Saygo

Абдул-Хамид II

2 сообщения в этой теме

29 мая 1876 г. в Османской империи (так именовалась Турция) произошел государственный переворот. Министры с благословения шейх-уль-ислама (главный советник по богословским делам) низложили правителя империи султана Абдул-Азиза, заточили в тюрьму, где и оборвалась его жизнь. На престол вступил его племянник Мурад V. У него вскоре проявилась мания преследования и 31 августа он был низложен великим везирем Мехмед Риштю с согласия председателя государственного совета Мидхат-паши, англофила, принадлежавшего к движению "новоосманов", одним из основных требований которых было введение в Турции конституции. 31 августа на престол вступил султан Абдул-Хамид II (1842 - 1918), другой племянник Абдул-Азиза, младший брат Мурада V.

Низложению Мурада предшествовала встреча Мидхата с наследником престола принцем Абдул-Хамидом. Свидание организовал Осман-эфенди, шейх дервишской обители ордена мевлеви в Еникапу1. Мидхат добился от принца принятия следующих условий: по восшествии Абдул-Хамида на престол будет немедленно провозглашена конституция; в государственных делах султан будет консультироваться только с "ответственными чиновниками" (этот пункт сторонники конституции рассматривали как гарантию против интриг дворцовой камарильи). Шейх Осман-эфенди также взял с Абдул-Хамида обязательство провозгласить конституцию.

Новому султану досталось обременительное наследство: шаткость трона в самой столице усугубляли выступления немусульманского населения на окраинах. В 1875 г. в Боснии и Герцеговине, где помещиками были мусульмане, а крестьянами - христиане, началось народное восстание против османского господства. Среди требований повстанцев были национальное равноправие, религиозная свобода. В 1876 г. началось восстание в Болгарии против турецкого владычества. Вслед за Боснией, Герцеговиной и Болгарией в июле 1876 г. объявили войну Турции Сербия и Черногория, добиваясь полного отделения от Османской империи и расширения своей территории.

Став султаном, Абдул-Хамид II не спешил с выполнением достигнутой договоренности. Еще будучи принцем, он признавал в стране наличие многих трудностей и противоречий, но видел средство избавления от них в "здоровой и мирной политике султана и кабинета министров", но не в конституции. В традиционном указе, который вопреки правилам был издан лишь на 12-й день после воцарения Абдул-Хамида II, были одни общие рассуждения о необходимости реформ. Однако внешнеполитические осложнения и внутренние трудности заставили султана заговорить о необходимости конституции.

13 сентября 1876 г. Абдул-Хамид II в рескрипте на имя великого везиря Мехмед Риштю торжественно обещал установить в Османской империи парламентский режим. 7 октября 1876 г. султан издал указ, в котором официально признал необходимость введения конституции2.

Султан одновременно оказался под нажимом изнутри и извне. В первом случае новоосманы добивались обнародования конституции, во втором - державы вмешались в судьбу христианских земель Балканского полуострова. В подготовленном Мидхатом проекте традиционного указа о восшествии на престол определенно говорилось о преобразовании империи на конституционных началах. Султан вскоре переделал проект: обнародованный указ повторил общие рассуждения о необходимости реформ. Позиция султана вызвала открытое недовольство среди столичной интеллигенции. Многие газеты ратовали за немедленное осуществление конституционных преобразований. Это побудило Абдул-Хамида II прибегнуть к маневрированию: он не против конституции вообще, но за такую, которая его, султана, устраивает. В письме Мидхату 23 ноября 1876 г. Абдул-Хамид II указал: "Мы придаем большое значение сохранению прав суверена в новой организации. Поэтому мы желаем, чтобы конституция была обсуждена и переделана в указанном нами смысле"3.

Конституция, составленная Мидхатом по образцу европейских, гарантировала права личности и устанавливала парламентский режим. Одна из двух палат парламента, палата депутатов, избиралась всеми турецкими подданными без различия вероисповедания и национальности. Этой статьей преследовалась цель ослабить напряженность в межнациональных, этнорелигиозных отношениях и таким путем укрепить внутриполитическую стабильность Османской империи. В этом объективно был заинтересован ее истеблишмент, но, с другой стороны, конституция шла вразрез с традиционной политической философией мусульманского государства. С последовательным осуществлением конституции в принципе менялась сама природа азиатской деспотии, каковой являлась на протяжении веков Османская империя. Посредством конституции Мидхат намеревался низвести Абдул-Хамида II до положения конституционного правителя по европейскому образцу.

Перед тем, как опубликовать конституцию, Абдул-Хамид II видоизменил разработанный Мидхатом проект. Он урезал права парламента и кабинета министров и расширил прерогативы султанской власти. Конституция сохраняла за султаном (его особа считалась неприкосновенной) почти всю полноту власти. В частности, он сохранял право вести внешние сношения. Все подданные империи объявлялись османами и считались равными перед законом. Государственным языком признавался турецкий язык, а государственной религией - ислам. Нетуркам-христианам конституция отказывала в национально-религиозной идентичности. Забегая вперед, скажем, что в январе 1877 г. султанским указом разрешался допуск в военные училища детей немусульман. Абдул-Хамид II таким образом сделал шаг на пути устранения неравенства между своими подданными христианами и мусульманами.

user posted image

22 декабря султан издал ферман (указ). Им предусматривалось проведение реформ, которые намечались при султане Мураде. Так Абдул-Хамид II готовился к конференции держав, работа которой должна была начаться на следующий день, 23 декабря. В Стамбуле 23 декабря был ненастный день. Но у здания Порты4, правительственных учреждений, собрались люди. Они пришли на официальную церемонию провозглашения первой в истории Турции конституции. Около часу дня перед собравшимися появился первый секретарь султана и вручил Мидхату монарший указ о провозглашении конституции. После зачтения указа прозвучала молитва за здоровье султана и следом грянул салют из 101 орудия. Этому предшествовали следующие события.

11 декабря в Стамбуле начались предварительные консультации держав по выработке проекта автономии для Боснии, Герцеговины и Болгарии. Его предполагалось осуществить под наблюдением держав на Стамбульской (Константинопольской) конференции. Ее открытие было назначено на 23 декабря. На консультационную встречу держав представителей Турции не допустили. Это вызвало в столице волну недовольства. 19 декабря 1876 г. новоосманы при поддержке офицерства и софтов (учащихся духовных семинарий) добились падения кабинета Мехмеда Риштю. В тот же день султан назначил великим везирем5 Мидхата, которому было поручено формирование нового кабинета.

Конференция держав впервые собралась в полном составе 23 декабря. Делегаты не успели еще приступить к обсуждению меморандума, врученного Турции от имени держав, как вдруг раздались раскаты орудийных выстрелов. В наступившей затем тишине поднялся турецкий министр иностранных дел Савфет-паша: "Этот салют возвещает введение конституции, которую султан жалует империи, - заявил он. - Этим актом изменяется форма правления, господствовавшая в течение шести веков, и открывается новая эра благоденствия для османских народов. Теперь работа конференции становится беспредметной, ибо конституция обеспечивает полное равенство всех подданных империи, не исключая христиан". Негласным пособником Турции здесь выступила Великобритания. Ее уполномоченный на конференции Г. Эллиот убеждал султана и его представителей на конференции, что согласие европейских держав кажущееся и что ни одна из них, за исключением России, не решится перейти от слов к делу, чтобы принудить Турцию принять требования, выработанные шестью державами6 (Россия, Австро-Венгрия, Германия, Франция, Великобритания, Италия).

Представители держав предпочли альтернативную схему: предоставление автономии христианским провинциям Турции, губернаторы назначаются с одобрения великих держав. Султан отказался принять предложения держав на том основании, что они представляют собой вмешательство в его права суверена. Он сослался и на новую конституцию, которую только что пожаловал империи. У него никогда не было намерения делать какие-либо уступки7. После месяца бесплодных переговоров конференция закрылась (20 января 1877 г.).

Провал конференции внешне был личной победой Абдул-Хамида II: он предстал в глазах своих подданных-турок как непоколебимый защитник целостности Османской империи, привилегированного положения турок как политически господствующей нации. Султан, не будучи сведущ в истинных намерениях правителей Великобритании, верил, что она не оставит его империю в одиночестве в критический момент, как это было во время Крымской войны.

Разрешив на время внешнеполитическую проблему (отношения с державами), султан приступил к стабилизации обстановки внутри империи. Начал он с нейтрализации вожаков младоосманов. Высылке подверглись Али Суави-бей и др. Заметного протеста в столице это не вызвало. И тогда султан взялся за Мидхата.

Столкновения их начались сразу же после назначения Мидхата великим везирем (19 декабря 1876 г.). Он осуждал репрессии против некоторых столичных газет, требовал отставки министра финансов, выдавшего Абдул-Хамиду II крупную сумму из государственной казны без согласования с кабинетом министров. Султан пропустил все это мимо ушей. 30 января 1877 г. Мидхат направил султану письмо, в котором напоминал Абдул-Хамиду II о конституционных правах министров и подданных, о необходимости обеспечить свободу и возрождение страны; султан, упрекал его Мидхат, не поддерживает предложений правительства, сам мешает его укреплению. 5 февраля 1877 г. Мидхата арестовали и доставили на борт султанской яхты "Иззеддин". Ее капитан получил приказ отвезти уже бывшего великого везиря в любой иностранный порт по его выбору. В оправдание своего поступка Абдул-Хамид II сослался на дополнение к статье 113 конституции. Согласно этой статье султан имел исключительное право высылать за пределы империи лиц, образ действий которых будет признан вредным для безопасности государства. Формально он действовал в согласии с конституцией, введения которой рьяно добивался Мидхат. Среди тех, кто поддержал его высылку, была армянская газета "Араратская заря", издававшаяся в Измире: "... Мидхат-паша, - писала она 5 февраля 1877 г., - ... уличен в тяжком и злейшем заговоре против султана Абдул-Хамида..." 8 февраля перед дворцом султана проходила большая демонстрация учащихся и горожан. Демонстранты требовали возвращения к власти Мидхата. Раздавались угрозы по адресу султана. Абдул-Хамид II обещал демонстрантам разобраться и принять их требования. Поверив султану на слово, демонстранты разошлись по домам. После чего султан распорядился арестовать участников демонстрации.

