hoplit

Размышления о коннице разных времен и народов

279 posts in this topic

На самом деле худоконность русской кавалерии общеизвестна. Английский наблюдатель (фамилию не помню) писал, что порой драгуны, сходя с коней, попросту валили их наземь. Писал он это то ли в конце 1720-х, то ли в начале 1730-х, когда военной запарки с ремонтом не было.

Главное в том, что строй сохранялся не как самоцель, а как средство не допустить реализации противником превосходства в индивидуальной подготовке.

Представим просто схождение драгун и турок в рассыпном строю - боюсь, все будет очень плачевно именно для драгун.

Именно поэтому набирали всяких венгров, цыган, сербов, молдаван, грузин и т.п. для несения гусарской службы, а вовсе не из-за любви к экзотике.

Share this post


Link to post
Share on other sites


1 час назад, Чжан Гэда сказал:

Главное в том, что строй сохранялся не как самоцель, а как средство не допустить реализации противником превосходства в индивидуальной подготовке.

Естественно. Все понимали, что в индивидуальном бою среднестатистический турок обычно одолеет среднего русского кавалериста, точно также, как русский кавалерийский полк прямой атакой в сомкнутом строю сомнёт "толпу" турок. Преимущество турок заключалось в том, что, будучи хорошими индивидуальными бойцами, они при наличии достаточного пространства могли легко рассыпаться и "раздёргивать" строй линейной конницы или же, уклоняясь от атак отдельных полков и эскадронов, выманивать их из общего боевого порядка и окружать. Отличный пример противостояния европейской и восточной конницы есть в описании сражения при Ларге:
«…тогда ж повелено от генерал-квартирмейстера Боура подполковником Анжели и Елчанинову атаковать фрунт неприятельской 12-ю эскадронами, что и исполнено было обеими наилучшим образом и неприятель был рассыпан; однако ж и затем, собравшись свежими войсками, возобновил он и паки нападение, стараясь пробиться во фланг эскадронов подполковника Елчанинова, коему опасно уже было отважиться на второй удар, тем наипаче, что неприятель поминутно рассеивался, ласкаясь выманить к тому же и нашу конницу. Итак, сей подполковник великую тут показал храбрость, стояв долго и неподвижно сомкнутым фронтом против сильного огня неприятельского и отбиваясь с наибольшим успехом одною беспрестанною и скоропостижною стрельбою из ружея до издержания всех патронов, сколько его кавалерия при себе имела, а при нападении лучших неприятельских наездников он первой устремлением своей сабли от фрунту отгонял. При действии вышеописанном остаток неприятельских войск нападал означенного корпуса на фронт правого и левого флангов, но всегда прогоняем был с уроном. И сие сражение продолжалось до сумерков, коему сделал конец генерал-майор Вейсман, подвинувшись с своим деташаментом вперёд, и коль начал стрелять по неприятелю из пушек и мелкого ружья, то и ретировался он на расстояние вон из выстрелов…»

1 person likes this

Share this post


Link to post
Share on other sites

Странно, что турки не стали использовать пистолеты и винтовки. Сначала могли и пострелять издалека из винтовок, а когда огонь русских ослабел из-за нехватки патронов - подошли бы на пистолетный выстрел.

Share this post


Link to post
Share on other sites
В 08.10.2017в18:27, Чжан Гэда сказал:

Турецкие всадники "рождались с конем, жили с конем, умирали с конем", драгуна брали от сохи, учили некоторое время, затем бросали в бой. Разница в индивидуальном бою была слишком очевидна.

А в строю (тем более, что сначала действительно, уделялось большое внимание обучению стрельбе с коня - см. устав драгун начала XVIII в.) был шанс избежать бессмысленных потерь, отражая атаки наиболее отчаянных всадников огнем и оставаясь в недосягаемости от сабельного удара.

Турки не искали фронтального удара всей массой конницы по русской коннице (пусть даже с охватом флангов) - построение русских войск было для этого слишком мало пригодно.

Думаю, не произойди в XVII веке вестернизации русской армии, успешно завершенной Петром I, то в открытом бою конных масс нашим войскам мало что светило бы. Даже хорошо вооруженная сербская и венгерская феодальная конница была раздавлена в большинстве боев с турками. А у наших до начала XVII в. как раз шел процесс истернизации армии - она со своими стрельцами и поместной конницей по тактике и вооружению уже не сильно от турок отличалась.

Это не "истернизация" армии - тогда именно образец, османская военная машина, в многом походила на западный, то есть русская военная машина стала похожим на вестернизированную армию османской империи, копия копии...

Цитата

Еще "щиты и конные". 

Бузанд Фавстос. "История Армении". V.5

Насколько понял из статьи Нефедкина А.К. - перевод в достаточной мере соответствует оригиналу. "Копьеносцы" тут - катафракты, всадники в доспехах, с длинными копьями, без луков и щитов

В общем верный перевод битвы на поле Дзирав 371 года. Стоит добавить, что царство Великий Айк традиционно отличалась высоким уровнем наличии тяжелой пехоты, может не под стать римским легионерам, но под стать для того, чтоб успешно противостоять коннице парфяно-сасанидского толка, особенно в горных условиях.

Цитата

Еще организованные битвы.

Битв могу много привести.

Цитата

Но А.К. Нефедкин полагает, что таки да - "уговор на место битвы".

Я бы не сказал так - эпизод по моим анализам относится к 356 году. Тогда армянские и "греческие" войска условились встретится у Мцбина (Нисибис), дабы пойти против персов, но по определенным политическим причинам, на котором не остановлюсь, армия Великого Айка внезапным ударом обрушилась именно на римское войско и разбила ее, далее на поле боя встретив уже персидскую армию как союзническую, с которым было изначально планирована война. Относительно последующих примеров - да, у восточных монархии были определенные тактические приемы, когда естественно на конкретном временно-пространственном уровне они считали себя сильным, "по честному" призвать противника на бой, но так же характерно, что, когда они были в слабом положении, от этой "чести" не оставалось ни следа и они успешно уклонялись от боя. Так же характерно, что западные военные как правило не попадались на такое и вступали в сражение когда им было выгодно.

Share this post


Link to post
Share on other sites
Цитата

Если читать греков и армян - персы не победили ни разу (или почти ни разу) ни в одной войне.

Почему тогда греки и армяне видели в них главного противника и никак не могли одолеть на протяжении сотен лет? Почему пленными были ромейские императоры, а не персидские шахи? Почему персы осаждали Константинополь и брали Иерусалим, а не наоборот?

Веры этим национальным сказкам о великих победах очень мало - как по фактам, так и по подробностям.

Извиняюсь конечно, но не согласен - здесь на лицо определенный упрощенный подход к проблеме. Да, как и у всех и всегда, свои историки приукрашивали свои удачи и старались унизить противника, но и такой подход, как у Вас, считаю излишней схематизацией. Да начнем с того, что и римско-византийская военная машина не раз стояла у стен Тизбона и брала Иерусалим, что Вы странным образом углядели. Более того, если сами персы появились под стенами К-поля лишь 1 раз, то греко-римская военная машина не только стояла у стен Тизбона 4-5 раза, но и два раза брала столицу противника. Можно оспорить Ваше утверждение и в других плоскостях, но это уводит нам далеко от темы...

Цитата

Сказки от византийско-армянских историков принимать за чистую монету и опираться на них - более чем опасно. Особенно при отсутствии сохранившейся сасанидской историографии.

И где та Византия? И была ли ВООБЩЕ Великая Армения с 90 тысячами всадников-копьеносцев, не считая щитоносцев?

Вся история Сасанидов известна не по их источникам, т.к. эпиграфика отрывочна и слабо привязывается к реалиям, а иностранные сведения, на которых строится "реконструкция" - все из разряда "Похождения Хаджи-Бабы из Исфахана".

А Иран был и остается сильным государством, с которым даже русские и англичане были вынуждены считаться и возиться немало. Чего не скажешь о тех, кто оставил об Иране письменные источники в ранние периоды его истории.

Странное утверждение. Византия, должен напомнить, пережила Сасанидов на почти 800 лет, это Вам не о чем не говорит? На счет 90.000 конницы Великого Айка - там в тексте говорится, что были собраны в едино 90.000 "прекрасных людей, копьеносцев и тд", но не говорится, что все они именно всадники копьеносцы. После принятия ислама персидская государственность на культурном уровне перетерпел сильный, не поправимый урон и, что бы мы не говорили бы про шиизм, как нац. религию персов, факт остается фактом, это уже не та, изначальная, сасанидская государственность, при том, до новых времен, здесь в основном тон давали именно тюркские элементы. Так что говорить именно о персидском нац. государстве как-то не корректно, вопрос более, чем сложный.

Цитата

Это семечки, вообще Фавстос предпочитает считать сотнями тысяч и миллионами. =) Но интересно не это, а описание тактики "стенка щитов для подпирания всадников" от автора конца 5-го века.

Я уже не раз и не на одном ВИ форуме говорил, что "миллионы" Павсотса и, отчасти, других армянских авторов обусловлены не корректным переводом изначальных данных  переводчиками, а то и часто авторами. Коротко о проблеме -

Дело в том, что труд Павстоса Бюзанда была написана до изобретение армянского алфавита Месропом Маштоцом, то есть изначально оно была написана на греческом. А ведь греческий альфавит дает возможность отображать цифры до "999"-а, далее идет знак "^", с помощью которого обозначали "1.000"-у. В свою очередь, армянский алфавит давал прекрасные возможность отображать цифры до 9.999 и лишь для обозначения "10.000" армяне использовали знак "^".

В итоге, переводчики или переписчики Павсотса, повстречав в греческом варианте текста "Истории" знак "^", по ошибке перевели ее не согласно ее "греческому составляющему" (как 1.000), а согласно тому, что означал этот знак в армянском, как "10.000". В итоге, многие численные данные из труда Павстоса Бюзанда искусственно были умножены на 10, а то и на сотню и более. 

Указанный вопрос отдельно обсуждается в 13-ом томе моей Летописи, ему касалась также и доктор политических наук Армен Айвазян еще в далеком 1998-ом году. В итоге мы оба предлагаем просто в тех случаях, когда мы имеем явно преувеличенные данные относительно численности армии, снизить ее в десять или более раз (Принцип "лишнего нуля").

1 person likes this

Share this post


Link to post
Share on other sites
Цитата

2) две мировые державы тех лет - Византия и Иран. Все. Третья (империя Тан) образуется позднее и будет очень далеко. О размерах и влиянии четвертой (якобы Тюркского каганата "от можа до можа" я уже не раз говорил - масштабы были далеко не те, как принято сочинять).

Поэтому, если граница (на основании тех скудных источников, что есть) практически не менялась - паритет выдерживался. Причем для обеих стран именно этот фронт был основным, а вовсе не пропагандистские славяне, которые якобы только и щемили Византию (они щемили, пользуясь тем, что 90% сил пожирало противостояние с Ираном)

Я конечно далек от мысли Гумилова и Ко, о якобы мировой войне VII века, таких войн не мало было и, если так посмотреть, то всегда шла мировая война, но и с державами, что их двое, несколько перебор. Тот же Аварский каганат у Византии или Франкская империя, чем не мировые державы, особенно в условиях, когда мир, как известно, был "мал". Для сравнения, Византия при Юстиниане имела 150.000 армию, а лишь армянская конница составляла 30.000 воинов, с пехотой до 60.000 может дотягивать. То есть Армения могла быть определенной "мировой державой", для того времени, конечно, типа Индии в современном мире. Так что опять не стоит все упрощать.

Цитата

А какое государство у армян до прихода русских?

Да ладно Вам, сказал бы подобное какой-то далекий от истории человек, еще можно было понять, на услышать подобное из Ваших уст??!! Армяне не имели государственность лишь в отрезке 1426-1918 годов, при том, обратите внимание, они тогда не имели всего лишь армянского царя, так как титул "царь Армении" существовал в титульном листе тех же грузинских Багратидов царства Картли и даже у Кара-Коюнлу, которые величали себя Шахарменами. Но дело даже не в этом, в указанном отрезке времени сохранились армянские княжеские рода, особенно в горных районах Армении, которые и передавали от поколения к поколения традиции государственности. При всем уважении, но не упрощаете все :)

Share this post


Link to post
Share on other sites
3 часа назад, Lion сказал:

Это не "истернизация" армии - тогда именно образец, османская военная машина, в многом походила на западный, то есть русская военная машина стала похожим на вестернизированную армию османской империи, копия копии...

Остается только показать подобный процесс - а так, что Эривань, что Ленкорань - какая разница?

Пока парадигма иная - русская армия до начала XVII в. усиленно истернизировалась, и лишь после нескольких серьезных столкновений с поляками и шведами, в которых модель оказалась неудачной, пришлось переходить к развитию "полков нового строя" на западный манер.

3 часа назад, Lion сказал:

Да ладно Вам, сказал бы подобное какой-то далекий от истории человек, еще можно было понять, на услышать подобное из Ваших уст??!! Армяне не имели государственность лишь в отрезке 1426-1918 годов, при том, обратите внимание, они тогда не имели всего лишь армянского царя, так как титул "царь Армении" существовал в титульном листе тех же грузинских Багратидов царства Картли и даже у Кара-Коюнлу, которые величали себя Шахарменами. Но дело даже не в этом, в указанном отрезке времени сохранились армянские княжеские рода, особенно в горных районах Армении, которые и передавали от поколения к поколения традиции государственности. При всем уважении, но не упрощаете все

Давайте без старой песни на новый лад. Что такое "армянский княжеский род"? Это маленькое, затерянное в горах княжество, которое не влияет на развитие политической ситуации в регионе.

Если говорить о Киликийской Армении - пало оно в 1375 г. Материковый Лузиньян бежал на Кипр, к династийным родственникам. Кстати, несмотря на фамилию Лузиньян - основателем рода был не армянин, а француз.

А до этого очень долго Киликии помогали вассальные отношения с ильханами. Как только в Иране посыпалось (1353), так и в Киликии не заладилось. Странная связь?

Давайте даже обойдем это в целом - мало ли кто кому был вассалом. Но после 1375 г. (даже если принять натягивание совы на глобус до 1424 и лажде до 1515 годов) - о каком армянском государстве идет речь? О бекствах Хамсе? Слишком мало, чтобы сохранить именно государство. Владения под протекторатом очередной иранской династии.

3 часа назад, Lion сказал:

Извиняюсь конечно, но не согласен - здесь на лицо определенный упрощенный подход к проблеме. Да, как и у всех и всегда, свои историки приукрашивали свои удачи и старались унизить противника, но и такой подход, как у Вас, считаю излишней схематизацией. Да начнем с того, что и римско-византийская военная машина не раз стояла у стен Тизбона и брала Иерусалим, что Вы странным образом углядели. Более того, если сами персы появились под стенами К-поля лишь 1 раз, то греко-римская военная машина не только стояла у стен Тизбона 4-5 раза, но и два раза брала столицу противника. Можно оспорить Ваше утверждение и в других плоскостях, но это уводит нам далеко от темы...

Кто был главным противником Византии? Иран. И граница НЕ двигалась радикально. А 90% войск Византии - на восточной границе. Наверное, потому что они "4-5 раза" писали липовые отчеты?

3 часа назад, Lion сказал:

Странное утверждение. Византия, должен напомнить, пережила Сасанидов на почти 800 лет, это Вам не о чем не говорит?

Смешно. В каком качестве пережила? Напомнить историю, когда в Анатолии у нее земель не осталось - все прижали арабы? Что потом, лишь с отступлением арабов (кстати, преимущественно под грузом внутренних проблем) Византия немного отодвинула свои границы на восток, но потом - увы, снова по зубам при Манциркерте. Потом взятие Константинополя - и ликвидация империи. Ее реставрация в виде огрызка, на который все плевали. К 1453 г. владения "Ымперии" ограничивались окрестностями Константинополя, главными силами в котором были 700 воинов, присланных Папой Римским...

И да, смен династий в Византии сколько было? Ну, в связи с дискретностью существования этого недоразумения, с его, прямо скажем, мало славной историей, что сказать? А Иран был и в нем менялись династии. Нормальное явление. Были Сасаниды - закончили Пехлеви. И что? Иран куда-то делся от этого?

Вообще, ВСЯ история ирано-византийских войн - фейковая. Ибо результаты известны по "мегаправдивейшим" описаниям только одной стороны. Делаем выводы?

В общем, скучно - опять великая армянская конница, великие победы ромеев, о которых "со слов сдатчика записано верно".

Реальная история региона гораздо сложнее, но две супердержавы были там всегда - Рум (в разных качествах - от Византии до Османской империи) и Иран (в разных качествах - от Сасанидов до Каджаров). И именно их взаимоотношения решали там все, а остальные страны играли роль декораций, в которых разворачивалось действие (оспаривать это примерно так же смешно, как оспаривать то, что с 1945 г. в Европе 2 силы - США и СССР/РФ, а остальное - декорации). Декорации добавляют интриги, позволяют случится нюансам, но не более того.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Lion-джан!

Я очень прошу - не надо новый виток старой эпопеи. Надо просто объективно сказать - да, были у Армении определенного рода трудности последние 600 лет истории. Да, Армения не была супердержавой и не влияла радикально на положение дел в мире.

