Sign in to follow this  
Followers 0
Saygo

Вотивный дар и "боратинки"

12 posts in this topic

user posted image

Сокровища норманна вместо пуговицы Наполеона

Полуденный зной дрожащей дымкой колыхался в воздухе, листья на деревьях уныло повисли, измученные жаждой, а пестрые деревенские коровы в поисках прохлады забрели едва ли не на середину Березины. Лето 2000 года выдалось не в меру жарким, и река, некогда окончательно погубившая Великую армию Бонапарта, совсем обмелела.

Казалось, все живое должно бы искать укрытия от лучей немилосердно палящего солнца. Но вот среди прибрежных зарослей мелькнула фигура с металлоискателем. Парень внимательно, сантиметр за сантиметром, прочесывал окрестности легендарного Брилевского поля и подобрался уже к самой кромке воды, когда прибор вдруг издал характерный писк. Полчаса работы и лопата вывернула на поверхность несколько старинных серебряных монет и рукоятку меча. Кладоискатель был явно озадачен. Он вертел в руках находки, не зная, то ли радоваться, то ли огорчаться, и, наконец, аккуратно все собрав, отправился на другую сторону реки.

«В тот день, к счастью, мы как раз вели раскопки. В том самом месте, где в 1812 году переправлялся Наполеон, - рассказывает Олег Иов, кандидат исторических наук и старший научный сотрудник Отдела археологии средневекового периода Института истории Национальной академии наук. - А этот молодой человек, участник военно-исторического клуба «Минский пехотный полк», искал там пуговицы, пряжки эпохи Наполеоновских войн. В общем, все то, что можно использовать в реконструкции костюма. Но когда он выкопал неизвестные старинные предметы, то не знал, что с ними делать, и принес нам.

Археологи сразу определили, что монеты арабские, относятся к раннему средневековью, а меч - точнее то, что от него осталось, - явно принадлежал викингу. Но в тот момент ни счастливчик, откопавший сокровища, ни ученые из Академии наук даже не подозревали, что находка станет настоящей сенсацией для историков.

«Из варяг в греки», или все мы немного викинги

«Повесть временных лет», составленная в Киеве в XII веке, достаточно подробно рассказывает, как на наших землях появились варяги. «Бе путь из Варягъ въ Грекы, и изъ Грекъ по Днепру, и верхъ Днепра волокъ до Ловоти, и по Ловоти внити в Илмерь озеро великое, из негоже озера потечеть Волховъ и втечеть въ озеро великое Нево, и того озера внидет устье в море Варяское» - так старинный документ описывает один из важнейших торговых путей Киевской Руси. Он возник в конце IX - начале X веков, связав Северную Русь с Южной, а Прибалтику и Скандинавию с Византией. Начинался путь в Варяжском (Балтийском) море, затем по Неве воины и торговцы попадали в Ладожское озеро, оттуда по реке Волхов в Ильменское озеро, из него по реке Ловать до деревни, которая сейчас носит название Волок. И не зря, потому что оттуда корабли волоком по суше тащили аж до реки Торопа, впадающей в Западную Двину. Далее путешественники попадали в речку Каспля, по ней добирались до городища Гнездово и снова волокли корабли по суше до реки Катынь, по которой доплывали до Днепра, откуда путь, наконец, выводил в Черное море.

Собственно, благодаря удачному расположению Западной Двины, на землях, занимаемых современной Беларусью, более тысячелетия назад появились скандинавы. Надо сказать, что их намерения далеко не всегда были мирными. Поэтому зачастую варяжские корабли вызывали у местного населения настоящий ужас. И все же «путь из варяг в греки» сыграл огромную роль в развитии торговли. По нему из Скандинавии везли железо-сырец, амбру (твердое горючее вещество, которое сейчас невероятно ценится парфюмерами), моржовую кость, корабельные канаты из китовой кожи, оружие, украшения. Из Византии корабли уходили нагруженные винами, пряностями, дорогими тканями, иконами и книгами.

Разумеется, некоторые норманны оседали по берегам, обзаводясь семьями. Так что в жилах современных беларусов течет толика и северных кровей.

Примите, боги, дар и дайте больше!

Вскоре на месте, где были выкопаны древние монеты, закипела работа. Раскоп заложили площадью аж 32 кв. м, чтобы уж точно не пропустить ничего ценного. В итоге на поверхность подняли около 300 арабских дирхамов, 10 гирек-разновесов, при помощи которых древние отвешивали серебро или золото, серебряное шейное украшение «гривну» и еще несколько обломков меча.

От некогда грозного оружия сохранилась только гарда и 8 осколков клинка, но его все же идентифицировали и отнесли к так называемым каролингским мечам, которыми в раннем Средневековье сражались викинги. Больше всего «каролингов» находят в Скандинавии, но встречаются они и у нас. Считалось, что на современных землях Беларуси такое оружие появилось лишь в X- XI веках. Но Валентин Рябцевич, профессор и доктор исторических наук, изучив Брилевский клад, развенчал этот миф. По всем признакам, меч и монеты оказались здесь не позже IX века - на 100 лет раньше, чем принято было думать.

И это был еще не самый впечатляющий сюрприз! В начале раскопок археологи обратили внимание, что два фрагмента клинка выгнуты, словно оружие сломали. Варяги действительно «преломляли мечи» либо при погребении воина (его оружие как бы умирало с ним), либо принося жертву богам - так называемый «вотивный дар». Желая задобрить высшие силы, норманн бросал в реку или в озеро сломанный клинок и какие-нибудь ценные вещи.

«Клад в Брилях не назовешь очень большим, - поясняет Олег Иов. - Меч, по тем временам, конечно, штука дорогая. Но вот 300 монет - это та сумма, которую носили с собой на поясе. Серебряная гривна была свернута в моток, так что ее, скорее всего, не надевали на шею, а рассчитывались при сделках. Наконец, гирьки-разновесы (а в раннем Средневековье цену товара определяли не количеством монет, а их весом) обычно носил при себе каждый варяг, который по умолчанию был не только воином, но и торговцем. Такой «джентльменский набор», конечно, мог быть вотивным кладом. И я сразу же сделал такое предположение, но потом отмел его как слишком смелое».

И недаром ученый не поверил сам себе. Дело в том, что в Беларуси до Брилевской находки не было известно ни одного вотивного клада викингов. Норманны в угоду богам щедро топили добро у себя на родине, а на чужбине предпочитали этого не делать - то ли некогда было за постоянными войнами и грабежами, то ли считали, что так далеко от родных фьордов Один все равно не станет внимать их чаяниям. Так что археологи предположили - варяг просто плыл на лодке, упал в воду и утонул. Ведь клад был найден в пойме Березины. И если бы не жаркое лето, клад, занесенный илом, остался бы под водой. Одним словом, версия о несчастном случае выглядит вполне правдоподобной. Вот только сломанный меч в нее никак не вписывается.

Загадочный клад долгое время не давал мне покоя - до тех пор, пока я не встретился с крупным специалистом по оружию и монетам из Российской академии наук Анатолием Николаевичем Кирпичниковым. Он археолог, доктор исторических наук, профессор, заслуженный деятель науки Российской Федерации. И вот он как раз и заключил, что клад является вотивным!

Сейчас стоимость Брилевской находки оценивается примерно в 300 тыс. долларов. Надо сказать, что норманны здорово «наследили» в Беларуси. В разное время у нас обнаружено 176 кладов, зарытых в IX-XI веках - в эпоху викингов. И в основном они сосредоточены в тех местах, где проходил знаменитый путь «из варяг в греки». На многих монетках норманны оставили «автографы». Но все эти тайники хозяева устраивали, рассчитывая вернуться за богатствами. И только клад из Березины - дар богам. Жаль, нельзя узнать, пришли ли они на помощь древнему воину, и как сложилась его судьба.