Вместе с тем султан заявил о готовности совместно с парламентом решать проблемы, стоящие перед страной. 19 марта 1877 г. в султанском дворце состоялось торжественное открытие парламента. В присутствии Абдул-Хамида II его первый секретарь зачитал тронную речь. Султан предлагал палате депутатов обсудить ряд законопроектов для обеспечения свободы и равенства всем подданным империи. Рекомендовалось рассмотреть законопроекты о местных органах власти, бюджете, прессе, счетной палате, реорганизации судов и учреждении корпуса жандармерии. Султан советовал палате обратить самое серьезное внимание на изыскание средств для ликвидации финансовых затруднений государства, а также рекомендовал на следующей сессии рассмотреть законопроекты относительно улучшения образования, без чего невозможно развитие земледелия и промышленности как одной из важнейших потребностей подданных империи. Палате следует серьезно обсудить вопрос о мире с Черногорией. Наше непреклонное желание, объявлял султан, сохранить дружественные отношения со всеми державами, соблюдая при этом честь, независимость и достоинство империи. Словом, султан декларировал реформы административной системы, развитие образования, мир на рубежах империи. Абдул-Хамид заявил о себе как сторонник преобразований и миротворец.

В ответном адресе на тронную речь султана депутаты выразили решительный протест против вмешательства иностранных держав во внутренние дела империи и уверяли султана в готовности всех его подданных к защите родины.

31 марта 1877 г. представители великих держав подписали так называемый "Лондонский протокол". Они настаивали на проведении Портой реформ в Боснии, Герцеговине и Болгарии, требовали исправления границ для Черногории и демобилизации турецких войск (за исключением той их части, которые необходимо оставить на военном положении для поддержания порядка). 10 апреля Турция отвергла Лондонский протокол и ответила на все предложения великих держав отказом8. Твердость султана помимо поддержки парламента в известной степени была связана и с надеждой, что в случае войны с Россией на его стороне будут бывшие союзники по Крымской войне, в частности Англия9.

24 апреля 1877 г. Россия объявила Турции войну. Начало войны с Россией Абдул-Хамид II не преминул использовать для демонстрации единства с "избранниками народа", парламентариями. 4 мая 1877 г. он пригласил членов парламента совершить объезд военно-морских объектов в зоне Стамбула, а 21 мая палата в знак солидарности одобрила возложение на султана титула "Гази", "Воитель за веру" (ранее шейх-уль-ислам уполномочил Абдул-Хамида II принять этот титул)10. Иными словами, война с Россией была приравнена к войне правоверных, мусульман, против "неверных".

Как только раздались первые выстрелы, султан, ссылаясь на статью 8-ю парижского трактата, обратился к державам Запада за помощью и поддержкой. Согласно упомянутой статьи, в случае возникновения несогласия между Портой и одной или несколькими другими заключившими этот трактат державами, могущее угрожать сохранению дружественных между ними отношений, то и Порта, и каждая из этих держав, не прибегая к употреблению силы, имела возможность прибегнуть к посредничеству других договаривающихся сторон, чтобы предупредить всякое дальнейшее столкновение. Но обращение султана осталось гласом вопиющего в пустыне11. Не найдя поддержки за рубежом, Абдул-Хамид II апеллирует к народу в лице его "избранников". 13 декабря вновь созывается сессия парламента. Предшествующая сессия (март 1877 г.) была распущена султаном. Его недовольство вызвали требования депутатов, чтобы некоторые министры пришли в палату и ответили на конкретные обвинения. В этом Абдул-Хамид II усмотрел посягательства на его права суверена: министрам надлежит отчитываться только перед ним, но не перед депутатами. Поражение турецкой армии в ходе боевых действий с Россией повлияло на выступление Абдул-Хамида II при открытии сессии парламента 13 декабря. Султан призывал к "сотрудничеству и патриотизму моих подданных с тем, чтобы защитить вместе со мной наши законные права... Да благословит Аллах наши усилия".

Война на европейском театре складывалась для Турции неудачно. Личная ответственность султана за военные неудачи персонифицировалась в особе его зятя Дамад Махмуд-паши, проявившего полную бездарность при руководстве действиями турецкой армии. Группа оппозиционных депутатов потребовала предать суду бывшего великого везиря Махмуда Недима-пашу и военных руководителей, не обеспечивших должное руководство военной кампанией. Спасая лицо, султан срочно произвел смену кабинета. Более того, упразднил должность великого везиря. Этот институт традиционно олицетворял систему султанского режима. Введением должности премьер-министра султан демонстрировал намерение изменить прежние политические порядки. Этот шаг Абдул-Хамида II в сторону реформ не урегулировал внутриполитическую ситуацию. Военные неудачи турецкой армии определили отношение к султану со стороны парламента. Там прозвучали речи, резко осуждавшие султана и всю дворцовую камарилью. В ответ 14 января 1878 г. Абдул-Хамид II объявил перерыв в работе парламента на неопределенное время. Свое решение комиссии из сенаторов и депутатов он объяснил так: "Я теперь понимаю, что только сила способна привести в движение народ, защищать который Господь доверил мне"12.

user posted imageuser posted image

20 января 1878 г. русская армия заняла Эдирне (Адрианополь) и перед ней открылась дорога на Стамбул. Султан телеграфировал царю, соглашаясь на мировую и умоляя немедленно остановить продвижение российских войск. 3 марта 1878 г. в Сан-Стефано был подписан прелиминарный мирный договор.

В ответ на роспуск парламента и капитуляцию Турции в войне с Россией Али Суави с единомышленниками стали вести в мечетях и медресе пропаганду против Абдул-Хамида II. 20 мая Али Суави вывел из дворца бывшего султана Мурада. "Вот ваш султан!" - объявил Али Суави своим приверженцам. Против мятежников Абдул-Хамид II послал войска, которые подавили вылазку. Сам Али Суави был убит. В начале июля 1878 г. был раскрыт очередной заговор против Абдул-Хамида II. Заговорщики намеревались освободить Мурада и вернуть Мидхата на пост великого везиря.

Заговоры против Абдул-Хамида II ослабляли позиции Турции при окончательном урегулировании русско-турецкой войны на Берлинском конгрессе (июнь-июль 1878 г.). Отношения между Османской империей и Россией стали предметом интернационализации. Вмешательство третьей стороны имело место еще до Берлинского конгресса. Британия, опасаясь усиления позиций России на Черном море, обратилась к демонстрации военной силы. События вышли за рамки российско-британского соперничества. Политика Англии означала покушение на суверенные права правителя Османской империи. Абдул-Хамид II как мог отстаивал их.

1 января 1878 г. глава Форин офиса Э. Дерби дал британскому послу в Стамбуле Г. Лэйярду инструкцию получить от Порты согласие на то, чтобы британский флот стал на якорь в Дарданеллах. Два дня спустя турецкий министр Сервер-паша после консультаций с Абдул-Хамидом II ответил отказом. При нормальных обстоятельствах, изложил свою позицию султан, у него бы не было никаких возражений открыть проливы флоту "такого старого и дружественного союзника", но не сейчас, когда такая акция могла бы угрожать интересам Османской империи13.

Однако 23 января британское правительство приказало своему флоту войти в Дарданеллы. Лэйярд получил инструкцию проинформировать султана об этом и потребовать, чтобы форты не открывали огонь по британским кораблям. Турецкая сторона в своем ответе настаивала на том, чтобы британское правительство информировало Россию, что проход английского флота в проливы предпринят не по требованию Порты, но только для защиты британских интересов. В то же время султан, опасаясь, что английскую эскадру не остановит стрельба с фортов, согласился издать ферман о ее пропуске. Британская эскадра под командованием адмирала Хорнби на короткое время зашла в Дарданеллы, но уже на следующий день покинула пролив по приказу из Лондона. Порта в свою очередь допускала в будущем проход английских кораблей через проливы, но настаивала на том, чтобы ей предоставили больше времени для совершения необходимых договоренностей14. Русско-турецкое перемирие, подписанное в Адрианополе 31 января 1878 г., содержало статью, которую в Лондоне сочли задевающей интересы Британии. 8 февраля ее правительство распорядилось отправить в Стамбул эскадру. Лэйярду надлежало, если он сочтет нужным, получить другой ферман. Когда британский посол запросил его, ему ответили решительным отказом. Тогда Лондон решил действовать напролом: эскадра пройдет проливы.

12 февраля Сервер-паша и Саид-паша, министр внутренних дел, при встрече с Лэйярдом выразили от имени султана опасения относительно последствий вхождения британского флота в проливы. Однако предостережений насчет того, что ему будет оказано сопротивление, не было сделано. Будут протесты, заявила Лэйярду турецкая сторона, но форты будут молчать. 13 января британская эскадра вошла в Дарданеллы. В 3 часа Лэйярд получил послание султана: в телеграмме королеве Виктории он выразил протест против действий Британии и до получения ответа хочет, чтобы британский флот остановил свое продвижение15.