Чем это умаляет роль Армении и историю армянского народа - решительно не понимаю. У армян, болгар, сербов и еще массы народов история была очень схожей - малые государства в тени гигантов, затем разгром соседями и поглощение в качестве завоеванных территорий с инкорпорацией в состав победителя. 

Что из того? Я не вижу больших комплексов у сербов, у болгар - они это воспринимают, как историческую данность. И не видел ни одного серьезного болгарина или серба, который расписывает, как они византийцев/турок/франков/... (нужное вписать) рвали и долбили - если случались победы, то они лишь подчеркивали необычность ситуации, когда господин терпит поражение от вассала, а далее весь миропорядок восстанавливался.

Обидного нет никому - просто это исторические процессы. Русским тоже пришлось пережить и монголов, и Смуту, и 2 немецкие оккупации. И что? При словах "Рюрик - скандинав" заводятся и писают в потолок кипятком только самые упоротые и безграмотные "славяносеки" (нацисты в славянском обличье). И монгольское иго кто отрицает? В первую очередь, скрытые фашисты и ревизионисты. На русских же это никак не влияет. Влияют другие факторы.

Поэтому или нормальный критический подход к источникам, или не надо нового витка срача вообще. Надеюсь на понимание.

Share this post


Link to post
Share on other sites
Цитата

Остается только показать подобный процесс - а так, что Эривань, что Ленкорань - какая разница?

Надеюсь согласитесь, что огнестрел к османам прибыл все же из Европы. Как итог, система осман в многом копия европейской системы и, если мы русскую систему считаем копией османской, то, как и написал, получается копия копии.

Цитата

Пока парадигма иная - русская армия до начала XVII в. усиленно истернизировалась, и лишь после нескольких серьезных столкновений с поляками и шведами, в которых модель оказалась неудачной, пришлось переходить к развитию "полков нового строя" на западный манер.

Есть такой автор, Пенской В.В., и его труд - Великая огнестрельная революция. Как бы мы не относились к названию его труда, факт все же по моему остается верным, что он точно охарактеризовал типы военных машин Европы и осман. Указанный труд лежит у меня на форуме, я в многом согласен с автором.

Цитата

Давайте без старой песни на новый лад.

Давайте, но в свою очередь и Вы дайте слово, что не будете исходит из позиции инерции, ведь все же согласитесь, что история и военная история армян представлено в сети очень плохо и Вы ее не так хорошо знаете :)

Цитата

Что такое "армянский княжеский род"? Это маленькое, затерянное в горах княжество, которое не влияет на развитие политической ситуации в регионе.

Ну да, однако кто влиял, за исключением нескольких ведущих державних родов, типа Осман или Сефевидов? Я не про это, естественно, я про то, что армянские культурны-государственные традиции передавались в этих родах из поколения в поколение, это даже я не говорю про армянскую церковь, так что говорить о том, что, дескать, армяне не имели гос. традиции или они безвозвратно были потеряны, не считаю корректным.

Цитата

Если говорить о Киликийской Армении - пало оно в 1375 г. Материковый Лузиньян бежал на Кипр, к династийным родственникам. Кстати, несмотря на фамилию Лузиньян - основателем рода был не армянин, а француз.

Вот Вы не в курсе - в 1375-ом пал Сис, но до 1426 года в Горной Киликии еще упоминается армянские цари. Не удивлен, что Вы не в курсе, мало кто даже из армянских историков в курсе, ведь сведения, которые я имею ввиду, сохранились в мелких армянских памятных записях или хрониках, которые не известны не армянским специалистам. Но дабы не быть вообще "замкнутым в себе", укажу на примечательный факт - Леонтий Махера, историк Кипрского королевства, упоминает армян Киликии в главе с их "патриархом" в судьбоносном сражении Херокитии 07.07.1426 года, а Гаспар Гамреци, автор памятной записи 1426 года, упоминает лидера киликейских армян в этом сражении, по имени Констандин. Это я к тому, что не все так просто, как Вы привыкли думать, при том, если у Вас будет достаточно терпения, я могу привести все новые и новые факты. Мое правило, не писать без источников.

Цитата

А до этого очень долго Киликии помогали вассальные отношения с ильханами. Как только в Иране посыпалось (1353), так и в Киликии не заладилось. Странная связь?

А кто это отрицает? Как Вы верно сказали, "мало ли кто кому был вассалом".

Цитата

Давайте даже обойдем это в целом - мало ли кто кому был вассалом. Но после 1375 г. (даже если принять натягивание совы на глобус до 1424 и лажде до 1515 годов) - о каком армянском государстве идет речь? О бекствах Хамсе? Слишком мало, чтобы сохранить именно государство. Владения под протекторатом очередной иранской династии.

Я о государственных традициях, собственно последнее армянское царство, который хотя бы номинально имела всеармянское значение, это Киликийское царство. 

Цитата

Кто был главным противником Византии? Иран. И граница НЕ двигалась радикально. А 90% войск Византии - на восточной границе. Наверное, потому что они "4-5 раза" писали липовые отчеты?

На счет продвижения границы - по меркам региона граница продвигалась достаточно существенно, думаю Вы опять все излишно схематизируете. Впрочем, как знаете. Кстати, на счет 90 процентов думаю все же перебор, мои исследования указывают, что, как раз до конца правления Юстиниана Восток как раз был второстепенным Западу.

Цитата

Смешно. В каком качестве пережила? Напомнить историю, когда в Анатолии у нее земель не осталось - все прижали арабы? Что потом, лишь с отступлением арабов (кстати, преимущественно под грузом внутренних проблем) Византия немного отодвинула свои границы на восток, но потом - увы, снова по зубам при Манциркерте. Потом взятие Константинополя - и ликвидация империи. Ее реставрация в виде огрызка, на который все плевали. К 1453 г. владения "Ымперии" ограничивались окрестностями Константинополя, главными силами в котором были 700 воинов, присланных Папой Римским...

И опять, по моему излишне схематизируете. Когда Сасанидов и след простыл, шла Золотая эпоха Македонской-Армянской династии, при том тех же арабов империя в общем успешно отразила, в отличии от персов. Но даже если брать 1071 год - империя пережила своего соперника на 400 с лишним лет.

Цитата

И да, смен династий в Византии сколько было?

Династии-то сменялись, но культурно-политический фон, в отличии от персов и Сасанидов, оставалась неизменной.

Цитата

Ну, в связи с дискретностью существования этого недоразумения, с его, прямо скажем, мало славной историей, что сказать? А Иран был и в нем менялись династии. Нормальное явление. Были Сасаниды - закончили Пехлеви. И что? Иран куда-то делся от этого?

Иран, государство на Иранском нагорье или с сердцем в Иранском нагорье некуда не делась, вот только персидского там до определенного момента было не доминирующее.

Цитата

Вообще, ВСЯ история ирано-византийских войн - фейковая. Ибо результаты известны по "мегаправдивейшим" описаниям только одной стороны. Делаем выводы?

Ну уж извините, давайте обьявим завоевания Александра Македонского фейковыми, по тому же принципу. Так нельзя, Вы слишком строги к первоисточникам. Да, если мы знаем версию только одной из сторон, мы должны относится к информации с определенной долей осторожности, но отбросить их в сторону или объявить фейквоыми лишь из за того, что версию противной стороны не знаем, не считаю корректным.

Цитата

В общем, скучно - опять великая армянская конница, великие победы ромеев, о которых "со слов сдатчика записано верно".

Прекратите, пожалуйста :) Вам давно должно было быть очевидно, что я выше этого.

Цитата

Реальная история региона гораздо сложнее, но две супердержавы были там всегда - Рум (в разных качествах - от Византии до Османской империи) и Иран (в разных качествах - от Сасанидов до Каджаров). И именно их взаимоотношения решали там все, а остальные страны играли роль декораций, в которых разворачивалось действие (оспаривать это примерно так же смешно, как оспаривать то, что с 1945 г. в Европе 2 силы - США и СССР/РФ, а остальное - декорации). Декорации добавляют интриги, позволяют случится нюансам, но не более того.

Ну да, это геополитический расклад, кто отрицает? Но только в свете этого отрицать другое и наличие других явлении, считаю не корректным.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Lion-джан!

Я очень прошу - не надо новый виток старой эпопеи. Надо просто объективно сказать - да, были у Армении определенного рода трудности последние 600 лет истории. Да, Армения не была супердержавой и не влияла радикально на положение дел в мире.

Ну да, начиная с Средневековья. А до этого Великий Айк был третей силой в регионе и говорить о том, что она не влияло на расклад сил в регионе, антиисторично.

Чем это умаляет роль Армении и историю армянского народа - решительно не понимаю.

Я тоже :)

Что из того? Я не вижу больших комплексов у сербов, у болгар - они это воспринимают, как историческую данность. И не видел ни одного серьезного болгарина или серба, который расписывает, как они византийцев/турок/франков/... (нужное вписать) рвали и долбили - если случались победы, то они лишь подчеркивали необычность ситуации, когда господин терпит поражение от вассала, а далее весь миропорядок восстанавливался.

Ну в общем да, но кто отрицает это. Ваш сей пост просто показывает, как по инерции Вы относитесь к мне...

Поэтому или нормальный критический подход к источникам, или не надо нового витка срача вообще. Надеюсь на понимание.

Конечно. Я двумя руками ЗА это, вот только подобный вот призыв с Вашей стороны подразумывает еще и другое - Вы сами тоже должны не относится к мне по инерции, как расписали выше. 

Share this post


Link to post
Share on other sites
2 часа назад, Чжан Гэда сказал:

Кто был главным противником Византии? Иран. И граница НЕ двигалась радикально. А 90% войск Византии - на восточной границе. Наверное, потому что они "4-5 раза" писали липовые отчеты?

про успехи ирана мы тоже знаем в основном их греко-армянских источников. взятие сталици могло дать преймущество в отдельно взятой войне но поскольку они не могли закрепиться на завоеванной территории стратегическая диспозиция сил не менялась. иранцы тоже пару раз брали антиохию даже во времена юстиниана а это не абы что а второй город империи. 

  византиици очень трезво оценили сложившуюся ситуацию. они объективно не могли остановить нашествие славян на полуостров и к тому же они сравнительно легко вписывались в византиискую государственную систему. в результате не лишившись политической власти на балканах на пару сотню лет они без особых военных усилии ассимилировали тамошних славян и вернули власть. это очень по китайски. есть такой китай- рим который вечный а вокруг суета народов. 

2 часа назад, Чжан Гэда сказал:

Смешно. В каком качестве пережила? Напомнить историю, когда в Анатолии у нее земель не осталось - все прижали арабы? 

граница же обычно проходила по тавру а большая часть анатолии все же оставалась под властью империи. в это время даже на оборот империя преимущественно располагалась в Азии т.к. балканны были в руках у славян кроме крупных городов типа салуни и константинополя. даже во времена комнинов антиохия была прямым вассалом, киликия или была завоеванна или оказывалась в васальгом положении а конииский султан называл императора отцом и скорее византия выступала с позиции силы, так что положение византии даже после 1071 г. была не столь плачевным. 

2 часа назад, Чжан Гэда сказал:

Реальная история региона гораздо сложнее, но две супердержавы были там всегда - Рум (в разных качествах - от Византии до Османской империи) и Иран (в разных качествах - от Сасанидов до Каджаров). 

да уж а появление арабов тока усугубила хитросплетения. 

2 часа назад, Чжан Гэда сказал:

И не видел ни одного серьезного болгарина или серба, который расписывает, как они византийцев/турок/франков/... (нужное вписать) рвали и долбили

а болгарам стоило бы. они у вищантиицев не мало крови попили и крестоносцам не хило надавали. к стати 1204 год во многом заслуга болгар. не война с турками а именно востание болгар истощила империю. это конечно на  ряду с социальными потрясениями которые пережевала империя. 

1 час назад, Lion сказал:

Кстати, на счет 90 процентов думаю все же перебор, мои исследования указывают, что, как раз до конца правления Юстиниана Восток как раз был второстепенным Западу.

во времена юстиниана на западе с меньшими силами можно было достигнуть больших преобретении чем на востоке с многократно большими войсками. по этому успешность западных походов не отменяет того что на востоке была сосредоточенно большая часть византииских войск. 

2 часа назад, Lion сказал:

Золотая эпоха Македонской-Армянской династии

об этом и ведет чжан геда речь что к примеру сейчас вы абсолютно неуместно подчеркиваете армянское происхождение македонской династии как будто их армянское происхождение как та отразилась на их политике и в становлении золотой эпохи. это очень раздражает.

к стати ходят слухи что императрица еще до того как выйти замуж за василия была беременно т.ч. лев может и не армянин хотя это конечно никакой существенной роли не играет. 

 

Share this post


Link to post
Share on other sites

византиици очень трезво оценили сложившуюся ситуацию. они объективно не могли остановить нашествие славян на полуостров и к тому же они сравнительно легко вписывались в византиискую государственную систему. в результате не лишившись политической власти на балканах на пару сотню лет они без особых военных усилии ассимилировали тамошних славян и вернули власть. это очень по китайски. есть такой китай- рим который вечный а вокруг суета народов.

Точно! 

а болгарам стоило бы. они у вищантиицев не мало крови попили и крестоносцам не хило надавали.

Точно - военная история болгар многого стоит - 813, 896 и 910-920-ие года многого стоят.

не война с турками а именно востание болгар истощила империю. это конечно на  ряду с социальными потрясениями которые пережевала империя.

Не истощила, а, скорее, на дало востоновится после утраты малоазиатских владении.
 

во времена юстиниана на западе с меньшими силами можно было достигнуть больших преобретении чем на востоке с многократно большими войсками. по этому успешность западных походов не отменяет того что на востоке была сосредоточенно большая часть византииских войск.

Извините, а чем подтверждаете это утверждение?
 

об этом и ведет чжан геда речь что к примеру сейчас вы абсолютно неуместно подчеркиваете армянское происхождение македонской династии как будто их армянское происхождение как та отразилась на их политике и в становлении золотой эпохи. это очень раздражает.

Не надо раздражатся - Вы просто учтите, что на форуме, учитывая специфику интернета, собраны люди из самых разных концов света, в каком-то смысле это как бы диалог цивилизации и ИМХО именно в этом прелесть форумов. Так вот, например в нашей, армянской научной среде, в научном лексиконе принято именно такое название этой династии, как я написал. Думаю нужно учесть то, что здесь встречаются разные научные школы и подходы, а так же и лексикон, и не раздражатся :)

к стати ходят слухи что императрица еще до того как выйти замуж за василия была беременно т.ч. лев может и не армянин хотя это конечно никакой существенной роли не играет.

Слухи слухам рознь - кстати, дело даже не совсем в генетике, а в том, что именно в период этой династии армянский элемент окончательно начинает доминировать в Империи до 1040-их годов. Кстати, Петр III тоже возможно не был отцом Павла I, но мы всего-то из за этого не считаем династию Романовых прерванным.

Share this post


Link to post
Share on other sites
39 минуты назад, Lion сказал:

Не истощила, а, скорее, на дало востоновится после утраты малоазиатских владении.

в азии во времена комнинов ситуация исправилась и граница стабилизировалась, турки даже после падения константинополя ничего серьезного не сделали и империя востановилась как раз из никей. в 12 веке турки не предствляли для византии серьезной угрозы. еще в 1195 году после потери солуни империя нашла в себе силы и разгромила норманов но затем погрязла в неудачной войне с болгарами которые опустошали всю европейскую часть империи. при этом византииская администрация во главе с бездарными ангелами совсем доканали армию. в следствие чего у византии не осталась армии которую она могла бы выставить в полевом сражении. 

51 минуту назад, Lion сказал:

Извините, а чем подтверждаете это утверждение?

 я конечно не настайваю на соотношении 90-10.  наверное и чжан геда не имел в виду буквальное понимание этих цифр. но если посмотреть какими силами империя вела войны в африке и в италии и сопоставить их силам воюющим на востоке ,еще с учетом  арабских буферных племен которые выступали на их стороне и лояльность которых стойла не малых денег  разница будет бросаться в глаза

56 минут назад, Lion сказал:

Слухи слухам рознь - кстати, дело даже не совсем в генетике, а в том, что именно в период этой династии армянский элемент окончательно начинает доминировать в Империи до 1040-их годов. Кстати, Петр III тоже возможно не был отцом Павла I, но мы всего-то из за этого не считаем династию Романовых прерванным.

я это сказал в полушутку. во всяком случае лев власть получил от василия т.ч. он безусловно он предстовитель и продолжатель македонской династии. 

 армянский элемент никогда не был доминирующим в империи. в моем понимании выдвижение армянского элемента в основном связанно с тем что империя постепенно начала продвижение на восток в связи с чем все больше армянскго населения попадала под власть империи. и тут ключевую роль играла разность социально политического устройства двух обществ. в армении аристократия сложилась раньше чем в византии и подпадая под власть последней эти знатные и богатые рода в борьбе за места в высшем бюрократическом аппарате империи имели преймусчество над представителями местных народностей которые не имели сверх накоплении, знатность происхождения и целую ветвь знатных родственников готовых помочь в любых начинаниях. но при этом армянам приходилось отказаться от веры и частично от языка тоесть всего что делала их армянами не спроста же перешедших в православие армян иногда называли иверами. к примеру нельзя же сказать что дуки армяне но можно сказать что у них армянское  происхождение. а объединяющим все эти народы в ромеев был греческий язык, православие и император. 

