Sign in to follow this  
Followers 0
Суйко

Д.Л. Подушков. "Он был настоящий русак..."

1 post in this topic

Д.Л. Подушков

"ОН БЫЛ НАСТОЯЩИЙ РУСАК..."

(Граф Алексей Андреевич Аракчеев (1769 - 1834) - связь с удомельским и тверским краем)

Первый вариант статьи был опубликован в “Удомельской старине” № 16 в январе 2000 года. Публикуемый ниже вариант переработан в 2001 году и опубликован в журнале “Русская провинция” № 4 за 2001 г.

user posted image

А.А.Аракчеев.

Художник Лампи-старший И.Баптист. 1796 г.

Жизненный путь государственных деятелей такого уровня как граф Алексей Андреевич Аракчеев обычно хорошо исследован. После них остаются богатые архивы, воспоминания современников и описания биографов. Аракчеев представлял собой не исключение. Особо доверенное лицо императоров Павла I и Александра I, военный министр правительства Александра I в 1808-1810 гг., председатель департамента военных дел Госсовета с 1810 г. С 1815 г. в его руках сосредоточилась власть над Госсоветом, Комитетом министров и Собственно его Императорского Величества канцелярией. Аракчеев был единственным докладчиком царю по большинству ведомств. Но в биографии Аракчеева есть неясность с местом его рождения и проживания в детские годы.

Главная цель настоящей статьи - привести доказательства того, что граф Аракчеев родился и провел свои детские годы в сельце Гарусово на берегу озера Удомля (сегодня Удомельский район Тверской области). В статье также рассматривается круг удомельских знакомых семьи Аракчевых, приводятся малоизвестные широкой аудитории сведения о заслугах Аракчеева перед Россией.

“Большая советская энциклопедия” сообщает о месте рождения А.А.Аракчеева только в общем – Новгородская губерния. Энциклопедия “Отечественная история” (М., 1994) не приводит сведений о рождении. В сборнике “Знаменитые россияне” (Лениздат, 1996) точных сведений также нет. Священник Н.Н. Постников (1913), основываясь на собранных в Бежецком крае преданиях, местом рождения графа называет село Курганы – родовое село матери графа. Один из ранних биографов графа С.Н. Шубинский (1908) называет местом рождения Аракчеева сельцо Гарусово Вышневолоцкого уезда Тверской губернии, однако доказательств этому не приводит. Автор настоящей статьи предположил в 1997 году после прочтения книги Шубинского, что это именно удомельское Гарусово. Косвенным свидетельством в пользу удомельского Гарусово служило то, что до 1917 года в нем и его окрестностях жили обедневшие дворяне Аракчеевы, потомки которых живут в Удомельском районе и сегодня. Правда, сведений о жизни семьи Андрея Андреевича Аракчеева (отца графа) найти не удалось (Н.А. Архангельский, 1993), что давало повод к сомнениям. В Вышневолоцком уезде находилось несколько населенных пунктов с названием “Гарусово”.

Во вступительной статье к книге “Аракчеев: свидетельства современников” Е.Э. Лямина без ссылок на документы местом рождения графа называет “сельцо Гарусово, стоящее на берегу небольшой речки Волчины” (Аракчеев…, с. 9). Деревня Гарусово на Волчине и сегодня существует в Максатихинском районе Тверской области, но возникла она только после 1861 года, после отмены крепостного права, о чем свидетельствуют поиски удомельских краеведов. Вероятно, автор статьи делает свой вывод исключительно из соображений относительной близости этого Гарусово к Бежецку и Курганам.

В брошюре 1903 года “К истории удомельского троицкаго Иоанно-Богословскаго монастыря в ХVII веке” содержатся сведения об Аракчеевых. В 1683 году настоятель Иоанно-Богословского монастыря на озере Удомля (сегодня на этом месте стоит храм Иоанна Богослова 1840 года постройки) старец Никон жалуется в новгородскую приказную палату за захват смежных монастырских земель на Степана Алексеева Аракчеева с пустошью Лубенькиным (топоним сохранился до наших дней), на Панфила и Данила Иевлевыми, детьми Аракчеевыми (с. 8). В той же брошюре приведены сведения из книг Бежецкой пятины за 1639 год: “дано в поместье Алексею, да Иову Фоминым, детям Аракчеевых, отца их Фомина поместия Аракчеевых: в Бежецкой пятине, в Тверской половине в Никольском погосте, в Удомельской волости брата их родного Васильева поместья Аракчеева в пустоши Лубенькине, на озере Удомля… пустошь, что была усадьбище Сотонина гора (топоним сохранился – Д.П.)… и то поместье дано Степану да Данилу и Памфилу Аракчеевым в 176 (1668) году… а пустошь Погорилица в 165 (1657) году сыскана в даче за Самуилом Аракчеевым…” (С. 10)

Однако, только бесценные старые документы в личном архиве петербургского художника Константина Кирилловича Иванова, работа профессора МГУ Владимира Алексеевича Томсинова в архиве графа Аракчеева и члена Русского генеалогического общества Владимира Борисовича Колокольцова в Российском Государственном историческом архиве в Санкт-Петербурге, позволили точно установить, где жили Аракчеевы в момент рождения Алексея Аракчеева, и где прошли его ранние годы жизни.

Константин Кириллович в 1966 году со своими однокурсниками по ленинградскому институту живописи им.И.Е.Репина приехали за художественными впечатлениями на дачу художника В.К. Бялыницкого-Бируля “Чайка” на оз.Удомля (между “Чайкой” и Гарусово ок.1,5 км по берегу озера). На долгие годы жизнь Константина Иванова оказалась связана с удомельским краем. Много времени он уделял изучению его истории. Для работы учащихся ленинградской художественной школы летом 1972 года аракчеевский дом в Гарусово был взят в аренду (до этого в разное время в нем находились разные учреждения). Во время ремонта мансарды на втором этаже под слоем обоев были обнаружены старые документы. У Константина Иванова хватило терпения, исторической чуткости и патриотизма, чтобы не сжечь их, а отслоить, очистить, переложить в три картонные папки и сохранить до настоящего времени. Документы были в плохом состоянии, с большими потерями текста, который, к тому же был исполнен трудно читаемым шрифтом. Самостоятельно Константин Иванов прочитать документы не смог. Двадцать пять лет они пролежали у художника в мастерской в Ленинграде - Петербурге.

В ноябре 1999 года автор настоящих строк с разрешения художника ознакомился с содержанием всех трех папок, в которых хранится архив. В 2000 году с содержанием папок ознакомился профессор МГУ В.А. Томсинов. В основном в папках находятся разрозненные фрагменты метрических и хозяйственных книг 18-го века, в которых названы дворянские фамилии, населенные пункты и даты. Этих сведений достаточно, чтобы утверждать, что во второй половине 18-го века сельцом Гарусово Вышневолоцкого уезда Новгородской губернии на озере Удомля владел отец графа Андрей Андреевич Аракчеев, что в соседних деревнях жили многочисленные родственники.

