вооруженных сил и, в частности, профессионализма командного состава, не может претендовать на объективность хотя бы в силу отсутствия в стране сколько-нибудь интегрированной системы национальной обороны. И в этой связи представляется целесообразным не вскрывать в очередной раз «неизлечимые недуги полуфеодальной цинской армии», но, напротив, взглянуть на несомненные проявления прогресса в этой важнейшей сфере государственной политики.
      Как сегодня утверждают китайские военные эксперты и историки, одним из лучших военно-учебных заведений в Китае начала века являлся Юньнань луцзюнь цзянъутан (Юньнаньское училище сухопутных войск)[1], а его выпускники «заметно выделялись основательностью подготовки и передовыми знаниями среди офицеров, закончивших аналогичные учебные заведения периода».
      Со временем училище «по репутации стало не уступать японским офицерским школам и академиям», а его известность и популярность далеко перешагнули границы / 218 / Юго-Запада, обеспечив приток волонтеров не только из Юньнани, но и других провинций страны, а также хуацяо, граждан Кореи и Вьетнама[2].
      В связи с вышеизложенным возникает целый ряд вопросов – кто определил, что «училище не уступало по репутации японским школам»? Какие волонтеры могут быть в военном училище? Или это так в данном случае называются желающие поступить в училище? Для чего хуацяо, лишенным политических прав в месте своего постоянного проживания, получать военное образование? Как могли поступать в Юньнаньское училище граждане Кореи (находившейся под управлением Японии) и Вьетнама (находившегося под управлением Франции)? В каких армиях они собирались служить? В китайской? Или возглавлять повстанческие формирования в своих странах?
      Если в приведенных утверждениях и есть доля преувеличения, то весьма скромная. Высокий качественный стандарт учебного процесса на фоне многих иных, новых по форме, но не по существу военных заведений Новой армии (равно как и далекий от привычно низкого уровень боеготовности юньнаньской 19-й дивизии, комплектуемой его выпускниками) обусловливался одним важнейшим обстоятельством. Оно, как ни странно на первый взгляд, имело прямое отношение к очевидному пороку военной системы империи и заключалось в ее критической децентрализации. За исключением оставляемой за двором прерогативы периодического издания свода оперативно-тактических рекомендаций, армейское строительство в стране фактически велось исходя из представлений и возможностей регионального звена.
      Очень важно на примерах продемонстрировать высокий уровень боеготовности юньнаньской 19-й дивизии – в противном случае это остается штампом, призванным постулировать воззрения автора той статьи, которая взята в качестве основы для данного высказывания (я далек от мысли, что это – самостоятельный тезис, а о боевом пути славной 19-й дивизии из провинции Юньнань в России практически ничего неизвестно).
      Причина атрофии центра заключалась по большому счету в его неспособности финансировать оборону, в связи с чем основное бремя расходов в этой сфере ложилось на провинциальные бюджеты. Юньнань собственными ресурсами не обладала, но, находясь на самой кромке империи и являясь аванпостом на линии противостояния с Францией и Англией, пользовалась значительными преференциями в обеспечении военных проектов.
      Как иронично поговаривали ее интеллектуально продвинутые обитатели, Юньнань «хотя и дремучая окраина, но для Поднебесной самая что ни на есть необходимая, мы передовой бастион на пути колониальной экспансии»[3]. Юньнань-гуйчжоуское наместничество в лице Си Ляна и сменившего его Ли Цзинси извлекло максимум выгоды из создавшегося положения. Неустанно эксплуатируя геостратегический аспект и тем самым добиваясь преимуществ в поставках вооружений наряду с приоритетом в кадровом обеспечении, Куньмин по многим позициям вышел в передовики военной реформы. И чего же ради (если не считать во многом надуман / 219 / ную угрозу прямой империалистической агрессии)?
      В каком отношении юньнаньские милитаристы были «передовыми»? Без внятных примеров это остается весьма бездоказательным тезисом. В том, что они (в силу расстановки приоритетов и имеющихся связей) могли «доить» бюджет на пример увеличения поставок вооружения и снаряжения, больших сомнений нет, но это никак не влияет на передовой характер подконтрольных им вооруженных формирований.
      У автономистски настроенной провинциальной элиты не было других, помимо армии, средств для «поддержания равновесия» с центром, оттого в военном аспекте Юньнань была не только «всегда сама по себе», но и «сильнее всех»: «Юньнаньская гвардия первенствует в государстве». Эту сентенцию в Китае знал, наверное, каждый[4].
      Из чего известно, что «каждый знал», что «юньнаньская гвардия первенствует в Китае»? Откуда вообще такое сочетание как «юньнаньская гвардия», если при Цинах была попытка создать гвардию из этнических маньчжуров, впоследствии дополненных выборными кандидатами из этнических китайцев, набираемых со всего Китая? В отношении чего провинция Юньнань была «сильнее всех»? Как это реально отражалось в положении в Китае в 1910-х годах? И какой баланс «отношений с центром» выполняла 19-я дивизия, если она была частью правительственной реформы армии?
      Особенно значимым и в конечном счете решающим фактором достижений Куньмина стало привлечение к инструкторско-преподавательской работе в цзянъутане (с совмещением службы на командных должностях в 19-й дивизии) большого числа умелых, энергичных и образованных офицеров-уроженцев Юньнани. Почти все они (95%) являлись выпускниками Нихон сикан гакко (Офицерской школы сухопутных войск Японии), самого престижного в ту пору военно-учебного заведения на Дальнем Востоке[5].
      Чему же и как обучались кадеты в юньнаньском цзянъутане? Программа подготовки представляла собой единый учебно-воспитательный комплекс, состоявший из аудиторно-полевых занятий и внутренней службы.