Share this post


Link to post
Share on other sites

в азии во времена комнинов ситуация исправилась и граница стабилизировалась, турки даже после падения константинополя ничего серьезного не сделали и империя востановилась как раз из никей.

Не согласен - рана, нанесенная у Маназкерта в 1071 году никогда так и не выздоровела. Да, натиск на азиатской границе в первой половине XII века по определенным причинам спала и это дало возможность империи активироватся и даже вернуть некоторые позиции, но полной реставрации так и не было. Здесь не нахожу лишним вспомнить слова Гелцера - “Это (Бытва у Маназкерта 1071 года - L) было часом смерти Великой Византии. Армения и Каппадокия, те самые края, которые дали столько известных воинов и императоров, и которые составляли ее главную силу, были навсегда потеряны для нее ” Гелцер Г. “История Византии”. Никейский период и дальнейшее это уже из другой оперы, здесь уже нет мировой державы, а есть страна с претензиями разве что регионального лидера, при том, часто с безосновательными претензиями.

я конечно не настайваю на соотношении 90-10.  наверное и чжан геда не имел в виду буквальное понимание этих цифр. но если посмотреть какими силами империя вела войны в африке и в италии и сопоставить их силам воюющим на востоке ,еще с учетом  арабских буферных племен которые выступали на их стороне и лояльность которых стойла не малых денег  разница будет бросаться в глаза

Я исхожу из следующего - до 502 года Восток вообще был забит, традиционный германский элемент, даже в купе с исавирйцами, все же в основном упор делал именно на Балканы. Крах 502 года показал, что Восток недооценивать опасно и здесь начали действовать достаточно крупные силы империи. Так, упоминаются например армии в численности до 60.000 воинов. Далее, однако, на Востоке упор опять был сделан именно на оборону без полевого сражения, строительство Феодосиполя и Дары тому в пример. Итогом стало плачевное состояние дел здесь к половине VI века, тогда, как на других границах дела в общем состояли стабильно. Лишь после 571 года ситуация начала изменятся и апогеем процесса стал восточный поход Ираклия 623 года с 120.000 армией.

армянский элемент никогда не был доминирующим в империи. в моем понимании выдвижение армянского элемента в основном связанно с тем что империя постепенно начала продвижение на восток в связи с чем все больше армянскго населения попадала под власть империи. и тут ключевую роль играла разность социально политического устройства двух обществ. в армении аристократия сложилась раньше чем в византии и подпадая под власть последней эти знатные и богатые рода в борьбе за места в высшем бюрократическом аппарате империи имели преймусчество над представителями местных народностей которые не имели сверх накоплении, знатность происхождения и целую ветвь знатных родственников готовых помочь в любых начинаниях. но при этом армянам приходилось отказаться от веры и частично от языка тоесть всего что делала их армянами не спроста же перешедших в православие армян иногда называли иверами. к примеру нельзя же сказать что дуки армяне но можно сказать что у них армянское  происхождение. а объединяющим все эти народы в ромеев был греческий язык, православие и император.

Вы в определенном плане правы и не корректно говорить о "чистых армян" в империи, они в той или иной мере, но постепенно ассимилировались в общем котле многонациональной Империи. Однако вот мнения специалистов:

“Византия обьязана Армении прекрасными солдатами, так как в X-ом веке армянские отряды считались лучшимы частями византийской армии”

Шарл Диль “Основные проблемы византийской истории”, Москва 1947

“Военная мощь, военная организация и военный талант Византии, та надежная и твердая почва, на которой была основана вся пышность страны, полностю была армянской”

R. J. H. Jenkins “The Byzantine Empire on the eve of the Crusades”, London 1953


“С полвины IX ого и до начала XI-ого века сред отважных и преданных генералов империи особо отличились шестеро - Васил I, Роман I, Ованнес-Гурген (Куркуас), Никифор II Фока, Ованнес Чмшик (Цихимскый) и Васил II. Хорошо известно, что все они имеют армянские корни”

R. J. H. Jenkins “The Byzantine Empire on the eve of the Crusades”, London 1953

“В ту эпоху (885-1056 - Л) руль правления находилась в руках необычно одаренноых и деловых членов высшего военнго совета, которые в большинстве своем были армянами”

Гелцер Г. “История Византии

Share this post


Link to post
Share on other sites

Давайте перенесем все вопросы про армянско-визанийские отношения в отдельную тему. Посмотрите, с какого поста это надо сделать.

По поводу односторонних источников - опять вернемся к тому, что были русско-персидские войны начала XIX в. Представим, что все русские источники, как сасанидские, исчезли. Остались только Храм Христа Спасителя с портретами Тормасова, Ермолова и других генералов, которые отличились на Кавказе и в Иране, и откопали случайно несколько русских медалей "За поход в Персию" (ну, как в Иране сохранилось несколько сасанидских рельефов, немного эпиграфики и мелкой пластики типа монет). Остальное - "Шаханшах-наме", "История Каджаров" и прочие сочинения с персидской стороны.

И мы узнаем, что таки да, отдали пол-Азербайджана, но при этом русские 100500 раз потерпели поражения, и русские потеряли массу генералов - Булкуника, Каравича, Ашанджара и т.п. И что русские фактически купили у Ирана этот мир, будучи неспособными воевать дальше...

К счастью, русские источники, превосходящие по полноте и объему иранские, сохранились. И мы не учим историю русско-персидских войн по сказкам от Фатх Али Саба и ему подобных.

К тому же учтите, что если походы русской армии в Иран освещаются ВСЕМ массивом документов, включая первичные документы, то иранские - это типичные нарративы средневекового образца, где вопрос о правде в освещении событий заменялся кучей других целей - дидактической, моральной, престижной и т.п. Т.е. качество источников неизмеримо выше. Поэтому все документы времен Пероза или Юстиниана - это, пардон, сборник сказок той или иной степени упоротости авторов.

Более или менее объективно освещаются события века с XVI - и из-за возрастания объема сохранившихся документов, и в связи с возрастанием общего уровня грамотности, и с появлением эпистолярного и дневникового жанров, и с появлением новых типов документов, которые привлекаются для реконструкции событий. Однако и тут все бывает плачевно, когда не используют документы второй стороны.

Россия попала в идеологическую ловушку, созданную еще в XVII в. - мол, Москва - Третий Рим, и наша миссия - водрузить крест над Царьградом, освободив все христианские народы и объединив их под эгидой русского царя. А враги - это дикари, тупые варвары, жестокие и трусливые, которых мы одним махом семерых побивахом. Это наследие (плод примитивной пропаганды, актуальной в конкретных условиях XVII в.) прослеживается и в начале ХХ века - сравните с риторикой нашей пропаганды в годы русско-японской войны, или обоснований нашей войны с Срединными Державами. Под это подкладывались примерно такого же уровня "исследования", где четко проводились линии, заложенные еще в XVII в.

Это была болезнь не только России, но именно у нас она задержалась дольше, чем у других европейских государств - достаточно сравнить современную историографию по востоковедению в России и за рубежом.

2 people like this

Share this post


Link to post
Share on other sites
1 час назад, Lion сказал:

Не согласен - рана, нанесенная у Маназкерта в 1071 году никогда так и не выздоровела

результаты турецкого нашествия могли и не оказаться фатальными. это сровни с битвой при ярмуке после которой империя лишилась юго-восточных владении но продолжала существование и не просто существование а в ранге великой державы. даже если бы не поражение мануила при мириокефалоне вряд ли империи удалось бы кардинально изменить ситуацию в анатолии. на асимиляцию турок понадобилась бы сотни лет и то это в том случае если империя имелабы то культурное превосходство над турками какое она имела над славянами в 6-8 веках что очень врядли. но без угрозы с запода она впалне могла существовать и развиваться скорее всего по заподному образцу не теряя политической роли в европе все же тот же мануил выступал противовесом германии в италии и назначал каролей венгрии а это слишком жирно для региональной державы. 

1 час назад, Lion сказал:

Византия обьязана Армении прекрасными солдатами, так как в X-ом веке армянские отряды считались лучшимы частями византийской армии

это потому что с 10 века начинает развиваться наемничества и все большую роль играет столичная тагма. когда потеряны были армянские земли стали нанимать европейцев и турков этому не стоит придавать большего значения чем оно на самом деле заслуживает.  но в 10 веке ядро как раз представляла стратиотское войско.

1 час назад, Lion сказал:

“Военная мощь, военная организация и военный талант Византии, та надежная и твердая почва, на которой была основана вся пышность страны, полностю была армянской”

  военная мощь опиралась на фемное устроиство которое была передовой для своего времени не только по комплектованию войск но и по военной организации и в какой та мере отдаленно предвосхищала систему корпусов. 

1 час назад, Lion сказал:

“С полвины IX ого и до начала XI-ого века сред отважных и преданных генералов империи особо отличились шестеро - Васил I, Роман I, Ованнес-Гурген (Куркуас), Никифор II Фока, Ованнес Чмшик (Цихимскый) и Васил II. Хорошо известно, что все они имеют армянские корни”

фока здесь лишний он скорее грек или долекий потомок араба. но главная военно административная система  они же выдвигались оттуда а не из армянской  диаспоры 

Share this post


Link to post
Share on other sites
29 минуты назад, Чжан Гэда сказал:

И мы узнаем, что таки да, отдали пол-Азербайджана, но при этом русские 100500 раз потерпели поражения, и русские потеряли массу генералов - Булкуника, Каравича, Ашанджара и т.п. И что русские фактически купили у Ирана этот мир, будучи неспособными воевать дальше...

к стати византииские историки очень критичны. они скорее предпочитают говорить о поражениях чем о победах в поражениях видят больше поучительного потому что победа это всегда помощь всевышнего а на счет причин поражении  надо подумать. в общем не грамма шапказакидательства 

1 person likes this

Share this post


Link to post
Share on other sites

к стати Lion что вы думаете о недавних событиях в самцхе джавакети не освещали в армянских сми ?

Share this post


Link to post
Share on other sites

результаты турецкого нашествия могли и не оказаться фатальными. это сровни с битвой при ярмуке после которой империя лишилась юго-восточных владении но продолжала существование и не просто существование а в ранге великой державы.

Ярмук стоил Империи Сирии и Египта, но остались Армения и Каппадокия. Маназкерт лишил Империи именно их!

даже если бы не поражение мануила при мириокефалоне вряд ли империи удалось бы кардинально изменить ситуацию в анатолии.

Вот-вот. Единственный шанс был у Алексея, договорится с крестоносцами, расселить их в Каппадокии, создать лояльный себя слой и тд. Но Алексей этот исторический шанс потерял своей узкозоркостью.

это потому что с 10 века начинает развиваться наемничества и все большую роль играет столичная тагма. когда потеряны были армянские земли стали нанимать европейцев и турков этому не стоит придавать большего значения чем оно на самом деле заслуживает.  но в 10 веке ядро как раз представляла стратиотское войско.

Вот именно, а там армянские фемы рулили.

фока здесь лишний он скорее грек или долекий потомок араба.

Почему так? Имя Варда, типично средневековое, любимое армянское имя. С какого бока араб или грек?

но главная военно административная система  они же выдвигались оттуда а не из армянской  диаспоры

Указанные люди выдвигались из армейской среди, а там доминировал армянский элемент.

к стати Lion что вы думаете о недавних событиях в самцхе джавакети не освещали в армянских сми ?

Освещали, осторожно, дабы не нагнетать страсти. Армянская епархия Грузии выступила с заявлением, что церковь грузинский, это успокоил даже самые горячие головы. Армянам и грузинам ссорится никак нельзя, нас хотят разделить, дабы уничтожить, благо, уже грузины, после лихих годов национализма Саакашвили, приходят к идее, что армян обидеть нельзя. Мы к этому пришли давно, что грузин обидеть нельзя. Я здесь вижу деньги СОКАР и турок, да местечковые интересы некоторых политиков в Тбилисии и в Джавахке. Вот.

Share this post


Link to post
Share on other sites
1 час назад, Чжан Гэда сказал:

Давайте перенесем все вопросы про армянско-визанийские отношения в отдельную тему. Посмотрите, с какого поста это надо сделать.

По поводу односторонних источников - опять вернемся к тому, что были русско-персидские войны начала XIX в. Представим, что все русские источники, как сасанидские, исчезли. Остались только Храм Христа Спасителя с портретами Тормасова, Ермолова и других генералов, которые отличились на Кавказе и в Иране, и откопали случайно несколько русских медалей "За поход в Персию" (ну, как в Иране сохранилось несколько сасанидских рельефов, немного эпиграфики и мелкой пластики типа монет). Остальное - "Шаханшах-наме", "История Каджаров" и прочие сочинения с персидской стороны.

И мы узнаем, что таки да, отдали пол-Азербайджана, но при этом русские 100500 раз потерпели поражения, и русские потеряли массу генералов - Булкуника, Каравича, Ашанджара и т.п. И что русские фактически купили у Ирана этот мир, будучи неспособными воевать дальше...

К счастью, русские источники, превосходящие по полноте и объему иранские, сохранились. И мы не учим историю русско-персидских войн по сказкам от Фатх Али Саба и ему подобных.

К тому же учтите, что если походы русской армии в Иран освещаются ВСЕМ массивом документов, включая первичные документы, то иранские - это типичные нарративы средневекового образца, где вопрос о правде в освещении событий заменялся кучей других целей - дидактической, моральной, престижной и т.п. Т.е. качество источников неизмеримо выше. Поэтому все документы времен Пероза или Юстиниана - это, пардон, сборник сказок той или иной степени упоротости авторов.

Более или менее объективно освещаются события века с XVI - и из-за возрастания объема сохранившихся документов, и в связи с возрастанием общего уровня грамотности, и с появлением эпистолярного и дневникового жанров, и с появлением новых типов документов, которые привлекаются для реконструкции событий. Однако и тут все бывает плачевно, когда не используют документы второй стороны.

Россия попала в идеологическую ловушку, созданную еще в XVII в. - мол, Москва - Третий Рим, и наша миссия - водрузить крест над Царьградом, освободив все христианские народы и объединив их под эгидой русского царя. А враги - это дикари, тупые варвары, жестокие и трусливые, которых мы одним махом семерых побивахом. Это наследие (плод примитивной пропаганды, актуальной в конкретных условиях XVII в.) прослеживается и в начале ХХ века - сравните с риторикой нашей пропаганды в годы русско-японской войны, или обоснований нашей войны с Срединными Державами. Под это подкладывались примерно такого же уровня "исследования", где четко проводились линии, заложенные еще в XVII в.

Это была болезнь не только России, но именно у нас она задержалась дольше, чем у других европейских государств - достаточно сравнить современную историографию по востоковедению в России и за рубежом.

Вы правы, но до определенного момента. Да, представим, русских источников нет, но ведь результат очевиден, русские победили. А теперь представим, что персидские источники есть, что, они были в состоянии давать радикально другой подход к историческим вопросам, чем ГР источники? Сомневаюсь. При том учтите, кроме ГР источников там еще и армянские, айсорийские и грузинские источники. Я это о том, что, можно писать сказки, но, как правило, истина все же видна. Смотрите, простой пример, ассирйские источники раз за разом пишут, что они пришли, победили "варваров Урарту", все уничтожили основательно, но... раз за разом :) А это уже ясно показывает, успех ассирийцев не был очевиден в реале. Другой пример, в Бехистунской надписи Дарий пишет, что он дал против армян 5 битв и победил в пяти из них, но... 3-4 битвы были уже на территории Месопотамии, то есть после первых битв наступали именно армяне, то есть Дарий врал по поводу итогов первых битв, при том он раз за разом менял полководцев.

Понимаете, никто не берет и тупо доверяет или не доверяет источников - есть масса приемово, с помощью которого историк может понять, доверять первоисточнику, или нет...

Share this post


Link to post
Share on other sites
54 минуты назад, Lion сказал:

Ярмук стоил Империи Сирии и Египта, но остались Армения и Каппадокия. Маназкерт лишил Империи именно их!

да но во время иоанна комнина империя в азии на вскидку имела примерно 9 фем в азии и граница была склонна скорее передвигаться в пользу византии чем в пользу турок. 

59 минут назад, Lion сказал:

Вот-вот. Единственный шанс был у Алексея, договорится с крестоносцами, расселить их в Каппадокии, создать лояльный себя слой и тд. Но Алексей этот исторический шанс потерял своей узкозоркостью.

антиохиици наглядно показали насколько они были склонны к сотрудничеству, не раз и не два нарушая клятву преданности данную императорам. исходящяя от европейцев угроза была гораздо серьезнее турецкой угрозы которая с смертью мелик-шаха почти что сошла на нет.  что и подтвердилась в 1204 году. 

1 час назад, Lion сказал:

Почему так? Имя Варда, типично средневековое, любимое армянское имя. С какого бока араб или грек?

большинство источников склоняются к его греческому или арабскому происхождению. 