Граф Аракчеев называл себя по рождению “новгородским дворянином”. После разукрупнения губерний на провинции в 1727 году, удомельские земли попали в Новгородскую провинцию Новгородской губернии. В 1772 году Вышний Волочек получил статус города и возник Вышневолоцкий уезд Новгородской губернии. В 1796 году Вышневолоцкий уезд вошел в образовавшуюся Тверскую губернию (Архангельский, 1993, с. 49). Согласно “Окладной книге Вышневолоцкого уезда за 1783 год” сельцом Гарусово на озере Удомля владели поручик Андрей Андреевич Аракчеев (15 душ крепостных), Алексей Андреевич Аракчеев (6 душ крепостных), капитан Иван Андреевич Аракчеев – родной брат Андрея Андреевича (умер до 1782 года) - (две души).

И здесь необходимо сделать небольшое отступление. Когда статья уже была подготовлена к печати, появились новые сведения о родословной Аракчеевых и составе их семьи. Их прислал В.Б.Колокольцов. Долгие годы он скрупулезно собирает сведения по родословной дворян Колокольцовых и по родам, которые были в родстве с ними, в т.ч. по Аракчеевым. Владимир Борисович составил на сегодняшний день самую полную, из известных автору статьи, родословную Аракчеевых. Отправной точкой его поисков стала книга А.Б.Лобанова-Ростовского “Русская родословная книга” (1895). Первым представителем Аракчеевых в книге назван Евстафий Аракчеев, казначей и дьяк великого князя Василия Темного. Евстафий упомянут в двух актах Троицкого монастыря (вероятно Троицкого-Удомельского!) третей четверти ХV века, где назван “крещенным татарином”. Однако непрерывная родословная роспись Аракчеевых ведется только с начала ХVII века. Из нее становится известно, что в 1607 году поместьем в деревне Гарусово Новгородского уезда Бежецкой пятины Тверской половины жалован Фома Аракчеев. Его сын Алексей Фомич получил отцовское поместье по указу царя Михаила Федоровича в 1639 году. Самуил сын Алексея становится наследником в 1645 году. Он умер до 1693 года. У Самуила сыновья Степан и Иван. Степан – прадед Алексея, а потомки Ивана станут последними владельцами Гарусова в 1917 году. Сын Степана Андрей – убит в одном из турецких походов Миниха. Его жена – Ирина Филиповна, по другой версии Ирина Иудична Сназина. Наконец, Андрей Андреевич Аракчеев, отец будущего графа. Он родился ок. 1732 года, служил в лейб-гвардии Преображенском полку, каптернамус в 1759 году, вышел в отставку в 1762 году в чине поручика и поселился с семьей в сельце Гарусово. Его жена - Елизавета Андреевна (урожд. Ветлицкая) родилась в 1750 году. Родовое имение Ветлицких - село Курганы, которое находилось в 40 верстах на северо-запад от города Бежецка.

Алексей Аракчеев родился 23 сентября 1769 года. Андрей (по данным А.Б.Лобанова-Ростовского) - 19 ноября 1772 года, Петр – 17 августа 1780 года. В сборнике мемуаров “Аракчеев…” сообщается, что в семье родилось семеро сыновей (четверо из которых умерли во младенчестве) и четверо дочерей, ни одна из которых не дожила до взрослых лет (с. 365). В документах из архива Иванова упоминается дочь Аракчеевых Мария. Н.Н.Постников в своей книге 1913 года (с. 27) сообщает, что на киоте иконы Божией Матери Всех Скорбящих Радости, который был сделан по заказу Аракчеева в 1820 году для храма Пресвятой Богородицы в селе Курганы в память об умерших родителях, была помещена бронзовая вызолоченная табличка (в скобках - предположение автора статьи о степени родства, на основе материалов А.Б.Лобанова-Ростовского): “Покой Господи в царствии Твоем рабов Божиих: Андрея (отец), Елизавету (мать), Андрея (дед со стороны отца), Ирину (бабушка со стороны отца – см. выше), Андрея (дед со стороны матери), Надежду (бабушка со стороны матери – Надежда Яковлевна, урожд. Тишкова), Никиту, Евдокию, Константина убиеннаго, Параскеву, Андрея воина (19.11.1772 – 22.08.1814), девицу Марию (30.03.1782 – 24.07.1792), младенцев Александра (род. и ум. 30.08.1766 г.), Стефана (30.06.1767 - 10.01.1772), Николая (старший, 27.02.1771 - 10.08.1772), Анастасию убиенную, младенцев Анну (ум. 17.05.1797), Надежду (9.09.1774- 6.10.1774), Евдокию (род. 29.07.1778)”. В списке А.Б.Лобанова-Ростовского фигурирует также Николай младший (30.11.1775 – 19.08.1777) и отсутствуют Никита, Евдокия, Константин, Параскева.

user posted image

Храм Покрова Богородицы в с. Курганы. Фотография 2001 г.

Самый ранний документ из архива Иванова, где упоминаются Аракчеевы, относится к 1752 году: “По указу Ея императорского величества … в новгородской губернии канцелярии … бежецкой пятины Никольского Удомельского погоста Ивана Никитина сына … с одинадцати Ефим Милюков усадища Павлова с трех Ивана да Андрея Аракчеевых усадища Гарусова и деревни Роднево с четырнадцати девицы Парасковии Аракчеевы усадища Гарусова и деревни Рудеево с десяти Александр Аракчеев усадища Ванюшина (возможно, сегодняшняя д. Ванюнькино – П.Д.) с тринадцати Василия Степанова сына Аракчеева усадища Окулова с деревнями с девяностами Артамона Аракчеева усадища Щеберина и деревня Сатониной горы с девятнадцати Михаила Аракчеева усадища Сигово с деревнями с тринадцати Никифора Аракчеева пустоши…” Все названия, упомянутые в документе, существуют и в наши дни. По этому документу видно, что сельцо Гарусово находилось в смежном владении по крайней мере трех человек: Андрея Аракчеева – отца графа, его родного брата Ивана Аракчеева и Прасковьи Аракчеевой. Владельцем “усадища Окулова” назван Василий Степанович Аракчеев, брат деда графа, генерал-майор (в 1740 г. при увольнении со службы произведен в генерал-поручики), раненый под Очаковом во время Русско-турецкой войны 1735-1739 гг., во время которой он занимался тыловым обеспечением войск. О нем сохранился похвальный отзыв, поданный главнокомандующим Б.Х.Минихом императрице Анне Иоанновне (Ратч, с. 6).

Еще ряд цитат из документов: “1757 год февраля 27 дня. …Новгородского уезду Бежецкой пятины Никольского Удомельского погоста усадища Гарусова деревни Рудеево помещика господина Андрея Андреевича детей Аракчеевых”.