Средневековая валюта – дирхамы

user posted image

Все мы привыкли хранить сбережения в долларах и евро. Но своеобразные условные единицы были и у наших далеких предков. В IX-XI веках процветал Арабский Халифат, исламская империя, занимавшая огромную территорию - от Пиренейского полуострова на западе до Индии на востоке. Его монеты - дирхамы - текли в Древнюю Русь, как из рога изобилия. Арабского серебра было так много, что примерно 40% всей ввозимой валюты; из славянских земель везли дальше, в Скандинавию. Более того, даже когда отношения с Халифатом были разорваны (980-е годы), серебряные арабские деньги нисколько не потеряли в цене. Они продолжали оставаться в обороте вместе с монетами из Западной Европы еще около сотни лет! Вот почему дирхамы часто находят и в древнерусских кладах, и среди сокровищ, зарытых викингами.

user posted image

Что же касается Брилевской находки, то наряду со стандартными дирхамами, есть и несколько очень редких экземпляров. Например, денежная единица, выпущенная при халифе ал-Махди с необычным сокращением имени Аллаха (раньше археологам были известны всего три таких монетки). Интересны и надписи на деньгах тысячелетней давности (так называемые легенды): «Нет Божества / кроме Аллаха единого / нет ему сотоварища / Побуждающий к справедливости»(Коран. Сура 33, айят 33); «Во имя Аллаха чеканен сей дирхам в городе Джурджане в году восьмом и шестидесятом и двухсотом»; «Скажи: я не прошу у вас за это награды, а только любви к ближним. Кто свершает добро, тому мы прибавим благое» (Коран. Сура 42, айят 22). И хотя сделаны они арабской вязью, прочесть слова может далеко не каждый современный мусульманин: расшифровка древнеарабского (куфического) письма - удел историков и археологов.

Найти клад Бонапарта

Впрочем, река Березина среди искателей кладов и приключений славится, конечно же, не сокровищами викингов, а «наполеоновским золотом».

Давайте заглянем в историю. К концу 1812 года воинам Великой армии было уже не до сражений. Голодные и замерзшие, они хотели только одного - поскорее оказаться подальше от «этой страшной России». Бонапарт понимал, что с такими солдатами войну уже не выиграть, и стремился поскорее отступить. Ему удалось «оторваться» от Кутузова, оставив авангард русской армии в 115 километрах. Затем под Борисовом французский император провел несколько маневров, чтобы именно туда начали стягиваться русские войска. Одновременно вблизи Брилевского поля французы спешно готовились к переправе через Березину. Наполеон распорядился разобрать дома жителей деревни Студенка по бревнышку и построить два моста (разумеется, императора мало заботили судьбы крестьян, оставшихся зимой без крыши над головой). 28 ноября русское командование наконец раскусило план Бонапарта, и на головы отступающих посыпались пушечные ядра. 29 ноября Наполеон отдал приказ поджечь мосты. Этим распоряжением он спас часть своей армии, а другую - обрек на мучительную гибель. Солдаты и офицеры бросались прямо в огонь, некоторые, падая, тонули в ледяной воде. Многие были затоптаны в давке или погибли от пуль. Кстати, за отступающим войском из Москвы двигался внушительный обоз, в котором были семьи французов, жившие в российской столице до войны.

Вот что писал о событиях, развернувшихся на Брилевском поле в 1812 году, Мартос, офицер армии русского адмирала Чичагова: «Ввечеру того дня равнина представляла ужаснейшую, невыразимую картину: она была покрыта телами умерших женщин и детей, которые следовали за армией из Москвы, спасаясь от бедствий сего города; многие были растоптаны лошадьми, другие раздавлены тяжелыми повозками, иные поражены градом ядер и пуль, иные утоплены в реке»… Ученые предполагают, что как раз после переправы французский император избавился от «золотого балласта» - трофеев, захваченных в Москве, - утопив целые бочки золота в каком-то из окрестных водоемов. Вот уже более двух веков эти сокровища не дают покоя кладоискателям. В 50-е годы XX века даже был проведен анализ воды в реках и озерах близ Борисова. Ученые констатировали повышенное содержание золота, затем геологи перерыли все вокруг - клада не нашли.

Некоторые считают, что Бонапарт оставил сокровища в районе озера Гиньково (Витебская область). Это единственное место в Беларуси, где есть карстовые пещеры. Вот именно в них, возможно, и лежат награбленные драгоценности.

Еще один «клондайк» романтики склонны видеть в районе Вилейского водохранилища. Посреди водоема сейчас есть остров, где раньше, по легенде, были непроходимые болота, в которых офицеры Наполеона утопили золотую карету. Местные жители помнят, что в 70-х годах приезжали кладоискатели из «самой Франции». Они получили разрешение на проведение земляных работ» и долго прочесывали окрестности. Но, несмотря на все старания, карету так и не обнаружили.

Что такое «боратинки»?

В середине XVII века Речь Посполитая оказалась в очень тяжелом положении. Страна была обескровлена войнами со Швецией и Россией, а нужно было еще рассчитываться с армиями наемников. Серебра и золота на это явно не хватало, и вот тогда итальянский ученый Тит Ливий Боратини нашел выход.

В 1658 году он на 10 лет взял в аренду государственный монетный двор и, получив согласие правительства, принялся делать деньги. Чеканил он их из меди, но по курсу серебряных солидов. То есть реальная стоимость такой монеты составляла всего 15% от номинальной. Вскоре новый дензнак получил хлесткое прозвище от имени его создателя – «боратинка», «боратинчик». Медные шелеги выпускали в таких огромных количествах, что фактически их качество перестало контролироваться. Бывали случаи, когда даже фальшивки оказывались добротнее, нежели подлинные деньги. И некоторые из подделок даже нарочно оставляли в обороте. Наряду с боратинками выпускались и серебряные злотые с более низким содержанием серебра, чем раньше - их прозвали в народе «тымфами». Все эти меры помогли решить сиюминутные проблемы страны, но, в конечном счете, еще сильнее расстроили ее экономику; из-за инфляции денег требовалось все больше, и круг замкнулся.

Лишь в середине XVIII века от медных солидов наконец отказались. Последнюю их партию для пополнения казны выпустил король Август III в 1755 году. Всего же, по некоторым сведениям, было отчеканено более миллиарда монет. Неудивительно, что современного нумизмата «боратинками» не прельстишь - уж слишком их много. Хотя и среди медных шелегов встречаются настоящие раритеты. Уникальным может быть или год чеканки, или форма хвоста орла на гербе, или инициалы правителя. Но очевидны подобные вещи только для профессионала.

Кстати, еще один клад из медных и серебряных шелегов хранится в частном музее-усадьбе в поселке Мир. Заветный горшочек в собственном огороде нашел местный историк-любитель Виктор Сакель.

Деньги гребли лопатой

«В 2002 году меня позвали в Несвиж для надзора за строительными работами, - вспоминает Олег Иов. - Прокладывали трубы, а я должен был наблюдать за рытьем траншеи. Ну, знаете, на случай, если вдруг обнаружится что-нибудь ценное с археологической точки зрения».

Когда экскаватор закончил копать, ученый уже откровенно скучал. Строители начали вручную заравнивать края ямы, придавая ей правильную форму. Вдруг, как в кино, лопата со скрежетом на что-то наткнулась, и в следующую секунду на землю дождем брызнули монетки.

«Все! Стой!» - кричу, а сам все собираю нежданные сокровища. Я потом их прямо в гостинице обмывать начал и классифицировать. Ужасно доволен был», - улыбается Олег Иов.

В горшочке оказалось 1882 монеты Речи Посполитой, солиды, шелеги или боратинки, Шведской Прибалтики и России. Сосуд, изначально заполненный деньгами под завязку, неосторожный удар лопаты раскроил пополам.

Когда же был спрятан клад? И что произошло с его владельцем? Завесу над этой тайной приподняла одна из монеток -самая «младшая», копейка Петра I 1703 года выпуска. Она красноречиво свидетельствует, что зарыты богатства не раньше этой даты.