1 час назад, Lion сказал:

Вот именно, а там армянские фемы рулили

нет столичная тагма де была вне фемы а принцип комплектации фемного войска был одинаков вот те 4 стадии земли и приходи с конем и полагающимся вооружением а столичное войско было на содержании и там зачастую были иностранци армяне аланы иверы и тд. а так в армянских землях мономах упразднил военную повинность. что наверное была большой ошибкой. 

1 час назад, Lion сказал:

Освещали, осторожно, дабы не нагнетать страсти. Армянская епархия Грузии выступила с заявлением, что церковь грузинский, это успокоил даже самые горячие головы. Армянам и грузинам ссорится никак нельзя, нас хотят разделить, дабы уничтожить, благо, уже грузины, после лихих годов национализма Саакашвили, приходят к идее, что армян обидеть нельзя. Мы к этому пришли давно, что грузин обидеть нельзя. Я здесь вижу деньги СОКАР и турок, да местечковые интересы некоторых политиков в Тбилисии и в Джавахке. Вот.

это очень радует. деньги у турок не быстро кончатся а над своими поступками надо обеим сторонам хорошенько подумать что бы нечего было разжигать.  

Share this post


Link to post
Share on other sites

да но во время иоанна комнина империя в азии на вскидку имела примерно 9 фем в азии и граница была склонна скорее передвигаться в пользу византии чем в пользу турок.

Нуу, это уже не классические фемы, скорее их подобие... 

антиохиици наглядно показали насколько они были склонны к сотрудничеству, не раз и не два нарушая клятву преданности данную императорам. исходящяя от европейцев угроза была гораздо серьезнее турецкой угрозы которая с смертью мелик-шаха почти что сошла на нет.  что и подтвердилась в 1204 году.

Нуу, имперцы тоже не подарок и, сделав они первый шаг, не обидев они европейцев еще в 1096-ом году, все было бы по другому... 

большинство источников склоняются к его греческому или арабскому происхождению.

Я как-то углядел их? 

нет столичная тагма де была вне фемы а принцип комплектации фемного войска был одинаков вот те 4 стадии земли и приходи с конем и полагающимся вооружением а столичное войско было на содержании и там зачастую были иностранци армяне аланы иверы и тд. а так в армянских землях мономах упразднил военную повинность. что наверное была большой ошибкой

Точно!

Share this post


Link to post
Share on other sites
42 минуты назад, Lion сказал:

Нуу, это уже не классические фемы, скорее их подобие... 

я имею в виду что под властью империи находилась весьма значительная территория. 

43 минуты назад, Lion сказал:

Нуу, имперцы тоже не подарок и, сделав они первый шаг, не обидев они европейцев еще в 1096-ом году, все было бы по другому... 

учитывая то что знакомство  крестоносцы начали с погромов в венгрии болгарии и затем неудачным штурмом константинополя вряд ли алексей питал какие нибудь иллюзий на счет их целей. 

45 минуты назад, Lion сказал:

Я как-то углядел их? 

Кажда́н Армяне в составе господствующего класса Византийской империи в XI—XII вв. Ереван, 1975

Share this post


Link to post
Share on other sites

я имею в виду что под властью империи находилась весьма значительная территория.

По моему это вовсе и не значительность, по сравнению с предыдущим периодом. Впрочем, как знаете :)

учитывая то что знакомство  крестоносцы начали с погромов в венгрии болгарии и затем неудачным штурмом константинополя вряд ли алексей питал какие нибудь иллюзий на счет их целей.

Ну, Алексей тоже не подарок, если бы он своевременно обеспечил продовольствие и организовал связи с лидерами похода. Там хронисты крестоносцев в один голос жалуются, что люди императора, всякие там печенеги и туркополы, нападали на них. Нет, как не крути, виноват именно Алексей! 

Кажда́н Армяне в составе господствующего класса Византийской империи в XI—XII вв. Ереван, 1975

Ну да, знаком с этой работой. Там род Фока считается "вероятно" армянской, с учетом того, что нет прямых свидетельств в источниках. Однако армянские специалисты и в частности Бартикян и Ко не ставят вопрос под сомнение.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Мы опять? Это я про то, что Дарий врал - победоносные армяне гнали побежденных персов, а потом стали их покорными подданными и служили во всех войнах по призыву ...

Ну анализировать источники надо! И локализация местностей, пардон, должна быть профессиональной. Я уже убедился, как лихо порой локализуют местности при переводах - ну, фигня, 200 км. в одну сторону, 500 км. в другую - бешеным древним это не за крюк казалось ...

Все, все армянские темы переношу завтра, если будет время, в другую ветку. Можете начать новую - я туда все соответствующие теме сообщения перенесу. Здесь больше про это не пишем.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now

  • Similar Content

    • Воспоминания уральцев о восстаниях в Александровской тюрьме в 1919 году // Партийные архивы. Материалы V межрегиональной научно-практической конференции. Нижний Тагил, 14–16 мая 2019 года. Екатеринбург, 2019. C. 136-160.
      By Военкомуезд
      Дмитрий Владимирович Кадочников, начальник отдела научно-справочного аппарата и учета архивных
      документов Центра документации общественных организаций Свердловской области
      г. Екатеринбург

      ВОСПОМИНАНИЯ УРАЛЬЦЕВ О ВОССТАНИЯХ В АЛЕКСАНДРОВСКОЙ ТЮРЬМЕ В 1919 ГОДУ

      Далеко в стране иркутской,
      Между двух огромных скал,
      Обнесен большим забором
      Александровский централ.
      На переднем на фасаде
      Больша вывеска висит,
      А на ей орел двуглавый
      Позолоченный блестит…

      2019 год проходит под знаком 100-летней годовщины Гражданской войны в России. Также можно отметить, что в настоящее время /136/ большой интерес уделяется так называемой истории повседневности, важным источником которой являются мемуары.

      Уральским Истпартом в 1920–1930-е гг. было собрано большое количество воспоминаний участников Гражданской войны. Среди них имеются не только мемуары, касающиеся хода боевых действий на Урале, но и те, что освещают события в других регионах. В частности, одним из событий, характеризующих период крушения власти адмирала А. В. Колчака в Сибири, являлись восстания в Александровской центральной каторжной тюрьме осенью и зимой 1919 года.

      Автором выявлены воспоминания восьмерых заключенных Александровской тюрьмы, бывших свидетелями данных восстаний:



      1. Бороздин Федор Лукич – председатель сельского совета с. Краснояр Первоуральского района, эвакуирован из Екатеринбургской тюрьмы № 1 перед отходом колчаковских войск, прошел по пешему этапу до Ново-Николаевска, оттуда на поезде до Иркутска и вновь пешим этапом до Александровской тюрьмы. Пережил декабрьское восстание. Воспоминания «Поминки Колчака (Белый Террор)» составлены в 1929 году [1].
      2. Бухарин Михаил – накануне чехословацкого восстания был служащим Челябинского отделения Государственного банка, участник челябинского подполья. Из Уфимской тюрьмы был отправлен в Сибирь 29 мая 1919 года в «эшелоне смерти». Прибыл в Александровскую тюрьму 25 июня 1919 года. Был свидетелем сентябрьского и декабрьского восстаний. Его воспоминания, которым он хотел дать заглавие «Выходец с того света», являются самыми ценными из тех, что посвящены восстанию в Александровской тюрьме. Они были составлены «по горячим следам» – осенью 1920 года – и примечательны своей красочностью и подробностью. В них также освещаются события чехословацкого наступления в окрестностях Челябинска, работа и провал Челябинского подполья и расправа над его участниками в Уфимской тюрьме [2].

      3. Вейберт А. был арестован в Екатеринбурге в 1918 г. за сочувствие к Советской власти. Доставлен в Александровскую тюрьму из Екатеринбурга по железной дороге в январе 1919 года. Был свидетелем обоих восстаний. Оставил воспоминания под заголовком «Уральцы в Александровском централе», год написания неизвестен [3].

      4. Давыдовский – челябинский коммунист, принимал участие в восстании в Тобольской тюрьме, оттуда был переведен в Александровскую. Здесь принимал участие в подготовке сентябрьского /137/ восстания, после которого был переведен в Троицко-Савскую тюрьму. Воспоминания Давыдовского «По Колчаковским тюрьмам», согласно записи на имеющемся в ЦДООСО документе, были опубликованы в газете «Советская Правда» (№ 152 за 1920 г.) [4].

      5. Морозов Дмитрий Андрианович – красногвардеец-железнодорожник, был взят в плен на станции Поклевская, не успев эвакуироваться с отступающими частями Красной Армии. Сидел в Ялуторовской тюрьме, откуда по этапу дошел до Омской тюрьмы, где симулировал заболевание тифом, затем по железной дороге был перевезен в Иркутскую тюрьму, а оттуда переведен в Александровскую.

      Принимал участие в декабрьском восстании, оказался в числе тех, кому удалось прорваться к партизанам Н. А. Каландаришвили. Воспоминания «В плену у белых» были написаны им в 1933 году [5].

      6. Панов Михаил Иванович был взят в плен в бою под станцией Кын. Сидел в Челябинской тюрьме, откуда был доставлен в Александровскую по железной дороге. Стал свидетелем сентябрьского восстания, после чего был переведен в лагерь военнопленных в г. Ново-Киевск, откуда был освобожден и участвовал в партизанском движении. Воспоминания «У белогвардейцев в плену» написаны в 1932 г. [6].

      7. Катаев, красноармеец, остался в Екатеринбурге после отступления красных (предположительно, был арестован за уголовное преступление) [7].

      8. Совков, красноармеец, был пленен при взятии войсками генерала Пепеляева г. Перми [8].

      Двое последних содержались в Екатеринбургской тюрьме № 1, откуда были эвакуированы при подходе войск Красной Армии и отправлены по этапу до Александровской тюрьмы, где стали свидетелями декабрьского восстания.

      Воспоминания Катаева и Совкова содержатся в стенограмме вечера воспоминаний при райсовете Верх-Исетского завода 3 июля 1929 года, однако события в Александровской тюрьме ими затрагиваются лишь мельком.

      Первым из упомянутых авторов в Александровском централе оказался Вейберт. Он прибыл в его пересыльную тюрьму в январе 1919 года:

      «8 января 1919 г. была отобрана партия в 105 человек, среди них попал и я, и ночью выведена из тюрьмы.

      Под сильным конвоем пришли мы к станции Екатеринбург І, где в абсолютной темноте нас посадили в какой-то поезд и отправили /138/ в Тюмень. Там оказалось, что Тобольск, вследствие вспыхнувшего в тюрьме тифа, нас не примет. Эшелон был отправлен по железной дороге дальше на восток.

      Мы ехали без особых треволнений около трех недель и были высажены на станции Усолье, не доезжая Иркутска. Здесь нас принял другой конвой и на лошадях доставил в село Александровское, в пересыльную тюрьму централа. Люди были одеты отчасти весьма легко, мороз же стоял около 40°. Некоторые сильно обморозились, но потом в тюрьме поправились.

      В тюрьме мы застали мертвенную тишину. Мы думали, что кроме нас там других арестованных и нет, так как ни в одном из остальных восьми корпусов жизни не было видно. После выяснилось, однако, что в одном корпусе есть заключенные – эвакуированные из Самарской и Сызранской тюрем, – но они лежали поголовно больные, очень многие с начисто отмороженными конечностями. Они гнили, мясо отваливалось, в помещении стоял смрад. А медицинской помощи никакой: ни доктора, ни врача, ни медикаментов.

      Это были остатки в числе, кажется, до 100 человек от большой партии арестованных. Их возили с Волги до Дальнего Востока и оттуда уже привезли наконец сюда. Волосы становились дыбом от рассказов их о претерпенных ими в течении многомесячной поездки страданиях» [9].

      Остальные авторы были доставлены в Александровский централ летом и осенью 1919 года.

      Еще перед отступлением колчаковских войск с Урала руководство мест заключения выражало свою озабоченность тем, что уральские тюрьмы страдают от переполнения, и в качестве меры по их разгрузке указывали на необходимость эвакуации заключенных в Сибирь. Однако данное мероприятие не представлялось возможным осуществить, поскольку дела подследственных (составлявших свыше 90% от числа заключенных) не были разобраны [10]. В результате эвакуация
      пленных красноармейцев и политических заключенных в тыл затягивалась и была произведена уже под угрозой освобождения их Красной Армией. Александровская центральная каторжная тюрьма стала одним из основных пунктов концентрации этих людей.

      При их перемещении, совершавшемся как железнодорожных и водным транспортом, так и пешим ходом, обращение с ними было самым безобразным, переходившим в кровавую расправу.

      Этапирование описывается авторами воспоминаний так:

      Ф. Л. Бороздин:

      «Нельзя обойти молчанием того, как мы были отправлены из Екатеринбурга, из тюрьмы № 1, так как я из наших односельчан по случаю заболевания тифом в Екатеринбурге остался один. И пред самым /139/ приходом Красной армии нас с 2-й партией политзаключенных отправили ровно в 12 часов ночи под строгим конвоем на восток, где мы сразу попали под проливной дождь.

      И с первых же дней нашего этапа начались расстрелы арестованных. Гнусные издевательства чинились белыми над женщинами, которых выводили из этапа в бани и т. п., после чего снова возвращали под конвой.

      Оставшиеся товарищи в живых сейчас помнят, как расстреливали арестованных за то, что не имел кто на себе креста, а про битых прикладами и шомполами нечего было и говорить, так как у нас, у политзаключенных создалась для этого натуральная привычка.

      В г. Ишиме к нам присоединили ишимских заключенных, и всего нас стало 1200 чел. И только за то, что мы просили хлеба, в первом же селе от Ишима, не помню название, 85 чел. выкликали первых по списку и с криком «Ура!» набросились на без защитных, и всех перекололи. И оставшихся арестованных гнали пешком до Ново-Николаевска, где уже захватила нас зима, и там погрузили в вагоны и отправили в Иркутск. И когда догнали до Александровского централа, то нас насчитывалось только около 250 чел., а остальных в пути перекололи» [11].

      Морозов:

      «Погнали из Ялуторовской тюрьмы человек 240 примерно. Впереди шли 4 лошади с пустыми телегами для больных и уставших в пути, сзади обоз местного Ялуторовского гарнизона и конвойной команды. Конвой у нас сильный был, больше 600 человек. О побеге и мечтать не приходилось.

      Вышли в знойный августовский день. Невыносимый жар, пыль забивала глаза, нос, рот, дышать было нечем, а шагать надо. И надо нести на спине свои вещи и хлеб для себя. Ежеминутно слышишь крик конвоиров: «Подтянись!», – ощущаешь шлепанье прикладов, как по своей спине, так и по спине своих товарищей.

      Первой жертвой белых палачей оказался красноармеец китаец, выбившийся из сил на первом километре за рекой Тоболом. Начал выбиваться из строя, стал отставать и, наконец, сел в пыль дороги. Услужливые лакеи буржуазии не замедлили освободиться от него. Вытащили его в сторону из партии и зарубили, труп оставив открыто среди дороги на растерзание воронью. Партия двинулась дальше.

      Шедшие впереди пустые телеги быстро стали наполняться уставшими и заболевшими арестантами. На первый раз насадили человек 20, лошадей свернули в сторону, пропустили мимо их партию и дали команду: «Шагать быстрей без оглядки». Ускорили шаг, и мы шли, не останавливаясь, но любопытство, что будет с теми, которые на телегах, брало свое, и всякий раз старались взглянуть назад. И что же? /140/ Всех, кто был на телегах, ссадили в сторону дороги и изрубили. Не прошло и полчаса, как телеги вновь нас обогнали и шли впереди пустыми, а сзади остались куски мяса борцов за дело свободы.

      […]

      Дошел до Омутинки, там ночевка. Нас загнали в сараи, свалились, как снопы, на пол повалкой, но отдохнуть не дали. Ночью открылась дверь, и в сарай въехал верхом на лошади фельдфебель, начальник Ялуторовской местной конвойной команды, который, не обращая внимания на то, что на полу лежат люди, стал ездить по сараю. На кого наступит лошадь, для него безразлично. Потом выгнали из сарая на улицу группу человек до 10, в том числе рядом лежащий со мной Уфимцев, которой мне сказал: «Если не вернусь, возьми мои вещи». И не вернулся. Их расстреляли, и расстреляли не просто так себе, а не пожалели и своего конвоира Уфимцева, родного брата того, который был выведен из сарая, и заставили его расстреливать своего брата. Конвоир Уфимцев отказался, тогда его тоже поставили и расстреляли обоих.

      Из вещей Уфимцева я взял ботинки, и наутро партия пошла дальше. В ботинках стало лучше, но все же шел на голом мясе, так как кожа с подошв и пальцев слезла, но шел, не садился на телеги, которые вновь стали быстро наполняться людьми, которым все равно надо падать на дорогу от истощения и устали. Выход один, и садились на телеги. Ряды нашей партии стали быстро редеть. Все меньше и меньше нас становилось, и в результате путь от Ялуторовской до Омской тюрьмы был устлан труппами пленных красногвардейцев и уголовников, которым пощады тоже не было.

      […]

      Вот с такими приключениями добрались до Омска. Когда в ограде Омской тюрьмы нас стали принимать, то оказалось, что из 240 человек осталось только 61 человек, а остальные не выдержали и были изрублены дорогой палачом поручиком Андреевым, начальником конвойной команды» [12].