“Бьет челом новгородского помещика Петра Сергеева сына Сназина жена его Нина Сергеева дочь а о сем мое прошение тому следующие пункты. “1” В прошлом 1759 году в июне месяце Новгородский помещик лейб-гвардии Преображенского полку каптенармус Андрей Андреевич Аракчеев…” А вот документ, в котором речь идет о событиях 1767 года: “Объявление. В прошлом 1767 году февраля 1 дня ... Алексея Данилова сына (Аракчеева) да порутчика Андрея Андреевича (Арак)чееву … ноября 23 дня родственника его … Иванова сына Аракчеева (усадища) Щеберина … усадища Мишнева… 1779г.”

Наряду с документами из архива К.К. Иванова, приведем цитаты из монографии профессора юридического факультета Московского государственного университета В.А. Томсинова (1996). Владимир Алексеевич писал свою книгу работая с архивом Аракчеева и впервые ввел в научный оборот новые сведения о жизни графа и его семьи. В книге представлены, в том числе, и обширные свидетельства о жизни Аракчеевых в Гарусово (хотя автору, как и его предшественникам, местоположение Гарусово было неизвестно), связях семьи с другими вышневолоцкими помещиками и о детских годах графа. “К своим одиннадцати годам Алексей имел вполне сложившийся характер и недетскую уже самостоятельность в суждениях и поступках. Все это хорошо выявил один случай, произошедший приблизительно в 1780 году.

К соседу Аракчеевых, также небогатому помещику, владельцу тридцатью крепостными крестьянами, Гавриле Ивановичу Корсакову приехали на побывку в отпуск двое его сыновей (Никифор и Андрей), учившихся в Артиллерийском и Инженерном Шляхетском кадетском корпусе. Гаврило Иванович на радостях устроил торжественный обед, на который позвал и Аракчеевых. Андрей Андреевич, отправляясь в гости, взял с собою старшего сына. Не ведал отец, не предугадывал, что произойдет у Корсаковых с Алексеем, а то, быть может, и не взял бы его к ним” (с.15).

user posted image

Е.А.Аракчеева.

Художник Янош Ромбауэр.

В 1841 году Корсаковы числятся владельцами села Остров. (Архангельский, 1993). В шести километрах от Гарусово и сегодня находится деревня Островно, которая на карте 19-го века имеет название Остров. Так и родовая вотчина Витлицких, матери А. А. Аракчеева Елизаветы Андреевны, в архиве Иванова значится как “Курган”, но позже стала называться селом Курганы.

Документ из архива Иванова этого периода: “1782 года августа 24 дня мы Н(иже подписавшиеся?) поручик Андрей Андреевич Аракчеев, (невестка?) … Марфа Александровна дочь … имения после покойного моего (брата?), а ее мужа Ивана Андреева сына Аракчеева положили они … недвижимого имения … крестьян достался мне Марфе крестьянин Никифор Смирнов с женою Марфой Петровой… И сему договору … поручик Андрей (Аракчеев руку) приложил”. На этом документе единственный раз встречается автограф Андрея Андреевича Аракчеева.

В 1783 году, согласно окладной книге Вышневолоцкого уезда, Алексей уже являлся совладельцем сельца Гарусово (6 душ крепостных). Кроме этого у него в деревнях Стенецком (сегодня Стенецкое) и Рубеж (не сохранилась) было соответственно 5 и 9 душ. Его отцу Андрею Андреевичу в Гарусово принадлежало 15 душ, в дер. Рудеево (есть сегодня) – 4, в дер. Меньших Порожках (есть) – 2, всего 21 душа. Вместе с ними сельцом Гарусово владел капитан Иван Андреевич Аракчеев - 2 души.

В монографии Томсинова (1996, с. 13-15) описан быт семьи Аракчеевых в Гарусово: “Двадцать душ крепостных крестьян …обеспечивали при надлежащей бережливости вполне сносное существование семье… Хозяйство Аракчеевых, как и других мелкопоместных дворян, являлось всецело натуральным…

Дабы научить Алексея чтению, письму и элементарным правилам арифметики, (отец) нанял за натуральную плату рожью и овсом деревенского дьячка. Мальчик с охотой принялся за учебу. Особенно понравилась ему арифметика. Занятия ею стали любимым его развлечением. За короткое время ученик овладел навыками сложения, вычитания, умножения и деления в такой степени, что превзошел своего учителя. Однако … умение красиво писать не давалось Алексею.

У дьячка почерк был неважный, пришлось поэтому отцу самому взяться за обучение сына каллиграфии. Просмотрев имевшиеся в доме служебные бумаги, он выбрал из них те, что были написаны красивым почерком и стал заставлять Алексея их переписывать. И кое-какие успехи появились…

(Сам Аракчеев говорил, что “он учился грамоте не по рисованным картам, а по букварю и псалтырю и что родителями своими поручен был Казанской Божией Матери” (Аракчеев…, с. 66)).

Жизнь Аракчеевых мало чем отличалась от жизни других небогатых деревенских помещиков. Глава семейства, как и полагалось, большую часть времени проводил в безделии. Хозяйством он почти не занимался, но зато часто и подолгу сидел у окна, наблюдая за всем, что происходило во дворе усадьбы. По воспоминаниям старожилов, Андрей Андреевич был добрый помещик. Крестьянам своим не докучал излишними капризами, а по мере возможностей старался даже облегчить их участь.

Если быт семьи Аракчеевых мало отличался от быта соседей, то царившая в ней духовная атмосфера была особой, непохожей на ту, что существовала в других дворянских семьях. И эта ее особость, ее непохожесть создавалась главным образом женой Андрея Андреевича Елизаветой Андреевной, которая так же, как и муж ее, вышла из небогатых дворян.

Будучи женщиной на редкость деятельной, Елизавета Андреевна одна несла на себе нелегкий груз забот о хозяйстве. Кроме того, она была в доме и кухаркой и прачкой, а нередко заменяла у мужа прислугу. (По словам самого Аракчеева, Елизавета Андреевна по мановению мужа, должна была, не разбирая времени, бегать сама в отдаленный погреб и приносить все, что не потребует муж).

Благодаря Елизавете Андреевне дом и хозяйство Аракчеевых славились в округе своей необыкновенной чистотой и порядком. Все домочадцы: и дети, и прислуга и, естественно, сама хозяйка были одеты, хотя и скромно, но при том чрезвычайно опрятно. В высшей степени трудолюбивая и бережливая Елизавета и от других требовала такого же трудолюбия и бережливости, учила “жить прилично” (любимое выражение, передавшееся впоследствии старшему сыну). Исключительная строгость во всем, какой-то даже педантизм не превращались, однако, в ней в жестокость и душевную черствость. Елизавета Андреевна была способна проявлять доброту и сострадание. Точно также и присущая ей бережливость не переходила грани, за которой начинается скупость.

Заезжавшие к Аракчеевым гости неизменно принимались хозяйкой дома с полным радушием. И угощала она их всем, чем только могла. Ежегодно в день (именин - П.Д.) Андрея устраивали у себя пир, на который съезжались все соседские помещики с семьями.