Принятием титула "Гази" с началом русско-турецкой войны султан пытался использовать панисламизм против России. Уведомив Александра II, что в случае, если британский флот войдет в Босфор, он будет вынужден временно разместить свои войска в Константинополе, турецкая сторона стремилась побудить Британию к более активным антирусским действиям. В беседе с Лэйярдом Сервер-паша запугивал Британию ростом антианглийских настроений мусульман Индии. Он, говорил Сервер-паша, желал бы знать, что подумают мусульмане Индии, когда они узнают, что русские войска вошли в столицу ислама в присутствии британского флота, который "не способен или не желает вмешиваться, чтобы предотвратить это великое унижение, которое будет нанесено всем магометанам, каковое они никогда не забудут и не простят?". Во время переговоров Сервер-паши с Лэйярдом Абдул-Хамид II выступил с новым предложением. Если одной из причин, почему британцы намерены послать военные корабли в Стамбул, является опасение, что Порта может сдать свой флот России и таким образом заблокировать для Британии Босфор и Дарданеллы, то он, султан, послал бы свои суда куда бы ни предложило британское правительство. Если оно не доверяет турецким офицерам, он мог бы поставить свой флот под начало британского адмирала и принять британских офицеров. Если бы у него был "резон, - подчеркивал султан, - верить, что русские намереваются нарушить перемирие, достигнутое в Адрианополе, или поставить империю в опасное положение", он бы попросил Британию вмешаться. Из-за своих опасений за Стамбул, в настоящее время он не желает предпринять такой шаг16.

user posted image

3 марта в Сан-Стефано был подписан прелиминарный договор. Абдул-Хамид II был неудовлетворен его условиями и попытался сделать их предметом торга во время переговоров 27 и 30 марта 1878 г. с командующим русскими войсками великим князем Николаем Николаевичем. Последний спросил султана: "В случае оказии откроет ли Турция британцам ворота Черного моря, которые она обязана держать закрытыми?" Вместо прямого ответа Абдул-Хамид II убеждал, что российское правительство в обмен на благожелательное отношение Порты должно изменить статьи Сан-Стефанского договора, дабы восстановить престиж султана и показать посредством этого, что оно не желает полного разрушения Турции. Если Россия последует этому курсу, тогда политика Турции могла бы принять новое направление и, вероятно, мог бы быть заключен наступательный и оборонительный союз. Без уступок с российской стороны султан не давал никаких гарантий относительно проливов. "Я повторяю, - сказал Абдул-Хамид II великому князю Николаю Николаевичу во время одной из бесед, - что мы действительно раздавлены, чтобы помышлять о чем-либо еще кроме нейтралитета, но это зависит от Его величества императора дать мне немного престижа и поднять меня в глазах моего народа, смягчив условия мира. Я был бы тогда в состоянии оказать вам небольшие услуги"17.

Берлинский конгресс, как известно, ознаменовался территориальным разделом Османской империи18. Султан оказался бессильным противодействовать в этом западным державам в силу общего неудовлетворительного состояния своей империи. Об этом в известной степени свидетельствовал и уровень делегации Порты. Возглавлял ее грек Александр Каратеодори-паша, человек несомненных способностей. Вторым делегатом был Мехмет Али, прусский дезертир, принявший ислам. Садулла-паша, посол в Берлине, считался некомпетентным.

После Берлинского конгресса султан переключился на чисто внутренние дела. Со времени роспуска парламента он был самовластным правителем Турции при сохранении конституции. Формально она не была отменена. В годы правления Абдул-Хамида II текст ее ежегодно печатался в турецком официальном календаре в качестве основного закона государства.

Жил же султан постоянно во дворце Йылдыз-Кёшк, который был похож на укрепленную крепость и где Абдул-Хамид II вел уединенный образ жизни19. Ему всюду чудилась опасность. Мятеж Али Суави, как утверждают, оказал необратимое воздействие на психику султана20. Когда британский посол Лэйярд попросил аудиенции по дипломатическим вопросам, то Абдул-Хамид II, по утверждению Лэйярда, впал в бредовое состояние. Он вообразил, что его увезут в море на британском военном корабле и там от него избавятся, а Мурад в это время сможет взойти на трон. Если верить более поздним воспоминаниям Лэйярда, он нашел султана в углу огромного зала с переполненным ужаса взглядом, с расположившимися вокруг вооруженными телохранителями. Страх, подозрительность постоянно довлели над властелином Османской империи. Султан окружил себя армией шпионов, агентов-провокаторов, осведомителей. Ежедневно доносы представлялись ему лично платными доносчиками - "джурналджи" (фр. "журналь" - дневник). Стали говорить, что одна половина Стамбула шпионила за другой.

Судьба султана Абдул-Азиза послужила для Абдул-Хамида II наглядным предостережением. Он не доверял никому из своих чиновников и министров, считая их "лицемерами и паразитами". Свержение Абдул-Азиза благословил шейх-уль-ислам. Отныне любой, кто занимал эту должность, находился под неусыпным надзором султана.

Жизнь Абдул-Хамида II, как правителя, составляла беспрестанная однообразная работа. С утра до вечера он занимался проверкой деятельности административного аппарата империи. Болезнь желудка вынуждала его быть умеренным в еде. Султан делал обычно небольшие перерывы лишь для кратковременных приемов пищи и чтобы выпить глоток воды. Ее брали из одного и того же источника: некий предсказатель объявил его безопасным от заражения холерой или чумой.

Не полагаясь на преданность ни одного из своих министров и чиновников, Абдул-Хамид II использовал в своих целях взаимную неприязнь, настраивая всех против всех. Внешне султан казался полным хозяином своих министров и своего государства. Никогда не было большей централизации и столь мелочной деспотии. Не доверяя никому, султан перегружал себя самыми заурядными делами и более серьезные вопросы оказывались в пренебрежении. Он не мог управлять империей без информации или совета других, но никто не знал, кто тот человек, по чьему совету султан давал отставку своему министру: либо это фаворитка из его гарема, или евнух, или некий фанатик-дервиш, или астролог или шпион. В государстве царил постоянный беспорядок, возникавший из-за антагонизма между чиновниками и любимцами дворца. После отставки Мидхат-паши Абдул-Хамид II перешел к обычной в Турции системе управления не на основании твердых принципов, а по произволу или внушению пользующихся в данный момент влиянием лиц. Однако с течением времени у Абдул-Хамида II фаворитизм стал играть меньшую роль и, в частности, руководство внешней политикой он взял в собственные руки.

Абдул-Хамид II провозгласил и осуществлял право тайного убийства своих врагов или своих мнимых противников. Поступал он так из-за страха быть убитым и веры, что его безопасность лежит в уничтожении его врагов, прежде чем у них будет шанс осуществить свои замыслы против него. Показательна здесь судьба Мидхат-паши.

Осенью 1878 г. Мидхату предложили вернуться на родину. Султан, обещав ему свое благоволение, назначил его в декабре 1878 г. губернатором Сирийского вилайета. В 1881 г. Абдул-Хамид II затеял судебный процесс над убийцами султана Абдул-Азиза. На скамье подсудимых оказался и Мидхат. Как соучастника убийства Абдул-Азиза его приговорили к смертной казни. Ее султан заменил на пожизненную ссылку в Таиф (Аравия). В полночь 7 мая 1884 г. Мидхат был убит. Узнав о смерти Мидхата, его жена Джемиле осыпала проклятьями своего брата Абдул-Хамида II, призывала на его голову возмездие Аллаха. Султан не обратил внимания на звучавшие в его адрес проклятия Джемиле. Его волновало другое. "Действительно ли Мидхат мертв? - делился он сомнениями со своим фаворитом Хусни-пашой. - Где подтвержденье, что Мидхата нет в живых?"

Хусни-паша отбыл в Таиф. Там раскопал могилу Мидхата. Султан пребывал в Йылдыз-Кёшке, уютно расположившись на диване, посасывая кальян. Вошел слуга и доложил: "Прибыл посланец из Таифа".

- Пусть войдет..., - ответствовал султан.

- От верного слуги Вашего Величества Хусни-паши, - вошедший с поклоном подал изящный ящик. На нем было начертано: "Японская слоновая кость. Предметы искусства для Его величества султана". Абдул-Хамид II раскрыл посылку: там была голова Мидхата21.

Абдул-Хамид II был носителем иной политической философии, нежели Мидхат - и в борьбе с оппонентом был непримирим. Судьба Абдул-Азиза служила наглядным напоминанием, что могло ожидать Абдул-Хамида II в случае его ниспровержения. Как имя находившегося в заточеньи Мурада было использовано Али Суави в попытке свергнуть Абдул-Хамида II, так и живой Мидхат, хотя и в ссылке, мог вдохновлять его единомышленников на борьбу с Абдул-Хамидом II. Когда шла борьба за власть, противники не церемонились друг с другом. И так было не только в азиатской Османской монархии.

Участь Мидхата - продиктованная политическими соображениями прихоть деспота. И вместе с тем, Абдул-Хамид II кладет конец испокон веков бытовавшему в Турции рабовладению. В 1889 г. были объявлены свободными рабы, чьи хозяева не могли доказать, что владеют ими на законном основании.

В 1890 г. принимаются действенные меры по прекращению торговли рабами. Автократическая система управления, замкнутая на личности султана, требовала наличия на местах его представителей в лице чиновников. В сравнении с предшественниками число гражданских служащих в царствование Абдул-Хамида II возросло до 35 тыс. человек. Для сравнения укажем, что при иранском монархе Мухаммад Реза Шахе (1941 - 1979) число чиновников достигало 304 тыс., а в конце правления Насера в Египте насчитывалось 1,3 миллиона чиновников22. После революции 1908 г. (о ней ниже) Абдул-Хамид II подверг чиновничество чистке, из-за чего численность его сократилась.

Примечательная особенность политики Абдул-Хамида II относительно формирования бюрократической системы - это допуск на чиновные посты христиан23. Усовершенствование административной системы - предмет особых забот Абдул-Хамида II. Он расширил и реорганизовал деятельность Мюлькийе, Школы гражданской администрации, увеличив в двенадцать раз число обучавшихся в ней. В 1909 г. она перешла на программу Свободной школы юридических наук в Париже.

Султан хотел видеть в чиновнике образованного, способного администратора, который на деле печется об интересах государства и не зря получает казенное довольствие. Абдул-Хамид II создал основу для современной государственной системы гражданской службы такого типа, которая потом появляется в странах Запада. В 1877 г. учреждается система списков личного состава. Она играет решающую роль в выборе кандидатов для назначения. В 80-х гг. султан издает указ о порядке продвижения по службе и увольнения гражданских чиновников. Согласно этому декрету в Турции впервые попытались создать современный тип фонда для отставников, пополняемого за счет вычетов от зарплаты. В 1896 г. учреждается центральная комиссия гражданских чиновников, чтобы контролировать систему личных списков и назначение гражданских и финансовых чиновников. Отныне все они, за исключением высших, которых султан назначал по собственной инициативе или великие везири, и самого низшего разряда, которые еще назначались своими начальниками, подлежали выдвижению на должность своими министерствами, рекомендации дворцу (после проверки их личных списков комиссией гражданских чиновников) и затем, после дополнительного изучения их послужных списков, назначались указом султана. Абдул-Хамид II ввел также сходные меры для военной и религиозной службы24.