От внимания археологов не укрылось то, что прямо над посудиной был толстый, почти двадцатисантиметровый слой золы, а уж над ним - обломки кирпичей, изразцов, керамики, - словом, все то, что обычно находят при раскопках мест, где долгие столетия жили люди. Создавалось впечатление, что город уничтожил мощный пожар, а затем дома отстроили заново. Эта догадка вскоре подтвердилась. Как свидетельствуют исторические хроники, во время Северной войны Карл XII стал лагерем около Гродно. Оттуда боевые отряды расходились по окрестностям, чтобы разрушать и жечь владения сторонников Августа II Сильного. Добрались шведские солдаты и до Несвижа, который в тот момент защищал маленький гарнизон Радзивиллов и отряд украинских казаков полковника Михаловича. 14 марта 1706 года - черная дата в истории города. Три батальона шведских драгун ворвались за линию укреплений. Судьба была явно не на стороне защитников - многие из них погибли. Около 500 казаков заперлись в иезуитском коллегиуме. Нападавшие, как ни старались, взять его не смогли. Не решились они и на штурм замка - не было подходящих орудий. Зато подожгли деревянные дома, где засели некоторые защитники, яростно обстреливавшие неприятеля.

Во второй раз они появились под Несвижем 10 мая 1706 года. Теперь уже во главе войска ехал сам Карл XII. Замок обороняли всего около 200 человек. К тому же, только 90 из них были солдатами, остальные - обычные мещане и крестьяне. Тем не менее, комендант вознамерился защищать крепость до последнего вздоха. Пока шли приготовления, явились парламентеры от короля и предложили сдать укрепление - всем, находящимся внутри, обещали свободу и жизнь. Простые горожане взмолились - никому не хотелось умирать. И после долгих колебаний комендант открыл ворота. Сдержали захватчики свое обещание или нет, история умалчивает. Зато сохранились свидетельства, что город был сожжен во второй раз. И теперь уже вместе с замком. Уцелели только костелы и монастыри.

«Вот в какое неспокойное время был спрятан клад, - резюмирует Олег Иов. - Закапывали его впопыхах, прямо в доме (фундамент здания мы позже нашли), рассчитывая, конечно же, в скором времени воспользоваться этими деньгами. Но, судя по тому, что клад пролежал нетронутым до наших дней, его хозяин либо погиб, либо попал в плен. Третьего не дано». На месте пожарища археологи также нашли сопла для поднятия температуры в печи и множество изразцов, покрытых глазурью и еще не глазурованных. На некоторых из них были даже гербы Радзивиллов. Так что, скорее всего, хозяин клада был ремесленником.

В детских сказках нашедший клад становился богачом. В жизни все намного прозаичнее. Конечно, среди находок попадаются серебряные монеты, но большинство все же медяки. Часто на все зарытые деньги можно было купить разве что несколько вязанок дров. Вот что интересно - случается, среди монет попадаются фальшивки! Так, в кладе, найденном в окрестностях Несвижа, их около 70! Причем фальшивомонетчики, жившие столетия назад, мало отличались от современных мошенников - способов обмануть доверчивого покупателя хватало во все времена.

Некоторые старинные подделки выдают себя только легкими дефектами отдельных деталей и орфографическими ошибками. Считается, что такие монеты делали искусные мастера. Другие штампованы грубо, на скорую руку, и рассчитаны явно на продавца-простачка, который в шуме и давке базара не будет долго разбираться, что к чему, а поскорее сунет фальшивку в кошель и отдаст товар. Есть и такие, где просматривается только намек на герб и профиль короля. Эти подделки предназначались совсем уж наивным торговцам.

Share this post


Link to post
Share on other sites

В один из благодатных солнечных деньков на излете лета рогачевский школьник Володя Орлов, прогуливаясь вдоль старичного озера Комарин, поднял с земли необычный камушек. Кусочек кремня был явно кем-то обработан. Рядом подросток обнаружил глиняный черепок, изукрашенный замысловатыми узорами. Володя решил, что эти вещи могут заинтересовать историков, отнес находки в местный музей и произвел настоящую сенсацию! Оказалось, школьник открыл стоянку первобытного человека, возраст которой составляет около пяти тысяч лет.

«Эту стоянку мы начали исследовать в 1996 году, и вот уже пять сезонов мы ведем здесь раскопки, - рассказывает старший научный сотрудник Института истории Национальной академии наук Беларуси Игорь Езепенко. - Сейчас вскрыто около 200 метров площади, на которой найдено порядка 12 тыс. фрагментов керамики, а также различные орудия труда из кремня, относящиеся к эпохе неолита, то есть к IV тысячелетию до н.э. Здесь одно из богатейших древних поселений этого периода.

Впрочем, озеро Комарин само по себе - благодатное для археологов место. Образовалось оно, когда Днепр изменил русло и вода заполнила ложбину.

Озеро тянется на четыре километра. Вдоль его берегов найдено пять стоянок первобытного человека. Но та, о которой мы говорим, особенно интересна. «Дело в том, что на ней было несколько этапов заселения», - продолжает археолог.

Первыми около пяти тысяч лет назад пришли охотники и рыболовы. Ученым удалось выяснить, что жили они в шалашах-времянках. Сама стоянка, скорее всего, была сезонной, а не постоянной - обитатели проводили здесь лишь несколько месяцев в году. В то же время количество найденных материалов говорит о том, что люди возвращались сюда не один сезон кряду. Сравнить такую систему можно с современным дачным поселком, где многие горожане проводят все лето и уезжают с наступлением холодов.

Рыбу добывали при помощи гарпунов и сетей. Появились к тому времени уже и крючки. Некоторые современные рыбаки предпочитают ловить «на дорожку», когда живец на крючке или блесна протягивается за бесшумно скользящей лодкой.

В своих трудах археолог и историк Эдуард Загорульский выдвигает предположение, что такой способ был изобретен еще в мезолите-неолите. В это же время, по мнению ученого, первобытные люди, возможно, открыли премудрости ночной рыбалки. В темноте воду освещали факелами и гарпунили любопытных рыб.

Помимо рыбного промысла обитатели стоянки у Комарина, вероятнее всего, занимались охотой и собирательством. Орехи и грибы, всевозможные коренья и моллюски были обычной их пищей. Археологи предполагают, что здесь же хранили и запасы - об этом исследователям рассказала специфическая форма обнаруженной посуды.

Следующая группа находок из поселения у Комарина относится уже ко второй половине III - II тысячелетиям до н.э., то есть к бронзовому веку. Теперь охотников сменили скотоводы. Это были так называемые индоевропейцы. К тому времени, как они пришли осваивать территорию у Комарина, там уже никто не жил. И довольно давно - примерно тысячу лет. Какая же древняя катастрофа здесь произошла? Война? Эпидемия?

«Мы сейчас не можем точно сказать, почему люди эпохи неолита окончательно покинули свою стоянку. Но вряд ли причиной стала именно катастрофа. Скорее всего, дело в обычных сезонных изменениях, например, в сильном разливе реки из-за дождей, или в засухе. И потом, не будем забывать, что первобытный человек - прежде всего охотник. Люди мигрировали вслед за зверем. Но все это только предположения», - поясняет Игорь Езепенко.

Так или иначе, между жителями бронзового века и следующими обитателями поселения у Комарина еще большая временная пропасть почти две тысячи лет! В раннем Средневековье, то есть примерно в VII-VIII веках здесь возникло селище. Вероятнее всего, удобную площадку возле озера облюбовали бортники или земледельцы. Поселение было небольшим и просуществовало примерно до XII века. Наконец, в XVI-XVII столетиях у Комарина снова закипела жизнь. Здесь вырос небольшой поселок, ставший своеобразным пригородом Рогачева. Он не был укреплен и жили в нем, предположительно, гончары.