      Совков:

      «В Камышлов мы вышли 11 числа, 13 в 4 часа утра уже были в Камышлове, прошли 135–140 верст. За этот путь положили 130 человек. До Камышлова, главным образом, принимал участие в расстрелах нашего этапа отряд Анненкова, казаки, которые сопровождали до Тюмени и щелкали направо и налево, кто подвернется под руку. Попадали не только люди, идущие за идеи, политические арестованные, но и люди, арестованные за уголовные дела.

      Всего в этапе до Ишима мы потеряли около 200 человек. Из Ишимской тюрьмы в нашу партию мы приняли 440 человек, из которых сейчас же 80 человек выдающихся ребят отделили и увели совершенно /141/ в другую сторону. С ними уехали две подводы, которые потом привезли воз одежды с тех товарищей, которые были уведены. Одним словом, расправлялись с ними, раздевали донага и привозили имущество.

      От Ишима опять продолжались такие же зверства, какие были до Камышлова. Затем дальше на Сибирском тракте был сделан привал около хлебохранилищ. 6 человек товарищей попрятались, чтобы не продолжать дальше путь, но их кто-то выдал, и с ними жестоко расправились штыками.

      […]

      Нам хлеба, кроме крестьян, никто не давал, до Тюмени никто не кормил. Идешь, видишь крестьян с хлебом, если успел схватить кусок, хорошо, а то тебе прикладом, чем угодно в зубы съездят» [13].

      Участь заключенных, перевозимых по железной дороге, была лишь немногим лучше, в связи с чем составы с ними получили кличку «эшелонов смерти». Воспоминания М. Бухарина дают представление о том, что дана она была не напрасно:

      « […] нас привели на вокзал и загнали всех кандальных в один вагон. Нар не было, навоз конский не убран, нам еще наставили один водонос бочек и два судна, так называемые по-тюремному параши. И вот когда нас загнали в этот вагон и приказали закрыть все люки у вагона, а двери уже были закрыты на замках, и вот какая сделалась духота, жара, что прямо никак нельзя выносить, а тут еще и навоз разопрел и поднял свой газ, что и было невыносимо. Мы стали стучать в стенки вагона, чтобы нам открыли хотя два люка или лучше пускай нас расстреляют, а то мы сами все подохнем. Нам позволили открыть два люка, но с условием, если только увидят чью либо голову, хотя и посредине вагона, через люк будут стрелять.

      […]

      На станции Томск мы стояли долго, четверо суток, где не получали не хлеба, ни воды, а жара была порядочная. И вот я как раз был старостой нашего вагона, хотел попросить воды, выглянул или вернее стал к окну и хотел просить у часового, чтобы нам дали воды, а тут как раз ходил начальник конвоя, следил, не глядит ли кто где из арестованных. И вот меня он увидел, тихо подкрался под вагоны и выскочил, взвел курок нагана, который таскал все время под мышкой, и прицелился прямо в меня. Я его сразу не заметил, но когда курок он взвел, я услышал и взглянул в ту сторону, и сразу отскочил, но уже было поздно. Я видел, как вылетел огонь из нагана ствола револьвера и раздался удар.

      […]

      Пуля попала в стенку вагона, проколола ее насквозь и ушла обратно. Сделала дырочку как раз против моей груди. Если бы она не дала /142/ рикошет, тогда могла бы убить. И вот поголодали мы тут четверо суток, повезли нас дальше в Сибирь.

      Долго мы ездили. Было очень неудобно. Я уже говорил, что нар нет, две параши, один водонос. Лежать было очень плохо. Ноги один другому клали на ноги, и вот если бы не было цепей, конечно, было бы не так больно, как с цепями. Они сильно бьют другому ноги» [14]

      Согласно воспоминаниям условия содержания заключенных в Александровской тюрьме были следующими:

      Бухарин:

      «Жили мы пока ничего, получали два фунта хлеба и обед, сваренный из какой-нибудь крупы, и кипяток, а потом с наступлением осени стало все хуже и хуже.

      […]

      Нам стала грозить зима, так как у нас была вся своя одежда снята еще в Уфимской тюрьме, а поэтому мы имеем только одни кальсоны и рубашку и еще некоторые тюремное одеяние, а другие холщовые (парусиновые) простыни. Вот все, что имелось для обороны. Холода зачинаются, октябрь месяц, я простыл и заболел тифом. Лежал я не помню сколько, говорили мои товарищи, что меня не было около четырех недель, я находился в тифозной камере. В этой камере уход был таков: приносили кипятку и обед, какой приносили здоровым, такой и больным, и мы сами не ходили на уборку, а у нас были уборные, вот какое отличие больных от здоровых.

      […]

      Тогда уже хлеба давали мало для всех заключенных, когда одну четверть, а когда и осьмую фунта. Со временем давали только картошки две или полторы штуки, т. е. один фунт или полфунта. Вот какое положение было» [15].

      Вейберт:

      «Особенно тяжело было отсутствие освещения – ни электричества, ни керосина, короткие зимние дни, длиннейшие вечера и ночи. Коротали время песнями…» [16].

      Морозов:

      «Сидеть в бараках было плохо. Охота поглядеть, что делается на улице, а нельзя: окна застыли, но любопытство брало свое. Как-то в полдень сидел я со своим товарищем на нарах и бил в своей шинели вшей механизированным путем по последнему слову тюремной техники. То есть шинель разостлал на гладкую доску нар и водил по ее рубцам донышком бутылки, сильно нажимая на нее, от чего вши трещали, как из пулемета, и гибли тысячами, швы шинели окрашивались в красный цвет. А товарищ сидел рядом со мной (Байдалин Мирон) и починял себе рубашку. Вдруг брызнула кровь мне в лицо, /143/ и обожгло руку в плече. Что такое? Промигался и вижу разорванный рукав у меня. Пощупал руку – ничего. Посмотрел на своего товарища – а он лежит на нарах и мозги рядом. А получилось вот что.

      Один из заключенных вздумал посмотреть в окно, для чего приложил губы на лед стекла и стал дуть. Образовалась дырочка, в которую ему можно было глядеть на улицу, чего заметил наружный часовой с вышки и выстрелил. Попал не в него, а пуля прошла мимо и прямо моему товарищу в правый бок черепа, вышибла кусок кости и мозги и прошла по моему рукаву под нары в пол. Этот инцидент никем из начальства во внимание принят не был, и часовой продолжал караулить, когда еще сделают ему мишень. С тех пор мы установили дежурство у окон и стали строго следить, чтобы кто не вздумал отдувать лед от стекол.

      Вскоре меня перевели в корпус централа и посадили в одиночную камеру номер пять. Кормили никуда не годно. В день давали 3 стакана кипятку и полфунта хлеба, а когда и этого не было. Изредка попадала горошница» [17].

      Тяжелые условия содержания заключенных, активные действия партизан в окрестностях Иркутска, наступление Красной Армии и разложение колчаковского тыла создавали в Александровской тюрьме обстановку, благоприятную для восстания. Политзаключенные, не утратившие воли к борьбе, не преминули ей воспользоваться.

      В Александровской тюрьме в 1919 году произошло два крупных восстания, имевших, однако, лишь частичный успех. В обоих случаях, согласно воспоминаниям, роковую роль в итоговой неудаче сыграло вмешательство чешского отряда, находившегося в составе войск, охранявших тюрьму.

      Первое восстание состоялось в сентябре 1919 г. В ходе него часть заключенных пересыльной тюрьмы при поддержке партизан отряда Н.А. Каландаришвили и сочувствующих солдат гарнизона сумела прорваться на свободу и присоединиться к повстанческому движению.

      По-видимому, Бухарин и Давыдовский принимали участие в подготовке данного восстания.

      Бухарин:

      «Осенью в сентябре месяце, как раз когда бывает праздник Александра Невского, кажется, 30 сентября мы до этого вели переговоры с пересыльной тюрьмой, чтобы сделать восстание и выйти обеим тюрьмам вместе, и идти в толпу [так в тексте; вероятно, имелось в виду – «в тайгу»], и там организовать партизанские отряды. И вот когда у нас было все готово, и мы решили сделать в тюрьмах в обоих сразу восстание, а поэтому назначили день и число, когда выходить, и кто что должен делать во время выхода. И вот наша тюрьма должна выйти первой /144/ и вместе с рабочей командой, которая находилась отдельно от тюрьмы, но и не такое было наблюдение, как раньше. И вот, значит, мы должны с ней выйти первые и разоружить чехов, которые находились в тюремной охране и помещались напротив тюрьмы.

      Но что же получилось? Пересыльная тюрьма не дождалась нашего выступления и выступила сама вперед нашей. И вот когда она выступила, то некоторые солдаты прибежали к нашей тюрьме и сообщили чехам, и у чехов было два пулемета и много патронов и были также бомбы и гранаты ручные. Когда из пересыльной вышли и разоружили гарнизон солдат, в это время чехи узнали и моментально поставили пулеметы на горе, и которая была выше тюрьмы и стали стрелять, когда те подходили к нашей тюрьме. И вот нам уже нельзя никак было выйти, потому что чехи хорошо устроили свою позицию. Их было сорок человек, и вот сколько ни бились наши товарищи, но никак нельзя было нас освободить, и мы остались, а они ушли. Их ушло около пятисот человек, остались только больные и кому лень было уходить. Нам после этого не давали прогулки, и мы сидели под строгим карцерным положении, на оправу выводили по два человека и за обедом тоже два, и вот так продолжалось недели две, а потом все стихло. После этого много поймали из них, которые разбрелись отдельно, и приводили в нашу тюрьму» [18].

      Вейберт:

      «В сентябре 19 года в нашей тюрьме было сделано восстание. Рано утром, чем свет, арестованные из І корпуса, выпущенные по обыкновению для работы в кухне, пекарне и т. д., зашли в надзирательскую как бы за ключами, но бросились на надзирателей, обезоружили их, захватили винтовки. А с улицы распропагандированная военная охрана тюрьмы со своим офицером подала арестованным помощь. Сбили с дверей корпусов замки, и арестованные вышли.

      Помню, я сидел в одиночке, спал. Вдруг страшный удар в дверь. Тяжелый замок спал, дверь кто то извне отворил и крикнул: «Вы свободны, товарищ». Быстро одевшись, выбежал я и другие несколько человек одиночников одиночного корпуса во двор и на улицу. Но уже трещали пулеметы запаса караульной роты, а вдали в горы, покрытые лесом, бежали наши товарищи из первых отворенных корпусов вместе с перешедшей на их сторону частью охраны. Успело уйти, кажется, человек 300, остальные 500–600 не успели…» [19].

      Давыдовский:

      «По прибытии в Александровскую центральную каторжную тюрьму опять стали думать об освобождении.

      Посредством библиотеки связались с товарищами, содержавшимися в Александровской пересыльной тюрьме, затем с местной Александровской, Инокентьевской, Усольской и Иркутской организациями. /145/ Была также связь и с дедушкой Карандашвили, который обещал в случае надобности укрыть бежавших в безопасное место.

      Вопрос о выступлении был решен окончательно, трудно было учесть, кому выступить выгоднее – центральной или пересыльной тюрьме.

      Центральной ночью не было возможности выступить, могли разве только днем, но тогда могла пострадать пересыльная тюрьма, при которой помещался местный батальон.

      В конце концов, товарищи пересыльной тюрьмы уведомили, что они выступят первыми.

      Был дан целый ряд указаний, и выступление должно было быть лишь в том случае, если они смогли бы освободить Централ.

      Ночью пересыльная тюрьма выступила. Восстание прошло бескровно. С рассветом вооруженные товарищи, рассыпавшись в цепь, двинулись на освобождение Централа. Но было уже поздно. Чехи были предупреждены и встретили наступавших товарищей ружейным и пулеметным огнем. Цепь остановилась, постояла на месте, дрогнула и повернула назад. Чехи преследовать их почему-то не решились, а предлагали тюремной администрации впустить их в Централ и позволить им переколоть большевиков.

      На другой день после ухода освободившихся товарищей из Иркутска был послан в погоню конный особый отряд, пехота с пулеметами, но все было напрасно. Товарищи ушли.

      Экстренно была назначена комиссия по расследованию дела, но ей ничего не удалось выяснить, и она только констатировала факт и с тем уехала обратно в Иркутск, переведя только начальника пересыльной тюрьмы на место освободившихся. Нужно отметить и то, что были такие «политические заключенные», которые не только не участвовали в самоосвобождении, но даже отказались уйти из тюрьмы, когда был уже свободный выход. Списки этих «верноподданных» иркутский губернатор Яковлев приказал представить в губернскую инспекцию. Вероятно, предполагалась амнистия или же какая-нибудь награда. Конечно, все это было в проекте, и осуществить не пришлось, так как не пожелавшие уйти просидели в тюрьме до тех пор, пока их не освободили большевики» [20].

      Панов:

      «Тюремная стража чувствовала себя в некоторой тревоге и опасности, имея на своем попечении около 5000 человек заключенных. Военная охрана, состоящая из молодых солдат, недавно прибывших из деревни, большой надежды на себя возлагать вызвала сомнение. Главной и прочной охраной в центре корпусов являлась кучка чехов в количестве 30–40 человек.

      […] /146/

      В конце августа военная часть, вызывавшая сомнение в охране тюрьмы, подтвердила это сомнение на деле. Гарнизон, состоявший из 150 человек солдат, утром рано рассыпался в цепь и повел наступление на тюрьму. Завязалась перестрелка между гарнизоном молодых солдат и остальной тюремной стражей. Затрещали пулеметы и ружейный залповый огонь.

      Вооруженная до зубов, опытная в военном деле кучка чехов отбила наступление. Гарнизон в полном составе, захватив некоторое количество военных припасов, ушел в тайгу.

      Тюремная администрация вся была на ногах. Целый день не открывались камеры. Охрана ходила в пределах тюрьмы с оружием наизготовку. На другой день из Иркутска прибыла новая военная часть для охраны гарнизона» [21].

      Второе восстание, состоявшееся 8–12 декабря 1919 года, оказалось куда менее удачным и имело для узников тяжелые последствия. Хотя части восставших и удалось вырваться на свободу, восстание было жестоко подавлено, в результате погибло не менее 200 его участников.

      Ф. Л. Бороздин:

      «Суровый режим Александровского централа и 1,5 фунта картошки в сутки не мог дальше держать существования заключенных, и лишь оставалось одно: жить или умирать.

      12 декабря 1919 г. заключенные, сговорившись предварительно с караулом, сделали попытку побега, но во время побега караул предательски открыл стрельбу, и заключенным ничего не оставалось, лишь возвратиться в корпус.

      На другой день на горке вблизи тюрьмы появилась прибывшая из Иркутска батарея, а неподалеку на колокольне были поставлены пулеметы.

      В течение 2-х суток била батарея по каменному корпусу, и трещали пулеметы. Каменные стены не выдерживали, и заключенные превращались в груду мяса.

      По истечении 3-х суток белогвардейцы под командованием чешского офицера вошли в корпус и перестреляли всех оставших[ся в] живых от бомбардировки. И в результате было перебито около 400 тов[арищей].

      Однако оставшиеся в живых, находящиеся в других корпусах тов[арищи] не могли рассчитывать на спасение жизни. Но тыл Колчака распался, и рабочие каменноугольных копей г. Черемхова сделали восстание, и благородный Колчак попал в руки пролетарского правосудия. И рано утром 1-го января 1920 г. еще до свету делегация от кр[естья]н с. Александровского объявила нам о переходе власти в руки советов, и жизнь наша была спасена. /147/

      Но к великому сожалению нас в Екатеринбург вернулось из 1200 чел[овек] около 100 тов[арищей]»22.

      М. Бухарин:

      «Когда я лежал в больной камере, то товарищи мне писали: «Скорее выписывайся, скорее, а то у нас есть важное для тебя сообщение, которое я тебе могу передать только устно». И вот я не мог выписаться, потому что меня не выписывали.

      И вот восьмого декабря утром, когда уборщики делали уборку, приходят в камеру и говорят: «Товарищи, второй корпус разоружил надзирателей и ушли все до одного». Мы, недоумевая, в чем дело, как там ушли, не может этого быть, чтобы они так скоро ушли, да они уже все во дворе, это дело другое. Камеры наши надзиратель закрыл и побежал. Вдруг загремел залп из караульного помещения, потом другой и третий. Мы просидели до обеда. К нам в окно прилетело несколько пуль, мы залезли под нары и там лежим, но пули все чаще и чаще стали нас посещать.

      После обеда, так приблизительно часа в три, начинают ходить по коридору и стучать по замкам. Это товарищи срывали замки с дверей камер. И заходит один уголовный с револьвером в руках и говорит:

      – Товарищи, вы и мы все свободны, оружие в наших руках и много патронов.

      Я спросил товарища уголовного:

      – А у кого находятся пулеметы?

      – А пулемет только один, другой сломан, они у них.

      Он ушел дальше. Я вышел в коридор и пошел во второй корпус в свою камеру, где я был здоровый. Тюрьма имела два этажа и два корпуса, эти корпуса соединялись коридорами. Значит, тюрьма такова – кругом здание, посредине двор и внизу подъезд. Когда я пошел туда, я увидел на коридоре своих товарищей, которые ходили с берданами и винтовками «гра».