Стремление Абдул-Хамида II создать образцового просвещенного чиновника, верного султану и пекущегося об интересах страны, было изначально неосуществимо. Наличие определенных деловых качеств не означало обладания добродетелями морального порядка. Тем более, что и сам султан в силу особенностей своего психического склада не являл собой пример для подражания.

Считая институты армии и церкви основными столпами режима, султан пытался поставить их под свой личный контроль. Абдул-Хамид II сознавал жизненную значимость заповеди: "Путь к сердцу солдата лежит через желудок". Каждый вечер солдат различных батальонов кормили в Йылдыз-Кёшке и давали подарки.

Настроения мусульманского духовенства не давали Абдул-Хамиду II повода для благодушия. Как показала жизнь, мусульманское духовное сословие не было единодушно насчет поддержки султана. Более того, определенная часть духовенства выступала против него. И это Абдул-Хамид II не забывал. В 1889 г. смерть престарелого шейх-уль-ислама Абу-ль-Худа он не преминул использовать, чтобы приструнить духовенство. Султан потребовал от нового шейх-уль-ислама навести порядок и спокойствие в среде подчиненного ему духовного сословия.

Оберегая умы подданных от тлетворного воздействия чужеземных идей, Абдул-Хамид II запретил ввоз печатных книг (художественной литературы, исторических сочинений, трудов по социологии)25. Но с его именем связано и становление профессионального обучения по различным прикладным специальностям26. Султан отдавал должное практическому значению образования.

В годы его правления возможность получить общее образование существует вне зависимости от пола. В Эмиргане (предместье Стамбула) функционировала средняя школа для девочек.

В подкрепление своих амбиций быть халифом, повелителем мусульман как таковых, не только турок, Абдул-Хамид II демонстративно заботится о развитии просвещения у мусульман-нетурок27. В качестве духовной основы, объединяющей турецкое общество, Абдул-Хамид II видел ислам. Его догматы призваны были определять нравственную природу образования в целом. Обучение в медресе оставалось в сущности неизменным. Власти требовали изучения религии и в новых профессиональных учебных заведениях. Как халиф, верховный духовный владыка, Абдул-Хамид II всемерно заботился о том, чтобы обыденное сознание правоверных-подданных определяли заповеди веры, традиционная мусульманская обрядность. При непосредственном покровительстве Абдул-Ха-мида II активизировались последователи мистического течения в исламе, суфии28.

Укрепление турецкого государства, которое вынуждено было достойно отвечать на вызовы извне, со стороны более передовых держав, делало настоятельно необходимым развитие просвещения с учетом требований дня. В этом, как представляется, отдавал себе отчет Абдул-Хамид II. К концу его правления государственные системы судопроизводства и образования в значительной мере приобрели светский характер. Этому в немалой степени способствовало появление новой образованной элиты - выпускников недавно созданных военных, медицинских, административных учебных заведений, связанных духом корпоративности29. Среди этой интеллигенции, возглавившей позже младотурецкое движение, бытовали суждения, что ислам не способствовал сохранению единства империи. Словом, поощряя развитие образования, Абдул-Хамид II тем самым способствовал зарождению политической оппозиции.

Отказав Турции в конституционном правлении, Абдул-Хамид II продемонстрировал свою приверженность традиционной мусульманской государственной модели - халифату, то есть теократическому государству под началом духовного владыки. Султан выступает в собственной стране и за ее пределами и как падишах турок и как халиф вселенской мусульманской общины (уммы). Конституционализм - институт западной политической культуры, составная уклада жизни "неверных". И неприятием конституционализма Абдул-Хамид II выразил также свою ксенофобию, нежелание быть главой государства согласно западным образцам.

Соответственно властные амбиции султана нашли выражение в религиозно-политической доктрине "Исламчилик, или Мусульманлик", то есть исламизм30. Именно Абдул-Хамид II сделал новый акцент на исламский характер государства и усилил институт и символ халифата. В стремлении придать больше внешнего блеска титулу халифа, он возродил отмененные султаном Махмудом II пышные мусульманские эпитеты, именовался "тенью Аллаха на земле", "победоносным", "благостным".

Внимание к нуждам мусульман применительно к выполнению заповедей веры Абдул-Хамид II демонстрирует в большом и малом. В 1890 г. он объявил правоверным всего мира, что, как халиф, заботясь об их духовных нуждах, решил построить железную дорогу к святым местам. Абдул-Хамид II лично внес 7 млн. франков для постройки этого железнодорожного пути до Хиджаза. В конце XIX в. была проложена Хиджазская железная дорога. Она связала Стамбул с сирийско-арабскими провинциями и облегчила передвижение паломников в святые места.

В отдаленном небольшом поселке Акра в северной Палестине Абдул-Хамид II соорудил минарет с часами на каждой из четырех стен и написал на нем свое имя как напоминание о его великодушии31. Благодаря особому вниманию к мусульманам во всем мире, равно как в пределах империи, он надеялся повысить свой престиж среди великих держав и укрепить свой режим.

Перед лицом происков иноверческих держав Абдул-Хамид II выступает за развитие взаимопонимания мусульманских государств, в частности, с Ираном. Отношения Ирана с Турцией на протяжении веков отмечены вооруженным противостоянием, непреходящее негативное влияние оказывала и принадлежность к разным ветвям ислама. Начало XX в. ознаменовалось визитом иранского шаха в Стамбул. Последствием этой поездки явилось снятие запрета на обучение турецкому языку в Иранском Азербайджане32. Независимо от того, какова была в этом заслуга самого Абдул-Хамида II, но само по себе это событие, положительно встреченное турецкой общественностью, шло в актив султану.

Абдул-Хамид II впервые использовал статус халифа как политическое орудие во время русско-турецкой войны 1877 - 1878 годов. Когда она началась, султан послал высокопоставленную миссию в Афганистан, чтобы получить помощь против их общего русского врага. Эмиссары султана побывали также в Британской Индии. В Бомбее мусульмане оказали посланцам Абдул-Хамида II восторженный прием. Панисламизм - идейная основа внешнеполитических устремлений Абдул-Хамида П. Йылдыз-Кёшк выступает центром целенаправленной панисламистской пропаганды. "... Эмиссары Абдул-Хамида, проповедники панисламизма, были повсюду: в Китае, Индии, Египте, Марокко, Боснии, Туркестане, Крыму и на Кавказе"33.

В Стамбуле с разрешения министра народного просвещения издается буклет "Мусульмане Китая". Автор его Абдул-Азиз из Кульджи (ныне Инин, Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР) в предисловии собщал: статьи об исламе в Китае публиковались "под патронажем милостивого и могущественного Гази Абдул-Хамид Хана II, поклонника ислама, потомка Мохаммеда и главы всех верующих". В ноябре 1906 г. султан принял мусульманина Ван Хаожань-ахуна из Китая. Абдул-Хамид II подробно расспрашивал гостя о положении мусульман в Поднебесной: какова их численность34, занимают ли они высокие государственные посты, какая в Китае письменность, много ли читают тамошние мусульмане. Ван Хаожань обратился к султану с двоякой просьбой: направить в Китай мусульманских ученых-богословов, подарить древние и современные книги об арабской культуре. Обе просьбы Абдул-Хамид II удовлетворил.

В 1907 г. султан отрядил в Пекин двух богословов35. Не ограничиваясь организацией исламского просветительства и проповедничества среди китайских мусульман, султан вознамерился принять единоверцев в Китае под свою юрисдикцию. В 1908 г. в Китай прибыл посол с верительными грамотами от Абдул-Хамида II. Посланцу было поручено добиться согласия китайского государя на то, чтобы турецкие консулы были им признаны и им бы предоставили официальный статус. Соответственно они вели бы себя с местными мусульманами как слугами халифа-султана. Но этим домогательствам Пекин не дал хода.

Халифские амбиции Абдул-Хамида II имели следствием коллизии с правителями сопредельных мусульманских государств. Политические реалии оказались выше религиозной общности. Это проявилось в связи с пребыванием в Турции известного богослова Джамал ад-Дин аль-Афгани. Он понадобился султану как признанный в исламском мире идеолог панисламизма, человек, обладавший большим религиозным авторитетом. Абдул-Хамид II в 1892 г. пригласил аль-Афгани в Стамбул. Однако аль-Афгани иранские власти обвинили в причастности к убийству в мае 1896 г. Наср эд-Дин шаха. Иранский посол требовал ареста и выдачи аль-Афгани. Порта отказывалась, требуя обоснования. Иранский посол грозил разрывом дипломатических отношений. С внезапной смертью аль-Афгани инцидент был исчерпан. Наиболее непримиримую позицию из мусульманских вожаков в отношении к Абдул-Хамиду II занимал Махди Суданский. Для Махди и его последователей султан Абдул-Хамид II был "неверным", с которым подлинно верующие должны были сражаться ради истинной религии36.

Делая панисламизм важнейшим направлением своей политики, Абдул-Хамид II в то же время порою гибко и прагматично подходил к проблеме отношений с христианским миром на местном и международном уровнях. В первом случае весьма показательна политика турецких властей в Македонии. Они поддерживали местных греков в противовес болгарам. В 1895 г. во время волнений в Македонии греческое духовенство открыто встало на сторону султана. В порядке поощрения он пожаловал вселенскому патриарху Анфиму VII орден Османие I степени, украшенный бриллиантами. Во время аудиенции Абдул-Хамид II заверил Анфима VII, что "убедившись в верности и преданности своих греческих подданных, он намерен доказать им свое благоволение и не замедлит назначить православных на высокие должности".