«Несмотря на то, что на этой стоянке было так много этапов заселения, все же самый богатый материал собран как раз по неолиту, - продолжает повествование ученый. - Это примерно 80-90% от всех находок. И среди них есть поистине уникальные».

Как найти стоянку эпохи неолита?

В это трудно поверить, но большинство археологических открытий делается случайно. Например, во время ливней может образоваться промоина, а в ней неожиданно обнаружится древний осколок горшка. Впрочем, определенные признаки у древних стоянок все же имеются. Как правило, первобытные люди селились на возвышенностях (на небольших холмах-дюнах) вдоль водоемов. Современным ученым для того, чтобы исследовать неолитические стоянки, нередко приходится преодолевать многие километры пешком, неся на собственных плечах палатки, лопаты и все, что нужно для раскопок. Ведь большинство сохранившихся поселений находятся в поймах рек, которые большую часть года затоплены. А значит, автомобильных дорог здесь нет. Так, к стоянкам, расположенным у берегов Комарина, можно подобраться только летом и в начале осени - в среднем, четыре месяца в году. Все остальное время сюда подступает Днепр. Причем дюны, на которых располагались древние поселения, в высоту достигают всего 1,5-2 метров, и в половодье скрываются под водой полностью.

Каменный топор и кремневые стрелы.

В эпоху неолита технологии, позволяющие обработать кремень, совершенствуются, а самого камня, собранного на поверхности земли, начинает не хватать.

В 20-х годах минувшего века польские геологи сделали сенсационное открытие под Волковыском, неподалеку от Красного Села, были найдены кремневые шахты времен неолита! Древние добытчики рыли штольни диаметром 1-1,5 метра, которые в длину достигали иногда 20 метров. Хотя, справедливости ради нужно сказать, что большинство из них были невелики - всего около 5 метров. О первобытных методах обработки кремня ученые говорят очень неохотно - много спорных моментов, а письменных источников, которые могли бы разрешить все затруднения, разумеется, нет. И все же кое-какие предположения сделать можно. Мастер привычным движением приладил кремневый булыжник к каменной плите и, прищурив глаз, что-то долго прикидывал. Наконец, взяв колотушку, он принялся отбивать заготовку. Точный удар - и кремень щелкает по плите, снизу от него отслаивается пластинка, еще одна, еще… Работа спорится, превращая бесформенную заготовку в топор. Но мастер не спешит, выверяя каждый удар. Ведь одно неверное движение может испортить всю работу - заготовка треснет, и кремень, добытый с таким трудом, придется выбросить. Примерно так, по мнению некоторых специалистов, первобытные люди могли создавать свои орудия труда. Есть гипотеза, что именно в эпоху неолита в чью-то светлую голову пришла идея о том, что камень можно пилить. Тогда материал не будет давать трещин, а лезвия топоров станут в разы острее. В качестве пилы, вероятно, использовали все тот же кремень или песчаник с острыми краями. Совершенствуя эту технологию, мастера между пилой и заготовкой стали подсыпать мокрый кварцевый песок. Мысль оказалась настолько удачной, что теперь обрабатывать кремень могли и с помощью мягких материалов - кости, дерева или даже простой бечевки.

Не менее остроумным было изобретение сверления. Есть версии, что сначала в заготовке пробивали отверстие, затем вставляли в него трубчатую кость животного и, постепенно подсыпая кварцевый песок, вращали «бур», на котором для удобства закрепляли деревянную крестовину. Получалось аккуратное и ровное отверстие, куда удобно было вставлять деревянную рукоятку. Наконец, верхом инженерной мысли первобытного человека стал так называемый «лучковый привод». Его некоторые исследователи тоже относят к эпохе неолита. Трубчатую кость - бур - оборачивали несколько раз бечевой, концы которой укрепляли между краями выгнутого древка. Получался своеобразный лук. Его двигали взад-вперед, вращая бур, при этом ось не сдвигалась, а работа при меньшем усилии шла быстрее. Эта технология настолько прижилась, что использовалась несколько тысячелетий кряду, вплоть до Средневековья.

Быстро, как сосну срубить.

Как быстро мог работать первобытный человек своими несовершенными инструментами? Наверняка, чтобы сделать только один полированный топор, он тратил целые десятилетия! Такое мнение бытовало довольно долгое время, пока группа ученых не воссоздала древние технологии и не провела любопытные эксперименты, результаты которых содержатся в работах археолога Эдуарда Загорульского. Оказалось, на изготовление частично отполированного топора из кремня уходит примерно 30 часов. То же орудие, но из более мягкого сланца, можно сделать всего за 3-4 часа. Около 12 дней потребуется на то, чтобы выдолбить при помощи кремневого топора и тесала челнок из ствола дерева. Ну, а сосну диаметром около 25 сантиметров можно срубить за 15 минут.

Не боги горшки обжигают

Изобретение глиняной посуды - одно из важных достижений человечества - тоже относится к эпохе неолита. Это были надежные вместилища, в которых можно было хранить пищу про запас.

Принято считать, что первобытные люди были примитивны и грубы. В этом начинаешь сомневаться, когда видишь керамику тех времен. Прихотливые узоры и замысловатые орнаменты сплошь покрывают сосуды. Невольно задумываешься: если так тонко и изящно украшали горшки, в которых всего лишь готовили еду, то какова же была одежда этих людей, их быт? Так ли уж непритязательны? Интересно, что вплоть до III тысячелетия до н.э. горшки лепили остродонными.

Лепили сосуды по особой технологии. Прежде всего в глину подмешивали специальные добавки растительные волокна, мелкие камушки или дробленые осколки керамики. Это не давало горшку трескаться от высоких температур. Приготовленную таким способом глину затем растягивали в плотные ленты, которые накладывали друг на друга, формируя горшок.

Лепить начинали с венчика, постепенно «вытягивая» горшок к острому донышку. Все стыки при этом тщательно замазывали снаружи, так что горшок получался гладенький и аккуратный. Затем, пока глина еще не высохла, мастер наносил узор специальной гребенкой (отсюда и название керамики - гребенчато-накольчатая) или хребтом рыбы. Для одиночных наколов использовались тростинки. Орнамент мог покрывать посуду сплошь или только в некоторых зонах. Трудно даже представить, сколько часов древний художник корпел над своей работой, но получались в итоге настоящие произведения искусства - каждый горшок был уникален, ни на одном узор не повторялся. Во многом благодаря этим орнаментам современным ученым удается, словно большие пазлы, собирать из осколков целые сосуды.

«Я однажды собрал горшок из 200 фрагментов, - делится впечатлениями Игорь Езепенко. - Это была невероятно трудоемкая работа. Но в то же время очень интересная».

В конце эпохи неолита - в начале бронзового века распространился новый способ украшения глиняной посуды - при помощи шнура. Такая техника была занесена на территорию современной Беларуси индоевропейскими переселенцами и настолько прижилась, что дала название целому явлению в археологии - культуре шнуровой керамики.

Растительное волокно обвивали вокруг палочки и этим «шнуром» наносили узоры. «Получалось довольно ярко и необычно, но все же не так, как на гребенчато-накольчатой посуде», - раскрывает секреты древних ремесел Игорь Езепенко.

В геометрических узорах первобытной керамики некоторые исследователи склонны видеть древнюю письменность. Например, два треугольника иногда интерпретируются как распаханное поле, символ плодородия. Ромб, то есть два треугольника, «сросшиеся» сторонами, - своеобразный местный «инь и янь» или символ единства мужского и женского начал.

«Гипотеза эта очень интересная, но она недостаточно обоснована с научной точки зрения, - говорит Игорь Езепенко. - Единственное, что пока можно сказать с полной уверенностью - это то, что люди позднего неолита действительно предпочитали украшать посуду именно геометрическими орнаментами».