Из троих сыновей Елизавета Андреевна всегда выделяла старшего – Алексея и любила его по особенному… Елизавета Андреевна старалась подготовить своего Алексея к будущей жизни, в которой его, выходца из бедных дворян, ожидало, как она понимала, множество всяких препятствий и невзгод”.

“Алексей рано стал привлекаться матерью к работе по хозяйству, приучаться к чистоте и порядку. Сама набожная до крайности, мать и сыновей своих стремилась воспитать в строгом религиозном духе. Она постоянно брала Алексея с собою в церковь, которую посещала аккуратно, не пропуская ни обедни, ни вечерни. Учила его молитвам, внушала уважение к нормам христианской этики” (с.15).

Уважение и благодарность к матери осталось в Аракчееве навсегда: “Когда он здоровался или прощался с нею, он делал сначала перед ней земной поклон, а после этого уже подходил к руке” (Аракчеев…, с. 374)

“Шло время, но желание поступить в кадеты не становилось в Алексее Аракчееве слабее. Мальчик крепко держался за свою мечту и терпеливо ждал, когда же придет пора для ее исполнения. Минуло два года с момента встречи Алексея с кадетами Корсаковыми, когда родители его решили, наконец, что ждать более нельзя, надо сына определять на учебу в корпус” (с.17).

Рекомендацию на поступление в кадетский корпус Алексею в 1782 году дал предводитель дворянства Вышневолоцкого уезда Михаил Васильевич Храповицкий (1758-1819). “С тех пор Алексей всегда чувствовал себя признательным ему. До самой смерти Храповицкого … он вел с ним переписку, а при случае заезжал в гости или же приглашал его погостить к себе” (Томсинов, 1996, с.64).Имение Храповицких Бережок находилось на северо-западном берегу озера Песьво, где и сегодня видны остатки старого парка, прудов и строений. М.В.Храповицкий был родным братом Александра Васильевича Храповицкого, статс-секретаря Екатерины II. Похоронен на кладбище в с.Троица в одном километре от своего имения. Могила сохранилась.

user posted image

Дом Аракчеевых в с. Гарусово.

Фотография нач. 20-го века.

Сельцо Гарусово входило в церковный приход погоста Покровский Тихомандрицкий (от Гарусово 2 км) на речке Тихомандрице. Настоятелем храма Покрова Пресвятой Богородицы в интересующий нас исторический период был Соколов Павел Максимович, дед по мужской линии выдающегося русского ученого Дмитрия Ивановича Менделеева. В январе 1783 года он благословил дворянского сына Алексея Аракчеева на учебу в кадетском корпусе, на службу царю и Отечеству. В этом же году в семье священника родился сын Иван, который во время учебы в Тверской семинарии получил фамилию Менделеев.

“Последние дни перед отправлением Алексея в Петербург Елизавета Андреевна ходила сама не своя и вся в слезах. К самому отъезду пригласила священника отслужить молебен. Помолились. Присели в молчании, как полагалось по обычаю. Начали прощаться. Момент расставания с матерью Алексей запомнит на всю жизнь. Через четыре с лишним десятилетия он будет рассказывать своим гостям о том, как покидал родительский дом, отправляясь в столицу поступать в кадеты: “Я был в восторге, и тогда только призадумался, когда пришлось прощаться с доброю моею матерью. Рыдая, благословила она меня образом, который ношу до сих пор, и который никогда не сходил с груди моей, и дала мне одно увещание: молиться и надеяться на Бога. Всю жизнь мою следовал я ее совету!” (Томсинов, 1996, с.17).

Обучаясь в Санкт-Петербурге в педагогическом институте (1804-1807) Иван Менделеев, учитывая близкие отношения семей в прошлом, обратился с просьбой к вошедшему уже в силу влиятельному земляку (Аракчеев занимал в это время должность инспектора артиллерии русской армии). Об этом семейном предании сообщил некто под инициалами И.К.Т.: “среди учеников деда Менделеева (он учил русской грамматике и арифметике) был граф А.А.Аракчеев. Когда Иван Павлович Менделеев, обучаясь в педагогическом институте, по совету отца обратился к влиятельному графу с какой-то просьбой, то в ответ получил отказ и “компенсацию” в 2 рубля серебром” (И.К.Т., 1892). Конечно, эти уроки отрок Алексей мог брать в детстве у сельского батюшки только в Гарусово на берегу озера Удомля. А факт обращения студента к высокопоставленному чиновнику Империи свидетельствует о сохранявшихся земляческих отношениях.

Прибыв в столицу Российской империи 18 января, Алексей смог поступить в Артиллерийский и Инженерный Шляхетский кадетский корпус лишь 19 июля, после многих лишений и скитаний. “Потеряв последнюю надежду, Аракчеевы собрались совсем уже ехать домой. Но, желая на прощанье посетить некую свою знакомую (Гурьеву), без всяких видов или больше посреди разговоров, рассказали ей и цель приезда, и цель отъезда. Она была богата и издержки в семь рублей приняла на себя. Вот кто положил начало счастья Аракчеева. За то граф по гроб питал благодарность к ней и оказал большие услуги сыну ее – горбылю Гурьеву” (Аракчеев…, с. 239) В Российской национальной библиотеке (Петербург) хранятся несколько писем Аракчеевых к жене секретаря Сената В.И.Гурьева действительной статской советнице Софье Павловне Гурьевой (1731 – 1800), которая владела землями в пределах сегодняшнего Удомельского района. Ее могила сохранилась на кладбище в селе Млево.

В кадетском корпусе Аракчеев “отличался от всех строгим поведением и прилежанием к наукам”, - вспоминал про него спустя много лет один из бывших его сотоварищей.

В феврале 1784 года Алексей Аракчеев был переведен в верхние классы и произведен в капралы, в апреле – в фурьеры, в сентябре – в сержанты. В августе 1786 года за успехи в учебе он был награжден серебряной позолоченной медалью. Его отличало усердие в учебе, безропотное послушание старшим по званию, редкая исполнительность. Сыну малопоместного дворянина из провинции, не имеющему связей в столице приходилось рассчитывать только на свои силы и служебное рвение. Дело дошло до того, что кадету Аракчееву стали поручать следить за порядком в корпусе.