      Курс военных дисциплин (тактика по родам войск, вооружение, военное администрирование, инженерно-саперное дело, средства связи, топография и т.д.) и общеобразовательных предметов (математика, физика, история, родной и иностранные языки) брал себе в пример базу знаний японской офицерской школы, будучи, конечно, адаптирован к специфике национальной воинской традиции, особенностям ТВД, требованиям и запросам войск. За конечный критерий готовности к несению службы и выучки командира в училище принимались тактические учения на местности и стрельбы из штатного оружия, что даже в передовых армиях мира всегда являлось ахиллесовой пятой[6].
      В каких армиях мира тактические учения и стрельба из штатного оружия были ахиллесовой пятой? И в чем отличалась от них в лучшую сторону Юньнаньское военное училище?
      И где китайские офицеры показали свои высокие образовательные навыки?
      От подъема до отбоя начальники и инспектора потоков прививали кадетам возведенные в ранг доблести «волю к повиновению и жертвенную готовность к выполнению патриоти / 220 / ческого долга». В гимне цзянъутана, который подобно стародавним чжаньгэ, исполнялся ежедневно всеми учащимися и офицерами, были такие строчки:
      «Соотечественники, нас миллионы.
      Встанем же вместе Великой стеной.
      Армия ждет настоящих мужчин.
      Сплотимся, откроем путь к переменам.
      Не убоимся злобных козней Европы и Америки.
      Железной деснице покорно тяжкое бремя спасения.
      Сделаем сильной нацию хань»[7].
      «Организационно-учебное уложение» цзянъутана даже жестче, чем у японцев, трактовало понятия распорядка, субординации и исполнительности, предусматривая изощренные взыскания за дисциплинарные проступки и неуспеваемость. Присутствовало и неуставное, «казарменное», воздействие на нерадивых и слабых духом отторжением либо осмеянием, что считалось карой в квадрате. Уравновешиваясь поощрениями морального свойства, муштра, насколько можно судить, не обязательно имела результатом деперсонализацию и безраздельное включение каждого в шеренгу тупых солдафонов. Скорее, напротив, сплочение происходило на основе «патриотического побратимства», а не шагистики. Последней в цзянъутане, в сущности, и не было, поскольку в силу краткосрочности обучения и уж точно незнания «великой» прусской традиции, она уступила место «сверхинтенсивной физической подготовке»[8].
      Если обучение было краткосрочным и «военный дух» воспитывался и поддерживался изощренными наказаниями и беспричинным мордобоем, откуда выдающиеся моральные и профессиональные качества курсантов?
      «Жизнь наша была очень суровой, – вспоминая годы в училище, рассказывает его выпускник и будущий главком китайской Красной армии Чжу Дэ, – как у простых солдат. И питание, и физические нагрузки такие же, разве что солдаты не учились за партой. … Каждый день шесть часов занятий в классах, после обеда два часа тренировок и практических упражнений. Вечером самоподготовка. … По ночам часто поднимали по тревоге. … Каникул не было, иногда назначали выходные. … Отпуск [в город] имели только семейные»[9].
      Чжу Дэ (к сожалению, без пояснений) указывает на существенную особен / 221 / ность построения учебно-воспитательного процесса в цзянъутане. Особенность заключалась в полной изоляции от внешнего мира, всецелом погружении и пестовании кадета в замкнутом пространстве «воинственного духа и презрения к смерти». Так, по мысли училищных инструкторов, он «пропитывался вожделением к безжалостному сокрушению противника».
      А как же «единение с народом»? Это воспитание некого «идеального безжалостного убийцы», а не офицера, понимающего свою связь с народом и служащему на его благо.
      Из специфического психотренинга исходила, кстати, и «невинная» кадетская фронда – брить начисто головы.
      Источник такого вывода? Это могла быть и простая гигиеническая процедура в училищах, строящихся по новому типу.
      Кроме того, на большинстве фотографий 1900-х годов цинские офицеры и солдаты имеют косы даже при униформе европейского типа.
      Избавление от бяньцзы, символа покорности маньчжурам, впечатляло и будоражило общественное мнение. То ли от восхищения, то ли от страха (но в общем верно) куньминские обыватели говорили: «Эти звери, что вскармливаются в цзянъутане, кого угодно разорвут на куски»[10]. «Вкус к службе» офицеры-наставники прививали кадетам не только посредством изматывающих занятий и вербальных внушений. «Зверей» подвергали телесным наказаниям по уставу, лупили и просто так – для профилактики. Считалось и никем не оспаривалось, что «без мордобоя злым в бою не будешь»[11].
      Вооруженные силы Китая нуждались в кадрах, знакомых пусть и в общем приближении с передовыми оперативно-тактическими идеями и сведущих в прочих новациях военного искусства, вытекавших из поучительного опыта локальных войн рубежа столетий.
      Как соответствуют друг другу постулаты об исключительности военной подготовки в Юньнаньском военном училище с указаниями на то, что офицеры имели «в общем приближении» представление о современном деле, обучение было краткосрочным, а боевой дух поддерживался мордобоем? Как цинские военные, после 1900 г. не участвовавшие ни в одной локальной войне, не посылавшие своих наблюдателей в иностранные армии и не имевшие нужного образования и опыта анализа военных действий, могли плодотворно исследовать опыт локальных конфликтов тех лет?
      В цзянъутане основным источником доктринальных представлений о современной войне и способах ведения боя с учетом западного опыта, являлся «Бубин цзаньсин цаофа» («Временный регламент обучения пехоты»), разработанный цинским военным ведомством в 1906 г. В «Цаофа», наряду с обзором предшествующих достижений зарубежной военной науки и собственной практики вооруженного противостояния с Западом, нашли обобщение самые свежие уроки русско-японской войны и боевых действий в англо-бурском конфликте 1899–1902 гг.
      Нельзя также не заметить в Регламенте особого влияния на тактические взгляды китайско / 222 / го генералитета германской военной мысли. Без каких-либо существенных изменений, например, в документе прописаны целые параграфы хорошо известных в армейских кругах Европы «Grundzüge der höheren Truppenführung» («Принципы управления войсками в высшем тактическом звене»)[12].