Впрочем, на некоторых фрагментах можно увидеть изображения человека, зверей и птиц. Такие находки считаются уникальными. И для археолога они - большая удача. В низовьях Припяти, на Посожье и в Подвинье найдены фрагменты посуды, например, с изображением уток. Но что это? Поклонение этой птице? Ритуал? Или же древний художник просто отразил то, что видел каждый день? То же самое касается изображения деревьев. Некоторые видят в таких рисунках «древо жизни», но кто может поручиться, что так и есть? «Или вот этот человечек. Что он означает?» - археолог кладет передо мной глиняный осколок. На нем точечками наколото изображение. Верхняя часть туловища отбита, но все равно хорошо видно, что это именно человек.

«Могу сказать лишь одно - относится этот фрагмент к эпохе бронзы».

Лучинская загадка.

Одна из самых таинственных находок, сделанная в 4 километрах южнее озера Комарин, - глиняный топор. Это миниатюрная вещица, напоминающая по форме ладью, в длину имеет всего четыре сантиметра и датируется предположительно II тысячелетием до н.э. Ничего подобного белорусским ученым пока не попадалось. Очевидно, рубить таким орудием было нельзя. Но для чего же тогда оно могло использоваться? Пока у археологов две версии. Возможно, мы имеем дело с одной из древнейших детских игрушек. Или же это ритуальный топор, принадлежавший жрецам.

О чем расскажут угольки и кости?

Исследование стоянок эпохи неолита - очень кропотливая работа. «Раскапывать их нужно медленно, сантиметр за сантиметром, иначе можно пропустить немало важного», - убежденно говорит Игорь Езепенко.

Именно такая кропотливая работа на стоянке у озера Комарин принесла археологам неожиданный и очень ценный сюрприз. Им удалось найти место, где стояло жилище первобытного человека. Теперь ученые смогли уточнить его размеры. Площадь «шалаша» оказалась примерно 3,5-4 квадратных метра. Здесь были обнаружены кости дикого кабана и птиц, которые стали добычей древних охотников. Среди находок множество фрагментов керамики. Но самое главное - очаги: один внутри жилья, а второй снаружи. Теперь в руках специалистов оказались угли, на которых готовили еду тысячелетия назад! «Эти угольки сложно переоценить. По ним мы смогли сделать радиоуглеродный анализ и установить точный возраст этого жилища 4780 +/- 90 лет от наших дней. То есть мы подтвердили, что стоянка была основана около пяти тысяч лет назад!» - оживленно рассказывает Игорь Езепенко.

Другое открытие, не менее удивительное - древние захоронения. Останки двух человек археологи извлекли из земли неподалеку от места, где некогда стоял «шалаш». Неужели древние люди хоронили усопших там же, где жили сами?

«К сожалению, останки плохо сохранились. Мы отправляли их в Санкт-Петербург для исследования, но там не смогли выяснить ни точный возраст захоронений, ни пол этих людей. Пока же могу предположить, что захоронения сделаны не в неолите, а в бронзовом веке, то есть в разные эпохи. Похоронены усопшие без инвентаря, но, скорее всего, они относятся к культуре шнуровой керамики», - объясняет археолог.

Кто эти люди?

Кем были люди, населявшие в древности территорию Беларуси? На этот простой, на первый взгляд, вопрос ответить не так-то легко. Обитателей белорусского Подвинья многие исследователи традиционно относят к пришлым финно-угорским племенам. А вот с жителями восточного Полесья, берегов Припяти и Днепра (до самой Березины) все куда интереснее. Считается, что в V-II тысячелетиях до н.э. эти земли населяли племена днепро-донецкой культуры, которые были, возможно, прямыми потомками позднепалеолитических кроманьонцев. Во II тысячелетии до н.э., то есть в раннем бронзовом веке, началось великое переселение народов. На территории Беларуси появились носители культуры шнуровой керамики - индоевропейцы. Распространились они, кстати, довольно быстро, потеснив местное население и заняв территорию от Рейна до Урала.

А что же знаменитый «балтский субстрат», о котором пишут школьные учебники? «Некоторые ученые считают, что в эпоху позднего неолита балтский субстрат на белорусских землях уже существовал. Но утверждение это все же спорно и требует доказательств», - поясняет Игорь Езепенко.

Одним словом, вопрос о том, кто населял первобытные земли Беларуси, остается пока без однозначного ответа.

Уникальный Рогачев и его окрестности

Не секрет, что люди издревле селились у воды. Река давала защиту, была своеобразной дорогой, да и вообще самым настоящим источником жизни. Вот почему окрестности Рогачева с Днепром, протекающим тут же - земля обетованная для археологов. Здесь историю Беларуси можно проследить от первобытных времен и до наших дней. Например, у озера Доброе найдены древнейшие курганы в Беларуси, датированные III-II тысячелетием до н.э. Приземистые, всего до метра в высоту, эти насыпи занимают немалые площади - до 30 метров. В них покоились представители племен, которые принято относить к среднеднепровской культуре. В захоронениях, помимо останков, археологи нашли копья, топоры, наконечники стрел, бусы, подвески и, конечно же, керамику. Сам Рогачев хранит память о королеве Боне, супруге Сигизмунда I, который после свадьбы подарил жене Пинское княжество. Вступив во владение в 1522-1523 годах, королева Бона более 30 лет правила своими землями, в составе которых был и Рогачев. Территорию, где возвышалась цитадель, до сих пор местные жители называют Замковой горой.

«Вообще, в районе Рогачева на площади всего 36 квадратных километров сосредоточено порядка 30 первобытных стоянок, есть 2 летописных города - Рогачев и Лучин, который принадлежал Смоленскому архиепископу, древнейшие курганы, замок королевы Боны. Все это делает окрестности Рогачева уникальными, и мы ратуем за то, чтобы здесь был создан археологический музей-заповедник», - подводит итог Игорь Езепенко.

Остается надеяться, что так оно и будет. Ведь многие из древнейших памятников нашей истории, такие как стоянки эпохи неолита, сохранились только благодаря тому, что большую часть года они затоплены - не распашешь и не засеешь. Разве что покосы проводить можно да скот пасти. Но мало ли, как сложится ситуация завтра?

Share this post


Link to post
Share on other sites

И все же «путь из варяг в греки» сыграл огромную роль в развитии торговли. По нему из Скандинавии везли железо-сырец, амбру (твердое горючее вещество, которое сейчас невероятно ценится парфюмерами), моржовую кость, корабельные канаты из китовой кожи, оружие, украшения. Из Византии корабли уходили нагруженные винами, пряностями, дорогими тканями, иконами и книгами.

Разумеется, некоторые норманны оседали по берегам, обзаводясь семьями. Так что в жилах современных беларусов течет толика и северных кровей.

Смелый вывод.

Насколько я понял - этот клад (или потеря - лодка, скажем, перевернулась) не содержит каких-либо этноопределяющих предметов.

Т. е. - с таким же успехом можно утверждать, что некоторые нынешние белорусы - потомки арабов - монеты ведь арабские...

Share this post


Link to post
Share on other sites

...из него по реке Ловать до деревни, которая сейчас носит название Волок. И не зря, потому что оттуда корабли волоком по суше тащили аж до реки Торопа, впадающей в Западную Двину...

Гм-м...

Автор стать хоть бы на карту взлянул...

Придеться разобрать этот участок подробнее - в теме "Путь Из Варяг В Греки".

Share this post


Link to post
Share on other sites

Насколько я понял - этот клад (или потеря - лодка, скажем, перевернулась) не содержит каких-либо этноопределяющих предметов.

Т. е. - с таким же успехом можно утверждать, что некоторые нынешние белорусы - потомки арабов - монеты ведь арабские...

В Беларуси найдены еще и рунические надписи - обнаружены в результате раскопок 1978 г. в городище Масковичи Браславского р-на. Источник: Археологическое наследие Беларуси. НАН Беларуси: Институт истории. Мн. "Беларуская навука", 2012, страница 130. А вот надписей набатейским (арабским вернее) письмом не обнаружено.