К этому периоду относится письмо (из архива К.К. Иванова) Алексея в родительский дом сохранившееся полностью, лишь с незначительными потерями текста: “Дрожайший родитель Милостивый государь Батюшка Андрей Андреевич Письмо ваше родительское также запас и авес по реестру исправно получил за которое приношу мою нижайшую благодарность. За авес Николай Федорович вас много благодарил и при сем прилагаю от него письмо, а деньги я от него еще не получил. Он говорит, что теперь денег нет хотел (нрзб.) дать мне (шубу?) (кидели?) потому, что он еще жалования не брал (нрзб.) скоро возьмет а мы им очень до(нрзб.) (нрзб.) дошка(?) Михаилу Васильевичу (возможно М.В.Храповицкий – П. Д.) посл(ал) во обще табакерку, а тетуш(ке) (нрзб.) Ивановны я послал. Мне к ним нынеча батюшка некогда было, потому что я спешил отправить Радиона да у нас же в роте от (нрзб.) ушел в отпуск фельдфебель так я его должность теперь правлю так вы МГ (Милостивый Государь – ред.) батюшка знаете какая это должность, а у нас же в роте и во всем корпусе стало очень строго. А я напишу к нему по почте, теперь осмелюсь вас просить пожалуйста приезжайте к нам нынешним летом так мне бы пожаловала родительского совета в которую мне службу выгоднее выходить в ынженерную или в артиллерийскую так я и старался бы чтобы вы мне что (выт…) прошу вашего родительского благословения. На век пребуду верный и покорный сын и слуга Алексей Аракчеев.

Милостивой государыне матушке свидетельствую мое высокопочи(тание) (прошу?) благословения (остаюсь?) верным сыном (нрзб.) Алексей Аракчеев. (нрзб.) послал к вам ножичек матушке бабушке свидетельствую мое высокое почитание. Братца и сестрицу заочно целую.

Еще неприменул вас уведомить, что у нас ныне вышли 12 человек в полевую артиллерию, да 8 человек в морскую артиллерию и отправился выпуск на всегда во флот и желающие принять сию (нрзб.) навигацию”.

Речь в письме идет о распределении после учебы и специализации, что и позволяет датировать его весной-летом 1787 года, т.к. учеба в корпусе завершилась для Аракчеева в сентябре. Письмо, кроме этого, уточняет, что с семьей Аракчеева жила, видимо, мать отца.

“В 1789 году ему был присвоен чин подпоручика артиллерии … и (он был) назначен (в корпусе) командиром гренадерской роты, образованной из лучших фронтовиков” (Томсинов, 1996).

Примерно в 1790 году Аракчеев получил отпуск и приехал к родителям в деревню. “Отец Андрей Андреевич, хотя был вне себя от радости, сразу заметил висевшие на мундире золотые часы (подарок графа Салтыкова, президента Военной коллегии, сыну которого Аракчеев давал уроки – Д.П.). Подробно расспросил, откуда взялась у сына такая дорогая вещь, затем снял с него часы и повесил над своей кроватью. Вернул отец часы Алексею лишь перед самым отъездом его обратно в Петербург. “Возьми часы, - сказал он сыну, я дарю их тебе. Знай и помни, что ты мне ими обязан: не помести я тебя в корпус, ты не учил бы у Салтыковых, и часов бы не имел”. С тех пор Алексей Аракчеев хранил у себя эти часы, считая их отцовским подарком.

В ту встречу с сыном Андрей Андреевич высказал заветное свое желание, которое при каждом последующем свидании ему повторял: “Алеша! Ты дослужись до майора и выйди в отставку с пенсионом – тогда мы все будем счастливы”. Отставному армейскому поручику чин майора казался пределом мечтаний” (Томсинов, 1996, с.28).

В архиве Иванова к этому периоду относится такой документ: “1789-го года марта … дня Тверского наместничества в Полате гражданского суда Краснохолмской поручицы Елизаветы Андреевны Аракчеевой поверенный служитель Платон Калинин сын Соколов по имеющемуся делу в оной палате”. Какая-то судебная тяжба.

Летом 1791 года Аракчеев занял должность старшего адъютанта у командира кадетского корпуса Мелиссино, что давало чин капитана и солидную прибавку к жалованию. Этим же летом его квартиру в Петербурге навестили отец с матерью. Его братья Андрей и Петр, пойдя по стопам старшего брата, тоже учились в кадетском корпусе. “…Елизавета Андреевна, найдя в его … квартире чистоту и порядок, осталась вполне довольной сыном. А вот Андрей Андреевич насторожился после того, как увидал в квартире слишком дорогую, по его представлениям, мебель… “Послушай, Алексей, скажи мне прямо, без всякой утайки, как должен сын отвечать отцу: не воруешь ли ты, или не берешь ли взяток?”

В архиве Иванова есть два фрагмента письма брата Андрея из Петербурга: (1 сторона) “Дрожайший родитель … родительского благословения…” (2 сторона) “Милостивый государь батюшка … матушка свидетельствую (мое) почтение приношу мою (благодарность) за присланные вами … в село Гарусово … за которые буду чтится заслуживать и прося вашего родительского Благословения … мой пребуду ваш верный … покорный слуга Андрей Аракчеев … мая 16 дня”

Второе письмо: “1” (сторона) “…(за)служил себе от Государей Большие благодарность, а от публики чрезмерную похвалу их высочества великого…” (Это Андрей пишет о старшем брате Алексее!) “2” (сторона) “турецкое посольство … Бракосочетание великого князя Ал(ександра) двор из царского села прибудет … мы же с Петром … Андрей Андреевич так и вам … милостивая матушка Елизавета Андреевна прося Вашего благославения … ваш верный сын (Андрей) Аракчеев”.

Второе письмо можно датировать 1793 годом, так как в нем говорится о бракосочетании великого князя Александра, будущего императора Александра I, которое состоялось в 1793 году.

Осенью 1792 года Аракчеев был назначен на службу в Гатчину в войска к наследнику престола Павлу Петровичу (позднее Павлу I). В октябре Павлом I он был произведен в чин бомбардир - капитана, а в августе 1793 года – в майоры артиллерии и подполковником армии. Доверие Павла к Аракчееву постоянно возрастало.

Служба в Гатчине у Павла, дружеские отношения с 1790-х годов с наследником престола Александром Павловичем (впоследствии Александром I), заложила условия для карьерного роста Аракчеева. Но восхождение по служебной лестнице произошло, прежде всего, вследствие необычайного трудолюбия Аракчеева. Будучи выходцем из провинциального беднейшего дворянства, Аракчеев прекрасно понимал, что в жизни мог рассчитывать только на свои силы. Его недоброжелатели подчеркивали его необразованность, безкультурность. Несомненно, под “культурностью” в то время понималось, прежде всего, умение вести себя в свете, при дворе, плести интриги, вопросы этикета. Аракчеев же, блестяще окончивший кадетский корпус, на первое место ставил интересы службы, преданность императору, державе. Именно это стало основной причиной ненависти прозападно настроенного “высшего света” к “выскочке” из нижней дворянской иерархии. Несомненно, Аракчеев своей требовательностью сломал карьеру многим родовитым отпрыскам, которые считали, что чины и должности должны принадлежать им по праву рождения, а не по отношению к службе.