      После 1871 г. германская военная мысль оказывала решающее влияние на умонастроения военных в Японии, а через нее – и на умонастроения военных в Китае. Влияние немецких идеалов было хорошо продемонстрировано действиями японцев в 1904-1905 гг., но китайские генералы так и не смогли дорасти до возможности их применения в борьбе с адекватным внешним противником.
      Цзинь Юйго, опираясь на «Цаофа», а также некоторые ранее внедренные в войска инструкции, делает вывод о том, что офицерский корпус Новой армии «владел достаточным знанием» о тактике, боевом порядке, применении артиллерии и скорострельных средств поражения, фортификации на позиционном фронте, групповых построениях в маневренной войне[13].
      Владел или нет, – это вопрос, но приобщаться к достижениям передового оперативно-тактического искусства был обязан и имел для этого возможности. Вместе с тем китайские военные, пытаясь идти в ногу с хорошо вооруженными и обученными армиями Запада, нацеливали войска на планирование наступательных операций как основного вида боевых действий в ущерб обороне, что было неприемлемо в условиях общей и военно-технической отсталости страны.
      Есть ли примеры первой четверти ХХ века, когда китайцы пытались достичь своих целей активными наступательными действиями? Почему-то традиционно отмечается пассивность китайского командования, упование на оборону и крайне нерешительное использование наступления.
      Наступательная доктрина «Цаофа» после Синьхайской революции перекочевала в академические учебники и боевую подготовку республиканских армий и НРА, сыграв, таким образом, едва ли не фатальную роль в Антияпонской войне сопротивления.
      Можно ли более конкретно показать «наступательную доктрину Цаофа»? Можно ли показать, в какие учебники она перекочевала и где китайские войска в 1937-1945 годах активно пытались наступать?
      Весьма любопытная главка «Цаофа» посвящена партизанской войне. Партизанская стратегия и тактика никогда не воспринимались китайскими военными (в отличие от западных коллег) явлением, несовместимым с войной регулярных армий.
      Более того, с середины ХIX в. оборонительно-партизанская доктрина стала основной в планировании операций против агрессии извне, будучи институциированной в пекинских директивах вроде «Янфан шолюэ» или «Бинсюэ синьшу», но позднее необдуманно отвергнутой из соображений профессионального «престижа».
      Как это сочетается с вышесказанным и о каком профессиональном престиже при отсутствии современного офицерского корпуса в Китае, идет речь? Какие основания говорить о принятой в общекитайском масштабе сначала «оборонительно-партизанской» доктрины, а потом – «наступательной»? Кто разработал, ввел и затем отверг «оборонительно-партизанскую доктрину»?
      Вновь сошлемся на Цзинь Юйго, констатирующе / 223 / го неплохое понимание цинскими военными теоретиками вопросов организации и ведения партизанских действий армейскими частями.
      Где цинские военные теоретики (желательно с указанием фамилий) проявили свое понимание вопросов организации и ведения партизанских действий армейскими частями? На чем основано это в высшей степени странное высказывание?
      В частности, в том же «Цаофа» и других документах раскрываются важнейшие способы борьбы с противником, основанные на трех обязательных принципах «нерегулярной» войны, – внезапности, стремительности и хитрости (с приложением примерных схем организации маневренно-партизанского боя в различных условиях обстановки)[14].
      Как видно даже не очень сведущему в тактической науке китайской Красной армии, она родилась не в Цзинганшани и не на пустом месте, но должна восприниматься не иначе, как глубоко преемственная и развивающая национальную традицию партизанской войны. Неотменимым фактом в совершенствовании формата операций «не по правилам» следует признавать и борьбу бурских коммандос против британской колониальной армии (в цзянъутане ее изучали), в основе которой лежала абсолютно идентичная китайской стратегия «заманивания врага в глубину территории» в сочетании с мобилизацией населения на «самооборону» и «тесное взаимодействие с регулярными силами»[15].
      Несомненно, особую роль в подготовке китайских офицеров республиканского и гоминьдановского Китая сыграл генерал Цай Э, хорошо известный в военных кругах и необыкновенно популярный у армейской молодежи благодаря своей брошюре «Цзюньгоминь пянь» («О воинствующей нации») и курсу лекций «Цзэн Ху чжибин юйлу» («Наставления Цзэн [Гофаня] и Ху [Линьи] по военному делу»).
      А разве теперь различаются периоды Республики и Гоминьдана? Или правление Гоминьдана – это все же часть истории Республики, как обычно было принято считать?
      В 1911 г. генерал возглавил 37-ю куньминскую бригаду и по совместительству начал вести занятия по тактике в цзянъутане. «Юйлу», сборник военных изречений двух цинских сановников с комментариями составителя, мгновенно разошелся в списках и пересказах по классам и казармам всех военно-учебных заведений страны, превратившись в главный учебник китайского офицера эпохи.
      Можно ли подкрепить это распространение «Юйлу» во всем Китае примерами? И как мысли полководцев-самоучек, имевших весьма специфический опыт гражданской войны в феодальном Китае, могли стать «главным учебником китайского офицера эпохи»? Чему они могли научить?
      И какие «наступательные установки» могли существовать в цинской армии 1911 года?
      Его ценность – в популярном (Цзэн / 224 / Гофань и Ху Линьи – люди штатские) и практическом, процедурном толковании секретов полководческого искусства, подкрепленном мнением профессионала, владеющего знаниями о современной войне.
      Что такое «процедурное толкование секретов полководческого искусства»? Какими знаниям о современной войне владел «профессионал» Цай Э в 1911 году?
       Цай Э выбрал в качестве «уставного чтения» советы Цзэна и Ху, а не, положим, «Ляньбин шицзи» Ци Цзигуана (труд не слишком устаревший и достаточно прикладной) и потому, что укротителям тайпинского движения удалось наглядно показать и доказать неразрывное единство военного дела – как умения полководца «управляться со своими войсками» и «драться с противником».