Share this post


Link to post
Share on other sites

В Беларуси найдены еще и рунические надписи - обнаружены в результате раскопок 1978 г. в городище Масковичи Браславского р-на. Источник: Археологическое наследие Беларуси. НАН Беларуси: Институт истории. Мн. "Беларуская навука", 2012, страница 130. А вот надписей набатейским (арабским вернее) письмом не обнаружено.

Рунические надписи?

Вот это уже не подвергается сомнению!

Нельзя ли об этих надписях сообщить подробнее - есть возможность приобщить к форуму человека, который способен их прочесть.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Есть в интернете прорисовки надписей. Надписи на костях и грузилах.

user posted image

user posted image

user posted image

Подробнее постараюсь найти чуть позже.

Share this post


Link to post
Share on other sites

В Беларуси найдены еще и рунические надписи - обнаружены в результате раскопок 1978 г. в городище Масковичи Браславского р-на. Источник: Археологическое наследие Беларуси. НАН Беларуси: Институт истории. Мн. "Беларуская навука", 2012, страница 130.

...

Рунические на "восточном пути" - невероятная редкость!

Эта находка некоторым образом подтверждает моё предположение, что скандинавские купцы и воины, решившие отправиться вглубь Восточной Европы, предпочитали выходить на Днепр по Западной Двине и её притокам, а не по пути "из варяг в греки" (т. е. по Ловоти), который нужен был только ладожанам и новгородцам.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Нельзя ли об этих надписях сообщить подробнее - есть возможность приобщить к форуму человека, который способен их прочесть.

http://svitoc.ru/index.php?showtopic=582&hl=

Вот здесь материал о надписях из Масковичей.

Кажется они не прочитаны.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Белая вежа

user posted image

Кто хоть раз побывал в крохотном белорусском городке Каменце, уже не забудет его никогда. Узкие улочки, белая ажурная церковь на пригорке и башня, чей грозный силуэт особенно хорош на закате, когда последние лучи уходящего за горизонт солнца скользят по древней, шершавой кладке. Как ни странно, именно она, Белая Вежа, в XIII веке положила начало истории Каменца,а в XX - ее настолько запутала, что долгое время энциклопедии и серьезные научные издания публиковались с ошибками.

Каменец. Исправленному верить

«сруби городъ на пустомъ месте и нарече имя ему Каменецъ»

XIII век был неспокойным; правители всеми силами старались укрепить свои земли. Не стал исключением и волынский князь Владимир Василькович. Как свидетельствуют летописи, ятвяги и литовцы просто истерзали его набегами. Особенно много хлопот доставлял литовский князь Тройдень. Заключив с ним перемирие, Владимир «нача себе думати, абы кгде за Берестьемъ поставить городъ», то есть крепость.

Итогом этих раздумий стал поход волынцев на челнах вверх по реке Лесной. Возглавил экспедицию искуснейший зодчий того времени Алекса, срубивший немало городовъ еще при Васильке Романовиче. Вскоре внимание мастера привлек пригорок, окаймленный глубокими оврагами. Его Алекса присмотрел для строительства нового форпоста. Князь, прибывший вскоре с боярами и прислугой, похвалил выбор зодчего и приказал вырубить лес и расчистить площадку. Вскоре над окрестностями грозно вознеслась Каменецкая Вежа или Каменецкий столп. Вот как пишет об этом Ипатьевская летопись: «За Берестьемъ сруби город на пустомъ месте, нарицаемемъ Льстне и нарече имя ему Каменецъ, зане бысть земля каменна. Създа же бъ немъ столпъ каменъ высотою 17 сажней, подобенъ удивлению всемъ зрящимъ нань».

Размеры гигантского «столпа» впечатляют и сейчас. Его высота около 30 м, а толщина стен достигает 2,5 м. Такие башни возводили для обороны многие средневековые города Беларуси (Брест, Витебск, Туров и др.), но сохранилась только одна - в Каменце. Причин тому ученые называют несколько. Во-первых, зодчий Алекса действительно знал свое дело и строил на века. Во-вторых, Каменецкая башня стоит на самом обрыве у реки. В эту сторону город просто не мог расти. Совсем иная ситуация была, например, в Бресте: когда башня утратила оборонное значение, ее снесли за ненадобностью. В-третьих, Каменецкому столпу просто повезло: во время Первой и Второй мировых войн в него не попало ни одного снаряда и ни одной бомбы.

Князь Владимир Василькович, книжный и каменный

user posted image

Неподалеку от башни путешественников встречает каменная фигура - князь Владимир Василькович, плечистый богатырь, к ногам которого льнет зубр. Но вряд ли лесное зверье столь нежно относилось к князю: если верить краеведу Льву Паевскому, Владимир «отличался воинственною храбростью, онъ был страстный охотникъ: завидитъ бывало вепря или медведя - не станетъ дожидаться слугъ, самъ убьетъ всякаго зверя». Ссылаясь на Волынскую летопись, Паевский также отмечает, что князь «былъ отменно высокаго роста и прекрасный лицомъ, имелъ желтые кудреватые волосы и стригъ бороду вопреки обыкновенiю». Особенно священник-краевед подчеркивает, что Владимир Василькович ненавидел татар, называя их не иначе, как «поганью»

Первым всерьез заинтересовался историей города настоятель Каменец-Литовского повета Лев Паевский. Священник-краевед провел серьезную научную работу, и в 1895 году свет увидела его книга «Каменец-Литовск и его древние храмы». В ней автор цитировал Ипатьевскую и Волынскую летописи, а также изложил собственный взгляд на вещи. Труд имел огромный успех и быстро завоевал популярность не только у обычных читателей, но и среди ученых.

К сожалению, в своем труде Лев Паевский допустил ошибку. Почему-то он считал, что Белую Вежу в древности белили. И отсюда ее название. На самом деле, башня никогда не была белой, а всегда оставалась краснокирпичной, говорит научный сотрудник Института истории Национальной академии наук Олег Иов. Присутствие слова «белая» в названии Каменецкой Вежи объясняется очень просто - подобные наименования характерны для территории Польши (граница с которой как раз и пролегает возле Каменца). Например, Бельск, Белосток. Как бы там ни было, а ошибка краеведа в XIX столетии имела для башни весьма неприятные последствия в XX веке. При очередном ремонте Вежу, чтобы не было разночтений с историческими источниками, действительно побелили.

Донжон? Или нет?

Каменецкая башня привлекала внимание с первого дня своего существования: сначала, в Средние века, как военный объект, затем - как исторический памятник. А вот сам по себе Каменец историки и археологи долго и незаслуженно игнорировали. Впервые серьезные раскопки здесь прошли в 1970-х годах. Руководил ими видный ученый Михаил Ткачев. Он же в тандеме с художником Евгением Куликом создал реконструкцию Каменецкого замка. Археолог предположил, что Белая Вежа была донжоном, это и легло в основу карандашного рисунка, который вскоре появился в научных и научно-популярных изданиях.

Современная энциклопедия определяет донжон как центральную башню в феодальных замках. Она размещалась внутри крепости, под прикрытием стен и других башен. В донжоне защитники могли укрыться и продолжать оборону даже если сам замок уже взят.

На рисунке Кулика-Ткачева Белая Вежа возвышается посреди замкового двора, а вокруг нее деревянные стены. Эта реконструкция благополучно кочевала из книги в книгу вплоть до 1997 года (а кое-где встречается и сейчас).

«В 1997 году мы начали раскопки у стен Белой Вежи. Заложили шурф 2х2 м и прокопали вглубь метра на 4. Культурного пласта не нашли! То есть не обнаружили совсем ничего, никаких артефактов, относящихся к XIII, XIV, XV векам. Это была настоящая загадка!» - вспоминает Олег Иов.