      Я пришел в камеру, где и увидал остальных товарищей, много оказалось тоже больных. Я спросил, в чем дело. Мне сказал один товарищ, фамилия его Зенчук. Он говорит мне, что:

      – Товарищ, сколько мы ждали тебя и ни как не могли тебя дождаться, тов. Бухарин, советовали долго и пришли к тому заключению, что необходимо выходить, а то мы скоро все передохнем с голода и холода.

      Действительно, что холод и голод. Холод, потому что нет одежды, а главное тюрьма не отапливается.

      – И вот мы задумались выходить, а еще и потому, что Колчак издал приказ, чтобы во время отступления все тюрьмы взрывать. И вот вздумали уходить, пусть хотя из нас выйдет мало, но мы не все будем этой проклятой жертвой. /148/

      – Но так в чем же дело, почему вы не выходите? – спросил я их.

      Он говорит:

      – Мы кругом осаж [д] ены. Я взял у надзирателя ключи, мы стали открывать последнюю дверь к выходу на волю. Главных дверей их же я не мог открыть, потому что ключ не тот. В это время надзиратель, который ходил по ту сторону дверей, в это время получился залп из караульного помещения, но так как ворота были из железной решетки, поэтому и нельзя было оставаться тут, а также и уходить назад.

      Но я спросил:

      – А что вы будете теперь делать, почему Вы [затягиваете] время? Если придет к ним помощь, тогда вам будет плохо, я уже про себя не буду говорить.

      – Нам что будет, то мы увидим впереди, – он мне говорит, – что нам придет на помощь Дедушка, наверное, вечером, он стоит недалеко.

      Дедушка – это был один из [командиров] партизанских отрядов, фамилия его Карандашвили. Они были все наготове, чтобы выйти. Они пробовали товарища Зенчук, [так] как [он] знает военное дело хорошо, потому что он был старой армии офицер, но только не того духа, а духа революционного. И вот он сбил замок у боковых ворот со двора и вперед за ворота. Тогда солдаты [дали] моментально залп, но товарищ Зенчук поднял руку вверх и кричит солдатам: «Товарищи солдаты, вы в кого стреляете, и кто вами командует? Вы посмотрите назад, кто вами командует, вы хотите стрелять в своих братьев, которые вам хотят отвоевать свободу?» Скоро послышался снова залп, и Зенчук был ранен в правую руку, но не очень больно. Он забежал обратно во двор. Солдаты прибежали к воротам и стали бросать через забор ворот ручные гранаты. Тогда товарищам пришлось идти обратно в здание тюрьмы. И вот они дожидаются ночи, если дедушка не придет, то мы не пойдем через огонь, но все-таки пойдем.

      И вот, когда стало стемняться, они разбились по отделениям, и в каждом отделении был назначен отделенный, а тов. Зенчук был организатором и командиром всех. Я тоже попросил товарища Зенчука, чтобы они меня взяли с собой. Он был согласен, но с другой стороны было плохо, потому плохо, что я не мог никак идти без чужой помощи. И вот мне пришлось отказаться, и что лучше будет остаться тут в этих несчастных стенах. Я остался пока в этой камере. Тогда они сделали разведку и собрались уходить, и я с ними со всеми попрощался и пожелал им всего хорошего и счастливой дороги и пошел обратно в свою камеру больных. И вот, как видно, они стали выходить. Затрещал пулемет, и все стихло. Ночь была очень темная, и они ушли, и больше не звука. /149/

      Прошла ночь, стало светать, и тогда зачали снова стрелять по нашим окнам. Окны все постреляны, поднялся в камерах холод, прямо невыносимо терпеть. Кормить уже нас не стали. Камеры были открыты, но выйти нельзя было и в коридор, потому что против коридора как раз стоит церковь, и вот с этой колокольни и стреляли по коридору. Оправляться уже некуда, параши полны и все выливается на пол. Сильно больные стали скоро помирать, потому что за ними некогда было ухаживать, причем был еще сильный холод, и они замерзали и помирали с жажды. Вот какое ихнее было положение, потому что нельзя было принести даже снегу. И вот стало самое критическое положение, нельзя также и выносить мертвых, потому что вместе с ними могут еще другие помереть. Поэтому, товарищи, нам уже приходилось оставлять трупы в камерах до ночи, а уже ночью вытаскивали в коридор. Мы тоже известно какие здоровые, мы тоже ходим около стенки. Вот те и называются здоровыми, которые пять или шесть человек выносят трупы, которые весом не более как полтора пуда каждый, потому что самим можно догадаться, что там когда помирали, то уже не было мяса, а только кости, поэтому он мертвый и был такого веса. Не скажу, что легкий, потому что нам и это очень было тяжело.

      Когда пришел второй день, он был очень плох, но оказалось, что второй день был лучше третьего. Пришла вторая ночь, и что же мы увидели? С начала вечера приехала артиллерия, и начался бой. С кем, это пока еще неизвестно. И вот с того же вечера часов наверно так приблизительно с шести или семи привезли пулеметы, и эти пушки зачали стрелять по направлению от тюрьмы. Началась перестрелка, а потом зачался бой. Прибыло к тюрьме подкрепление, и пошла потасовка. Стреляли очень долго, летели пули и к нам в камеру тоже [нисколько] не меньше. Вот скоро пушку увезли назад и поставили где-то за тюрьмой и забрали пулеметы, и тоже повезли. Я как раз наблюдал в окно, хотя это и было рисково. Когда это все увезли, и скоро все стихло, и в улице не видно никого. Долго я сидел на окне и глядел, не понимая, что это такое бы все значило.

      Прошла вся ночь тихо, нигде ни одного выстрела нет. Тюрьма была кругом, ворота тюрьмы открыты, как ушли наши товарищи в первую ночь, так и они и остались. Читатель сразу поймет, в чем тут дело. Все было тихо, так же как и ночью. Мы просидели третьего дня до обеда. Хотя я пишу про обед, но мы его уже не видели третьи сутки, вот поэтому-то и стали скоро умирать, так что в каждой камере по три и по четыре стали вытаскивать в удобные моменты. И вот этот момент тоже, как на поле битвы после перестрелки убирали убитых, так и мы после этого всего вынесли всех умерших в коридор. После обеда, которого мы не видели, снова зачался бой, снова показались на улице /150/ солдаты и пулеметы. Начали опять с кем-то сражаться. Нам было
      очень плохо, но некоторые думали, что наверно на них наступает какой-нибудь партизанский отряд. И вот они [белые] стали наступать, и поднялся опять бой. Там тоже кто-то [стал] сильно отстреливаться.

      К вечеру картина стала все сильнее разыгрываться, и вот кто-то стал отгонять и теснить. Солдаты и чехи стали понемногу отступать. Издали все сильнее и сильнее стали сыпать пули в окна наших камер. Нам уже не приходится из-под нар и головы высовывать, но некоторые товарищи в камерах говорят, что это нас хотят освободить партизанские отряды. Но я еще спорил, также и спросили некоторые товарищи, что если бы были это партизаны то они и не стали бы стрелять по окнам тюрьмы, но с другой стороны опять не так. В конторе тюрьмы внизу, как раз под нашим или вернее в нашем корпусе, засели солдаты, и там пулемет гремит и гремит все время, как видно, били они по этому пулемету. Если бы мы находились в нижнем этаже, нас бы скоро убили, а то мы лежали под нарами, и нас пули не хватали.

      На третий день осады к вечеру стали уже в первый корпус бросать в окна гранаты, а по коридору тоже, как и по нашему, стреляли с колокольни тюремной церкви, так что оттуда стали все перебегатьв наши камеры, так как у нас еще спасаться было можно, потому что у нас еще гранаты и бомбы не кидали, а там у них уже засыпают ручными снарядами.

      Ночь почти всю также стреляли, дальше не отступали, а утром немножко стало потише, но это скоро прошло, и скоро поднялся уже ураган.

      Я еще скажу немножко про положение в камерах. Там уже известно, как люди мучаются, которые были. Камеры все заполняли тифозно-больными, они уже все умерли во время этой перестрелки, так каку них окна тоже были также выбиты, и они поэтому некоторые замерзли, а некоторые [погибли] с жажды. И вот все оказались смертными, а у нас тоже самая поднялась сильная жажда, потому что не было воды, и больные скоро умирали, потому что был сильный жар в каждом больном, и они умирали очень быстро.

      Четвертый день, товарищи, это самый жестокий день нашего переживания в этой Александровской каторжной тюрьме. Четвертый день это был самый кровавый день. Четвертый день это [т] был днем белого террора в Александровской тюрьме. На четвертый день они стали сильнее и сильнее стрелять по окнам и в третий корпус бросать бомбы и гранаты. Многие не хотели уходить из тех камер, где они были посажены. И вот в средине дня стрельба началась только по тюрьме, и открыли огонь из пушек, начали разбивать тюрьму, начиная со второго корпуса. Выпустили сорок снарядов из трехдюймовой пушки. /151/ Снаряды все пробили стенки и попали в камеры, так что вся тюрьма первого корпуса была пробита в громадные дыры. Я в это самое время как раз вышел в коридор, и уж пришлось забежать в другую камеру. Эта камера как раз была окнами в этот средний двор, камера № 22. И вот в ней ни одного стекла не побито, только и она одна и спаслась своими стеклами, которые дали некоторое тепло. Вот в эту камеру и еще забежало несколько человек. Когда я забежал в нее, в это самое время началась стрельба из пушки. Мы все легли под нары и успокоились, ожидая смерти. Я думал себе: «Вот первый корпус разобьют, а потом и наш возьмутся». И лежим и ждем, что кому прилетит. Бой сразу стих, но, думаю: «Значит, сейчас пушку поставят с другой стороны и зачнут понукать нас», – но случилось совсем не то.

      Солдаты забежали в коридоры тюрьмы и стали бросать гранаты в первый корпус, а затем закатили еще пулеметы со стороны улицы и выставили их в двери камеры и стали по ней стрелять. Когда по приказанию все камеры прошли с одной стороны, с другой стали выводить и выстраивать в коридоре. И вот когда выстроят человек 25 или 30, тогда уже открывают по ним огонь из пулемета и сразу всех уничтожают, а потом к нам в коридор забежали солдаты и моментально стали закрывать все камеры на засовы. «Ну, – думаю, – сейчас и нас зачнут сначала из пушки понужать, а для того, чтобы не убежали в другие камеры, так предварительно закрывали». Но оказалось не то, и почему-то солдат стоит с винтовкой в коридоре, которого видно в волчок двери.

      Потом после всего мы узнали, товарищи, следующее: что начальник, который взялся за это дело, он хотел уничтожить обе тюрьмы – Центральную каторжную и пересыльную, и вместе [с тем] больницу, в которой было около 700 больных тифом. Между прочим, наш первый корпус тоже считался все больные, а здоровые были с месяц тому назад переведены во второй корпус. (Я, кажется, смешал первый корпус, сказал на место второго первый, то прошу вас, товарищи, редакцию поправить, потому что был разбит второй корпус, а не первый). И вот когда этот самый храбрый командир хотел разбить обе тюрьмы и больницу, ему не удалось. Он бросил ручную гранату в окно, ему понравилось. Он взял другую, но оказалось, он взял ее для себя. Когда он хотел ее кинуть, подскользнулся и упал. В это время чешский офицер хотел взять и быстро отбросить ее, но она быстрее оказалась. Когда он ее схватил, то она моментально разарвалась и чешского офицера убила и этому герою откусила его геройские ножки.

      И вот в это время подъехала как раз тюремная комиссия и запретила расстреливать. Мы оказались первый корпус не расстрелян, как видно, по этому поводу, или быть может что-нибудь другое от нас задержало, задержало их. Вот тут начались допросы. Которые были /152/ здоровы, многих посадили в тюрьму в одиночку. В это же время вытаскивали трупы убитых товарищей во втором корпусе и раздетых совершенно наголо, вот какое было расправление на четвертый день этого погрома» [23].

      Вейберт:

      «Месяц-полтора спустя каторжная тюрьма тоже сделала попытку восстания, но неудачно вследствие измены. Никто не успел уйти, и заключенные заперлись в тюрьме и забаррикадировались. Тюрьма была обстреляна и взята, а над несчастными заключенными учинена страшная расправа. Около 200 человек было в тюрьме расстреляно и трупы их в виде поленницы сложены на тюремном дворе. Так они мерзлые и оставались там, еще когда мы в январе 20 г. все были из тюрьмы освобождены» [24].

      Морозов:

      «Числа 24 ноября ночью по коридору централа поднялся крик, шум, стук бегающих ног. «Что, – думаю, – такое? Не избивают ли арестованных белые? Наверно близко наши». Вдруг лязг у моих дверей. Я сел на койку и жду, чего будет, приготовился. Дверь открылась, и мне кричат: «Быстро выходи!» Я вышел, и в мою камеру толкнули коридорного надзирателя и закрыли. Тут я понял, что началось давно подготовляемое восстание арестованных. Настал час расплаты.

      Мы лавиной кинулись к воротам. Только открыли ворота, и вдруг: «Тра-та-та-та-та-та-та», – заработал пулемет фельдъегерьского баталиона, охранявшего централ. Кто-то и тут предупредил белых, и они уже были готовы нас встретить. Пало человек 20 наших. Мы кинулись обратно и закрыли ворота. Что делать? Куда не сунешься, там и пулемет. Закрылись в 1-м корпусе. Фельдъегеря повели наступление на корпус, но взять им не удалось, ибо мы в крепости, а они как на ладони за баркасом. Оружие было и у нас, поотобранное у надзирателей, и в охранном отделении тюрьмы были винтовки, наганы и прочее.

      Бились три дня. На четвертый день утром со стороны пересыльных бараков раздался пушечный выстрел, и снаряд попал в окно первой камеры, за ним второй снаряд в то же окно. И все, кто был в этой камере, были разорваны в куски и задушены газами от химических снарядов. Следующие снаряды полетели в другие камеры, и нам пришлось выбираться в коридор через груды тел и развалины нар и разной утвари, находящейся в камерах. Снаряды полетели в коридор, пришлось первый корпус оставить и выходить в корпус № 2. Чехи тогда направили снаряды в баркас, который пробили, и прежде чем им кинуться в разваленный баркас, мы решили сами вперед выйти и идти напролом. Так и сделали. Нас человек 200 вооруженных кинулись вперед и, невзирая на то, что нас бьют со всех сторон, кинулись бежать в тайгу. /153/

      Много погибло на пути, но все же часть нас ушла в тайгу, а там через ночь напали на след партизанского отряда дедушки Карандашвили, в котором я пробыл до января месяца 1920 года» [25].

      После подавления восстания снабжение тюрьмы было прекращено, и оставшиеся под охраной политические заключенные были обречены на голодную смерть. На уголовниках же, согласно воспоминаниям М. Бухарина, ужесточение режима не сказалось, и они активно торговали имевшимися у них продуктами, отбирая у политических последнее.

      В конце декабря 1919 года в селе Александровском была установлена Советская власть, после чего жители села взяли на себя дело снабжения тюрьмы, а политзаключенные были освобождены.

      Бухарин:

      «Там во втором корпусе еще оставались несколько камер живыми, и вот в этой камере столько было набито товарищей, что только было можно стоять. В этой камере помещалось 18 человек, а их, наверное, 115 человек, вот какая была масса сгружена. Конечно, я думаю, что тут должна быть болезнь, потому что они хотя и были сначала здоровыми, но такое время вести в таком положении, и то же самое – ни воды, ни хлеба, конечно, было нельзя. Затем ихние камеры стали переводить после этого четвертого дня, то есть в понедельник с обеда, которые оказались с отмороженными ногами, а которые ранены, и не было перевязки все время. Вот какое положение было во втором корпусе.

      Теперь я перейду к такому же положению, но только более подробному описанию корпуса. В первом корпусе, я уже говорил, товарищи, что там все сильно больные. И вот когда эта перестрелка и погром шел, окна были все выбиты. Многие больные не могли ворочаться на своей постели, лежали неподвижно. Пули визжали и летели по стенкам, сбивали штукатурку и заваливали больных пылью и кусками этой отбитой штукатурки. В таком положении они находились, и когда мне удалось перебежать в другую камеру, где уже я говорил, что та камера обстрелу не подвергалась, но все же там несчастье было почти одинаково. Там нас всех набралось в одну камеру 89 человек, а в нее всего входило 25 коек. И вот мы заняли все места под нарами, под столами и на столах и весь пол, который уже был покрыт грязью от параши, в которые мы оправлялись, с понедельника и до субботы не выносили из них. Вот какое создавалось положение. Поднялось сильное зловоние, но к этому скоро привыкли, а не привыкли к тому, что стала одолять сильная жажда. И многие товарищи не выносили этого и стали пить свою мочу, но вы уж сами знаете, какая у больного моча, как только он выпьет, так умирает. Тут же очень скоро и тихо [за] каких-нибудь самое большее пять-шесть часов, но и пришел конец, /154/ и мочи не стало. Тогда окна камеры замерзли, вот их и стали употреблять в дело. С них стали скоблить лед и класть на окна разные тряпки, чтобы достать как-нибудь воды. И вот что же вышло с этого льду? И набрали воды тряпкой, и пили воду, и ели лед, а вы тоже, я думаю, прекрасно знаете, что этот лед намерзал от испарения воздуха, и этот воздух мы сами надышали, и поэтому он тоже заразный и тем более холодный и сырой. Вот такое положение создалось у нас. По этому всему видно, сколько нас [должно было] умереть. И вот когда солдаты тюрьму заняли тюрьму, то разрешили выносить мертвых в коридор. И вот мы выносили каждый день по пять-шесть и более человек.