      Каким образом труд Ци Цзигуана, вышедший на основании его личного опыта в борьбе с японскими пиратами во второй половине XVI в., оказался «не слишком устаревшим и достаточно прикладным» в начале ХХ в.? И в чем единство военного дела? Совершенно неудовлетворительное объяснение – «умение полководца управляться со своими войсками и драться с противником».
      Представляется, что именно этот важнейший, но недостаточно хорошо понимаемый в войсках, элемент командирской учебы стал решающим в выборе генералом первоисточника.
      Какой элемент командирской учебы был важнейшим, но плохо понимался в китайских войсках? Нет четкой формулировки – есть какая-то нелепая переводная цитата, которая ничего не объясняет, но очень красивая и многозначительная, как цветастая восточная сказка.
      Цай Э было очень важно убедить молодых офицеров-националистов в том, что «домашняя» военная наука «не должна рассматриваться худшей в сравнении с западной»[16].
      Так, в первой же главе «Юйлу» (в последней расставляются точки над «i») генерал подчеркивает превосходство Цзэн Гофаня и Ху Линьи в стратегии над «вестернизированным» генштабом, отрицающим оборонительную доктрину.
      А какой «вестернизированный генштаб» (???) отвергает «оборонительную доктрину»? И в каком смысле здесь употребляется слово «доктрина»? Разве в европейских армиях не уделялось должного внимания действиям в обороне? Или Китай, на основании неких высказываний Цзэн Гофаня и Ху Линьи (в общем-то, довольно заурядных военачальников, не раз терпевших поражения от своих противников, не являвшихся первоклассными европейскими армиями), собирался вести наступательные действия против соседей?
      Поддерживая авторов и возражая против официальных установок на безоговорочное наступление, генерал доказывает необходимость «прибегнуть в случае внешней агрессии к стратегии и тактике буров», позволить врагу «продвинуться вглубь территории, измотать его и внезапно нанести удар, застав врасплох».
      Где и когда в Китае существовали «официальные установки на безоговорочное наступление»? Где это проявилось? Как было реализовано?
      Причем тут «стратегия и тактика буров», если случаев, когда китайские военачальники, волей или неволей, допускали противника вглубь своей территории, а затем пытались нанести ему удар, в китайской истории более, чем достаточно?
      Понимал ли сам генерал Цай Э, что пишет, или просто пытался следовать модным веяниям? Ведь всего несколькими абзацами выше автор статьи пишет о том, что «бурская тактика и стратегия» имела аналоги в богатой китайской военной истории.
      Из примеров с выбором Цзэном и Ху верной стратегии войны и тактики сражения Цай Э выводит главенствующий метод принятия решения военачальником – «руководствоваться реальной ситуацией, а не теорией». «Бездумное следование образцам, – пишет генерал, – уподобляет офицера хромому, пустившемуся в бег»[17]. Стратегия и тактика Цзэн Гофаня и Ху Линьи, безусловно, впечатляли прагматикой, гибкостью и осторожностью. «Осторожность», подсказывает Цай Э, есть не «хождение на цыпоч / 225 / ках», а «тщательное и всеобъемлющее планирование операции» с точным расчетом направления главного удара. Сунь-цзы называл это сяньшэн цючжань («подготовь победу, затем вступай в бой»).
      Сунь-цзы не «называл это», а говорил: «сначала одержи победу, а потом отправляйся на битву». Это весьма расплывчатое утверждение из древнего трактата, которое имеет очень мало ценного в своей сути – важность планирования и подготовки понимают все мало-мальски грамотные военные.
      Из «Юйлу» китайские офицеры выносили, а кто-то включал в свои аксиомы и побуждения максиму, впоследствии ставшую центральной в тактике китайской Красной армии «рассредоточение в движении – сосредоточение в бою». В целом же речь идет об умении оптимально расчленять боевой порядок на элементы и эшелонировать войска либо для обороны, либо (прописано не очень внятно) наращивания удара в наступлении. Групповые построения, варьируясь в силах и претерпевая необходимое дробление, даже в безнадежном позиционном бою все равно находились в готовности перехватить инициативу и контратаковать.
      Совершенно непонятная фраза, не имеющая осмысленного значения на русском языке. Скорее всего, перевод аналогичной по бессмысленности китайской фразы, которыми любят оперировать современные китайские авторы, слабо понимающие, о чем пишут вообще.
      «Отдавать противнику право ударить первому и действовать по обстоятельствам» (жанди цзюво), в пользу чего, казалось бы, высказались авторы «Наставлений», следует считать не более чем частным примером тактической гибкости командира[18]. Разделы «Цзэн Ху чжибин юйлу» (10 из 12), касающиеся, по выражению Цай Э, «преобразования толпы вооруженных людей в вооруженную силу», представляют куда как больший интерес, нежели их сугубо тактико-стратегические принципы. (При всех достоинствах «Наставлений» они, на наш взгляд, так и не вышли за пределы ущербной традиционности, трактуя обман и хитрость не гипонимом военного искусства, а его тождеством.)
      Речь в разделах идет об аксиологическом и функциональном аспектах воспитания командира, призванного являть собою образец «добродетельного мужа», «сведущего в логике вещей», носителя чувства «любви к народу» и патриотического начала, «искушенного в познании людей».
      Неким субстратом перечисленного, по Цзэн Гофаню, выступает понятие вэньу цзяньбэй («и просвещен, и воинственен»), обнимающее все, но в первую очередь нравственные качества (даодэ пиньчжи) военачальника.