Земля оказалась довольно рыхлой, копать дальше становилось опасно - в любой момент мог произойти обвал. Поэтому работы пришлось остановить. Но загадка каменецкого шурфа впервые заставила ученых задуматься над правильностью реконструкции замка. Ведь если ошибки нет, и у древних стен действительно кипела жизнь средневекового города, здесь просто обязаны были обнаружиться черепки глиняных горшков, монеты, всевозможные застежки и пряжки все то, что обычно находят на месте человеческого жилья. Строго говоря, нашли монеты, но относительно новые - XIX века. Куда же подевалось все остальное?..

Шурф и раскоп - узкоспециальные термины археологов. Шурфами принято называть ямы площадью не более 24 кв. м. Все, что больше - это уже раскоп. В глубину те и другие могут быть разными. Обычно копают вплоть до материка (слой земли, на котором следов деятельности человека нет). Культурный слой может достигать глубины от 10 см до 10 м. Именно в нем находят артефакты, которые затем мы можем видеть в музеях.

Зарытая история

Вскоре археологи вернулись к раскопкам в Каменце. На сей раз им повезло больше. «Мы нашли культурный слой около двух метров толщиной, и там постепенно пошли пласты. Сначала дореволюционные, потом - Средневековье (XVI-XVII века), а потом внизу пошли слои как раз второй половины XIII века, - рассказывает Олег Иов. - Видите ли, по летописи Каменец был построен как порубежная крепость в 1276 году. И вот материал, который мы нашли, четко подтвердил эту дату».

Радостное возбуждение ученого легко понять. Ведь обычно в древних рукописях город упоминается в связи с определенной датой, а при раскопках обнаруживаются артефакты лет на 200 старше. Здесь же такое точное совпадение. Но это были еще далеко не все сюрпризы, преподнесенные археологам Каменцом.

Возраст города определили. Но какой же все-таки была его планировка? Находилась ли Вежа внутри замка? И если нет, то имела ли она связь с крепостью? Чтобы ответить на эти вопросы, ученым пришлось перелопатить тонны земли. Не облегчил работу археологам холмистый рельеф Каменца вкупе с плотной застройкой. Пришлось раскопать 16 небольших шурфов (ведь не попросишь же горожан снести дома во имя науки!). В дополнение к ним появился один раскоп. Выяснилась удивительная вещь: башня стояла отдельно от замка, на своеобразном островке. Ее окружали глубокие овраги, причем не рукотворные, а природные. На другом островке, отделенная от Вежи опять же оврагами, высилась деревянная крепость. Вот почему в самом первом шурфе археологи не нашли вещей, относящихся к XIII веку. По иронии судьбы, копать начали в том самом месте, где некогда находился овраг. Уже в XVIII-XIX веках его засыпали, и именно в этой подсыпке ученые затем находили царские монеты. И все же до истины докопаться удалось. «Это были действительно два разных рубежа обороны -комментирует свое открытие Олег Иов. - Но связь между ними существовала». Скорее всего, из башни замка в Вежу вел деревянный мост, причем шел он сразу на второй этаж. Похоже, что конструкция его была сложной, ведь вход в Вежу располагался со стороны реки, под углом к крепости. Попасть в Белую Вежу с первого этажа было невозможно. Въездные ворота в ней попросту отсутствовали.

В минуты опасности воины могли перебежать в Каменецкий столп из замка по мосту, уничтожить кладку и спокойно пересидеть осаду, поскольку в башне был запас продовольствия, воды и оружия. Исторические источники свидетельствуют, что замок неоднократно горел и был разрушен, но нигде не встречается упоминаний о взятии Белой Вежи.

«Как ее взять, эту башню? - улыбается глазами ученый. - Только осадными орудиями». А как их подвести туда? Надо засыпать рвы. Огромный труд! А военные отряды тогда были небольшие. Ну, 500 всадников, 600, 700. Не было времени на такие долгие маневры - они налетели, пограбили и уехали. Ведь Каменец - это не Полоцк и не Киев, которые имели стратегическую ценность. Это была всего лишь небольшая крепостица. Набеги же были неожиданные и стремительные. Тайный набег - это половина успеха. А успех - это пленные и богатства.

И все же в истории Каменца немало страниц, залитых кровью его жителей. Как ни крути, а войн городу избежать не удалось.

Войны Каменца

В 40-е годы XIV века с огнем и мечом прошел по Берестейским землям польский король Казимир III. В итоге он присоединил к своим владениям Львов, Галич, Владимир Волынский, Берестье, Каменец и другие города. Но удержать завоеванные земли под своей властью Казимир не сумел и в 1366 году «подарил» Берестье, Дрогичин, Мельник, Бельск, Кобрин и Каменец Великому княжеству Литовскому. Не успел город как следует оправиться от потрясений, как на него обрушились тевтонцы. В 1373 году Теодор фон Эльнер вместе со своими рыцарями-псами пробрался через болота и чащи Беловежской пущи и подчистую разграбил Каменец. Взятая добыча настолько понравилась крестоносцам, что они вернулись и в 1379 году в очередной раз опустошили окрестности. Спустя четыре года под стенами Каменца появились воины польского князя Януша Мазовецкого. И снова полились реки крови. А еще через год сюда заглянул и Ягайло (на тот момент великолитовский князь), семь дней он держал город в осаде, а потом взял его приступом. Затем на некоторое время наступило затишье. Каменец вошел во владения мощного государства - Великого княжества Литовского. Город рос и развивался, в а 1518 году даже получил Магдебургское право. Впрочем, и здесь все шло не так гладко. В 1500 году Каменец попытался взять крымский хан Менгли-Гирей. Он привел пятнадцатитысячную конницу и попробовал осадить город, но в конце концов отступил.

Спустя полтора столетия по Каменцу прошлась война России и Речи Посполитой (1664-1667 годы). К тому времени осадная техника стала совершеннее, и город был настолько серьезно изувечен, что сейм на 4 года освободил его от налогов. Но Белая Вежа выстояла и в этом испытании.

Город-камертон

Каменец - абсолютно уникальный город. И связано это со временем его основания. Дело в том, что в археологии существует парадокс - культурные слои XIV-XV веков очень бедные. Это означает, что при раскопках старых городов среди находок много вещей X - первой половины XIII веков. Немного больше находят артефактов второй половины XIII века. А дальше провал. Нет почти ничего. Следующий «жирный» пласт относится уже к XVI веку.

Как это можно объяснить? Есть несколько версий. Во-первых, в 40-х годах XIII века по Европе прокатились монголо-татары, опустошив все вокруг и повергнув торговлю и ремесла во многих странах в упадок на целые столетия. Во-вторых, на XIV-XV века пришлись тяжелейшие эпидемии бубонной чумы и других смертельных болезней, выкосившие целые деревни и города. А в-третьих (есть и такая теория), как раз в это время поля стали удобрять навозом. Собирали его прямо на городских улицах. А вместе с ним на поля отправлялись черепки, обломки ножей и прочие вещицы, составляющие счастье археолога.

Но какое же отношение к этому всему имеет Каменец? Самое прямое! Каменец был основан как раз в то время, когда наступил этот упадок - в последней четверти XIII века. И именно на примере этого города мы можем наиболее ярко и четко представить себе обстановку, которая была в городах того времени. Проследить регресс действительно легко, сравнив Каменец, скажем, с сопоставимым по размерам средневековым городком Снядином. Там исследователи нашли множество пряслиц из сланца, которые делали и привозили сюда с Волыни, стеклянных браслетов тонкой работы, бусинок и обломков дорогого оружия. Все это говорит о том, что торговля кипела, а жители городка отнюдь не бедствовали. Но Снядин был основан в XII веке. И все эти находки характерны для городов того времени. Совсем другая картина в Каменце конца XIII столетия.