Сослуживцем Аракчеева по Гатчине был Иван Терентьевич Сназин (1774-1834). Вероятно, они были и родственниками. (См. выше). В 1797 году Павел I пожаловал ему тысячу крестьян из дворцовых вотчин в Вышневолоцком уезде, в т.ч. имение Ивановское на берегу озер Сестрино и Волчино. (Сегодня также территория Удомельского района). Всю жизнь Аракчеев поддерживал с ним теплые, дружеские отношения, о чем говорят фрагменты писем, приведенные в монографии Томсинова (1996, с. 101): “…вы так углубились в одну экономию и позабыли совсем, что имевши молодую – и как слышал – прекрасную жену, непременно должно и нужно быть каждый год в Петербурге…” (ок.1806 г.) И.Т.Сназин похоронен в с.Ивановское (Русский провинциальный некрополь, 1914). Могила не сохранилась.

6 ноября 1796 года после смерти Екатерины II императором Российской империи становится Павел I. Двадцатисемилетний полковник Аракчеев назначается комендантом Петербурга и получает квартиру в Зимнем дворце. 8 ноября он производится в генерал-майоры. 12 декабря Павел жалует Аракчееву две тысячи крестьянских душ в Новгородском наместничестве в селе Грузино.

Аракчеев спешит поделиться своим счастьем с Михаилом Васильевичем Храповицким. Храповицкий отвечает ему 14 ноября 1796 года: “Каждая строка в письме твоем принесла мне сильнейшее удовольствие. Радуюсь безмерно щастию твоему, но радость моя чистая и справедливая, ибо воздаяние получаешь за заслуги и по достоинству. Во множестве хлопот, кои можно себе представить, ты, как достойный сын, поспешил обрадовать родительницу и родственников; как друг, вспомнил друга, отдаленного местом, но близкого сердцем! Хочу и люблю верить, что другом ты мне любезным останешься. Горжусь тобою и утешаюсь тем, что ты становишься известен и знатен; ибо добродетели, коими давно ты знатен, будут известны многим, как приемлюшим твои благодеяния, так и слышащим о них” (Томсинов, 1996, с.65).

Храповицкий жил в провинции, современники считали его “дикарем-нелюдимом”, который редко у кого бывал. Он выезжал в Грузино и в Санкт-Петербург только по настоятельной просьбе Аракчеева (“Аракчеев…”, с. 464).

В письмах к М.В.Храповицкому Аракчеев предстает совсем непохожим на того мрачного, бездушного солдафона, каковым нарисован в подавляющем большинстве мемуаров своих современников. “По большим нынешним хлопотам я сделался и перед вами виновным, но простите меня великодушно; но севоднишней день есть день моего удовольствия в прошлом году, как я в пошевнях приехал к вам (в Бережок? – П.Д.), любезному другу, и потом, отправяся в Гарусово, стал чувствовать покой и отдохновение. Здоровье мое опять хуже стало становиться; а труды не уменьшаются. Я же не умею иначе служить, как только изо всего усердия. Но прошу тебя, любезного друга, уведомь меня откровенно хотя, не слыхал ли ты опять обо мне брани; я, кажется, стараюсь нынеча всем все делать, кто только чего попросит. Также бывшие у меня соседи, Пыжев и Мильковы, не бранят ли меня и довольны ли моим с ними обхождением и чтивством... 28 марта 1799 года”. (Томсинов, 1996, с.65). Возможно, речь идет об удомельских дворянах Пыжевых и Милюковых, чьи вотчины находились в районе озер Молдино и Кубыча.

Какие бы времена не переживал в своей чиновной судьбе Алексей Андреевич, какие бы невзгоды и радости не испытывал, не переставал поддерживать его теплыми письмами друг его Храповицкий: “Знаю, что вы не живете на себя, а приносите себя в жертву отечеству и государю”, - восклицал Михаил Васильевич в своем письме к графу от 9 ноября 1808 года”…

К письму от 13 февраля 1810 года Михаил Васильевич приложил четверостишье (посвященное Аракчееву) “К хозяину”.

“Готов и ревностен Отечеству служить

Царю и в обществе умеет быть полезным;

Уединясь – с собой умеет в мире жить,

С друзьями быть любезным”

(Томсинов, 1996, с.147).

5 апреля 1796 года в день своей коронации Павел I жалует Аракчееву баронское достоинство, а 5 мая 1799 года – графское. Павел утверждил графский герб Аракчеева и собственноручно добавил к гербу девиз: “Без лести предан”.

4 января 1799 года Аракчеев назначается инспектором всей артиллерии. В последствии, даже недруги Аракчеева признают, что он привел русскую артиллерию в образцовое состояние, чего нельзя было сказать о русской армии того времени в целом.

В марте 1801 года после убийства Павла на престол вступил Александр I. Несомненно, одним из важнейших условий удачного покушения на Павла стало то, что Аракчеев в это время был в отставке.

“Либерализм обратился в моду”, - писал современник Аракчеева Д.П.Рунич. Ближайшими соратниками Александра стали молодые аристократы, воспитанные на западноевропейских политических идеях.

В мае 1803 года Аракчеев снова возвращается на должность “инспектора всей артиллерии”. Адъютант одного из гвардейских артиллерийских батальонов И.С.Жиркевич, служивший под начальством Аракчеева, свидетельствовал о нем: “Честная и пламенная преданность престолу и отечеству, проницательный природный ум и смышленость, …честность и правота – вот главные черты его характера… Об усовершенствованиях артиллерийской части я не буду распространяться: каждый в России знает, что она, в настоящем виде, создана Аракчеевым”.

В январе 1808 года, в 39 лет, Аракчеев назначается военным министром. Служивший в экспедиции военного министерства В.Р.Марченко отмечает заслуги Аракчеева: “Самовластием беспредельным и строгостью, сделал он много хорошего: восстановил дисциплину, сформировал заново, можно сказать, армию, расстроенную неудачами 1805 и 1807 годов…”

Россия почти непрерывно воевала. “По признанию военных историков, успеху русских в войне 1808-1809 годов со шведами много способствовала выпестованная Аракчеевым артиллерия”.

Стоит обратить внимание на то, что, ревностно относясь к службе, Аракчеев несколько раз уходил в отставку, когда видел, что ревность его не устраивала императоров по тем или иным причинам. Он неоднократно отказывался от богатых подарков и других знаков внимания.

Аракчеев покровительствовал М.Б.Барклаю де Толли, П.И.Багратион за Финляндскую войну благодаря Аракчееву получил чин генерала от инфантерии.

Ф.В.Булгарин прозрел ключ к пониманию места Аракчеева при дворе: “Главнейшее достоинство графа А.А.Аракчеева состояло в том, по моему мнению, что он был настоящий Русак, как мы говорим в просторечии. Все русское радовало его и все, что, по его мнению, споспешествовало славе России, находило в нем покровительство”. Фактически, Аракчеев возглавлял “русскую партию” при дворе Александра I и его твердая патриотическая позиция вызывала понятную ненависть у зараженных либеральными идеями царедворцев. Здесь надо сказать и о позиции самого императора. Воспитанный своей бабкой Екатериной на идеях волтеранства, на публике он стремился слыть либералом. Но интересы дела и не прекращающиеся для России войны требовали не фрондерствующих Онегиных и Чаадаевых, а патриотичных практиков и прагматиков, к числу которых и принадлежал Аракчеев. Поэтому место свое он занимал по праву больших административных талантов и трудолюбия, а не лицемерия и угодничества. Но именно либеральное окружение императора, ревнуя его к Аракчееву, предельно сатанизировала его образ в глазах современников и потомков.