      Воинский талант и профессионализм / 226 / (цзюньцай), таким образом, выносятся им на вторую позицию, а первую занимают совесть (лянсин) и благородство (сюэсин). Независимо от исторических условий, – будь то гражданская война, в которой действовали Цзэн и Ху, либо сегодняшний день, когда нависла внешняя угроза, – военачальник вдохновляется чаяниями нации, чувством долга (шанчжи) перед отечеством, от чего зависит, будет ли оно «в пучине бедствий и страданий» или «выйдет на ровную дорогу»[19]. Личные достоинства командира, как следует из «Наставлений», являются залогом совершенного воинского воспитания и военного обучения. Войска одолеют любого противника, если верят в своего полководца. Вера черпается из командирского правила: «Армию в бой водить, а не посылать». Отсюда произрастает «право командира на поучения». Ожидаемый результат поучений – формирование из подчиненных офицеров и солдат «воинской семьи», отношения в которой строятся на основе «отец-сын, старший брат-младший брат». Военачальник, словно отец, «строг и справедлив»; в подготовке армии берет за основу ли (ритуал) и цинь (старание), в бою считает главным обращенное к нижним чинам жэнь (человеколюбие), к себе – юнъи (храбрость и решимость). Сянская армия, утверждает Цзэн Гофань, опиралась на сплоченность, взаимную заботу и взаимовыручку. А такое состояние духа делало ее непобедимой[20].
      Нельзя не обратить внимания на то, какое непреходящее значение придается в «Наставлениях» укреплению согласия армии с массами. «Любовь к народу является первостепенным фактором в военном деле, – отмечают сановники и Цай Э. – … Если не любить народ, получишь противодействие, и сам создашь себе трудности. … [В войне] все ложится на плечи народа. … Солдат – плоть народа, пропитание [армии] – от народа … Можно ли не почитать и не полагаться на народ?»[21]. Кажется совершенно излишним комментировать тезис и его значение в военно-политической работе КПК, вопреки традиции, / 227 / закрепившей за собой первенство в «открытии» древнейшего принципа «опоры на народные массы».
      Сказать, что «Цзэн Ху чжибин юйлу» произвели на кадетов и офицеров 19-й дивизии большое впечатление, значит не сказать почти ничего. Их переписывали и пересказывали. Словом, Цай Э даже перевыполнил задачу: реабилитация китайского военного искусства была полной и безоговорочной. Выйдя за границы Юньнани, лекции генерала приобрели общеармейскую популярность и довольно долго сохраняли ее.
      В чем была «полная и безоговорочная реабилитация китайского военного искусства», объективно застывшего на уровне XVI-XVII вв.? В чем заключался процесс «реабилитации» и как он выразился на деле?
      В 1924 г. с предисловием Чан Кайши «Наставления» были изданы в школе Хуанпу, где стали «настольной книгой» курсантов нескольких поколений самого знаменитого военно-учебного заведения страны[22].
      В 1924 г. только-только была создана школа Вампу. Еще даже не окончательно получено оружие (только после того, как пришел ПСКР «Воровский», курсанты получили достаточное количество оружия), не были решены проблемы снабжения, не окончены организационные мероприятия – и уже издали, собственно говоря, довольно ура-патриотическую и не имеющую прикладного значения книжицу? А чем это подтверждается? Тем более, что уровень военной и общеобразовательной подготовки самого Чан Кайши был крайне низок, а его место в школе было просто номинальным – таким образом Сунь Ятсен рассчитался со своим давним соратником.
      По инициативе Чжу Дэ «Юйлу» (на байхуа) издавались и в китайской Красной армии, причем дважды – в 1943 и 1945 гг.[23] Профессионализация офицерского корпуса вооруженных сил Китая, будучи подкрепленной боевым опытом послесиньхайских войн, достигла пика в период хуго и хуфа юньдун и к началу 1920-х гг., в связи с политической и военно-экономической дезинтеграцией страны, заместилась регрессивным процессом неспешного, но устойчивого падения уровня знаний, навыков и умений командиров, а также в целом боевой эффективности войск.
      Чем это издание помогло китайской Красной Армии? И какой боевой опыт китайцы имели в 1910-х годах, чтобы проявить свои профессиональные качества? Кроме того, русскоязычному читателю непонятно, что такое хуго и хуфа юньдун, и вполне можно дать их перевод как «защита Республики» и «защита Конституции», хотя в целом, эти термины также непонятны русскоязычному читателю, не проливая свет на расстановку сил в борющихся лагерях и не объясняя сути этих этапов гражданской войны в Китае.
      Количество замечаний можно увеличить, но для начала можно ограничиться и этим.
      В целом, содержание статьи совершенно не соответствует названию. Рассматривается на основании почти исключительно китайских современных работ и мемуарного источника (автобиография Чжу Дэ) пример единственного военного училища в провинции Юньнань, к тому же постулируемого как исключительное и нетипичное для Китая в целом. Книга Д. Саттона посвящена только Юньнаньской провинциальной армии и, в этом смысле, не может показать ничего, что находится за пределами Юньнани, а связь книги М. Строна с историей военного строительства в годы поздней Цин – ранней Республики весьма умозрительна. Если там и затрагивается китайский вопрос – то очень и очень вскользь, как не имеющий прямого отношения к содержанию книги.
      Конкретные исторические примеры, раскрывающие постулаты, не приведены, зато очень заметны голословные высказывания о прогрессивности, исключительности и т.д. Юньнаньского училища. Как правило, так пишут статьи современные китайские исследователи, не сильно заботящиеся о доказательной базе. По всей видимости, это некритическое использование переводного материала.
      Беспочвенно отвергается вклад советских военных советников в создание школы Вампу и профессиональном обучении новых командных кадров для китайской армии нового типа, причем исключительно на основании китайских современных исследований, отвергая такой ценный источник, как отчет В.К. Блюхера о его деятельности в Гуанчжоу в 1924-1925 гг.
      Крайне много времени уделяется тому, что не являлось основой военного обучения для китайских офицеров, а было своего рода политическим символом формирующейся китайской буржуазной нации – лекциях Цай Э. Безусловно, апелляция к каким-то положительным военным эпизодам военной истории Китая не могла не сыграть мобилизующего воздействия на курсантов, но они не могли дать серьезную профессиональную базу – ни в теоретическом, ни в практическом смыслах.