80-е гг. отмечены вниманием к Абдул-Хамиду II со стороны коронованных особ христианских государств. В подарок от российского императора Александра III султан получил ценный альбом37. Абдул-Хамида II посещают князь черногорский Николай, князь и княгиня болгарские, король сербский, дважды германский кайзер Вильгельм II с супругой. Первая поездка Вильгельма II состоялась в ноябре 1889 г. вскоре после вступления его на престол. Сам султан под гром артиллерийского салюта встречал кайзера на дворцовой набережной. По султанскому повелению в честь немецкого гостя была выбита особая медаль. В телеграмме Бисмарку Вильгельм II сообщал: "Мое пребывание в Константинополе (Стамбуле. - В. К. ) - это райский сон". За пышностью приема кайзера стояли далеко идущие политические расчеты Абдул-Хамида II. Новый баланс сил в Европе, отмеченный разгромом Франции в ходе франко-прусской войны 1870 - 1871 гг., и появление Германии и Италии в качестве великих держав определили новое направление Турции во внешних сношениях.

Абдул-Хамид II ненавидел Россию, презирал Францию, боялся Британии и видел в Германии верного союзника. Повернувшись лицом к Германии, Абдул-Хамид II надеялся противостоять России иными средствами, нежели своекорыстная поддержка Парижа или Лондона. В то же самое время он рассчитывал бросить вызов англо-французской монополии в делах Османской империи. Султан полагал, что, предоставляя концессии Германии, в особенности такие, как железная дорога Берлин-Багдад, он даст ей экономические преимущества в Османской империи, обяжет ее выступать на стороне Турции в случае политических кризисов и войн. Железная дорога Берлин-Багдад, как надеялся Абдул-Хамид II, облегчила бы переброску войск из Европы на помощь Стамбулу, равно как и в самой Турции, и ей бы не угрожала английская военная мощь с моря.

Немецкая карта была для турецкого двора не нова. Султаны использовали ее против России еще в XVIII веке. Абдул-Хамид II восхищался Пруссией еще до того, как стал султаном, и, говорят, держал пари на 100 лир (около 100 фунтов стерлингов), что Пруссия победит в войне с Францией. Исход франко-прусской войны убедил Абдул-Хамида II в превосходстве немецкого оружия. Султан попросил кайзера прислать немецких инструкторов для обучения турецкой армии. В 1882 г. немецкая военная делегация во главе с фон дер Гольцем (Гольц-паша) начала переподготовку турецких войск.

Берлинский мир, "почетный мир", как велеречиво именовала его британская дипломатия, не дал покоя Османской империи. Англия и Франция продолжают ее расчленение на арабской периферии. Абдул-Хамид II противился этому как мог. В 1871 г. Италия попыталась навязать бею Туниса, которого Стамбул считал своим чиновником, договор, предоставлявший особые привилегии для итальянских резидентов. Турция совместно с Англией и Францией предприняла демарш, который заставил Италию отступить. Однако в 1881 г. Тунис захватила Франция. Порта протестовала, но тщетно. В 1879 г. Англия и Франция потребовали от египетского хедива Исмаила уйти в отставку. Хедив, считавшийся наместником султана, обратился к нему, чтобы тот решил, как быть. Абдул-Хамид II, опасаясь конфликта с державами, 25 июня 1879 г. уведомил Исмаила об его низложении.

Но султан выказывал и строптивость в отношении домогательств держав. В 1892 г. он вознамерился восстановить свою власть над регионом Синайского полуострова, который на карте 1841 г. был обозначен как принадлежащий Турции. На такое решение его вдохновил Маршалл фон Биберштейн, германский посол в Турции. Этому воспротивилась Великобритания. Затяжное противостояние между Турцией и Англией чуть не привело их на грань войны. В конце концов султан, сознавая, что без поддержки Германии, России или Франции ему не устоять, 14 мая 1906 г. уступил спорную территорию Великобритании38.

В основном дипломатическим путем Абдул-Хамид II пытался задержать расчленение Османской империи. Процесс этот после Берлинского конгресса главным образом форсируют Англия и Франция.

В борьбе с дальнейшим наступлением англичан в Судане и их владычеством в сопредельных с ним странах султан был не прочь объединить усилия христиан и мусульман в антибританской коалиции. В декабре 1897 г. в Стамбул прибыл секретарь негуса Абиссинии Менелика II Ато Иосиф. В беседе с ним султан выяснял отношение правителя Абиссинии к Судану и махдистам. Это был не праздный интерес, но зондаж на предмет возможности действий негуса и махдистов против англичан.

Пробовал было султан в пику Британии утвердить свой суверенитет над Кувейтом. В августе 1901 г. туда посылаются войска, но командир британского крейсера пригрозил потопить турецкие суда, если хоть один турецкий солдат высадится на берег. Турецкие корабли повернули обратно. 6 сентября 1901 г. Великобритания и Османская империя подписали соглашение относительно Кувейта. Англия признала суверенитет Порты над Кувейтом, но при условии, что Турция не будет посылать туда свои войска. Последняя же признавала особые интересы Англии в Кувейте. Самолюбие султана так или иначе было удовлетворено. И он показал, что не идет полностью и безоговорочно на поводу у англичан.

В 1881 г. правительство Британии предложило султану участвовать во временной английской оккупации Египта, где против власти Порты восстала египетская армия. Абдул-Хамид II отказался и Британия справилась сама. В 1885 г. Англия сообщила Турции о готовности эвакуировать свои войска из Египта. К 1887 г. был выработан проект англо-турецкого соглашения. Англия настаивала на гарантии ей права реоккупации Египта в случае угрозы изнутри или извне. Султан категорически возражал против проекта соглашения. Оно не состоялось. Английские войска остались в Египте. Абдул-Хамиду II пришлось довольствоваться тем, что Египет считался частью Османской империи.

Не остался безучастным Абдул-Хамид II и к борьбе ваххабитских династий - Рашидидов и Саудидов - за гегемонию в Северной Аравии. Первые в 1904 г. обратились за помощью к Турции. В мае на поддержку Рашидидов она направила войска. Но экспедиция закончилась неудачно. Рашидидский эмир Миттаб в конечном счете заключил мир с саудидом Ибн Саудом, признав его права на Неджд и Касым. Абдул-Хамид II письменно подтвердил это соглашение.

Наряду с утратами Турция при Абдул-Хамиде II добилась и некоторых территориальных прибавлений, в частности, на Аравийском полуострове. В 1872 г. турецкие гарнизоны были размещены в Йемене. В Сану, столицу Йемена, прибыл турецкий паша. Так 230 лет спустя после первого изгнания турок из Йемена он вновь потерял независимость и стал одной из турецких провинций.

В активе у Абдул-Хамида II и победоносная кампания на Балканах. В стремлении удержать Крит Турция в 1897 г. решилась на войну с Грецией. Обученные немецкими офицерами турецкие войска одержали верх над греческими. По мирному договору Греция должна была уплатить Турции контрибуцию (4 млн. турецких фунтов). Крит однако становился автономной провинцией и все, что оставалось как символ сюзеренитета султана, это был турецкий флаг39.

Тем не менее война с Грецией повысила престиж султана как среди единоверцев в империи, так и за ее пределами. Мусульманская знать Индии предоставила Абдул-Хамиду значительные средства для ведения войны с греками. Индийские князья-мусульмане послали султану адрес солидарности от мусульманских общин Тихого и Индийского океанов.

Слабость, продемонстрированная Грецией в ходе кампании, определила подход Абдул-Хамида II к последующим сношениям с греческим двором. В начале 1907 г. правительство Греции зондировало почву относительно заключения соглашения с Турцией на случай войны Порты с Болгарией. В качестве компенсации за сотрудничество имелось в виду предоставление льгот жившим в Турции грекам. В телеграмме турецкому посланнику в Афинах Абдул-Хамид II указал: Греции могут быть предоставлены лишь временные преимущества, тем более, что "интересы самой Греции обязывают ее в случае войны между Турцией и Болгарией всячески помогать нам... мы можем принять на себя относительно Греции лишь обязательства вознаградить ее за те расходы, которые потребуются от нее в известном случае"40. Словом, султан отказался купить временного союзника ценой отказа от прав суверена в отношении проживающих в империи греков.

Обострение международной обстановки в конце XIX - начале XX в. требует от султана незаурядного дипломатического искусства. Его по-разному демонстрирует Абдул-Хамид II. Россию он по-прежнему считает "традиционным врагом", с которым нельзя искать взаимопонимания. В январе 1907 г. российский посол И. А. Зиновьев беседовал с Абдул-Хамидом II относительно ухудшения отношений между Турцией и Болгарией. Ему, сказал султан, никогда не приходило на ум заподозрить императорское правительство в поощрении честолюбивых замыслов Болгарии. Он не думает, чтобы создание на Балканском полуострове сильного славянского государства соответствовало интересам России и он вполне верит в доброжелательные намерения императорского правительства по отношению к Турции41.

Характерная черта личной дипломатии Абдул-Хамида II - всемерно использовать межгосударственные противоречия государств или даже вероятность таковых для противодействия угрозам Османской империи. Если на Западе противовесом Англии и Франции Абдул-Хамид II считал Германию, то на Востоке, где задавали тон старые колониальные державы, он готов был установить более тесные отношения с набирающейся сил императорской Японией. В 1890 г. Абдул-Хамид II направил на Дальний Восток миссию на фрегате "Эртогрул" под началом адмирала Осман-паши. Формальным поводом для вояжа в Японию была посылка японскому императору ордена Имтиаза в ответ на предшествовавшую передачу султану высших орденов Японии. "Эртогрул" однако затонул у берегов Японии.

В годы правления Абдул-Хамида II происходило интенсивное проникновение иностранных предпринимателей в различные сферы экономики Турции. В подходе к выдаче иностранцам концессий султан руководствовался двояким расчетом: модернизировать свою империю и усилить собственные позиции. Самым амбициозным среди начинаний держав и вызвавшим наибольшие трения среди них был вышеупомянутый германский план железной дороги Берлин-Багдад. Железнодорожное строительство, поощряемое Абдул-Хамидом II, объективно было положительным явлением, но велось на иностранные деньги. Отчего усугублялись финансовые проблемы Османской империи.