      Когда нам дали в пятницу суп, который был сварен в понедельник, то он такой был кислый, как самый крепкий уксус. Конечно, мы уже не смотрели, что там в нем есть живое существо или нет, мы за этим не смотрели. Получили мы этого супу по одной чайной кружке, а в субботу нам дали хлеба по полфунта, а воды не давали, и вот тут очень и очень было плохо. В воскресенье нам дали ушат воды три ведра и опять ничего

      Только в понедельник нам дали два ушата воды и полфунта хлеба, но воды нам далеко не хватило. Мы ее разом выпивали, а потом опять сутки ждали, когда привезут снова. Воду делили ложкой, чтобы было поровну. Затем наши параши тоже выносили очень редко. И вот в камере была ужасная сырость, все стены были водяные. Поднялась новая на нас армия, эта армия – вошь, которой столько было, что трудно сказать. Взять в руки иглу и ткнуть острым концом в пол, и вы попадете обязательно в спину этой кровожадной твари, вот как было много, разгуливаясь по полу, не говоря уже о своем теле.

      Вот стали нас выпускать во двор опознавать убитых, которых было навалено четыре громадных кучи, а остатки развалены по двору. И вот нас заставили опознавать. Я тоже ходил и смотрел своих товарищей и ни одного не мог узнать. Они так были изуродованы, что их нельзя узнать было, у кого нет черепа, у кого живота, у кого рук или ног. Словом, это было жестокое-ужасное.

      После этого всего нас стали выпускать самих за обедом, конечно, под наблюдением надзирателей. Но ходили очень мало, потому что были все босы и больны. Вот так мы жили после выступления наших товарищей с 8-го декабря и до 29-го декабря в таком несчастье.

      Я снова в это время заболел дизентерией и все время пролежал. Очень было трудно лежать, ухода абсолютно никакого. Каждый сам за собой ухаживал, а иначе никто. Зачем уже стали ухаживать [те], которые были поздоровее, но и тут несчастье. У нас, как я уже говорил, были все вместе уголовные и политические, и вот они драли сколько угодно за свой труд, а драли уже известно это хлебом и горячей пищей. /155/ И когда человек умирал, они его раздевали зачастую и забирали все себе, и вот так ухаживали. Когда надзиратель приходит, они ему продают, и он за это приносит хлеба, и чего они хотели: табаку, молока, рыбы, клюквы, словом, что угодно, а наше положение только давать им. Он за тебя выносит парашку – плати хлеб, которого получает полфунта, и его отдаешь ему.

      Пробыли мы до 29-го декабря в таком положении. А 29-го декабря утром приходит старший надзиратель и ораторствует в нашей камере, называет нас товарищами и говорит: «Товарищи, я хочу Вам сказать радостную весть. Товарищи, в городе Иркутске сделался переворот, там теперь управляет временное правительство, и вот оно хочет вас освободить. От него сюда приехали делегаты, для того чтобы просить крестьян поддерживать это правительство. Это правительство называется, так как оно выбрано исключительно из правых эсеров. И вот у них и правительство называется эсеровское правительство». Затем он говорит, что они скоро будут у вас, потому что крестьяне все, как Усолья, так и Александровского села, все согласны присоединиться к ним и взять тюрьму на себя, снабжать ее продовольствием. Это он нам сказал и ушел. Мы сразу поняли, что это снова ловушка, они хотят поймать этим правительством, и так ему ничего не сказали. Мы хотя знали, что должно быть скоро, мы и сами знали, с часу на час будет переворот, но когда он сказал, то мы ему не поверили. Но он опять пришел вечером и сказал, что к ним пришла комиссия по освобождению и уже ходит по камерам и высказывает речи.

      И вот этот представитель зашел и к нам, он сказал, что: «Иркутск [взят] восставшими рабочими и крестьянами, и что власть сейчас находится в руках самих рабочих крестьян. Я пришел к Вам, сообщить о том нашем положении, и вот теперь крестьяне взяли вас под свое покровительство, они вас хотят снабжать продовольствием продуктами. Пока у нас еще нет никакого правительства, и сейчас выбирайте из своей среды два человека в комиссию для рассматривания ваших дел». Когда он ушел, мы скоро выбрали двух человек и послали и их в канцелярию тюрьмы. Когда они вернулись обратно, рассказали нам, в чем дело, то мы узнали, что мы находится [так в тексте] гражданами села Александровского, а так как наши дела не рассмотрены, то мы пока будем находиться здесь, и мы выбраны в комиссию для рассмотрения этих дел, а крестьяне нас будут снабжать всеми продуктами. Завтра они нам привезут хлеба и других припасов, и мы завтра будем тоже начинать работать. Завтра же будут все камеры открыты, будет свободный ход по всем камерам.

      Вот легли мы спать, но нам не спится, никак не могут забыть, все говорят, никто не молчит. Пришло утро, все на ногах и ждут. Наших /156/ делегатов вызвали в канцелярию и скоро нам открыли камеры, и мы пошли узнавать, кто у нас жив, а кто убит и кто умер от голода и холода. Я узнал, что моих товарищей очень и очень мало осталось. Саковича я уже нашел умершим, это [с] прошлой ночи, а затем Черепова, который с нами ехал из Уфы, тоже сильно больным дизентерией, и который умер в следующую ночь. Очень много умирало, я сам наблюдал. Ляжешь спать с вечера, утром встанешь и видишь – рядом с тобой лежит уже мертвый. Будешь по другую сторону лежащему товарищу [говорить], что, мол, этот товарищ умер, и того так же не добудишься: он тоже, оказывается, умер. Много оказалось товарищей и убитых. Например, Кузнецов убит, который был присужден вместе со мной к смерти, и много тех мужиков крестьян, которые ехали вместе с нами, которые не дали нам убежать из вагона дорогой, и вот они оказались умершими и убитыми.

      Да, я стал говорить о свободном ходе по камерам. Когда я пошел по соседним камерам, и мы увидели в окно камеры, как приезжали крестьяне и привозили нам печеного хлеба, и мы очень были рады, рады были не хлебу, а сочувствию к нам крестьян. Мы видели, как они дают нам хлеба из своих саней, и такие радостные были у них лица, и вот почему и нам тоже стало весело» [26].

      Вейберт:

      «Репрессии увеличивались. Пища стала все хуже и хуже, недостаточней и скудней. Но в то же время чувствовалось, помимо скудно доходивших до нас слухов о неудачах и поражениях белых, что у администрации уже не стало такого гонора, что надзиратели стали к нам как-бы и заискивать… Во второй половине декабря 19 года нас уже почти совсем не кормили и помещения почти не отапливали… Средств у тюремной конторы не стало, так как их из Иркутска не давали.

      Но вот в последние дни декабря в одно прекрасное для нас утро мы увидели, что на караульных вышках не стало часовых… Спросили надзирателей. Говорят, что в эту ночь как охрана, так и полиция покинули Александровское.

      В тот же день новоиспеченный Комитет безопасности села объявил нам, что мы свободны, но просил нас эвакуировать тюрьму в организованном порядке. Так мы и сделали. Образовали Комиссию, которая в течение девяти дней при помощи жителей Александровского разгрузила тюрьму от политических заключенных, оставив в ней уголовных» [27].

      Катаев:

      «Когда в Централе расстреливали, мы стали проситься копать могилы. Я ходил могилы копать с целью попросить милостыню в Александровском селе, а потом оказалось, не пришлось этого сделать. /157/

      В декабре нас освободили, и мы пошли обратно, некоторые вступили в Красную Гвардию. Мы все, как спички, худые были, черные, вышли из Централа неузнаваемы» [28].

      Совков:

      «В декабре месяце сделалось восстание в Централе, в этот момент подоспели юнкера, поставили батарею, пулеметы и давай щелкать товарищей, громили стены, окна, двери и т. д. В результате этого погрома было убито 220 человек. После этого нас держали в пересыльной тюрьме рядом с Централом и совершенно не кормили. Товарищ Катаев немножко неправ, что мы были худы, как скелеты. Наоборот, мы были, как пузыри, от голода. Нас освободили не в декабре, а в январе. Тов. Катаев немножко забыл об этом [29].

      В заключение следует также отметить, что помимо вышеуказанных воспоминаний в документах Уралистпарта имеется список погибших во время восстания 8–11 декабря 1919 г. в Александровской центральной каторжной тюрьме, составленный упомянутой в воспоминаниях Комиссией по освобождению политических заключенных. В нем содержатся 82 фамилии и запись о 119 неопознанных трупах [30] (см. фото).

      1. ЦДООСО. Ф. 41. Оп. 2. Д. 188. ЛЛ. 7–8 об.
      2. Там же. Д. 64. ЛЛ. 1–24.
      3. Там же. Д. 190. ЛЛ. 12–16.
      4. Там же. ЛЛ. 17–25.
      5. Там же. Д. 175. ЛЛ. 11–15 об.
      6. Там же. Д. 186. ЛЛ. 6–34.
      7. Там же. Д. 31. ЛЛ. 33–37.
      8. Там же. ЛЛ. 40–48.
      9. Там же. Д. 190. ЛЛ. 12–13.
      10. Там же. Оп. 1. Д. 122. ЛЛ. 234 об. – 236 об.
      11. Там же. Оп. 2. Д. 188. ЛЛ. 7 об. – 8.
      12. Там же. Д. 175. ЛЛ. 13–14.
      13. Там же. Д. 31. ЛЛ. 44–45.
      14. Там же. Д. 64. ЛЛ. 14–16.
      15. Там же. ЛЛ. 16–17.
      16. Там же. Д. 190. Л. 14.
      17. Там же. Д. 175. ЛЛ. 14 об. – 15.
      18. Там же. Д. 64. ЛЛ. 16–17.
      19. Там же. Д. 190. ЛЛ. 14–15.
      20. Там же. ЛЛ. 21–23.
      21. Там же. Д. 186. ЛЛ. 12–13.
      22. Там же. Д. 188. ЛЛ. 7–8 об. /158/



      23. Там же. Д. 64. ЛЛ. 17–21.
      24. Там же. Д. 190. Л. 15.
      25. Там же. Д. 175. Л. 15.
      26. Там же. Д. 64. ЛЛ. 21–23.
      27. Там же. Д. 190. ЛЛ. 15–16.
      28. Там же. Д. 31. Л. 36.
      29. Там же. Л. 47.
      30. Там же. Д. 13. ЛЛ. 50–50 об. /160/
      Партийные архивы. Проблемы и перспективы развития: Материалы V межрегиональной научно-практической конференции. Нижний Тагил, 14–16 мая 2019 года. – Екатеринбург: ООО Универсальная Типография Альфа-Принт, 2019. C. 136-160.
    • Мусульманские армии Средних веков
      By hoplit
      Maged S. A. Mikhail. Notes on the "Ahl al-Dīwān": The Arab-Egyptian Army of the Seventh through the Ninth Centuries C.E. // Journal of the American Oriental Society,  Vol. 128, No. 2 (Apr. - Jun., 2008), pp. 273-284
      David Ayalon. Studies on the Structure of the Mamluk Army // Bulletin of the School of Oriental and African Studies, University of London
      David Ayalon. Aspects of the Mamlūk Phenomenon // Journal of the History and Culture of the Middle East
      Bethany J. Walker. Militarization to Nomadization: The Middle and Late Islamic Periods // Near Eastern Archaeology,  Vol. 62, No. 4 (Dec., 1999), pp. 202-232
      David Ayalon. The Mamlūks of the Seljuks: Islam's Military Might at the Crossroads //  Journal of the Royal Asiatic Society, Third Series, Vol. 6, No. 3 (Nov., 1996), pp. 305-333
      David Ayalon. The Auxiliary Forces of the Mamluk Sultanate // Journal of the History and Culture of the Middle East. Volume 65, Issue 1 (Jan 1988)
      C. E. Bosworth. The Armies of the Ṣaffārids // Bulletin of the School of Oriental and African Studies, University of London,  Vol. 31, No. 3 (1968), pp. 534-554
      C. E. Bosworth. Military Organisation under the Būyids of Persia and Iraq // Oriens,  Vol. 18/19 (1965/1966), pp. 143-167
      R. Stephen Humphreys. The Emergence of the Mamluk Army //  Studia Islamica,  No. 45 (1977), pp. 67-99
      R. Stephen Humphreys. The Emergence of the Mamluk Army (Conclusion) // Studia Islamica,  No. 46 (1977), pp. 147-182
      Nicolle, D. The military technology of classical Islam. PhD Doctor of Philosophy. University of Edinburgh. 1982
      Patricia Crone. The ‘Abbāsid Abnā’ and Sāsānid Cavalrymen // Journal of the Royal Asiatic Society of Great Britain & Ireland, 8 (1998), pp 1­19
      D.G. Tor. The Mamluks in the military of the pre-Seljuq Persianate dynasties // Iran,  Vol. 46 (2008), pp. 213-225
      J. W. Jandora. Developments in Islamic Warfare: The Early Conquests // Studia Islamica,  No. 64 (1986), pp. 101-113
      B. J. Beshir. Fatimid Military Organization // Der Islam. Volume 55, Issue 1, Pages 37–56
      Andrew C. S. Peacock. Nomadic Society and the Seljūq Campaigns in Caucasia // Iran & the Caucasus,  Vol. 9, No. 2 (2005), pp. 205-230
      Jere L. Bacharach. African Military Slaves in the Medieval Middle East: The Cases of Iraq (869-955) and Egypt (868-1171) //  International Journal of Middle East Studies,  Vol. 13, No. 4 (Nov., 1981), pp. 471-495
      Deborah Tor. Privatized Jihad and public order in the pre-Seljuq period: The role of the Mutatawwi‘a // Iranian Studies, 38:4, 555-573
      Гуринов Е.А. , Нечитайлов М.В. Фатимидская армия в крестовых походах 1096 - 1171 гг. // "Воин" (Новый) №10. 2010. Сс. 9-19
      Нечитайлов М.В. Мусульманское завоевание Испании. Армии мусульман // Крылов С.В., Нечитайлов М.В. Мусульманское завоевание Испании. Saarbrücken: LAMBERT Academic Publishing, 2015.
      Нечитайлов М.В., Гуринов Е.А. Армия Саладина (1171-1193 гг.) (1) // Воин № 15. 2011. Сс. 13-25.
      Нечитайлов М.В., Шестаков Е.В. Андалусские армии: от Амиридов до Альморавидов (1009-1090 гг.) (1) // Воин №12. 2010. 
       
      Kennedy, Hugh. The Armies of the Caliphs : Military and Society in the Early Islamic State Warfare and History. 2001
      Blankinship, Khalid Yahya. The End of the Jihâd State : The Reign of Hisham Ibn Àbd Al-Malik and the Collapse of the Umayyads. 1994.
    • Биляд ас-Судан - его военное дело и войска
      By hoplit
      Если я правильно понимаю - конница в армиях Сахеля в принципе довольно немногочисленна. И не вся поголовно доспешна. В принципе - несколько десятков конных англичане в ходе атаки отметили. Насколько понимаю - почти все их противники это вооруженная холодняком пехота. Ружей почти не было. Конных - мизер (возможно какие-то вожди).
    • 21-й уланский атакует при Омдурмане
      By Чжан Гэда
      Интересно, что баггара были конными копейщиками, сражались копьями и мечами, носили стеганные и кольчужные доспехи. Т.е. к бою врукопашную были готовы.
      В битве при Омдурмане совершенно легендарным считается атака 21-го уланского полка - 350 улан с копьями атаковали 700 воинов Халифы, которые заманили улан в засаду, где находилось около 2000 всадников и пехотинцев, с ружьями и холодным оружием.
      Потеряв 70 человек убитыми и раненными (и 113 коней), уланы пробились холодным оружием через засаду и залегли на холме среди камней, отстреливаясь из винтовок. Так они продержались до подхода подкреплений.
      Следует учесть, что полк был сформирован в 1858 г. в Индии для подавления восстания сипаев и в серьезных боях не участвовал. В 1862 г. был направлен в Англию. В 1896 г. переброшен в Африку. Был единственным полным полком, принявшим участие в битве при Омдурмане. Атака улан с копьями считается последней в истории английской армии - больше такой эпики не случалось.
      Вопрос - как неопытные, в общем-то, уланы смогли справиться с баггара?
      Вот как изображается этот эпизод художниками тех лет - например:





      Вот как выглядели уланы:

      Или количество дервишей в засаде Черчилль и прочие определили произвольно?
    • "Примитивная война".
      By hoplit
      Небольшая подборка литературы по "примитивному" военному делу.
       