      Не раскрыты положения цинских военно-образовательных программ, не показаны конкретные примеры, где в боевых условиях применялись те или иные навыки, полученные в Юньнаньском и других военных училищах. Однако много общих слов о превосходстве и т.п., хотя в одном случае встречается трезвая оценка сведениям, постулируемым китайскими исследователями – мол, неизвестно, насколько китайские офицеры владели всеми перечисленными знаниями – они должны были ими владеть и теоретически, имели такую возможность. Но на этом конструктивно-критическая струя статьи полностью иссякает.
      В целом, статью можно признать как неудачную. Более удачным было бы название этой статьи «О роли Юньнаньского военного училища в военном строительстве Китая в первой четверти ХХ в.», но и в этом случае полное отсутствие исторической конкретики обесценивает постулируемые в ней бездоказательные утверждения.
      1 Юньнаньский цзянъутан подготовил более 8 тыс. офицеров (300 из них стали генералами). Его воспитанники (Чжу Пэйдэ, Шэн Шицай, Фань Шишэн, Ван Цзюнь, Цзинь Ханьдин, Лун Юнь, Дун Хунсюнь, Ян Шичэн, Ян Чжэнь и др.) впоследствии заслуженно вошли в полководческую элиту национальных вооруженных сил, командовали армиями и корпусами, руководили крупными штабами и министерскими управлениями. Училище закончили маршал КНР Е Цзяньин, генерал-полковники НОАК Чжоу Баочжун и Цзэн Цзэшэн (см.: Сюй Пин, Чжан Чжицзюнь. Минцзян бэйчудэ юньнань луцзюнь цзянъутан [Юньнаньский цзянъутан и его известные генералы-выпускники] // Яньхуан чуньцю. 2003. № 6. С. 73-75).
      2 У Дадэ. Цин мо юньнань синьцзюнь бяньлянь юй цзюньши цзяоюй (Новая юньнаньская армия в позднецинский период: формирование и обучение) // Цзюньши лиши яньцзю. 2006. № 3. С.101.
      / 228 /
      3 См.: Су Иу. Ваньцин цзюньсяо цзяоюй юй цзюньши цзиньдайхуа (Модернизация армии и обучения в военных школах в позднецинский период) // Цзюньши лиши яньцзю. 1994. № 3. С. 118-119; Цинмо миньчу дэ Юньнань шэхуэй. Юньнань шэн данъаньгуань цзыляо сюаньбянь (Юньнаньское общество в позднецинское время и начальный период Республики. Избранные материалы музея провинции Юньнань). Куньмин, 2005. С. 89-90.
      4 Дяньси шилодэ чжухоу (Юньнаньские владыки прошлого) // Наньфан жэньу чжоукань. 2011. № 22. С. 28. Расквартированная в Юньнани 19-я дивизия нисколько не уступала европейским армиям (русскую – превосходила) по качеству и количеству штатного вооружения. На оснащении дивизии находились новейшие (образца 1908 г.) винтовки Mauser, cтанковые пулеметы Maxim и Colt, 75-мм горные пушки Krupp и др. (In: Sutton D. Op. cit. P. 60-61).
      5У Дадэ. Указ. соч. С. 96, 98-100.
      6У Дадэ. Лунь Юньнань луцзюнь цзянъутан (О Юньнаньском училище сухопутных войск) // Сычуань лигун сюэюань сюэбао (шэхуэй кэсюэбань). 2004. № 1. С. 5.
      7 Дяньси шилодэ чжухоу. С. 28-29.
      8 Чжу Дэ цзышу (Чжу Дэ о себе). Пекин, 2003. С. 41, 43; У Дадэ. Лунь Юньнань луцзюнь цзянъутан. С. 7-8.
      9 Чжу Дэ цзышу. С. 41.
      10 Чжу Дэ цзышу. С. 44; Цинмо миньчу дэ Юньнань шэхуэй. С. 65.
      11 У Дадэ. Лунь Юньнань луцзюнь цзянъутан. С. 8.
      12 О восприятии военного искусства Германии в вооруженных силах других стран, в том числе Китая, подробнее см.: Strohn M. The German Army and the Defense of the Reich: Military Doctrine and the Conduct of the Defensive Battle. Cambridge, 2011. P. 19-36.
      13 Цзинь Юйго. Чжунго чжаньшу ши (История китайской тактики). Пекин, 2002. С. 287-290, 293-295.
      14 Там же. С. 286-287, 290.
      15 Там же. С. 291.
      16 У Дадэ. Лунь Юньнань луцзюнь цзянъутан. С.6-7; Цай Э цзи (Сочинения Цай Э). Чанша, 1983. С. 81.
      17 Цай Э цзи. С. 84.
      18 Там же. С. 79, 81.
      19 Там же. С. 55-58, 60-62.
      20 Там же. С. 72-74, 65-68, 76-77.
      21 Там же. С. 73.
      22 Тогда же по просьбе Сунь Ятсена в Гуандун была откомандирована группа офицеров Юньнань цзянъутан во главе с Ван Болином и Хэ Инцинем, составившая преподавательское ядро школы. Программа обучения в «кузнице кадров» НРА строилась на основе методических разработок юньнаньцев и Баодинской академии, а не только и, наверное, не столько советских источников, как принято считать (См.: Ян Дунсяо. «Цзэн Ху чжибин» инсян Чжунго [Влияние «Цзэн Ху чжибин» на Китай] // Линдао вэньцуй. 2008. № 24. С. 59
      / 229 /
      61; Sutton D. Provincial Militarism and the Chinese Republic: The Yunnan Army, 1905-25. Ann Arbor, 1980. P. 86).
      23Ян Дунсяо. Указ. соч. С. 61.