Александр I прекрасно знал все достоинства и недостатки Аракчеева. А главным достоинством для Александра было то, что все не популярные решения Аракчеев брал на себя, а все хорошие приписывал Александру. “В механизме управления империей Аракчеев играл чрезвычайно важную роль, но совсем не ту, что приписывалась ему современниками и впоследствии историками. Возвысив графа, Александр не отдал ему управление государством, а, напротив, взял это управление в свои руки так, как никогда прежде не брал” (Томсинов).

12 июня 1812 года наполеоновская армия перешла Неман. Началась Отечественная война. “Июня 17-го дня 1812 года, в городе Свенцянах призвал меня Государь к себе и просил, чтобы я опять вступил в управление военных дел, и с онаго числа вся Французская война шла через мои руки, все тайные донесения и собственноручные повеления Государя Императора”. Аракчеев взял на себя значительную часть текущих дел по управлению империей, и нередко принимал по ним решения единолично.

Аракчеев активно выступил в поддержку назначения Кутузова главнокомандующим русской армии. Русский по национальности главнокомандующий – это было важно для поднятия в народе патриотического духа. В сентябре 1812 года графу пришлось неоднократно выступать в защиту Кутузова. Сдача Москвы Наполеону без боя лишила полководца поддержки общественного мнения.

По случаю окончания военного похода в 1814 году Аракчеев был произведен в фельдмаршалы. Но, осознавая реально свою роль в войне, Аракчеев упросил Александра оставить его в прежнем звании. По этому же поводу государь пожаловал Аракчееву собственный портрет, украшенный алмазами. Верный своим принципам Аракчеев упросил Александра прислать ему портрет без алмазных украшений. Много ли подобных примеров мы найдем в истории?

Наиболее тяжкий груз исторических “обвинений” падает на Аракчеева за создание военных поселений из крестьян. Идея же эта целиком принадлежала Александру I. С самого начала Аракчеев был против нее. Но, как верный слуга, в конце концов, ревностно приступил к исполнению воли монарха, чем снискал себе законную ненависть крестьян на долгие и долгие десятилетия даже после своей смерти. А Александр остался в тени.

24 декабря 1815 года император Александр назначил графа Аракчеева своим докладчиком по делам Комитета министров. Чуть позже - по делам Госсовета и получил в свое управление Собственную его Императорского Величества канцелярию. По фактическому положению в механизме управления империей граф стал выше самого Председателя Комитета министров и Государственного Совета. По большинству вопросов государь принимал мнения именно Аракчеева, как более обоснованные, подготовленные и грамотные. С назначением графа докладчиком по делам Комитета министров были отменены личные доклады министров государю.

Аракчев был ценим историком и писателем Н.М.Карамзиным. В марте 1816 года Николай Михайлович имел с Аракчеевым беседу. “Вообще я нашел в нем человека с умом и с хорошими правилами”. Аракчеев всячески способствовал изданию великого исторического труда Карамзина “История государства российского”. Аракчеев вообще всегда испытывал необыкновенное уважение, истинное благоговение к прошлому. С увлечением, свойственным разве что страстному архивисту, коллекционировал он исторические документы, собирал записки деятелей прошлого. Ученых историков граф настоятельно просил присылать ему свои труды. Любил он и просто слушать воспоминания старожилов. Отличался редкой приверженностью к старым предметам, одежде и традициям.

Возвышение Аракчеева, произошедшее в конце 1815 года, было для Александрова правления беспрецедентным. В обиход вошло утверждение: “Недаром же в русском гербе двуглавый орел, и на каждой голове корона: ведь и у нас два царя: Александр I да Аракчеев I”.

В 1818 году Александр поручил Аракчееву составить проекты освобождения крестьян из крепостной зависимости. Документы, разработанные Аракчеевым, были использованы при подготовке отмены крепостного права в 1861 году.

Тесные и теплые отношения связывали Аракчеева с еще одним фаворитом Александра I М.М.Сперанским. Их обоих роднило происхождение. Оба поднялись с самых сословных низов, всего в жизни добивались упорным трудом, оба были ненавидимы за это высшим светом. Но Сперанский, в противовес русаку Аракчееву, был в России символом либеральных, прозападных сил, за что и был отстранен от всех государственных дел и отправлен в ссылку накануне Отечественной войны 1812 года.

В своем имении Грузино Аракчеев наладил идеальный порядок. В 1817 году в письме императору он оценивает долг помещика перед крепостными: “1). Не мыслить о своем обогащении, а более всего заботиться о благосостоянии крестьян, вверенных Богом и правительством его попечению; 2). Доходы, с них получаемые и составляемые всегда ценою их пота и крови, обращать главнейше на улучшение их же положения”. Аракчеев платил за своих крестьян государственные подати, устроил в имении банк и лазарет, нанял доктора для регулярного посещения крестьян.

В 1829 году управляющим в Грузино был удомельский дворянин Александр Васильевич Колокольцов. В архиве Российской национальной библиотеки краевед Виктор Иванович Колокольцев обнаружил в 2000 году четыре письма января - февраля 1829 года, в которых Колокольцов отчитывается перед Аракчеевым о состоянии дел в Грузино. Александр Васильевич Колокольцов вышел в отставку в в 1817 году в чине капитан-лейтенанта. В 1824 году он женился на дворянке Титовой Марии Павловне, которой принадлежало несколько удомельских деревень. От этого брака пошла удомельская ветвь Колокольцовых. Мать Марии Павловны Татьяна Васильевна была дочерью Василия Михайловича Аракчеева. Поэтому можно предположить, что Александр Васильевич занял пост управляющего в аракчеевском имении в Грузино не случайно, а по протекции.

В 1860-х годах сын Александра Васильевича Николай (1832-1891) женился сначала на Надежде Рихардовне, а после ее смерти на Марии Рихардовне Зильман. Их мать Надежда Ивановна была дочерью Ивана Васильевича Аракчеева, который стал владельцем сельца Гарусово (или его части) в 1810-х годах. По этому браку Колокольцовы получили часть земель Аракчеевых в с.Сигово в одном километре от Гарусова. Последним владельцем Гарусово в 1917 годах был Михаил Михайлович Аракчеев, внук Ивана Васильевича.

Всю жизнь Алексей Андреевич Аракчеев много помогал своим братьям материально, следил за их продвижением по службе.

Андрей Андреевич (1772 – 1814) закончил кадетский корпус в 1790 году штык-юнкером и был направлен служить в полевую артиллерию. По восшествии на престол Павла I стал быстро продвигаться по служебной лестнице. 15 ноября 1790 года был переведен в гвардейский артиллерийский батальон став из поручиков капитаном. В 1799 – полковник, в этом же году – генерал-майор. Участник Шведской компании 1808 – 1809 гг. С 1809 по 1812 года занимал должность коменданта Киева. (Аракчеев…, с. 372)Флигель-адьютант Александра I.