Непроизводительные расходы предшественников Абдул-Хамида II имели следствием рост зарубежной задолженности. Переломить ситуацию султан оказался бессильным. В 1875 г. Османская империя оказалась банкротом, в 1879 г. последовало новое банкротство. 20 декабря 1881 г. султан подписал так называемый мухарремский декрет. Им устанавливался иностранный контроль над финансами Османской империи. Государственный бюджет Турции оставался с хроническим дефицитом. Абдул-Хамид II не делал различия между своим личным состоянием и государственной казной. Он расходовал средства по своему усмотрению, не давая никому отчета. В то же время Абдул-Хамид II по возможности норовил выторговать финансовые поблажки, в частности, у России - он домогался у Александра III скидки с военной контрибуции или рассрочки ее на более долгое время приостановкой платежей в течение 10 лет. Царь ответил согласием на просьбу султана.

Абдул-Хамиду II претило вмешательство извне в дела Османской империи. Вынужденно терпя его, он не упускал возможность выказать свое неприятие решений держав. Пример тому - пренебрежение Берлинским трактатом, под которым поставили подписи уполномоченные султана. На мирной конференции в Берлине армяне Восточной Анатолии обратились к державам с просьбой о предоставлении административной автономии, но этому резко воспротивилась Британия, чтобы сохранить территориальную целостность Оттоманской империи. Лондон заботился не о ней, но выступал против России, имея в виду защиту сухопутных путей в Индию.

Альтернатива, предложенная Британией, была дальнейшая реформа. Статья LXI упомянутого трактата гласила: "Блистательная Порта обязуется осуществить без дальнейшего замедления улучшения и реформы, вызываемые в областях, населенных армянами, и обеспечить их безопасность от черкесов и курдов. Она будет периодически сообщать о мерах, принятых ею для этой цели, державам, которые будут наблюдать за их применением"42. Абдул-Хамид перед лицом усиливающегося контроля Англии над экономикой Турции выступил против каких-либо реформ в местах проживания армян, усматривая в осуществлении их угрозу территориальному суверенитету. Армяне не получили никакой действительной защиты. Курды и черкесы продолжали терроризировать их. Армяне были вынуждены отвечать на это адекватно. На запросы представителей Лондона относительно выполнения положений Берлинского трактата относительно армян султан отделывался лицемерными уверениями. Когда лорд Эверсли в 1890 г. беседовал с Абдул-Хамидом II, тот говорил, что направил послание бывшему премьер-министру У. Гладстону, в котором заверял, что питает самые дружественные чувства к армянам и полон решимости дать им хорошее управление43. Кульминации политика султана по армянскому вопросу достигла в 1894 году. Уполномоченные были направлены в районы, заселенные армянами. Чиновникам надлежало собрать в мечетях окрестных мусульман и сообщить о воле султана. Мусульмане свободны отнимать имущество у соседей-армян и в случае сопротивления убивать их. В провинции Битлис 24 армянские деревни были разрушены. Жители их были вырезаны. Руководившего армянскими погромами маршала Зеки-пашу султан отметил наградой. В 1895 - 1896 гг. имела место массовая резня армян, организованная Абдул-Хамидом при помощи особых курдских отрядов, созданных Шакир-пашой44. 26 августа 1896 г. армянские боевики разграбили в Стамбуле Османский банк, избили стражу и чиновников. За этим последовала "Варфоломеевская ночь" в Стамбуле: происходило организованное истребление армян полицией и войсками.

Зарубежные публицисты заклеймили Абдул-Хамида как "кровавого султана". Массовые убийства армян побудили Британию, Францию и Россию потребовать создания комиссии по расследованию. В 1895 г. султан назначил комиссию, "чтобы расследовать преступное поведение армянских бандитов"45. Комиссия была призвана оправдать бесчинства в отношении армян.

Свое предназначение Абдул-Хамид II усматривал в сохранении монаршьего единовластия в стране. И этой позиции держался со дня воцарения. На деле же он был орудием в руках разношерстной клики случайных лиц, которые руководствовались своекорыстными интересами, но не подлинными заботами о благополучии страны и ее народа. Деспотическая манера правления усугублялась психическим складом султана. Его недоверие и подозрительность принимают патологическую форму. "Многие считают его душевнобольным, подверженным в минуты страха припадкам полного умопомешательства", - сообщал в 1895 г. российский посол А. И. Нелидов министру иностранных дел А. Б. Лобанову-Ростовскому. Атмосферу царствования Абдул-Хамида II в средине 90-х гг. Нелидов характеризует так: "Турция находится, возможно, накануне государственного переворота". На случай вынужденного бегства за границу султан перевел 700 - 800 млн. франков в европейские банки46. Стремясь предотвратить дальнейшее обострение обстановки в стране, он объявляет о предстоящих реформах, пытается нейтрализовать явных и скрытых врагов. Однако борьба с организованными противниками султанского единоначалия - младоосманами - привела к окончательной победе над сторонниками переустройства Турции на конституционных началах.

Партия "Единение и прогресс", приверженцев которой называли младотурками47, возглавила движение против султанского самодержавия. Зная слабости человеческой натуры, султан, чтобы разложить руководство младотурок, прибегает к подкупу. В 1897 г. ему удалось склонить на свою сторону одного из вожаков младотурок Мурад-бея, которому по возвращении на родину назначили большое содержание и посулили высокий пост. Но нейтрализовать деятельность младотурок в целом Абдул-Хамид II не смог.

К 1908 г. деятельность младотурок чрезвычайно усилилась. Султан знал об их планах. Он рассчитывал под предлогом пожалования новых чинов заманить военных вожаков заговора в Стамбул и там расправиться с ними. Но те не поддались на уловку и подняли мятеж. 23 июля 1908 г. младотурецкий комитет направил Абдул-Хамиду II телеграмму. Если 26 июля не будет издано повеления созвать палату депутатов, говорилось в депеше, "то могут произойти события, нежелательные и неприятные для его величества". Перед султаном стояла двоякая перспектива: вступает в действие конституция и он остается на троне, или он отказывает в созыве парламента и войска младотурок идут на столицу.

Во дворце шли затяжные совещания. Султан и его секретари доказывали опасность уступок младотуркам. Только после того, как прозвучало предостережение Саид-паши, что II корпус готов идти на столицу и требовать конституции и что ни при каких обстоятельствах он не отвечает за жизнь его величества, ему удалось уговорить султана издать указ о выборах в парламент48. 24 июля вышел султанский указ о восстановлении действия конституции и созыве палаты депутатов. На митингах в Стамбуле выступавшие кончали свои речи здравицами султану. 25 июля Абдул-Хамид II по требованию комитета младотурок издал указ об амнистии для всех участников антиправительственных выступлений. Упразднялась тайная полиция султана, распускалась армия доносчиков. Были арестованы придворные, вызывавшие наибольшую неприязнь противников султана. В целом младотурки вели себя более решительно, нежели Абдул-Хамид II.

Теперь великий везирь представлял доклады султану лишь по вопросам внешней политики и армии. Абдул-Хамид II мог давать только советы, которые далеко не всегда министры принимали во внимание. Султана лишили его прежнего права сноситься через своего первого секретаря с турецкими послами за границей. Министр внутренних дел распорядился все посылаемые из Йылдыз-Кёшка шифрованные телеграммы задерживать телеграфом и передавать в министерство внутренних дел. Младотурки не без популистских расчетов добились уменьшения расходов на содержание двора султана и штата придворных. Из прежних 300 адъютантов султану оставили 30, а из 800 дворцовых поваров - 50.

Наступлению на устои самодержавия Абдул-Хамид II противился как мог. Он было провозгласил свое право назначать не только великого везиря, но и военного и военно-морского министров. Султан явно пытался укрепить свой контроль над вооруженными силами. Но под давлением младотурок Абдул-Хамид II полностью пошел на попятную. Великим везирем стал Кямиль-паша, креатура младотурок. Султан отказался от права назначать военного и военно-морского министров. Новое правительство оказалось под полным контролем младотурецкого комитета.

Глашатаи конституции лишают султана верховных прерогатив власти. Абдул-Хамид II не скрывает своего принципиального неприятия конституции. Во время частной аудиенции, данной российскому послу 21 августа 1908 г., Абдул-Хамид II говорил: "Вскоре по вступлении моем на престол некоторые из моих министров (имелся в виду Мидхат-паша. - В. К. ) посоветовали мне ради обеспечения благосостояния моей империи даровать конституцию. Я согласился на это, но после нескольких заседаний законодательных палат я убедился, что мои подданные еще недостаточно созрели и не в состоянии пользоваться правами, обеспечиваемыми им конституцией, вследствие чего я и решил приостановить действие последней. Узнав в недавнее время, что часть моих подданных (т.е. младотурки. - В. К. ) домогается восстановления конституционного образа правления, я вновь посоветовался с моими министрами, которые убедили меня, что благодаря моим непрестанным заботам о поддержании народного образования население моей империи уже достаточно созрело. Эти соображения и побудили меня согласиться на применение приостановленной в начале моего царствования конституции"49.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах


user posted image

В октябре 1908 г. произошли внешнеполитические события, осложнившие положение младотурок. Австро-Венгрия аннексировала Боснию и Герцеговину. Следом Болгария провозгласила независимость. Противники младотурок обвинили их в том, что они создали ситуацию, выгодную для Австро-Венгрии и Болгарии. 7 октября 1908 г. толпа под началом мулл двинулась ко дворцу султана, требуя отмены конституции и "восстановления шариата". Одновременно подобные выступления произошли в ряде других районов столицы. Султан не воспользовался ситуацией. Младотурки же сумели настоять на аресте зачинщиков этих манифестаций. 4 ноября младотурки нейтрализовали мятеж солдат гвардейского полка.