      [1] Юньнаньский цзянъутан подготовил более 8 тыс. офицеров (300 из них стали генералами). В условиях постоянной гражданской войны быстрая карьера не есть признак успешности военачальника и качества подготовки офицеров. Его воспитанники (Чжу Пэйдэ, Шэн Шицай, Фань Шишэн, Ван Цзюнь, Цзинь Ханьдин, Лун Юнь, Дун Хунсюнь, Ян Шичэн, Ян Чжэнь и др.) впоследствии заслуженно вошли в полководческую элиту национальных вооруженных сил, командовали армиями и корпусами, руководили крупными штабами и министерскими управлениями. Училище закончили маршал КНР Е Цзяньин, генерал-полковники НОАК Чжоу Баочжун и Цзэн Цзэшэн (см.: Сюй Пин, Чжан Чжицзюнь. Минцзян бэйчудэ юньнань луцзюнь цзянъутан [Юньнаньский цзянъутан и его известные генералы-выпускники] // Яньхуан чуньцю. 2003. № 6. С. 73-75). Весь вопрос в том, где после окончания училища реально отличились данные военачальники – в войне с внешним врагом или в гражданской войне?
      [2] У Дадэ. Цин мо юньнань синьцзюнь бяньлянь юй цзюньши цзяоюй (Новая юньнаньская армия в позднецинский период: формирование и обучение) // Цзюньши лиши яньцзю. 2006. № 3. С.101.
      [3] См.: Су Иу. Ваньцин цзюньсяо цзяоюй юй цзюньши цзиньдайхуа (Модернизация армии и обучения в военных школах в позднецинский период) // Цзюньши лиши яньцзю. 1994. № 3. С. 118-119; Цинмо миньчу дэ Юньнань шэхуэй. Юньнань шэн данъаньгуань цзыляо сюаньбянь (Юньнаньское общество в позднецинское время и начальный период Республики. Избранные материалы музея провинции Юньнань). Куньмин, 2005. С. 89-90.
      [4] Дяньси шилодэ чжухоу (Юньнаньские владыки прошлого) // Наньфан жэньу чжоукань. 2011. № 22. С. 28. Расквартированная в Юньнани 19-я дивизия нисколько не уступала европейским армиям (русскую – превосходила) по качеству и количеству штатного вооружения. На оснащении дивизии находились новейшие (образца 1908 г.) винтовки Mauser, cтанковые пулеметы Maxim и Colt, 75-мм горные пушки Krupp и др. (In: Sutton D. Op. cit. P. 60-61). Подобные утверждения следует доказывать не постулируя, а приводя выкладки – например, в русской дивизии в 1910 г. было столько-то пулеметов, а в 19-й Юньнаньской дивизии – столько-то, и т.д. В противном случае это полностью голословная информация. И, собственно, интересно увидеть выходные данные и название сочинения Д. Саттона – в предыдущих 3 ссылках указаний на это сочинение нет.
      [5] У Дадэ. Указ. соч. С. 96, 98-100.
      [6] У Дадэ. Лунь Юньнань луцзюнь цзянъутан (О Юньнаньском училище сухопутных войск) // Сычуань лигун сюэюань сюэбао (шэхуэй кэсюэбань). 2004. № 1. С. 5.
      [7] Дяньси шилодэ чжухоу. С. 28-29.
      [8] Чжу Дэ цзышу (Чжу Дэ о себе). Пекин, 2003. С. 41, 43; У Дадэ. Лунь Юньнань луцзюнь цзянъутан. С. 7-8.
      [9] Чжу Дэ цзышу. С. 41
      [10] Чжу Дэ цзышу. С. 44; Цинмо миньчу дэ Юньнань шэхуэй. С. 65.
      [11] У Дадэ. Лунь Юньнань луцзюнь цзянъутан. С. 8.
      [12] О восприятии военного искусства Германии в вооруженных силах других стран, в том числе Китая, подробнее см.: Strohn M. The German Army and the Defense of the Reich: Military Doctrine and the Conduct of the Defensive Battle. Cambridge, 2011. P. 19-36.
      [13] Цзинь Юйго. Чжунго чжаньшу ши (История китайской тактики). Пекин, 2002. С. 287-290, 293-295.
      [14] Там же. С. 286-287, 290.
      [15] Там же. С. 291.
      [16] У Дадэ. Лунь Юньнань луцзюнь цзянъутан. С.6-7; Цай Э цзи (Сочинения Цай Э). Чанша, 1983. С. 81.
      [17] Цай Э цзи. С. 84.
      [18] Там же. С. 79, 81.
      [19] Там же. С. 55-58, 60-62.
      [20] Там же. С. 72-74, 65-68, 76-77.
      [21] Там же. С. 73.
      [22] Тогда же по просьбе Сунь Ятсена в Гуандун была откомандирована группа офицеров Юньнань цзянъутан во главе с Ван Болином и Хэ Инцинем, составившая преподавательское ядро школы. Программа обучения в «кузнице кадров» НРА строилась на основе методических разработок юньнаньцев и Баодинской академии, а не только и, наверное, не столько советских источников, как принято считать (См.: Ян Дунсяо. «Цзэн Ху чжибин» инсян Чжунго [Влияние «Цзэн Ху чжибин» на Китай] // Линдао вэньцуй. 2008. № 24. С. 59-61; Sutton D. Provincial Militarism and the Chinese Republic: The Yunnan Army, 1905-25. Ann Arbor, 1980. P. 86).
      [23] Ян Дунсяо. Указ. соч. С. 61.
    • Barton C. Hacker. World military history bibliography: premodern and nonwestern military institutions and warfare.
      By hoplit
      Barton C. Hacker. World military history bibliography: premodern and nonwestern military institutions and warfare. 2003
      Книге уже 16 лет, да и охват внушает (т.е. - "далеко не все там есть", да и библиография почти вся англоязычная), но библиографический справочник на почти 800 страниц в любом случае лишним не будет, если интересны всяческие Амазонии и Океании.
    • Barton C. Hacker. World military history bibliography: premodern and nonwestern military institutions and warfare.
      By hoplit
      Просмотреть файл Barton C. Hacker. World military history bibliography: premodern and nonwestern military institutions and warfare.