«Представьте, мы не нашли ни одного сланцевого пряслица. Это может означать, что либо мастерские на Волыни перестали работать, либо была нарушена торговля. Нет высокохудожественных украшений. Очень мало бусин - единичные находки. То есть людям было не до красоты. Нет дорогого оружия. Видно, что все сработано местными кузнецами. Много находок, связанных с военным делом, поскольку здесь стоял гарнизон. Но наконечники стрел, арбалетные болты, обломки боевых ножей- все это местное, неказистое. Знаете, как деревенский кузнец - и лошадь подковать, и косу склепать - вот как раз тот случай. Это то, что касается наиболее ценных сюрпризов конца XIII-XV веков. Но большинство находок, конечно, относятся к XVI-XVII столетиям. Это и керамика, и монеты Яна Казимира II и Сигизмунда III» - комментирует Олег Иов.

Есть и две необычных находки. В одном из засыпанных рвов обнаружили целую крицу. Крицы выплавлялись во многих селениях. Существовали даже целые деревни, жители которых были заняты исключительно этим ремеслом. Болотную руду помещали в специальные «двухэтажные печи». От высокой температуры шлаки плавились и стекали в нижний ярус печи, а на верхнем оставался практически чистый металл. Остатки шлаков кузнец затем отбивал молотом, а из железа делал все необходимое - от гвоздей до оружия.

Конечно, мечи, сработанные из местного «болотного» железа, ценились гораздо меньше, чем сделанные из металла, добытого в горах. И все же готовая крица стоила недешево, и просто так ее никто бы не выбросил. Именно в это время зародилось поверье, что найти подкову - это к счастью: подобрать на дороге такой кусок железа тогда было практически то же самое, что сейчас найти слиток чистого золота.

«Крица, обнаруженная в Каменце, вполне могла быть свидетельницей какого-то трагического события. Скажем, вражеского набега, когда хозяин спрятал ее, а затем погиб или был взят в плен и не вернулся. А возможно, просто случился пожар, дом рухнул, и под обломками оказалось все, что было внутри, в том числе и крица» - поясняет Олег Иов.

Еще одна удивительная находка в Каменце - китайская монета XIX века. Как она попала в Беларусь, остается только гадать. Разве что обронил аристократ-путешественник или заядлый нумизмат, живший две сотни лет назад.

Пропавший документ

Одна из величайших сложностей, с которыми приходится бороться ученым и археологам - потеря документов. После войн, прокатившихся по Беларуси, старинные рукописи, которые могут пролить свет на историю наших городов, разлетелись по всему миру. Они хранятся в архивах Варшавы, Калининграда, Вильнюса, Львова. Причем иногда тот или иной документ всплывает совершенно случайно, когда найти его уже никто и не надеется.

Так случилось и с Каменцом. Ни в одном из белорусских архивов нет старинных планов города - ни в Национальном, ни в Гродненском, ни в Брестском. И археологи приступили к созданию плана древнего Каменца, опираясь исключительно на данные, полученные во время раскопок. Как только реконструкция была завершена и уже выставлена в Каменецком музее, словно гром среди ясного неба прогремела новость: найден план Каменца XVIII века. Документ в архиве Санкт-Петербурга обнаружил старший научный сотрудник Национальной академии наук Беларуси Андрей Метельский.

«Я был потрясен, - вспоминает этот случай Олег Иов. - Представляете, найден документ, и в нем вдруг все окажется не так, как мы предположили. Смотреть на него я шел с некоторой опаской. Но все оказалось именно так, как и на нашем плане! Мало того, там было написано, что евреи засыпают рвы возле Вежи, и показано начало этих работ. То есть документально подтверждалось то, что мы поняли во время раскопок. Но мы-то не знали этого документа. И мы сделали, оказывается, верную реконструкцию.

Каменецкие тайны

Несмотря на открытия, которые принесли раскопки, и на найденные документы, Каменец хранит немало секретов.

Лев Паевский, цитируя в своей книге Ипатьевкую летопись, пишет, что здесь была Благовещенская церковь: «И церковь постави Благовещения Пресвятыя Богородицы, и украси ю иконами златыми, и съсуды скова служебныя сребрены и еуангелiу опракосъ оковано, апостолъ опракосъ, и парамья, и съборникъ отца своего тутожь положи, и крестъ въздвизалный положи». Если верить священнику-краеведу, то церковь была воздвигнута примерно в 1276 году. Но как ни искали ее археологи, никаких следов храма обнаружить не удалось. Возможно, святыня существовала только в преданиях, записанных летописцем, а быть может, она еще будет явлена миру.

Другая загадка - кладбища. Захоронения жителей древнего Каменца не найдены. На территории местной церкви сохранились могилы XVI-XVII веков. В урочище Монастырь, через реку от Каменца, ученые нашли еще несколько мужских, женских и детских захоронений, сделанных по христианскому обряду. По металлическому поясу, сохранившемуся на одном из женских костяков, удалось установить, что они относятся к XV веку. Но вот где останки жителей Каменца XIII-XIV веков? Пока ответа нет.

Кстати, с урочищем Монастырь связана интересная легенда. Местные жители рассказывают, что когда-то на этом месте действительно стояла монашеская обитель, которая провалилась под землю, когда пришли враги. Некоторые специалисты считают, что легенда возникла не на пустом месте. В XVII столетии здесь прошли войска Ивана Хованского, разрушили местечко и сожгли Воскресенский монастырь.

Интересно, что нет у Каменца и посада. Во всяком случае, он не найден. Это очень странно, учитывая, что к крепостям всегда жались торговцы и ремесленники. В Cредневековье было небезопасно селиться на открытой местности. Прийти, ограбить и убить мог кто угодно. Каменец же был крепостью, с войском, и здесь торговцы должны были чувствовать себя в безопасности. Поэтому посад, конечно же, имелся. Но вот куда он делся, сложно сказать. Во всяком случае, за пределами замковых стен культурного слоя нет. «Возможно, он был снесен во время реставрации начала XX века» - пожимает плечами Олег Иов.

И, наконец, последний штрих к портрету этого удивительного города - несколько находок, относящихся к X веку.

Слой X века очень слабенький - буквально несколько фрагментов керамики. То, что здесь кто-то обосновался, вполне понятно - место-то удобное, его же не просто так выбрали. Развития это поселение не получило, и неизвестно, почему оно перестало существовать. Но была экспансия, а это всегда чревато. Понятно, что возникновение Новогрудка, Гродно, Волковыска связано с расселением славян. Вильню возвели Полоцкие князья. А вот на западе, по Бугу - Владимиро-Волынское княжество. Возможно, с постоянными войнами и связаны возникновение и гибель этого поселения. Уже в XI-XII веках здесь никто не жил, и только в XIII веке появился летописный Каменец.

Как сложилась бы история этих мест, если бы тот первый поселок не исчез? Какая трагедия здесь разыгралась? А быть может, не случилось ровным счетом ничего - люди просто перебрались на более удобное, как им показалось, место? Разгадать все эти загадки еще предстоит ученым. Пока же древняя Белая Вежа молча и сурово глядит на окрестности, охраняя покой и неспешную, вековую задумчивость Каменца.

Из журнала "Планета"

Share this post


Link to post
Share on other sites

Цитата (Snow @ Сегодня, 03:28)

В Беларуси найдены еще и рунические надписи - обнаружены в результате раскопок 1978 г. в городище Масковичи Браславского р-на. Источник: Археологическое наследие Беларуси. НАН Беларуси: Институт истории. Мн. "Беларуская навука", 2012, страница 130.

...

Рунические на "восточном пути" - невероятная редкость!

Эта находка некоторым образом подтверждает моё предположение, что скандинавские купцы и воины, решившие отправиться вглубь Восточной Европы, предпочитали выходить на Днепр по Западной Двине и её притокам, а не по пути "из варяг в греки" (т. е. по Ловоти), который нужен был только ладожанам и новгородцам.

Это я поторопился...

Просмотрел внимательно разделе об археологии тему о городище в Маскавичах - среди "рун" попадается обычная "латиница"... (???)

Из скандинавских импортов - всего две фибулы. В остальном - обычные для славянского городища находки.

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!


Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.


Sign In Now
Sign in to follow this  
Followers 0