Демонстрируя свою силу, младотурки получили большинство мест в палате депутатов. Председателем палаты стал возвратившийся из эмиграции Ахмед Риза-бей. Это был личный вызов Абдул-Хамиду II. Ахмед Риза-бей систематически выступал с нападками на султана. В начале ноября в противостоянии с султаном младотурки добились очередного успеха. Они усмирили батальоны 2-й гвардейской дивизии. Эти подразделения несли караульную службу в Йылдыз-Кёшке и на них султан возлагал особые надежды. Следом младотурки усиливают запугивание Абдул-Хамида. К стоявшим на якоре против Иылдыз-Кёшка броненосцу "Максудие" и крейсеру "Фехти-Буленд" присоединились два миноносца. На одном из соседних дворцов была выставлена батарея.

Перед лицом угрозы со стороны "мятежников-младотурок" султан пытается опереться на "избранников народа". 7 декабря 1908 г. Абдул-Хамид II дает депутатам палаты парадный обед в Йылдызе. В приветственной речи султан сказал: "Я заявляю и подтверждаю, что при помощи бога буду охранять стоящие на страже священных прав основные законы и как ваш халиф и ваш государь буду первым врагом всякого, кто бы он ни был, кто нарушит эти законы". Депутаты ответили на эту декларацию восторженными возгласами: "Да здравствует наш падишах!" После обеда Абдул-Хамид II беседовал с депутатами и, по словам российского посла, "они тесным кружком обетупили султана, целовали ему руки, бороду и полы его мундира". А первый секретарь Абдул-Хамида II Джавид-бей заявил от его имени: "Я готов пожертвовать своей жизнью, когда пожелает этого народ"50.

В день открытия парламента 17 декабря 1908 г. на стенах Йылдыз-Кёшка красовалась надпись "Да здравствует конституция!" Султан появился в палате. В тронной речи было сказано, что в работе палаты был временно назначен перерыв. Тогдашние государственные мужи, заявил Абдул-Хамид II, рекомендовали прервать деятельность палаты до той поры, пока способности моего народа посредством прогресса в обучении не будут доведены до желаемого уровня51. Клятвы верности конституции султан не дал.

Далеко не все в стране приветствовали младотурецкую революцию, направленную против самодержавного режима Абдул-Хамида П. В своем султане-халифе обыватель-турок ценил такие личные качества, как аскетизм, трезвость, набожность. В отличие от прежних султанов, предававшихся излишествам и расточительству, Абдул-Хамид II был бережлив в личных расходах. Его развлечения ограничивались преимущественно верховыми прогулками в дворцовом парке. Абдул-Хамид II платил за обрезание сыновей бедняков и других жителей столицы. В пятницу, день молитвы, султан в рядах массового шествия от своего дворца Йылдыз шел до ближайшей мечети, а его чиновник по пути собирал прошения52. Словом, Абдул-Хамид II олицетворял традиционную старую Турцию.

И сторонники прежних порядков, персонификацией чего выступал султан Абдул-Хамид II, вновь подняли голову. В октябре 1908 г. в Йылдыз-Кёшк явилась многочисленная депутация от софт. Султан, ходатайствовали они, должен позаботиться об охране религии и прав мусульман, "попираемых младотурками". 13 апреля 1909 г. против младотурецкого кабинета восстали батальоны, расположенные в казармах Стамбула. Мятежные солдаты двинулись к парламенту. На его здании взвилось зеленое знамя пророка. Солдаты, охранявшие здание парламента, кричали: "Долой конституцию! Долой кабинет!", "Пусть будет восстановлен закон шариата!", "Мы желаем султана, который носил бы тюрбан!" К вечеру 13 апреля первый секретарь Абдул-Хамида II прочитал перед парламентом султанский указ: султан исполняет требования мятежников53. Будущему кабинету будет предписано свято соблюдать вечные и великие предписания шариата. В тон требованиям бунтовщиков-солдат султан стал одеваться в зеленый халат и тюрбан пророка.

Стамбул стал олицетворением самодержавия Абдул-Хамида II. Обе палаты турецкого парламента покинули столицу. Чаталджа, поселок в нескольких десятках километров от Стамбула, стал основной базой антисултанских сил. Сюда прибывают поезда с младотурецкими войсками. Султан посылает в Чаталджу депутацию за депутацией. Вторую депутацию в Чаталдже встретили вопросом: "Привезли ли вы с собою голову султана?" Из Чаталджи младотурецкие войска перемещаются в Сан-Стефано, еще ближе к Стамбулу. Общее командование возглавил Махмуд Шефкет-паша.

Абдул-Хамид II втайне от великого везиря вступил в переговоры с германским54 и австро-венгерским послами. Султан просил, чтобы австро-венгерское правительство принудило отступить младотурецкие войска, сосредоточившиеся около Стамбула. Правительство Австро-Венгрии ответило отказом. Кайзер Вильгельм также не счел нужным спасать Абдул-Хамида II.

23 апреля происходила церемония селямлика, священная церемония, в которой участие султана обязательно. И Абдул-Хамид II несмотря на то, что наступление младотурок могло начаться каждую минуту, появился в мечети Хамидие. В последний раз... 24 апреля пушечные выстрелы ранее обычного разбудили Стамбул. К вечеру стал покидать Йылдыз-Кёшк его гарнизон. В городе было объявлено военное положение, к генералиссимусу Махмуду Шевкет-паше перешла вся власть. 25 апреля за дело взялись военно-полевые суды. В тот же день остатки гарнизона покинули Йылдыз-Кёшк. Следом за ними бежали приближенные султана. "Только несколько человек, среди них первый секретарь, остались верны Абдул-Хамиду II. Да великий везирь пробыл у него до 7 часов утра"55. За стенами дворца на городских площадях победители вешали сторонников султана. Около 10 тысяч участников мятежа было выслано из столицы.

Расследования, проведенные по указанию Шевкет-паши, показали, что военные и духовные лица, организовавшие апрельское выступление против младотурок, действовали по указанию Йылдыз-Кёшка. Оттуда же шли деньги для мятежников. Непосредственно всем руководил четвертый сын Абдул-Хамида II принц Бурхан Эддин.

Судьбу султана предопределил шейх-уль-ислам Мехмед Зияэддин-эфенди. Он издал фетву, юридическое заключение, следующего содержания: "Если повелитель правоверных Зейд (обычная для фетвы форма замены собственного имени. - В. К. ) исключает из священных книг некоторые существенные постановления св. закона, если он изъемлет из обращения, уничтожает, сжигает эти книги, если вопреки св. закону он присваивает себе общественное достояние, расточает и расходует его, если он без законной причины умерщвляет, заключает и изгоняет своих подданных и вообще усваивает привычку совершать всякие насилия, если затем он, поклявшись вернуться на стезю добродетели, тем не менее с нарушением клятвы упорствует в создании смуты, способной совершенно низвергнуть положение и дела правоверных, и вызывает междоусобное кровопролитие, если притом из многочисленных местностей ислама получаются заявления о том, что ради прекращения бедствий означенный Зейд должен быть признан лицом, заслуживающим лишения престола, и что сохранение его грозит неминуемой опасностью, то должно ли быть приведено в исполнение то, что лица, имеющие право связывать и развязывать и заведующие делами правительства, признают предпочтительным, а именно: предложить означенному Зейду отречься от сана имама и султана или же свергнуть его с престола".

"Должно" (таким словом выражено решение шейх-уль-ислама)56.

27 апреля 1909 г. на заседании народного собрания, составленного из сенаторов и депутатов, после прочтения фетвы за подписью шейх-уль-ислама Абдул-Хамид II был лишен сана халифа и османского султана. Уведомить Абдул-Хамида II о своем решении народное собрание поручило специальной депутации. Она вошла в большую комнату во дворце, которую занимали секретари султана и тридцать черных евнухов. Немного спустя из-за шторы вышел Абдул-Хамид II, держа за руку своего двенадцатилетнего сына. Глава делегации приветствовал султана и зачитал фетву. "Это - судьба", - спокойно произнес султан. И следом озабоченно справился: "Сохранят ли мне жизнь?"

- Это - дело парламента и турецкого народа, - ответили депутаты, - но они великодушны.

И тут султан предался самооправданию. Излившись, дал выход крику отчаяния: "Пусть Бог покарает творящих зло!" На что один из членов комиссии шепотом ответил: "Пусть он сделает это!" Маленький принц залился слезами.

Поздней ночью с несколькими женщинами из его гарема и доверенными лицами Абдул-Хамида II доставили на вокзал, где он прежде никогда не бывал. Из Стамбула его отправили в Салоники, где он был интернирован на Вилле Аллатини, в доме еврея. В 1912 г. младотурки перевели бывшего султана в тюрьму в Стамбул. В заточении он умер.

Примечания

1. ПЕТРОСЯН Ю. А. Новые османы и борьба за конституцию 1876 г. в Турции М. 1958, с. 105. Этот орден был основан в XIII в. в Копии известным мусульманским поэтом-мистиком Джалал ад-дином Руми. В рассматриваемый нами период был одним из наиболее влиятельных в Османской империи дервишеких орденов. Глава его обычно опоясывал султана саблей Османа. Этот обряд представлял собой коронацию нового монарха. Обитель в Еникапу (в одном из районов Стамбула), была в числе важнейших центров ордена. Ее посещали многие видные государственные деятели Османской империи.

2. ГАБИДУЛЛИН Х. З. Младотурецкая революция. М. 1936, с. 91; ФАДЕЕВА И. Е. Мидхат-паша. Жизнь и деятельность. М. 1977, с. 82.

3. ПЕТРОСЯН Ю. А. Ук. соч., с. 106, 110.

4. "Портой Оттоманской" порой называли не только высший орган светской власти Османской империи, но и само турецкое государство.

5. Ведомство великого везиря занималось высшими государственными делами.

6. МУРАТОВ Х. И. Османская империя. - Новая история колониальных и зависимых стран. Т. 1. М. 1940, с. 427; его же. Роль Англии в "восточном кризисе" (Английская дипломатия и русско-турецкая война 1877 - 1878 годов). - Историк-марксист, 1940, N 7 (83), с. 74.