      - Multidisciplinary Approaches to the Study of Stone Age Weaponry. Edited by Eric Delson, Eric J. Sargis.
      - Л. Б. Вишняцкий. Вооруженное насилие в палеолите.
      - J. Christensen. Warfare in the European Neolithic.
      - DETLEF GRONENBORN. CLIMATE CHANGE AND SOCIO-POLITICAL CRISES: SOME CASES FROM NEOLITHIC CENTRAL EUROPE.
      - William A. Parkinson and Paul R. Duffy. Fortifications and Enclosures in European Prehistory: A Cross-Cultural Perspective.
      - Clare, L., Rohling, E.J., Weninger, B. and Hilpert, J. Warfare in Late Neolithic\Early Chalcolithic Pisidia, southwestern Turkey. Climate induced social unrest in the late 7th millennium calBC.
      - ПЕРШИЦ А. И., СЕМЕНОВ Ю. И., ШНИРЕЛЬМАН В. А. Война и мир в ранней истории человечества.
      - Алексеев А.Н., Жирков Э.К., Степанов А.Д., Шараборин А.К., Алексеева Л.Л. Погребение ымыяхтахского воина в местности Кёрдюген.
      -  José María Gómez, Miguel Verdú, Adela González-Megías & Marcos Méndez. The phylogenetic roots of human lethal violence //  Nature 538, 233–237
       
       
      - Иванчик А.И. Воины-псы. Мужские союзы и скифские вторжения в Переднюю Азию.
      - Α.Κ. Нефёдкин. ТАКТИКА СЛАВЯН В VI в. (ПО СВИДЕТЕЛЬСТВАМ РАННЕВИЗАНТИЙСКИХ АВТОРОВ).
      - Цыбикдоржиев Д.В. Мужской союз, дружина и гвардия у монголов: преемственность и
      конфликты.
      - Вдовченков E.B. Происхождение дружины и мужские союзы: сравнительно-исторический анализ и проблемы политогенеза в древних обществах.
       
       
      - Зуев А.С. О БОЕВОЙ ТАКТИКЕ И ВОЕННОМ МЕНТАЛИТЕТЕ КОРЯКОВ, ЧУКЧЕЙ И ЭСКИМОСОВ.
      - Зуев А.С. Диалог культур на поле боя (о военном менталитете народов северо-востока Сибири в XVII–XVIII вв.).
      - О. А. Митько. ЛЮДИ И ОРУЖИЕ (воинская культура русских первопроходцев и коренного населения Сибири в эпоху позднего средневековья).
      - К. Г. Карачаров, Д. И. Ражев. ОБЫЧАЙ СКАЛЬПИРОВАНИЯ НА СЕВЕРЕ ЗАПАДНОЙ СИБИРИ В СРЕДНИЕ ВЕКА.
      - Нефёдкин А. К. Военное дело чукчей (середина XVII—начало XX в.).
      - Зуев А.С. Русско-аборигенные отношения на крайнем Северо-Востоке Сибири во второй половине  XVII – первой четверти  XVIII  вв.
      - Антропова В.В. Вопросы военной организации и военного дела у народов крайнего Северо-Востока Сибири.
      - Головнев А.В. Говорящие культуры. Традиции самодийцев и угров.
      - Laufer В. Chinese Clay Figures. Pt. I. Prolegomena on the History of Defensive Armor // Field Museum of Natural History Publication 177. Anthropological Series. Vol. 13. Chicago. 1914. № 2. P. 73-315.
      - Защитное вооружение тунгусов в XVII – XVIII вв. [Tungus' armour] // Воинские традиции в археологическом контексте: от позднего латена до позднего средневековья / Составитель И. Г. Бурцев. Тула: Государственный военно-исторический и природный музей-заповедник «Куликово поле», 2014. С. 221-225.
       
      - N. W. Simmonds. Archery in South East Asia s the Pacific.
      - Inez de Beauclair. Fightings and Weapons of the Yami of Botel Tobago.
      - Adria Holmes Katz. Corselets of Fiber: Robert Louis Stevenson's Gilbertese Armor.
      - Laura Lee Junker. WARRIOR BURIALS AND THE NATURE OF WARFARE IN PREHISPANIC PHILIPPINE CHIEFDOMS.
      - Andrew  P.  Vayda. WAR  IN ECOLOGICAL PERSPECTIVE PERSISTENCE,  CHANGE,  AND  ADAPTIVE PROCESSES IN  THREE  OCEANIAN  SOCIETIES.
      - D. U. Urlich. THE INTRODUCTION AND DIFFUSION OF FIREARMS IN NEW ZEALAND 1800-1840.
      - Alphonse Riesenfeld. Rattan Cuirasses and Gourd Penis-Cases in New Guinea.
      - W. Lloyd Warner. Murngin Warfare.
      - E. W. Gudger. Helmets from Skins of the Porcupine-Fish.
      - K. R. HOWE. Firearms and Indigenous Warfare: a Case Study.
      - Paul  D'Arcy. FIREARMS  ON  MALAITA  - 1870-1900. 
      - William Churchill. Club Types of Nuclear Polynesia.
      - Henry Reynolds. Forgotten war. 
      - Henry Reynolds. THE OTHER SIDE OF THE FRONTIER. Aboriginal Resistance to the European Invasion of Australia.
      -  Ronald M. Berndt. Warfare in the New Guinea Highlands.
      - Pamela J. Stewart and Andrew Strathern. Feasting on My Enemy: Images of Violence and Change in the New Guinea Highlands.
      - Thomas M. Kiefer. Modes of Social Action in Armed Combat: Affect, Tradition and Reason in Tausug Private Warfare // Man New Series, Vol. 5, No. 4 (Dec., 1970), pp. 586-596
      - Thomas M. Kiefer. Reciprocity and Revenge in the Philippines: Some Preliminary Remarks about the Tausug of Jolo // Philippine Sociological Review. Vol. 16, No. 3/4 (JULY-OCTOBER, 1968), pp. 124-131
      - Thomas M. Kiefer. Parrang Sabbil: Ritual suicide among the Tausug of Jolo // Bijdragen tot de Taal-, Land- en Volkenkunde. Deel 129, 1ste Afl., ANTHROPOLOGICA XV (1973), pp. 108-123
      - Thomas M. Kiefer. Institutionalized Friendship and Warfare among the Tausug of Jolo // Ethnology. Vol. 7, No. 3 (Jul., 1968), pp. 225-244
      - Thomas M. Kiefer. Power, Politics and Guns in Jolo: The Influence of Modern Weapons on Tao-Sug Legal and Economic Institutions // Philippine Sociological Review. Vol. 15, No. 1/2, Proceedings of the Fifth Visayas-Mindanao Convention: Philippine Sociological Society May 1-2, 1967 (JANUARY-APRIL, 1967), pp. 21-29
      - Armando L. Tan. Shame, Reciprocity and Revenge: Some Reflections on the Ideological Basis of Tausug Conflict // Philippine Quarterly of Culture and Society. Vol. 9, No. 4 (December 1981), pp. 294-300.
      - Karl G. Heider, Robert Gardner. Gardens of War: Life and Death in the New Guinea Stone Age. 1968.
      - P. D'Arcy. Maori and Muskets from a Pan-Polynesian Perspective // The New Zealand journal of history 34(1):117-132. April 2000. 
      - Andrew P. Vayda. Maoris and Muskets in New Zealand: Disruption of a War System // Political Science Quarterly. Vol. 85, No. 4 (Dec., 1970), pp. 560-584
      - D. U. Urlich. The Introduction and Diffusion of Firearms in New Zealand 1800–1840 // The Journal of the Polynesian Society. Vol. 79, No. 4 (DECEMBER 1970), pp. 399-41
       
       
      - Keith F. Otterbein. Higi Armed Combat.
      - Keith F. Otterbein. THE EVOLUTION OF ZULU WARFARE.
      - Myron J. Echenberg. Late nineteenth-century military technology in Upper Volta // The Journal of African History, 12, pp 241-254. 1971.
      - E. E. Evans-Pritchard. Zande Warfare // Anthropos, Bd. 52, H. 1./2. (1957), pp. 239-262
       
      - Elizabeth Arkush and Charles Stanish. Interpreting Conflict in the Ancient Andes: Implications for the Archaeology of Warfare.
      - Elizabeth Arkush. War, Chronology, and Causality in the Titicaca Basin.
      - R.B. Ferguson. Blood of the Leviathan: Western Contact and Warfare in Amazonia.
      - J. Lizot. Population, Resources and Warfare Among the Yanomami.
      - Bruce Albert. On Yanomami Warfare: Rejoinder.
      - R. Brian Ferguson. Game Wars? Ecology and Conflict in Amazonia. 
      - R. Brian Ferguson. Ecological Consequences of Amazonian Warfare.
      - Marvin Harris. Animal Capture and Yanomamo Warfare: Retrospect and New Evidence.
       
       
      - Lydia T. Black. Warriors of Kodiak: Military Traditions of Kodiak Islanders.
      - Herbert D. G. Maschner and Katherine L. Reedy-Maschner. Raid, Retreat, Defend (Repeat): The Archaeology and Ethnohistory of Warfare on the North Pacific Rim.
      - Bruce Graham Trigger. Trade and Tribal Warfare on the St. Lawrence in the Sixteenth Century.
      - T. M. Hamilton. The Eskimo Bow and the Asiatic Composite.
      - Owen K. Mason. The Contest between the Ipiutak, Old Bering Sea, and Birnirk Polities and
      the Origin of Whaling during the First Millennium A.D. along Bering Strait.
      - Caroline Funk. The Bow and Arrow War Days on the Yukon-Kuskokwim Delta of Alaska.
      - HERBERT MASCHNER AND OWEN K. MASON. The Bow and Arrow in Northern North America. 
      - NATHAN S. LOWREY. AN ETHNOARCHAEOLOGICAL INQUIRY INTO THE FUNCTIONAL RELATIONSHIP BETWEEN PROJECTILE POINT AND ARMOR TECHNOLOGIES OF THE NORTHWEST COAST.
      - F. A. Golder. Primitive Warfare among the Natives of Western Alaska. 
      - Donald Mitchell. Predatory Warfare, Social Status, and the North Pacific Slave Trade. 
      - H. Kory Cooper and Gabriel J. Bowen. Metal Armor from St. Lawrence Island. 
      - Katherine L. Reedy-Maschner and Herbert D. G. Maschner. Marauding Middlemen: Western Expansion and Violent Conflict in the Subarctic.
      - Madonna L. Moss and Jon M. Erlandson. Forts, Refuge Rocks, and Defensive Sites: The Antiquity of Warfare along the North Pacific Coast of North America.
      - Owen K. Mason. Flight from the Bering Strait: Did Siberian Punuk/Thule Military Cadres Conquer Northwest Alaska?
      - Joan B. Townsend. Firearms against Native Arms: A Study in Comparative Efficiencies with an Alaskan Example. 
      - Jerry Melbye and Scott I. Fairgrieve. A Massacre and Possible Cannibalism in the Canadian Arctic: New Evidence from the Saunaktuk Site (NgTn-1).
       
       
      - ФРЭНК СЕКОЙ. ВОЕННЫЕ НАВЫКИ ИНДЕЙЦЕВ ВЕЛИКИХ РАВНИН.
      - Hoig, Stan. Tribal Wars of the Southern Plains.
      - D. E. Worcester. Spanish Horses among the Plains Tribes.
      - DANIEL J. GELO AND LAWRENCE T. JONES III. Photographic Evidence for Southern
      Plains Armor.
      - Heinz W. Pyszczyk. Historic Period Metal Projectile Points and Arrows, Alberta, Canada: A Theory for Aboriginal Arrow Design on the Great Plains.
      - Waldo R. Wedel. CHAIN MAIL IN PLAINS ARCHEOLOGY.
      - Mavis Greer and John Greer. Armored Horses in Northwestern Plains Rock Art.
      - James D. Keyser, Mavis Greer and John Greer. Arminto Petroglyphs: Rock Art Damage Assessment and Management Considerations in Central Wyoming.
      - Mavis Greer and John Greer. Armored
 Horses 
in 
the 
Musselshell
 Rock 
Art
 of Central
 Montana.
      - Thomas Frank Schilz and Donald E. Worcester. The Spread of Firearms among the Indian Tribes on the Northern Frontier of New Spain.
      - Стукалин Ю. Военное дело индейцев Дикого Запада. Энциклопедия.
      - James D. Keyser and Michael A. Klassen. Plains Indian rock art.
       
      - D. Bruce Dickson. The Yanomamo of the Mississippi Valley? Some Reflections on Larson (1972), Gibson (1974), and Mississippian Period Warfare in the Southeastern United States.
      - Steve A. Tomka. THE ADOPTION OF THE BOW AND ARROW: A MODEL BASED ON EXPERIMENTAL
      PERFORMANCE CHARACTERISTICS.
      - Wayne  William  Van  Horne. The  Warclub: Weapon  and  symbol  in  Southeastern  Indian  Societies.
      - W.  KARL  HUTCHINGS s  LORENZ  W.  BRUCHER. Spearthrower performance: ethnographic
      and  experimental research.
      - DOUGLAS J. KENNETT, PATRICIA M. LAMBERT, JOHN R. JOHNSON, AND BRENDAN J. CULLETON. Sociopolitical Effects of Bow and Arrow Technology in Prehistoric Coastal California.
      - The Ethics of Anthropology and Amerindian Research Reporting on Environmental Degradation
      and Warfare. Editors Richard J. Chacon, Rubén G. Mendoza.
      - Walter Hough. Primitive American Armor. 
      - George R. Milner. Nineteenth-Century Arrow Wounds and Perceptions of Prehistoric Warfare.
      - Patricia M. Lambert. The Archaeology of War: A North American Perspective.
      - David E. Jonesэ Native North American Armor, Shields, and Fortifications.
      - Laubin, Reginald. Laubin, Gladys. American Indian Archery.
      - Karl T. Steinen. AMBUSHES, RAIDS, AND PALISADES: MISSISSIPPIAN WARFARE IN THE INTERIOR SOUTHEAST.
      - Jon L. Gibson. Aboriginal Warfare in the Protohistoric Southeast: An Alternative Perspective. 
      - Barbara A. Purdy. Weapons, Strategies, and Tactics of the Europeans and the Indians in Sixteenth- and Seventeenth-Century Florida.
      - Charles Hudson. A Spanish-Coosa Alliance in Sixteenth-Century North Georgia.
      - Keith F. Otterbein. Why the Iroquois Won: An Analysis of Iroquois Military Tactics.
      - George R. Milner. Warfare in Prehistoric and Early Historic Eastern North America.
      - Daniel K. Richter. War and Culture: The Iroquois Experience. 
      - Jeffrey P. Blick. The Iroquois practice of genocidal warfare (1534‐1787).
      - Michael S. Nassaney and Kendra Pyle. The Adoption of the Bow and Arrow in Eastern North America: A View from Central Arkansas.
      - J. Ned Woodall. MISSISSIPPIAN EXPANSION ON THE EASTERN FRONTIER: ONE STRATEGY IN THE NORTH CAROLINA PIEDMONT.
      - Roger Carpenter. Making War More Lethal: Iroquois vs. Huron in the Great Lakes Region, 1609 to 1650.
      - Craig S. Keener. An Ethnohistorical Analysis of Iroquois Assault Tactics Used against Fortified Settlements of the Northeast in the Seventeenth Century.
      - Leroy V. Eid. A Kind of : Running Fight: Indian Battlefield Tactics in the Late Eighteenth Century.
      - Keith F. Otterbein. Huron vs. Iroquois: A Case Study in Inter-Tribal Warfare.
      - William J. Hunt, Jr. Ethnicity and Firearms in the Upper Missouri Bison-Robe Trade: An Examination of Weapon Preference and Utilization at Fort Union Trading Post N.H.S., North Dakota.
      - Patrick M. Malone. Changing Military Technology Among the Indians of Southern New England, 1600-1677.
      - David H. Dye. War Paths, Peace Paths An Archaeology of Cooperation and Conflict in Native Eastern North America.
      - Wayne Van Horne. Warfare in Mississippian Chiefdoms.
      - Wayne E. Lee. The Military Revolution of Native North America: Firearms, Forts, and Polities // Empires and indigenes: intercultural alliance, imperial expansion, and warfare in the early modern world. Edited by Wayne E. Lee. 2011
      - Steven LeBlanc. Prehistoric Warfare in the American Southwest. 1999.
       
       
      - A. Gat. War in Human Civilization.
      - Keith F. Otterbein. Killing of Captured Enemies: A Cross‐cultural Study.
      - Azar Gat. The Causes and Origins of "Primitive Warfare": Reply to Ferguson.
      - Azar Gat. The Pattern of Fighting in Simple, Small-Scale, Prestate Societies.
      - Lawrence H. Keeley. War Before Civilization: the Myth of the Peaceful Savage.
      - Keith F. Otterbein. Warfare and Its Relationship to the Origins of Agriculture.
      - Jonathan Haas. Warfare and the Evolution of Culture.
      - М. Дэйви. Эволюция войн.
      - War in the Tribal Zone Expanding States and Indigenous Warfare Edited by R. Brian Ferguson and Neil L. Whitehead.
      - I. J. N. Thorpe. Anthropology, Archaeology, and the Origin of Warfare.
      - Антропология насилия. Новосибирск. 2010.
      - Jean Guilaine and Jean Zammit. The origins of war : violence in prehistory. 2005. Французское издание было в 2001 году - le Sentier de la Guerre: Visages de la violence préhistorique.