Петр Андреевич (1780 – не ранее 1837) закончил, как и его братья кадетский корпус и в 1796 году в чине подпоручика был определен в гвардейский артиллерийский батальон. Батальонный адъютант в 1800 – 1803 гг., поручик. В 1808 – капитан и флигель-адъютант, в 1810 – полковник. В конце 1812 года Петр Андреевич был назначен вторым комендантом Киева. (Аракчеев…, с. 462) “В 1806 году при разделе отцовского имения (граф Аракчеев) уступил свою долю брату Петру, взяв себе лишь двух дворовых – Никиту Федорова и Степана Васильева – живших давно уже в Грузино…” (Томсинов, 1996, с.237) В собственности Петра Андреевича находилась и удомельская дер. Доронино (Архангельский, 1993, с. 65).

Андрей Андреевич Аракчеев, отец графа, умер 29 июля 1796 года “накануне взлета Алексея к высшим чинам и должностям”. Свои соболезнования по поводу его кончины прислал Аракчееву в августе 1796 года великий князь Павел Петрович (Павел I): “я его знал и был человек старого шлагу (т.е. склада – П.Д.). Боже, утеши вас” (Аракчеев…, с. 365).

После смерти отца сельцом Гарусово некоторое время владел Алексей Андреевич, но потом он, видимо, передал свою долю брату Андрею. Так, согласно “Экономическим примечаниям к планам генерального межевания по Вышневолоцкому уезду”, выборку из которых сделал член Русского генеалогического общества В.Б. Колокольцов в 2000 году, в 1800 году сельцом Гарусово уже владел Андрей Андреевич Аракчеев, а за графом оставались крестьянские дворы в сельце Щебарино (Щеберино), в деревне Порожки, а также ряд пустошей и часть озера Удомля.

Елизавета Андреевна Аракчеева умерла 17 июля 1820 года. Оба родителя были похоронены в храме Покрова Богородицы села Курганы, который был построен, как отмечено в церковных документах “тщанием прихожанки, госпожи порутчицы Елизаветы Андреевны Аракчеевой” в 1816 году. Спустя 15 лет Аракчеев построил при храме колокольню и соединил ее с храмом “комнатой” (Постников, с. 27). Осматривая остатки храма сегодня, можно предположить, что прах родителей графа находится под полом одного из боковых приделов (вероятно, южного).

user posted image

Дом Аракчеевых в Бежецке.

Фотография 2001 г.

Аракчеев неоднократно посещал город Бежецк. В Бежецке Аракчеевы имели небольшой дом, который сохранился до сих пор и стоит на ул.Чудова. Там же жила любимая тетка Аракчеева Настасья Никитична Жеребцова, чей дом также сохранился до наших дней. Каждый приезд Аракчеева в Бежецк вызывал большие волнения. Город приводился в порядок, у дома Жеребцовой, где останавливался граф, устанавливалась караульная будка. Аракчеев охотно встречался с представителями местного дворянства и купечества и всегда внимательно относился к их просьбам.

Алексей Андреевич умер 23 сентября 1834 года и похоронен в селе Грузино Новгородской губернии. Вплоть до кончины он не выходил в отставку, а оставался членом Государственного совета, сенатором, генерал-инспектором всей пехоты и артиллерии, шефом полка своего имени и в качестве генерала от артиллерии командующим 2-й лейб-гвардейской артиллерийской бригады.

Незадолго до смерти, оставаясь верным своим жизненным принципам, он внес 300 тысяч рублей на счет Новгородского кадетского корпуса, “дабы на проценты с этой суммы воспитывалось ежегодно в нем 17 кадетов из Новгородской и Тверской губернии”.

Главное внутренне содержание, которое много объясняет в истории России, это борьба между патриотическими силами, стоящими за ее самобытный и самостоятельный путь, и либеральными силами прозападной ориентации, которые всегда стремились ослабить Россию и подчинить ее Западу.

История – миф. Она творится и переписывается каждый день, в зависимости от того, каких взглядов придерживается исследователь и публицист. Стоит изменить трактовку тех или иных исторических событий, внушить народу, что в его истории нет ничего светлого, и страна может погрузиться в пучину хаоса и апатии. И наоборот, найдя в истории лучшие примеры, народ можно мобилизовать на самом краю пропасти и, вопреки всем предсказаниям, возродить к жизни. Национальный духовный и исторический миф – больше чем реальность. Это духовная матрица, которая формирует из разрозненных человеческих особей народ и охраняет его самобытность. Патриотические силы должны быть очень внимательны к процессам, происходящим в культуре в целом, и в исторической науке в частности. Место личности в истории России нужно взвешивать, прежде всего, на весах отношения ее к России и к русскому народу.

Конечно, Аракчеев был и останется в истории противоречивой фигурой. Но он, безусловно, был русским патриотом, выступал за укрепление России и многое для этого сделал практически. Его честное имя должно быть защищено перед лицом современников и потомков.

Литература:

1.Аракчеев: воспоминания современников. М., 2000. С. 496.

2.И.К.Т. // Природа и люди. СПб, 1892, № 45. (Цитируется по А.А.Макареня, 1982).

3.К истории удомельского троицкаго Иоанно-Богословскаго монастыря в ХVII веке. Тверь, 1903. С. 34.

4.Лобанов-Ростовский А.Б. Русская родословная книга. СПб, 1895. Т. 1, с.18-21.

5.Окладная книга Вышневолоцкого уезда, 1783. РГИА, ф. 558, опись 2, дело 268.

6.Подушков Д.Л. Он был настоящий русак… // Удомельская старина, 2000, №16 и 17.

7.Постников Н.Н. Граф А.А.Аракчеев по сохранившимся в Бежецке воспоминаниям. Тверь, 1913.

8.Ратч В. Сведения о графе А. А. Аракчееве. СПб, 1884.

9.Русский провинциальный некрополь. СПб, 1914.

10.Томсинов В.А. Временщик. М., 1996.

11.Шубинский С.Н. Исторические очерки и рассказы. СПб, 1908г.

12.Экономические примечания к планам генерального межевания по Вышневолоцкому уезду. РГИА, ф. 1350, опись 312, дело 166.

Рукописи личные:

1.Иванов К.К. Архив из дома Аракчеевых в с.Гарусово. СПб.

2. Колокольцов В.Б. Родословная Аракчеевых. СПб

Выражаю большую признательность за помощь в сборе материалов к статье Константину Кирилловичу Иванову (Санкт-Петербург), Борису Владимировичу Колокольцову (Санкт-Петербург), Виктору Ивановичу Колокольцеву (Санкт-Петербург).

Share this post


Link to post
Share on other sites
Guest
This topic is now closed to further replies.
Sign in to follow this  
Followers 0