7. Подобная твердость Абдул-Хамида 11 в известной степени была основана на уверенности, что если из-за отказа осуществить реформы в христианских провинциях начнется война с Россией, Турция не будет одинока. В таком мнении Абдул-Хамида II укрепила, в частности, протурецкая речь на публичном митинге в Лондоне бывшего британского премьера Б. Дизраэли, который полагал, что Великобритания поддержит Турцию в случае вторжения в ее пределы России.

8. ГЕЙСМАН П. А. Введение в историю русско-турецкой войны 1877 - 1878 гг. СПб. 1906, с. 58.

9. В беседе с корреспондентом английской газеты "Nineteenth century" Мидхат-паша утверждал: "Султан ни за что бы не отвергнул предложение держав и не стал бы рисковать войной с Россией, если бы не рассчитывал конфиденциально на поддержку со стороны Англии". Цит. по: МУРАТОВ Х. И. Роль Англии, с. 77.

10. DEVEREUX R. The first ottoman constitutional period. Baltimore. 1963, p. 193.

11. МУРАТОВ Х. И. Роль Англии, с. 77.

12. ЛОРД КИНРОСС. Расцвет и упадок Османской империи. М. 1999, с. 575.

13. JELAVICH B. The Ottoman empire, the Great Powers, and the Straits question 1870 - 1887. Bloomington and Lnd. 1973, p. 97.

14. Ibid. p. 97 - 98.

15. Ibid., p. 101.

16. Ibid., p. 102.

17. О содержании переговоров см.: Особое прибавление к описанию русско-турецкой войны 1877 - 1878 гг. На Балканском полуострове. СПб. 1900. II., с. 99 - 103.

18. Румыния, Сербия и Черногория признавались окончательно отделившимися от Турции. Болгария становилась вассальным княжеством, Босния и Герцеговина "временно" передавались под австро-венгерскую оккупацию. В Азии к России переходила часть турецких владений.

19. "Йылдыз-Кёшк отражал характер более склонный к тайной и уединенной жизни". - См.: QUATAERT D. The Ottoman Empire, 1700 - 1922. Cambridge. University press. 2000, p. 97.

20. Абдул-Хамид II помиловал Али Суави за его выступления лично против султана. По возвращении из эмиграции в конце 1876 г. он был назначен директором султанского лицея. В ноябре 1876 г. подал в отставку. Понять состояние Абдул-Хамида II в принципе можно. Человеку не только простили его былые прегрешения, но и оказали милость. А тот вместо благодарности поднял бунт. Это был вчерашний явный противник, а сколько было еще затаившихся.

21. ROY GILLES. Abdul-Hamid. Le sultan rouge. P. 1936, p. 95 - 96. Абдул-Хамид не давал пощады и своим близким родственникам, заподозренным во враждебных к нему намерениях. В 1899 г. он приговорил к смертной казни своего племянника Сабахеддина.

22. ЛОРД КИНРОСС. Ук. соч., с. 13.

23. В 1896 г. в столице Османской империи насчитывалось 597 чиновииков-немусульман, число чиновников-мусульман составляло 1700. В начале царствования Абдул-Хамида II министром иностранных дел был грек Александр Каратеодори-паша, послом в Лондоне - грек Антопуло-паша. Министром двора был армянин Агоп-паша, после его смерти этот пост занял армянин Михаил-эфенди Портакал. Товарищем министра иностранных дел был армянин Артын-паша Дадиан, товарищем министра юстиции - армянин Ваган-эфенди. См.: ФАДЕЕВА И. Л. Официальные доктрины в идеологии и политике Османской империи (Ос-манизм-панисламизм). М. 1985, с. 184 - 185.

24. FINDLEY C.V. Ottoman civil officialdom. Princeton. New Jersey. 1989, p. 27.

25. В частности, запрещалось ввозить произведения Шекспира, Шиллера, Байрона, Вольтера, Скотта, Толстого, труды социологов, историков Соловьева, Вебера, Шлоссера, Файфа. См.: ШПИЛЬКОВА В. И. Младотурецкая революция 1908 - 1909 гг. М. 1997, с. 22.

26. Открываются, юридическая школа (1878), финансовая школа (1878), училище изящных искусств (1879), торговли, гражданской медицины (1885), ветеринарии (1889), полиции (1891), таможни (1892). Вновь открывается университет (1900).

27. В 1882 г. султан издал указ об учреждении школы для подготовки учителей в арабских, курдских и албанских провинциях и в том же году ввел дополнительный налог, часть которого отчислялась на нужды просвещения. В 1894 г. Абдул-Хамид II создал школу для бедуинских племен. Она готовила учителей и администраторов. В регионе Билад аль-Шам (Сирия, Иордан, Ливия и Палестина) в конце правления Абдул-Хамида II в разных городах, мечетях и школах было 64 библиотеки.

стр. 67

28. History of the Ottoman state, society and civilization. Istanbul. V. I. 2001, p. 309.

29. MARDIN S. Religion in modern Turkey. - International Social Science Journal. P. 1977. Vol. 29, N 2. - Цит. по: Проблемы исламоведения. Вып. 1. Реферативный сборник. Институт научной информации по общественным наукам АН СССР. Центр научной информации по общественным наукам АН АзербССР. М. 1982, с. 151 - 152.

30. KUSHNER D. The rise of Turkish nationalism 1876 - 1908. Lnd. etc. 1977, p. 4.

31. QUATAERT D. Op. cit., p. 83.

32. KUSHNER D. Op. cit., p. 47.

33. QUATAERT D. Op. cit., p. 83; ЦВЕТКОВ П. Царствование Абдул-Хамида как проповедь панисламизма. - Средняя Азия. Ташкент. 1910, кн. 1, с. 27.

34. Названная Ван Хаожанем численность мусульман в Китае - 40 - 50 млн. - вызвала удивление у султана: до этого мусульмане на Среднем Востоке не знали, что у них так много единоверцев в Китае. См.: Сборник избранных материалов по истории ислама в Китае. Т. 2. Иньчуань. 1985, с. 1770 (на кит. яз).

35. Это были Али-Риза-эффенди и Хасан-Хафиз. Рекомендовал их шейх-уль-ислам. Одного из них считали активистом панисламского движения, состоявшим в связях с египетским националистом Мустафой Камиль-пашой. Он пропагандировал идеи панисламизма. Сделал ставку на сближение с Абдул-Хамидом II. Выступал за возвращение страны в состав Османской империи. В 1904 г. получил от султана титул паши.

36. WARBURG G.P. Egypt and the Sudan. Studies in history and politics. Lnd. 1985, p. 93.

37. В долгу перед царем султан, очевидно, не остался. И. Бабель, пишет К. Паустовский, рассказывал: поселился он явочным порядком в Аничковом дворце в Петербурге, спал на диване в кабинете Александра III и нашел в ящике коробку великолепных папирос - подарок царю Александру III от султана Абдул-Хамида. ПАУСТОВСКИЙ К. Собрание сочинений. Т. 5. М. 1958, с. 122.

38. WARBURG G.P. Op. cit., p. 93.

39. Германский император, чья сестра являлась греческой кронпринцессой, был единственным монархом, который поздравил Абдул-Хамида II с победой над христианским государством. DAKIN D. The unification of Greece 1770 - 1923. Lnd. 1972, p. 154.

40. ГАБИДУЛЛИН Х. З. Ук. соч., с. 155.

41. Там же, с. 154. Мнение султана, что сильная Болгария не будет поддерживать интересы России подтвердилось в самом непродолжительном времени. В 1909 г. Россия пыталась заключить военную конвенцию с Болгарией, направленную против Австрии, но болгарское правительство отказалось подписать этот документ. С 1915 г. Болгария в союзе с Германией и Австро-Венгрией воюет против России.

42. Сборник договоров России с другими государствами. 1856 - 1917. М. 1952, с. 205.

43. Сами турки называли его "Бедрос" ("Петр" по-армянски) из-за его армянской внешности. Мать Абдул-Хамида, по утверждению некоторых, была армянка. Lord Eversley and sir Valentine Chirol. The Turkish Empire. Lnd. 1924, p. 340.

44. В начале 90-х гг. по инициативе Шакир-паши, бывшего посла Турции в России, создаются особые мусульманские отряды хамидие. Комплектовались они из курдов. Одной из задач хамидие было подавление армянского национального движения в Восточной Анатолии.

45. ЛОРД КИНРОСС. Ук. соч., с. 605.

46. ФАДЕЕВА И. Л. Официальные доктрины в идеологии и политике Османской империи, с. 186, 188, 192.

47. Помимо этнических турок, которые играли ведущую роль в младотурецком движении, в нем участвовали также армяне, евреи и лица других национальностей.

48. ПОПОВ А. Турецкая революция 1908 - 1909 гг. - Красный архив. Том шестой (сорок третий). 1930, с. 27.

49. ГАБИДУЛЛИН Х. З. Ук. соч., с. 111 - 112.

50. Там же, с. 117.

51. DEVEREUX R. Op. cit., p. 249 - 250.

52. QUATAERT D. Op. cit., p. 92 - 93.

53. В число их входило назначение константинопольского депутата армянина Киркора Хозраба первым вице-президентом палаты. См.: ГАБИДУЛЛИН Х. З. Ук. соч., с. 119.

54. Очевидно, Абдул-Хамид II полагался на публичное заверение кайзера в 1898 г., заявившего, что Германия поддержит Порту и 300 млн. мусульман, которые могут быть уверены, что германский император будет всегда их верным другом.

55. ВЕЙДЕМЮЛЛЕР К. Конец Абдул-Гамида. - Современный мир, 1909, N 5, с. 116.

56. ГАБИДУЛЛИН Х. З. Ук. соч., с. 123.

Кузнецов Вячеслав Семенович - доктор исторических наук, главный научный сотрудник ВДВ РАН.

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!


Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.


Войти сейчас