      Barton C. Hacker. World military history bibliography: premodern and nonwestern military institutions and warfare. 2003
      Книге уже 16 лет, да и охват внушает (т.е. - "далеко не все там есть", да и библиография почти вся англоязычная), но библиографический справочник на почти 800 страниц в любом случае лишним не будет, если интересны всяческие Амазонии и Океании.
      Автор hoplit Добавлен 10.08.2019 Категория Общий книжный шкаф
    • Мусульманские армии Средних веков
      By hoplit
      Maged S. A. Mikhail. Notes on the "Ahl al-Dīwān": The Arab-Egyptian Army of the Seventh through the Ninth Centuries C.E. // Journal of the American Oriental Society,  Vol. 128, No. 2 (Apr. - Jun., 2008), pp. 273-284
      David Ayalon. Studies on the Structure of the Mamluk Army // Bulletin of the School of Oriental and African Studies, University of London
      David Ayalon. Aspects of the Mamlūk Phenomenon // Journal of the History and Culture of the Middle East
      Bethany J. Walker. Militarization to Nomadization: The Middle and Late Islamic Periods // Near Eastern Archaeology,  Vol. 62, No. 4 (Dec., 1999), pp. 202-232
      David Ayalon. The Mamlūks of the Seljuks: Islam's Military Might at the Crossroads //  Journal of the Royal Asiatic Society, Third Series, Vol. 6, No. 3 (Nov., 1996), pp. 305-333
      David Ayalon. The Auxiliary Forces of the Mamluk Sultanate // Journal of the History and Culture of the Middle East. Volume 65, Issue 1 (Jan 1988)
      C. E. Bosworth. The Armies of the Ṣaffārids // Bulletin of the School of Oriental and African Studies, University of London,  Vol. 31, No. 3 (1968), pp. 534-554
      C. E. Bosworth. Military Organisation under the Būyids of Persia and Iraq // Oriens,  Vol. 18/19 (1965/1966), pp. 143-167
      R. Stephen Humphreys. The Emergence of the Mamluk Army //  Studia Islamica,  No. 45 (1977), pp. 67-99
      R. Stephen Humphreys. The Emergence of the Mamluk Army (Conclusion) // Studia Islamica,  No. 46 (1977), pp. 147-182
      Nicolle, D. The military technology of classical Islam. PhD Doctor of Philosophy. University of Edinburgh. 1982
      Patricia Crone. The ‘Abbāsid Abnā’ and Sāsānid Cavalrymen // Journal of the Royal Asiatic Society of Great Britain & Ireland, 8 (1998), pp 1­19
      D.G. Tor. The Mamluks in the military of the pre-Seljuq Persianate dynasties // Iran,  Vol. 46 (2008), pp. 213-225
      J. W. Jandora. Developments in Islamic Warfare: The Early Conquests // Studia Islamica,  No. 64 (1986), pp. 101-113
      B. J. Beshir. Fatimid Military Organization // Der Islam. Volume 55, Issue 1, Pages 37–56
      Andrew C. S. Peacock. Nomadic Society and the Seljūq Campaigns in Caucasia // Iran & the Caucasus,  Vol. 9, No. 2 (2005), pp. 205-230
      Jere L. Bacharach. African Military Slaves in the Medieval Middle East: The Cases of Iraq (869-955) and Egypt (868-1171) //  International Journal of Middle East Studies,  Vol. 13, No. 4 (Nov., 1981), pp. 471-495
      Deborah Tor. Privatized Jihad and public order in the pre-Seljuq period: The role of the Mutatawwi‘a // Iranian Studies, 38:4, 555-573
      Гуринов Е.А. , Нечитайлов М.В. Фатимидская армия в крестовых походах 1096 - 1171 гг. // "Воин" (Новый) №10. 2010. Сс. 9-19
      Нечитайлов М.В. Мусульманское завоевание Испании. Армии мусульман // Крылов С.В., Нечитайлов М.В. Мусульманское завоевание Испании. Saarbrücken: LAMBERT Academic Publishing, 2015.
      Нечитайлов М.В., Гуринов Е.А. Армия Саладина (1171-1193 гг.) (1) // Воин № 15. 2011. Сс. 13-25.
      Нечитайлов М.В., Шестаков Е.В. Андалусские армии: от Амиридов до Альморавидов (1009-1090 гг.) (1) // Воин №12. 2010. 
      Kennedy, H.N. The Military Revolution and the Early Islamic State // Noble ideals and bloody realities. Warfare in the middle ages. P. 197-208. 2006.
      H.A.R. Gibb. The Armies of Saladin // Studies on the Civilization of Islam. 1962
      David Neustadt. The Plague and Its Effects upon the Mamlûk Army // The Journal of the Royal Asiatic Society of Great Britain and Ireland. No. 1 (Apr., 1946), pp. 67-73
       
       
      Kennedy, Hugh. The Armies of the Caliphs : Military and Society in the Early Islamic State Warfare and History. 2001
      Blankinship, Khalid Yahya. The End of the Jihâd State : The Reign of Hisham Ibn Àbd Al-Malik and the Collapse of the Umayyads. 1994.
    • Swope K.M. The Military Collapse of China's Ming Dynasty, 1618-44
      By hoplit
      Swope K.M. The Military Collapse of China's Ming Dynasty, 1618-44. Routledge. 2014. 308 pages
       
      TABLE OF CONTENTS:
      - Introduction
      - A gauntlet is cast down: The rise of the Latter Jin, 1618–21
      - Changing tides: From defeat to stability in the northeast, 1622–6
      - Pursuing a forward strategy: Yuan Chonghuan’s rise and fall, 1626–30
      - Dashing defi ers and dastardly defenders: The peasant rebels gain strength and the northeastern front weakens, 1630–6
      - Miscasting a ten-sided net: Yang Sichang ascendant, 1636–41
      - Hanging by a silken thread: The Ming armies collapse, 1641–3
      - Chongzhen’s lament: My ministers have abandoned me! Winter–Spring 1644
      - The fall of the Ming from a global perspective